Часть 7.

Первым его порывом было вернуться обратно в Москву, но всего за час Максим стольким знакомым попался на глаза, что его отъезд вызвал бы гораздо больше вопросов. И он решил обернуть ситуацию в свою пользу, познакомившись с новыми Практиками и возобновив контакты, прерванные его долгой командировкой на север. Изосимова действительно немного выбила его из колеи, своим появлением вытеснив многие проблемы из поля его зрения, но жизнь на принятом ею решении не заканчивалась. И в конце концов, руководство Анклава никогда не экономило на хорошей выпивке для своих тусовок. Чем не повод повеселиться и, кто знает, может быть даже найти себе приятную компанию не только на вечер. Он действительно был полон решимости забыть о том, что Изосимова тоже часть состоявшегося праздника, но как Максим ни старался, его взгляд то и дело невольно выискивал в толпе её фигуру. И чем дальше заходил вечер, тем меньше Левину нравилось то, что происходило. Он готовился проявить терпение и хладнокровие, ожидая увидеть счастливую пару, но, к его удивлению, Шлахтера рядом с Ангелиной не оказалось и на этой вечеринке. Она вообще практически всё время проводила в одиночестве, отделываясь от немногочисленных собеседников дежурными улыбками и ничего не значащими фразами. Максим упорно убеждал себя, что не его дело почему она одна и почему вокруг неё будто свой собственный микрокосмос пустоты. Но чем дольше это продолжалось, тем чаще он наблюдал за тем, как один бокал шампанского в её руке сменялся другим и от этого мрачнее становилось его собственное настроение. В его представлении так не должно было быть и игнорировать желание вмешаться становилось трудно. Его собеседники подмечали рассеянность, мешавшую Левину поддерживать беседу и колдуну не раз приходилось отшучиваться и иронизировать. А потом он снова неизменно отвлекался, оглядывался в поисках элегантной женщины в узком чёрном платье и хмурился - видимо, желание надраться в сопли посетило не его одного. Когда официальная часть вечера завершилась приглашением к банкету и танцам, терпение Левина лопнуло. В какой-то момент он пожалел, что Череватый занят Толик знает где и лишь Толик знает чем, но потом выругался на самого себя. Он взрослый состоявшийся мужик и ему не нужны посредники, чтобы выяснить почему волнующая его женщина обзавелась грозовым облаком над своей головой. Поэтому выбросив на ветер все свои предыдущие планы, Максим решительно направился через весь зал к сумрачному углу, прячущему Ангелину от чужого любопытства. - По-моему, тебе уже хватит. - сказал он, выдёргивая очередной бокал из её пальцев и возвращая на поднос вертевшегося рядом молодого официантика. Ангелина возмущённо эйкнула и обожгла его взглядом, полным ледяного гнева, но за время, проведённое рядом, это опасное выражение лица перестало производить на него желаемое ею впечатление. Левин лишь саркастически отзеркалил дёрнувшуюся бровь и уже настойчивее потянул колдовку за собой. - Идём лучше потанцуем. - скомандовал он. - Танцы? - удивлённо фыркнула она и, уже немного не в ладах с собственной координацией, слегка покачнулась на каблуках. Левин тут же придержал её за предплечья, а потом обхватил твёрдой ладонью за талию и практически притиснул к себе. Только ради её же безопасности, конечно. - Почему нет? - снова приподнял он брови, не отпуская её взгляд, и Ангелина даже не заметила, как её вытащили из темноты в толпу таких же мерно покачивающихся под музыку пар. Так же язвительно, но уже чуть тише фыркнув, она отвела взгляд, но послушно положила ладони на его плечи и позволила Максиму вести себя в танце. Только потому что чувствовала себя уже немного усталой, конечно же. - Почему ты одна? - спустя минуту тишины спросил Левин и когда Ангелина дёрнулась от предсказуемой неожиданности, он лишь крепче сжал руки на её талии, на корню пресекая возможные попытки сбежать от него и его неудобных вопросов. - А почему нет? - со злой иронией передразнила Изосимова, но упорно избегала взгляда внимательных