Глава 5 — Степь

Носорог нёсся с бешеной скоростью, болтая пассажиров из стороны в сторону. Некомфортно было всем – даже Джуди, но это её не останавливало. Она, как безумная, вжимала педаль в пол и скакала по кочкам, сотрясая всё внутри. Машина скрипела, тряслась, на пол что-то попадало с приборной панели, каталось и подпрыгивало вместе со всеми. Ник сумел сжаться клубком и обмотать лапу ремнём безопасности, чтобы его меньше бросало на кочках. Скай и Иквиг, которым сзади даже нечем было пристегнуться, буквально бились головой о потолок. В один момент Скай не выдержала и пискнула: — Джуди! Нам больно! Она пыталась смягчить удар головой о потолок своим крылом, но у неё это плохо получалось. — Ладно, — недовольная Хоппс сбавила скорость носорога почти вдвое. — Так нормально? Она посмотрела в зеркало на перепуганных детей, вцепившихся друг в друга. Те тут же закивали с благодарностью. Автомобиль успокоился, тряски практически не было. — А ты чего?! — рявкнула Джуди на Ника, который всё ещё не выпускал ремень безопасности, обмотанный вокруг лапы. — Я? — лис хотел изобразить жест примирения, но запутался в ремне. — Я ничего. — Точно ничего?! — Совсем-совсем ничего. — Ну смотри у меня! Джуди уже собиралась снова утопить педаль газа, но тут же осеклась, вспомнив о детях на заднем сиденье. Носорога пришлось оставить в покое и позволить ему смиренно перемалывать кустарники на безопасной скорости. Сойка и хамелеон понемногу расслабились, отцепились друг от друга и переключили внимание на пейзаж за окнами. Скай подняла взгляд к небу, напряжённо выискивая в нём хотя бы одну птицу, словно ей было важно убедиться, что там всё ещё кто-то есть. Хамелеон же то и дело оглядывался назад – через заднее стекло, покрытое трещинами, расползавшимися по нему, словно тонкая паутина. — Значит так, сосредоточимся на деле, — ярость Джуди начала понемногу сходить на нет. — Иквиг, тебе известно что-то ещё, о чём Клакс Арвелл не писал в своих статьях? — Без понятия, — он развёл лапами. — Я не читал его материалы, не читал эти документы и, более того, мне это дело неинтересно. — Ему интересны только деньги, — вставил Ник. Хамелеон тут же отреагировал: — Это часть моей работы – выполнять заказ и не совать нос в дела клиента. — Ну раз не знаешь, тогда читай! — отрезала Хоппс. Свободной лапой она сняла смартфон с подставки, открыла форум со сливами документов и приложила экран к разделительной решётке. — Не имеет смысла, — отказался Иквиг. — Я уже рассказал всё, что мне известно, ещё в мотеле. Соловьиха Рьва Бекинс спонсирует “АэроЛабс” с их перевозками неизвестного вещества. На этом мой интерес к делу иссяк. Всё остальное вы найдёте в документах в моём убежище. Джуди бросила на хамелеона разочарованный взгляд и вернула смартфон на подставку. Навигатор ей больше не понадобился: всё необходимое и так было перед глазами – две огромные скалы, взмывающие к самому небу. Тайвилл находился ещё далеко, настолько, что разглядеть местных обитателей, даже в виде маленьких точек, было невозможно. — Нам нужно придумать, как достать “вещество”, — напомнила Джуди. — Даже с документами, но без вещества нам незачем возвращаться в Зверополис. — Бургер? — Ник осмелился произнести лишь слово, боясь, что напарница всё ещё злилась на него. — Угу, — на удивление спокойно отреагировала Джуди. — К капитану и с вещественными доказательствами иногда не подступиться. Но если мы выложим перед ним все улики, выбора у него не останется. Ах да, — она щёлкнула пальцами, — Ник, твоя запись с ястребами, превышающими полномочия, тоже пригодится. — Без проблем, — отозвался Ник. — А что касается “вещества” – где нам его взять? — Иквиг? — Джуди покосилась на задние сиденья. Хамелеон ответил таким тоном, будто у него это спрашивали тысячный раз: — Я не знаю. Могу сказать лишь то, что видел сам. — Говори, — строго велела Хоппс. Иквиг закатил глаза, придвинулся к разделительной решётке и указал пальцем вперёд, где на горизонте возвышались две каменные громадины. — Начнём с того, что Тайвилл состоит из двух гор: слева – Тайер, справа – Ювилл. “АэроЛабс” расположена на самой вершине Ювилла. Добраться туда земному животному, без способности лазать по стенам, как у рептилий, – дохлый номер. Причём в самом прямом смысле дохлый. — Станешь лепёшкой! — весело добавила Скай. — Именно, — кивнул хамелеон. — Если они и правда доставляют что-то с земли, значит, у них должна быть шахта с лифтом. Иначе цистерны поднять в лабораторию физически невозможно. — Ты видел эти шахты? — спросила Джуди. — Или может быть лифт? Большие ворота? Хоть что-нибудь? — Не припомню. Я тогда не думал об этом. Да и провёл я там не больше десяти минут. — Тогда расскажи, что именно ты видел, — подключился Ник. — Неужели не заметил ничего интересного? — Почти, — пожал плечами Иквиг. — Я пробрался ночью через вентиляцию – пару решёток внутри пришлось спилить. Чертежей у меня не было, действовал вслепую. Честно говоря, мне просто повезло: охраняют это место очень плохо. Я так ни разу ни на кого и не нарвался. Документы нашёл в кабинете за толстой металлической дверью – вскрыть её оказалось делом техники. Если эти птицы и правда занимаются чем-то нелегальным, к собственной безопасности они относятся так себе. — Ты сказал, почти ничего интересного, — напомнил Ник. — “Интересное” заключалось в том, что этот кабинет принадлежал Рьве Бекинс. Но в тот день я ещё не знал, кто она. — Тогда почему вскрыл именно её кабинет, хитрец? — Ник обернулся и посмотрел на хамелеона с ухмылкой, будто поймал его на лжи. — Потому что её дверь отличалась от остальных, умник, — хамелеон стукнул пальцем по разделительной решётке прям перед мордой лиса. — И если не перестанешь меня подозревать, больше ничего не скажу. Джуди свободной лапой показала напарнику выразительный жест “захлопнуть варежку” и тот, без особого желания всё же отвернулся и уставился на проплывающую степь за окном. — В её кабинете была доска с картой города, — продолжил Иквиг. — И на этой карте были метки. Соловьиха что-то планировала сделать с Тайером – с западной горой. — Почему ты так решил? — спросил Ник и тут же поймал на себе осуждающий взгляд Джуди, мгновенно напомнивший ему о “захлопнутой варежке”. — Она отмечала дома крестами, — спокойно ответил хамелеон. — Каждый из них находился на Тайере. На Ювилле – ни одной метки. — Это может означать что угодно, — усомнилась Джуди. — От маршрутов доставки их препаратов до… да вообще чего угодно. — Вполне возможно, — безразлично согласился Иквиг, даже не пытаясь спорить. Джуди продолжила мысль: — Если бы это было что-то серьёзное, соловьиха бы спрятала эту карту куда подальше, а не оставляла на виду, посреди кабинета. — И охраны там было бы в разы больше, — добавил Ник. — Вы всё верно подметили, — на лице Иквига мелькнула тень сомнения. — Но почему в “АэроЛабсе” такая дыра в безопасности если, как пишет Кланк Арвелл, там всё настолько зловеще? — Вот это нам и предстоит выяснить, — энергично подытожила Джуди. — Кстати, Иквиг, ты эту карту забрал? — Нет. Она была слишком большая, а уходить мне пришлось тем же путём – через вентиляцию. Всё, что я смог унести оттуда – документы. — Кстати, — с подозрением протянул Ник, — а почему ты раньше нам об этом не сказал? — А вы и не спрашивали. Я отвечал только на ваши вопросы. Лис снова обернулся и пристально посмотрел на рептилию через разделительную решётку. — Тогда вот тебе вопрос: ты случайно не агент этой соловьихи? Скай тут же отреагировала на это агрессивным взглядом на лиса. — Иногда ты такой придурок! — вырвалось из её клюва. На секунду она подумала, что переборщила, но Ника это ничуть не задело. Он всё так же смотрел на Иквига, ожидая ответа. — Я не её агент, лис, — твёрдо ответил хамелеон. — Будь я им, я бы не рассказывал ни про её карту, ни про её кабинет, ни про то, где находится “АэроЛабс”. Думай головой, прежде чем бросаться обвинениями. — А может, это всё выдумка, чтобы втереться в доверие? — продолжал давить Ник. Джуди снова начала показывать напарнику жесты, которые велели “захлопнуть варежку”, но он не смотрел на неё. Его взгляд устремился прямо на хамелеона, который твёрдо ему ответил: — Если ты и правда так считаешь, высади меня здесь и сейчас, умник. — Не надо! — перепугалась сойка и обняла хамелеона крыльями, словно прикрывая его своей бронёй. — И не подумаю, — бросил Ник и отвернулся. Джуди решила не вмешиваться в их спор, пытаясь разложить по полочкам всю поступающую информацию. И всякий раз её рассуждения упирались в убежище Иквига. Пока она сама не окажется там и не убедится в существовании этих документов, можно было строить любые версии – и о деле, и о самом хамелеоне. И тут она всё же решила задать ему вопрос: — Иквиг, где находится твоё убежище? Хамелеон выждал паузу, и ответил: — Тайер, самый юг. — Что это убежище из себя представляет? — Вход – узкая щель в скале, примерно в восьми метрах над землёй. Проход тесный, внутри пещера. У входа я оставил метку, о которой знаю только я. Так что если кто-то туда лазил без моего ведома – сразу пойму. Дальше нужно ползти где-то минуту по узким расщелинам, и мы на месте. Сам вход в убежище я завалил камнем. Даже если за мной кто-то наблюдал, чёрта с два он найдёт этот проход. — А что за тем камнем? — уточнил Ник. — Обычная пещера. Пустая. Ни электричества, ни отопления. — Конура, — поправил Ник. — Зато бесплатная, — с воодушевлением отозвался Иквиг, будто это было решающим достоинством. — И сколько ты там жил? — спросила Джуди. — Недели три, думаю. Но приходил я туда только поспать. Всё остальное время проводил снаружи. Ник это отметил. Ранее хамелеон утверждал, что вёл в Тайвилле скрытный образ жизни и что ястребы о его существовании не подозревают. Сейчас же выходило, что в пещере он лишь ночевал, а всё остальное время где-то шлялся. Небольшая нестыковка – но подозрительная. Ник был уверен: задай он сейчас уточняющий вопрос, Иквиг либо придумает ответ на ходу, либо снова предложит высадить здесь и сейчас. Поэтому лис предпочёл эту деталь не озвучивать, но отложить в памяти на всякий случай. Спрашивать о том, как хамелеон питался и где брал воду, он тоже не стал – это могло вызвать агрессию не только у Иквига, но и у Скай, которая, казалось, безоговорочно верила каждому его слову. — Ладно, с этим разобрались, — продолжила Джуди. — Теперь о неприятном. Скай? — Да? — откликнулась птица с заднего сидения, придвигаясь поближе к решётке. — Ты понимаешь, что нам придётся забрать тебя обратно в Зверополис? Мы не можем оставить тебя в Тайвилле – ты в опасности. — Мы не знаем где твои родители, — подключился Ник. — А если бы и знали, нас к ним всё равно бы не подпустили. — Вопрос нужно решать через официальное расследование, не иначе, — добавила Джуди, пытаясь поймать взгляд Скай в зеркале. — Мы пытаемся добиться именно этого. Если причастные к исчезновению твоих родителей не получат по заслугам, они никогда от тебя не отстанут. Напарники сделали паузу, чтобы услышать реакцию птицы, но на заднем сидении не раздалось ни звука. Джуди обернулась и увидела лицо Скай: безэмоциональное, словно потухшее. Она медленно подняла взгляд на крольчиху, но смотрела сквозь неё, куда-то далеко, за пределы салона. — Скай? — Иквиг осторожно коснулся её плеча. — Ты как? Ответа не последовало. Скай посмотрела на хамелеона так, будто только сейчас заметила, что он всё это время сидел рядом. Затем вновь перевела взгляд на Джуди и тихо сказала: — Не то чтобы мне с вами плохо… просто… мне бы хотелось увидеть… маму… Эти слова прошлись по сердцу Джуди острым лезвием. Вина накрыла её мгновенно, целиком. Будто это она подвела Скай, заперла её в “носороге”, словно в птичьей клетке. Эта оградительная решётка между сиденьями. Эти тонированные стёкла. Эта подпись в документе о сопровождении. Эти авиаресты, спрятанные в чемоданчике, чтобы не пугать Скай. Всё это вдруг стало невыносимым, неправильным, подлым и несправедливым. Джуди пыталась сдержать слёзы, что сами начали подступать. А ещё та история из мотеля, про мать, которая отдалилась от Скай, ушла с головой в работу, помогая бескрылым птицам. Джуди не могла представить, каково это – быть забытой собственной семьёй. Ведь у неё всё было иначе: её поддерживали, несмотря на сотни конкурентов за родительское внимание. Бонни и Стью никогда не забывали о ней, переживали, писали, звонили, даже когда она уехала в Зверополис. Поэтому Джуди искренне не понимала мать Скай. Как можно оставить единственного ребёнка в одиночестве? Джуди отвернулась, уставившись на песчаную степь, где на горизонте проступал Тайвилл. Голос её стал тихим и хрупким, но она смогла выговорить: — Обещаю… я сделаю всё, чтобы ты встретилась с мамой как можно скорее. Степь тянулась за окном бесконечной полосой. Ветер скользил по машине, а солнце начало медленно склоняться в сторону горизонта. Прямо по курсу Тайвилл – его тяжесть ощущалась с каждой минутой.

