Я тогда войду в твое шумное сердце!

Воздух здесь всегда казался прохладнее и плотнее, чем в остальном замке. Пахло древесиной старого дубового стола, консервированной магией и суровой дисциплиной. Свет падал из высоких стрельчатых окон, подсвечивая пылинки, танцующие в луче. За массивным столом сидела сама профессор МакГонагалл в своей неизменной тёмно-зелёной мантии и острой шляпе. Её лицо было как всегда бесстрастным, но в очках с квадратной оправой отражались искорки того ледяного, оценивающего внимания, которое заставляло первокурсников трепетать. Справа от неё, почти сливаясь с тенью у книжных шкафов, стоял Северус Снейп. Он был неподвижен, как изваяние, лишь скрещённые на груди длинные, бледные руки выдавали лёгкую напряжённость. Его чёрные глаза, холодные и нечитаемые, были устремлены на дверь, когда та открылась. Гермиона вошла первой, её шаги были чёткими, поза — прямой, готовая к любым академическим испытаниям. Драко вошёл следом, на лице его застыла привычная маска вежливого безразличия, но в уголках губ таилась тень скуки. Их одновременное присутствие в кабинете ректора факультета Гриффиндора где был ректор Слизерина само по себе было тревожным знаком. — Мисс Грейнджер, мистер Малфой, — голос МакГонагалл прозвучал сухо, без предисловий. — Благодарю, что пришли. Профессор Снейп. Она слегка кивнула в сторону своего коллеги, давая ему слово. Снейп не стал сдвигаться с места. Его голос, низкий и вязкий, как патока, заполнил кабинет. — В этом году, — начал он, не отводя взгляда от них, — подготовку традиционного Хэллоуинского пира и сопутствующих... развлечений решено поручить факультетам Слизерин и Гриффиндор. Совместно. Он сделал крошечную, многозначительную паузу, дав этим словам осесть. — Как действующие старосты школы, вы будете ответственны за координацию усилий. Вы должны будете проинформировать остальных старост ваших факультетов об их обязанностях и распределить между ними задания. — Он перевёл взгляд с одного на другого, и в его глазах, казалось, на мгновение мелькнуло что-то вроде мрачного удовольствия. — Времени, предупреждаю, в обрез. Фактически, его уже нет. Так что будьте так добры отнестись к этой задаче со всей серьёзностью, на которую вы способны. Тон последней фразы оставлял простор для сомнений в их способностях, особенно когда дело касалось сотрудничества друг с другом. Профессор МакГонагалл слегка подалась вперёд, сложив руки на столе. Её взгляд был острым, как скальпель. — Для облегчения задачи вы можете, в случае крайней необходимости, привлечь на помощь одного или двух старост с факультетов Когтевран и Пуффендуй, — сказала она, и в её голосе прозвучала несвойственная ей уступчивость, тут же перечёркнутая следующей фразой: — Однако основная ответственность и львиная доля работы лягут именно на вас. Это не просто бюрократическая формальность. От организации этого мероприятия зависит настроение всего замка. Гермиона стояла, выпрямившись в струнку. Её ум уже лихорадочно работал, выстраивая списки, графики, планы распределения ресурсов. Она кивнула, коротко и деловито. — Хорошо, профессор. Мы всё организуем. Драко слегка склонил голову, его движение было скорее вежливым кивком аристократа, чем согласием подчинённого. — Не сомневаюсь, что мы найдём... взаимоприемлемые решения, — произнёс он, и его голос прозвучал на удивление ровно, хотя подтекст фразы был ясен как день: это будет битва на каждом этапе. МакГонагалл обменялась быстрым, ничего не выражающим взглядом со Снейпом. — Прекрасно. Можете быть свободны. Отчёты о подготовке ожидаю ежедневно, начиная с завтрашнего утра. Они развернулись. Спины у обоих были прямыми, но напряжение в них читалось безошибочно. Они вышли из кабинета, и массивная дубовая дверь закрылась за ними с тихим, но весомым щелчком, который прозвучал как точка отсчёта в новом, личном противостоянии. Гермиона первая нарушила молчание. Она не смотрела на него, уставившись в противоположную стену, где портрет какого-то сонного волшебника похрапывал в раме. — Я займусь составлением общего плана и списка необходимых ресурсов, — произнесла она голосом, лишённым всяких эмоций, как будто читала доклад. — Инвентаризацию залов и безопасность можно делегировать кому-то из других факультетов. Драко медленно