1.13. Начало пути в Ад

Солнце ещё и не вздумало всходить, когда автомобиль тихо затормозил на серой гравийке. Хёнджин всё ещё был против этой идеи, и наличие сидящей рядом Ю Ны начинало его волновать больше всего на свете. Компромат, неизвестные личности — и черт с ним, пускай с небольшими жертвами и тузом в рукаве он мог бы закрыть это дело и не вспоминать больше. Но Ю На… Стала его сплошным слабым местом. Они могут посмотреть на неё. Сказать что-то. Понять, что она для него значит. — Ты точно не хочешь остаться в машине? Я уверен, это ненадолго, — тихо попытался снова отговорить её Хван. — Даже не думай. Пусть это и несогласованная встреча, это в моих же обязанностях, — с лёгкой усмешкой произнесла Чхве Ю На, но глаза не остались серьезными, когда она дернула ручку двери, — Вдох-выдох и погнали. Она вышла. Щелчок её двери прозвучал для него как приговор. Он сидел ещё секунду, сжимая руль, пытаясь загнать обратно ту панику, что поднималась к горлу комом. Она уже на улице. Нужно двигаться. Его собственные движения были медленными, будто сквозь густую смолу. Он открыл дверь, и холод ударил в разгорячённое тревогой тело. Ноги будто стали ватными. Он сделал шаг на гравий, который хрустнул под подошвой с неестественной громкостью. Ю На уже ждала его перед капотом, засунув руки в карманы его же худи. Она выглядела хрупкой и невероятно храброй в этом сером, безликом месте. Он шагнул вперёд, намеренно поставив себя чуть впереди, создавая своим телом хоть какую-то, иллюзорную преграду между ней и тёмным входом. Его спина напряглась, плечи расправились. Нужно держаться, нужно играть свою непринуждённость, ведь любая паника или эмоциональность — прямая дорога в Ад. Они пошли по гравийной дорожке. Он слышал её шаги позади, лёгкие и чёткие, и это звучало как отсчёт последних секунд тишины перед взрывом. Он не оборачивался. Не мог. Если обернётся и увидит в её глазах вопрос или, что хуже, полное доверие, он может просто развернуться, схватить её и бежать, бросив всё к чёрту. Но дверь в клуб открылась сама, показывая, что Хван Хёнджина уже ждали. Мужчина в черном костюме и наушником на проводе держал дверь, ожидая, пока гости войдут. — Господин Хван, мы вас ждали. Комната на балконе, 3-VIP. Они вдвоем поднялись по лестнице, свернули в комнаты. Третья была открыта. Высокий статный мужчина средних лет с крепким подбородком, серьезными глазами и слегка оттопыренными ушами уже ждал их, расположившись на кресле с бокалом виски в руках. — Господин Хван! Я уже боялся, вы не придёте, пустите всё на самотёк. Два часа практически истекли, — хмуро усмехнулся мужчина. — Я Ким Хе-Иль. Присаживайтесь вместе с вашим менеджером, обсудим детали. Он кивнул на два кресла напротив себя. Его взгляд задержался на Ю Не, оценивающий и слегка удивлённый, будто он не рассчитывал, что Хёнджин появится не один. Он явно её узнал — либо по фото, либо по слухам. Но недостаточно хорошо, и это накаляло атмосферу. Кто бы мог предположить, что именно эта девушка в дальнейшем будущем станет именно той ниточкой, что не даст Хёнджину утонуть, даже когда он погрязнет в этом? А вот ценой чего — уже совсем другая история… Хёнджин двинулся вперёд, его походка была собранной, почти артистичной, но внутри всё сжалось в тугой узел. Он сел, откинувшись на спинку, стараясь выглядеть расслабленным, и Ю На опустилась в соседнее кресло. Они выглядели, как две полярности — Хван олицетворял абсолютную безмятежность и пофигизм, а Ю На выглядела, как строгий преподаватель на экзамене, готовый за любую неточность тут же морально унизить и втоптать в грязь собеседника. Она изучала Ким Хе-Иля так же внимательно, как он изучал их. — Я пришёл, — сказал Хёнджин, опуская формальности. Его голос звучал спокойно, но без дружелюбия. — Вы получили мой сигнал. Что дальше? Ким Хе-Иль медленно поставил бокал на низкий столик. — Что дальше? Начинается наше партнёрство, господин Хван. Вы проявили благоразумие. А благоразумие, как известно, — лучшая инвестиция. Особенно в вашей… хрупкой индустрии. Он