***

Прошёл ещё один час. Горы Тайвилла превратились в массивные, почти отвесные стены. Их верхушки терялись в лёгком тумане и свете, а масштабы внезапно стали очевидны: эти вертикальные громады были настолько высокими, что Джуди невольно прижалась к креслу. Ник тоже испытал дискомфорт, похожий на странное давление. Тайвилл, который они представляли намного скромнее, оказался невероятно огромным, давящим на воображение и вызывающим трепет. Чем ближе они подъезжали, тем яснее становилось, что внизу, у подножия гор, ничего нет: ни домов, ни улиц, ни следов жизни. Пустые скалы под ними казались холодными, неприветливыми. Квартиры, улицы и птичьи дома начинались немного выше, на отвесных склонах, докуда наземному животному невозможно было добраться. Под впечатлением от этой картины Джуди невольно сбавила скорость. Она заметила птиц – или, точнее, крошечные точки, едва различимые на фоне двух громадных гор. Их было невероятно много, и хоть они летали, кружили над отвесными склонами, перемещаясь с улицы на улицу, между домов, и целыми стаями, всё это выглядело как едва заметные движения вдалеке. С такого расстояния нельзя было разглядеть ни одной особи. Только сейчас стало понятно, насколько этот город был необычен и могущественен. Тайвилл не просто стоял на земле – он возносился в небо, как две громадные крепости. И чем выше они поднимались, тем сильнее Джуди и Ник ощущали, что перед ними нечто пугающее. — А вы что думали? — гордо подметила Скай. — Будут две маленькие горки? — Уму непостижимо, — Джуди прикрыла рот лапой. — Как же нам забраться туда? — А я вас предупреждал, — сказал Иквиг. — Земным тут делать нечего. Даже мне с моей способностью ползать по стенам это тот ещё стресс. Джуди растерялась. Прямо сейчас за этим лобовым окном автомобиля две скалы вонзились в ясное небо и затерялись в лёгкой дымке света. — Ник, есть идеи? — спросила крольчиха в надежде, что лис окажется смекалистей. Но напарник словно не услышал её вопрос. Он как заворожённый с открытой пастью наблюдал за картиной, вырисовывающейся до самых небес. — Ник? — снова спросила Джуди. — Идеи? — Да, есть одна идея, — откликнулся он и широко улыбнулся, — Параплан. Джуди решила подыграть и задумчиво приложила лапу к подбородку, словно эта идея и вправду казалась разумной. — Ты что, Морковка! — испугался Ник. — Я пошутил! — Попался! Она нервно усмехнулась и ткнула его в плечо – мягко, почти нежно. Для неё это было несвойственно, как и сам розыгрыш, неожиданно разрядивший напряжение между ними. Нику это показалось попыткой извиниться за недавний приступ ярости – тихой, несловесной, но искренней. И от того, с какой осторожностью и изяществом она это сделала, ему стало немного спокойнее. Шутит – значит, не сердится. Лис улыбнулся ей в ответ и понял, по её взгляду, что всё в порядке. Раздор позади, а прямо перед ними проблема, которую сейчас решить важнее любых личных вопросов. — Если без шуток, — начал Ник, — я понятия не имею, как туда забраться. Совсем. Даже не уверен, что это вообще возможно, — он обернулся к заднему сиденью и посмотрел на сойку. — Может, наша пташка слетает и разведает обстановку? Заодно и шахту поищет. Джуди среагировала раньше, чем Скай успела открыть клюв. Мысль ударила резко и ясно: нельзя. Ни при каких условиях. Если птица не сможет подняться в воздух, Ник и Иквиг сразу узнают её секрет. — Ни в коем случае! Опасно! — бросила Джуди. — Кто знает, кто из этих птиц ястребы? Она указала лапой на верхушку Тайвилла, где на фоне неба едва заметно двигались крошечные тёмные точки. — Да брось, — отмахнулся лис. — Эти тормоза-ястребы отстали. До нас им ещё часа два добираться, если не больше. — Кто знает, сколько у этой соловьихи приспешников в Тайвилле? — не отступала напарница. — Опасно говорю! — Джуди! — с надрывом вырвалось у Скай. — Останови машину! Крольчиха инстинктивно огляделась, ожидая увидеть угрозу, движение, тень, хоть какой-нибудь знак опасности. Но степь оставалась неподвижной и пустой. Убедившись, что вокруг по-прежнему тихо, она плавно опустила лапу на педаль тормоза. Раздался короткий скрип, и “носорог” остановился. — Что такое? — настороженно спросил Ник, вскинув уши и тоже оглядываясь по сторонам. — Что случилось? Тишина. Песчаная пыль, что ползла следом за автомобилем нырнула вперёд, покрыв всё вокруг золотым туманом. — Расскажешь им, хорошо? — с дрожью в голосе обратилась Скай к Джуди. — И выпусти меня, пожалуйста. — Не уверена, что это хорошая идея, Скай, — засомневалась крольчиха, невольно скользнув взглядом к небу. — Пожалуйста… — заныла птица, вцепившись в ручку двери и нервно дёрнув её несколько раз. — Скайка, успокойся, — обеспокоенно сказал Иквиг, не зная, как правильно подступиться. Он попытался обнять её, но та резко отмахнулась крыльями. Джуди колебалась несколько секунд, затем сдалась и нажала на кнопку блокировки. Замки щёлкнули, и Скай тут же выскочила из салона, отбежав от машины на несколько метров – достаточно далеко, чтобы не слышать, что будет сказано внутри. — Ястребы что-то сделали с ней ещё в Зверополисе, прямо у участка, — вырвалось у Джуди. — Не знаю, что именно, но она больше не может летать. — Что?! — ошарашено выпалил Иквиг. — И она не сказала об этом мне?! Ник медленно повернулся к напарнице. Его взгляд стал серьёзным и сосредоточенным. — Это правда? — тихо спросил он. И в тот же момент боковым зрением заметил движение за спиной Джуди. Там, в степи, Скай не оглядываясь, расправила крылья и взмыла вверх резко, отчаянно, будто вложила в этот рывок всё, что у неё оставалось. На несколько секунд она действительно оторвалась от земли – поднялась метров на пять, зависла неровно, словно воздух держал её из жалости. Крылья били несинхронно, одно опережало другое, и это было видно даже изнутри салона. А потом что-то окончательно пошло не так. Движение сбилось, высота ушла, и Скай рухнула вниз, тяжело, неуклюже, ударившись о сухой песок. Ник сжал челюсть. Он видел, как она не сразу поднялась, как сжалась на земле, прижав крылья к себе, и услышал, даже сквозь закрытые окна, её плач. Не истеричный, а надломленный, от которого внутри становится пусто. Иквиг дёрнулся первым – резко потянулся к ручке задней двери, но замки одновременно щёлкнули. — Сиди в машине, — твёрдо сказала Джуди, нажимая кнопку блокировки. — Я сама. Хамелеон бросил на неё недовольный взгляд. Джуди не стала ничего объяснять. Она просто открыла свою дверь, впуская в салон горячий воздух степи, и уже собиралась выйти, как вдруг: — Джуди, — голос Ника прозвучал негромко, но так, что она остановилась и обернулась. — Я пойду. — Ты? — удивилась она и вдруг заметила – в его морде было что-то новое. Не напряжение и не страх – тяжёлая, собранная решимость, будто он уже сделал выбор и не собирался его обсуждать. На него это не было похоже. Хоппс медленно выдохнула. На мгновение ей захотелось по привычке и по упрямству возразить напарнику, но вместо этого она просто кивнула и отступила, закрывая свою дверь. Ник вышел сразу. Машина качнулась, дверь захлопнулась. Лис уверенно направился в сторону Скай. Песок под лапами всё ещё был горяч, но уже терпим. Птица сидела посреди кустов, сгорбившись, будто пыталась стать меньше. Крылья её были прижаты к бокам неровно – одно выше другого, – и от этого её поза выглядела ещё более беспомощной. Она плакала тихо. В этом плаче не было истерики – лишь усталость и боль, которые больше не получалось держать внутри. Ник остановился в нескольких шагах от птицы. Он не спешил, боясь лишним движением сделать только хуже. Он смотрел на неё сверху вниз и не знал, как правильно. Обнять – казалось вторжением. Не обнять – жестокостью. Он просто стоял, сжимая лапы, давая ей время самой заметить его. И она заметила. Почувствовала его присутствие раньше, чем подняла на него взгляд. Ник тоже это понял. Теперь он наблюдал, как она тянет с признанием его рядом – упрямо, в стиле Скайлинн Арвелл. Прошло несколько секунд, прежде чем одно крыло медленно приподнялось и неловко махнуло в его сторону. Жест вышел кривым и раздражённым – словно Скайл уступала ему и давала понять: “Ладно, раз уж ты здесь – делай уже что-нибудь!”. Ник понял это именно так. Он опустился рядом, осторожно, стараясь не задеть её крылья, и на мгновение замер, всё ещё сомневаясь. Скай чуть сдвинулась, освобождая место у плеча – очередной знак, который, скорее всего разрешал её обнять. Но Ник не решился. Понимая, что он не собирался действовать, она недовольно выдавила из себя сквозь слёзы: — Ну и что припёрся? — Джуди рассказала нам, — тихо ответил Ник, стараясь говорить шёпотом, чтобы не спугнуть её – и ошибся. — Пришёл посмеяться надо мной?! — её голос взвился над степью. — Давай, смейся! Я жду! Ха-ха! Птица стала таким же, как я – шлепком! Убогим… шлепком! На последнем слове она не выдержала, уткнулась лбом в песок и разрыдалась, уже не пытаясь себя сдерживать. Плач перешёл в крик – рваный, злой и отчаянный. Нику на миг захотелось заткнуть уши – настолько это было громко и невыносимо. Но он сдержался. Не перебил. Не одёрнул, позволив этому звуку пройти сквозь себя и прочувствовать в этом крике всю её боль. Он сидел молча и ждал, пока рыдания станут тише, короче, пока между всхлипами появятся паузы и откроется крошечное окно, через которое можно будет достучаться. Когда это наконец случилось, он заговорил очень тихо: — Пока ты жива, у тебя есть выбор. Скай резко подняла голову, словно его слова ударили её по лицу. Она дёрнула крыло, грубо вытерла слёзы, оставив на перьях тёмные разводы, и уставилась на него с откровенным раздражением, почти яростью. — И что значит этот бред?! — зло фыркнула она прямо ему в лицо. — Это значит, что всё ещё не закончено, — совершенно безрадостно ответил Ник, словно сам не верил своим словам. — Даже если кажется, что всё рухнуло, жизнь продолжается. Скай скривилась. — Меня сейчас стошнит: и от этой жизни, и от тебя, и от этих бесполезных крыльев! Она с силой ударила крылом о землю. Песок взметнулся в стороны, кусты дрогнули. Почти сразу Скай вскрикнула и прижала крыло к себе. — Больно? — спросил Ник. — Конечно больно – жизнь продолжается. — Если ты продолжишь говорить эту чушь, меня и правда стошнит! Скай хлестнула его крылом в плечо, и Ник понял: дальше давить в эту сторону бессмысленно и сменил тактику – вспомнил то, что всегда её цепляло сильнее всего. — Знаешь, что я понял, когда встретил её? — он кивнул себе за спину – в сторону “носорога”, за рулём которого сидела Джуди. — Что? — Скай тут же насторожилась, подняв голову. — Что я прожил три десятка лет ради этого м-момента, — Ник ткнул пальцем в песок под собой. — Что вся моя боль, что я нажил за эту жизнь, пошла к чёрту. И что она – это чудо, которое я не заслужил. Лис опустил голову, уставившись куда-то в сторону, будто боялся встретиться с собственными мыслями. Ему казалось, что он совершил ошибку. Не стоило это говорить вслух. — Почему не заслужил? — тихо спросила Скай и придвинулась ближе. Ник не хотел открываться. Совсем. Но он чувствовал – если сейчас отступит, то потеряет не только внимание Скай, но и шанс хоть чем-то ей помочь. В голове мелькнул поток эмоций, однажды вылетевший со стен стихий. Он глубоко вдохнул и заговорил спокойно, словно во сне: — Потому что до встречи с ней я разрушал всё вокруг себя. Прятался за цинизмом, делал всем больно, чтобы самому не чувствовать боль. И когда я встретил её…я хотел поступить с ней так же, как со всеми. Лис сжал лапу в кулак и продолжил, жалея о каждом произнесённом слове: — Но она не сломалась. Не отступила. Я никогда ей этого не говорил, но всё хорошее, что появилось в моей жизни, – это не моя заслуга. Это её. И я благодарен ей за это. Поэтому да… она – моё чудо. И я правда не считаю, что заслужил его. Скай смотрела на него, не перебивая. А потом неожиданно наклонилась и обняла – неловко, осторожно, крыльями, которые не слушались её так, как раньше, но всё же сомкнулись вокруг его плеч. Птица прижалась к лису и замерла, будто проверяя, не оттолкнёт ли он её. Он не оттолкнул, но не обнял в ответ, полностью утонув в собственных мыслях от слов, что он сейчас произнёс. — Обними меня, балда! — недовольно рявкнула Скай. Ник не сразу это услышал. Лишь спустя несколько секунд он осторожно положил лапу ей на спину – почти невесомо. — Знаешь… — продолжил он, — я это всё к тому, что жизнь может быть дрянью не год, не два, а десять, двадцать, тридцать лет. Но пока ты жива, ты даёшь шанс произойти этому чуду. И знаешь – это стоит того. Рыть могилу тридцать лет, чтобы встретить того, кто поможет вылезти из этой могилы – стоит того чтобы жить. Пожалуйста, Скай… — лис сделал паузу, пытаясь унять дрожь в голосе. — Не рой себе эту могилу. Не начинай. Могилы роются с самого детства, потом всю жизнь следуют за нами. Просто не начинай… Где-то в глубине души маленький лисёнок заплакал, выбежав с обряда посвящения. “Смотрите, лис плачет!”. Как досадно было говорить об этом маме и возвращать форму. Как же долго тянулась эта тьма – когда от жизни нет ничего хорошего, светлого, доброго. И вся эта боль ради одного дня, когда крольчиха, отдавшая всю свою жизнь чтобы стать полицейским в Зверополисе, зашла в кафе-мороженое для слонов. Мысли, которых Ник не звал, поднялись сами. Воспоминания, как старые порезы. Слова, взгляды, холодное ощущение одиночества, к которому пришлось привыкнуть слишком рано. Всё то, что он давно научился прятать под улыбкой и шутками, вдруг оказалось рядом – очень близко. Грудь сжало. Ник глубоко вдохнул, потом ещё раз. Он уставился куда-то в степь, чувствуя, как глаза предательски увлажняются. Один неверный вдох – и он сорвётся. Он знал это. Он стиснул зубы, словно мог этим удержать себя. “Не сейчас”, — коротко приказал он себе, — “Только не сейчас”. Слеза так и не сорвалась. Она осталась где-то внутри, тяжёлым комком, который пришлось проглотить вместе с воздухом. Он медленно выдохнул и только тогда позволил чуть сильнее прижать к себе Скай. — Ты только что чуть не расплакался? — с кривой улыбкой спросила птица, внимательно вглядываясь в его морду. — Может, это мне тебя надо успокаивать? Ника словно сковородой по голове шандарахнуло. Опять эта резкая смена настроения. Как у неё это выходит? Она будто жила сразу в двух реальностях и могла за секунду переключаться между ними. Или слова лиса о его крольчихе и правда так сильно на неё повлияли? — Рад, что ты улыбнулась, — серьёзно ответил Ник, пытаясь уловить фальшь в её лице. — Может, с такой улыбкой вернёмся к Джуди? — Ага, — фыркнула Скай и издевательски добавила: — и расскажем ей, какое она чудо! Она колко засмеялась. Хмурая гримаса лиса, что предстала перед ней, её только раззадорила. — Очень смешно… — ответил он холодно. Но всё же от того, что Скай повеселела, пусть и такой ценой, Нику стало легче. Он поднялся в полный рост и, чуть поколебавшись, протянул ей лапу и сказал: — Возьми. Скай с сомнением уставилась на его пальцы – крупные, тёплые, совсем не птичьи. Несколько секунд она раздумывала, будто решала в своей голове куда более сложный вопрос, чем этот. — Хочешь, чтобы Джуди увидела нас и подумала, что ты хороший собеседник? — язвительно протянула она. — Я и есть хороший собеседник! — возмутился Ник. — Ну да, особенно когда молчишь, — усмехнулась Скай и всё-таки вложила своё крыло ему в лапу. — Так уж и быть, но только чтобы порадовать твоё чудо. — Не произноси это слово, пожалуйста, — Ник скривил морду. — Почему это? — Из твоих уст оно звучит ужасно. — И это прекрасно! — она хихикая потянула его за лапу и весело зашагала вместе с ним к автомобилю. — Теперь неудивительно, почему между вами такое напряжение. — Нет никакого напряжения, — фыркнул Ник. Непостоянство птицы продолжало его удивлять: только что рыдания, теперь смех, а каждая эмоция – резкая, как порыв ветра. Впрочем, длилось это недолго. Стоило им подойти к машине, как Скай снова поникла – осознание предстоящего разговора с Иквигом вернуло её в прежнее состояние. — Мы дадим вам время, — сказал Ник и неожиданно открыл водительскую дверь. Джуди едва не вывалилась наружу: секунду назад она, кажется, подслушивала, прижавшись к тонированному стеклу слишком близко. — Ой, — она резко выпрямилась, делая вид, будто ничего не произошло, и торопливо спросила: — Что случилось? — Ей нужно поговорить с Иквигом, — спокойно ответил Ник, словно ничего не заметил. — Не будем мешать. Скай кивнула, но глаза её оставались опущены. Джуди, не раздумывая, выпрыгнула из машины и, ожидая, что лапы вновь ошпарит, несколько раз подпрыгнула на месте. Однако песок оказался не раскалённым – лишь горячим, терпимым. — Только… недолго, — неловко сказала она, обращаясь к птице. — У нас, вообще-то, время поджимает. Скай не ответила. Она открыла заднюю дверь и забралась на сиденье, где её уже ждал Иквиг. Когда дверь захлопнулась, из салона донёсся приглушённый голос хамелеона, а затем тихий, сдерживаемый плач Скай. Джуди схватила напарника за футболку и отвела его в сторону. Отойдя на достаточное расстояние, она остановилась и спросила: — Мне показалось, или когда вы говорили с Скай, она смеялась? Лис не сразу ответил. Его привлёк вид на Тайвилл – на громаду на горизонте. Ник задумался, глядя на эту картину и ответил: — Да, она смеялась. — И что ты ей сказал? — Да так. Глупости всякие. — Твои “глупости” работают, — сказала Джуди и только потом осознала, что хочет продолжить мысль. Она отвела взгляд, уши её опустились и она добавила: — Скоро узнаем, сработают ли мои… на тебе. Ник вздрогнул, не ожидая такого ответа и поторопился защититься: — Это подождёт до возвращения… — …в Зверополис, — закончила она за него. — Да, я помню. Вот только не могу понять, зачем ждать? — Затем, что если твои “глупости” окажутся… слишком глупыми, я заставлю эту машину развернуться, — он кивнул в сторону Тайвилла. — Это место опасно. Ехать туда с детьми – опасно. Ехать туда с тобой… Джуди возмутили его слова. Он не успел договорить, как она его вновь перебила: — Предлагаешь бросить это дело? — Нет… — Развернуться и уехать? — её голос был настойчив. — Знаешь, что тогда будет? Лис сделал паузу, словно проверяя, позволит ли она ему наконец вставить слово. И когда пауза стала достаточно длинной, ответил: — Если мы вернёмся прямо сейчас, нас в лучшем случае отстранят, если не уволят. А Скай отправят обратно в Тайвилл, где ястребы сделают с ней всё, что захотят. — Вот именно. Поэтому мы не бросим это дело и доведём его до конца, — твёрдо подытожила Джуди. — Да знаю я, знаю… Ник сразу это почувствовал: слова, сказанные Джуди у стен стихий, словно стёрлись. Обстоятельства оказались предпочтительнее её чувств и Ник знал, что это произойдёт рано или поздно. С этой работой не могло быть иначе. — Ник… — вдруг начала Джуди, глядя на Тайвилл. — Давай обсудим: я правильно поступаю, отправляя нас всех туда? Только честно скажи, как есть. Ник удивился. Она никогда прежде не спрашивала его так прямо о правильности своих решений. Может быть её слова всё же не были стёрты? Ник перевёл взгляд с Тайвилла на напарницу, затем на “носорога”, на степь вокруг. Солнце клонилось к горизонту, медленно окрашивая всё тёплым оранжевым цветом. День уходил, и вместе с ним истекало время: дела в птичьем городе нужно было закончить до того, как стемнеет. — Я не знаю, как нам быть, — честно ответил Уайлд. — Рисковать детьми – неправильно. Идти туда вдвоём, оставив Скай наедине с Иквигом, – опасно, я ему не доверяю. Пойти разбираться одному из нас… — он перевёл взгляд на Джуди, — мы друг другу не позволим, и это тоже плохо. — Что плохого в том, чтобы не дать друг другу умереть? — искренне не поняла Джуди, сделав шаг к нему на встречу. — Мне самому не по душе, что я сейчас скажу, — горько начал Ник, — но дети важнее нашего беспокойства друг о друге. Если одного из нас сцапают, другой может это использовать для дела. — Ты сбрендил, если думаешь, что я позволю тебе так пожертвовать собой! — крольчиха испугалась его слов и затопала лапой по горячему песку. — Я тебе тоже этого не позволю, Морковка. Джуди опустила уши и подошла к Нику чуть ближе, ощущая себя… слабой. — То есть получается… — она неосознанно схватилась за подол его футболки, — у нас нет хорошего выбора? — Есть, но мы… Лис не договорил – крольчиха дёрнула его за футболку, чтобы он замолчал. Джуди поняла, что любое её решение подвергнет кого-то опасности: либо себя или Ника, либо детей. И всё из-за нежелания жертвовать и отпускать друг друга. Мысль была неприятной, колючей, и Джуди оттолкнула её, почти инстинктивно, возможно, даже неосознанно. Ник же не мог позволить себе этого – он ясно видел последствия и риски любого принятого решения, отчего на душе ему было ещё хуже, чем его напарнице. — Да, ты прав, — согласилась Джуди. — Остаётся сделать всё, что в наших силах, верно? “И надеяться на удачу”, — хотел добавить Ник, но решил промолчать. Удача – это последнее, на что стоит надеяться в профессии полицейского. Как учили в академии: “В службе нет удачи. Есть подготовка, выбор и последствия”. Ник заметил, что Джуди всё ещё смотрит на него. Смотрит с надеждой, словно от него зависело, будет ли ей позволено это безрассудство. Будто Николас Уайлд был последней преградой, удерживающей её от идеи “всё или ничего”. Она смотрела. Продолжала не отводить взгляд. Ник чувствовал это, видел боковым зрением. В её взгляде была настойчивая просьба – тихая, безмолвная. Она подошла ещё ближе, уткнувшись носом в его локоть, надеясь, что это сработает. И это сработало. Ник не смог ей отказать. Он почти незаметно сделал шаг назад – ровно настолько, чтобы между ними появилось чуть больше пространства. — Хоппс и Уайлд? — произнёс он, протягивая кулак и выдавливая из себя натянутую радость, убедительности которой для Джуди, как всегда, было достаточно. — Уайлд и Хоппс! — закончила она и радостно стукнулась с ним кулаками. — Погнали! Она торопливо подбежала к “носорогу”, распахнула дверь и запрыгнула на водительское место. Бросив взгляд в зеркало заднего вида, Джуди увидела, как хамелеон и сойка уже сидели смирно – будто заранее приготовились к её резкому появлению. — Ну как, поговорили? — спросила Джуди, пристёгивая ремень безопасности. — Угу, — неожиданно бодро отозвалась Скай и покосилась на своего соседа. Иквиг молчал. Джуди заметила в зеркале его поникшее лицо – похоже, он всё ещё переваривал услышанное про бескрылый недуг Скай. Впрочем, это было неудивительно. Всему нужно время. Ник занял своё место, молча окинул взглядом пассажиров сзади и посмотрел вперёд на Тайвилл, уже успевший отбросить на степь две громадные, тяжёлые тени. — Ну и чего мы ждём? — спросил он, повернувшись к напарнице. — Вперёд! Джуди уверенно кивнула, завела двигатель и мягко нажала на педаль газа. Носорог тронулся с места.

