III

Смена проходила мучительно долго и до того тошнотворно, что Сон Хи хотелось сбежать подальше уже после первых трёх часов на работе. Сидя в маленькой гримерной во время короткого перерыва, она некоторое время тупо пялилась в экран своего смартфона, но тот сообщал лишь одно: до конца рабочего дня оставалось ещё часов шесть, которые наверняка будут тянуться так же медленно и однообразно. — Я выйду покурить, — она быстро проговорила это одной из коллег, которую, казалось, ненавидела чуть меньше остальных, и стремительно двинулась по техническим коридорам к черному входу, по пути захватив свою куртку и надевая её прямо на ходу. Улица ночного Сеула встретила её приятным холодом после душной атмосферы клуба, где тела разгоряченных танцами и алкоголем посетителей создавали ужасный жар, а запах пота, казалось, пропитал бетонные стены насквозь. Сон Хи работала уже около года, постепенно привыкнув к этому. Обычно и смены не казались такими ужасными, ей нравилась её работа, но сегодня время словно застыло, а пьяные люди раздражали одним своим видом. В переулке было темно. Девушка вытащила из кармана черной косухи пачку любимых сигарет и зажигалку, чиркнув ей и дав небольшой, теплый источник света. Этого хватило для того, чтобы её расфокусированное зрение заметило парня у стены, что сидел прямо на земле, опустив голову. Его лицо было скрыто мраком и черными волосами, конечности сотрясались в крупной дрожи, как и всё тело, но блондинке было совсем не до него. Сон Хи подожгла сигарету и затянулась, будто это была последняя в её жизни. Приятный звук сгорающей с каждой затяжкой сигареты успокаивал, горьковатый дым наполнял лёгкие, замещая собой кислород, отчего голова начала чуть кружиться. Ей безумно хотелось растянуть эти минуты тишины и спокойствия как можно дольше, и всё бы так и продолжилось, если бы её не отвлекли кашель и хрипы. Девушка вновь взглянула на парня, чуть поморщившись и затянувшись. Тот немного пошевелился, кажется, старался утереть лицо, которое Сон Хи всё ещё не могла разглядеть уже привыкшим к темноте зрением. Парень вновь хрипло покашлял, и блондинке стало до того неуютно и не по себе, что она решила подойти. — Эй, какого чёрта ты тут расселся? — она приблизилась, возвышаясь над его сгорбленной фигурой. — Если ты отсюда не свалишь, я позову охрану, и тебя вышвырнут подальше уже силой. Так что если не хочешь проблем — поднимай свой зад и иди ночевать где-нибудь ещё. Не хватало, чтобы всякие бомжи портили нам репутацию клуба. Сон Хи надменно глядела на него сверху вниз, делая затяжку за затяжкой, терпеливо ожидая хоть какой-то реакции. И она последовала: парень поднял на неё взгляд расширенных зрачков, смотрящих недовольно и презрительно. Из носа текла кровь, кое-где она была даже запекшейся, всё лицо было в синяках, а руки неестественно тряслись. — Вали куда шла, стерва. Не видишь? Мне хуёво, — он ответил ядовито и сплюнул слюну, перемешанную с кровью, на асфальт между своих ног. Блондинка вновь оглядела его и поняла, что бездомным он не являлся — одежда, пусть пыльная и кое-где запачканная грязью, была довольно стильной. — Твою мать, да у тебя же ломка, — по его поведению Сон Хи сразу смекнула, что к чему: она видела такое не впервые, более того, даже сама когда-то прочувствовала это на своей шкуре. Она развернулась обратно к дверям чёрного входа, собираясь уйти, но что-то её остановило. Блондинка бросила сигарету на асфальт, потушив её туфлей, после рукой старательно прошарила свой бюстгалтер, доставая оттуда маленький прозрачный зип-пакет с несколькими таблетками внутри. Присев на корточки прямо перед парнем, она протянула ему пакетик. — Держи и уходи отсюда, пока я действительно не вызвала охрану, — тёмные глаза парня почти что сверкнули, и он выхватил из её ладоней наркотик, нервно открывая пакетик и бросая одну из таблеток в рот. В его глазах не было и намека на благодарность, но данный факт был очевиден: в своём состоянии, жаждущем облегчения ломки, парень был попросту на неё не способен