II

На следующий день мысль взять кредит стала именно тем, что Сон Хи решила сделать, поэтому теперь сидела в метро и ожидала поезда, что довезёт её до банка. Язык болел, будучи сильно прикушенным, лицо тоже находилось не в самом лучшем состоянии, пусть девушка и перекрыла все синяки толстым слоем тонального крема. Сон Хи в целом никогда не выходила из дома без макияжа, имея некоторые проблемы с принятием собственной внешности, а сейчас эти комплексы только усугублялись её помятым внешним видом. Она сидела на скамье, опустив голову в пол и стараясь скрыть лицо за длинными блондинистыми волосам, кроссовком бессмысленно ковыряя плитку станции. — Госпожа, не уделите мне минуту? — к ней внезапно подошёл приятного вида мужчина в строгом чёрном костюме, с чёрным портфелем в руках, разглядывая её сверху вниз и заставляя поднять голову на источник звука. Весь его образ был словно вылизан, и Сон Хи поймала себя на мысли, что видела такое раньше, когда VIP-персоны приходили к ним в клуб. Они зачастую были тоже одеты с иголочки, подавляя всех вокруг своей аурой власти и богатства. «Этот тип, что, тоже следил за мной?» — вдруг подумалось девушке, а по спине на секунду пробежали неприятные мурашки. Неужели это вновь один из тех уродов, которых держит при себе владелец этого чёртового казино? Но мужчина не выглядел угрожающе и просто улыбался ей, ожидая ответа. Сон Хи неопределённо кивнула, и тогда незнакомец поставил портфель на скамью прямо рядом с ней. — Госпожа, Вы не хотели бы со мной сыграть? — мягким голосом спросил он, и стеклянные глаза девушки скользнули по его лицу в раздражённом непонимании. Её нервы в последнее время и без того были натянуты, как струна, а подобные дурацкие предложения выводили её из себя ещё больше. — Ты что, обкуренный? Какие к чёрту игры? — недовольно спросила Сон Хи, следя за каждым его движением. После избиения в собственной квартире, её тело словно само стало вести себя более настороженно, а все мышцы оказались мгновенно напряжены. — Госпожа, Вы же играли в ттакджи? — мужчина умело проигнорировал её вопросы, всё также спокойно улыбался, пусть и вёл себя до неприличия странно. Он открыл портфель, в котором оказались две стопки синих и красных бумажных конвертов, а также множество пачек купюр, перетянутых резинками. — Сыграем, и за каждую победу я дам Вам ровно сто тысяч вон. А если выиграю я, Вы платите сто тысяч вон мне. Глаза Сон Хи на миг удивлённо расширились после услышанного, но шок быстро сменился подозрением. Она, конечно, играла в ттакджи, когда была намного младше, и помнила, в чём она заключается. Но деньги? За детскую игру? Всё выглядело каким-то неестественным. — Просто так дашь мне деньги? Серьёзно? — мужчина коротко кивнул, подтверждая её слова. Блондинка посмотрела на него вопросительно, всё ещё думая о том, стоит ли игра свеч. — Каким будет Ваш ответ? Вы хотите сыграть? — внутри Сон Хи что-то треснуло. Этот тип будто знал, насколько она этого хочет. Её зависимость от азарта толкала её согласиться и принять вызов. И девушка была чертовски уверена в себе, ведь если она выигрывала в казино раньше, то с детской игрой уж точно должна была справиться. — Хорошо, давай сыграем, — она поднялась со скамьи на ноги, чуть потянулась, не сводя внимательного взгляда с мужчины ни на секунду. — Какой Вы выбираете цвет? — он вытащил по одному квадрату-фишке обоих цветов из портфеля, протягивая их ближе к ней. Рука Сон Хи ненадолго повисла в воздухе, но после пары секунд она выбрала синюю фишку. Они не определяли очерёдность — мужчина дал ей фору и позволил начать первой. Слишком уверенная в себе Сон Хи особенно не задумывалась над тем, как выиграть, наивно полагая, что победа уже у неё в кармане, как и обещанные деньги. Но сделав бросок и увидев, что красная фишка не перевернулась, до мозга