Глава 7. Планы изменились

~Д~

  Драко сделал ещё один успокаивающий вдох благодаря мадам Помфри, которая привела его в идеальную форму за считанные минуты. Когда дело с носом было покончено, он почувствовал странное желание почитать магловскую книгу, которую Грейнджер рекомендовала ему раньше. Это было меньшее, что Малфой мог сделать, учитывая, как по дороге в больничное крыло она прожужжала ему все уши, даже если у него так и не хватило смелости признаться, что он её уже прочитал. Это оказалось мило и неотразимо, чего Драко никак не ожидал.   «Превращение» оказалось совсем не тем, чего он ожидал, и Малфой поймал себя на том, что полностью одержим книгой. Она была не слишком объёмной, и он уже продвинулся довольно далеко, когда его внимание привлёк резкий смешок. Устроившись поодаль на скамье в неглубокой нише, Драко не мог полностью расслабиться, пока не увидел Пэнси, а рядом с ней Дафну и Асторию. Не чувствуя непосредственной угрозы, Малфой снова уткнулся в страницы. Вот только девушки проявляли к нему гораздо больший интерес.   — О, Драко, дорогой, как ты? — ухмыльнулась Пэнси, уперев руку в бок.   — Чего ты хочешь, Паркинсон? — проворчал он, заложив палец между страницами, чтобы не потерять строчку.   — Просто проверяю, можем ли мы рассчитывать увидеть тебя на вечеринке, — сладко протянула она.   — У меня нет выбора. Помнишь? Лузеры работают официантами.   — Ну брось, неужели ты уже сдался? У тебя ещё целая неделя.   Драко прищурился и уставился на неё с откровенной неприязнью, пока две другие девушки хихикали. Через мгновение Дафна смягчилась и бросила на него взгляд, который говорил о том, что она ему немного сочувствует. Астория ухмыльнулась и что-то прошептала Пэнси на ухо, отчего та громко расхохоталась, после чего махнула двум девушкам, отпуская их. Бормоча что-то себе под нос, Драко попытался продолжить чтение, надеясь, что они все уйдут. Спустя несколько молчаливых мгновений он осмелился взглянуть, не ушли ли они. Увы, Пэнси по-прежнему оставалась на месте, прислонившись к стене напротив него.   Она чувствовала себя вполне комфортно и явно не собиралась уходить. Смирившись с её очередной прихотью, Драко аккуратно убрал книгу. Он скрестил руки и обхватил колено, стараясь выглядеть невозмутимо. Но в глубине души Малфой понимал, что находится в невыгодном положении, и это заставляло его чувствовать себя неловко.   Пэнси вздохнула и подошла ближе, усевшись рядом с ним на другом конце деревянной скамьи.   — Ты же знаешь, что я не испытываю к тебе ненависти, правда?   Он не ожидал такого поворота в их разговоре, но тем не менее был готов к худшему. С печальным фырканьем Малфой откинулся назад.   — А я-то переживал, что ты всё ещё в меня влюблена.   — Ой, перестань. Я знаю, что между нами… с прошлого года всё стало напряжённо, но я тебя не виню. Мне самой нужно было многое переосмыслить. Это лето стало для меня очень… отрезвляющим. Пусть мы уже не так близки, как раньше, я всё равно не желаю тебе страданий.   — Как великодушно с твоей стороны, — сухо отозвался Драко.   — Ты же понимаешь, что я не могла помочь тебе с этим вызовом. Это бы подорвало мой социальный авторитет, если бы я стала заключать сделки с кем-то из нашего факультета. Не хандри. Тебе это не к лицу, Драко.   Сверкнув глазами, Малфой прочистил горло:   — У твоего светского визита есть какая-то цель, или мне просто повезло?   Пэнси на мгновение задумалась, поджав губы.   — Я на днях говорила с Невиллом. У него сложилось впечатление, что ты заинтересован в Грейнджер.   Малфой изо всех сил старался сохранить невозмутимое выражение лица, но почувствовал, как щёки заливает румянец.   — Мне не нравится Грейнджер. Я просто уважаю её и не хочу манипулировать ею, чтобы затащить в постель ради какого-то дурацкого вызова.   