и не мог думать ни о чём другом, кроме как о таблетке, крошащейся между зубами. Дрожь в его руках постепенно успокаивалась, дыхание выровнялось, а на место жалкого выражения лица пришли прищур и кривая улыбка. — Я, кстати, вижу твоё белье. Ты что, шлюха? — он ядовито усмехнулся, взгляд скользнул между её ног, после вернувшись к лицу. Парень окровавленной рукой заправил длинную чёлку за ухо, в его глазах заиграло что-то весёлое — наркотик быстро подействовал, позволяя ему расслабиться, а без того широкие зрачки стали ещё больше и темнее, вытесняя радужку его карих глаз почти целиком. — Это твоё «спасибо»? Ну ты и гандон, — Сон Хи поднялась на ноги, поправила короткое платье и взглянула на него с отвращением. — Следи за языком. — Это была просто шутка. Чё ты такая нежная? — парень тоже поднялся на ноги, поспешно отряхивая джинсы. Его движения всё ещё были немного нервными и торопливыми, но спустя несколько коротких мгновений внимательный взгляд его узких глаз почти вцепился в её лицо. — Ладно, спасибо тебе, Сон Хи. Блондинка пару раз моргнула, смотря на него непонимающе. Они впервые в жизни встретились, так почему он назвал её по имени? Знает из клуба? Вряд ли. Странности на этом не закончились: парень продолжал смотреть на неё слишком осознанно, пока мир вокруг начал причудливо искажаться. Сон Хи была точно уверена, что не употребляла ничего на работе, тем не менее перед глазами всё плыло, а музыка вдруг резко стала слышна прямо здесь, на улице, и становилась всё громче несмотря на то, что дверь в клуб была плотно закрыта. Звук стал почти оглушающим, девушка опустила быстрый взгляд на свои дрожащие от холода руки и заметила кольцо в виде цепи на пальце, которого явно не должно было там быть. После вновь встретилась взглядом с парнем, осознавая, что он знаком ей уже давно. Всё было иррациональным и неправильным — она помнила эту встречу совсем иначе. Имя крутилось на языке, но блондинка никак не могла произнести его вслух, в то время как музыка искажалась и становилась похожей на классическую, смешиваясь со множеством незнакомых голосов. Неприятная торжественная мелодия заставила Сон Хи резко открыть глаза и проснуться. Она ощущала под собой мягкие подушку и матрас, но не могла вспомнить, как и когда легла в постель. Яркий свет неприятно слепил только что открытые глаза, неумолкающая музыка болью звенела в тяжёлой после сна голове. Огромное помещение с бело-зелёными стенами, сотни людей в одинаковой одежде и куча кроватей со стальными каркасами привели просыпающийся разум Сон Хи в чувства — она не дома. В голове начал постепенно складываться пазл: она пришла в указанное место, села в белый фургон, а потом отключилась, когда лёгкие заполнил неизвестный, но, очевидно, усыпляющий газ. Девушка села на койке и рефлекторно провела пальцами по блондинистым волосам, расчёсывая и приглаживая их после сна, затем мягко коснулась лица, с облегчением осознавая, что макияж всё ещё был на ней и не пострадал. По крайней мере, ей сейчас так казалось, а зеркала, чтобы проверить это, под рукой не было. Факт отсутствия личных вещей заставил Сон Хи дёрнуться, оглядывая постель и внезапно понимая, что ни её сумки, ни телефона больше не было рядом. Взгляд упал на собственное тело, которое теперь было одето в мешковатый спортивный костюм зелёного цвета, как и у всех остальных в этой комнате, а на груди слева находился номер — 276. Люди постепенно просыпались и вставали со своих коек, проходя в центр комнаты и оглядывая всё вокруг — никто здесь не понимал, что происходит. Блондинка продолжала сидеть на матрасе, взглядом изучая окружение, напоминающее казармы, но внимание быстро привлекли большие двери, которые вскоре открылись. Внутрь вошло девять человек в розовых костюмах и черных масках, они все выглядели точно так же, как водитель того фургона. — Позвольте поприветствовать всех вас, — искаженным фильтром голосом начал свою речь один из вошедших, но от других его отличала небольшая деталь: вместо белого круга на маске располагался