быстро дошло осознание, что у неё ничего не вышло. Мужчина же, напротив, сделал свой бросок и легко перевернул её синюю фишку. На мгновение повисло молчание. — У Вас есть деньги? — вдруг спросил незнакомец, и девушку, в приливе азарта уже забывшую, что ей тоже нужно платить в случае поражения, сразу же охватило чувство смятения — при себе у неё едва ли было даже двадцать тысяч вон. Заметив растерянность блондинки, мужчина понял, что денег в её карманах нет совсем. — Вы можете расплатиться своим телом. Сон Хи посмотрела на него со смесью обиды и отвращения. Этот ублюдок задел её гордость, да так сильно, что она попросту не могла этого стерпеть. Возможно, внешний вид натолкнул мужчину на подобные мысли: она была одета в короткую куртку и мини-юбку. Но говорить в лоб, что она шлюха, даже если ему так показалось, было слишком. — Слушай, если я одета откровенно, это ещё не значит, что… — звонкий удар ладони прервал её слова, обжег и без того раненую щёку, причиняя ощутимую боль. Незнакомец явно не сдерживался. Она почти что отскочила, в ярости взглянула на него, прикладывая ладонь к горящей от удара коже. — Ты, блять, совсем не в себе? — Пощечина стоит сто тысяч вон, — с приторной улыбкой, от которой Сон Хи уже порядком тошнило, размеренно сказал он. На его лице не промелькнуло больше никаких эмоций. — Попробуем вновь? — его спокойный тон больше походил на издевательство. Девушка взглянула на него мрачно, всё ещё держась ледяными пальцами за щеку. Внутри неё всё закипало. Злость заставляла кровь бурлить, подталкивала к тому, чтобы продолжить и утереть нос наглому и явно неадекватному типу напротив. Здравые мысли о том, что следовало бы закончить здесь и уехать подальше по своим делам, как изначально планировалось, покинули её голову, стоило ощущению азарта заполнить всё собой. Она была слишком зависима и не в состоянии совладать с этим. — Да, давай продолжим, — девушка подняла свою фишку с пола и немного нервно потёрла переносицу. Второй раунд, бросок, вновь проигрыш. А мужчине удивительно везло — он перевернул её фишку и сделал это так, словно победа не стоила никаких усилий. Хлёсткая пощечина на миг вернула её в детство, напоминая о том, как часто била её мать. — Ещё раз, — мрачнее прежнего ответила Сон Хи, уже не обращая внимания на то, как кожа щеки болезненно горела, а полученный вчера синяк начинал неприятно ныть. Третья попытка и, наконец, победа: красная фишка перевернулась на полу. Пухлые губы девушки, увидевшей это, изогнулись в улыбке, словно так и должно было быть, словно всё шло по её плану — даже сейчас она не растеряла своей самоуверенности. Мужчина с невозмутимым видом достал купюру номиналом в сто тысяч и протянул ей. Всё было честно. Они играли в ттакджи ещё какое-то время, за которое Сон Хи несколько раз терпела поражения, сопровождаемые болезненными пощечинам, но также и выиграла около пяти раундов, с довольной улыбкой забирая победные деньги, которые были ей сейчас необходимы. — Можно много заработать, поиграв так несколько дней. Не желаете попробовать? — по-прежнему спокойно предложил мужчина, убирая фишки обратно в портфель и закрывая его. — Если хотите больше — просто позвоните, — он протянул ей карточку из крафтовой бумаги. На одной её стороне было нарисовано три символа: круг, треугольник и квадрат. На обратной стороне располагался телефонный номер. — У вас что, какой-то турнир проходит? — девушка с усмешкой убрала деньги поглубже в карман куртки, смотря на визитку незаинтересованно. — Мне вообще не до этого. Куча проблем и работа. — Госпожа Кан Сон Хи, эти синяки на вашем лице видны даже с макияжем. Вас ведь вчера избили, не так ли? — улыбки на лице незнакомца больше не было, он говорил так чётко и серьёзно, что по телу блондинки вновь пробежали мурашки. — Какого, блять, чёрта ты знаешь моё