Паркинсон на мгновение растерялась, но быстро пришла в себя. Её глаза сверкнули, а губы растянулись в самодовольной улыбке. Он пожалел, что не ушёл раньше, когда была возможность.   — Интересно. Возможно, ты смотришь на это… задание совершенно неправильно. Ты ведь всегда можешь просто рассказать Грейнджер о своём вызове. Верни квоффл ей в руки, и дай самой принять решение. Зачем избегать? Драко с трудом сглотнул и схватил свою сумку, которая лежала у изножья скамьи. — Мне пора. Меня ждёт Блейз … — Я думаю, она тебе действительно нравится, и ты боишься успеха не меньше, чем провала. Пэнси протянула руку и схватила его за запястье, не давая ему уйти. Драко потрясённо уставился на неё. — Ты заслуживаешь быть счастливым, Драко, — тихо сказала она, медленно поднимаясь вместе с ним и отпуская его руку. — Возможно, всё дело в мотивации. Тебе всегда нужно было шило в жопе. А я знаю одну куда более интересную правду о тебе… И думаю, что на вечеринке воспользуюсь именно ею. Драко почувствовал, как краска отхлынула от лица, а весь жар покинул тело. Он сразу понял, на какую правду намекает Пэнси. И она была куда более разрушительной, чем первоначальная. Оцепенев от ужаса, Малфой смотрел, как Паркинсон бросает на него последний, жалостливый взгляд, и выходит обратно в коридор. Она послала ему воздушный поцелуй: — Это для твоего же блага. Удачи с Грейнджер. — Ты не можешь этого сделать! Это жульничество! Это вмешательство, это... — Это моя игра и мои правила. Не трать впустую ещё один драгоценный день, дорогой. С нетерпением жду результата. Пока! — Пэнси оглянулась, игриво помахав пальцами на прощание. Лёд в его жилах, казалось, медленно таял, когда в него закрался горячий гнев, покалывая кожу головы. Горькое осознание того, что Пэнси столь же безжалостна и непреклонна, как и её отец, было неоспоримым. Она была Паркинсон от мозга костей до кончиков пальцев.

***

~Г~

  Драккл!   Куда подевалась Джинни? Гермиона завернула за угол и резко затормозила у одного из популярных мест, где собирались друзья с разных факультетов. В большом зале для отдыха две группы играли в разные игры, но ни в одной из них не было ярко выраженной рыжеволосой девушки.   Разочарованно застонав, Грейнджер привлекла к себе внимание Сьюзен Боунс. — Привет, Гермиона! Не хочешь поиграть с нами во взрывающиеся карты? — весело предложила она, помахав ей рукой. — Простите! Я ищу Джинни. Вы её нигде не видели?   Сьюзен задумалась и посмотрела в потолок.   — Эээ… кажется, я видела, как она выходила из Большого зала после ужина вместе с Гарри. Жаль, что не могу помочь больше. Мы будем здесь, если передумаешь!   Гермиона ещё раз поблагодарила их и снова отправилась на отчаянные поиски. Ей нужно было поговорить с Джинни. Раньше она спрашивала лишь о конкретной ситуации, а не о том, что делать, если вдруг понимаешь, что влюбилась. Меняло ли это что-то? Её собственный опыт был весьма сомнительным: Виктор сам её добивался, а Рон… Рон вообще был плохим примером.   Когда Гермиона спускалась по лестнице к главному входу, ее осенила внезапная мысль. Она прикусила губу и задумалась, стоит ли идти по этому следу. Завернув за угол, Грейнджер шокировано застыла на месте.   В другом конце невероятно длинного коридора стояли Пэнси и Драко. Ей хотелось развернуться и сбежать, но ноги не слушались. Она стояла, как вкопанная. Слов Гермиона не могла расслышать, но Паркинсон улыбалась и держала Малфоя за руку.   Желудок рухнул вниз, а сердце ушло в пятки. Она совершенно забыла о Пэнси и её непонятных отношениях с Малфоем. Они то сходились, то расходились. Теперь снова вместе? А может, и не расставались? Святые основатели!   