повернул к ней голову. Его лицо было бесстрастной маской. — Прекрасная идея, — сказал он с лёгкой, ядовитой сладостью в голосе. — Ты, как всегда, мыслишь… системно. Я же займусь материальной частью. Украшения, угощения, музыка. То, что требует… определённого вкуса. И контактов с поставщиками вне Хогсмида. — Он дал понять, что его связи шире, а понятие «вкуса» — утончённее. — Музыка? — Гермиона нахмурилась, наконец бросив на него быстрый, искрящийся раздражением взгляд. — Это же не бал. Это Хэллоуин. — Именно поэтому, — парировал Драко, поднимая одну бровь. — Мы не можем обойтись хором призраков, которые ноют про свою смерть. Нужен ансамбль. Может, даже живой. У меня есть знакомые. Он явно наслаждался её раздражением. — А у меня есть список проверенных поставщиков из «Всевозможных вредилок» и «Сладкого королевства», которые дают скидки школам, — отрезала Гермиона. — И их продукция безопасна и прошла проверку. — О, как мило. «Проверенные поставщики». Звучит так… уютно и бюджетно. Я же думал о чём-то более… запоминающемся. Они стояли посреди коридора, и их тихий, шипящий спор был похож на поединок двух змей. — Запомнится, если кто-то отравится твоими «запоминающимися» угощениями с Тёмных островов, — прошипела она. — А запомнится, если наш Хэллоуин будут вспоминать как самую унылую вечеринку со времён основания Хогвартса, благодаря твоим «безопасным» и «проверенным» бумажным гирляндам. Оба замолчали, понимая абсурдность ссоры здесь и сейчас. Задание было дано. Время поджимало. И они ненавидели друг друга чуть больше прежнего. — Ладно, — сквозь зубы сказала Гермиона, отворачиваясь. — Я отправлю тебе план по патронуму к вечеру. Ты внесёшь свои… «правки». А завтра утром, в гостиной, в 8, обсудим распределение задач между старостами. Без опозданий. — Как скажешь, Грейнджер, — ответил Драко, и в его тоне снова зазвучала та же слащавая язвительность, что была в кабинете. — Только, пожалуйста, не пиши его на пергаменте, испещрённом следами слёз о несправедливости мира. У меня аллергия на сентиментальность. Не дожидаясь ответа, он резко развернулся и зашагал прочь, его чёрная мантия развевалась за ним как крылья ворона. Гермиона сжала кулаки, чувствуя, как гнев пульсирует у неё в висках. Она посмотрела ему вслед, а затем, с тяжёлым вздохом, побрела в противоположную сторону — к библиотеке. К планам, спискам и предсказуемому, упорядоченному миру логики, который он так презирал.

***

Атмосфера в комнате была натянутой, как тетива. Непривычное смешение цветов: алое и золото Гриффиндора, зелёное и серебро Слизерина. Воздух, обычно пахнущий либо книгами и корицей (от Гермионы), либо холодным парфюмом и аристократическим пренебрежением (от Драко), сейчас был заряжен взаимным недоверием. Гермиона и Драко стояли у камина, спиной к огню, образуя неестественный, несогласованный альянс. Перед ними, разделённые невидимой, но ощутимой линией, сидели их «подчинённые»: С одной стороны — Гарри Поттер и Рамильда Вейн. Гарри выглядел усталым и отстранённым, его мысли явно витали где-то далеко, но он слушал, время от времени кивая. Рамильда, напротив, была сосредоточена и деловита, её перо было готово записывать. С другой — Теодор Нотт и Пэнси Паркинсон. Тео развалился в кресле с видом человека, которого оторвали от куда более интересного занятия. Пэнси сидела с идеально прямой спиной, её лицо было холодной, отполированной маской высокомерия. — Итак, — начала Гермиона, её голос прозвучал чётко, нарушая тягостное молчание. — Профессора МакГонагалл и Снейп возложили на нас ответственность за организацию Хэллоуинского праздника. Времени крайне мало. Мы должны действовать быстро и эффективно. Драко, не дожидаясь, пока она закончит, плавно подхватил, его тон был гладким и самоуверенным: — Что подразумевает чёткое разделение обязанностей и беспрекословное выполнение поручений. Никаких импровизаций, никаких «гриффиндорских» выкрутасов, — он бросил взгляд на Гарри и Рамильду, — и никаких «слизеринских» саботажей, — его глаза скользнули к Тео и Пэнси. Он сделал паузу, дав своим словам осесть, а затем жестом, полным неприкрытого превосходства, указал на гриффиндорскую сторону. — Поттер, Вейн. Вы займётесь всей физической и логистической частью. Вам поручается: 1. Инвентаризация и подготовка Большого зала. Расстановка столов, украшение балок, проверка безопасности подсвечников и прочей осветительной артефактуры. Всё должно быть надёжно закреплено. Малейшая люстра, упавшая на голову гостя, — на вашей совести. 