Глава 16. Секретная миссия

      С утра всё шло подозрительно спокойно. Настолько, что Трис не удержалась от шутки за завтраком: — Мне кажется, вселенная что-то готовит, — сказала она, убирая стаканы, где совсем недавно был сок. — Не бывает такого, чтобы и дети оделись быстро, и никто ничего не разлил, и мы ещё и выехали вовремя.       Тобиас улыбнулся, поправляя ремешок на рюкзачке Элии: — Может, сегодня судьба на нашей стороне. Или просто у Персика хорошее настроение с самого утра.       Дети всю дорогу до клиники сидели непривычно тихо, затаив дыхание, будто их везли не на плановое УЗИ, а в настоящую экспедицию на другую планету. Они знали: сегодня раскроется секрет, который они обсуждали уже не первую неделю, и это распирало обоих изнутри почти до предела терпения. — Он будет брат или сестра? — в третий раз за поездку спросила Элия, вцепившись в руку Трис. — Секретная миссия, помнишь? — с улыбкой напомнила Трис, подмигивая ей в зеркало заднего вида. — Всё узнаем на месте, не раньше.       Каэль тем временем сосредоточенно листал собственноручно сделанный блокнот с крупной надписью на обложке: «Имя Миссии: Персик» — точь-в-точь будущий агент разведки, готовящийся к важному докладу.       Врач — та же добрая женщина с мягким голосом и неизменно тёплыми ладонями, которая наблюдала Трис ещё с первой беременности, встретила их у двери с приветливой улыбкой. — У вас сегодня вся команда с собой, я смотрю? — Мы не доверяем важные открытия без семейного совета, — с лёгкой ухмылкой ответил Тобиас, пропуская детей вперёд.       Трис снова устроилась на знакомой кушетке — всё происходило почти так же, как когда-то с близнецами, а потом и с самим Персиком на более ранних осмотрах. Но напряжение в комнате ощущалось иначе: не тревожным, а тёплым, искристым, будто заряженным предвкушением, а не страхом.       На экране появилось изображение. Малыш уже давно перестал быть просто «бобом» на серых разводах — теперь он двигался, кувыркался, разворачивал крошечные пальчики, будто демонстрируя, что уже вполне освоился в своём маленьком мире. Экран словно ожил, и сердце Трис невольно забилось в такт этому смутному, но уже узнаваемому ритму внутри неё.       Врач произвела все нужные замеры и сделала пометки у себя на компьютере. — Ну что, хотите узнать пол? — спросила врач, чуть прищурившись с заговорщицким видом.       Трис кивнула. Тобиас крепче сжал её руку. Элия и Каэль синхронно подались вперёд, будто экран вдруг превратился в портал в другое измерение, а не в обычный аппарат УЗИ. — Тогда спешу вас поздравить, — мягко сказала врач. — У вас будет девочка.       Трис прикрыла рот ладонью, а глаза почти сразу наполнились слезами — тёплыми, без единой капли грусти. Она снова повторяла про себя одно и то же слово, будто пробуя его на вкус: девочка. Ещё одна, неожиданная, но уже совершенно нужная, будто всегда была частью их семьи, просто до сих пор оставалась невидимой.       Тобиас засмеялся — тихо, с тем глубоким, почти беззвучным счастьем, от которого на мгновение перехватывает дыхание сильнее любых слов. — Девочка, — повторил он, качая головой в лёгком изумлении. — Ещё одна. — Сестрёнка! — восторженно вскрикнула Элия. — Я её всему научу! И отдам ей свою пижаму с единорогами, когда вырастет! — Я тоже что-нибудь отдам, — тут же подхватил Каэль, а затем, чуть подумав, уточнил с деловой прямотой: — Не пижаму. Но может конфету.       Трис не удержалась от смеха сквозь ещё не высохшие слёзы. — Значит, у неё будет счастливое детство, — прошептала она. — Сразу два личных телохранителя и один папа-волшебник в придачу.       Тобиас коснулся её щеки кончиками пальцев. — И самая сильная мама на свете, — тихо добавил он.       