Глава 3. Обучение: Год первый. Часть 1.

      «Studia et labor via ad futurum sunt.»       Надпись на дневнеимперском на памятной табличке главного лектория Небесной цитадели.       «Roedd Julius yma, pobl ffiaidd! 02.17.37.»       Выцарапанная ниже «неизвестным» учеником надпись на старовейловском.       Пробуждение было… было… обычным, что ли? По крайней мере именно так мог охарактеризовать начало своего первого дня в Ордене Жон. Их разместили в чем-то вроде казарм, в не совсем уж просторном месте с двухъярусными кроватями, где они и провели прошедшую ночь. Не сказать, что уютные условия его дома, но и не настолько плохо, как он себе напридумывал. Понять бы ещё сколько им придётся здесь жить…       Что до пробуждения, то их всех разбудили с первыми лучами солнца, указав на общие уборные, где они могли бы привести себя в порядок, а после привели в раздевалку, где каждому из них был присвоен личный шкафчик, в котором уже хранились их одежда, которую они будут носить во время обучения. Надев её Жон попытался осмотреть себя хоть, как-то, попутно поглядывая и на остальных. В целом одежда выглядела стандартной формой курсантов военных училищ, что Жон видел в парочке пропагандистских фильмов из Атласа. Только данная форма была синей и с парой эмблем ордена на ней. Но в целом все было логично, ведь орден весьма строгая организация, насколько он мог судить по увиденному. Ну ничего, когда он станет охотником, он наверняка сможет носить все, что он захочет. Как никак в этом была суть охотников, не так ли?       После их отвели в столовую и вновь Жон не мог не словить себя на мысли, что даже еда здесь по сравнению с его домом была довольно… пресной. Возможно он действительно был избалован домашней стряпней его матери и Энн, но все было несколько безвкусным, не говоря уже о скудном выборе блюд, которого по сути и не было. — Оно… так и должно быть? — спросил у присутствующих одногруппников/одноклассников молодой Арк, пытаясь завязать разговор, попутно борясь с ржаной лепешкой, — Даже, чтобы просто поесть нужно прилаживать усилия! — Да, эта еда действительно… не очень, — согласился с ним рядом сидящий красноволосый паренёк, копаясь ложкой в своей каше, — И вкус какой-то странный… — Или может быть всё так и задумано, — предложил сидящий напротив парень с прикрытыми глазами, Дов насколько помнил Жон, привлекая к себе внимание, и продолжая спокойно есть дальше свою порцию, — Ну знаете, мы ведь будем рыцарями. Наверняка это один из множества вариантов нашей подготовки, которая должна закалить нас. — Хм, или может быть таким образом нам пытаются привить рыцарскую добродетель? Скромность там или что-то такое, — подхватил мысль Дова другой юноша, с чем все за столом в принципе согласились, посчитав такие размышления вполне обоснованными и логичными, — Если бы только та стремная женщина не продолжала на нас пялиться…       Последние слова были сказаны чуть ли не шепотом, так как никто не хотел лишний раз привлекать к себе внимание данной женщины. Жон медленно, как можно непринуждённее обернулся назад, чтобы мельком глянуть обсуждаемую особу. Это была все та же женщина, что брала у них вчера перед речью магистра образцы крови. Чёрные растрёпанные волосы, глаза, скрываемые за очками-консервами, сгорбленная фигура и неопрятное мешковатое чёрное одеяние с засаленными пятнами… чего-то, что не вызывало у присутствующих доверия к нежеланной наблюдательнице. Ровно, как и широкая жуткая улыбка на лице женщины, пока она что-то каждый раз печатала в своём свитке-планшете.       Жон задержал свой взгляд дольше, чем было положено, и та резко вскинула голову посмотрев через черноту своих линз на молодого Арка. Её улыбка стала ещё шире, обнажая ряды белоснежных зубов и что-то дополнительно записав, женщина приветственно помахала парню. Это было настолько жутко и крипово, что Жон столь же резко разорвал с ней зрительный контакт и всеми силами, обливаясь потом, попытался сделать вид, что ничего не было. Его товарищи по трапезе всецело поддержали его, так же в глубине души боясь вступать в контакт со страной гостьей. Да кто вообще была эта женщина?