имя? — она рефлекторно прикрыла след от удара на щеке ладонью, мотнула головой, чтобы волосы спрятали остальные синяки на лице, которые косметика, видимо, скрыла не очень удачно. — Кан Сон Хи, 24 года, окончила только старшую школу, отца не знает, мать алкоголичка. Работает стриптизершей в ночном клубе «Pentagon» уже несколько лет, употребляет наркотики и постоянно тратит деньги в подпольном игорном доме. Долг 870 миллионов вон частному нелегальному казино, — мужчина вновь проигнорировал предшествующий вопрос, в его непроницаемом выражении лица сложно было что-то прочитать, но в глазах промелькнула наигранная жалость. — Мест осталось очень мало, позвоните мне. Незнакомец сел в первый пришедший поезд, мягко улыбнулся ей, смотря через стекло дверей вагона, и уехал, оставляя девушку в абсолютном неведении и с кучей мыслей в голове. Сон Хи постояла на станции ещё какое-то время, обдумывая произошедшее. Она нервно закусила нижнюю губу, вновь посмотрела на карточку в своих руках, после убирая её в карман и покидая метро. В банк она сегодня не поехала, предпочитая вернуться домой. Тишина квартиры почти ощутимо давила, от неё звенело в ушах — девушка к такому не привыкла, постоянно находясь в клубах или на вечеринках. Она безучастно смотрела на беспорядок, оставленный её вчерашними «гостями», и в голову пришло осознание, что весь этот хаос напоминал её жизнь — сумбурную и неупорядоченную. Сон Хи начала постепенно разгребать всё то, что валялось на полу, убирая обратно по ящикам. Голову посетила мысль, что было бы славно так же просто разобраться со всем тем дерьмом, что творилось с ней последние месяцы. Разбитые дорогие палетки искрились в тусклом свете комнаты, блёстки мерцанием рассыпались на тёмной поверхности ламината, и у девушки от этого зрелища ком подкатил к горлу, но она держала себя в руках, собирая то, что ещё уцелело. Помимо казино и наркотиков, она тратила крупные суммы денег на себя, стараясь поддерживать свой внешний вид безупречным. Теперь же всё шло псу под хвост, а любимая косметика была едва пригодна к использованию. Сон Хи могла лишь тяжело вздыхать, где-то глубоко внутри оплакивая свои потери. После уборки комната казалась немного свежее и чище. Ей даже хватило сил, чтобы выбросить все упаковки от еды и собрать грязные тарелки, унося их на кухню. Немного устав от настолько рутинных занятий, блондинка села на кровать и закурила, в очередной раз прокручивая в голове всё, что произошло. Взяв в руки визитку, что теперь покоилась на тумбочке рядом с деньгами, выигранными пару часов назад, она вертела её в руках, рассматривая долго и задумчиво. Мозг старался взвешенно принять решение, пока всё её существо почти кричало о том, как она хочет попробовать эти игры, ведь ранее о таком девушка никогда не слышала. Да и лёгкие деньги в её нынешней ситуации были как раз кстати. Она откинулась на кровати, курила медленно, глядя в белый потолок, и думала так много, что мозг постепенно начинал закипать. Лениво повалявшись ещё какое-то время, Сон Хи поняла, что после всех ужасов вчерашнего дня ей почти жизненно необходимо расслабиться. Для неё самым лучшим и любимым способом это сделать был алкоголь. Возможно, после моральной разгрузки принять решение о звонке тому странному мужчине стало бы легче. Она поднялась с постели, потушила сигарету в пепельнице, оглядела свою комнату уже более весёлым взглядом: факт того, что её ждала ночь, полная напитков с градусом и, вероятно, чего-то потяжелее, уже поднимал настроение. Руки сами открыли ящик прикроватной тумбочки, доставая оттуда купленный недавно дерьмовый наркотик — блондинка закинула несколько таблеток в рот, запила газировкой и быстро направилась к шкафу, подбирая себе другую одежду для похода в клуб. Ей чертовски хотелось напиться, забыться и потанцевать. Девушка