Часть 3. Глава 1. Воссоединение

      Эо сгребает Рона за грудки, когда они оказываются наедине в командирской палатке, и вываливает на него поток гневных высказываний. Но тому и половины слов не понято. Парни переходят на кулаки, выясняя отношения, дерутся: слышно пыхтение, резкие выдохи и глухие удары кулаков о тело, летают по палатке стулья, чайник. Эо хватает мяч с полки шкафчика и метает его в лицо парня. Тот не успевает уклониться, и под глазом наливается фингал. Взвыв от боли, он бросается на Эо, и вот оба вываливаются из палатки, мутузя друг друга со страшной силой. При этом Рон — гора мышц, а Эо — худой высокий парень, но на редкость прыткий малый, которого не так просто достать. Рон выдыхается махать кулаками в пустоту, запинается и летит назад спиной в грязный снег. Вскакивает и, качаясь от усталости, всё ещё пытается взять реванш, но Эо подсекает парня, роняя того вниз лицом в грязную жижу. Отскакивает и вытаскивает свой переводчик.       — Отпускай-их-или-хуже-будет, — пишет он угрозу и уклоняется в сторону, когда кулак противника пролетает у него над головой. Коротким резким ударом впечатывает в ответ свой кулак в рёбра бойцу и быстро перекатывается по земле, успевая набрать: — Приказ-Марка.       Рон застывает. Оборачивается и рукавом стирает с лица грязь. Вокруг собираются зеваки. Дерётся элита. Никто не влезает. Но Даг останавливает бой.       — Марк на пятой линии, — громко говорит он и кивает на палатку. Эо входит первым, поднимает с пола стул и ставит его. Рон заходит второй и поднимает другой стул. Последним входит Даг, не глядя себе под ноги, и запинывает валяющийся чайник под стол. Смотрит на погром в палатке и хмурится. Подключает связь и садится на стул. Все видят хмурое выражение лица их командира. За его спиной стоят бойцы из сопротивления «Небраска». Несмотря на то, что люди в шлемах и их лица скрыты за щитком забрала, Эо узнаёт каждого из них. Бойцы стоят плотной группой и держатся за поручни. «Транспорт не трясёт. Значит — «Кузнечик», — решает про себя Эо, увидев элементы обшивки, попадающие в обзор.       — Какого хера у вас там происходит?! — рявкает на подчинённых Марк.       — Взбунтовались, — одним словом заключает Рон.       — Отпустить девочек!! — рычит он.       — Там есть охаровская сучка, — едко замечает Даг, и получает от Эо мощный хук справа. Мужчина, не ожидавший этого, с грохотом слетает со стула на пол. Резко вскакивает и кидается на следопыта. Его кулак пролетает мимо цели. Эо уже за его спиной, подсекает «шкаф» и впечатывает лицом в стол, заламывая тому руку за спину до хруста в кисти. Даг взвывает.       — Отставить!! — плюясь слюной, орёт Марк. — Это приказ, блять!! Выполнять!!       Эо отпускает мужчину и отступает.       — Есть, — сквозь зубы отзывается Даг, распрямляясь и сплёвывая кровь на пол.       — Я уже в пути. Эо, задержись! Примешь послание, разошлёшь, — задерживает Марк следопыта. Два помятых «шкафа» покидают палатку. Эо пересаживается за экраны, активирует систему и стучит по виртуальной клавиатуре, рассылая новостную ленту остальным подразделениям.