***

      Дальнейший завтрак прошел в тревожной атмосфере, но им как-то удалось-таки завершить его. Хотя и поданная еда активно этому препятствовала. После чего их вывели на просторную площадку внутри крепости, служившую насколько Жон мог судить плацем, где они выстроились нестройной шеренгой. Каждый из них пытался не перешептываться и не пялится на стоящих молчаливыми исполинами рыцарей, пока на плацу не появилась незнакомая женщина.       Первое, что приходило при взгляде на неё, было словом «серость». Её закрытые строгие церковные одеяния отдавали серым цветом, ровно, как и вуаль, полностью закрывающая волосы и шею. По сути единственными открытыми участками кожи были её весьма бледные руки и лицо. Она была довольно высокой и очень худой, что в купе с малым количеством эмоций на её лице создавало впечатление строгой и весьма придирчивой личности. Жон мог поклястся, что даже статуи во дворе крепости выражали и то больше эмоций на своих каменных ликах. Никто, не мог точно сказать, сколько ей было лет, но морщинки вокруг её серых, чуть ли не белесых, глаз, явно указывали на то, что она уже давно не была молода, пусть и её кожа, и лицо не показывали ни единого признака старческой дряблости. — Приветствую, меня зовут Белорна Скорнингтон, — сухо представилась женщина с апатичным выражением лица, держа руки сложенными перед собой — Я буду отвечать за ваше обучение на протяжении большей части вашего пребывания в стенах нашей обители и за вашу группу в целом. Вы можете обращаться ко мне как: настоятельница, мэм, мисс Белорна или леди Белорна.       Леди Белорна обвела их нестройные ряды, что неуклюже переминались с ноги на ногу своими въедливыми бесцветными глазами, явно ожидая от них каких-то действий. Когда же этого не последовало женщина вздохнула и закатив глаза, быстро произнесла про себя молитву троице, прежде чем взять все в свои руки. — Я не слышу вашего ответа, — строго прокомментировала настоятельница, умудряясь даже не повысив голос заставить всех на плацу вытянуться по стойке смирно, включая парочку находившихся вместе с ними рыцарей. — Да мэм/леди/мисс Белорна/настоятельница! — выкрикнули невпопад все стоящие в шеренге, включая Жона. — Отлично, — впервые проявив слабое подобие улыбки проговорила довольная леди Белерна, — А теперь я проведу вам экскурсию по крепости с сопутствующим инструктажем и ознакомлением с остальными вашими учителями. Вы можете задавать мне любые вопросы во время нашего маршрута.       С этими словами прежде чем кто-либо успел что-то спросить настоятельница развернулась и пошла неспешным шагом пошла на выход из плаца. Неуверенно переглянувшись друг с другом, все посмотрели ей вслед, после чего обернулись, чтобы встретиться со стоящей в углу жуткой женщиной из вчерашнего дня, старательно игнорируемой даже находящимися здесь рыцарями. Не желая оставаться с ночным кошмаром первых недель пребывания здесь все двадцать три новоявленных ученика Небесных львов быстро засеменили за леди Белорной.

***

— Ваш график обучения будет очень динамичным и использовать по максимуму все ваше время, чтобы подготовить вас к становлению рыцарями, не говоря уже об интенсивном ряде физических и умственных тренировок, которыми вы будете подвержены, — продолжила говорить на ходу леди Белорна, ведя группу по запутанным коридорам крепости и показывая мимоходом учебные классы, — Конечно все так же зависит от распределения по вашим способностям, навыкам и дальнейшей работе, ибо Небесная цитадель готовит не только рыцарей. В любом случае забудьте о прежних беззаботных днях. Каждая ваша минута здесь, кроме трапезы и сна конечно, будет потрачена на ваше самосовершенствование и улучшение ваших навыков, сильных сторон и нивелирование ваших недостатков.       