Часть 12 Идиллия, нарушенная тьмой

      Всю ночь ей снились кошмары, как будто она излучает свет, а потом ее душа разрывается на тысячи осколков и крик. "Гермиона нет! Я люблю тебя!Только живи!"       Поднявшись с постели, она ощутила под ногами мягкий плен тапочек и накинула шелковое покрывало халата на хрупкость пижамы.       Встретившись взглядом со своим отражением, слегка удивилась. Да, после ночного кошмара она выглядела на удивление свежей. На щеках проступил румянец, а губы налились живым алым цветом.       Робкая улыбка тронула её лицо, и она плавно направилась на кухню, где её ждал призрачный аромат кофе.       Римус уже сидел за столом, погруженный в "Ежедневный пророк". Крепкий кофе источал дурманящий аромат, который мгновенно пробудил голодный бунт в животе Гермионы.       Приступая к завтраку, Римус нарушил тишину:       – Гермиона, сегодня важный день. К нам пожалуют наши друзья.       В ответ Гермиона лишь радостно кивнула.       Римус, одарив её теплой улыбкой, поднялся и исчез за поворотом, оставив Гермиону наедине с предвкушением.       Гермиона поднялась в свою комнату, утопая в размышлениях о предстоящем визите. "Надеюсь, это мои милые ребята… Как же я по ним соскучилась!" – пронеслось в её голове. Джинни, Полумна, Невилл… Сердце наполнилось теплом.       В приподнятом настроении она призвала Банни, попросив накрыть стол, с мерцающими свечами и приготовить утку терияки. В исполнении Банни, она была бесподобной.       В предвкушении предстоящей встречи, Гермиона критически окинула взглядом свое отражение в зеркале. Бордовое платье, словно созданное по особому заказу, облегало точенную фигуру, подчеркивая каждый изгиб, словно вторая кожа, и волшебным образом оттеняло глубину её глаз. Элегантное и утонченное, оно отличалось лаконичным кроем, в котором сквозила изысканная простота, не отвлекающая внимания от естественной красоты владелицы. В этом наряде чувствовалась гармония.       Улыбнувшись своим мыслям, она опустилась на подоконник, любуясь завораживающим снегопадом. Погода, словно сошла со страниц сказки: яркое солнце и кружащиеся снежинки – редкое и прекрасное явление для серой Британии.       Голос Римуса, вырвал её из объятий созерцания:       – Гермиона, спускайся, гости прибыли!       С сердцем, вырывающимся из груди, она бросилась вниз по лестнице, но замерла.       Перед ней стояли те, кого она так отчаянно ждала, и… он. Блэйз Забини, отчужденно стоящий в тени.       Джинни первой сорвалась с места, заключая Гермиону в объятия.       – Гермиона, Господи, ты жива! Я думала, он тебя убил! – сквозь слезы шептала Джинни.       – Успокойся, Джин, все в порядке, – ответила Гермиона, прижимая её к себе, и прошептала на ухо: – Что здесь делает Забини?       Джинни отмахнулась от её вопроса:       – Сейчас узнаешь.       Отпустив подругу, все остальные подошли к Гермионе, одаривая её теплыми объятиями.       Гермиона грациозно развела руки:       – Ну что ж, прошу к столу. У нас накопилось много тем для обсуждения.       За столом развернулся калейдоскоп воспоминаний: кто как спасся, мучительные три года, война, Волан-де-Морт, Гарри и Рон, остальные… весь тот ужас, что творился. И вот, возникла тема - Драко Малфоя.       – Итак, что мы имеем? Три пригласительных. Кто рискнет посетить Мэнор? – Нимфадора обвела взглядом присутствующих, подбирая добровольцев для опасной миссии.       Гермиона громко произнесла:       – Прежде чем кто-либо туда отправится, я должна убедиться, что это не уловка Забини.       