***

      Ромит открывает глаза. Отрывает голову от пола и рассматривает помещение. Небольшое. Каменное. Без окон, и один выход. Дверь на вид хлипкая, и высадить её не составит труда. Одинокая лампочка на шнуре болтается под потолком. Мебели никакой. Пол с подогревом. Тепло.       Ромит пересчитывает всех членов отряда — и своих, и чикагских. Все лежат на полу. Он тянет свои руки и понимает, что они закованы в наручники. Помня о том, как их сначала встретили в лагере: тепло и с любовью, с овациями и поздравлениями, — не понятна сама ситуация: в опале оказались не только прибывшие бойцы, но и девочки. Кристина лежит на спине, в тёплой куртке, и постанывает во сне. В углу комнаты на матрасе лежит Дэвид и вроде как спит. На вид старик помятый и, похоже, ранен. Но не о нём сейчас он беспокоится.       Ромит решает, что медлить нельзя. Народ начинает ворочаться. Время действия паралитика проходит. Лёжа, Ромит опускает руки ниже, у него получается протолкнуть зад через сомкнутые наручниками кисти, а протащить одну ногу за другой через кольцо рук — уже секундное дело. Ромит вытаскивает из пятки ботинка отмычку, спасавшую его не раз, и, поковырявшись в замке, ловко вскрывает свои наручники и отбрасывает их в сторону. Он смотрит на Кристину. Её лоб блестит от капелек пота. Ромит кладёт ладонь девушке на лоб и чувствует повышенную температуру. Понимает, что причины может быть две: или простыла в походе, или яд добрался-таки до иммунной системы и началось заражение крови. Ромиту хочется думать о первом, вспоминая, как она резвилась в снегу на пару с волкодавом и поедала снег, как мороженое.       Он тянет за собачку молнии и расстёгивает её куртку. Проскальзывает рукой под одежду и, касаясь пальцами рёбер, ведёт руку вниз, насчитывая нужное ребро. Смещает руку вправо, продолжая вести дорожку до нужной точки на грудине. Останавливается и быстрыми вкручивающими движениями делает пару точных нажатий в этой точке, ставя блок от приручения, на время отключая её тягу к нему. В условиях плена на территории врага, пока не ясна вся эта ситуация, нужно обезопасить свои отношения. Кристина вздрагивает и открывает глаза.       — Ромит? — удивляется она. Переводит взгляд в сторону и шёпотом выдаёт: — Снова здесь?       — Снова? — хмуро переспрашивает он.       — Приёмник, — отвечает она тихо, пытаясь вытянуть руки из-под себя, и её взгляд мечется. — Они нас связали? Почему?       — Тш-ш-ш! — Он показывает пальцем жест «тихо» и указывает рукой на плохо припрятанные в стене прослушки. Кристина смотрит и ничего не видит, но замолкает. Ромит сажает Кристину, наваливая на себя, и снимает с неё наручники. Потом поворачивается к Фору, который тоже просыпается. Меньше чем за минуту все освобождены от наручников. Ромит показывает всем знак «тихо». Жестами ребята договариваются, как будут прорываться. Главное — захват оружия.       Кристина чувствует себя неважно, покашливая. У Ромита отлегает от сердца — всё-таки простыла.       — Я в порядке, — успокаивает она, видя обеспокоенность в глазах Эрика. Тот собирается к ней подойти, но раздаётся приглушённый сигнал к атаке:       — Идут!       И все бросаются на пол, изображая полную отключку.       Повстанцы входят в помещение крадучись, но всё же без задней мысли, что нужно быть начеку. Даг наклоняется, чтобы поднять Кристину, и получает от Ромита, лежащего рядом, увесистый пинок ботинком по голове. Сопротивленца откидывает назад. Даг не успевает прицелиться — Ромит вскакивает с пола и своим фирменным ударом обезоруживает здоровяка, завладевая его оружием, а его самого нокаутируя. Даг падает на пол. Ромит стреляет в него по касательной, проверяя, есть ли на нём защита, следующим ударом приклада по голове вырубает второго бойца — и тот летит на пол вслед за Дагом. Арти с Ромитом, завладев оружием тех, кто уже валяется на полу в беспамятстве, живо стаскивают с них защиту, крепят на себя. В комнату вбегают бойцы сопротивления, вооружённые до зубов. Кристина дерётся с бойцом и почти одолевает его, но больное плечо и высокая температура делают своё дело — она промахивается и попадает в его захват. Мужчина пытается её удержать, но вёрткая Бесстрашная выкручивается, и теперь он тащит её за капюшон к дверям. Кристина выдёргивает руки из рукавов и выпадает из куртки, приземляясь на пол. Здоровяка вырубает Эрик, хватает Крис за руку, поднимает её и тут же получает от кого-то кулаком в челюсть, что только сильнее раззадоривает его: адреналин зашкаливает, глаза горят огнём. Он тараном сметает двух бойцов у выхода, и все трое оказываются снаружи. Драка продолжается уже вне помещения. Кристину дёргает за руку какой-то парень. Она заносит кулак для удара, но это Отти.       — Кристина! — Он гасит её удар своей ладонью и тянет её за руку. — У нас приказ перевести вас в медчасть.       Он тащит её, она упирается, ставит ему подножку — и оба летят на землю. Отти падает на больную руку, Кристина на больное плечо и взвывает.       — Убрал от неё руки, сучоныш! — Эрик хватает его, рывком поднимает и перекидывает через себя. В лихого летит заряд парализатора — Эрик падает на колени, рядом с Кристиной. Пытается подняться, и в него летит второй заряд.       Бойцы сопротивления отстреливают парней одного за другим. Трис ещё сражается, но её скручивает Рон. Лера обрушивается на него с кулаками, пытаясь отбить девушку, и сама оказывается в захвате второго крепкого бойца.       — Пусти! — кричит она, пытаясь вырваться.       — Эрик! — Крис силится удержать Эрика, который заваливается вперёд прямо на неё, но он успевает выставить руку, чтобы не раздавить собой Кристину.       — Хейа-а-а-а!! — орёт Кристина во всё горло, заходится кашлем и медленно поднимает здоровую руку вверх. Грозный лай раздаётся за спинами сопротивленцев. Они замирают и оборачиваются. Уофф, сорвавшись с привязи, наступает на бойцов, скалясь и угрожающе рыча.       — Уофф!! Оу! Оу! — Эо бежит издалека и машет руками.       — Хейа-а-а, — понижая голос, угрожающе произносит Кристина, глядя исподлобья на людей с оружием, целящихся в неё и её друзей. Она ведёт себя странно, и бойцы не знают, как на это реагировать. Кристина опускает руку, упираясь ею в землю, садится на четвереньки, повторяя позу собаки, и делает движение вперёд — волкодав повторяет её движение и делает рывок вперёд, бросаясь на первого бойца и роняя его на землю. Винтовки тут же поворачиваются в сторону волкодава, готовые выстрелить.       — Оу! Оу! — следопыт кидается вперёд, отзывая питомца, но тот оборачивается в его сторону, теперь уже скалясь на хозяина.       Кристина растворилась в сознании волкодава, став частью него, видя всё в красном спектре. Она оказалась на уровень ниже своего роста, чувствуя мощные лапы, тело, запахи. Подняла голову и завыла протяжно, а потом огрызнулась и напала на того, кто удерживал Трис. И боец разжал хватку.       Трис бросается к подруге, падает перед ней на колени и трясёт её за плечо.       — Крис!! Крис, очнись!       Волкодав поворачивает голову в сторону Кристины, и лихая видит себя же, сидящую возле Эрика, уперев руки в землю, в застывшей позе. Глаза её распахнуты и взгляд застыл в одной точке. Ощущая себя в теле пса, Кристина набрасывается на второго бойца, заставляя его выпустить Леру. И в этот момент словно вспышка чиркнула по глазам. Крепкая мужская рука впечатывается ладонью в её лоб и заваливает назад, тяжестью пригвождает тело к земле, лишая возможности подняться. Уши закрывают ватой, зажимают нос, перекрывая доступ воздуха. Становится нечем дышать — и наступает звенящая тишина.       Всего лишь несколько секунд назад Эо молниеносно выхватил оружие из рук напарника, перевёл в шоковый режим и выстрелил парализатором в своего питомца, тут же бросился в сторону Кристины и, заваливая её спиной назад, припечатал к земле.       Никто не понимает, что происходит, что с этим делать и как реагировать. За спиной следопыта образуется Трис, целясь в него из винтовки.       — Отошёл от неё, живо! — требует она. Лера направляет винтовку на бойцов, окруживших их. Силы повстанцев превосходят их в несколько раз. Все «гости» лежат в отключке.       — Девочки, положите оружие! — требует голос со стороны. — Мы вас не тронем.       