сделал паузу, его взгляд скользнул к Ю Не. — Я, конечно, ожидал приватной беседы. Но раз уж мисс Чхве почтила нас своим присутствием… Думаю, она понимает ценность конфиденциальности. И последствия её нарушения. В его словах не было прямой угрозы. Была констатация, что добавляло леденящей атмосферы, будто эти двое решили заняться свободным дайвингом в открытом океане с акулами. — Господин Ким, я здесь, чтобы убедиться, что любые… договорённости, — она подчеркнула последнее слово интонацией, — будут юридически корректны и не нанесут ущерба текущей деятельности Хван Хёнджина. Ким Хе-Иль кивнул, как бы принимая это объяснение. — Разумно. Тогда давайте перейдём к сути. Наши условия просты. Вам нужна гарантия, что определённые файлы… испарятся. Нам — ваша лояльность и определённые услуги в будущем. Не что-то криминальное, не волнуйтесь, — он лениво махнул рукой. — Просто… использование вашего статуса, ваших связей в нужный момент и в нужном месте. Информация. Рекомендации. Доступ. Мелочи. Но для нас — очень ценные мелочи. Он вытащил из внутреннего кармана пиджака тонкий конверт и положил его на стол. — …И доказательство нашей… доброй воли, — продолжал Ким Хе-Иль, его бархатный голос звучал почти убедительно. — Внутри — флешка с теми самыми компрометирующими материалами. В цифровом виде. Ваш аванс доверия. — Он аккуратно положил конверт на столик и сделал многозначительную паузу, его взгляд скользнул по их напряжённым лицам. — А чтобы скрепить наше начинающееся партнёрство… Он наклонился к мини-бару, стоявшему в углу комнаты, и с театральной неторопливостью налил ещё две порции виски в низкие тяжелые стопки. Подвигав их по бархатной подложке, он поставил их перед Хёнджином и Ю Ной. — Выпьем за новое взаимопонимание, — предложил он, поднимая свой бокал. В его глазах, казалось, промелькнуло что-то — не праздничное, а оценивающее. Как у учёного, наблюдающего за реакцией подопытного. — За чистый лист. Хёнджин, всё ещё обрабатывая информацию о флешке, машинально потянулся к ближайшей стопке. Его пальцы уже обхватили прохладный хрусталь, когда краем глаза он уловил движение. Ю На, сидевшая неподвижно, как статуя, лишь чуть заметно качнула головой. Её взгляд, устремлённый вперёд на Кима, был абсолютно нейтрален, но в этом крошечном жесте читалась железная команда, выкованная на сотнях встреч с лукавыми партнёрами и назойливыми продюсерами: «На сомнительных встречах ни пить, ни есть. Мы от жажды и голода не умираем». Рука Хёнджина замерла. Он отвёл взгляд от стопки к её лицу, но она смотрела только на Кима. Её молчание было громче крика. В его сознании, на миг затуманенном адреналином и облегчением, вспыхнула ясность. Она права. Всегда права в этом. Он мягко, будто просто передумав, отодвинул стопку от себя, едва сдвинув её по столу. — Благодарю, но я за рулём, — сказал он ровным голосом, с лёгким, ничего не значащим подъёмом в конце, как будто отказывался от предложения коллеги выпить после работы. Ким Хе-Иль даже не моргнул, не повёл и бровью. Но в его глазах, всего на долю секунды, промелькнула едва уловимая тень. Не разочарования, а скорее… досадливого интереса, как у игрока, чей изящный ход был неожиданно парирован. Он медленно опустил свой бокал, не отпив. — Ах, да, конечно. Ответственность. Понимаю, — произнёс он, и его улыбка стала чуть более напряжённой. — Мисс Чхве, вы, я вижу, тоже не сторонница утренних возлияний? Профессиональная выдержка. Ю На лишь слегка склонила голову с лёгкой, будто снисходительной улыбкой, даже не притрагиваясь к стопке. — В нашей профессии сначала дело, потом затуманивающие ясность мелочи, — кратко, но деловито произнесла она, кивая в сторону алкоголя. Её тон показывал, что это сам собой разумеющийся вывод, который не предусмотреть было сложно. Она, действуя интуитивно, на опыте прожитых встреч, даже не знала, что в этот момент спасла Хёнджина от первой фатальной ошибки, которую он даже не осознавал бы до последнего. Внутри стопки, помимо двадцатилетнего виски, находился прозрачный, быстродействующий