Гермиона устремила взгляд на Блэйза, который за весь вечер не проронил ни слова. Он лишь залпом осушил бокал огневиски, и, поставив бокал в сторону, отрезал:       – Я тебе не Поттер и не Уизли, чтобы оправдываться и выворачивать душу наизнанку. Это не уловка. Всё.       Наступила тягостная тишина.       Гермиона с вызовом в голосе спросила:       – Серьезно? Что ты здесь забыл? Какая у тебя цель? Тебя все устраивало… Что изменилось сейчас?       – Не лезь… ко мне… в душу, – процедил Забини сквозь зубы.       Гермиона лишь устало кивнула, переведя взгляд на Нимфадору и Римуса.       – Я думаю, я должна пойти в Мэнор.       Блэйз грубо расхохотался, нарушая звенящую тишину:       – Ты, точно, самая умная ведьма, Грейнджер? Драко тебя вычислит в два счета под оборотным зельем. Тебе мало приключений? Хочешь с ним поиграть? Не советую. Это самоубийственная идея. Ты не сможешь держать язык за зубами и притворяться моими скромными родственниками, которые никогда не привлекают к себе внимания.       Гермиона бросила на него испепеляющий взгляд.       Римус, как опытный стратег, взвесил все "за" и "против":       – Гермиона, Забини прав. Мы не можем тобой рисковать. Пойдем я, Невилл и Полумна.       Нимфадора хотела возразить, но Римус прервал её:       – Это самый оптимальный вариант. Мы не привлечем лишнего внимания.       – Согласен, – кивнул Блэйз, демонстрируя неожиданное единодушие.       Гермиона резко вскочила из-за стола, скрестив руки на груди:       – Приятного аппетита. Я иду спать. Спасибо, что пришли.       Стремительно исчезнув за лестницей, она оставила после себя лишь звук удаляющихся каблуков.       Блэйз, оценивающе осматривая её удаляющуюся фигуру, протянул:       – А она похорошела со времен Хогвартса… Фигурка – что надо. Ей идет это поместье и платье. Но характер дерьмо, сочувствую ее будущему мужу.       Невилл, пнул Забини под столом, призывая замолчать.       – Ладно, ладно, – пролепетал тот, поднимая руки в знак капитуляции.       Джинни, не говоря ни слова, поднялась из-за стола и направилась следом за Гермионой.       Остальные, молча продолжали трапезу, тихо стуча приборами по тарелкам.       Джинни застала Гермиону лежащей на кровати, в беззвучных рыданиях.       Присев рядом, Джинни нежно погладила её по спине.       – Гермиона, тише, успокойся. Все хорошо.       – Нет, Джинни, ничего не хорошо! Я так хотела пойти и помочь в уничтожении крестража, а не быть бесполезной игрушкой!       Джинни удивленно посмотрела на неё.       – Гермиона, ты не игрушка. Мы тобой очень дорожим. Ты не должна больше собой рисковать, тем более там будет Малфой.       Джинни прилегла рядом с Гермионой, словно желая разделить её бремя.       – А Забини прав, тебе все это идет. Это поместье, платья.       Гермиона усмехнулась, поворачиваясь к Джинни.       – Не знаю, это странно, я не чувствую себя здесь чужой. Как будто я на своем месте.       Джинни кивнула, соглашаясь с её внутренним ощущением, и продолжила:       – И кто тебе предоставил все это? – Джинни обвела взглядом шикарную комнату. – Крам?       – Нет, это поместье Аллоуса Дойла, точнее, его дочери Арабеллы.       Джинни задумчиво кивнула, пытаясь вспомнить что-то давно забытое, и произнесла:       – Мне кажется, я слышала от отца эту фамилию… Что-то знакомое.       – Возможно. Римус говорил, они раньше жили в Британии, но после смерти дочери Аллоус уехал в Болгарию, бросив всё.       – Странно всё это… Ну, ладно, не будем о грустном. Как дела на любовном фронте? – Джинни игриво вскинула брови.       