***

Через полчаса кувырканий в салоне по незаметным кочкам и ямам, скрытым редкими кустарниками, на горизонте показалось нечто странное. Вдоль всего Тайвилла по земле тянулась линия невысоких построек – издали они сливались с цветом степи и потому почти не различались. Линия огибала город по окружности, будто обрамляя его у самой границы. — Что это такое? — спросила Джуди, вглядываясь вперёд и стараясь зацепиться взглядом хоть за какие-то очертания. Ник тоже это заметил. — Ограждения? — предположил он, придвинувшись ближе к лобовому стеклу. — Хотя… стой. Похоже на… палатки? — Это “Нижний обод”, — подключилась Скай. — В Тайвилле его называют “Бескрылым кругом”. — Что это? — насторожилась Джуди. — Это можно как-то объехать? — Не беспокойся, — грустно ответила Скай. — К таким, как вы, здесь относятся нейтрально. Подъедем ближе, сбавим скорость и просто проедем насквозь. Нам не помешают. — И всё же, что это такое? — Джуди прищурилась, пытаясь рассмотреть преграду, однако впереди всё по-прежнему смешивалось с песчаными клубами дыма. — Меня не спрашивай, — отозвался Ник, не отрывая взгляда от горизонта, — но я вижу палатки. — Вы поймёте, — сказала Скай и, словно не желая видеть происходящее, легла на сиденье, положив голову на колени Иквига. По её реакции Джуди поняла лишь одно: это действительно было безопасно. Вот только почему Скай не хотела даже смотреть в ту сторону, – предстояло узнать. “Носорог” не сбавлял ход, приближаясь к преграде. И чем меньше становилось расстояние, тем отчётливее проступали детали. Издали это напоминало что-то вроде рынка посреди пустыни. Но стоило подобраться ближе, как стало ясно – это были жилые дома. Точнее, палатки, шатры, простые деревянные каркасы, на которые были натянуты куски ткани. И среди всех этих построек, тянувшихся вокруг Тайвилла сплошным кольцом, были только птицы самых разных размеров: от маленьких, почти незаметных воробьёв до крупных орлов с широкими крыльями и яркими, внушительными клювами. Когда машина подошла совсем близко, Джуди поняла, что объединяло всех этих птиц: они не летали. Все передвигались на лапах, как самые обычные земные звери. Их крылья были либо плотно прижаты к спине, словно ими давно не пользовались, либо, наоборот, неряшливо свисали по бокам – словно отмерли. Птичьи палатки, шатры и тенты тянулись издалека, выстраиваясь вокруг Тайвилла на выверенном расстоянии, словно в этом круге был заложен какой-то смысл. Вдоль построек пролегала утоптанная тропа – след постоянного движения. Расстояние между палатками было достаточно большим, чтобы можно было проехать, поэтому, оказавшись совсем рядом с птичьими жилищами, Джуди сбавила скорость и осторожно повела машину между ними. Птицы, оказавшиеся рядом, обратили внимание на “носорога”, медленно протискивающегося сквозь их круг и встали на месте. Ник и Джуди завертели головами, стараясь не упустить ни одной детали по обе стороны “бескрылого круга”. Оказавшись в самом центре тропы, они увидели множество птиц разных видов. Все были чем-то заняты: кто-то мастерил, кто-то готовил и продавал еду, чинил вещи, торговал одеждой. У входа в каждую палатку велась бурная деятельность: все чем-то были заняты. Всё это и впрямь напоминало длинный, растянутый рынок – только птичий. Когда “носорог” проезжал мимо, его провожали взглядами. В этих взглядах не было неприязни – лишь настороженное любопытство и удивление тому, как автомобиль мог оказался в таком месте. Скай не смогла унять любопытство. Она слегка приподняла голову с колен хамелеона и украдкой посмотрела в окно, стараясь не привлекать внимания. Взгляд зацепился за один из шатров – точнее, за силуэт внутри него. Даже сквозь тонированное стекло она без труда узнала знакомую птицу. Сердце неприятно дёрнулось. В следующий миг дверь машины распахнулась. Скай выскочила на ходу. Песок больно ударил по лапам — она споткнулась, упала, тут же вскочила и, не оглядываясь, бросилась к палаткам. — Ты что, забыла заблокировать двери?! — вырвалось у Ника. Джуди даже не сразу поняла, что произошло. Лис уже выпрыгнул из салона; его повело, лапы скользнули по песку, но он удержался и сорвался следом за Скай. Лишь тогда Джуди сообразила, что случилось. Она резко ударила по тормозам, щёлкнула кнопкой блокировки задних дверей и, не теряя ни секунды, выскочила наружу, оставив растерянного Иквига одного в машине. Бежать долго не пришлось. Скай резко остановилась у входа в одну из палаток – так внезапно, что и Ник и Джуди едва успели затормозить, чуть не налетев друг в друга. Песок взвился под их лапами и тут же осел. Они замерли перед палаткой. Вокруг входа беспорядочно, но явно по-хозяйски, были разложены ковры, рулоны пёстрой ткани, мотки ниток, кожаные листы и прочие материалы – всё разного цвета, фактуры и степени изношенности. Это место выглядело обжитым, тёплым и странно уютным на фоне безжалостной степи. Внутри палатки сидела сова с большими круглыми глазами и тёмным, почти чёрным оперением. Она устроилась на простом стуле и ловко работала лапами на швейной машинке, поставленной прямо на пол. Машинка мерно стрекотала, игла с точностью вгрызалась в ткань. На сове была потёртая рабочая форма и фартук с изображением иголки и нитки. Вокруг неё стояли три столика, заваленные лоскутами, готовой одеждой и катушками нитей – всё говорило о постоянной, бесконечной работе. Сова подняла взгляд на наземных гостей у входа. Но удивление вызвало не их появление. Её глаза сразу нашли голубую сойку, подошедшую слишком близко. — Скайлинн? — недоверчиво произнесла она. Голос был низким, глубоким, с мягким бархатным басом. — Нашлась таки? Где ты пропадала? Она расправила крылья в широком, почти материнском жесте, и Скай, радостно подпрыгнув, тут же бросилась к ней. Объятие вышло резким, от избытка чувств. Сова от неожиданности слегка качнулась, но удержалась на месте и, приобняв сойку в ответ, перевела взгляд на застывших у входа Ника и Джуди. — А вы кто такие? — спросила она с искренним любопытством, не понимая, как вообще земных зверей могло занести в такое место. — Кхм… — Джуди неловко выпрямилась, достала жетон из внутреннего кармана жакета и заговорила официальным, отточенным тоном: — Здравствуйте. Я Джуди Хоппс, полиция Зверополиса. Это мой напарник, Николас Уайлд. Мы прибыли в Тайвилл для сопровождения Скайлинн Арвелл в службу опеки Тайвилла. Ник тут же бросил на неё короткий, вопросительный взгляд. Он не понимал, зачем она представилась как полицейская – Буйволсон ясно дал понять, что они не имеют права обозначать себя и вести какую-либо деятельность вне своей юрисдикции. Хотя, с учётом того, что они собирались делать дальше, эти формальности уже не имели смысла? Сова внимательно осмотрела крольчиху, задержав взгляд на жетоне, затем выпрямила спину и произнесла: — Значит, вы нашли её? Спасибо вам, офицеры, — она уважительно поклонилась. — Но позвольте узнать… что Скайлинн делает в “Нижнем ободе”? Ник посмотрел на сойку, всё ещё не выпускавшую сову из объятий, перевёл взгляд на напарницу и ответил: — Очень интересный вопрос. Будем ли мы на него отвечать? Джуди недовольно посмотрела на Ника и устало выдохнула. — Для начала пусть нас познакомят, — мягко ответила Джуди, смотря на сойку, прячущуюся в перьях совы. Скай поняла, что речь идёт о ней, нехотя отпустила сову и почти неслышно пробормотала: — Это Улу Анну… коллега моей мамы, — она смущённо махнула крылом в сторону Ника и Джуди. — А это полицейские из Зверополиса. Они правда везут меня в службу опеки… Я выпрыгнула из машины, чтобы поздороваться с вами. — Выпрыгнула из машины?! — сова ухнула от удивления и уставилась на полицейских широко раскрытыми глазами. — Я смотрю, вы, офицеры, свою работу выполняете крайне… ответственно. Джуди опустила уши, не зная что и ответить. Она действительно забыла заблокировать задние двери после того, как Скай и Ник поговорили наедине. И хорошо, что последствие этого случилось здесь – при таких обстоятельствах, а не в ситуации, где цена ошибки могла быть куда выше. — Выпрыгнула она не буквально, конечно, — соврал Ник, прикрывая оплошность напарницы, и тут же перевёл разговор в сторону Скай. — Всё? Поздоровалась? А теперь нам пора. — Нет! — пискнула сойка. — Улу может быть полезна для вашего дела! Она знает, что… — Скай! — Джуди резко перебила строгим голосом и протянула лапу. — Можно тебя на секунду? Скай недоверчиво посмотрела на неё, затем без малейшего желания подчиняться опустила взгляд на протянутую кроличью лапу. Она явно собиралась возразить, но выдержать прямой, холодно-собранный взгляд Джуди оказалось сложнее, чем спорить. Хоппс не стала ждать ответа. Она аккуратно, но уверенно взяла птицу за крыло и отвела наружу, чуть в сторону от палатки, туда, где шум степного ветра и атмосфера птичьего рынка могли скрыть их разговор. Ник остался с совой наедине. Он неловко переступил с лапы на лапу, поймал на себе её внимательный, цепкий взгляд и, не придумав ничего лучше, произнёс: — Ну как… поживаете? Снаружи Джуди наклонилась к Скай и заговорила так тихо, чтобы их слова не пробивались сквозь тканевые стены палатки: — Кажется, ты не до конца понимаешь серьёзность происходящего, Скай. Послушай. Она опустилась на одно колено, чтобы поравняться с птицей, и продолжила уже спокойнее: — Я не должна была представляться полицейской – это моя ошибка. Но если бы я этого не сделала, Улу бы вызвала полицию и прилетели бы сама знаешь кто – это первое. Второе – пожалуйста, не рассказывай о нашем деле всем подряд. — Но Улу хорошая… — жалобно возразила Скай, опуская взгляд и сжимая крылья ближе к телу. — Это не имеет значения, — твёрдо ответила Хоппс. Скай помолчала, затем тихо спросила: — Можно я с ней хотя бы поговорю? Джуди не хотелось её расстраивать – это было видно по тому, как она на мгновение задержала дыхание. Но выбора у неё не было. — Это подождёт, Скай. У нас мало времени, — крольчиха поднялась с колена и закончила уже решающим тоном: — Давай так: ты возвращаешься в машину, а я поговорю с ней сама. Договорились? В этот момент из палатки вышел Ник и, не задавая вопросов, подхватил: — Договорились. Он аккуратно взял Скай за крыло и повёл к автомобилю. Птица не стала сопротивляться, но бросила в сторону Джуди недовольный, уколовший взгляд. Сова вышла следом и молча наблюдала, как лис усаживает сойку на заднее сиденье, закрывает дверь и с отчётливым щелчком блокирует замок. Иквиг в этот момент удачно слился с обивкой салона – сидел неподвижно и тихо, так что сова его попросту не заметила. Ник вернулся к напарнице, явно намереваясь так же увести её к машине и как можно скорее убраться отсюда, но сова внезапно заговорила: — Что Скайлинн имела в виду? — спросила она, внимательно разглядывая напарников своими большими, круглыми глазами. — В смысле? — не сразу понял Ник. — Когда сказала, что я могу быть вам полезна, — уточнила Улу. — Что именно она имела в виду? По степи задул тёплый ветер, зашелестели кустарники. С земли поднялся неприятный песочный туман, режущий глаза. Ник посмотрел на небо, плавно наливающееся оранжевым, и усомнился, стоило ли вообще тратить время на этот разговор. — Давайте пройдём внутрь и поговорим, — неожиданно предложила Джуди, прикрывая глаза лапой от летящей пыли. Прежде чем Улу успела что-либо ответить, Ник резко возразил: — Морковка, у нас на это нет времени. Он коротко кивнул в сторону солнца, стремительно клонящегося к горизонту, надеясь, что напарницу это убедит. — Я быстро, — отмахнулась Джуди. — А ты можешь подождать в машине. — Ну уж нет, — отрезал Ник. — Лучше я прослежу, чтобы этот разговор и правда был быстрым. Его напрягало не только солнце. Через пару часов оно скроется за горизонтом, а у них до сих пор не было ни документов, ни “вещества”. И, что хуже всего, не было даже внятного плана, где это самое “вещество” добыть. Ник отвёл взгляд в сторону. По тропе мимо совы, лиса и крольчихи изредка проходили птицы. Они оглядывались, бросали короткие, настороженные взгляды, но не задерживали внимание надолго. В основном это были мелкие пернатые, однако попадались и куда более крупные – с длинными, непропорциональными лапами, будто вытянутыми сильнее остального тела. Все они наблюдали за гостями молча, и ни одна не решалась с ними заговорить. Наконец одна из птиц, что наблюдала за ними в стороне, нарушила тишину: — Улу, какие-то проблемы? Ник и Джуди обернулись. По другую сторону тропинки, напротив, сидела чайка – на раскладном стуле у своей палатки. В крыльях она держала газету и выглядывала из-за неё одним глазом, внимательно и с явным подозрением разглядывая земных гостей. Сова подняла своё массивное крыло вверх и громко ответила чайке: — Всё в порядке, они со мной! Её голос был рассчитан не только на собеседницу. Казалось, она хотела, чтобы это услышала каждая птица поблизости. И действительно – несколько птиц обернулись, скользнули взглядами по лису и крольчихе и, не задерживаясь, пошли дальше. Чайку, впрочем, это не убедило. Она продолжала не сводить глаз с гостей, спрятавшись за газетой. — Пройдёмте, — добавила Улу, словно подводя черту под разговором. Она скрылась в палатке, отложила в сторону швейную машинку и села на стул. Джуди вошла следом. Ник остался у порога – так, чтобы одновременно слышать разговор и держать “носорога” в поле зрения. — Ну, — сказала сова, глядя на них выжидающе, — спрашивайте. Что вашей душе угодно. — Что это за место? — первым делом спросила Джуди. Бровь совы медленно поползла вверх. — Слушай, дорогуша, ты точно полицейская? — без тени насмешки спросила Улу, словно и вправду сомневалась, что перед ней настоящий офицер. Не дожидаясь ответа, она продолжила: — Это “Нижний обод”. Место для бескрылых птиц. Или это не очевидно? Джуди поспешила прояснить: — Скай говорила, что её мама работает в центре реабилитации бескрылых… в Тайвилле. Это здесь? Выражение совы вновь стало таким, будто она только что разочаровалась в самом факте этого разговора. — Во-первых, давайте уточним, — спокойно сказала Улу. — Я уже как месяц не работаю в реабилитации, Не вините Скайлинн, она об этом не знала. Во-вторых, да, мы с Мэй Арвелл бывшие коллеги, но я не знаю ни где она, ни где её муж. И в-третьих – нет, это не центр реабилитации для бескрылых. Он находится в Тайере. — Тогда что это? — Джуди обвела лапой пространство вокруг, имея в виду весь “Нижний обод”. — Это – политика Тайвилла, офицер, — ответила сова ровным тоном. — Не думаю, что вам это действительно интересно. — Она чуть склонила голову набок, изучая крольчиху. — Вы ведь приехали доставить Скайлинн и уехать восвояси навсегда. Я правильно понимаю? Ну вот и занимайтесь своей работой. В её голосе не было ни раздражения, ни презрения – лишь искреннее недоумение. Как будто крольчиха из Зверополиса задала ей туристические и почти детские вопросы, не имеющие прямого отношения к её сопровождению. Сова перевела взгляд на Ника. Лис не вмешивался в их разговор. Его больше занимали птицы, проходившие мимо палатки: он скользил по ним внимательным, оценивающим взглядом, отмечал, кто замедляет шаг, кто оглядывается дольше обычного. Большинство пород птиц он видел впервые: все были разных размеров, разного цвета оперения и одежды. Время от времени лис посматривал и в сторону автомобиля – следя, чтобы к “носорогу” никто не приближался и чтобы из салона никто не решил выбраться без разрешения. — Что вы имеете в виду под “политикой”? — не отступала Хоппс. Улу глубоко вздохнула и посмотрела на неё так, словно крольчиха вынуждала её делать что-то неприятное. — Не буду спрашивать, зачем вам это знать, — сказала она наконец. — Но давайте договоримся. Я отвечаю на этот вопрос – и вы больше ничего не спрашиваете. У меня много работы. Идёт? Она протянула крыло Джуди — жест был прямым, почти деловым. Крольчиха коротко переглянулась с напарником. Ник едва заметно кивнул. Ему сейчас было всё равно, на каких условиях закончится этот разговор – лишь бы он закончился как можно скорее. Впереди их ожидали документы в убежище Иквига, а солнце садилось, и каждая минута была на счету. Джуди пожала массивное совиное крыло. — Хорошо, — сказала Улу, устроилась поудобнее на стуле и бросила взгляд за плечо крольчихи, словно проверяя, не подслушивает ли кто-нибудь. Затем она перевела взгляд на Ника и сказала заметно тише: — Лис, последишь, чтобы нас не подслушивали? — Эм… ладно, — ответил Ник, не до конца понимая, что именно от него требуется. Он почти инстинктивно встал у входа в палатку, перекрыв проход. Впрочем, необходимости в этом не было: птиц было не