На выходе из клиники Элия уже вслух сочиняла первую строчку песни про будущую сестру, Каэль деловито рисовал на обёртке от батончика примерный план будущей комнаты для троих детей сразу, а Тобиас с Трис шли чуть позади, держась за руки и наблюдая за этой картиной с молчаливым удовольствием. — Как ты себя чувствуешь? — тихо спросил он. — Будто сердце внезапно увеличилось ещё на одну порцию любви, — ответила она, — и теперь в груди немного тесно от того, сколько там всего помещается одновременно.       Следующие недели дом Трис и Тобиаса напоминал уютную мини-мастерскую: гвозди, банки с краской, детские пальцы, перепачканные в клее, рулоны обоев с узором из нежных цветов и звёзд — всё смешалось в один непрекращающийся, но приятный семейный вихрь. Теперь, зная пол ребёнка, семье предстояла вторая важная миссия — подготовить детскую для нового члена семьи. — Это будет комната космической принцессы! — торжественно объявила Элия, приклеивая к стене очередную картонную звезду. — Нет, она будет супергероем, и у неё будет тайное логово прямо за кроваткой, — тут же возразил Каэль, втаскивая в комнату большую коробку, которую сам же окрестил «порталом». — Она будет девочкой, — со смехом вмешалась Трис, наблюдая за этим спором с порога, держа в руках кружку с какао. — И ей для начала просто нужно тёплое место, а не поле битвы за подушки между вами двумя.       Тобиас в это время устанавливал полку в углу комнаты. В одной руке шуруповёрт, на лице лёгкая испарина и самое довольное выражение, какое только можно вообразить. — Главное, чтобы здесь всё было надёжно закреплено, — пробормотал он, закручивая последний винт. — Девочки должны расти среди вещей, которые точно не упадут им на голову. — Кроме звёзд, — с улыбкой поправила его Трис. — Эти можно ронять сколько угодно.       Когда солнце начало клониться к закату, детская наполнилась мягким, почти золотистым светом. Каэль устроился с ногами на подоконнике, листая книжку с именами, которую они специально купили накануне. Страница быстро сменяла другую, так как мальчик ещё не умел читать, но упорно делал вид, что понимает написанное. Элия расположилась на полу, увлечённо рисуя нечто, что сама назвала «семейным гербом» — на рисунке были изображены четыре фигурки покрупнее и одна совсем крошечная в самом центре, окружённая множеством наспех нарисованных сердечек. — Мам, а как вы выбирали имена для нас? — вдруг спросил Каэль, не отрываясь от книжки.       Трис села рядом с ним, легко проведя ладонью по его волосам. — Твоё имя сильное, — сказала она. — В нём есть ритм и решимость, с самого звучания. А имя Элии — как маленькая песня. Лёгкое, доброе, немного волшебное. — А как мы выберем имя для неё? — тихо спросила Элия, оторвавшись от рисунка. — Оно ведь тоже должно быть особенным. Чтобы было как будто... тёплым.       Тобиас опустился на пол рядом со всеми, забрав у Каэля книжку с именами и медленно перелистывая страницы. — Тогда давайте начнём не с самого имени, а с чувств, — предложил он. — Что каждый из вас чувствует, когда думает о ней? — Тепло, — сразу же сказала Трис, не задумываясь ни на секунду. — Свет, — тихо добавила Элия. — Упрямство, — усмехнулся Каэль. — Она уже сейчас пинается так, будто танцует внутри и всем недовольна сразу. — И храбрость, — негромко добавил Тобиас, взглянув на Трис поверх голов детей.       Он на мгновение задумался, будто подбирая нужное слово из всего услышанного, а потом тихо предложил: — А что, если Люмия?       В комнате повисла тишина — даже дети на секунду замолчали, вслушиваясь в звучание имени. — Люмия, — медленно повторила Трис, будто пробуя его на вкус, как глоток тёплого мёда. — Свет. Но не просто свет вообще, а именно тот, что появляется в самый нужный момент, когда без него совсем темно. — Мне нравится, — серьёзно сказала Элия. — Она будто маленький фонарь, которого не хватило ёжику в тумане.       Каэль кивнул, окончательно соглашаясь. — Люмия. А для миссии пусть будет просто Люми. — Значит, решено, — с тёплой улыбкой сказал Тобиас. — Добро пожаловать в семью, Люми.       И в этот самый момент Трис почувствовала внутри чёткий, уверенный толчок — будто сама Люми подтверждала своё согласие с новым именем.