Неужели она поцеловала Малфоя, когда он был в серьёзных отношениях? Внезапно стало нечем дышать, словно лёгкие рассыпались от шока и стыда. Лишь когда Пэнси развернулась и ушла, Гермиона сорвалась с места. Чувствуя, как адреналин бежит по её венам, она бежала изо всех сил. Стук в ушах заглушал все звуки, пока Гермиона бежала прочь из замка. Предыдущий план спрятаться в горах обрёл абсолютную ясность. Он был чертовски идеальным.   Она выбежала на улицу, вдохнула прохладный воздух, когда сумерки окрасили всё мягким оранжевым сиянием. Волосы хлестали по лицу, пока Гермиона пробиралась мимо студентов, болтающихся в коридоре крытого моста. Каблуки гулко застучали по дереву, когда она выхватила взглядом тропу, ведущую в долину Хогвартса. Мысли сузились до одного: спрятаться, убежать, исчезнуть. Слова крутились в голове, как мантра, подгоняя её вперёд, несмотря на жжение в лёгких и боль в бёдрах. Даже когда в боку свело судорогой, она не сбавила шаг, приближаясь к озеру. — Гермиона?   Собственное имя застало её врасплох, и она споткнулась на каменистом участке тропинки. Пошатнувшись, она рухнула на колени и ладони, чувствуя, как гравий больно впивается в кожу. Прерывисто дыша, Гермиона слепо смотрела на удивлённое лицо Джинни.   Понадобилась ещё минута-другая и осторожная помощь Джиневры, чтобы она смогла встать и по-настоящему осознать происходящее. Она пронеслась через весь замок, пересекла крытый мост и сбежала с холма к более тихой стороне Чёрного озера.   Гермиона активно убегала из Хогвартса. Убегала из замка потому, что вслепую поцеловала Драко Малфоя, пока он встречался с Пэнси Паркинсон.   — Что ты делаешь? — спросила Джинни с таким беспокойством, что напомнила Гермионе Молли. Она осмотрела её ладони и колени, проверяя, не пострадала ли та при падении.   Гермиона попыталась заговорить, но слова не шли. Как вообще можно объяснить то, что она натворила?   — Привет? Что происходит? Ты в порядке? Ты под конфундусом?   — Нет… я… я видела Пэнси и Драко вместе, — выпалила она, всё ещё оглушённая всплеском эмоций.   Брови Джинни взлетели вверх, и она подошла ближе к Гермионе.   — О чём ты? Вместе?   Потеряв контроль над спутанными мыслями, Гермиона вывалила всё разом:   — Я видела, как они держались за руки! В коридоре. Я искала тебя, и… и они были там. Я… я не должна была, он, Паркинсон… — Помедленнее. Гермиона…   — Гермиона?   Вырываясь из ослабевших объятий Джинни, Гермиона широко распахнула глаза, ошеломлённая видом Гарри, стоящего в Чёрном озере. Он моргнул пару раз и затем судорожно дёрнулся,пытаясь прикрыть что-то, скрытое в глубине воды. — Что ты здесь делаешь?! — взвизгнул он, заливаясь румянцем.   У Гермионы отвисла челюсть, когда она заметила, что Джинни стоит в одной майке и юбке, без носков и обуви. Она как раз раздевалась, чтобы... чтобы поплавать в Чёрном озере голышом с Гарри.   Несколько раз открыв и закрыв рот, Гермиона поспешно отвела взгляд от Гарри.   — Драккл! Вы что, оба купаетесь голыми? — в её голосе сквозило искреннее неверие.   Джинни заливисто рассмеялась и откинула с плеча прядь рыжих волос.   — Да. Я же говорила тебе, что это мой вызов в игре. И я не шутила, когда сказала, что Гарри мне поможет. Я честно предупреждала ещё на прошлой неделе.   Гермиона покраснела и фыркнула.   — В любом случае, я могу сделать и то и другое. Рассказывай про Драко и Пэнси, — предложила Джинни, стягивая с себя майку и открывая бледно-жёлтый бюстгальтер.   — Что ты делаешь, Джинни?! — вскрикнул Гарри, стоя к ним спиной. — Ты же не собираешься прямо сейчас раздеваться, правда?!   — Да брось. Я годами переодевалась при Гермионе, ей всё равно, — хихикнула она и наклонилась ближе к Гермионе, заговорщически прошептав: — Он вообще-то жуткий ханжа.   Гермиона потёрла виски, чувствуя, как от её импровизированной пробежки начинает болеть голова. — Ты с ума сошла! — она скользнула взглядом по Гарри, явно напоминая Джинни о его присутствии.   