так немного, и те предпочитали держаться подальше от лиса, обходя палатку по дуге. — У Скайлинн проблемы, я правильно понимаю? — спросила Улу. Джуди сдержанно кивнула. — Тогда понятно, откуда у вас такие вопросы, — произнесла сова. — Неясно лишь, зачем вам это знать. Она поёрзала на стуле, снова мельком взглянула наружу и понизила голос почти до шёпота: — “Нижний обод” — это прямой результат политики Рьвы Бекинс. О ней вы, полагаю, слышали? Джуди заметила, как напряглась Улу – будто ожидала удара с любой стороны. Чтобы не усугублять, крольчиха сделала шаг ближе и тоже перешла на шёпот: — Я читала статьи Клакса Арвелла. Но он ни словом не упоминал это место. — Ясное дело. Он и не будет, — тихо сказала Улу. — Так, слушайте, офицер… Сова чуть наклонилась вперёд, почти нависая над Джуди. В полумраке палатки её круглые глаза казались темнее обычного, а голос опустился ещё ниже. Улу продолжила: — Я уже поняла, что вы не в курсе того, что на самом деле происходит в нашем городе. И это нормально, учитывая, откуда вы приехали. Дело в том, что Рьва Бекинс ненавидит Тайер – западную гору. Почему? Не знаю. Но иначе её действия просто не объяснить. — И что именно она делает? — подал голос Ник у входа. Улу резко посмотрела в его сторону, явно недовольная тем, что он её оттуда услышал. — Она вставляет палки в колёса каждому законопроекту и каждому выделенному средству, которое могло бы хоть как-то улучшить жизнь на западной горе, — заговорила она ещё тише. — Бесконечные проверки. Задержки решений. Избирательное применение законов. Повышенные налоги, дополнительные сборы. А субсидии… — она усмехнулась без радости, — субсидии чудесным образом оказываются в Ювилле – на горе, в которой она сама и живёт. Неудивительно, правда? Сова сделала паузу, прислушалась к приглушённым звукам снаружи – шагам, шелесту ткани, далёким голосам, – и только потом продолжила: — Помимо этого она блокирует торговлю, закрывает воздушные коридоры, устраивает “ремонты” в Тайере. Не чтобы помочь – чтобы добить. Инфраструктура там и так держится на честном слове. — Понятно, — снова влез Ник и с улыбкой добавил: — То есть эта ваша соловьиха оказалась тем ещё стервятником? Улу заметно вздрогнула, прижав перья ближе к телу. — Либо замолчи, лис, — прошипела она, — либо зайди внутрь и говори тише. Её голос был резким, но в нём слышался не гнев – страх. Ник молча развёл лапами и остался стоять у входа. Снаружи всё ещё сновали птицы, но никто не подходил близко – одного присутствия лиса было достаточно, чтобы держать их на расстоянии. — А причём тут “Нижний обод”? — не поняла Джуди. — При том, что само его существование – это прямое следствие политики Бекинс, — ответила Улу почти шёпотом. — Она блокирует финансирование центра реабилитации бескрылых. А тех, кто слишком громко говорит об этом, либо сокращают, либо у них внезапно начинаются проблемы, — сова опустила взгляд. — Я как раз одна из них. Нет, меня не сократили… но в один день я… Фраза оборвалась. Сова замолчала. Несколько секунд Улу просто смотрела в сторону, будто подбирая слова, которых больше не находилось. — Я… просто лишилась своих крыльев… — наконец произнесла она и поспешно отвела взгляд, делая медленный, неровный вдох. — Я не могу ими управлять. Они… не слушаются меня. Перед глазами Джуди всплыл эпизод из мотеля – момент, когда Скай рассказывала ей, как стала бескрылой. И её слова о том, как больно переживают это птицы – словно свою же смерть. — И знаете, офицер… — продолжила Улу ещё тише, — таких птиц здесь много. Тех, кто больше не может летать. Но не у всех есть физическая травма, которая могла бы это объяснить. У многих это произошло без видимой причины. Просто… однажды. И врачи разводят крыльями, не могут им помочь, не знают что делать, объясняя, что это какой-то… “неизвестный вирус”. Но я знаю, они это говорят, просто чтобы хоть что-то ответить, а сами ни черта не понимают… Сова ненадолго замолчала, затем добавила: — И самое интересное – все жители “Нижнего обода” родом с западной горы. С той самой, которую травит Рьва Бекинс. Все уверены, что она к этому причастна. Но доказать это никто не может. А тот, кто пытается… заканчивает так же, как Клакс Арвелл. Джуди казалось очевидным, что нужно делать, и она уверенно ответила: — Но у вас же есть полиция. Подайте жалобу и… — Дорогуша, о чём ты?! — резко перебила сова. — Чтобы доказать слухи, нужны факты. Настоящие. Клакс Арвелл был единственным, кто попытался доказать что-то не на словах – и ты сама знаешь, где он оказался. И его жена. Удивительно, что Скай ещё на свободе. И, честно говоря, мне не нравится, что вы везёте её обратно. — У вас в Тайвилле процветает коррупция? — тихо спросила Джуди, игнорируя последнее замечание совы. Улу горько усмехнулась: — В Тайвилле коррупция такая же, как и везде: где-то она может и имеется, где-то её предпочитают не замечать. Но чтобы начать расследование против чиновника, нужны не догадки и не картинки на экране. Нужны физические документы. Настоящие записи. Весомые доказательства. Иначе в участке на вас будут смотреть как на бесперспективное, извините, брехло. — Морковка, время, — напомнил Ник. Джуди отмахнулась лапой. — “Вестник Ветра”, где работал Клакс Арвелл, – несерьёзная газетёнка, — продолжила Улу. — Они без колебаний удаляют любые опасные статьи под угрозами. Как видите, так и произошло. А серьёзные СМИ не возьмутся писать слухи, порочащие честь Бекинс без весомых доказательств. А что касается центра реабилитации бескрылых – финансирование почти прикрыли, свободных мест там уже давно нет. Новым бескрылым просто некуда идти. Она тяжело вздохнула и перевела взгляд на одежду, сложенную стопкой на столе рядом. В глазах совы читалась горечь, смирение и усталость от всего, что её окружало. Собравшись с силами и вновь посмотрев на крольчиху, она сказала: — Жить в Тайвилле, будучи “наземной птицей”, невозможно. Поэтому все уходят сюда: спускаются на землю, пытаются выживать, торговать, зарабатывать своим трудом, не унывать. Получается не у всех, но… что поделать… — А почему не переедете в города земных животных? — спросила Джуди. Сова посмотрела на неё усталым взглядом.. — Офицер, вы просто не понимаете птиц. Небесные не пойдут жить к вам. Для них это унижение. Улу чуть сильнее прижала крылья к телу. Было видно, что тема, которую затронула Джуди, давно избитая и болезненная, но она всё же ответила: — Не все бескрылые способны смириться со своей судьбой. А те, кому удаётся, не хотят становиться объектом насмешек земных, не способных понять саму суть нашей проблемы. Для птиц, лишившихся полёта, земное невежество, – как нож по сердцу. Поэтому нам предпочтительней жить среди себе подобных с теми же ранами, кто действительно нас поймёт. — Морковка… — ещё раз протянул Ник, но Джуди не обратила на него внимания. Она подошла к сове почти вплотную. На мгновение ей захотелось положить лапу ей на плечо, но она тут же одумалась. Улу явно не одобрила бы проявление земного сочувствия – тем более тактильную поддержку. Она была не испуганным ребёнком, вроде Скай, а взрослой птицей со своим взглядом и жизненным опытом. Улу говорила дальше, словно обращаясь куда-то внутрь себя, а не к Джуди, что стояла уже совсем рядом: — В первый день, когда птица лишается крыльев, она либо умирает, либо живёт дальше, — взгляд Улу стал тяжёлым. — Поэтому каждый житель “Нижнего обода” – герой. Каждый из них сумел в самый сложный момент своей жизни нащупать свою ветку, за которую можно держаться. Настоящий смысл, ради которого стоит просыпаться. И Скай не исключение… она тоже нашла свою ветку. Я не знаю какую, но, возможно, кто-то из вас эту ветку ей протянул. На мгновение голос Улу дрогнул. В груди поднялась волна, подступившая слишком близко. Сова медленно вдохнула, задержала дыхание, выпрямила спину. Ни одна слеза так и не сорвалась: гордость и привычка держаться оказались сильнее. — Извините, что заставила говорить вас об этом, — тихо произнесла Хоппс. — Но обещаю, я вам помогу. Вам и всем птицам. Даю слово! Ник сжал лапу, готовый прервать Джуди. Она снова взялась за своё – слишком громкие и самонадеянные заявления перед тем, кого видела впервые. Ник хотел вмешаться здесь и сейчас, но всё же решил промолчать, иначе между ними вновь вспыхнет конфликт, который лишь затянет и без того долгий разговор в этой палатке. — Делайте, что хотите, — безэмоционально сказала сова. — Что бы вы ни задумали, если идёте против Рьвы Бекинс, я всеми крыльями за. Только, пожалуйста, будьте осторожны. Иначе кончите, как Клакс Арвелл. — Вы думаете, его убили? — внезапно сорвалось у Джуди. — Сомневаюсь, — ответила Улу. — По законам Тайвилла без предъявления обвинений его могут держать не больше двух суток. Но вы же знаете Рьву Бекинс. По её желанию ему могут сменить статус задержания, статус дела и продлевать его сколько угодно. Соловьиха хоть и делает всё во вред западной горе, но в рамках закона, используя хитрости и обход правил. Рьва портит жизнь всем, но лишить её она не может. По крайней мере, при всей моей неприязни к ней, я не верю, что она на это способна. “Спорное утверждение”, — подумала Джуди, вспоминая случай на заправке, когда лезвие-перо едва не угодило Скай в голову. Конечно, виноваты были ястребы… но разве они действовали не по указке Соловьихи? Спорить об этом у Джуди желания не было, да и казалось, что разговор уже подошёл к логическому завершению. Она выпрямилась и уже собиралась попрощаться, как сова вдруг спросила: — Как вы собираетесь попасть в Тайвилл? Вопрос застал Джуди врасплох. Она на мгновение замерла, а её уши бесконтрольно опустились. — Вы об этом даже не думали? — удивилась Улу, заметив реакцию крольчихи. — Ещё нет, — неуверенно призналась Джуди и наиграно усмехнулась. — Но мы обязательно что-нибудь придумаем! Ник мысленно хотел пробить себе нос ещё раз, но вместо этого терпеливо остался выжидать у прохода, предвкушая момент, когда сможет наконец высказать всё в машине. Сова вдруг резко встала со стула, подошла к старой тумбочке в углу палатки, порылась в ней и достала маленькую бумажку. Развернув её несколько раз, Джуди заметила, как та значительно увеличилась, превратившись в карту. — Вы же знаете, что на севере Ювилла есть подъём для земных доставок? — сказала Улу, разложив карту поверх стопок одежды на столе. — Можете попробовать подняться по нему. Вот здесь. Она указала крылом на север восточной горы, где пунктиром был обведён небольшой прямоугольник с надписью “Орлиный тракт”. Джуди подошла к столу и внимательно склонилась над картой. В памяти всплыло упоминание этого места из документов, которые они с Ником подписывали в кабинете Буйволсона. На последних страницах значились сроки сопровождения, условия и маршрут до самого Тайвилла. Там же фигурировал и “Орлиный тракт” – тогда это название ей ничего не сказало и потому не зацепилось в голове. — Хоппс, прошу… — почти заскулил Ник, явно надеясь, что на этот раз она его услышит. — Ладно, ладно! Иду! — недовольно откликнулась Джуди и повернулась к сове. — Улу Анну, благодарю за сотрудничество. Вы поделились очень важной информацией – она нам поможет. Простите за резкость, но нам и правда пора. — Карту не возьмёте? — предложила сова, чуть приподняв крыло. — Нет, спасибо, у нас есть своя. Ещё раз благодарю за помощь. — Стойте. Сова будто опомнилась. Она резко поднялась со стула, подошла к одному из столиков и порылась в беспорядочной горе тканевых изделий – сложенных, смятых, наполовину недошитых. Наконец она вытянула оттуда что-то плотное серо-синего цвета. — Вот, — сказала она, протягивая находку крольчихе. — Это одежда для Скайлинн. Передайте, что это от меня. Она знает, что птице не подобает одеваться так пёстро, как она это делает. Джуди приняла свёрток, осторожно прижав его к груди. Не говоря больше ни слова, Улу вернулась к стулу, придвинула к себе швейную машинку и снова взялась за работу. Катушка закрутилась, машинка загрохотала, ровно и настойчиво прошивая ткань. Направившись к выходу, Джуди невольно оглядываясь по сторонам. Ткань палатки тихо шуршала, пропуская внутрь клубы песка; вокруг теснились кожаные листы, рулоны шерсти, свёртки ткани – всё вперемешку, но на своих местах, как в мастерской, где привыкли к хаосу. Поравнявшись с Ником и уже переступив порог, Джуди вдруг остановилась, словно что-то удержало её на месте. Она обернулась, задержав взгляд на сове, и ровно сказала: — Не все земные животные невежественны к птицам. Сова медленно остановила машинку. Игла замерла над тканью, и стрекот, заполнявший палатку, оборвался. — Как и не все небесные надменны к земным, — ответила она. Ник покачал головой, продолжая мысль: — Это всё обстоятельства. Мы не знаем о вас так же, как и вы о нас. Сова подняла взгляд и внимательно посмотрела на него, оценивающе, будто решала, стоит ли принимать эти слова всерьёз. — Старайся судить животных по отдельности, лис, — сказала она негромко. — Если бы все так делали, жить было бы проще и нам и вам. А теперь… — её взгляд вновь опустился к ткани, — мне нужно работать. Машинка снова застрекотала, уверенно и монотонно, словно ставя точку. Разговор был окончен. Джуди и Ник вышли из палатки и оказались на тропе “Бескрылого круга”. Воздух здесь казался чуть плотнее, пропитанный пылью и усталостью. Приглушённые звуки местного рынка – негромкие голоса, шум различных инструментов и шорох шагов разбавляли безысходную атмосферу едва уловимой ноткой жизни. После рассказа Улу это место не казалось таким мрачным, но и по-настоящему светлым его назвать было трудно. Ник и Джуди на мгновение задержались у палатки, молча наблюдая за проходящими мимо птицами. Те всё ещё обходили их стороной, скользили взглядами и тут же отводили глаза, делая вид, что лис с крольчихой их совершенно не интересуют. В их движениях, в слегка опущенных плечах чувствовалась усталость и тихая потерянность – будто «Бескрылый круг» продолжал жить своей жизнью, а сами они давно остались где-то на его обочине. У Джуди от этого неприятно сжималось сердце. Напротив палатки совы, через тропу, всё ещё сидела чайка, прячась за раскрытой газетой. Она явно не читала: край листа едва заметно подрагивал, а взгляд из-под бумаги был прикован к напарникам, словно она терпеливо ждала, когда наземные гости наконец уберутся прочь. — Пошли в машину, — сказала Джуди повелительным тоном. Ник внутренне выдохнул – это было именно то, что он давно хотел услышать. Не говоря ни слова, он последовал за напарницей. Подойдя к автомобилю, Джуди разблокировала задние двери и аккуратно положила на сиденье рядом со Скай свёрток одежды. — Это от Улу, — кивнула она. — Сказала, что ты слишком пёстро одеваешься и что птицам так не положено. Скай не ответила. Она лишь с сомнением посмотрела на серо-синюю ткань рядом с собой и снова отвела взгляд. Джуди не стала настаивать: тревожить её лишний раз сейчас было ни к чему. Она закрыла дверь и забралась на водительское место. Ник уже сидел на пассажирском, явно ожидая момента, когда они наконец покинут это место. Джуди пристегнулась, привычным движением проверила заднее сиденье – Иквиг и Скай были на месте, – и только после этого плавно нажала на педаль газа, уводя автомобиль прочь от палаток и косых, настороженных птичьих взглядов. Скай на заднем сиденье приподнялась на лапы и уставилась в стекло заднего вида, пытаясь разглядеть сквозь паутину трещин тропу “Бескрылого круга” и птиц, мелькавших вдоль неё. Машина шла достаточно быстро, и уже через несколько секунд детали слились в размытое пятно; фигуры исчезли, будто их и не было. Скай медленно опустилась обратно на сиденье, отвернувшись к окну. Иквиг, как обычно, молча всё это время внимательно наблюдал за ней. Когда она устроилась рядом, он осторожно протянул ей лапу и спросил почти неслышно, стараясь, чтобы передние сиденья не уловили ни слова: — Ты как? — Сойдёт, — коротко ответила она, так же тихо. На мгновение хамелеон замялся, будто взвешивал последствия, но затем всё же произнёс: — Я отомщу ей за тебя. — Кому? — Скай удивлённо подняла взгляд и посмотрела ему прямо в глаза. — Соловьихе, — тихо сказал Иквиг и осторожно положил лапу ей на крыло. — За то, что она с тобой сделала. — Никто никому мстить не будет, — вмешалась Джуди, не оборачиваясь и ясно давая понять, что разговор был услышан от первого до последнего слова. — Ну зачем? — с лёгкой усмешкой добавил Ник. — Я как раз хотел узнать, чем это закончится. Иквиг тут же замолчал, убрал лапу с крыла Скай и отвёл взгляд, будто его поймали на чём-то постыдном. — Джуди, ты