белый квадрат. — В следующие шесть дней вы примете участие в шести играх. Победившие во всех шести играх получат солидный денежный приз. — Минуточку! — по лестнице недалеко от Сон Хи начал спускаться человек, на спортивной куртке которого виднелся номер «120». Со спины из-за длинных волос казалось, что это женщина, но грубоватый голос выдавал в человеке мужчину — так или иначе, лица блондинка пока не видела, и сказать точно не могла. — Вы говорили, я буду играть в игры, а по факту выкрали меня. И с чего мне вам верить? — Просим прощения. Надеемся, вы понимаете, что это была необходимая мера предосторожности, — спокойно проговорил человек с квадратом на маске, но его ответа присутствующим было недостаточно. Люди переполошились, возмущенно задавая вопросы о том, почему сотрудники носят маски и скрывают свою внешность. Кто-то упомянул, что даже в подпольных игорных притонах дилеры не прячут своих лиц, и услышав это, Сон Хи задумалась: действительно, куда же она попала, если её усыпили, переодели и теперь держат в этой странной комнате с кучей таких же ничего не понимающих людей? — В соответствии с нашей политикой честной игры и конфиденциальности мы не раскрываем лица и личности персонала. Надеемся на понимание, — «Квадрат», как его теперь в мыслях называла блондинка, ёмко отвечал на вопросы, в голосе были лишь холодная вежливость и строгость. Но услышанное вновь не устроило людей, находившихся в замешательстве, а гул недовольных голосов новой волной прокатился по внушительной толпе в помещении. — Это вы меня нарядили в это? — девушка под номером «196» возмущённо подняла в руке зелёную спортивную куртку, привлекая к себе внимание. — Сидит плохо и цвета отстой. Можно мне костюмчик, как у вас? — она просила такой же розовый комбинезон, как у сотрудников, но ей отказали. Сон Хи на весь этот диалог лишь закатила глаза: чтобы думать о цвете одежды в таких обстоятельствах, нужно быть полной идиоткой. Хотя сама девушка после пробуждения волновалась лишь о том, как лежат её волосы и сохранилась ли косметика на лице. В этом была вся она — лицемерная и неприятная. Вышло так, что когда дело касалось девушек, Сон Хи не отличалась хорошим тактом. Да и характер за её милой мордашкой в целом скрывался скверный. Быть может, из-за фигуры матери в детстве, конкуренции в сфере работы или из-за прочих травм, Сон Хи относилась к женщинам довольно презрительно. И даже сейчас, в условиях неизвестности и неопределённости, где стоило бы поволноваться за свою жизнь, этот яд продолжал сочиться, пусть пока только в её собственных мыслях. — А что это за тапки? Где мои кроссовки из лимитированной серии? Такие больше нигде не достать! Потеряются — вы мне возмещать будете? — какой-то парень жаловался, что у него забрали дорогую обувь, но блондинка не обратила внимания на то, кто это был, хотя голос показался отдалённо знакомым — её взгляд был прикован к огромному экрану над дверью, который указывал на количество игроков в помещении: 456 человек. «Квадрат» сообщил, что все вещи находятся в полной сохранности и будут возвращены по окончании игр. Вопросы, тем не менее, не заканчивались, и вперёд, ближе к людям в масках, вышел парень с номером «333». — А где мой телефон? Зачем вы забрали мой телефон и бумажник? Верните их мне, — он говорил нервно и взволнованно. — Мне надо отслеживать крипторынок. Вы компенсируете мне убытки? — парень активно жестикулировал и повышал голос. — Мне нужно постоянно отслеживать курс! Знаете, сколько денег я туда вложил? — Игрок 333, Ли Мён Ги, — человек в маске прервал его и, воспользовавшись пультом в руке, включил видеоролик на том большом экране — было показано, как парень играет в ттакджи на станции метро и получает пощёчины. — Тридцать лет, автор YouTube-канала «MG Coin». Убедил подписчиков инвестировать в криптовалюту «Далматин», причинив им убытки на сумму 15,2 миллиарда вон. Разыскивается за мошенничество и финансовые преступления. Текущий долг — 1,8 миллиарда вон. Парень больше не сказал ни слова, отходя