Глава 11 Не верить — следить

      В кресле напротив сидел его давний... кто? как назвать человека, которого буквально знаешь всю жизнь? Они не были друзьями. О, нет. Но одно из первых воспоминаний Драко было о том, как он разламывал игрушечную метлу в доме этого самого человека. Тогда он яростно на него набросился, но их матери их разняли.       — Это было изящно, — Малфой отдал должное своему визави.       — Я не сомневался, что ты оценишь, — тёмноволосый мужчина стряхнул несуществующую пылинку с рукава пиджака. Лицо оставалось бесстрастным, но в голосе мелькнул намёк на улыбку.       — Позвать меня, прислав змею в бокале и обломки метлы. Меньшего я от тебя и не ожидал.       Теодор Нотт — а это был он — наконец оторвался от изучения дорогого текстиля и спокойно перевёл взгляд на Малфоя.       — Главное, ты понял.       — Я до сих пор помню, как ты тогда укусил меня до крови. Кто бы мог подумать, что именно ты станешь целителем.       — Мы оба способны на неожиданные решения.       В комнате повисла тишина, которая стояла на своём месте в разговоре, как и всё в кабинете Нотта. Даже подушки на диване лежали под одним углом.       Змея означала: Нотта надо искать на работе. Малфой понял это сразу, как только Интри передала посылку. Совы его не находили, но Тео знал другие способы. Можно было сказать, что Интри занимала значительную часть и в его воспитании тоже, хоть кровью они и не были связаны.       Кабинет находился там, где их точно не стали бы искать: маггловский Лондон, частная практика доктора Мирроу. Под этим именем Нотт занимался исследованиями мозга, вдали от волшебного мира. Малфою пришлось напрячься, чтобы найти его самостоятельно. Но вот он здесь.       — Грейнджер пару дней назад заглянула на огонек ко мне домой, — наконец произнёс Нотт. И добавил как бы между прочим. — Джинни пыталась выглядеть спокойной. Это всегда худший признак.       — Моё плохое влияние теперь распространяется и на твою супругу? Я ей явно не по нраву.       — Мы слишком рано поняли, что не обязаны друг другу нравиться, Малфой, — Нотт пожал плечами. — Это относится и к Джинни. Она разумно решила, что, хоть одно упоминание твоей фамилии и вызывает в ней отголоски травмы, ты всё же заслуживаешь шанс быть выслушанным.       — Благословляю ваш крепкий союз. Если Уизли стала благоразумной, значит, Нотт, ты на что-то в этом мире сгодился.       — Дело не в Джинни. Я собираю картину, — он действительно смотрел на Малфоя заинтересованно. — И это занятие… интригует. Я и сам заметил, что что-то назревает. Очень любопытные движения в Министерстве. Там, где не должно быть, появляются одинаковые паттерны поведения. Если бы я был просто целителем и сидел в кабинете, это прошло бы мимо. Но я в комиссии при Аврорате и Визенгамоте, а ещё тесно сотрудничаю с отделом по слиянию магии и технологий. В одном допросе три разных человека произнесли одну и ту же фразу. У нескольких сотрудников одинаковые микропаузы перед ответами. Что-то происходит. И не только в головах у преступников и подсудимых.       Он чуть наклонил голову.       — А когда после этого заявляется Грейнджер и просит замолвить за тебя слово… некоторые вещи встают на свои места.       — Рад, что помог навести порядок в твоей голове.       — Да нет, здесь скорее про порядок в твоей голове,— всё так же спокойно, почти ласково отзеркалил Нотт.       Малфой отметил, как ловко Нотт манипулирует им, не залезая в голову напрямую. Отточенные движения, интонации, правильный темп. Такой разговор мог расположить именно Малфоя и, что хуже, Тео это знал. Мерлин, с ним придется быть очень осторожным.       — Мне пока не нужна твоя помощь как специалиста.       — Я подожду, пока за отрицанием придёт принятие, — усмехнулся целитель. — Но я о другом. Порядок в твоей голове всегда занимал важное место. А теперь ты сам благополучно скатываешься в хаос. Война — это хаос.       — Я знаю. Поэтому ты сегодня выровнял все подушки под одним углом? Польстить моему внутреннему маньяку порядка?       — Нет. Я хочу понять.       — Ах, вот какова цель.       — Естественно. Я предпочитаю понимать прежде, чем принимать решения. Значит Пожиратели нацелились на Министерство, а ты хочешь помешать и вернуться в Англию тихо проживать свой век?       — Именно, Нотт. Даже лучше нельзя сформулировать. Если повезёт.       — Ты стравил Беллу и Розье?       — Они и без меня не ладили. Но им не мешало помочь.       — Выглядит как твоё привычное поведение. Розье и Белла — чудесный союз.       — Иногда, чтобы вылечить гниль, нужно сначала дать ей собраться в одном месте.       Нотт на долю секунды задержал дыхание. Очень коротко, но Драко заметил.       — Интересная логика. Ты представляешь собой уникальный случай. - Нотт смотрел на него как на букашку, которую собрался изучать. Именно поэтому Малфой и не любил его с самого детства. — Так вот. «Спокойно прожить свой век» не укладывается в мою картину о тебе.       — Тогда тебе стоит её обновить. За эти годы добавилось красок.       Тео ему не доверял. Вряд ли он мог его в этом винить. В детстве они росли вместе, потому что их матери были очень близки. Александра Нотт была единственным человеком, которого впускала в свою жизнь Нарцисса Малфой. Именно поэтому смерть миссис Нотт так больно ударила по ней. Это случилось еще до второго прихода Волдеморта, в конце второго курса. Тогда мальчики окончательно отдалились друг от друга. Нотт замкнулся в себе. Драко продолжать играть принца Слизерина.       Может быть, если бы они сохранили связь, Малфой бы не влез по уши в дерьмо со служением Темному Лорду. Несмотря на свое природное любопытство, Нотт был закрытым, но ужасно независимым ребенком. Он всегда хотел докопаться до сути. Любил досконально изучать любой предмет. А Драко... Драко хотел выделиться. Ему льстило внимание. Нотт же никогда не смотрел на него с благоговением. И сейчас он ничуть не изменился.       — Я был удивлён, узнав, что ты работал с Грейнджер во время войны, — сказал Тео.       — Это случилось уже после твоего отъезда.       Малфой не стал углубляться. Нотт отметил, как тот подобрался и сел ровнее. Что-то в этой теме задевало. Прошлое? Настоящее?       — Хочешь огневиски? Или попробуешь что-нибудь… неволшебное?       — Как-то непрофессионально.       — Мы не на приёме, — Теодор встал, достал из шкафа бутылку маггловского алкоголя и разлил им по бокалам. — Попробуй. Это должно устроить даже твой изысканный вкус.       — С чего ты взял, что мой вкус всё ещё изысканный?       — Что бы ты ни делал, кое-что из тебя не вытравить. Твою любовь к тому, чтобы быть во всем лучшим, например. А значит выбирать только то, что соответствует твоим стандартам.       Он сделал паузу — достаточно короткую, чтобы выглядеть случайной.       — Гермиона Грейнджер тоже из этих вещей?       И тут впервые он увидел, как на лице Малфоя возникла тень настоящих эмоций. Злость. О да, Нотт был прав, но он видел лишь легкую рябь на поверхности. Внутри же Малфой чувствтвовал ярость. Она поднялась быстро и грязно, в горле пересохло, как перед Круциатусом, только палочки в руке не было.       — Не лезь не в своё дело, Нотт.       — Я и не лезу. Я спрашиваю, как вышло, что у вас «нерушимый союз», и теперь она защищает тебя перед Джинни.       — Может быть потому, что она тоже не хочет, чтобы её мир рухнул во второй раз?       — С тобой, Малфой, мир может рухнуть и в десятый, — теперь Тео говорил откровенно. — Твои амбиции могут привести не туда, куда хочешь ты сам.       У Малфоя свело челюсть от ощущения, что Нотт нащупывает точку, которую он сам избегал называть. Да, Нотт бил больно, по самым настоящим страхам. Но он заслужил ответную откровенность.       — Зато мои намерения остаются прежними. Я не позволю Розье и его шайке править. И чтобы Белла плясала под их дудку, пытая и уничтожая людей по нарастающей. Фанатики чистой крови должны исчезнуть.       Нотт удовлетворённо кивнул будто наконец услышал хоть каплю правды.       — Значит, тебе нужно, чтобы я убедил Билла, что ты настроен серьёзно.       — Мне нужно, чтобы Билл начал действовать, — ответил Драко. — И чтобы он не потратил неделю на сомнения в одном имени.       Нотт выдержал паузу.       — Я не стану твоим человеком, Малфой.       — И не надо, — спокойно сказал Драко. — Мне не нужны верные. Мне нужны… компетентные.       Нотт едва заметно кивнул. Согласие без капитуляции.       — Хорошо. Я подтвержу Биллу два факта: что ты вытащил меня и что ты знаешь, куда они сунут руки в Министерстве. Но если я увижу, что ты полезешь в головы — к Джинни, к кому угодно — ты станешь моей проблемой.       Малфой улыбнулся шире.       — Договорились. Я тоже не люблю, когда лезут в чужие головы без разрешения.       Это прозвучало слишком гладко, чтобы быть правдой целиком. И Нотт, конечно, это услышал. Но он уже сделал выбор: не «верить» — а «следить».