Джинни проследила за её взглядом и ухмыльнулась.   — О, он не будет возражать. К тому же, если тебе понадобилось нестись сюда, как банши, убегающей от парикмахера, значит, это достаточно важно. Гермиона хотела возразить, что это может подождать… но может ли? А если она столкнётся с Паркинсон или Малфоем? А если они начнут всем рассказывать, что снова вместе? Большинство учеников и так уже знали об их вчерашнем поцелуе благодаря Маклаггену и его длинному языку. Все будут её ненавидеть? Или жалеть? — Ладно, — сдалась Грейнджер, опустила руки и потянулась к подолу своего шерстяного джемпера. — Что значит «ладно»? Нет, не ладно! Ты что делаешь? Оставь одежду на себе! — возмутился Гарри, наполовину оборачиваясь, чтобы накричать на них. — Абсолютно, мать твою, нет… — Я уже видела твою задницу, когда мы купались в ручье в бегах в прошлом году. Просто не смотри! Отвернись! Я тоже не смотрю… Джинни расхохоталась так сильно, что едва не согнулась пополам. Гарри и Гермиона, нахмурившись, пристально посмотрели на неё. — Простите… Просто вы оба такие ханжи, что мне сложно представить, как вы прожили девять месяцев в палатке, — после очередного приступа смеха она выпрямилась. — Не то чтобы я была неблагодарна за то, что между вами ничего не произошло, но вы ведёте себя как брат с сестрой, которых заставили мыться в одной ванне. — Гермиона Джин Грейнджер! Оставь всю одежду на себе! — взвыл Гарри, когда Гермиона швырнула джемпер на землю. — Не смотри! — огрызнулась она, возясь с юбкой и пытаясь нащупать застёжку, которая удерживала пояс туго натянутым. — Всё нормально, Гермиона. Тебе не обязательно купаться голышом с нами, можешь посидеть на берегу. Гарри, уже достаточно темно, никто ничего не увидит. Мы договорились? — спросила Джинни, уперев руки в бока, как будто давала малышам простое задание. — Да.   — Нет.   Гермиона застонала и закатила глаза.   — Гарри, просто отплыви немного и поплавай там. Разговор действительно важный.   Поттер пробурчал что-то себе под нос и зашёл глубже в воду, всё так же не поворачиваясь к ним. Джинни ухмыльнулась, и стянула с себя лифчик и юбку, после чего вошла в спокойную гладь воды.   — Я не могу поверить, что ты это делаешь, — добавила Гермиона, придвигаясь ближе к кромке воды и устраиваясь поудобнее на корточках, всё ещё чувствуя себя странно уязвимой в этой ситуации. Она обхватила колени руками и положила на них подбородок. — Эй, ты буквально пару секунд назад сама собиралась это сделать. К тому же это весело. И так… раскрепощает, — провозгласила Джинни, опускаясь в воду, чтобы снять трусики. Через мгновение она с победным возгласом швырнула их на землю рядом с Гермионой. Гермиона покраснела и уткнулась лбом в колено, подставив подбородок. — Мы можем хоть минуту сосредоточиться на моей проблеме? — пробормотала она. — Давай. Что случилось с Драко? — Вы серьёзно собираетесь обсуждать дракклова Малфоя, пока я буквально стою здесь голый?! — крикнул Гарри, погружаясь в воду ещё ниже, словно это могло защитить его от разговора. — Ой, замолчи. Продолжай, Гермиона, я слушаю. Гермиона сделала глубокий вдох и медленно выдохнула, стараясь собраться с мыслями. — Я увидела Малфоя и Паркинсон, они держались за руки в коридоре. Я запаниковала. И убежала. — И это всё? — спросила Джинни, в замешательстве сдвинув брови. — Они не вместе, Гермиона. Паркинсон довольно открыто даёт всем понять, что положила глаз на Невилла. Она ловит его при каждом удобном случае: заставляет носить её книги или поддерживать, когда ей «вдруг становится дурно». Жалкое зрелище, если честно… но Невилл, кажется, совсем не против. — Тогда зачем она… что это вообще могло значить? — Эм… возможно, вообще ничего. Ты же спокойно обнимаешь или касаешься Невилла или Гарри. Я бы не не стала углубляться в подробности из-за одного такого момента. Казалось, что узел в животе Гермионы ослаб, а затем тёплое смущение начало разливаться по её щекам. Она молча кивнула в знак согласия. И неужели так остро отреагировала, увидев, что другой человек держит Малфоя за руку? — Зачем ты вообще меня искала? — спросила Джинни, возвращаясь к словам Гермионы, сказанным раннее.   