чуть назад и недовольно опуская голову. Тот факт, что сотрудники знали об игроках всё до мелочей, пугал и настораживал. Блондинка сразу вспомнила, что незнакомец на станции, предложивший ей сыграть, тоже знал о ней всё вплоть до семьи и зависимостей. Она внимательно смотрела на экран, по которому показывали других игроков. — Игрок 230, Чхве Су Бон. Долг — 1,19 миллиарда вон, — глаза Сон Хи удивлённо расширились при виде знакомого лица, взгляд с экрана упал на толпу людей в поисках фиолетовой макушки. Благодаря яркому цвету волос найти его в обезличенной толпе не составило труда, и в этот самый момент девушка облегченно выдохнула — было немного успокаивающе видеть здесь приятеля. Но в голове закономерно возникал вопрос: какого чёрта он тоже тут забыл? На экране всё ещё показывали, как разные люди из числа присутствующих играли в ттакджи, а «Квадрат» называл их имена и сумму долга. Игроки озирались друг на друга в толпе, желая увидеть, у кого настолько большие задолженности, а по комнате разносился шум удивлённых голосов. Сон Хи хотела подойти к Су Бону и спросить, почему он здесь оказался, но понимала, что пробиться через такое количество людей у неё сейчас вряд ли получится, поэтому она продолжила сидеть на койке, ожидая лучшего момента. — Все находящиеся в этом зале имеют огромные долги, которые они не в состоянии выплатить. Когда мы встретились впервые, никто из вас нам не верил. Но, как вы помните, мы сыграли в игру, и вы получили обещанные деньги. После этого вы поверили нам, и согласились участвовать в играх добровольно, без принуждения, — мужчина в маске с квадратом произносил каждое слово спокойно и отчётливо, но в его вежливом тоне всё равно слышалось что-то грубое и почти угрожающее. — Мы даем вам последний шанс сделать выбор. Решайте, хотите ли вы вернуться к убогой жизни и бегать от кредиторов, или воспользуйтесь возможностью, которую мы вам предлагаем. Каждая его фраза казалась заученной и отрепетированной; стерильность помещения, вид костюмов и поведение сотрудников явно говорили о том, что всё было чётко спланировано, идеально подготовлено, выверено до миллиметра. Иначе как объяснить то, что организаторы этих странных Игр просто взяли и похитили столько человек? Свет резко стал приглушенным, из дыры большого диаметра в потолке на шести крепких тросах медленно спускалась прозрачная свинья-копилка. Все люди, включая Сон Хи, подняли голову, чтобы посмотреть на неё. Она была действительно гигантской, и пока игроки разглядывали её с интересом, «Квадрат» заговорил о её предназначении: — Это копилка, в которой будет храниться ваш денежный приз. После каждой из шести предстоящих игр деньги будут постепенно добавляться в копилку. — А о какой сумме речь? — спросил кто-то из толпы. Ответ, что был дан без промедления, поразил всех присутствующих, заставляя перешёптываться восторженно или неверяще. — Общий призовой фонд составляет 45,6 миллиарда вон, — он продолжал что-то объяснять, но блондинка уже едва ли слушала, с азартным огнём в глазах сверля прозрачную свинью под потолком взглядом. Названной суммы было достаточно, чтобы её мозг мгновенно переключился с мыслей о собственной безопасности на мысли о том, насколько большой джекпот можно было здесь сорвать. — После каждой игры вы можете проголосовать за продолжение или прекращение игры. Если большинство решит прекратить игру, вы сможете забрать сумму приза, которая накопится к этому моменту. В толпе вдруг начали ругаться пожилая женщина и её сын, которые, очевидно, не ожидали увидеть друг друга в таком месте. Они спорили о долгах, азартных играх и о том, что обоим нужно отсюда уйти, но каждый стоял на своём. Неожиданно для самой Сон Хи, эта сцена болезненно уколола её где-то глубоко внутри. Сидя на пропахшей дешёвым порошком койке в одиночестве, она с горечью задумалась: будь у неё хорошая семья или хотя бы мать, оказалась бы она сейчас чёрт знает где, в таком странном месте? Увязла бы в долгах? Стала бы зависимой от наркотиков? Последние и недавний