схватила деньги и визитку с тумбочки, оглядела себя в зеркале перед выходом, с улыбкой отметив, что не всё так плохо. Клуб «Pentagon» встретил её душной, но уже такой родной атмосферой, громкой музыкой и слепящими глаза софитами. За несколько лет работы здесь Сон Хи уже привыкла ко всему этому шуму, разгорячённым телам и чувству вседозволенности. Первым делом ей хотелось выпить, поэтому, минуя танцпол, Сон Хи уселась за барной стойкой, иногда осматриваясь по сторонам в поисках знакомого силуэта в толпе. Её вдруг отвлёк чужой голос: — Привет, детка. На выходном, но всё равно здесь, да? — с улыбкой спросил появившийся перед ней бармен, с которым у блондинки в целом были неплохие отношения. Она коротко кивнула в знак приветствия. — Вроде того. Хочу немного отдохнуть и развеяться, неделя выдалась отвратной, — она постукивала ногтями по стойке, выбирая коктейль из барной карты. Название одного из напитков — «Casino» — заставило её чуть нахмуриться. — Джун Со, сделай мне что-нибудь на свой вкус и желательно покрепче. — Всё настолько плохо? — он поймал её взгляд, задержавшийся на названии коктейля, и протянул многозначительное «а-а». — Подожди-подожди, ты что, в очередной раз проиграла деньги? — девушка на это лишь театрально закатила глаза — признавать правду, тем более вслух, ей не хотелось. — Джун Со, я сегодня плачу. Меньше болтай — больше работай. И не беси меня, я и так на пределе. Могу сказать что-то обидное и даже не заметить, — с наигранной улыбкой попросила Сон Хи, на что собеседник лишь тихо посмеялся, кивнул и ушёл делать напиток. Взгляд девушки, ненадолго оставшейся в одиночестве, вновь начал метаться по клубу в поисках того самого коллеги, что до сих пор не прочел её сообщения. Она искала его глазами среди танцующих людей, около двери в подсобные помещения, на балконе второго этажа и неподалёку от VIP-зоны, где он чаще всего находился, но парня по-прежнему нигде не было. Блондинка утомлённо вздохнула, размышляя о том, что он, возможно, тоже на выходном или обслуживает кого-то. — Я сделал для тебя сомэк. Надеюсь, достаточно крепко? — ехидно пробормотал быстро вернувшийся бармен, ставя рядом с Сон Хи стакан пива с соджу и вырывая её из собственных мыслей. Она переключила на него внимание, после одобрительно кивнула, отпивая немного приятного на вкус напитка. — Пойдёт для начала ночи. Спасибо, — она почти благодарно ему улыбнулась, вновь отпив из стакана. Тепло алкоголя медленно разливалось по телу, слегка обжигало горло, и блондинка чуть повеселела. — На что-то сильно крепче сегодня не надейся. Не хватало, чтобы тебя выводили отсюда под руки пьяную в сопли. Ещё один такой случай нам точно не нужен, — Сон Хи хотела уточнить, что он имеет ввиду, но вновь метнулась быстрым взглядом по клубу, решая задать другой вопрос: — Эй, Джун Со, — начала она, отпив ещё немного сомэка. Её палец медленно и расслабленно вырисовывал круги по краю стакана, сама девушка старалась выглядеть непринуждённо. — Ты случайно не знаешь, где Нам Гю? — Так я об этом и говорю, — бармен обеими руками опёрся о стойку, начиная рассказывать недовольно и чуть небрежно: — Устроил тут недавно чёрт знает что, обдолбавшись. Прямо на работе, представляешь? Нажрался какой-то дряни, и ему сорвало крышу. Начал говорить о том, какие все вокруг неблагодарные твари, как все плохо с ним обращаются. Его уволили, в общем. Сон Хи пару раз моргнула, не веря словам приятеля, после опустошила стакан сомэка залпом, с громким звуком поставила его на стойку и попросила повторить. Всё произошло какое-то время назад, но узнала она об этом лишь сейчас. Девушка и сама заметила, что Нам Гю не появляется в клубе последнюю неделю, но списывала всё на банальное несовпадение смен: в конце концов, они не были настолько близки, чтобы она знала его график наизусть. Однако в голове