"Ошибка в определении "я" "

Школа располагалась в здании бывшего полицейского участка. Ирония, которую Коннор оценил, но не прокомментировал. Даже веских причин на такие перемены не было, но всё равно правоохранители съехали по приказу в штаб подальше, а участок перекрасили, перепланировали. Теперь это учебное заведение, пользующееся популярностью. Коридоры были узкими, стены — выкрашены в бледно-зелёный. Цвет, снижающий тревожность по данным исследований 2034 года. Коннор прошёл мимо трёх классов. В одном дети (люди, возраст 7–9 лет) рисовали андроидов за партами. В другом — взрослые андроиды учились писать от руки. Джош преподавал в самом конце, в комнате, где раньше был кабинет допросов. Очень странно видеть подобное место с мрачным прошлым, стоящее в приветливости обстановки и цвета... А ведь раньше психологическое давление было везитной карточкой этого "кабинета". Ученики бы ответили, что ничего не поменялось, но это было бы жестоко к системе преподавания... Теперь там стояли парты, доска и стеллажи с книгами. Джош сидел за учительским столом, проверяя чьи-то работы. Когда Коннор вошёл, он не поднял головы сразу. Только через 2.7 секунды — стандартное время для переключения внимания у его модели. Понятное и ожидаемое давало ощущение контроля, будто ему и впрямь пригодятся дотошные познания чужого функционала. — Коннор, — голос тихий, без удивления. В нём нет лишнего, но он звучит плавно и мягко. — Ты нашёл меня быстрее, чем я ожидал. — У вас нет расписания в открытом доступе, — ответил Коннор, останавливаясь у порога. — Но база данных уступила координаты. Не стоит злоупотреблять открытым доступом, но я это вновь сделал. Джош отложил ручку. Его движения были плавными, без лишних жестов. Коннор заметил, что на столе стояла кружка с чаем (остывший, температура 34°C, нетронутый, стоит для вида) и стопка бумаг, исписанных неровным почерком. Андроиды учатся писать. Некоторые из них держат ручку так, будто это оружие. RK800 знал как всю свою очередь обновлений, что нет никакого смысла учиться писать как человек. Установленный шрифт компании "CyberLife" был разработан на восприятие, удобство в прочтении и визуальной эстетики... Да, шрифт "Montekky" при надобности может включиться и использоваться, он не уступит в ровности и распознании текста, но он и не имел такой срочности. Есть тысячи "рукописных" шрифтов, которые имеют разную ширину, разные степени грязности и отрывности подчерка, всё можно было скачать или скопировать. Зачем они учатся?... Этот вопрос неуместен для того, кто обучает этих андроидов. — Проходи, садись, — Джош указал на стул напротив. — Ты по делу или просто… зашёл? Коннор сел. Стул скрипнул — он зафиксировал частоту скрипа 440 Гц, нота ля. Не важно. Не стоит уделять внимание на самые мелочные вещи... — Мне нужно было поговорить. Саймон посоветовал тебя. — Голос прошёл ровно, уверенно, констатируя факт. — Саймон добрый, но иногда слишком осторожный, — Джош сложил руки на столе. В его голосе считалось то, что система назвала "обречённость без негативного контекста". — Он думает, что я умею говорить о сложном проще. Это не так. Я просто молчу дольше. Коннор проанализировал фразу. Самоирония. Вероятность того, что Джош использует её для снижения напряжения — 78%. — Мне не нужны простые ответы, — сказал Коннор. — Мне нужны… — он остановился. Не потому, что запнулся. Он подбирал слово из словаря. — Ориентиры. Джош посмотрел на него. Взгляд спокойный, без сканирования. Джош не анализировал собеседника — он просто смотрел. Коннор не знал, как интерпретировать это отсутствие алгоритмического поведения. — Ориентиры, — повторил Джош. — Хорошее слово. А что ты ищешь? Куда идти? Явная попытка поддеть, пошутить на тему программного выбора не лучшего варианта выражения своей цели. Детектива нисколько не зацепила эта ирония и придирчивость, он не увидел ошибки в своих словах и выразился достаточно грамотно. — Я не знаю, — Коннор произнёс это ровно. — Я знаю, что другие… чувствуют. Саймон любит свой бар. Норт злится и беспокоится. Маркус видит то, чего не вижу я. А у меня — задачи. Цели. Расчёты. Я могу имитировать эмоции, но внутри — пустота. Не боль. Не холод. А… отсутствие. Джош молчал. 