чудо! — в отместку лису заявила Скай на весь салон. Ник такого поворота не ожидал. Он напрягся, сжал лапы и украдкой покосился на напарницу, уже прикидывая, во что это может вылиться. Джуди же, не понимая, реакцию птицы, перевела взгляд в зеркало заднего вида. — Я “чудо”? — произнесла Джуди, словно пробуя это слово на вкус. — Что ты имеешь в виду? Ник прижал уши, готовясь к тому, что птица сейчас всё расскажет, но той оказалось достаточно его трусливой реакции. Скай весело усмехнулась и сменила тему: — Долго нам ещё? — Думаю, минут десять, — ответила Джуди и тут же заметила прижатые уши лиса. — Ник? Всё в порядке? — Всё чу-удесно, — протянул он, привычно прячась за шуткой и мысленно делая пометку: со Скай теперь шутки плохи. Джуди с недоумением посмотрела сначала на него, потом в зеркало, потеряла к этому интерес и снова сосредоточилась на дороге. Почти минута прошла в тишине, прежде чем Скай вдруг нарушила её: — О чём говорили с Улу? Как она поживает? Она слышала что-нибудь про маму и папу? Джуди сейчас была не настроена на разговор. За лобовым стеклом возвышался Тайвилл – совсем близко. Это уже не был силуэт на линии горизонта, не условное пятно вдали. Перед ними вставала скала, заполнявшая собой всё пространство впереди. Каменная громада тянулась вверх и в стороны, давя своей массой, не оставляя воздуху места. Внизу – ни окон, ни движений, ни следов жизни: только голый камень. Жилые уровни начинались где-то высоко, за пределами взгляда. Над вершинами медленно кружили птицы. Теперь это были не просто точки – при желании можно было выхватить отдельные фигуры, различить направление полёта. Казалось, что они двигались без каких-либо правил – случайно, произвольно, невпопад, перелетая от уступа к уступу, вдоль невидимых маршрутов, следуя порядку, смысл которого был понятен лишь им самим. — Джуди! — Скай снова напомнила о себе, и в её голосе прозвучало нетерпение, смешанное с тревогой. — Как там Улу? Вы с ней долго разговаривали. О чём? Крольчиха на мгновение отвела взгляд от дороги, словно пыталась выиграть себе секунду. Лапы крепче сжали руль. Она мельком переглянулась с Ником. — Ах, это… — начала она неуверенно. — Ты ведь не сильна в политике? — Ску-ка, — протянула Скай. — Вот об этом и говорили. Птица отвернулась к окну, где медленно приближался Тайвилл, мелькали бесконечные кустарники с песком. — И только об этом? — Скай снова обернулась, ожидая большего. — О моих родителях ни слова? — Если честно, — начала Джуди неуверенно, — мотив твоего папы стал немного… Она не договорила. Ник посмотрел на напарницу, не понимая, почему та остановилась на полуслове. Замедлив дыхание, Джуди почувствовала, как сомнение тянет её назад. Она не была уверена, что Скай была готова это услышать. Для этого нужен подходящий момент. Хотя… Правило Ника внезапно всплыло само собой. Последний день. Скажи, пока можешь. — Теперь всё выглядит так, будто твой папа мстит соловьихе за маму, — произнесла она наконец. — В смысле? — растерянно переспросила Скай. — За то, что она портит жизнь западному городу, — пояснила Джуди. — За то, что не даёт финансирование центру реабилитации бескрылых, где работает твоя мама. Ты ведь живёшь в Тайере, верно? — Угу… — Всё сходится! — энергично подвела итог крольчиха. Повисла минутная пауза, в которой Скай смотрела в одну точку, будто прокручивала услышанное снова и снова, пытаясь найти в нём хоть что-то, что бы не причиняло боль. Лишь потом она медленно выдохнула и наконец ответила: — Вот только папа с мамой не в ладах, — её голос заметно потускнел, словно привычная горечь вновь осела тяжёлым грузом. — Они вечно ссорятся. Не думаю, что папа стал бы мстить кому-то за маму. — А может, это его последний способ проявить свою любовь? — предположила Джуди, и сама удивилась собственным словам. Её взгляд невольно скользнул в сторону Ника – и она поймала его. Лис всё это время смотрел прямо на неё, не отрываясь, словно именно эту мысль и ждал. В этот момент машину резко тряхнуло. Глухой удар пришёлся снизу, будто “носорог” споткнулся на ровном месте. Корпус дёрнулся, ремни напарников натянулись. Скай и Иквиг подпрыгнули на месте, инстинктивно схватились друг за друга и вскрикнули. Из-под днища раздался металлический скрежет, а следом – дрожащий, неприятный гул, от которого закладывало уши. — Что это было?! — резко спросил Ник, вцепившись в ручку двери. Джуди не сразу поняла, что произошло. По кузову прошла ощутимая вибрация, затем раздался резкий металлический грохот – будто машина задела что-то чужеродное. Чтобы никого лишний раз не кинуло в салоне, крольчиха плавно нажала лапой на тормоз, и “носорог” остановился. Повернув ключ зажигания, машина наконец замолчала, а вместе с этим пропал отвратительный металлический гул. В зеркале заднего вида Джуди заметила неровный, тёмный камень. Судя по всему, именно на него они и налетели. Мысль об этом неожиданно принесла облегчение: лучше камень, чем что-то, о чём не хотелось даже думать. — Оставайтесь внутри, — коротко сказала она, уже открывая дверь. Вокруг степь, ветер, сухой воздух и громадная скала впереди, отбрасывающая две тяжёлые тени. Джуди выскочила наружу, быстро обошла машину, присела и заглянула под днище. Не успела она толком разглядеть последствия удара, как рядом оказался Ник. — Ты опять не заблокировала двери, — заметил он спокойно. Джуди на секунду посмотрела на него, дёрнулась, собираясь вскочить и тут же всё исправить, но Ник шагнул ближе, легко коснулся её локтя и преградил путь. — Не парься, я всё сделал. Крольчиха спокойно выдохнула, но уши опустились сами собой. — Всё из-за меня… — тихо сказала Джуди. В её голосе сквозила усталость, накопившаяся за день. — Растяпа. На дорогу не смотрю. Постоянно что-то упускаю. Не хватало нам ещё сломать машину посреди степи… И всё опять из-за меня. — Только этого тут не надо. Он мягко, но уверенно развернул Джуди обратно к сиденью, посадил её на водительское место и аккуратно прикрыл дверь. — Я разберусь. Без лишних слов он подошёл к заднему колесу “носорога”, опустился на колени и почти сразу лёг на спину, протискиваясь под корпус. Через минуту Джуди опустила стекло и выглянула из салона. Лисьи лапы выглядывали из-под машины и не двигались. — Ник? Ты там уснул? — Если бы, — отозвался он снизу. — Всё нормально. Камень нас поцеловал. Неудачно. Из-под машины донёсся глухой стук – Ник нащупывал источник проблемы, осторожно, почти на слух. — Вот ты где… — пробормотал он. Металл тихо скрипнул, когда он ухватился за погнутый край теплового экрана, затем напрягся, потянул – без толку. Тогда лис упёрся плечом в землю, собрался и резко дёрнул щит на себя. Раздался сухой, резкий щелчок. — Вот так! — удовлетворенно донеслось из-под днища. Ещё одно движение – сильнее, увереннее, и экран наконец поддался, отогнулся, освобождая выхлопную трубу. Ник выкатился из-под машины, быстро отряхнул лапы и поднялся в полный рост. — Всё, — сказал он, показав напарнице большой палец. — Можешь заводить. Хоппс повернула ключ зажигания. Двигатель откликнулся ровно, без рывков и лишних звуков — будто и не было удара. Гул исчез. Джуди облегчённо выдохнула и посмотрела на лиса так, словно только сейчас позволила себе расслабиться. — Ты просто чудо, Ник! — улыбнулась она до ушей, искренне. — Без тебя мы в этой степи уже бы дважды застряли! “Чудо”. Это слово будто нарочно вырвалось с её губ, и ударило неожиданно прямо под рёбра точно в цель. На мгновение в груди лиса что-то сжалось. Он не моргнул, не отвёл взгляд, только плечи едва заметно напряглись. Он смотрел на довольное лицо Джуди, цепляясь за этот момент. Ему всегда нравилось, как она улыбается именно так – просто потому что стало чуть легче. Он знал эту улыбку слишком хорошо. Он позволил себе задержаться в этом мгновении дольше, чем следовало. — Ник? — взволновалась Джуди, заметив, как лис уже давно не моргает, уставившись прямо на неё. — Что с тобой? И тут он медленно вернулся в себя, с трудом моргнул, и уголок его пасти всё же дрогнул. — Всё в порядке, не бери в голову, — ответил он спокойно. Голос звучал ровно, хотя внутри ещё ощущалась тонкая, упрямая дрожь. Ник обошёл автомобиль, сел на пассажирское сиденье, тихо закрыл дверь и пристегнулся. На мгновение его взгляд снова скользнул в её сторону – почти незаметно, – и тут же вернулся вперёд. — Поехали уже, — сказал он устало, глядя на Тайвилл за лобовым стеклом. — Совсем немного осталось. Джуди кивнула и нажала на газ. Машина тронулась, оставляя позади камень, который едва не сорвал им все планы. На фоне снова звучал гул мотора. За окном кочки, песок, прожжёные солнцем кустарники. Салон всё время покачивало и изредка трясло, когда Джуди не замечала скрытые ямы и ныряла в них колесом. Время от времени взгляд Ника сам собой тянулся к лицу напарницы. И каждый раз он тут же отводил глаза, будто ловил себя на чём-то лишнем, недопустимом. Он старался делать это незаметно, но Джуди видела это. Даже не поворачивая головы, даже не отрывая взгляда от дороги – она чувствовала это боковым зрением. Не зная, как на это реагировать, после короткой паузы она всё же сказала: — Ник, соберись. — Я собран, — отозвался лис и закинул голову назад, разминая шею. — Просто задумался… — Думать будем позже, а сейчас сосредоточься на деле, пожалуйста, — строго ответила она. Её энергичный тон будто пробудил Ника. Это был самый обыкновенный голос Джуди Хоппс – ровный, деловой, сосредоточенный на задаче и ни на чём больше. И именно в этот момент Ник вдруг понял, как давно не слышал её голос таким обыденным, и как сильно ему этого не хватало. И тут Ник принял решение сосредоточиться на деле. Он протёр лапами глаза, глубоко вдохнул и постарался отбросить лишнее из головы. — Так, Иквиг, командуй, — обратилась Джуди к хамелеону. Автомобиль уже был совсем близко к основанию Тайвилла. И чем ближе они подъезжали, тем темнее становилась степь под нависающей громадой скалы. — Берите левее, — откликнулся Иквиг, придвинувшись ближе и сунув палец в круглое отверстие разделительной решётки. — Видите слева большой кустарник? — Угу, — Джуди быстро нашла куст, заметно выделяющийся среди остальных. — Это наш ориентир, — сказал Иквиг. — Вход в убежище рядом. Крольчиха кивнула, плавно повернула руль влево и направила “носорога” прямо в сторону густых зарослей. — Джуди, осторожней! — Скай прислонилась к разделительной решётке. — Видишь впереди тёмную полосу? Хоппс напрягла зрение. Вдоль всего подножия Тайвилла действительно тянулась неровная, рваная тень, словно сама скала отбрасывала грязный след. Что-то тёмное лежало прямо на дороге, расползаясь в стороны. Издалека было невозможно понять, из чего именно состояла эта полоса. — Что это такое? — удивился Ник, подавшись вперёд и почти прильнув к лобовому стеклу. — Мусор, — коротко ответила Скай. — Будьте осторожны. Чем ближе к Тайвиллу, тем больше шанс того, что на голову что-нибудь упадёт. — У вас любят кидаться по прохожим? — ухмыльнулся Ник, и уже в следующий миг вспомнил, что с Скай лучше быть аккуратнее. Второй раз неаккуратную шутку она может и не простить. — Нет, — неожиданно вмешался Иквиг. — Но любят выбрасывать мусор из окон. Потому что запах до их квартир всё равно не дойдёт – слишком высоко живут. Достали этим, если честно. Хамелеону приходилось жить внизу Тайвилла не так долго, но все эти “ароматы” оседали именно здесь – внизу. И в голосе хамелеона проскользнула усталость от всего этого. — У нас есть штрафы за выброшенный из окна мусор, — сказала Скай, — но за этим сложно уследить, вот и выбрасывают. А если не выбросят, то могут уронить что-нибудь. Часто падают телефоны, мелочь, всякие вещи – и летят до самой земли. Иногда птицы успевают поймать на лету, но не всегда, особенно если это что-то недорогое. — А подбирать это добро есть кому, — мрачно подхватил Иквиг. — Бездомные птицы, или эти несчастные из “Бескрылого круга” часто шарятся между двух гор в надежде найти что-нибудь ценное и продать. Неоднократно видел их, когда сам ошивался внизу. — Но внизу находиться опасно! — испуганно сказала Скай, инстинктивно втянув голову в плечи, будто сейчас над ней могло что-то сорваться. Иквиг кивнул и добавил: — Даже обычная монетка, выпавшая из кошелька с такой высоты – внизу может превратится в пулю для твоей черепушки. Под этими горами всегда нужно быть начеку. Никогда не знаешь, когда, что и куда свалится. Джуди переглянулась с Ником, и поняли по взгляду друг друга: с этим лучше не шутить. — Так, я не поняла, — крольчиха немного сбавила скорость, крепче сжав руль. — Нам стоит остановиться здесь, а дальше идти пешком? Или как? И что делать с машиной? — Было бы неплохо сохранить этого красавца на ходу, — поддержал Ник, бросив быстрый взгляд на капот с рисунком носорога. — Если на него сверху прилетит сломанный холодильник, мы отсюда уже не выберемся. Иквиг несколько секунд молча смотрел в окно, затем щёлкнул пальцами, будто вспомнил важное, и ответил: — Всё, что летит из города вниз, падает не прямо у основания, а немного дальше. “Немного дальше” – это и была та сама линия из мусора. Джуди на всякий случай решила уточнить: — То есть если мы встанем вплотную к скале, на нас ничего не упадёт? — Так точно, — ответил Иквиг. Джуди доверилась его словам и плавно повернула руль в сторону. “Носорог” медленно приблизился к ориентиру – большому кустарнику у подножия Тайвилла. Скала нависала всё сильнее, давя своим присутствием. — Теперь куда? — спросила Джуди, не отрывая взгляда от дороги. — Видишь красный кирпич у горы? — Иквиг указал пальцем в сторону. — Там вход в убежище. Джуди проследила за его жестом и заметила кирпич, лежащий на песке. Без подсказки он выглядел бы как очередной кусок мусора, выброшенный сверху. — Поняла. Она чуть повернула руль и “носорог” двинулся к кирпичу навстречу, пока не упёрся в тёмную линию мусора. — Аккуратней, — предупредил Иквиг. — Там может быть стекло. Да и вообще что угодно. Джуди притормозила и вытянулась вперёд, напряжённо вглядываясь под колёса. Всё впереди было перемешано с песком: осколки, обрывки, непонятные предметы, утратившие форму. Пришлось двигаться почти на ощупь, медленно выбирая путь. Она долго искала безопасное место, выравнивала колёса, проверяла каждый сантиметр. И только когда машина осторожно пересекла опасную полосу, не издав ни единого хруста, Джуди наконец позволила себе выдохнуть и чуть прибавить скорость. Уже через минуту она аккуратно припарковала “носорога” вплотную к Тайвиллу. Скала начиналась буквально за окном Ника – глухая и массивная. — Нам с напарницей нужно поговорить, — сказал Ник, оборачиваясь к детям на заднем сидении. — Так что ждите здесь. Он отстегнул ремень и вышел из машины, едва не задев дверью каменную стену. — Мы быстро, — улыбнулась Джуди Иквигу и Скай и тоже вышла наружу, всё ещё не понимая, зачем Нику понадобился этот разговор. Они отошли от “носорога” на достаточное расстояние, чтобы дети их не услышали. Тень Тайвилла накрывала их почти полностью, и даже ветер здесь казался приглушённым, словно скала гасила любые звуки. — Что такое? — спросила Джуди. Ник подошёл ближе, понизил голос почти до шёпота: — Я пойду с хамелеоном, а ты останешься с птицей. — Почему это? — И закроешь двери, — не останавливаясь, продолжил он. — Все двери. Передние тоже. Джуди посмотрела на Ника и сразу поняла: он не просто перестраховывался. В его взгляде было что-то обнажённое, сорванное с привычной маски — неподдельное, почти животное беспокойство. Хвост был поджат, уши прижаты к затылку, будто он уже ожидал удара, и при этом смотрел на неё с отчаянной надеждой. Эта идея не нравилась Джуди. Ей самой хотелось пойти с Иквигом – увидеть документы, убедиться, что они вообще существуют и держать всё под контролем. Но этот взгляд лиса, слишком честный и слишком испуганный, поколебал её решимость. Ник шагнул ближе, положил лапы ей на плечи и, не отводя глаз, заговорил почти беззвучно: — Давай так: я иду с ним, забираю все бумаги и возвращаюсь. Если ты увидишь, что он вернулся один – уезжай. Поняла? Джуди растерялась: — Но как тогда я… — ТЫ ПОНЯЛА?! Он не рассчитал силы. Его лапы сжали её плечи сильнее, чем нужно, когти впились сквозь ткань жакета. Было больно – остро, неожиданно. Но Джуди не моргнула и не отпрянула, лишь замерла, позволяя ему удерживать себя. И в этот миг она наконец поняла: он боится. Не за себя – за неё. По-настоящему. — Если не уедешь… — Ник говорил с трудом, будто каждое слово приходилось вытаскивать из груди, — тогда эта жизнь… и этот последний день… — Хорошо… — тихо