2. Координация с кухнями и домовыми эльфами. Составление меню, контроль за поставками продуктов, особенно тыкв. Всё должно быть свежим, обильным и… без сюрпризов в виде летающих пудингов, если только это не часть официальной программы. 3. Организация и контроль за командой уборщиков-привидений. После праздника зал должен сиять. Думаю, с Поющей Мириам вы справитесь. С Кровавым Бароном… — он усмехнулся, — постарайтесь договориться. Это ваша проблема. Задания звучали как перечень чёрной, неблагодарной работы. Гарри лишь тяжело вздохнул и кивнул. Рамильда быстро что-то записывала в блокнот, её брови были нахмурены. Затем Драко повернулся к Тео и Пэнси. Его выражение лица сменилось — в нём появилась снисходительная оживлённость, как у лорда, раздающего своим вассалам почётные, но контролируемые поручения. — Нотт, Паркинсон. Вы будете отвечать за творческую и представительскую составляющую. Ваша зона ответственности: 1. Украшения и атмосфера.Не просто тыквы и паутина. Нужно создать незабываемую, изысканно-мрачную атмосферу. Использовать иллюзии, парящие объекты, заклинания изменения света. Бюджет будет, но он не безграничен. Проявите изобретательность. Тео, твои связи с поставщиками редких, светлых артефактов могут пригодиться. 2. Развлечения и музыка. Организовать выступление оркестра призраков или, если получится, нанять живых музыкантов из Хогсмида. Проследить, чтобы репертуар был… уместным. И без вульгарности. Также — подготовить список безопасных, но зрелищных развлечений для учеников. Пэнси, твой вкус здесь будет как нельзя кстати. 3. Приём гостей и представительские функции. Встреча приглашённых (если таковые будут), рассадка за столами в соответствии с протоколом, общее поддержание порядка и внешнего вида праздника. Вы — лицо нашего предприятия. Задания для слизеринцев звучали как привилегия. Им доверяли красоту, впечатления, связи. Тео лениво улыбнулся, явно довольный таким раскладом. Пэнси лишь слегка кивнула, но в её глазах блеснуло удовлетворение — ей поручили то, что подчёркивало её статус и вкус. Гермиона, слушавшая всё это со всё более каменеющим лицом, не выдержала. Она резко шагнула вперёд. — Минуточку. Это неравномерное распределение. Гриффиндорцы получают всю черновую работу, а Слизерин — парадную часть. — Это рациональное распределение, Грейнджер, — парировал Драко, не глядя на неё. — Гриффиндорцы сильны в… физическом труде и простых решениях. Слизеринцы же обладают изысканным вкусом и дипломатическими талантами, необходимыми для создания настоящего события. Каждый работает на своём поле. Или ты сомневаешься в способностях своих однокашников? Это был удар ниже пояса, и он знал это. Гермиона сжала губы, видя, как Гарри пожимает плечами, будто говоря «какая разница», а Рамильда уже погружена в список задач. — Кроме того, — добавил Драко, обращаясь ко всем, — мисс Грейнджер и я будем осуществлять общую координацию и контроль. Все отчёты и проблемы — сначала нам. Вопросы есть? Вопросов, по крайней мере вслух, не последовало. Тео с Пэнси выглядели довольными, гриффиндорцы — просто забили. Гермиона же стояла, ощущая жгучую несправедливость, но понимая, что оспаривать это публично сейчас — значит подорвать и без того шаткий авторитет перед лицом слизеринцев. — Тогда приступайте, — закончил Драко, и в его тоне звучала неоспоримая окончательность. — У нас мало времени. Собрание распалось. Гриффиндорцы ушли, обсуждая списки и маршруты. Слизеринцы удалились с видом заговорщиков, уже строя планы. Гермиона и Драко остались одни в гостиной. Огонь в камине трещал, отражаясь в её гневных и его торжествующих глазах. — Ты сознательно всё подстроил, — прошипела она, когда дверь закрылась за Тео. — Я рационально распределил ресурсы, — возразил он с ледяной усмешкой. — Ты хотела сотрудничества? Вот оно. Каждый в своей роли. Ты и твои львы можете рычать и таскать брёвна. А мы, змеи, украсим эту груду брёвен так, что её назовут шедевром. Счёт, кстати, — он повернулся к ней, — 3:2. В мою пользу. Он оставил её одну, сжимать кулаки