Неровный шум десятка разочарованных стонов стал ей ответом, но стоило лишь Белорне посмотреть искоса из-за плеча одним глазом на группу, как все тут же притихли и прекратили протестовать. — А сколько нам нужно будет так проучиться, мисс Белорна? — спросил кто-то из их группы, выражая всеобщую заинтересованность данным вопросом ввиду открывшихся безрадостных перспектив. — Четыре года, — бесстрастно ответила женщина, заставляя всех скривится за её спиной, прежде чем продолжить, — Это время вы проведёте в качестве пажа, ученика или неофита ордена, смотря какое название вам больше по душе. После этого вы станете оруженосцами и дальше вас будут обучать всевозможным воинским и тактическим дисциплинам ещё четыре года. И только после этого, выполнив соответствующие испытания, проверяющие достигнутые вами навыки, вы получите посвящение в рыцарей и станете официальными полноправными членами Небесных львов. И да, прошу обратить внимание на класс прикладного праховедения напротив нас. Его будет вести брат-лектор Эггхед. Так же он отвечает за более продвинутые дисциплины вроде алхимии и артефакторики…       Её последние слова были пропущены между ушей группой, так как все пребывали в шоке от данной информации. Восемь лет?! Целых восемь лет в этой крепости? Они хоть будут выпускать их домой на каникулы? А что насчет его желания стать охотником? Он ведь сможет попасть на инициацию в тот же Бикон? Верно же?       В любом случае перспектива обучения и служения ордену сроком на восемь лет с тяжелыми тренировками не слишком прельщала Жона. Оставалось только надеяться, что ему удастся как-то связаться с родными или дедушкой, чтобы его вытащили отсюда. Краем глаза юный Арк заметил мимолетный хищный блеск в коридоре позади них и исчезающую за углом копну характерных растрёпанных чёрные волос. Сглотнув, он ускорил вместе с остальными в хвосте экскурсии, что так же углядели за собой то же, что и он. — А здесь вы будете оттачивать свои ранние навыки фехтования и заниматься физической подготовкой под руководством брата-инструктора Монтойи, — продолжила между тем леди Белорна, выводя группу на просторную открытую площадку.       Верные её словам перед ними действительно расположились тренировочные площадки, на которых, как раз занимались более старшие ученики. Кто-то отрабатывал фехтовальные приёмы учебными деревянными мечами на манекенах, в то время, как другие занимались физическими упражнениями на различном спортивном инвентаре, типо подтягиваний на турнике или просто делали жим лёжа. И между каждым из них ходил высокий красивый мужчина с загорелой оливковой кожей, давая советы или поправляя с помощью своего длинного тренировочного меча неправильно выполняющих упражнение учеников. Он был одет в простую белую рубашку, расстёгнутую на все пуговицы, открывающую всем вид на его шею и мужественную грудь, чёрные кожаные штаны и высокие сапоги до колен. Его чёрные шелковистые волосы ниспадали ему на плечи, а усы с бородкой были аккуратно подстрижены. — А, госпожа Белорна! Вы прекрасны, как ciruelas pasas и вся такая же vieja bruja maliciosa как всегда! — с улыбкой поприветствовал женщину брат Монтойя сверкая белоснежной улыбкой, прежде чем перевести взгляд своих сине-фиолетовых глаз на группу новых учеников, за леди Белорной, — Я вижу вы привели группу новых prendas для ознакомления с вашим покорным servidor! — Брат Индиго оставьте свой северо-западный низший диалект нашего прекрасного вейлского языка для живущих близ Вакуо, — без единой эмоции сухо попросила леди Белорна, разочаровано глядя на мужчину перед собой, — И да, впредь не подавайте нашим ученикам дурные примеры из мест, где вы выросли. А так, действительно, я привела в качестве ознакомления с компоновкой крепости и её преподавательским составом новую кровь нашего ордена.       Впрочем, её последние слова были пропущены братом Монтойей мимо ушёл, когда тот беззаботно прошёл мимо леди Белорны, чтобы стать перед их группой. Его взгляд глаз цвета индиго прошёлся по Жону и его одногруппникам, явно оценивая тех, кого ему придётся обучать. Но в отличии от строгости, присущей во взгледе настоятельницы Скорнингтон взгляд мистера Монтойи был отнюдь не тяжёлым, вместо этого смотря на всех с озорным огоньком в глазах, а улыбка была лёгкой и успокаивающей. — Приятно познакомиться, мои маленькие сompañeros! Меня зовут Индиго Монтойя, и я тот кто нужен вам как никто! — обезоруживающе улыбаясь представился брат Индиго, с тренировочным мечом на плече отвешивая поклон своим будущим ученикам, под тихое недовольное ворчание о правилах ордена сестры Белорны, — Я буду maestro фехтования на время вашего обучения здесь. Впрочем, я не прочь провести дружеские спарринги вне занятий в ваше свободное время. Ну, когда вы достаточно освоитесь и овладеете искусством фехтования. А также конечно будете взрослее. И более maduro… — Это все прекрасно, брат Монтойя, но боюсь у нас нет времени, чтобы провести здесь и с вами целый день, — без особых эмоций оборвала не менее тактично и в то же время грубо брата Монтойю леди Белорна, поворачиваясь между тем лицом к группе, — Но прежде, чем мы уйдём дальше, я вместе с братом Индиго готова ответить на некоторые интересующие вас вопросы, ежели такие возникли за время нашей экскурсии.       