К ним приближается Марк, заставший кульминацию драки. То, что он увидел, ему не понравилось. Несколько бойцов лежат без сознания, собственно, как и пришлые. Девочки целятся в остальных из бластерных винтовок и настроены серьёзно. Следы борьбы на их лицах указывают на это, из рассечённой брови Трис сочится кровь.       — Папа?! — вздрагивает Лера, и возглас срывается с её губ. Руки разжимаются, и оружие падает к её ногам. Она изумлённо смотрит на мужчину, не веря своим глазам. Перед ней стоит её отец, которого она не видела целых пятнадцать лет. — Папа…       — Ирен? — он удивлён не меньше.       — Папа!! — с радостным возгласом девушка бросается к нему и повисает на шее. — Папочка, это правда ты?!       Трис хватает Эо за шиворот и с силой дёргает его назад, не переставая целиться в него из винтовки.       Мужчина удержался, чтобы не завалиться на спину. Изворачивается и в перевороте подсекает девушку под ноги, хватая за куртку и роняя на землю вниз лицом, ловко заводя ей руку за спину, лишая возможности вскочить.       — Эо, не надо! Трис, спокойно! Сейчас разберёмся! — Марк обращается к Бесстрашной, одновременно кивая следопыту, чтобы тот отпустил девушку. Эо отнимает руку, поднимается, подхватывая с земли оружие, и вешает его себе на плечо.       — Этих двоих обратно в приёмник! И закуйте их на совесть! Не хватало мне ещё здесь кровавой бойни. — Марк указывает на Арти и Ромита. — Элита Провиденс! Как вы так не углядели, мать вашу, кто перед вами? Вколите им по лошадиной дозе! Не давать просыпаться! Всё ясно?!       — Так точно! — гаркают несколько голосов, бросаясь исполнять приказ.       — Распустились без меня, блять! — негодует Марк и тут же прикусывает язык, глядя на вновь обретённую дочь. — Где Даг?       — Он в отключке, — докладывает боец.       — У нас в приёмнике ещё один из этих, раненый, — докладывает другой боец, кивая на «гостей».       — Вы, идиоты, постарались?! — мрачно уточняет Марк.       — Нет. Таким пришёл. — Подчинённые вжимают головы в плечи и потихоньку отодвигаются в сторонку, понимая, что сейчас огрести от командира могут те, кто стоит поближе. Но Марк обнимает за плечи Леру, хотя его руки уже так и чешутся раздать люлей.       — Там Питер. Он из Чикаго. Ранен в ногу лианой, — Лера объясняет новоприобретённому отцу ситуацию и, заглядывая в глаза, произносит ещё жалостливее: — Ромит… он мне жизнь спас, пап. Если бы не он, я была бы сейчас мертва. Он тоже ранен. Пожалуйста, пап, не наказывай его.       — Он наш враг. Ты не представляешь, насколько серьёзный он противник, — отзывается Марк, наблюдая, как уносят двух бойцов Провиденс обратно в приёмник.       — Пап, пожалуйста. Они уже в плену, пап. Обработай их раны, пожалуйста…       — Ты защищаешь убийцу, — качает он головой.       Марк подходит к Трис, которая пытается реанимировать Кристину. Девушка без сознания. Прайор отнимает ладонь от плеча подруги и смотрит на кровь на своей ладони. На чёрной водолазке крови не видно.       — Мы вам верили, а вы… — цедит она с ненавистью, поднимая глаза на Марка. — … ничуть не лучше них… Провиденс… О’хара…       — Эо, помоги нашей гостье добраться до медчасти! — командует Марк, кивая на Прайор, словно не слыша её слов, брошенных с ненавистью. Следопыт задвигает оружие себе за спину и протягивает руку, чтобы помочь Трис подняться. Она зло отбивает его руку.       — Только тронь меня, — угрожающе произносит она. Эо кивает. Наклоняется, подхватывает Кристину на руки и ждёт, когда Трис поравняется с ним.       — Этих в медчасть! — приказывает командир, кивая на пришлых. Пара бойцов подхватывают под руки Эрика, другие два бойца поднимают под руки Фора, и обоих волокут в сторону палатки.       — Эо, чё делать с твоим псом? — окликает парня в спину командир, кивая на мохнатого хищника.       — Ащь, — откликается тот.       — Понял тебя. — Марк кивает и с восхищением смотрит на взрослую дочь — настоящий боец. Протягивает руку и легко касается её скулы — на ней уже наливается тёмный синяк. — Идём, расскажешь, как жила все эти годы без своего старика-отца.       — Ты не старый, — с улыбкой произносит она.