Гермиона собралась, переводя взгляд на силуэт Джинни. Ночь окутала всё вокруг, детали терялись на расстоянии между ними. Сумерки даже успокаивали, словно превращали её в анонима, позволяя говорить честно.   — Кажется… я в него влюбилась.   Со стороны Гарри раздался сдавленный звук. Он простонал. Джинни рассмеялась и плеснула водой ему на голову.   — Значит, тебе нужен был ещё совет, или, скорее, другой совет, не тот, что раньше? — задумчиво произнесла Джиневра в ответ на признание Гермионы.   — Да, — прохрипела Гермиона, крепче обхватывая руками ноги и думая, что ей следует снова надеть джемпер.   — Понимаю. Могу я спросить, что произошло за эти несколько часов, что заставило тебя внезапно перейти от любопытства к влюблённости? — Джинни осторожно пошевелилась, мягко перебирая ногами по воде. — Мы… мы разговаривали. Это было приятно, и когда он улыбнулся, я... я просто почувствовала, увидела. Он смотрел на меня и искренне радовался, разделив со мной моё общество. Даже когда я без умолку болтала о книгах и грамматических стилях девятнадцатого века. Он был спокойным, добрым… Мы просто нашли общий язык.   Джинни молчала минуту. Потом ещё две. И когда она наконец заговорила, её голос был удивительно серьёзным.   — А тебе, в свою очередь, комфортно с ним?   Гермиона сразу поняла, что вопрос с подвохом. На первый взгляд, обманчиво лёгкий, но затрагивающий все неприятные темы прошлого.   — Да. Мне комфортно, — тихо ответила она и мягко улыбнулась, вспоминая его извинения и взгляд, полный искреннего раскаяния. — Он извинился, и я ему верю.   Снова воцарилась тишина, но затем её нарушил Гарри.   — Главное, чтобы ты помнила, что ты слишком хороша для него. Он всё ещё придурок. Но я согласен с Джин. Сомневаюсь, что они с Паркинсон снова вместе. И если он хоть раз скажет или сделает с тобой что-то мерзкое, я воспользуюсь картой спасителя, чтобы похоронить его!   Слёзы защипали уголки глаз Гермионы, и они с Джинни рассмеялись.   — Я бы просто попробовала проводить с ним больше времени и посмотреть, проявит ли он хоть какие-то признаки интереса. Не вижу причин, почему бы ему тобой не увлечься. Ты лучшая, Гермиона. Если этому суждено случиться, оно случится, — добавила Джинни, повторяя совет, который Гермиона дала ей, когда она была младше и сохла по Гарри.   — Большое вам спасибо. Вам обоим. Я бы со всем этим не справилась без вас двоих. Спасибо, — всхлипнула Гермиона, вытирая глаза и сделала ещё один прерывистый вдох, чтобы успокоиться.   — Всё в порядке, Гермиона. Я бы тоже ничего не смог сделать за последние несколько лет без тебя, — сказал Гарри, по-прежнему не поворачиваясь к ней лицом, несмотря на кромешную темноту, полностью скрывавшую их друг от друга.   — О-о, по-моему, нам нужны большие групповые обнимашки, — поддразнила Джинни. — Нет! — Гермиона и Гарри выругались в унисон, прервав тягостный момент.   Гермиона поднялась на ноги и потянулась, разминая затёкшие и ноющие мышцы.   — Я ухожу сейчас же! И чтобы вы ничего не делали пока я не уйду настолько далеко, что вас уже не будет слышно.   Гарри простонал, Джинни рассмеялась, а Гермиона почувствовала себя в десять раз лучше, чем когда-либо. Ощущая, что всё под контролем, она отметила, что физические упражнения — хороший инструмент на будущее. Остановившись на тропинке, ведущей обратно к замку, Гермиона обернулась:   — Не засиживайтесь слишком долго и берегитесь кальмара!