запутавшимся клубком начали роиться мысли. Может, он и её ненавидит, поэтому не ответил на звонки? А может потому, что хотел порвать все связи с теперь уже прошлым? К слову, о своём он никогда особо не говорил. Или, может, у него теперь проблемы с законом? Или, может, его уже убили в одной из подворотен, где разные неприятные личности обычно торгуют запрещённым? Сон Хи тряхнула головой, отгоняя все эти размышления: слишком много «может», а ещё она слишком много думает об этом придурке. Обычно ей было это несвойственно, но, возможно, девушке просто хотелось иметь близость хоть с кем-то в её одинокой жизни, погрязшей в наркотиках, алкоголе, клубах и ставках. Хотелось дружбы, пусть даже с таким, как он. Но он был… далёким. Недостижимым. По крайней мере, Сон Хи так считала, ведь пока многие мужчины в клубе пускали слюни на её тело, Нам Гю смотрел на неё с безразличием. И даже моменты, проведённые вместе за употреблением наркотиков в его квартире, не были чем-то особенными: эти двое просто делили свою грязную зависимость в компании друг друга. В компании, которая была им обоим хоть немного приятна, разбавляла рутину и обыденность их зацикленных жизней, в которых они презирали всех вокруг себя. Обслуживая випов, парень вёл себя заискивающе и приторно улыбался, но стоило ему отвернуться от посетителей, как блондинка могла прочесть всё, что он думает, в этом нервном взгляде, полном отвращения. Иногда это отвращение мешалось с едва скрываемой злостью, отражающейся на его лице крепко сжатыми челюстями. Он был лицемерным и двуличным человеком. И Сон Хи это знала, но её тянуло к нему. К его отстранённости и недоступности, где-то в глубине души распаляющим её азартную натуру. Она тоскливо посмотрела на свою левую руку, глазами зацепилась за серебряное кольцо, что Нам Гю подарил ей около года назад: не такое массивное, как его брендовое от Мейсона Марджелы, но тоже в виде цепи, более тонкое и красиво смотрящееся на её среднем пальце. Оно явно было куда дешевле его собственного, и подарено не из заботы, внимания или романтики, которой между ними не было вовсе, а скорее чтобы больше не чувствовать себя должником: блондинка когда-то давно дала ему наркотики и спасла от ломки — так они и познакомились. Она до сих пор помнила злобный взгляд его лисьих глаз, смотрящих с вызовом. И от этих воспоминаний стало ещё тоскливее. В конце концов, за три года знакомства и работы в одном заведении — она привыкла к нему. И ей едва хотелось что-то менять. Бармен принёс ей новый стакан выпивки, Сон Хи к тому времени уже собралась с мыслями, не желая, чтобы кто-то видел её мимолётную грусть. Она вновь улыбнулась, словно этого разговора не происходило, посмеялась над какой-то шуткой, попросила рассказать пару историй о том, какие странные посетители в последние дни встречались Джун Со за стойкой — просто чтобы отвлечься. Они перекидывались какими-то повседневными фразами о клубе, жизни и недавних новостях, и с каждой репликой, с каждым новым глотком сомэка мысли о Нам Гю становились всё расплывчатее и незначительнее. После третьего стакана пива с соджу блондинка уже во всю смеялась, наконец позабыв о всех проблемах, что её тяготили. Тело почти само пришло на жаркий, освещаемый вспышками танцпол. Сон Хи уже было неважно, под что танцевать — она просто отдалась этому моменту эйфории, пока разум был затуманен алкоголем и веществами. Ей было хорошо, ей нравилось, как на неё, двигающуюся плавно и сексуально, смотрят с восхищением или завистью — клуб словно был её территорией, а она упивалась этим ощущением и во время работы, и прямо сейчас, забываясь и растворясь в музыке. Пьяные парни пытались подойти к ней сзади и обнять за талию, слившись в горячем танце, но Сон Хи каждый раз умело, с лёгкой улыбкой на губах, уходила в сторону и терялась в толпе — физический контакт с кем-то незнакомым был ей мало приятен. Несмотря на откровенность своих выступлений на шесте и кучу мужчин, смотрящих на неё с вожделением, блондинка никогда не давала приватных танцев и не спала ни с кем из посетителей, даже с VIP-персонами, причём некоторые из них были готовы выложить приличную сумму за ночь с ней. Это было что-то вроде личной установки и правила, ведь для себя самой Сон Хи была только горячей стриптизершей где-то около сцены клуба, но никак не работницей эскорта: даже сейчас, при острой нужде в деньгах, она бы не опустилась на это дно. В обычной жизни у девушки, впрочем, тоже почти не было партнёров — мало кто был готов терпеть её работу, а она не была готова её бросать. Ночь шла стремительно в танцах и выпивке, что чередуясь шли друг за другом. Сон Хи на время потерялась в этом круговороте, позволяя себе наконец выдохнуть, но реальность огромного долга ударила её по протрезвевшей голове ближе к концу приятного отдыха. Она неспешно поднималась по лестнице на второй этаж, шла еле освещёнными коридорами к кабинету начальства, в мыслях уже окончательно приняв решение — никакой кредит не закроет миллиард вон задолженности, поэтому ей необходимо позвонить по номеру на визитке, полученной от незнакомца в метро. Почти ощутимый запах денег и азарта, предлагаемый после участия, подталкивал её постучать в двери к директору и поговорить. — О, Сон Хи, ты сегодня здесь? Что-то случилось? Обычно ты сюда не заглядываешь, — приятного вида мужчина средних лет отвлёкся от бумаг на столе и поднял на неё свой взгляд. В его кабинете, наполненном дорогой мебелью и не менее дорогим алкоголем на полках, ощущались чувство вкуса и богатство. Ещё бы, если учесть, сколько грязи и нелегальных событий происходит в его клубе за всего одну ночь. Сон Хи вежливо поклонилась в приветствии, после спокойно выпрямилась и начала говорить: — Ничего такого, просто я бы хотела взять небольшой отпуск на пару недель, если это возможно, — она непринуждённо улыбнулась, уверенная, что ей одобрят отгулы — девушка работала довольно давно и была на хорошем счету у начальства. — Вот как? Конечно, если тебе это нужно. Я вообще не помню, когда ты последний раз брала выходные. Но как же клуб останется без нашей звёздочки? — директор хрипло и добродушно посмеялся, Сон Хи в ответ на это лишь смущённо отвела взгляд — она не сомневалась в своей популярности, но слышать это так прямо было непривычно. Тем не менее, его слова были правдой — она упорно и долго работала, порой почти не отдыхая, чтобы получить этот статус в глазах посетителей, работодателя и в своих собственных. — Спасибо Вам, — блондинка несколько раз благодарно поклонилась, но подняв взгляд встретилась с некоторым беспокойством в глазах начальства — видимо, её поведение или внешний вид выдавали что-то, что она старательно пыталась скрыть. — У тебя проблемы? — вдруг резко спросил он, заставляя Сон Хи немного напрячься — ей не хотелось посвещать никого постороннего в свои трудности, с которыми она с самого детства привыкла справляться сама. — Если дело в деньгах, то просто скажи — я помогу. Потом постепенно вернёшь всё с зарплаты. — Благодарю за беспокойство, но всё в порядке. Просто мне нужно немного отдохнуть и взять передышку. Я уже давно не брала выходных, а переработки грозят выгоранием, — девушка посмеялась, стараясь разрядить обстановку, пока сама безбожно врала — она тонула в проблеме и захлёбывалась. Мужчина лишь кивнул в ответ, после чего они попрощались. Сон Хи вышла из душного клуба под утро, немного поёжившись от холодного воздуха, который отрезвлял и прогонял последние остатки алкоголя из разума. Город только начинал просыпаться, машины одна за другой проезжали мимо, пока блондинка неспешно шла привычной дорогой домой. Пустая квартира вновь встретила её