Гермиона слегка толкнула её в бок, пытаясь скрыть смущение.       – О, Господи, Джинн, хватит!       Джинни звонко рассмеялась, заражая своей легкостью и Гермиону.       И Гермиона, словно сдаваясь под напором подруги, продолжила:       – Какие мотивы у Блэйза, ты знаешь?       Джинни резко перевела на нее взгляд, и кивнула.       – Ты не скажешь мне?       – Герм, если он не сказал тебе, я тоже не смогу. Это действительно личное. Но ему можно верить, каким бы мудаком он ни был. Давай лучше расскажи мне, как тебе жилось с Малфоем под одной крышей? Он не издевался над тобой?       – Не успел. Я тут узнала, что он провел ритуал, сделав себя абсолютной тьмой. И только абсолютный свет может убить тьму внутри него.       Джинни, прошептала:       – Свет?       – Говорят, существует человек, само воплощение абсолютного света, словно живой маяк, способный рассеять самую густую тьму. И если судьба будет к нам благосклонна, если нам доведется его найти… то тогда произойдет нечто. Нечто… предопределенное. Тьма Малфоя спадет, и тогда Волан-де-Морт станет слабее и уязвимее. Осталось только… Найти этот свет. Отыскать этого человека.       Джинни долго молчала, собираясь с мыслями.       – Это ты.       – Что – я?       – Ты являешься светом.       – Откуда ты знаешь? Этого не может быть! Это бред! Римус бы мне сказал! – Голос Гермионы дрожал.       – Я не знаю, знает ли Римус. Это сказал Северус Снейп.       И в этот момент в поместье внезапно погас свет, погружая всё во тьму. Холод охватил комнату.       Джинни крепко сжала руку Гермионы.       – Что это? Гермиона, что случилось?!       – Я не знаю, Джинн. – Гермиона достала палочку. – Люмос… ничего. Люмос! Люмос!       Они услышали торопливые шаги на лестнице.       Римус в панике проговорил:       – Быстро, спускаемся в подземелье! Там есть тайный проход. Палочки заблокированы, мы не можем колдовать. Я не знаю, что это за заклинание. Он здесь! Быстрее за мной!       Джинни и Гермиона, быстро последовали за ним. Джинни, тихо проговорила:       – Кто? Волан-де-Морт?       Блэйз схватил Джинни за руку и потащил к ступенькам, торопя её и отвечая на её вопрос:       – Хуже… Драко. Он пришел за Грейнджер. Быстрее, не отставайте, закрывайте проход.       Спускаясь по ступеням вниз, Гермиона услышала отдаленный звук шагов и леденящий душу голос, который пронзил все поместье:       – Грейнджер, я пришел за тобой. И со мной твой друг Аллоус. Если хочешь оставить его в живых, выходи. У тебя есть полчаса на раздумья… Время пошло.       Драко, уверенно опустился в кресло. Тяжелый плащ, расшитый серебряной нитью, широкой волной расплескался по полу, обтекая ножки мебели. В полумраке гостиной, его фигура казалась еще более зловещей.       Аллоус, скрученный веревками, беспомощно лежал на полу, его испуганные глаза метались из стороны в сторону.       Драко смотрел на него сверху вниз, и в его взгляде не было ни капли сочувствия. Его лицо, обычно бледное и аристократичное, сейчас казалось высеченным из камня, с резкими, неприступными чертами. Но больше всего поражали глаза.       Они больше не были холодными, как зимний лед, нет. В них бушевал настоящий огонь, жаркий и неукротимый, готовый испепелить все на своем пути. Этот огонь придавал Драко опасную, почти безумную красоту.       Драко откинулся на спинку кресла, скрестив пальцы в замок. В его движениях чувствовалась угрожающая расслабленность.       Он знал, что Грейнджер объявится. Он слишком хорошо ее знал. Огонь в его глазах вспыхнул еще ярче. Он ждал. Ждал ее…