Все замялись явно не зная, как начать и что собственно спросить первым. Не говоря уже об слегка иррациональном страхе быть первым вопрошающим. — Эммм… а кто эта жуткая странная женщина? — наконец-то собравшись с силами нервно спросила одна из двух девушек в их группе, приподнимая руку и указывая в сторону, где находилась та самая женщина, огласив тем самым будоражащий всех в группе вопрос.       Вышеописанная женщина все так же следовала за ними по пятам на протяжении всего их пути, передвигаясь из тени в тень, что-то записывая и прячась за колоннами и поворотами, стоило кому-то заметить её присутствие. Впрочем, сейчас она не особо и пряталась, переключив вместо этого свое внимание на учеников старших групп, заставляя тех бесконечно нервничать и истекать холодной испариной в попытках игнорировать присутствие загадочной женщины, что с каждой минутой вызывала все больше вопросов.       Что же до находящихся рядом с ними учителей, то их реакция на эту женщину была совершенно разной. И если леди Белорна не повела и глазом на само присутствие этой странной женщины, бросив на ту всего лишь мимолетный взгляд, явно не стоявший её внимание и сил, то взгляд учителя Монтойи был полон жгучего презрения, а сам мужчина неосознанно потянулся к груди, явно переживая некие травмирующие воспоминания. — Ах… это… — медленно, словно не хотя, подбирая слова, произнесла мисс Белорна, закатывая глаза и вздыхая со смесью горечи и усталости, — Не обращайте особого внимания. Это главный хирургеон Небесных львов и заведующая лазарета крепости.       Невообразимый ужас и паника наполнили воздух тренировочных площадок от слов леди Белорны, заставляя женщину устало вздохнуть и ущипнуть себя за переносицу. Каждый раз одно и тоже из года в год. — Да, именно эта женщина будет лечить вас, когда вы будете получать травмы, — подтвердила сказанное ранее настоятельница, стараясь не закатывать глаза ещё больше от ещё большей паники на лицах её воспитанников, — Смиритесь с этим. Вам все равно не удастся этого избежать, учитывая стезю, которую вы выбрали, вступая за порог этой обители.       Судорожно сглотнув Жон, вместе с остальными ребятами вновь посмотрел на главный ужас ближайшей пары лет своей жизни и пребывания здесь. Ещё ведь не поздно от всего отказаться? Он ведь мог покинуть орден, не так ли?

***

      Под конец экскурсии по Небесной цитадели Жон, ровно, как и все остальные с ним в группе, откровенно плелись следом за неумолимо ведущей их дальше леди Белорной. Кажется, они были практически в каждом уголку крепости, пусть даже в некоторые области их не пустили в виду их юного возраста и низкого ранга в ордене. Ну и ещё им было отказано в доступе к оружейной местным сварливым интендантом, что заявил о недопустимости даже взгляда на «бесценное оборудование ордена», пока они не достигнут ранга оруженосцев, а ещё лучше, пока не станут полноценными рыцарями. С парой боевых миссий за плечами. Не меньше.       В любом случае это хоть и было обидно, но определённо было не сравнимо с тем объёмом теоретического материала, что им придется усвоить. Основы тактики, геополитика, основы этикета знати королевства Вейл и за его пределами, теология, оружейное дело, гриммоведение и многое другое, что оказывается нужно рыцарям ордена, по крайней мере насколько стало понятно из слов настоятельницы. И это уже не говоря о том, что базовый курс школьной программы, типа математики, письма и истории никуда не делся, а то и вовсе дополнился изучением таких предметов, как древние языки Ремнанта, хотя, как им объяснили это будет в основном старовейлский и древнеимперский.       Конечно, как бы это неприятно ни звучало, в конце концов Жон не мог отрицать нужды предметов, с которыми он имел дело в школе Анселя, пусть он, ровно, как и наверняка все остальные, ожидали избавления от столь не любимых занятий. А ведь судя по всему им предстоит ещё и интенсивный курс физических тренировок, не говоря уже о занятиях фехтованием. Не ужели охотники так же приходят, через нечто похожее?       