оглушающей тишиной, которая особенно контрастировала с шумом музыки и голосов ночного заведения, из которого девушка только вернулась. Она расслабленно уселась на мягкую кровать, вытащила визитку с номером и вновь покрутила её в руках. Пальцы быстро набрали цифры на экране смартфона, после непродолжительных гудков на другом конце её встретил знакомый голос того странного мужчины из метро. — Слушаю вас, — спокойно и коротко проговорил он. Сон Хи глубоко вздохнула, но всё же решила продолжить разговор — она знала, что другого выхода, кроме как принять предложение незнакомца, у неё не было. — Здравствуйте. Это девушка, с которой Вы вчера играли в ттакджи на станции метро, ну, знаете, блондинка, Сон Хи. Вы меня помните? — быстро заговорила она, общаясь уже куда более уважительно, чем позволяла себе ранее. Во рту девушка нервно игралась с лабретом на языке, где-то в глубине души молясь, чтобы места остались и ей не отказали. — Хотите принять участие в игре? Если так, назовите своё имя и дату рождения, — его ответ позволил блондинке выдохнуть и понять, что шанс получить деньги всё ещё был. Её разум вновь затуманил азарт, и следующим словами она подписала себе приговор, о котором пока что даже не догадывалась: — Кан Сон Хи, 7 октября 2000 год, — девушка затаила дыхание, внимательно слушая адрес, время встречи и кодовый пароль, которые указал ей мужчина. Звонок был коротким, и после него на душе стало немного легче: возможно, все её финансовые проблемы вскоре будут решены, и она снова вернётся к привычной жизни, которую так любила. Без тревоги, без угроз и нервной привычки оглядываться по сторонам, что появилась совсем недавно. Через несколько дней Сон Хи пришла на условленное место встречи ночью, следуя инструкциям, что дал незнакомец по телефону. Её руки нервно дрожали, она стояла в одиночестве и курила, ожидая, пока хоть что-нибудь произойдёт. Но пустые улицы лишь зарождали внутри неё чувство тревоги: вдруг это всё просто обман? Мысли вскоре были развеяны светом фар, ослепляющих её огромные чёрные зрачки. Белый фургон подъехал прямо к ней, двигатель гудел непривычно громко в тишине ночного Сеула, тёмное стекло опустилось, и за ним показался человек в розовом костюме и с чёрной маской на лице, на которой был изображен белый круг. Всё казалось настолько странным, что блондинке захотелось отшатнуться от машины назад, на тратуар, но внезапный голос, искаженный и низкий, заставил её этого не делать. — Назовите пароль, — коротко сказал человек, повернув к ней голову. За маской не было видно ни глаз, ни эмоций, и Сон Хи шумно сглотнула, отвечая: — Красный свет, зелёный свет? — неуверенно пробормотала она, пытаясь заглянуть через окно в салон автомобиля и разглядеть хоть что-то. Ответа не последовало, тонированное стекло вновь поднялось, закрывая обзор, а двери фургона автоматически открылись, молчаливо приглашая сесть внутрь — это Сон Хи и сделала. Тёмный салон сразу встретил её специфическим едковатым запахом, природу которого девушка не могла понять. Внутри сидело ещё около четырёх человек, но все они спали и никак не отреагировали на её появление. Сон Хи неуверенно прошла на свободное место и села, пока в голове начали закономерно появляться вопросы о том, что же всё-таки происходит. Дверь резко закрылась, машина тронулась, и салон начал заполняться белым газом, от которого стало до невозможности трудно дышать. Паника сразу охватила девушку, последней мыслью стало ужасающее осознание, что из-за своих азарта и глупости она могла попасть в рабство или туда, где торгуют людскими органами. — Какого чёрта?! — всё, что успела взволнованно произнести Сон Хи перед тем, как тело перестало слушаться, расслабленно и бессознательно развалившись на белом кожаном кресле. Глаза закрылись, а сознание провалилось в долгий и тяжелый сон.