релаксант, смешанный с лёгким психоделиком — достаточно, чтобы ослабить волю, развязать язык и сделать человека податливым для провокационных вопросов и компрометирующих фотографий на скрытую камеру в книжном шкафу. План был изящен и безотказен. И только непредвиденная, дотошная осторожность менеджера свела его на нет. Ким Хе-Иль отпил из своего бокала, не моргнув. Яд предназначался не ему. — Что ж, к делу, — сказал он, уже без прежней показной любезности. Его тон стал суше, деловитее. Поражение в мелкой тактике лишь укрепило его в намерении добиться главного. Он пододвинул конверт ближе к Хёнджину. — Флешка — ваш знак доверия. Через неделю вы получите первое, совершенно безобидное поручение. Мы свяжемся. Хёнджин взял конверт. Он был лёгким, но жёг ладонь. Не глядя внутрь, он сунул его в карман брюк. — Флешку я возьму, — сказал Хван. Его голос был тихим, но в нём не дрогнула ни одна нота. — Как знак того, что вы держите слово. Но насчёт заданий… Я не курьер и не информатор. Сотрудничество на таких условиях меня не интересует. Ким Хе-Иль не выглядел удивлённым. Он лишь медленно отпил из своего бокала, поставил его и достал из того же внутреннего кармана другой, более толстый конверт. Без лишних слов он швырнул его по столу. Он скользнул и остановился прямо перед Хёнджином. — Господин Хван, не будьте столь категоричны. Сотрудничество с нами — это не падение, а взлёт. — Его голос приобрёл оттенок назидательного терпения, как у учителя, объясняющего урок упрямому ребёнку. — Эти деньги — лишь первый аванс. Мы можем обеспечить вам сольные контракты, о которых вы и не мечтали. Рекламу, продвижение. Всё, что нужно для головокружительной карьеры. А ваша группа… Stray Kids… Мы можем сделать их легендой, а не просто ещё одной успешной командой. Подумайте. Идея была отравленной и сладкой одновременно. Хёнджин почувствовал, как его тошнит. Купить его. Купить их всех. Использовать, а потом выбросить, когда они станут не нужны или неудобны. Ю На следила за этим молча, её лицо было каменной маской. Но когда Хёнджин, сжав кулаки, готов был подняться, чтобы уйти, девушка положила ладонь поверх, на миг усмиряя данный порыв. — Ваше предложение и правда заманчиво, — благосклонно произнесла она с тем же ядовито-любезным тоном произнесла она, каким странные бабульки протягивают детям на улицах конфеты. — Но стратегическое развитие карьеры Хван Хёнджина и Stray Kids находится в компетенции агентства JYP. Если у вас есть конкретное коммерческое предложение, вы можете направить его через официальные каналы. Личные встречи на окраинах города в нерабочее время — не наш формат. Она не ждала ответа. Лёгким нажимом на руку Хёнджина она дала понять, что нужно в той же манере, спокойно и уверенно, двигаться к выходу. — Какая жалость, — разочарованно вздохнул Ким Хе-Иль у них за спиной. Звук был тихим, но он прозвучал как щелчок затвора. Дверь, которую они только что открыли, резко захлопнулась перед самым носом Хёнджина. Из тёмного угла у выхода материализовались две фигуры в чёрном, преграждая путь. — Конверт, господин Хван, — безэмоционально произнёс тот, что был ближе. — Вы ошиблись. Он не для вас. Его рука потянулась к карману Хёнджина. Но Хван был проворнее, и в критических ситуациях умел соображать быстро. Он рванулся назад, но второй охранник уже был за его спиной, обхватывая его сзади в мёртвую хватку. — Отстань! — рявкнул Хёнджин, пытаясь вырваться. Он был силён, но против двух профессиональных громил, действовавших синхронно, его танцевальная ловкость была почти бесполезна. Его прижали к стене, шуруя по карманам. Пальцы охранника нащупали конверт, и в момент, когда он его вытащил, Хёнджин резко рванулся вперёд, прямо в захват, что стало неожиданностью для окружающих. Используя инерцию, он локтем резко ударил сзади стоящего охранника в солнечное сплетение. Тот ахнул, хватка ослабла, и это дало Хёнджину необходимую фору, чтобы выудить из рук конверт и кинуть его стоящей неподалеку девушке. — Ю На, лови и беги! — крикнул он, тут же снизу направляя