В любом случае их конечной остановкой были массивные полуоткрытые двери поверх которых висела табличка с надписью на неизвестном Жону языке. — Это дети, главный лекторий Небесной цитадели, — объявила леди Белорна проводя рукой возле внушительных, даже выше неё самой, дверей из лакированного дуба, — Именно здесь вы будете проводить большую часть занятий, слушая и конспектируя лекции от меня и остальных преподавателей крепости. Вопросы? — Мисс Белорна, а что за слова написаны на табличке поверх дверей? — тут же задал вопрос один из участников их группы. — Это на древнеимперском и означает: «Учеба и труд — это путь в будущее.», — с нотками гордости в голосе объяснила леди Белорна, впервые проявляя хоть какие-то эмоции. — А что за надпись пониже? Кажется, она написана на другом языке? — спросил другой ученик, на этот раз один из фавнов, сумевший благодаря своему наследию разглядеть более мелкую надпись. — Это? Ничего важного и уж тем более стоящего, — отмахнулась настоятельница, почему-то злобно смотря на Жона, к полному недоумению парня, — Давайте лучше зайдём внутрь, и я продолжу экскурс по учебному плану.       Внутри главный лекторий крепости производил ещё большее впечатление, чем снаружи. Целые ряды мест для слушателей, располагались ярусами и были сделаны полукругом вокруг площадки, где располагался подиум для преподавателей. Прямо напротив парт находилась самая большая грифельная доска, что видел Жон в жизни, не меньше пяти метров в длину так точно. Стены лекториума были украшены гобеленами с вышитой историей ордена на них, не говоря уже о прочей символике Небесных львов, расположенной в помещении. Осматриваясь по сторонам юный Арк не мог не задаться вопросом скольких же учеников может вместить в себя данный лекторий. Сотня? Или может быть даже две?       Как бы то ни было, разместившись на местах в первом ряду вместе с остальными, Жон почувствовал себя очень маленьким, даже можно сказать крохотным в столь огромном месте. Хотя мисс Белорна, например, чувствовала себя нормально в лектории, спокойно направившись к преподавательскому столику и достав оттуда стопку бланков с письменными принадлежностями. — На этом наша экскурсия и ознакомление с вашей учебной программой завершено, — объявила старшая женщина, направляясь к их местам и начав раздавать листки, вместе с ручками, — Но тем не менее нам нужно определить степень ваших знаний, что означает контрольную для вас. По всем предметам конечно же.       По лекторию раздались жалобные стоны и Белорна Скорнингтон не могла сдержать про себя улыбку. Дети. Дети никогда не менялись в любые времена. Хоть в прошлом. Хоть в настоящем. Хоть в будущем.       Ей никогда не надоест смотреть на их страдания.

***

      Наступил поздний вечер и полог ночи укрыл цитадель Небесных львов. По всей крепости зажглись огни, стоявшие днем на карауле рыцари сменились следующими по дежурству, а большая часть обывателей крепости отправилась в казармы или свои покои.       Лишь магистр ордена Руперт Каламар продолжал работать. Сидя за своим мастерски вырезанным из цельного многовекового древа столом гроссмейстер тщательно разбирал накопившуюся документацию и ставил свою подпись на доставленными к нему заявках от капитанов, интендантов, главных механиков и даже некоторых преподавателей крепости. У всех были к нему просьбы и каждое из писем он должен был просмотреть, прежде чем давать свое согласие.       Автоперо, великолепная работа мастеров Вейла, имитирующая перо давно исчезнувших небесных львов, по крайней мере по заверениям создателей, сам Руперт, как и все в ордене не имели понятия, как выглядели эти создания, будучи при этом авторучкой привычно опустилось в чернильницу, заполняя свое опустившее нутро, прежде чем магистр Каламар продолжил ставить свои подписи, закрепляя их печаткой с символикой ордена. Для кого-то это могло показаться неблагородной и не достойной гроссмейстера ордена роботой, но Руперт знал сколь важной она была. От росчерка его пера зависели судьбы множества людей, поставки припасов и материалов в крепость и расположенные в регионе аванпосты Небесных львов, жизни в конце концов. Это была трудоёмкая, но ответственная работа. Ноша, что он взвалил на себя, когда принял регалии магистра ордена.       