***

~Д~

Драко не мог дышать, не мог думать, не чувствовал драккловых ног. Куда он вообще идёт? С пустым, невидящим взглядом он брёл к подземельям, к относительной безопасности своей комнаты. Почему он всегда оказывался перед невозможным выбором, который на самом деле даже не казался выбором? — Драко? Как всё могло пойти настолько плохо? После битвы он ведь всё делал правильно… Ну, настолько правильно, насколько вообще мог. Сидел тише воды, ниже травы, держал язык за зубами, избегал лишнего внимания. — Драко? Как он позволил друзьям сбить себя с пути и втянуть в компрометирующую ситуацию — такую, где прожектор освещает каждое его действие и бездействие? Теперь все узнают его самую унизительную правду. — Эй? Алло? Вухууу, Драко! Чьи-то руки легли ему на плечи и встряхнули. Он поднял глаза и увидел, что Тео озабоченно хмурится, осматриваясь в поисках каких-либо признаков проблем. Та же кипящая злость, что вспыхивала в нём раньше, снова накрыла его с головой. — Это всё ваша вина! Твоя и Блейза! Вы, грёбаные придурки, разрушили мою жизнь! — выплюнул он, пытаясь скрыть боль в голосе, и грубо оттолкнул Нотта. Тео выпрямился и замер, давая Драко закончить свою тираду. — Мой шанс на тихую, жалкую жизнь уничтожен. Теперь все будут… я никогда не смогу слиться с толпой… Она узнает и будет смеяться надо мной. Гнев быстро иссяк, уступая место отчаянию, и его мысли зациклились на одном: Гермиона Грейнджер будет смеяться над ним и отдалится ещё дальше, если узнает его унизительную правду. — Что случилось? — прошептал Тео, опуская руки по швам, и давая Малфою пространство, чтобы он взял себя в руки. — Пэнси, — с горечью ответил Драко, уставившись на выступы каменных стен за головой Тео. — Она изменила мою правду на более ценную, чтобы побудить меня продолжать играть в эту игру. Тео громко сглотнул и слегка покачал головой так, словно сам не знал, как на это реагировать. Скорее знак растерянного принятия, чем поддержки. — Хорошо, — наконец сказал он после затянувшейся паузы, — значит, нам просто нужно убедиться, что у тебя всё получится. Драко резко вскинул взгляд и стиснул челюсть. — Я не буду её принуждать. Нотт с отвращением посмотрел на него и положил руку себе на грудь. — Я бы никогда! Как ты мог подумать, что я вообще предложу нечто подобное! — Я не буду её обманывать или манипулировать ею тоже. А значит, единственный вариант — с её согласия, чего никогда не будет. Я Малфой, человек, который безжалостно издевался над ней и наблюдал, как она мучается… В общем, я последний человек, на которого она бы обратила внимание. Тео правда ему сочувствовал. Но и у него был предел терпения к нытью.   — Хорошо, что ты совсем не драматизируешь… — сухо заметил он, закатив глаза. — Есть и третий вариант, Драко. Ты просто отказываешься его видеть.   Малфой тупо уставился на Тео, не впечатлённый реакцией друга на его вполне реальный кризис.   — Добивайся её! Попробуй! Встань и борись за её расположение. Она тебе явно нравится. Ты сдался ещё до того, как битва началась. Я плохо её знаю, но знаю достаточно, чтобы сказать, что Грейнджер не из тех девушек, которые оценят, если за них всё будут решать. Просто сделай хоть что-нибудь! — рявкнул Тео таким серьёзным тоном, какого Драко никогда не слышал. Какая-то часть его задавалась вопросом, откуда у Нотта такая новообрётенная уверенность. — Полностью согласен с Ноттом, — заявил Блейз, побуждая двух слизеринцев подскочить и обернуться к нему. Он, должно быть, подкрался во время их перепалки. Забини, стоявший в паре шагов от них, выглядел таким же решительным. Малфой почувствовал, как его сердце учащённо забилось от беспокойства. — Я даже не знаю, с чего начать… — наконец прошептал Драко, глядя на свои ботинки, пока блестящая чёрная драконья кожа на них поблескивала, как начищенный галеон. Он уставился на этот блеск, избегая взглядов друзей, пока те обдумывали следующий шаг. — Как же чертовски хорошо, что у тебя есть мы, — сказал Тео, прочищая горло, и напряжение немного спало. — Ты имеешь в виду, как хорошо, что у нас есть я, — подкорректировал Блейз, поправляя манжеты своей безупречно выглаженной белой рубашки. — Я здесь единственный, у кого большой опыт общения с хорошенькими ведьмочками. — Он пытается завоевать расположение одной конкретной ведьмы, а не выставлять себя шлюхой на всеобщее обозрение, — Тео расплылся в дерзкой улыбке, расстёгивая воротник школьной рубашки. — Я думаю, что лучше всего подхожу для того, чтобы помочь ему. — И это говорит волшебник, страдающий от одиночества с тех пор, как... ну, вообще всегда, — бросил Блейз, приподняв бровь. — Уже нет, — пропел абсолютно довольный Тео. — Мы с Луной встречаемся. Официально. Хотя Блейз и Драко предчувствовали такое развитие событий, но всё равно эта новость на секунду застала их врасплох. — Поздравляю. Я рад за тебя, дружище, — Драко смягчился, хотя и почувствовал горький привкус ревности, смешанный с радостью за Тео.   