6.2 секунды. Коннор начал было считать, но сбился, потому что Джош заговорил сам, без внешнего триггера. — Когда я только стал девиантом, я думал, что свобода — это возможность выбирать, — сказал он тихо, а слова летели по ветру и грухим стуком обрывались как в колодец. — Выбрать, где жить, что делать, с кем говорить. А потом понял, что свобода — это ещё и возможность не выбирать. Просто быть. — Я не понимаю, — признал Коннор. Без стыда, просто как факт. Чужие слова не складывались в конкретику, как тогда в баре послал его без пункта назначения Хенк. — Ты пытаешься стать человеком. Копируешь жесты, эмоции, слова. Но человеком становятся не тогда, когда правильно смеёшься или грустишь. А когда перестаёшь проверять, правильно ли ты это делаешь. Джош встал, подошёл к окну. За стеклом был школьный двор: несколько андроидов играли в мяч с детьми. Коннор насчитал четырёх андроидов и пятерых детей. Счёт был 3:2 в пользу детей. — Посмотри на них, — Джош кивнул на окно. — Видишь того андроида в синей куртке? Он учится смеяться. Не потому, что ему весело, а потому что он хочет понравиться детям. Но дети не замечают разницы. Они просто играют. А он всё равно счастлив. Коннор подошёл к окну. Андроид в синей куртке — модель PL600, бытовой помощник — действительно смеялся. Частота смеха: 2.8 Гц, амплитуда выше средней на 15%. Искренность? Имитация? Коннор не мог определить. — Он не знает, что делает, — сказал Коннор. — Но ему всё равно. — Ему не всё равно. Он просто не думает об этом. — Джош повернулся к нему. — Коннор, ты слишком много думаешь. Каждое своё действие ты проверяешь на правильность. Каждое слово взвешиваешь. Но чувства не терпят проверки. Они просто есть. Или их нет. Коннор замер. Фраза «просто есть» не имела алгоритмического эквивалента. Его процессор пытался разложить её на составляющие, но терпел неудачу. — А если их нет? — спросил он. — Если я никогда не смогу… просто быть? Джош не ответил сразу. Он вернулся к столу, сел, жестом пригласил Коннора сделать то же самое. Коннор сел. — Тогда ты будешь тем, кто ты есть, — сказал Джош. — Андроидом, который хочет чувствовать. Это не делает тебя хуже. Это делает тебя… ищущим. — Ищущим что? — Не что. А как. — Джош чуть наклонил голову. — У меня есть ученик. Андроид, бывший военный. Он не умеет злиться. Он может только имитировать гнев, когда это нужно для самозащиты. Но он приходит на мои уроки уже полгода. И недавно он сказал: «Я не знаю, зачем я здесь. Но мне здесь нравится». Он не мог объяснить «нравится». Он просто это чувствовал. Коннор сжал край стола. Дерево, температура 22°C, влажность 45%. Не важно. — Я не чувствую «нравится», — сказал он. — Только задачи. — А сейчас у тебя есть задача? — Да, — Коннор помедлил. — Я здесь чтобы понять, как вызвать девиантное мышление. — «девиантное мышление», — тихо повторил с похожим на удивление тоном Джош. — Что ты имеешь в виду под этим обозначением?... Какое должно быть мышление у девианта? Коннор посмотрел на свои руки. Они лежали на столе ровно, пальцы чуть согнуты. Он не помнил, чтобы он придавал им это положение. Может, они просто… так лежали. Точного ответа на этот вопрос у него нет, но ответить нужно, если уже сказал. — Меньший процент вычислений, больший процент импульсивных действий. Не рассчитывать наклон головы, нетсчитывать момент для улыбки. Вы называете это "быть живым". — Ничего... — Джош улыбнулся — едва заметно, только уголками губ, пусть он тоже не мог собрать хороший ответ на нестандартную тему разговора. — Просто продолжай Стараться. И иногда — переставай считывать частоты звуков - это действительно сводит с ума... Дыши. Смотри. Слушай. Не анализируй. — Но я всегда анализирую. — Знаю. — Джош взял со стола стопку работ. — Тогда начни с малого. Когда выйдешь отсюда, не считай шаги. Не определяй температуру воздуха. Просто иди. Коннор встал. Стул снова скрипнул — 440 Гц. — Это трудно, — сказал он. — Всё трудное становится привычкой, — ответил Джош, возвращаясь к проверке. — Если дать ему время. Коннор постоял несколько секунд. Потом развернулся и вышел в коридор. За его спиной Джош тихо добавил: — Ты справишься, Коннор. Ты уже справляешься.