сон, тяжестью осевший на душе, заставили её мимолётно вспомнить о Нам Гю: сцена этой глупой и позорной перепалки наверняка повеселила бы его. А что бы он подумал, увидев Сон Хи здесь? Наверное, просто посмеялся бы и неуместно пошутил. Из размышлений её вывел яркий свет, что вновь включился в зале. Сотрудники начали заносить в помещение небольшие стойки, на которых лежало множество бумаг. Всего таких было семь, за каждой стоял человек в розовом комбинезоне, и когда все приготовления были завершены, игроков попросили выстроиться в очереди за каждой из них. — Если желаете принять участие в играх, пожалуйста, подпишите форму согласия. Тех, кто не желает участвовать, просим сообщить об этом сейчас. Мы всегда даем шанс покинуть игру, — человек с квадратом на маске повторял это неоднократно, пока люди медленно двигались друг за другом, оставляя подписи на бумагах. Сон Хи услышала несколько криков на другом конце комнаты, но не смогла разглядеть, кто с кем ругался. Её это мало волновало, а если точнее — не волновало вовсе. Никто, кроме знакомого в лице Су Бона, её тут не заботил, поэтому всё происходящее вокруг казалось не более, чем фоновым шумом, который блондинка даже не пыталась разобрать. Её мозги занимали только предстоящие игры и солидная сумма выигрыша, которая не только с лихвой покрыла бы её долг перед казино, но и обеспечила бы безбедное существование очень надолго. Когда очередь подписывать соглашение дошла до неё, девушка бегло скользнула взглядом по тексту из четырёх пунктов, но он не сообщал ничего нового. Она поставила подпись без промедления, после осмотрела зал, в котором будто стало немного свободнее. Её глаза быстро нашли Су Бона в одном из углов комнаты, и, минуя очереди к стойкам, Сон Хи подошла к нему со спины, рукой осторожно коснувшись плеча. — Танос, привет. Давно не виделись, — она улыбнулась ему, привычно называя по псевдониму, а после обошла, становясь лицом к лицу. Сперва парень был немного хмурым, но, увидев знакомое лицо, быстро повеселел, на губах же появилась знакомая ухмылка. — О, seniorita! Что такая девочка, как ты, делает в этом отвратном месте? Are you in trouble? — он с улыбкой подошёл ближе, движения его были слегка дёрганнее обычного: не нервничать в таких условиях было просто невозможно. — Тебе страшно? Просто держись поближе ко мне, together мы заработаем кучу бабла на этих детских играх. Они были знакомы довольно давно. Настолько давно, что успели стать приятелями за все те разы, когда Танос отдыхал в клубе, где она работала. Периодически он даже звал её в VIP-зону, чтобы выпить вместе и зачитать ей новые тексты из грядущего альбома, которые сам парень считал гениальными. Сон Хи не слишком любила его рэп, но пока на столе парня был бесплатный алкоголь, она особо не жаловалась. — Насчёт проблем… Только финансовые, но раз ты тоже тут, да и сумма у нас почти одинаковая — мы в одной лодке. И мне не страшно. Пока ничего плохого вроде не произошло. Ну, не считая того, что нас похитили, накачали каким-то газом и насильно переодели, — блондинка пожала плечами и опёрлась спиной на железный каркас коек позади себя, после скрестив руки на груди. — Просто ты уже несколько месяцев к нам не заглядывал, так что я решила спросить, как твои дела. — Hey, babygirl, раз уж ты заговорила об этом… Пока мы тут, может не откажешь мне в том самом предложении? — Танос вновь ухмыльнулся, начиная флиртовать, взгляд огромных зрачков скользнул по пустым матрасам вокруг. — You know, очень много девушек хотят попасть в постель к Таносу, а тебе я предлагаю лично и уже не в первый раз. Deal? — Я не сплю с посетителями, ты же знаешь, — с лёгкой улыбкой ответила Сон Хи, внимательно разглядывая парня. Она знала, кем были для него девушки вокруг — не более, чем красавицами на одну ночь, так что уже не удивлялась его манере общения и привыкла к нелепым подкатам. — Girl, но я сейчас не посетитель, а ты не на работе, okay? Почему бы не развлечься немного? — Танос не унимался, но его тон слегка смягчился с