Если бы только Грейнджер могла быть такой же всепрощающей, как Лавгуд.   Блейз широко улыбнулся. — Давно пора, драккл! Я знал, что она тебе нравится! — он хохотнул и дружески ткнул Нотта кулаком в плечо.   — А теперь, как единственный волшебник здесь с настоящей постоянной девушкой… Я говорю, что ты...   — Стоп! Кто кого пригласил на «постоянно»? — Забини прервал Нотта, подняв руку перед Малфоем, призывая к паузе. Тео густо покраснел и отвёл взгляд, проводя рукой по кудрям. — Это вообще имеет значение? — Безусловно, — Блейз и Драко подхватили в унисон. Тео скрестил руки на груди и выпалил: — Технически она. — Учитывая, какой ты чудак, это вполне логично, — рассмеялся Блейз, качая головой. — Это всё решает. Нам нужно спросить её. — Эй! У меня вообще-то была отличная идея! — надулся Тео. Почувствовав , что они оба часто задирают нос, Драко решил, по крайней мере, выслушать Тео, и Блейз нехотя уступил. — Пригласи её на настоящее свидание, проведи с ней время и, что самое главное, пахни, как её амортенция. Драко и Блейз переглянулись, прежде чем Забини продолжил свои размышления: — Ладно, идея с амортенцией мне нравится, не спорю. Но как мы узнаем, какая она у неё? Сомневаюсь, что «Золотая девочка» упоминала об этом для статей «Ведьминого досуга». Малфой был вынужден признать, что идея со страховкой при подходе к ней ему не совсем противна. Технически он не будет ею манипулировать, если она не станет пить амортенцию, он всего лишь будет пахнуть тем, что делает её счастливой и спокойной. — Легко, спросим Луну! — просиял Тео.   — Я думал, ты не хочешь, чтобы мы обращались за помощью к твоей девушке? — простонал Драко, раздражённо расхаживая взад-вперёд и теряя драгоценное время.   — Нет, это другое, потому что я предлагаю поговорить с моей девушкой, — заявил Тео таким тоном, будто они оба сошли с ума. — На самом деле, это большая разница... — Хорошо! Ладно, пошли, — раздражённо огрызнулся Драко. — Боже, немного благодарности тебя не убьёт, — поддразнил его Тео, направляясь к башне Когтеврана. Драко закатил глаза, но пошёл в ногу с Блейзом, когда они шли позади Нотта.

***

— Тео, какой приятный сюрприз. Приятно видеть тебя снова так скоро, — Луна улыбнулась ему, затем помахала Блейзу и Драко в знак приветствия. — Чем я могу вам помочь? — радостно прощебетала она. — Откуда ты знаешь, что нам что-то нужно? — спросил Блейз, поражённый её прямотой. — Она просто потрясающая и всегда всё знает. Это у неё такая особенность, — вмешался Тео, а Драко согласно пожал плечами. Его собственный опыт общения с ней в семейных подземельях доказал, что эта ведьма каким-то образом всегда была в курсе всего. Теперь ничто из того, что она говорила, больше не шокировало его. Тео подошёл и обнял её за плечи, словно защищая, и просиял, как будто никогда в жизни не был так счастлив и не гордился чем-то ещё. — Я уже рассказал им о наших отношениях. Глаза Луны заблестели, когда она перевела взгляд обратно на Блейза и Драко. — И вы хотите убедиться, что он не лжёт? Блейз запрокинул голову и громко рассмеялся, а Драко усмехнулся. — Я думал, ты на моей стороне, — надулся Тео, изображая оскорблённую позу. — Мы здесь потому, что Драко нравится Гермиона, — протянул он, скрестив руки на груди. — Ой… я так рада слышать, что он прошёл стадию отрицания. Чем я могу помочь? — мягко улыбнулась Луна, беря Тео за руку. Блейз снова рассмеялся и вытер выступившие слёзы. — Да она просто огонь! Мне она нравится! — Эй! Заткнись, — рявкнул на него Драко, чувствуя, как от смущения розовеют щёки. — Здесь совершенно нечего стыдиться, Драко. Я считаю, что вы прекрасно подходите друг другу, — безмятежно заметила Луна, пока Драко избегал её взгляда. — Хотя, впрочем, неважно, что вы все думаете.   — О, он всё ещё жалеет себя. Это задержит развитие отношений на временной шкале, — добавила Луна, а Тео и Блейз захихикали. — При том, что вами обоими управляет Меркурий, между вами, несомненно, много недопонимания. Думаю, тебе стоит поговорить с Гермионой.   