кулак, чтобы защелкнуть челюсть другого громилы. Конверт полетел по воздуху, и девушка тут же его схватила, как ловят ключи. Разорвав конверт, она выудила маленькую чёрную флешку и, не задумываясь, сунула её себе за лифчик, в самое безопасное, интимное место, куда ни один охранник не посмеет лезть без прямого приказа. Но она не побежала, а замерла на месте, её взгляд прилип к Хёнджину, которого уже снова схватили двое, прижимая к стене. Выход всё равно блокирован, но в голове зрели пара запасных планов — в случае чего либо растоптать, либо проглотить флешку, даже не спрашивая, что в ней содержится. Но, по возможности, хотелось бы сохранить её, чтобы отследить информационный след. Её тело напряглось, как у хищницы, готовой к прыжку. Она знала, как драться. Управление байком на высокой скорости — это контроль всего тела, знание рычагов и точек приложения силы. Она могла вломить. Но её не трогали. Охранники сосредоточились на Хёнджине, игнорируя её. Именно тогда Ким Хе-Иль медленно поднялся из-за стола. Он не выглядел рассерженным. Скорее, впечатлённым. Он наблюдал за этой минутной вспышкой слаженности, как режиссёр оценивает удачный дубль. — Остановитесь, — сказал он спокойно, но так, что охранники мгновенно замерли, ослабив хватку. — Довольно этого цирка. Он подошёл к Ю Не. Его взгляд скользнул по её лицу, по её сжатым кулакам, по тому месту, куда она спрятала флешку. В его глазах промелькнуло что-то похожее на уважение. Холодное, отстранённое, но уважение. — Вы храбрая, мисс Чхве. Глупая, но храбрая, — произнёс он. Затем он протянул руку — открытую, пустую ладонью вверх. Не требующую, а предлагающую. — Отдайте. Пожалуйста. Это не та битва, которую вы можете выиграть силой. Ю На смотрела на его ладонь, потом на Хёнджина. Глупо считать глупой её, не зная, что она-то способна из этой флешки выудить не только содержащуюся в ней информацию. Нельзя недооценивать соперника. Хёнджин, всё ещё прижатый к стене, смотрел на неё и едва заметно покачал головой. «Не надо. Отдай». Сжав губы в тонкую белую полосу, Ю На не двинулась с места. Её взгляд, полный немого, дикого вызова, был устремлен прямо в глаза Ким Хе-Илю. Весь её вид кричал одно: «Попробуй отнять — руку откушу». — Какая жалость, — прошептал он, больше сам себе. — Столько огня. И так мало ума. Он опустил руку и жестом, ленивым и властным, махнул охранникам, что сразу отпустили Хёнджина, отходя на приличное расстояние. В мозге Ю Ны пронеслась шальная мысль — а не закачали ли они на флешку троянов, что так просто отпускают?.. Впрочем, это тоже можно было без проблем проверить, и даже отследить источник трояна. Средне тянущий ноутбук или планшет, абсолютно чистый и купленный на деньги Хёнджина (не на её же, в ком-то веке, кто из них богаче), пара использований ключей антивирусников, одно приложение… И всё содержимое флешки можно разобрать по частям. Только потом всё это останется лишь выкинуть. Хе-Иль неспешно подошёл к Хвану, чтобы завершить ритуал. Он вытащил из кармана жилетки матовую визитку и, не глядя, сунул её Хёнджину в тот же карман. — Обдумайте всё, господин Хван. Холодной головой, — сказал он тихо, только для него. — Эмоции — плохие советчики. Особенно чужие. Затем он повернулся к Ю Не. Его взгляд упал не на её лицо, а чуть ниже, на линию груди, туда, где была спрятана флешка. В его глазах не было пошлого интереса, лишь холодный, аналитический расчёт. — И вам, мисс Чхве, на будущее, — его голос стал тише, отчего слова прозвучали ещё отчетливее. — Ваш метод прятать ценное в самое, казалось бы, недоступное место — может не только не сработать. Он может привести к… нежелательным для вас последствиям. И очень унизительным. — Он сделал микроскопическую паузу, наблюдая, как кровь отливает от её лица. — Я сегодня проявляю невероятное великодушие. Угроза была настолько осязаема, что внутри Ю Ны всё похолодело, но это лишь сильнее подпитывало её теорию — по какой-то причине флешку забирать Хе-Иль не собирался вовсе, возможно, видя в этом своё преимущество. Дверь открылась. — До