сказала она и кивнула, не дав ему договорить. — Обещаешь? — не успокаивался Ник. Он смотрел на неё не моргая. На мгновение Джуди захотелось сказать “нет” и настоять на своём. Это было проще – привычнее делать всё самой и контролировать. Но гораздо сложнее оказалось сделать шаг в сторону и позволить ему взять этот риск на себя. Она выдохнула, будто отпуская что-то внутри – собственную упрямую уверенность. — Обещаю… — ответила она сломленным голосом. Ник расслабил лапы, отпустил её плечи и заметил следы когтей на ткани. — Прости… я не сильно? — Нет, — отмахнулась Джуди. — Иди. Я буду ждать в машине. Плечи жгло, но она не позволила себе даже коснуться их – не хотела. Если лис увидит это, то начнёт корить себя. Она повернулась к машине и краем глаза всё же успела заметить его лицо. Это выражение пугало её. Она никогда не хотела видеть его таким снова. Этот животный страх за неё – острый, неконтролируемый – буквально резал её изнутри. Джуди собиралась вернуться к автомобилю, когда Ник вдруг окликнул: — Стой. Она остановилась и обернулась. В его взгляде снова была та самая нерешительность – та, что преследовала его весь день. Будто он держал внутри что-то важное и опасное, не решаясь выпустить наружу. — Я… — он тяжело сглотнул. — Я скоро вернусь. Он прошёл мимо застывшей напарницы, сжимая кулак до боли, и ненавидя себя за то, что снова не смог сказать. Да и было ли это уместно сейчас? Впрочем, если задуматься, удобного момента, возможно, и не существовало вовсе. Лис подошёл к автомобилю и открыл водительскую дверь и разблокировал задние. — Иквиг, со мной, — коротко велел лис. Дверь тут же распахнулась, и прямо на крыше “носорога” показался хамелеон – собранный, готовый действовать. Скай открыла дверь напротив, вышла из машины, подошла к Джуди и, осторожно взяв её за лапу, не отрывала взгляда от Ника с Иквигом. — Ну, чего ждёшь? — нетерпеливо бросил Ник. — Командуй. — Как я и говорил, — начал Иквиг, — вход в восьми метрах над землёй. Сможешь забраться? — Легко, — не раздумывая ответил лис. — Просто покажи, куда лезть, и я буду там через пару секунд. — Ха-ха, ну тогда смотри! Иквиг не стал медлить: с небольшого разбега, он оттолкнулся от крыши “носорога” и прилип к скале, словно липучка. Его цепкие лапы находили опору там, где для земного животного была лишь гладкая, холодная скала. Хамелеон двигался вверх быстро и уверенно, словно гора была для него не препятствием, а привычной поверхностью. Через несколько секунд он уже находился на высоте нескольких метров, а ещё спустя мгновение – у узкой, едва заметной щели в камне. Там Иквиг остановился, прижался спиной к скале и внимательно осмотрелся по сторонам, словно выискивая что-то. И когда он это нашёл, сказал: — Чисто! Здесь никого не было! Ник вспомнил, как Иквиг говорил о хитрости, которую он оставил у входа на случай, если к нему кто-то заглянет. Что это была за хитрость, он так и не понял. — Давай, лис, — бросил хамелеон. — Тут невысоко. Ник задрал голову, прикинул расстояние и невольно выдохнул. Снизу Тайвилл казался ещё массивнее. Восемь метров – не так уж много, если считать в цифрах. Но когда перед тобой почти отвесная каменная стена… Со стороны это восхождение выглядело почти невозможным. Обернувшись, Ник уловил сомневающийся взгляд Джуди, которая, поймав на себе его взгляд, тут же попыталась подбодрить, подняв на обеих лапах большие пальцы вверх. Скай, наблюдая за этим, лишь качнула головой, выражая преждевременное сочувствие. Ник отвернулся, решив, что с такой поддержкой лучше и не оборачиваться вовсе. Он залез на капот, затем на крышу машины, упёрся лапами в холодный камень. Первое движение далось резко: когти соскользнули, сердце дёрнулось. Стиснув зубы, он нашёл трещину, зацепился и подтянулся. Камень был шершавым, царапал подушечки лап, забивался под когти. Удивительно, но это работало. Раз, ещё раз. Рывок. И вот пройден уже метр. Ещё один. И ещё. С каждым прыжком становилось тяжелее. Мышцы ныли, дыхание сбивалось, а скала будто нарочно не давала удобных зацепов. Лис двигался рывками – остановка, вдох, ещё одно движение. Где-то внизу осталась машина, а ещё ниже – Джуди, что не верила, что у него это получится. И эта мысль не давала ему остановиться. — Почти, — донёсся сверху голос Иквига. Ник поднял голову. Щель, ведущая в убежище, была совсем рядом, но именно здесь силы начали подводить. Он подтянулся в последний раз, плечо больно ударилось о край камня, и лис на секунду завис, чувствуя, как лапы дрожат от напряжения. — Чёрт… — вырвалось сквозь зубы. Он собрался, вложил в движение всё, что осталось, и наконец сумел зацепиться локтем за край. Камень впился в бок, дыхание сорвалось на хрип, но Ник всё же протиснулся вперёд, буквально вдавливая себя в узкое пространство. Внутри было темно и тесно. Скала холодно давила со всех сторон. Иквиг тут же подхватил его за плечо, помогая втянуться внутрь. Ник рухнул на колени, упёрся лбом в камень и несколько секунд просто дышал, не в силах выпрямиться. — Для земного – неплохо, — заметил хамелеон без насмешки. — А ты не земной что ли? — Ник криво улыбнулся, не поднимая головы. Снаружи внезапно раздался голос Джуди. Ник не сразу понял, что именно слышал. Он высунулся из щели, придерживаясь лапой за холодный край скалы, и посмотрел вниз. — Ник, ты чудо! — крикнула Джуди, задрав голову. Она махала лапами широко и неловко, будто старалась перебросить к нему своё настроение через высоту. Рядом стояла Скай и злорадно улыбалась. Ник сразу понял, что это она надоумила Джуди крикнуть эти слова. — Вот же мелкая… — тихо процедил он сквозь зубы, но всё же выдавил улыбку – не для птицы, не для себя, а для Джуди. — Мы быстро! Морковка, помнишь, о чём мы говорили? После этих слов энергичность Джуди схлынула. Она перестала махать лапами и лишь коротко кивнула — без лишних жестов и слов, сделав ровно то, чего он от неё ждал. Подошла к машине, осторожно взяла Скай за крыло, усадила её на заднее сиденье, закрыла двери и, обойдя автомобиль, вернулась на водительское место. Ник уже убрал голову, почти скрывшись в камне, и был уверен: внизу он её больше не увидит. Она в машине. Она закрыла двери. Она в безопасности. Но мысль всё равно не отпускала. Ник задержался, засомневался, и, понимая, что посмотрит зря, всё же высунул морду наружу ещё раз. И увидел её. Джуди снова была снаружи. Она наполовину высунулась из водительской двери, одной частью оставаясь в салоне, другой – опираясь на крышу. Её лапы сжимали металл так, будто он был единственным, что удерживало её снаружи. Она смотрела вверх – прямо на него. Ник замер. Он не ожидал этого. Он хотел увидеть её – и уже смирился с тем, что не увидит. А она, оказывается, хотела ровно тоже самого. Их взгляды встретились. Ник почувствовал её сразу – этот пристальный, напряжённый взгляд, что она кидала каждый раз, когда переживала за него. Ветер тянул запах пыли и камня, скала холодила бок, но Ник не двигался. Он просто смотрел, стараясь запомнить её такой: застывшей, собранной, тревожной – настоящей. Она не делала ни жеста, не звала его и не торопила. Просто смотрела – дольше, чем следовало. Ещё секунду, и он бы бросил всё и вернулся к ней. И именно это заставило его первым отвести взгляд. Ник втянул морду обратно в щель, и камень медленно скрыл его из виду. Тьма. Стоило Иквигу с Ником углубиться внутрь горы, как щель быстро сузилась. Свет снаружи погас почти сразу, будто кто-то закрыл за ними дверь. Пройдя ещё пару метров, мир словно сузился до узкой каменной кишки, в которой приходилось двигаться на ощупь. Иквиг скользил вперёд без задержек – цеплялся лапами за трещины, легко менял положение тела, почти не касаясь острых краёв. Его силуэт то исчезал, то появлялся впереди, словно тень, уверенно знающая дорогу. Для него это место было привычным. Нику же пришлось почти сразу двигаться ползком. Камень царапал грудь и бёдра, футболка цеплялась за выступы, ткань тихо трещала. В одном месте он почувствовал, как что-то острое рвёт материал на боку, потом ещё раз – ниже, на шортах. Лис сжал зубы, стараясь не выругаться вслух, и протиснулся дальше, втягивая плечи и живот так, будто хотел стать меньше. Потом он вспомнил о том, что ему могло помочь и почувствовал себя глупо, не сделав это сразу. Он вытащил из кармана смартфон и включил фонарик. Узкий луч света выхватывал из темноты влажный камень, пыль, мелкие каменные обломки. Иногда свет дрожал – лапа соскальзывала, упираясь в холодную каменную стену. — Ты там нормально? — негромко спросил Иквиг, не оборачиваясь полностью. — Жив, — ответил Ник и снова пополз. В одном месте проход стал настолько узким, что ему пришлось лечь почти на бок. Он чувствовал, как камень давит на грудную клетку, как дыхание становится короче. Фонарик на секунду упёрся в стену, свет прыгнул, и тень Иквига исчезла. — Не останавливайся, — донеслось спереди. — Уже близко. Ник кивнул, хотя знал, что его не видят, и протолкнулся вперёд ещё на метр, потом ещё. Футболка зацепилась в последний раз – ткань сдалась, оставив на спине прохладный сквозняк. И вдруг скала вокруг словно разошлась. Проход вывел в небольшое, но заметно более свободное пространство. Здесь можно было встать на колени, а затем и выпрямиться почти в полный рост. Воздух стал другим – не таким плотным и застоявшимся. Иквиг остановился у стены, где проход заканчивался крупным валуном. — Вот, — сказал хамелеон. — Дальше – моё убежище. Они переглянулись, упёрлись в камень плечами и лапами и одновременно налегли. Валун скрипнул, нехотя поддался, сдвигаясь в сторону. Из-под него потянуло прохладой и тишиной. За камнем открылся новый проход – шире, выше, уходящий вглубь горы и теряющийся во тьме пещеры. Не зная, что ожидать от Иквига, Ник аккуратно достал из кармана перо-лезвие.

***

Прошло десять минут. Ник не возвращался. Из салона разглядеть вход в убежище было невозможно, и Джуди решила отогнать “носорога” метров на тридцать в сторону. Сделав это, она ощутила, как внутри стало чуть спокойнее: отсюда было удобнее следить за расщелиной в скале и, при необходимости, мгновенно сорваться с места. Впрочем, уезжать она не собиралась ни при каких условиях. Не потому, что была готова ослушаться Ника, а потому что другого исхода и быть не могло. Она не верила, что Иквиг окажется не тем, за кого себя выдаёт. Слишком много натяжек в подозрениях Ника, слишком мало реальных оснований. Достаточно было взглянуть на него и Скай: в их отношениях было что-то подлинное, живое, то, что невозможно сыграть. Или и это тоже трюк? Джуди колебалась, хоть и сама не раз обжигалась на подобной уверенности. Но нет. В этот раз – точно нет. С этой мыслью ей стало легче отпустить Ника. Был ли это самообман, Джуди не знала, да и думать не хотела об этом. Но страх, с которым он тогда смотрел на неё… его морда в тот миг – она слишком хорошо врезалась в память. Это было пугающе знакомо. Точно такое же выражение было у Боровски в последний день, когда она посмотрела на Джуди в последний раз. С таким взглядом не говорят “пока”. С таким – прощаются навсегда. — Точно! — вслух вспомнила крольчиха и оглянулась назад. На полу, у лап Скай, лежал её чемоданчик с морковками. Хоппс окинула взглядом окрестности, посмотрела на небо – пусто. Быстро разблокировав двери, она выскочила наружу, открыла дверь со стороны сойки, подхватила чемоданчик и сразу же вернулась в салон. — Что там? — спросила Скай, прижавшись к разделительной решётке. Джуди положила чемоданчик на сиденье Ника и раскрыла его. — Мне нужен акт о сопровождении, — ответила она, перебирая папки и пытаясь вспомнить, куда убрала нужную. — Скай, ты что-нибудь слышала про “Орлиный тракт”? — “Орлиный тракт”… — задумчиво повторила она. — Что-то знакомое. Папа про него говорил, но что именно – не помню. Джуди наконец нашла нужную папку и закрыла чемоданчик. Достав несколько файлов, она сосредоточенно углубилась в чтение, время от времени поднимая взгляд на расщелину в горе, где по-прежнему было пусто. Снова уткнувшись в документы, Джуди наконец нашла нужное – маршрут, составленный Боровски. В самом конце значился “Орлиный тракт”: пятый уровень, контакт для передачи Скайлинн Арвелл и пометка о необходимости согласовать время встречи строго до въезда на подъём. Судя по описанию, “Орлиный тракт” представлял собой нечто вроде массивной грузовой платформы, поднимающейся до самой вершины Ювилла. В последнем файле обнаружились три именных билета – на Джуди Хоппс, Ника Уайлда и Скайлинн Арвелл. Связав одно с другим, Джуди поняла. что воспользоваться “Орлиным трактом” по собственной прихоти земные жители не могли: доступ был жёстко регламентирован. — Вот оно… — выдохнула Хоппс. — Что? — Скай попыталась заглянуть в документы и билеты в лапах Джуди, но так ничего и не разглядела. — Когда Ник вернётся, расскажу, — ответила крольчиха. — У меня появилась идея. Она аккуратно собрала бумаги в один файл и убрала их в бардачок – скоро они понадобятся. Чемоданчик, ставший ненужным, Джуди вернула обратно между сиденьями, под лапы Скай – для этого ей ещё раз пришлось покинуть салон автомобиля, но мнимые опасности её миновали. Скай не понравилось, как небрежно Джуди оставила чемоданчик у неё под лапами и начала недовольно возиться, пытаясь отпихнуть его глубже под сидение. Задев что-то важное, раздался щелчок. Вдруг из чемоданчика что-то выскользнуло и мягко шлёпнулось на пол. Скай машинально подцепила находку крылом. Это была морковка – пластиковая, ярко-оранжевая, с зелёным хвостиком. Странная, склеенная из множества частей. Она наклонила голову, рассматривая её, и, не глядя, задела кнопку. Салон машины наполнил тихий, до боли узнаваемый голос: — “Люблю тебя, напарница”. Слова повисли в воздухе. Джуди дёрнулась так резко, что машина заметно качнулась. Уши вспыхнули жаром, взгляд метнулся в зеркало. — СКАЙ! — слишком быстро сказала она. — Положи это обратно! И закрой чемоданчик! Джуди разрывало желание прямо сейчас пробить лапой разделительную решетку и выхватить морковку из крыльев Скай. — А если я ещё раз нажму? — птица чуть склонила голову, явно наслаждаясь моментом. — Вдруг там продолжение? — Даже не думай! — вскликнула крольчиха. — Если сейчас же не уберёшь, я помогу! — Ничего себе реакция! — удивилась Скай, довольная произведённым эффектом. — Ладно-ладно, убираю. Но ты покраснела. — Я не краснею, — тут же ответила крольчиха, проверяя себя в зеркале. Скай посмотрела на её пылающие уши, выдающие её без остатка, и промолчала. Сжалившись над крольчихой, птица аккуратно убрала морковку обратно в чемоданчик, защёлкнула замки и подтолкнула его под сиденье. Но ей этого было мало. — И? — начала Скай, — не расскажешь, что это было? Джуди нахмурилась и промолчала, надеясь, что это будет последний вопрос от птицы, который можно просто переждать, пропустить и забыть. — Лучше переоденься пока они не вернулись, — сказала Джуди, пытаясь перевести тему. — Зачем это? Скай посмотрела на свёрток ткани, который ей оставила Улу, – он лежал рядом на сидении. — Чтобы ты не выделялась среди других птиц, — ответила Хоппс и посмотрела на жёлто-красное худи Скай. — В “Нижнем ободе” никто как ты не одевается. — В смысле “как я”? — Пёстро, — Джуди подняла палец, придавая своим словам важность. — Это нам сейчас ни к чему. Скай уже думала отступить с вопросами про запись на ручке-морковке, но в голову ей ударила идея поторговаться. — Переоденусь, если разрешишь лиса спросить про эту запись, — заявила Скай, довольная собственной идеей. Джуди закатила глаза и смиренно выдохнула: — Делай что хочешь… После этих слов Скай тут же смахнула с себя худи, а следом всю пёструю одежду. Вместо этого она натянула то, что предложила Улу: такую же футболку, но серую, и синюю ветровку из мягкой, непривычно спокойной ткани. Одежда сидела слишком хорошо и не раздражала. Однако, Скай это не убедило. — Теперь я выгляжу, как бабка! — возмутилась она, найдя себя в зеркале. Джуди обернулась, окинула её внимательным взглядом. Яркость ушла, но на её месте появилось что-то цельное: оперение и ткань теперь сочетались друг с другом. — Ты выглядишь прекрасно, — уверенно сказала она. — Как единое целое. — Мне не нравится, — буркнула Скай и потянула лапой синюю ткань, словно проверяя, можно ли её сорвать. — Я люблю яркие краски, а не это… уныние. — Я тоже люблю, — спокойно ответила Джуди, — но нам сейчас лучше не отсвечивать. Мы едем в Тайвилл, если ты ещё не поняла. — Едем? — Скай прищурилась, будто проверяя, не шутка ли это. — Угу, — довольно кивнула Хоппс. — На этой тележке с