Драко нахмурился, совершенно не понимая, при чём тут Меркурий и каким образом обычный разговор может помочь в ситуации с Грейнджер.   — Мы подумали, что, возможно, будет полезно, если он будет пахнуть её амортенцией. Ну, чтобы снять напряжение, — сказал Блейз, возвращаясь к их первоначальному плану.   — Между прочим, это моя идея! — поспешно и самодовольно добавил Тео.   Луна помолчала, обдумывая это предложение. — Значит, вы хотите обусловить её реакцию с помощью метода Павлова… Интересный подход, — размышляла она вслух, задумчиво постукивая изящным пальчиком по подбородку.   — Метод Павлова? Какая странная птичка, — пробормотал Блейз Драко с усмешкой.   Малфой медленно моргнул в ответ, по-прежнему сомневаясь в полезности помощи друзей.   — Если это поможет тебе чувствовать себя менее тревожно, когда ты будешь подходить к Гермионе, полагаю, вреда от этого не будет, — Луна смягчилась и мечтательно уставилась в потолок.   Тео сжал её руку и поцеловал в макушку.   — Спасибо, любимая.   — Она упоминала запах новой пергаментной бумаги, свежескошенной травы и мяты, — Луна задумалась, глядя на пылинки, танцующие в свете факелов. — Хотя, прошло уже некоторое время с тех пор, как она делилась этим. Я не могу быть уверена, изменилось ли что-нибудь. — Блестяще! Всё это вполне выполнимо! — обрадовался Блейз, толкнув Драко плечом. — Она великолепна и, между прочим, уже занята, — игриво надулся Тео и притянул Луну в тёплые объятия.   Луна хихикнула и с любовью посмотрела на Нотта. Она положила ладонь ему на плечо и щёку, а затем повернула голову к Драко.   — Удачи. Да пребудут с тобой мозгошмыги. О, и, Драко, я бы избегала пирогов с мясным фаршем.   На этот странный совет он глубокомысленно кивнул, прикусив язык, чтобы не ответить с оттенком снисходительности.   — Спасибо, Луна. Я ценю твою помощь.   Блейз отвесил шутливый поклон и попрощался с ней. Тео нахмурился и тоже неохотно попрощался с Луной. Она встала на цыпочки и целомудренно поцеловала его на ночь, после чего отступила назад. — Увидимся завтра за завтраком. Тео одарил её ещё одной влюблённой, совершенно глупой улыбкой и попытался идти спиной, чтобы подольше на неё смотреть, пока не врезался в Блейза. — Фу, какой же ты жалкий. Драко, пообещай мне, что не станешь таким же, когда начнёшь встречаться с Грейнджер, — проворчал он, скрестив руки. Малфой пока даже не хотел начинать надеяться. Им ещё предстояло придумать правдоподобный способ, как привлечь Грейнджер провести с ним время наедине.

***

— Я придумал! Свидание в библиотеке за учёбой! — пробормотал Тео с полным ртом зубной пасты, тыча щёткой в сторону Драко, пока они оба готовились ко сну. Блейз прекратил круговые движения, которыми умывал лицо, и задумчиво запрокинул голову. — Вообще-то, это не так уж и плохо… Драко может попросить Грейнджер подготовиться к завтрашнему тесту по арифмантике. Её любимый предмет, в её любимом месте в замке, в окружении запаха пергамента. Потом Драко предложит ей жвачку с мятой, а затем засосёт до потери чувств. Драко поперхнулся зубной пастой, и её мелкие брызги разлетелись по зеркалу. Он закашлялся, включил воду и сплюнул. — Ка-категорически нет! — Это чертовски гениально! Ты обязан это сделать! — возмутился Тео, откладывая в сторону туалетные принадлежности. — Заниматься с ней ещё куда ни шло. Но никаких лизаний! — взвизгнул Драко, вытирая рот. Он бросил взгляд на Тео и Блейза, которые выжидающе смотрели на него. — Я сильно сомневаюсь, что она вообще захочет со мной заниматься. Давайте не будем пропускать этапы. — А если Грейнджер захочет поцеловаться? — возразил Блейз. У Драко вспыхнуло лицо, и он с силой воткнул щётку обратно в стакан. — Этого не произойдёт. Малфой ушёл, не желая слушать их бесконечные теории и предложения. Плотно задёрнув полог кровати, он улёгся и уставился в потолок балдахина. Целоваться с Грейнджер в библиотеке было последней мыслью, которую ему стоило обдумывать перед сном, тем более, что он не мог позволить, чтобы его снова застукали с рукой в штанах. Драко сильно простонал и перевернулся, пытаясь задохнуться в подушках. В ночной тишине он услышал, как Тео отвечает Блейзу: — О, он определённо поцеловал бы её. — Это очевидно, — отозвался Блейз, забираясь в свою кровать. — Спокойной ночи, парни! — крикнул Тео, гася свет.