Каждое письмо был важным и его следовало тщательно рассмотреть и обдумать, прежде чем давать окончательные решение. Никаких поспешных выводов. Никакой предвзятости.       Взяв в руку новое письмо, магистр поправил очки для чтения, прежде чем прочесть красиво выведенное с превосходным почерком послание:       «Я, блистательный и неповторимый чемпион ордена, невероятный и гениальный капитан второй роты, неоспоримый кандидат в магистры, любимый самой судьбой Фато Ми…»       Письмо было тут же безжалостно скомкано и выброшено в мусорное ведро. Пронзительно вздохнув и выдохнув через нос магистр Каламар принялся за остальные письма, делая вид, что ничего не произошло. — Снова запросы от Микариуса? — спросил раздавшийся рядом женский голос и подняв голову магистр Каламар увидел перед собой сестру Белорну, вечную настоятельницу младших курсов. Без стука войдя в его кабинет, женщина тут же разлеглась на диванчике для гостей, наплевав на весь этикет и разницу в должностях между ними, — Ты все такой же, как я помню с первых дней твоего прибытия в крепость и распределение под мою опеку, Руперт. Ужас, как не можешь переносить даже малейшие признаки людей, который тебе не нравятся. — Но это Микариус! Его никто не любит в ордене! — обиженно попытался запротестовать магистр Каламар, под насмешливый взгляд старшей женщины, прежде, чем взять себя в руки, — Кхм. Леди Белорна, что привело вас ко мне? Надеюсь оно достаточно важное, чтобы прерывать меня от других дел. Я занятой человек, как видите. — Ты заложник своего положения, Руперт, — насмешливо ответила леди Белорна, подпирая рукой голову, все ещё возлагая на диване, — Но так уж и быть я подыграю тебе и скажу, что проверила результаты обширной контрольной наших новых учеников.       Эти слова заставили магистра Каламара отложить автоперо и обратить все свое внимание на женщину перед ним. Клянусь Троицей, если бы старая ведьма, не была его наставницей во времена его же юности он бы не за что не дал ей и сорока-сорока пяти. Он не знал точную причину её необъяснимого долголетия и относительной «молодости», но возможно причиной этому была примесь старых рас, исчезнувших в незапамятные времена, в её крови. Или она заключила сделку с демонами, пообещав взамен страдания всех, кто находился под её властью, как утверждали многочисленные недоброжелатели в ордене. Ещё была теория о том, что Белорна — какой-то эксперимент древних алхимиков в эпоху тьмы, но он не особо хотел в это верить. Как минимум из-за того, что в таком случае можно было бы поставить данную особь на поток, а Ремнант совершенно не готов к более, чем одной Белорне Скорнингтон. — Да? И как все прошло? — отрываясь от своих мыслей поинтересовался Руперт, подпирая подбородок руками и скрывая их в своей бороде. — К удивлению их знания, не настолько ужасны, по сравнению с прошлыми годами, — вздохнув и уставившись в потолок проговорила леди Белорна, — Возможно они не такие уж и пропащие и из них можно выковать лучшее поколение рыцарей за последние годы. — А как насчёт Жона Арка? — спросил о более насущем и животрепещущем вопросе магистр Каламар, — Что насчет сына Николаса и внука Юлиуса? — Что? Уже готовишь себе замену, Руперт? — с издевкой поинтересовалась Белорна, поворачивая голову к магистру Небесных львов, — Как тебе не стыдно. Впрочем, я готова ответить на твой интерес за бокал чего-нибудь крепкого, чтобы смочить моё пересохшее горло. — Белорна, как ты смеешь со мной торговаться! — тут же вспылил Руперт, приподымаясь и ударяя кулаком по столу от чего чернила заляпали часть проверенных документов, к ещё большей досаде магистра, — Я твой магистр! И ты не можешь диктовать мне свои условия!       Посмотрев без какого-либо впечатления на магистра Каламара леди Белорна покачала головой и приподнялась на локтях, чтобы тут же дать мужчине симметричный ответ: — Мальчик, ты не понял… — проговорила, чеканя слова Белорна, снимая вуаль и обнажая полностью лысую голову с чуть заострёнными ушами, — Водочки мне принеси.       Столкнувшись с бесцветным взгляд своей старой наставницы Руперт таки встал и направился к мини-бару, вовсю ворча себе под нос о старой шаболде. Возможно все же ему так же нужно будет выпить. Ночь обещала быть долгой и насыщенной.