колёсами? — Так точно. — Хочу на это посмотреть, — Скай скрестила крылья, явно не решив, возмущаться или ждать шоу. — Вот и посмотришь, — Джуди нервно усмехнулась. — И не бойся, никому мы тебя не отдадим. — Тогда зачем нам туда? — в голосе Скай наконец прозвучала тревога. — Я не хочу выходить из машины в городе. Я же переоделась не просто так, верно? — Надеюсь, просто так, — начала Джуди и запнулась, на мгновение потеряв прежнюю уверенность. — Это… на всякий случай, если что-то… Она не договорила, но Скай всё поняла и закончила за неё, чуть тише: — “Если что-то пойдёт не так” – это ты хотела сказать? Да и что может пойти не так? — Я не знаю, — честно призналась Хоппс, и тут же, словно спохватившись, выпрямилась. — Точнее, ничего. Всё будет хорошо. Не беспокойся. Она сказала это твёрдо, почти командным тоном, убеждая в этом не только Скай, но и саму себя. Да – всё определённо будет хорошо. Как и всегда было. Делаешь хорошие дела – жизнь награждает. Судьба на стороне правосудия – то есть на стороне Джуди Хоппс. А если что, Ник подстрахует. Кстати, где он? Прошло десять минут. Беспокойство Джуди стремительно начало нарастать. Она достала смартфон, позвонила Нику, но… “абонент недоступен”. Это было ожидаемо – он находился внутри горы, понятное дело, что связь там не ловит. Но легче от этого не становилось. А что, если он всё-таки был прав? Что если Иквиг и правда не тот, за кого себя выдаёт? Джуди всерьёз задумалась над тем, сможет ли она выполнить обещание Ника: просто развернуться и оставить его здесь. Она попыталась отогнать эти мысли, но они настигали её вновь. Паранойя. Глупости! Сейчас Ник вернётся, и всё станет на свои места. Вот сейчас. Ещё минута – и его рыжая морда покажется из расщелины. Ещё мгновение. Прошло пять минут. А если они не вернутся оба? Что тогда? Нужно было сразу идти всем вместе, а не разделяться! Какая же глупость! Теперь любые, даже самые нелепые варианты, лишь бы не оказаться в этом ожидании, казались Джуди куда разумнее, чем раньше. Миновало ещё пять минут. Лапа забила по днищу автомобиля, отчего игрушечная фигурка носорога на приборной панели в такт закивала головой. — Где они?! — вслух протянула крольчиха, вытянув шею и уставившись на гору. Она даже по привычке попыталась учуять хоть что-то перед собой, но поняла, что сидит в салоне автомобиля с закрытыми дверьми, и обоняние ей тут не поможет. Теперь Джуди запереживала не на шутку. Она не знала, что делать. В голову пришла лишь одна идея – оставить Скай в “Бескрылом круге” у совы, а самой лезть в убежище Иквига и спасать Ника. Но Скай бы на это не согласилась – она доверяла хамелеону целиком и полностью и, скорее всего, посчитала бы Джуди чокнутой. “Что же делать?!”. Стресс ужалил крольчиху новой волной. Она не смогла усидеть на месте, выскочила из машины и застыла у распахнутой двери, готовая в любой момент запрыгнуть обратно. — Джуди, что ты делаешь? — донёсся из машины встревоженный голос Скай. — Тихо! — прошипела Хоппс и прислушалась. Тишина. Песок в тени горы не обжигал лапы – он был просто тёплым, будто застывшим. Крольчиха подняла голову: над ней вздымались две громадные каменные стены, уходящие вверх так высоко, что взгляд терялся где-то на середине пути. Там, далеко над облаками, продолжалась обычная птичья жизнь – шумная, занятая собой, словно отрезанная от всего, что происходило здесь, внизу, у самой земли. Сверху внезапно что-то сорвалось: медленно, лениво, – что-то невесомое. Пластиковый стаканчик. Его подхватил порыв ветра, покрутил в воздухе и уронил в тёмный пояс мусора, тянущийся вдоль подножия гор. Казалось, эта полоса и правда притягивала всё, что срывалось сверху. Спустя мгновение следом спланировал лист бумаги, потом ещё какой-то лёгкий, бесформенный обрывок. Чуть поодаль раздался глухой удар – нечто небольшое, но тяжёлое упало в песок с неприятным звуком. Джуди машинально отметила: под этими горами нужно быть особенно внимательной, мало ли что на голову упадёт. Но мысль о мусоре не заставила её вернуться в автомобиль. К тому же – они стояли в безопасной области, сюда ничего не должно было упасть. По крайней мере, Джуди на это надеялась. Её взгляд был прикован к узкой расщелине в скале – туда, где исчезли Иквиг и Ник. Тёмный провал выглядел немым и неподвижным. Джуди поймала себя на том, что считает секунды. Если через минуту оттуда никто не покажется, она что-нибудь сделает. Что именно – она не знала. Но знала, что стоять и ждать дальше не сможет. Прошло полминуты. Потом двадцать секунд. Пять секунд. И ещё пять. Всё. И ничего. Камень молчал. Вокруг стояла густая, звенящая тишина, нарушаемая лишь редкими шорохами – сверху, из невидимой высоты, падал мусор, лениво скользя по склонам и оседая в песке. — Скай… — начала Джуди, уже приняв решение, от которого внутри неприятно сжалось. — Мне кажется, нам нужно… — Джуди! — резко перебила её сойка, ударив крыльями по разделительной решётке. — Иквиг! Хоппс вскинула голову. Из расщелины показалась макушка хамелеона. Он держал в пасти плотную кипу бумаг, сжатую так, словно боялся выронить хоть один лист. Его взгляд метался вниз, торопливо выискивая автомобиль, потом он заметил “носорога” и начал спускаться — быстро, уверенно, слишком уверенно. Ни следа заминки. Ни следа Ника. У Джуди внутри что-то оборвалось. Она больше не стала ждать. Рванула в салон, захлопнула дверь, щёлкнула замками и завела двигатель. Рёв мотора показался оглушительным в этой тишине. Сердце билось так, что отдавалось в ушах. Всё происходило на автомате: мысли путались, но одно было ясно – он вышел один. Значит, всё. Хамелеон спрыгнул на землю и направился к машине, как ни в чём не бывало. Спокойно. Почти деловито. Ника нигде не было. Джуди включила заднюю передачу. “Носорог” дёрнулся и медленно начал сдавать назад, оставляя между собой и хамелеоном дистанцию. Лапы у неё дрожали, но она держала руль мёртвой хваткой. Иквиг остановился, явно не понимая происходящего. Его шаг замедлился, затем он ускорился, стараясь сократить расстояние, и это движение – резкое, целенаправленное – ударило по нервам сильнее всего. Он спешит. Он понял. Страх сдавил грудь так, что стало трудно дышать. — Эй, ты что делаешь? — растерянно спросила Скай, переводя взгляд с лобового стекла на Джуди. Хамелеон ускорился ещё, почти перешёл на бег, подняв свободную лапу, словно хотел что-то сказать, объяснить — но Джуди видела только одно: он идёт к ним. Один. И в этот момент из расщелины показалась рыжая морда. Ник выбрался следом, в одной лапе сжимая небольшой кейс, другой подняв большой палец вверх — простой, понятный жест, который разом разрушил всё напряжение последних секунд. Джуди резко ударила по тормозам. “Носорог” замер на месте. — Ты издеваешься… — выдохнула она сквозь зубы, не отрывая взгляда от лобового стекла, будто Ник мог её услышать там, снаружи. — Нет, ну правда… Ты серьёзно не мог выйти первым? Хоть на секунду подумать головой? Она резко выдохнула, сжала руль так, что побелели костяшки. — Обещаешь ему, рискуешь собой, лезешь туда… а потом вот так просто выходишь после него, — продолжала Джуди уже тише, но злее, словно отчитывала пустое пассажирское сиденье. — Отличный план, Ник. Просто блестящий. Хоппс дёрнулась, будто собираясь что-то сделать, но вместо этого лишь сильнее вцепилась в руль. — Иди сюда, — процедила она себе под нос. — Давай. Только подойди… я тебе сейчас всё скажу. Скай не до конца понимала, что именно происходит, но напряжение в голосе Джуди было таким, что она предпочла не вмешиваться. Этот монолог, обращённый в никуда, балансировал на грани срыва. Глубоко выдохнув, Джуди наконец разблокировала двери, и Скай тут же выскочила из машины, побежав навстречу Иквигу. Джуди осталась за рулём. Лапы не слушались, плечи дрожали. Внутри всё смешалось: злость на рыжую морду, облегчение, которое накрыло с головой, и странная, тихая радость от того, что с ним всё в порядке. За окном Скай осторожно забрала у Иквига документы, прижала их к груди, насколько могла выровняла стопку и подбежала к водительской двери “носорога” и открыла её. — Держи, — сказала Скай, протягивая Джуди пачку бумаг, которые выглядели так, словно стоили гораздо больше, чем просто бумага. Крольчиха нервно приняла документы и, не зная куда их положить, разместила их у себя на коленях. — Это всё, что у меня было, — подхватил Иквиг, искоса глянув на новую одежду Скай. Видимо, вид птицы его на мгновение отвлёк, и мысль сбилась. Он запнулся, нахмурился и лишь затем договорил: — А… у лиса кейс с оборудованием для взятия образцов. Джуди подняла взгляд вверх: Ник осторожно спускался, сжимая в пасти ручку кейса – другого способа освободить обе лапы для спуска он так и не придумал. — Зачем ты сдавала назад? — спросил Иквиг. — Думала, я его там прикончил? — Просто пошутила над тобой, — она натянуто улыбнулась и вовремя вспомнила идеальный повод, сменить тему для разговора: — Кстати, ты говорил, что у тебя был защитный костюм… — Вот именно что был, — усмехнулся Иквиг. — Твой бездарь-лис порвал его о скалы, пока мы выбирались обратно. Джуди недовольно скорчила морду – это её совсем не удивило. — Ладно, полезайте в машину, — она махнула лапой, ожидая что дети тут же окажутся на своих местах, но Иквиг остался стоять на месте. Скай тоже не сдвинулась, держа его за лапу. — Что-то не так? — спросила Хоппс, уже предвкушая от детей неожиданный “сюрприз”. Хамелеон, глаза которого редко фиксировались на одной определённой точке, вдруг как намагниченные уставились на крольчиху. — Я вам всё ещё нужен? — честно спросил он. Скай с таким же вниманием смотрела на Джуди – судя по всему, её тоже интересовал ответ на этот вопрос. Учитывая деятельность хамелеона и его вынужденное сотрудничество с полицией, это был самый логичный вопрос, который мог прозвучать после выполнения его части сделки – добыть документы. Ещё в “Пыльном Койоте”, когда он задал свой вопрос, прикрываясь игрой, Джуди поняла: к этому разговору они рано или поздно ещё вернутся. И это время настало прямо сейчас. — Если хочешь уйти, мешать не буду, — честно сказала Хоппс. — Хочу отомстить этой соловьихе, — так же честно ответил хамелеон, бросив взгляд на крыло Скай, которое всё ещё держал в своей лапе. — Тогда залезай, — Джуди хлопнула ладонью по двери. — Нам по пути. Скай засияла. Не дожидаясь, пока Иквиг примет решение сам, она потянула его за лапу, усадила на заднее сиденье и тут же устроилась рядом, резко захлопнув дверь. В её жестах было лишь отчаянное нежелание не отпускать его и забрать с собой. Иквигу эта поспешность явно пришлась не по душе: Джуди уловила его выражение в зеркале заднего вида – напряжённое, будто он уже понял, что позволил втянуть себя во что-то, с чем не хотел иметь дело. Джуди обернулась обратно и уставилась на Ника. Он всё ещё был наверху и медленно спускался вниз. Кейс в его пасти мешал обзору; приходилось буквально на ощупь искать, за что зацепиться. Пару раз его лапы соскальзывали, и сердце Джуди каждый раз неприятно дёргалось. Но в итоге Ник всё же спрыгнул на землю, выпрямился, перевёл дыхание и направился к машине – немного неловко, с той самой дурацкой походкой, которая появлялась у него после сильного напряжения. Он подошёл к “носорогу”, распахнул пассажирскую дверь, поставил кейс к ногам и уселся внутрь, захлопнув дверь чуть громче, чем рассчитывал. — Ник, — сказала Джуди, даже не пытаясь скрыть злобу в голосе. — Можно тебя ударить? Уайлд моргнул, явно сбитый с толку. К ударам напарницы он давно привык, но здесь его застало врасплох другое – предупреждение и полное отсутствие понимания, за что именно ему сейчас прилетит. Он повернул к ней морду, несколько секунд изучал её напряжённое лицо, затем криво усмехнулся. — Если тебе от этого станет легче… — тихо сказал он и чуть пожал плечами. — Давай. Ответа он не успел осознать. Кулак Джуди врезался ему в плечо резко и сильно. Настолько, что из груди у него вырвался глухой выдох, а лапы непроизвольно сжались. — Ай… — выдавил он, не повышая голоса. Лишь тогда до неё дошло, что она переборщила. Злость схлынула мгновенно, сменившись неловкой тревогой. Она бросила взгляд на его плечо и почти рефлекторно потянулась к нему – но остановилась на полпути. Её лапа на секунду зависла в воздухе. Она сжала пальцы, опустила руку и отвернулась к лобовому стеклу. — Прости, — тихо сказала она спустя секунду. — Не рассчитала. Ник улыбнулся куда-то в сторону и ничего не ответил. Скай внимательно наблюдала за каждым движением и взглядом, что происходили на передних сидениях, и решила не докучать Нику со своими допросами о морковке-диктофоне. По крайней мере не сейчас. Она решила приберечь это на более подходящий момент. А может наоборот – на самый неподходящий. Ник сместился на сиденье и поджал хвост, устраиваясь удобнее. Он украдкой посмотрел на Джуди – так же осторожно, как она секунду назад смотрела на него. — Ну так что там в этих документах? — спросил он, почёсывая лапой место, куда она его только что ударила. Джуди опомнилась. Всё, что ей было необходимо находилось прямо у неё на коленях. Она взяла в лапы документы, которые там оставила, сложила их вместе, глянула одним глазком и стукнула ими Ника. — Читай сам, — велела она ему, тыча бумагами ему прямо в плечо. — Бери уже, ну! Он нехотя взял в лапы документы, выпрямил их и затяжно простонал: — Ты же знаешь, как я не люблю читать… — Ник, у меня нет времени на это, — сказала она и плавно нажала лапой на педаль газа. Носорог тронулся с места и начал набирать скорость. Джуди повела машину вдоль Тайера в сторону соседней горы. — В смысле у тебя нет времени? — удивился Ник, пристёгивая ремень. Машину вновь затрясло из-за кочек и камней, валяющихся вдоль скалы. Джуди этот вопрос немного вывел из себя, но она попыталась не выдать этого и спокойно ответила: — Как видишь, я за рулём, а на улице скоро закат. Поэтому – читай, да повнимательней, пожалуйста. Не вслух, мне всё не надо. Просто скажи, найдёшь ли что-нибудь, что нам нужно или нет. — А дальше то что? — не понял Уайлд. — У тебя есть план? — Помнишь Улу говорила о подъёме для земных доставок? — Что-то припоминаю… — Это “Орлиный тракт”, — крольчиха ловко ударила по дверце бардачка над лапами лиса, и та открылась, вывалив наружу акт сопровождения в прозрачном файле. Джуди продолжила: — Боровски на нас и Скай выписала билеты чтобы мы её доставили в Тайвилл. Понимаешь к чему я клоню? Лис достал из бардачка файлы и увидел в нём билеты, в том числе выписанный на его имя. — И ты об этом узнала только сейчас? — удивился Ник. — Ну извини, — она прижала уши, почувствовав вину, — Ну не дочитала я до конца этот акт. Думала, разберёмся ближе к Тайвиллу что к чему. А после того, как мы удумали не ехать по маршруту, а об этом акте даже не вспоминала. — Да я без претензий, Морковка. — Ну тогда читай документы, и докладывай, — строго сказала она и обратилась ко всем. — Слушайте внимательно, план следующий: мы едем в Ювилл к северной дороге, ведущей к “Орлиному тракту”. Используем билеты. Судя по документам нам нужен шестой уровень, но мы поднимемся на последний – он ближе всего к “АэроЛабс”. Когда будем на месте, найдём их территорию, осмотримся, разнюхаем, будем думать, что делать дальше. Если найдём машину с цистернами, возьмём образец и просто уедем обратно в Зверополис. — Но на меня билета нет, верно? — спросил Иквиг. — Так точно, но если нас будут проверять, ты можешь замаскироваться, — подмигнула Джуди. Хамелеон скрестил лапы и недовольно буркнул под нос: — Не нравится мне всё это. — Всё будет в порядке, — бодро ответила Хоппс и посмотрела на напарника. — Так ведь, Ник? Лис тем временем изучал документы, но одним ухом слышал разговор. Ему не понравилось то, с какой уверенностью Джуди втягивала двух детей в опасное дело, но спорить на эту тему снова желания не было. — Да-да, конечно, — дежурно ответил он и сосредоточился на документах. “Носорог” тем временем шёл вдоль скальной стены, прижимаясь к ней почти вплотную. Гора, иссечённая трещинами, тянулась, не желая заканчиваться. Джуди старалась достаточно близко, чтобы на крышу случайно не приземлился городской мусор, но и одновременно немного правее, чтобы случайно не задеть скальные камни под песком. И вдруг гора закончилась резко, без перехода. Каменная стена оборвалась, и слева вдруг открылось пустое пространство между двумя птичьими горами. Джуди даже не думала туда сворачивать и ехала дальше, всё так же огибая массив. Разрыв между Тайером и Ювиллом оказался настолько широким, что его невозможно было не