свидания. Осторожнее на дороге. Она скользкая, а вы, как я вижу, любите рисковать. Они вышли. Ю На машинально прижала ладонь к груди, чувствуя под тканью твёрдый прямоугольник флешки. Он позволил ей уйти с этим знанием, как кошка, выпускающая мышь, чтобы та побежала рассказать другим о силе когтей. Но мышка-то всю жизнь за компьютерами возится… Дверь за ними захлопнулась с тихим, но окончательным щелчком, отрезав их от той комнаты с бархатными креслами и леденящим спокойствием Кима. Утренний воздух был холодным и резким после спёртой атмосферы внутри. Они молча дошли до машины, гравий хрустел под ногами с нелепой громкостью. Хёнджин остановился у водительской двери, упираясь лбом в холодное стекло. Дрожь, которую он сдерживал внутри, теперь вырвалась наружу, проходясь по рукам. Он слышал, как Ю На обошла машину и встала рядом, но не поворачивался. Не мог. Тишина длилась несколько секунд, нарушаемая только их неровным дыханием, конденсирующимся в воздухе белыми облачками. — Итак, — её голос прозвучал прямо за его спиной, резко, отсекая тишину. Он был низким, напряжённым, и в нём не было ни капли её обычной игривости или сарказма. — Что должно быть на той флешке, Хёнджин? Он замер. Она обошла его и встала напротив, прислонившись к капоту, скрестила руки на груди, словно в позе следователя. — Объяснишь, — она продолжила, прикусив нижнюю губу, и в этом жесте читалась сдерживаемая буря из страха, из злости, из обманутого доверия, — как мы до этого дошли? Ибо на переговоры это не похоже ни на йоту. — Там… там демо. И какие-то… черновики. Из студии. Они сказали, если это уйдёт в сеть — нам конец. Всем нам. — Он поднял на неё взгляд, и в его глазах была такая беспомощная, детская растерянность, что у неё внутри всё сжалось. — Я не хотел тебя в это втягивать. Клянусь. Я хотел… хотел защитить. Он сделал шаг к ней, его руки безвольно повисли вдоль тела. — А получилось… получилось вот это. В его голосе прозвучала не злость, а ужасающая, тоскливая вина. — Господи, какой трындец, — массируя двумя пальцами свою переносицу, произнесла глухо Ю На, выслушав это объяснение. Ей не было обидно, что она оказалась втянута в это, её задевало другое. — Ты дебилоид или да? Ты чем, блять, гасился, когда думал справиться с этим в одиночку? Совсем кукуха поехала? Но тут же выдохнула, выпрямляя ладонь в знаке «стоп» и останавливая сама себя. — Окей, — буркнула она, стараясь вернуться к фактам, хотя по шапке за такой героизм Хёнджину надавать очень хотелось. — Ладно. Значит, флешка у нас. Уже что-то. Это материальный след. План в голове родился ещё внутри помещения, но сейчас он набирал ясность, каким именно способом это всё можно реализовать. Она не паниковала. Она работала. И она работала на него. Хёнджин смотрел на неё, и навалившаяся тяжесть в груди вдруг чуть ослабла. Она не отшатнулась. Да, обругала последними словами, весьма заслуженно. Но всё равно стояла здесь, и её лицо с субтитрами выражало, как работают шестерёнки в мозге. Он подошёл к ней, осторожно, будто боясь спугнуть. Взял её руки в свои — её пальцы были холодными, но он чувствовал в них скрытую силу. Она позволила, не отнимая, и подняла на него глаза. — Спасибо, — прошептал он, и это слово было перегружено таким смыслом, что его хватило бы на десять других фраз. Он сглотнул, его большой палец провёл по её костяшкам. — Скоро… скоро у нас перерыв между концертами. Неделя, — сказал он тихо, глядя на их сплетённые пальцы, а не ей в лицо. — Я… я знаю, что сейчас не время. Но я бы хотел… — он поднял на неё взгляд, и в его глазах была не страсть, а глубокая, измученная тоска по чему-то простому и настоящему, — …съездить с тобой в Лос-Анджелес. Только вдвоем. Никаких менеджеров, охраны, расписаний. Просто… исчезнуть. Ненадолго. Переварить всё происходящее. Она в ответ мягко сжала его руки. Теперь у них не было срока, не было отсчёта до какого-то очередного криминального события, и появлялся гибкий график. А если её цифровые действия будут вести не в Корею, а в Америку, вообще будет супер.