вычурного — он уже шутил. — У меня свои принципы, но спасибо за предложение. Я это ценю… Наверное, — блондинка опять улыбнулась ему, желая поскорее сменить тему. Танос даже не осознал, что его только что отшили с издевкой и окончательно. — Кстати, как так вышло, что у тебя огромный долг? Я думала, что у тебя нет проблем с деньгами. — Я послушал одного son of а bitch и вложил все свои деньги в крипту. А она прогорела, — его весёлое настроение мгновенно испарилось, сам он помрачнел и заговорил более нервно: — Он кстати здесь, тот самый MG Coin. Мы его немного припугнули, he'll give me back my fucking money! И пусть только попробует играть плохо. — «Мы»? Ты уже успел тут с кем-то подружиться? — Танос уже хотел сказать что-то, но ответ на вопрос не заставил себя долго ждать: — Эй, бро, ты можешь перестать клеиться к каждой девке в этой комнате хоть на секунду? — за спиной Таноса вдруг послышался до боли знакомый голос, а через мгновение рядом появился и его обладатель. — Мы же хоте… Речь оборвалась на полуслове, взгляд его тёмных глаз застыл на лице Сон Хи, пока тело парня находилось в лёгком оцепенении. Он был уверен, что Танос просто подкатывает к очередной приличной на вид девушке здесь, и никак не ожидал увидеть ещё одно знакомое лицо. — Нам Гю? — она посмотрела на него немигающим взглядом, пока внутри почти ощутимо прокатилась волна облегчения: он жив, пусть и с долгами. Пухловатые губы невольно изогнулись в легкой улыбке, кольцо пирсинга на нижней сверкнуло в свете белых ламп. — Сон Хи? Что ты тут забыла? Работа в клубе больше не кормит? Эти ублюдки меня ещё вспомнят, когда я выйду отсюда с деньгами, — последнее Нам Гю сказал скорее сам себе, после подошёл чуть ближе, оглядывая её с усмешкой. — Дай угадаю: казино, покер? По глазам вижу, что опять проиграла всё до последней воны. Тебя жизнь ничему не учит, да? — От тебя как обычно ничего хорошего не дождёшься, но ты прав, — Сон Хи тихо посмеялась, понимая, что за столько лет знакомства стала для него предсказуемой. — Я бы хотела спросить то же самое. Тебя увольняют, ты игнорируешь мои звонки и сообщения, а теперь мы встречаемся в этом странном местечке с кучей долгов за спиной. Как тебя угораздило? — Ты мне писала? Я не видел. Был по уши в проблемах, как видишь, — он приглаживал свои тёмные волосы и ухмылялся, говоря так, словно это не имело никакого значения. — Триста миллионов вон в обрушившейся криптовалюте, создатели которой всех обманули и свалили на Филиппины. Ну, я так думал, а этот урод, оказывается, здесь, — он склонился к ней, его голос стал чуть тише: — По поводу увольнения даже говорить не хочу, сама знаешь, я ненавидел это место. — Ты тоже вложился в крипту этого Эм Джи Коина? — Сон Хи прикрыла рот рукой и рассмеялась так сильно, что из глаз брызнули слёзы. — Нет, ребят, вы такие придурки, я не могу. Это же надо было додуматься… — Танос тихо посмеялся, найдя в произнесённом ею «придурки» что-то ласковое и очаровательное. Нам Гю же с улыбкой закатил глаза. — Ой, заткнись, а? У тебя самой не сильно много мозгов, раз вновь пошла делать ставки. Я же говорил тебе завязывать, — он вдруг задумался, встречаясь взглядом с её. — Я говорил? — Guys, hold on. Вы типо друзья? — Танос, который до этого стоял рядом, не особо понимая, о чём эти двое болтают, вклинился в разговор. — Ну, вроде того, — неопределенно ответила Сон Хи, скользнув по Нам Гю взглядом и поймав себя на мысли, что дружбой это всё ещё было сложно назвать. — Мы же работали в одном клубе. Рэпер на какое-то время завис, пытаясь структурировать услышанное в своей голове и вспомнить что-то, но после просто подошёл ближе к девушке и закинул руку ей на плечо. — Welcome to the Thanos World, seniorita! Дойдём до финала и разделим приз, — второй рукой он указал на копилку под потолком, довольно ухмыляясь. — Это будет просто. Сон Хи слегка повела плечом, чтобы сбросить с себя чужую руку, и натянуто улыбнулась. Все подписи были уже собраны, а организаторы сообщили, что первая игра начнётся совсем скоро.