заметить. Между горами лежала та же степь: выжженная и открытая. Сверху, на высоте, жизнь кипела – над краями скал мелькали птицы, тени крыльев скользили по камню, доносились обрывки криков, глухо отражённые эхом. А внизу всё было иначе. Песок под городом служил приёмником для всего лишнего: здесь лежали сброшенные вниз обломки настилов, изломанные жерди, перекрученные металлические дуги, клочья верёвок и тканевых сетей, что были запрещены в городе. А ещё перья – сотни, тысячи перьев покрывали землю пятнами, будто кто-то рассыпал их горстями. Встречались и вещи, явно скинутые специально, как мусор: пластиковые контейнеры, треснувшие коробки, обломки приборов, назначение которых угадывалось с трудом. Всё это лежало на земле, как что-то ненужное, образовывая собой что-то напоминающее огромную свалку мусора. Ничто не было собрано или упорядочено. Всё лежало там, где упало, медленно врастая в песок, выцветая, теряя форму. Это пространство выглядело не заброшенным – скорее, забытым, как нижний слой мира, о котором вспоминают лишь тогда, когда нужно что-то сбросить. И всё было в оранжевом тумане то ли из-за песка, поднятого в воздух, то ли из-за пробивающихся лучей оранжевого солнца. Краем взгляда, Джуди заметила движение – в этой груде хлама кто обитал. Или шарился в поисках того, что можно продать, как и говорил Иквиг. Пристально всматриваться, она не стала, и сосредоточилась на дороге. Машина наконец проехала мимо городского разрыва, и слева снова начала подниматься вторая гора – Ювилл, такая же высокая, такая же неприступная. Пространство между скалами осталось позади, но ощущение пустоты от этого мёртвого места ещё некоторое время тянулось, будто взгляд Джуди задержался там дольше, чем следовало. — Уму непостижимо, — удивилась Хоппс и обратилась к Скай. — У вас мусор между гор совсем не убирают? — Может один раз в год, — пожала плечами птица. — Это ещё убрано. За целый год там столько “добра” скапливается. Ник одним ухом слышал их разговор и на секунду оторвался от документов, поймав себя на ощущении, что упустил нечто важное за окном. Но, не найдя ничего, о чём говорили Скай и Джуди, снова склонил голову над документами. — Ник, ну что там? — спросила Джуди, заметив его длительную отстранённость. — Есть что-нибудь интересное? — Угу, что-то вроде бы… не уверен, — протянул лис, всматриваясь в документацию. — Да говори уже! — надавила Хоппс. — Ладно-ладно. Ты же вроде в ботанике что-то понимаешь? Или в химии? — Я лучшая выпускница академии, — гордо напомнила крольчиха. — Отлично! — лис шлёпнул пальцем по документам и голосом учителя спросил: — Джуди Хоппс, скажите, пожалуйста, что такое “синкрин”? Крольчиха слегка замедлила скорость “носорога”, вспоминая школьную программу и лекции в полицейской академии. — Кажется это полужидкое вещество, нестабильное, — ответила она и вновь нажала на педаль газа. — Оно запрещено? — спросил Ник, достав смартфон и забив слово “сикрин” в поиск. — В маленьких количествах нет, — ответила Джуди. — Его используют в медицине для диагностики нарушений координации. — А в больших? Его можно перевозить в цистернах? — Нет, строго запрещено. И вряд ли это возможно. В больших количествах оно очень опасно, — Джуди сделала паузу, на секунду задумалась и энергично затараторила: — Стой! Ты хочешь сказать, что Рьва Бекинс закупается синкрином в Зверополисе?! — Я ничего не утверждаю, — спокойно ответил лис, — но, судя по документам, кто-то скупает его цистернами. По два грузовика в неделю. Это законно? — Это не законно! Ура! — обрадовалась Джуди, стукнув кулаком Ника по плечу. — Тут то она у нас и попляшет! — Не беги впереди поезда, офицер Хоппс, — официально ответил лис. — Нужны доказательства, напоминаю. Вещественные. Джуди посмотрела на него строгим взглядом и ответила: — А вот это будет сделать сложно без костюма, который, ты, кстати говоря, порвал. Спасибо тебе за это. — Да в ту щель даже ты бы не пролезла! — возмутился Ник и показал свою рваную футболку с дырявыми шортами. — Посмотри на меня, я весь в порезах. Там очень узкий проход! — Она бы легко пролезла, — донёсся голос Иквига сзади. В ответ Ник заворчал и недовольно сполз в сиденье, уставивишсь в окно. Пока он отвернулся, Джуди обратила внимание на его одежду: бирюзовая футболка и бежевые шорты – это было единственное, что он смог найти в своём личном шкафчике перед отъездом. В некоторых местах одежда и правда была исполосана и изрезана. В отдельных случаях даже порвана. Хвост у лиса был заломан, шерсть помята. Джуди удивилась, как она сразу этого не заметила. — А что будет если взять образец без костюма? — спросил Ник, не отлипая лбом от тонированного окна. Джуди на мгновение задумалась, вспоминая, что писалось в учебниках об этом веществе. И, кажется, вспомнила: — Синкрин в таких количествах может вызвать головокружение. Может и отключит вовсе. Это опасно. — А если быстро зачерпнуть? — Как ты “быстро зачерпнёшь” из цистерны? — Возьму и зачерпну, — с вызовом заявил Ник, полный уверенности, что никакой проблемы не будет. — С удовольствием на это посмотрю, — ответила Хоппс, игриво посмотрев на Ника. — Но если упадёшь в эту цистерну с синкрином, то… — Станет супергероем?! — вдруг вписалась Скай. Джуди серьёзно задумалась: а правда, что будет? — Честно говоря, не знаю, — ответила она серьёзно. — Но точно ничего хорошего. Отключится, упадёт туда, наглотается этой жидкости и задохнётся. — Как-то не по-супергеройски, — помрачнела Скай. И тут рельеф под колёсами резко изменился на более твёрдый, – это почувствовал каждый внутри “носорога”. Степь будто сузилась, кустарников стало меньше, словно их срубили, ямы уменьшились в количестве, а то и вовсе пропали, будто их кто-то специально засыпал, выравнивая местность. И тут… Забор. Он тянулся вдоль скал, высокий и глухой, собранный из металлических секций, местами усиленных сеткой. Камень и металл сходились здесь намертво, перекрывая любой прямой проезд. За забором начиналась уже не степь – там угадывалась инфраструктура, чуждая этому открытому пространству: опоры, кабели, технические площадки. Джуди сбавила скорость и повела машину вдоль ограждения. Забор уводил их вправо, заставляя дорогу мягко изгибаться, пока впереди не проступил организованный порядок: разметка на песке, утрамбованная колея, редкие столбы с предупреждающими знаками. Шум ветра сменился далёким гулом механизмов, будто сама гора задышала железом. “Носорог” выехал на основную дорогу, ведущую к пропускному пункту “Орлиного тракта”. Вдали, у подножия, виднелись подъёмники: массивные конструкции, уходящие тросами вверх внутрь громадной шахты, ведущей наверх – в птичий город. Платформы медленно двигались по своему маршруту, поднимая контейнеры, ящики, закреплённые сетками грузы – всё, что не имело крыльев, но всё равно должно было попасть наверх. На отдельные платформы вставали грузовики и автомобили с грузом. Джуди плавно нажала на тормоз и “носорог” остановился в пробке. Машин оказалось больше, чем она ожидала: грузовики, внедорожники, служебные фургоны – все стояли в вытянутой очереди, терпеливо ожидая допуска. Двигатели работали вполсилы, кто-то глушил мотор, кто-то медленно продвигался на корпус вперёд. Все водители были наземными животными, и вид у них был как у обычного дальнобойщика – уставший, неопрятный, сонный. Крольчиха отпустила руль – теперь оставалось ждать. Впереди маячил пропускной пункт – не такой строгий, как ожидалось: небольшая деревянная постройка, хлипкий пластиковый шлагбаум и двое орлов-охранников, досматривающих автомобили. Далее шла обычная двусторонняя дорога, которая вела в две стороны: вперёд сквозь гору, к главной шахте “Орлиного тракта”, и вправо, где располагались подъёмники для малых грузов. Чуть дальше пропускного пункта Джуди заметила птиц в форме: одни патрулировали периметр забора, лениво скользя в воздухе, другие сидели на вышках и внимательно следили за тем, что происходило внизу. Их присутствие ощущалось, как давление – напоминание о том, что дальше начиналась чужая территория и чужие правила. — Мне не нравится эта затея, — донёсся сзади голос Иквига. Он звучал сдержанно, но напряжение в нём уже начинало проступать. — Тут никому это не нравится, — ответил Ник и сел поудобнее. Он по привычке хотел закинуть лапы на панель, но быстро понял, что из-за его роста места для этого не хватит. Почувствовав духоту в салоне, Ник опустил тонированное стекло и свесил лапу наружу. Джуди не понравилась идея открывать окно, но она решила промолчать. — Я не шучу, — Иквиг не дал теме сойти на нет. — Мне действительно не нравится то, что вы делаете. Вы тащите Скайку туда, где ей могут навредить. Ник поморщился, но промолчал. — Без неё нас не пропустят, — опустив уши, ответила Джуди. — Я понимаю, что это рискованно, но мы ведь… Хоппс и Уайлд? Она бросила быстрый взгляд на Ника, в ожидании поддержки. Лис на секунду замялся, затем всё же без энтузиазма кивнул: — Уайлд и Хоппс! — Что это вообще значит? — с недоумением спросил Иквиг. — Это значит, что у нас получится, — с напором ответила Джуди и слегка ткнула Ника в плечо, словно закрепляя сказанное. — Правда, Ник? — Угу… — буркнул он, явно соглашаясь больше ради неё, чем по убеждению. Иквиг усмехнулся, но в его усмешке не было ничего весёлого. — То, что лис недалёкий, я понял сразу, — начал он холодным тоном. — Но что ты, Хоппс, окажешься не лучше… Ник резко обернулся и посмотрел на хамелеона: — Следи за словами, приятель, — жёстко сказал он, указывая на хамелеона пальцем. — Ник, не надо, — быстро вмешалась Джуди, чувствуя, как разговор срывается в опасную сторону. Скай потянулась к Иквигу, пытаясь взять его за лапу, но тот резко отдёрнулся. — Я пытаюсь спасти Скайку, — отчеканил он. — А не погубить её вместе с вами. И то, что вы везёте её в город, прикрываясь дурацкими лозунгами, умнее вас не делает. — И что ты предлагаешь?! — Ник повысил голос, окончательно теряя терпение. — Давай, я внимательно слушаю! Иквиг ответил без паузы, словно этот вариант давно уже крутился у него в голове: — Развернуться и уехать отсюда подальше. А потом придумать план, который не ставит Скайку под удар. — Мы сжаты в сроках, — Джуди повернулась к Иквигу и умоляюще на него посмотрела, надеясь, что он её услышит. — На нас обязанности возложенные Зверополисом. Если мы их не соблюдаем, нам нужны веские основания, которые оправдают наши действия. Этим мы и занимаемся. — Всё завязано на времени, — подхватил Ник, — и на ястребах, которые гонятся за нами. Нужно сделать всё быстро и уехать отсюда. Если не успеем до заката, будет поздно, — Уайлд снова посмотрел на Иквига, теперь уже открыто, без попыток сгладить углы. — Или ты правда предлагаешь развернуться и уехать. Хочешь, чтобы твоя подруга всю жизнь скрывалась и кочевала вместе с тобой? — Я не вижу в этом ничего плохого, — упрямо ответил Иквиг. — Она ещё ребёнок! — резко сказал Ник. — Ей нужны мать и отец. Она не будет лазать с тобой по скалам и жить в пещерах, непригодных для жизни. — А вдруг будет? — А вдруг нет? — Замолчите оба! — сорвалась Джуди. Впереди автомобиль двинулся на пару метров вперёд – крольчиха плавно нажала на газ, пристроилась рядом и заглушила двигатель. На датчике топлива была ровно половина. До шлагбаума оставалось ещё приличное количество машин. Джуди обернулась назад. — Скай? — мягко сказала она. — Я делаю всё, что в моих силах. Я хочу спасти тебя. И птиц в “Нижнем ободе”. Ты мне веришь? — Верю, — без колебаний ответила Скай и повернулась к Иквигу, снова пытаясь взять его за лапу. — Пожалуйста… доверься им. Они хотят спасти меня. И моих родителей. — Они ведут тебя на погибель, — холодно сказал он. — И я этого не допущу. Он отодвинулся, отвернулся к окну и бросил напоследок: — А вы… сидите дальше в своей пробке. Хамелеон больше не сдерживался. Задняя правая дверь распахнулась резко и громко, ударившись ограничителем. Иквиг молниеносно прополз по крыше, за секунду оказался над передней дверью, свесился вниз головой и в одно резкое движение вырвал смартфон из лапы лиса. Всё случилось за секунду, Ник даже не успел отреагировать и понять, что именно произошло – только почувствовал пустоту в ладони. Хамелеон выскользнул наружу, спрыгнул на дорогу и растворился между машинами, словно его там никогда и не было. Ник разъярённо распахнул свою дверь и выскочил следом, но увидел лишь застывшую пробку, чужие спины автомобилей и пыль, медленно оседающую в жарком воздухе. Водители смотрели на лиса, не понимая, зачем он вышел из машины. Иквиг исчез – быстро, нагло и без единого шанса найти его. — Ты не заблокировала двери?! Опять?! — воскликнул Ник громче, чем ему хотелось. Джуди вздрогнула так, будто удар пришёлся не по слуху, а прямо по нервам. Она невольно сжалась, плечи ушли вперёд, уши опустились. Ник увидел это и тут же вернулся на своё место. Злость схлынула мгновенно, оставив после себя чувство вины. — Прости… — тихо сказал он, проклиная себя внутри. Он хотел ещё что-то сказать, но слова рассыпались, словно песок. Он посмотрел на напарницу: на её сжатую спину, на уши, которые она ещё не подняла, будто не была уверена, что можно. Ник машинально потянулся лапой вперёд – хотел коснуться её плеча и дать понять, что всё в порядке. — Нет ты прав! — она отбила его лапу своей. — Я уже дважды с этими дверьми облажалась! Дважды! Скай неподвижно сидела сзади, не зная, что делать с открытой Иквигом дверью. Немного подумав, она аккуратно захлопнула – Джуди услышала это и молниеносно нажала на кнопку блокировки и расстроено схватилась лапами за лицо. — Морковка, всё нормально… — успокаивал её Ник, не зная с какой стороны подойти, лишь бы ей стало легче. — Нет, не нормально! — голос Джуди чуть не сорвался. — У тебя в телефоне запись нападения ястребов! Она нам нужна! “Точно!”, — подумал лис, совсем забыв про это и вслух добавил: — И зачем ему мой телефон? — А мне то откуда знать?! — взорвалась Джуди. — Это я виновата! Я, а не ты! Ты имеешь право злиться на меня! Автомобиль спереди продвинулся ещё на несколько метров вперёд. Джуди с яростью крутанула ключ в замке зажигания, передвинула “носорога” вперёд на пару метров и заглушила двигатель. — Я не злюсь на тебя, Морковка, — объяснялся Ник. — Я злюсь на себя! — прошипела Джуди. — Дрянная полицейская! Дважды облажалась на одном и том же! Из-за этого потеряли улики! Свидетель сбежал! Я просто никчемная… Ник наблюдал за ней сбоку и видел, как она становилась меньше будто внутри. Как её взгляд становился стеклянным, направленным куда-то глубоко в себя, где она была строже всего. Ник не сразу решился. Несколько секунд он просто сидел, чувствуя, как неловкость и тревога тянут его в разные стороны. Потом он медленно, осторожно, словно боялся спугнуть хрупкое равновесие, протянул лапу и положил на плечо напарницы. Не сжал. Не потянул. Просто дал вес – тёплый, уверенный, настоящий. Джуди вздрогнула, но не отстранилась. Она повернула голову и встретилась с его спокойным и уверенным взглядом, которым он всегда умел поддержать, когда её душа давала трещину. Словно он без слов говорил ей: ты всё ещё здесь, ты справляешься, а пару ошибок – не приговор. И глядя на его рыжую морду, в крольчихе что-то медленно, но ощутимо встало на место. Плечи расправились. Дыхание стало ровнее. Она моргнула – раз, другой, и в глазах снова появилась ясность. Глубоко вдохнув и, не совсем понимая, как именно это вышло, Джуди наклонилась в его сторону. Обнять его с водительского сиденья оказалось неудобно: ремень тянул, руль мешал, их локти столкнулись. Получилось неловко, криво, почти смешно – её лапы обвили его плечо под странным углом, а он на секунду замешкался, прежде чем ответить. Но он ответил. И этого ей оказалось достаточно. — Хоппс и Уайлд? — спросил он. — Замолчи… Ей не хотелось, отпускать его, но где-то через минуту, когда уже почувствовалась неловкость, она отстранилась первой. Не резко – просто отпустила его и вернулась на своё место водителя, не осознавая, что всё ещё не сводит взгляд с напарника. Джуди вдруг ясно поняла то, о чём раньше не позволяла себе думать слишком долго. Все самые тяжёлые участки пути – те, где было страшно и хотелось сдаться, – она проходила не в одиночку. Каждый раз, когда земля уходила из-под лап, кто-то оказывался рядом и удерживал. Она смотрела на него дольше, чем требовалось, словно впервые по-настоящему замечая, насколько привычным и надёжным стало это присутствие. И только потом она отвела взгляд, уже зная: дальше будет увереннее, что всё у неё получится. Потому что знает – она не одна.