от бессильной ярости, понимая, что в этой игре он только что сделал серьёзную, стратегическую заявку на победу. И отыграть её будет чертовски сложно. Воздух в гостиной старост сгустился после ухода остальных, наполнившись невысказанной конфронтацией. Гермиона повернулась к Драко, её поза была жёсткой, а взгляд — стальным, но в глубине глаз плескалось холодное, расчётливое негодование. — Твоё распределение было предвзятым и неэффективным, Малфой, — начала она, отчеканивая каждое слово. — Но оспаривать его перед всеми было бы контрпродуктивно. Однако я не намерена ставить успех всего мероприятия под угрозу из-за твоего желания унизить Гриффиндор. Поэтому я принимаю меры. Она сделала небольшую паузу, наблюдая, как его лицо остаётся бесстрастным, лишь одна бровь слегка приподнялась в вопросе. — Я привлеку на помощь дополнительных людей. С нашей стороны. Джинни Уизли и Луну Лавгуд, — объявила Гермиона. Её тон не оставлял сомнений, что это не предложение, а ультиматум. — Джинни обладает отличными организаторскими способностями и авторитетом среди младших курсов, что поможет с мобилизацией. Луна… её нестандартное мышление может быть полезным для творческих задач, которые ты так щедро оставил за Слизерином, но явно не собираешься выполнять добросовестно. Они помогут Рамильде и Гарри. Она произнесла это, ожидая возражений, насмешки, язвительного комментария о «гриффиндорском кумовстве» или «помощи сумасшедшей». Но реакция Драко оказалась иной. Его губы растянулись в медленной, холодной улыбке, которая не достигла глаз. В его серых глазах вспыхнул азарт игрока, которому только что сделали интересный ход. — Прекрасная мысль, Грейнджер, — произнёс он, и его голос звучал почти одобрительно, что было ещё подозрительнее. — Действительно, зачем ограничиваться? Раз уж мы расширяем круг помощников… — он сделал театральную паузу, — тогда, разумеется, со своей стороны я также привлеку дополнительного человека. Блейз Забини. Он выдержал её взгляд, наслаждаясь мгновенным замешательством, мелькнувшим в её глазах. Он не просто соглашался — он парировал. И делал это так, чтобы поставить её в неловкое положение. — Блейз обладает безупречным вкусом, обширными связями и, что немаловажно, умением решать… деликатные вопросы, не привлечая лишнего внимания, — продолжил Драко, его тон стал сладко-ядовитым. — Он идеально впишется в команду по «творческой и представительской части». И, учитывая его последние… увлечения, — он многозначительно подчеркнул слово, — думаю, он найдёт общий язык с твоей подопечной, мисс Уизли. Это даже улучшит межфакультетное взаимодействие, не так ли? Ты же за него? Это был гениальный, дьявольский ход. Он не только сводил на нет её попытку усилить гриффиндорское влияние, но и вводил в уравнение Блейза — человека, чьё странное, тихое сближение с Джинни было для Гермионы тревожной загадкой. Теперь это «сближение» становилось частью их рабочего процесса. Под её наблюдением. Или, точнее, под их общим наблюдением. Кроме того, он одним движением делал Блейза своим официальным представителем, своим «глазом и ухом» в творческой группе, где и без того доминировали слизеринцы. Это усиливало его контроль. Гермиона поняла это мгновенно. Щёки её слегка залились румянцем от ярости и осознания, что её переиграли. Она открыла рот, чтобы возразить, но что она могла сказать? Запретить ему привлекать помощника, после того как сама это сделала? Это выглядело бы мелочно и несправедливо. — Забини, — наконец выдохнула она, и в её голосе прозвучало холодное принятие. — Хорошо. Но он будет подчиняться общим правилам и отчитываться о своих действиях. Как и все. — Естественно, — кивнул Драко с преувеличенной серьёзностью. — Мы же тут не для кумовства собрались. А для серьёзной работы. Так что, поздравляю, Грейнджер. Наша команда расширилась. Теперь у нас есть Уизли, Лавгуд и Забини. Надеюсь, их совместная работа будет… продуктивной. И, главное, интересной для наблюдения. Он развернулся и направился к своей комнате, оставив её стоять одну. Его последние слова висели в воздухе, отягощённые многозначительностью. Счёт, возможно, был не 3:2, а уже что-то гораздо более запутанное. И Гермионе приходилось признать — в этом раунде он выиграл чистую победу, обратив её же ход против неё.