Что произойдет 8 месяцев спустя

Ю На бросила взгляд на зеркала заднего вида, впиваясь пальцами в руль байка. Фары внедорожников слепили, опасно приближаясь. Она знала слишком много и везла цифровой носитель. Они не могли ее отпустить. Девушка приоткрыла газ, лавируя между полосами. Байк послушно отзывался, но мощные машины были быстрее на прямой. Один из них рванул вперед, пытаясь прижать ее к отбойнику. Ю На рванула руль влево, колесо на миг съехало на разметку, отдавая скользкой вибрацией, что сердце затрепетало в такт, подбрасывая адреналина. Внезапно, справа, из служебного проезда, вынырнул второй внедорожник — они работали слаженно, как свора. Он пошел на обгон, чтобы зажать ее с двух сторон. — Через три километа съезд с шоссе, тебе туда, — раздался в наушнике голос Хёнджина. — Хван, они не отстают, мне нужно преимущество, — сквозь зубы процедила Ю На, сильнее вжимаясь корпусом в свой байк, чтобы легче набрать скорость. Она на миг обернулась, чтобы удостовериться, что хоть немного отрывается от двух автомобилей, преследующих её. — Тебе придется дрифтануть, — глухо произнес Хёнджин в наушник спустя миг размышлений. — Преимущество мотоцикла в его манёвренности. — Были бы здесь другие автомобили, могла бы лавировать, — сжимая крепче руль, отозвалась Ю На. План был построен — резкий поворот через три километра с ноткой эстетики «Форсажа». Ю На и сама видела, как автомобили приближаются, но, вопреки её расчетам, не стараются зажать её байк. Может, ещё недостаточно близко. Продержаться ещё полтора километра, и она сможет оторваться. Ещё полтора километра. Звучало как несбыточная сказка. — Хёнджин, если что… — с комом в горле произнесла девушка, не зная, что она от этой речи хотела: на всякий случай попрощаться? Дать ценные наставления? — Не смей! — он рявкнул в микрофон так, что сам вздрогнул. Голос сорвался, обнажив для них обоих весь сдерживаемый ужас. Но его тон был таким, что сквозь страх и ужас, казалось, слышалась мольба. Не смей заканчивать эту мысль. Не смей прощаться. Ю На сжала губы, стараясь выжать из своего Сузуки скорость, к которой байк явно не привык. В этот момент первый внедорожник, шедший сзади, рванул вперед и… не стал ее прижимать к обочине. Вместо этого он вильнул влево, под острым углом, и его массивный бампер с глухим, металлическим скрежетом пришелся точно в заднее колесо ее байка. Сузуки тут же закрутило на всей скорости. Мир перевернулся. Руль вырвало из рук с такой силой, что даже крепкие хваты перчаток не спасли. Байк, будто подкошенный, пролетел и с шумом свалился на бок. А Ю Ну сорвало и швырнуло вперед по инерции. Асфальт, холодный и шершавый, полетел навстречу. Первым принял удар шлем — оглушительный удар, будто колокол в голове. Потом — плечо, бедро, голень. Она кувыркалась, не понимая, где верх, где низ, в какофонии скрежета металла, лопающегося пластика и звона в ушах. Ее мир сузился до вращающейся карусели огней, мокрой дороги и собственного тела, как попрыгунчик отскакивающего от земли. Когда отталкивающая сила стихла, девушку ещё несколько метров протащило по асфальту. До одного из падений в этом бешеном водовороте наушник ещё функционировал. Хёнджин, что не мог видеть происходящее, с напряжением вникал в каждый звук, от которого у него кровь застыла в жилах. Скрежет. Долгий, мучительный, рвущий душу скрежет металла по асфальту. Это был не один звук. Это был её байк, его железный скелет, раздираемый дорогой. И сквозь этот скрежет — короткие, отрывистые, беззвучные выдохи. На карте её значок перестал двигаться. Звуки стихли так же внезапно, как начались. Осталось только тихое, прерывистое шипение помех. — Ю На? — его голос был шёпотом парализованного. — Ю НА?! Ничего. Только тихое шипение эфира.