***

      Тео вернулся домой, и к нему подлетела Джинни. Он с нежностью обвил руками её талию и поцеловал. Их дом всегда был пристанищем хаоса, который приносила с собой Джинни, но от этого он не переставал быть самым уютным местом на земле.       С неохотой отпустив жену, Тео последовал за ней на кухню. Через несколько минут они сидели за столом, наслаждаясь иллюзией безопасности: из духовки тянуло запахом мясного рулета и печёного картофеля, будто мир всё ещё был простым.       Оба понимали: то, на чём держалась их жизнь последние годы, уже трещит. Но им нужен был этот остров посреди начинающегося конца — хотя бы на вечер.       — Милый, на следующей неделе закрывается сезон, и в выходные у меня два матча, — сказала Джинни. — Но это совпадает с твоим графиком, верно?       На долю секунды она задержала дыхание перед словом «выходные». Тео поймал это так же, как ловил микропаузы у допрашиваемых, и всё же ответил тем же беззаботным тоном:       — Да. Я дежурю в Святом Мунго. Но в субботу до полуночи вернусь.       Она игриво пробежалась пальцами по его груди.       — Уже неплохо. Устроим ночь, которую ты будешь вспоминать, сидя утром в своём кабинете?       Они шутили, препирались. Тео следил за тем, как в её глазах вспыхивают смешливые искорки. Он знал: это форма защиты. Но от этого удовольствие не становилось менее острым.       Позже, когда они уже лежали в постели, где-то вдали воздух разрезала маггловская сирена. Джинни замерла и прижалась к нему крепче. Тео машинально потянулся к палочке на тумбочке — и только потом выдохнул.       — Тео… сегодня что-то произошло?       — Да. Я виделся с Малфоем.       Она помолчала. Потом подняла голову с его груди и тревожно посмотрела ему в глаза.       — Ты ему доверяешь?       — Нет, — ответил Тео всё тем же спокойным тоном, который мог обмануть кого угодно, но не Джинни. — Но я вытянул из него правду. Чуть-чуть приоткрыл завесу.       Джинни смотрела уже ровнее. Она доверяла его суждениям.       — Малфой всё такой же: заносчивый, самоуверенный, эгоистичный, — продолжил Тео. — И это… удерживает его историю на плаву. Он хочет провала Розье и Беллы — для себя. Его не устраивают они как потенциальные правители. Это не делает его невинным как ягненок. Но враг моего врага иногда полезен.       Он помолчал. Пальцы сами нашли на её спине привычный ритм — как будто уговаривали сердце не ускоряться. И почему-то в голове всплыло: «Мне не нужны верные. Мне нужны компетентные». Тео не признался бы Джинни, но именно это и было страшнее всего.       — Отрицательные мотивы часто прикрывают то, чего человек на самом деле хочет, — тихо добавил он. — Малфой амбициозен. Он уже не тот мальчик, который помог мне бежать. Тогда в нём были сомнения. Он не знал, что правильно, а что нет. Как спасти себя, как спасти семью. Сейчас… он собирает людей, как инструменты.       Джинни нервно сжала его руку.       — Может… нам всё же стоит уехать? Твой отец уже в Англии.       В глазах Тео на секунду мелькнуло сомнение. Потом он посмотрел на неё и с горькой усмешкой покачал головой.              — Ты не сможешь оставить здесь всех. У тебя здесь семья. Ты себе этого не простишь.       Она закусила губу — и с усилием призналась:       — Мне безумно страшно вновь окунаться в это. Я не боюсь войны. Я боюсь того, что она сделает с нами после… если мы вообще выберемся. — Гарантий нет, — сказал он. — Но не попытавшись, ты не сможешь жить дальше. Твои братья и родители бездействовать не будут. Я бы с радостью оказался на другом континенте, где мой отец меня не найдёт… но я уже не один. И я, честно говоря, тоже не согласен сдаться без боя. У нас пока есть время. Мы можем попытаться остановить это до катастрофы.       — А если не получится… действовать по обстоятельствам?       Он ласково щёлкнул её по носу.       — Именно, котёнок. Гибкость — это то, чего вам, гриффиндорцам, всегда не доставало.       Она, всё ещё слегка тревожась, свернулась у него в руках. Ощущение надвигающегося шторма никуда не делось — но, сделав выбор и признав его, стало чуть-чуть легче. Джинни провалилась в сон, слушая его сердцебиение.       Мир замер в ожидании. Вдалеке завывала маггловская сирена, ровно и упрямо. Тео смотрел в темноту и думал, что самое опасное всегда приходит с привычкой: рука к палочке, маленькая едва заметная пауза, улыбка чуть дольше, чем нужно. Джинни спала, доверяя его сердцу, а он не доверял ничему, кроме фактов. Сейчас было так спокойно... Казалось, останься он в этом моменте, буря бы никогда не пришла к ним дом. Но буря не ждала. Примечания автора: Я завела канал, посвященный нашей истории. Всех кто хочет увидеть как я вижу героев, узнать больше о мире и просто поболтать, милости прошу https://t.me/worldgetsilence