тёмных глаз. - Потому что будь я на месте твоего мужика, я бы не пропустил такой важный для тебя вечер. Может быть, в нём говорила его собственная доля выпитого, а возможно, хмель просто положил на язык то, что весь вечер крутилось в голове. И то, и другое Максима вполне устраивало - румянец, заливший скулы колдовки был восхитителен, а губы дёрнулись в смущённой улыбке. Но вот огонёк в глазах вспыхнул и тут же потух. Как и последние тёмно-бордовые искорки в каштановом шелке гладких волос. Сердце Максима пропустило удар. Она могла промолчать, но он был колдуном и это было частью его Дара - уметь читать то, о чём другим не хотелось говорить. - Гром в раю? Возможно, его вопрос прозвучал слишком насмешливо. Возможно, Ангелина была уже достаточно пьяна, чтобы позволить своей боли просочиться в голос и сузившиеся от гнева зелёные глаза. - Нет никакого рая. - процедила она и упёрлась ладонями в плечи Левина, пытаясь выбраться из его стальной хватки. - И мужика тоже больше нет. Что, хочешь занять его место, колдун? - Хочу. - спокойно ответил ей Левин и Изосимова едва не споткнулась от лёгкости в его голосе. Её глаза комично расширились и Ангелина растерянно моргнула, будто снова выпала из реальности. - Ты чего несёшь? - неожиданно ломким голосом спросила она. Максим улыбнулся и, протянув руку, коснулся её щеки тыльной стороной ладони. Вот только в отличие от момента в парке, сейчас он продолжал смотреть ей в лицо и не отводил глаза, заставляя колдовку ошеломлённо замереть от интенсивности его взгляда и нежности непрошенной ласки. - Я бы пошутил про "смех и радость людям", но не буду. Потому что не шучу. Ты спросила, я ответил - найди в себе смелость это принять. Он действительно имел ввиду то, о чём говорил. Ему было наплевать - пока - что там случилось у Ангелины с Шлахтером, главным было, что она здесь одна: злая и расстроенная. Он не собирался пользоваться хрупкостью её пошатнувшегося душевного равновесия - за это своенравная колдовка с большой вероятностью откусила бы ему не только голову. Но и пренебрегать своим шансом Левин тоже не желал. Разжав свои когти вокруг неё, Шлахтер дал ему возможность, а дальше всё было в руках колдуна и настроении Изосимовой. - Так, я слишком пьяна чтобы воспринимать твой бред серьёзно. - пробормотала Ангелина, отводя взгляд, но брыкаться в его объятиях перестала. Теперь они просто стояли тесно прижавшись друг другу, забыв про музыку и те ленивые движения, которые даже с натяжкой уже нельзя было назвать танцем. - Тогда предлагаю закончить на сегодня. - его ладонь продолжала своё мягкое, но настойчивое скольжение по гладкой коже и Максим чувствовал мурашки, которыми отзывалась Ангелина на его прикосновения. - Ты планировала остаться здесь на ночь? - Да, я... - она быстро облизала ошеломлённо приоткрытые губы. - Да, у меня есть номер, - а потом её разум догнал непроизвольную реакцию тела на мужскую откровенность. - И что бы ты там себе спьяну не воображал, Максим Николаевич, тебя туда никто не приглашает! - Ты даже представить не можешь количество и качество мною воображаемого. - весело хмыкнул Левин и развернув немного неуклюжую колдовку, мягко подтолкнул её к выходу. - Но в здравом смысле мне отказываешь зря. Рано или поздно ты протрезвеешь и вспомнишь где оставила свой любимый серп. Так что всё, чего я хочу сегодня, это убедиться что ты доберёшься до своего номера и не упадёшь с каблуков где-то по пути. - Я могу их снять. - Ангелина хихикнула как девчонка и Максим едва удержался чтобы не рассмеяться в голос. Он с открытым восхищением наблюдал за тем, как яркие искорки - отблески пламени - снова вспыхивают вокруг неё и мерцают, отражая озорное настроение колдовки. - Да, ты всё можешь. - тихо фыркнул он и, не удержавшись, поймал игривый светлячок в свою ладонь. Щекотное тепло разлилось по его пальцам. Поглощённые шутливой перебранкой, Левин и Изосимова покинули ещё далеко не опустевший зал, не замечая удивлённые, изумлённые и внимательные взгляды, брошенные им вслед.