***

      Юкон суетится вокруг Крис. Она сейчас в приоритете. Мало того, что разошлись швы на ране, так ещё и температура тела выше нормы. Сбитое объяснение Эо о том, что девушка снова подключалась к полю, но на сей раз её тяжелее было вывести из этого состояния, Юкона не цепляет. Он слушает следопыта вполуха. Парень не любитель мистики и в такую теорию верит отчасти, хотя был свидетелем подобного случая, после которого Крис стали в лагере называть «блаженной».       Юкон сбивает температуру, заодно пытаясь понять, с чем имеет дело. Пытается разговорить Трис, но та настолько взвинчена, что бросает в ответ колкие фразы и ходит рядом, схватив с ванночки скальпель, явно намереваясь применить его.       — Рану промыть? — вскользь бросая взгляд на лихую, спрашивает Юкон, кивая на её рассечённую бровь.       — Не отвлекайся, — бросает она грубо. Прячет скальпель в карман брюк и идёт к раковине, разглядывает себя в зеркале, висящем над рукомойником. А заодно не перестаёт отслеживать медика через зеркальное полотно.       Юкон берёт из раны Кристины образцы на исследование, чтобы исключить инфекцию, а всё указывает именно на это. Кладет образец на пластинку и садится за мощный микроскоп, наблюдая за процессами изменения, но видит мёртвые споры вируса и ни намёка на заражение. Отставляет образец и запускает бокс, очищая приборы. Ему нужно заново зашить рану, обработать её. Юкон аккуратно вводит Кристину в лечебный сон и, разложив вокруг себя медицинские приборы, приступает.       Трис сама себе обрабатывает бровь, прижигая рану спиртом, и морщится. Берёт пластырь и пришлёпывает его на рану. Всё это время она наблюдает за тем, как медик аккуратно и степенно накладывает шов на рану её подруги.              Фор и Эрик лежат на кроватях. Трис раздевает Фора до футболки и штанов. Стягивает с него ботинки и укладывает его ноги на кровать. Садится на край кровати и смотрит на Эрика. Его тоже надо бы раздеть, но Трис боязно.       Питер тоже лежит без сознания и тоже в одежде.       — Ладно, — говорит она самой себе и поднимается.       Юкон на неё не отвлекается, но слышит, как она воюет с кем-то из парней. Трис приподнимает тяжёлого Эрика, чтобы стащить с него куртку. Он хватает её за руки и притягивает к себе. Реакция Трис неоднозначная. Она наотмашь бьёт его рукой по лицу. Он открывает глаза и какое-то время смотрит на девушку, а она на него.       — Пусти, — требует она.       Эрик смотрит на её руки, вцепившиеся в ворот его куртки. Поворачивает голову вправо и видит Фора, валяющегося на кровати без сознания. А на следующей кровати лежит Кристина, над которой склонился некто в белом. Он видит металлический блеск в его руке.       — Ты что это, падла, удумал?! — зло рычит Эрик. Он мгновенно откидывает от себя Трис, рывком вскакивает и, перемахивая через кровать Фора, летит туда.       — Эрик, нет! — ему за спину прыгает Трис, хватая руками за шею, и тянет его за капюшон вниз. — С Крис всё хорошо!!       Эрик стряхивает с себя Трис. Юкон успевает уклониться, и удар кулака лихого приходится в стойку кровати. Медик подныривает под руку парня, чётким движением бьёт его пальцем в точку на теле и за пояс оттаскивает от кровати, заваливая на спящего Фора.       — Остынь, — требует он и смотрит на перекошенное злобой лицо лихого. Трис смотрит на Эрика, на медика и понимает, что тот каким-то образом обездвижил Лидера.       — Сука… — шипит Эрик и не может встать.       — Я могу вырубить тебя в два счёта, — говорит спокойно Юкон, снимая перчатки и бросая их в утиль, идёт за чистыми. — Она в порядке. Я накладываю новые швы. Старые разошлись.       Юкон не обращает внимания на шипение за его спиной и ругательства в свой адрес, а садится, наводит свет и продолжает зашивать.       Трис сидит рядом с Эриком и смотрит на него. Тот устал материться и пытаться выйти из замершей позы солдатика; пока Юкон не наложил повязку, к Бесстрашному так и не повернул головы.       Через десять минут он поднялся и бросил перчатки в утиль, подошёл к Кристине и накрыл её одеялом до подбородка.       — Простыла, девочка. Но температуру я сбил.       И смотрит на притихшего лихого. — Давай так. Тут драк не устраивать. Это медчасть. Захочешь взять реванш — после ужина. Сейчас мне некогда, — заявляет Юкон, пристально глядя на лихого. — Ладно.       Юкон хватает парня за отворот куртки, рывком ставит на ноги и разворачивает его к себе спиной, пальцами стукнув по точке, отпирая блок. Эрик наклоняется, упираясь рукой в край кровати, на которой лежит Фор.       — Ещё поговорим, — цедит он сквозь зубы и разгибается, держась за поясницу. Спина затекла.       — Всенепременно, — соглашается парень и подходит к Питеру. Смотрит на его бинты на ноге и оборачивается к лихим, стоящим рядом и зорко следящим за его передвижениями. — Глаза сотрёте. Лучше бы помогли его раздеть.       Бесстрашные переглядываются. Эрик выдвигается вперёд. Трис присаживается на край кровати рядом с Фором и смотрит на любимого, помня, что стреляли в него три раза из шокового. Сволочи. Гладит ласково по руке.       Питер стонет. Открывает глаза.       — Ребят, вы чего удумали? — едва ворочая языком, бубнит Питер, ловит их за руки, когда с него стаскивают штаны, предварительно развязав бинты.       — Трахнуть тебя, конечно, — без улыбки сообщает Эрик.       — А я против, — он изворачивается и пытается надеть штаны назад. Сценка с перетягиванием штанов затягивается.       — Руки убрал или я сплющу твои яйца, — летит угроза от Эрика. Он хватает парня за пах, и лицо Питера становится пунцовым от стыда. Его удар кулаком улетает в пустоту. Трис несдержанно ржёт, глядя как Эрик задирает Питера.       — Что смешного, дура?! — орёт со своего места Хейес и бьёт по руке Эрика, пока тот не отпускает его яички. Питер ладонями закрывает пах и ошалело смотрит на второго парня, который пытается подавить смех, но уголки его рта тянутся вверх.       — Я удавлю вас, нахрен! — шипит он. — Что смешного? Извращенцы!! Убрали руки от меня оба, живо!!       — Лежи спокойно, я обработаю рану, — говорит ему Юкон. Касается ноги и медленно оттягивает влипший пластырь.       — А-а-а!! — вопит Питер, вырывается и прыгает на одной ноге по полу в сторону выхода, прямо на охранника, у которого от удивления вытягивается лицо. Он заходит в момент, когда происходит сценка с побегом. Загораживает собой единственный выход.       — У меня дурное настроение и раскалывается башка, — закипает Эрик. — Скачи обратно, неофит хренов, или отделаю тебя по полной.       Питер застывает на полпути и оборачивается. Эрик сидит мрачный на кровати и не сводит с него тяжёлого взгляда. Юкон стоит и ждёт развязки.       — Ладно. Но если ты ещё раз меня схватишь за… — говорит Питер и замолкает, не закончив фразу, приставляет больную ногу, пытаясь на неё встать, и морщится от боли.       — Яйца, — продолжает за него Эрик.       — Я за себя не ручаюсь, — заканчивает угрозу Питер.       — Я за себя тоже, — парирует Эрик. — Живо прискакал обратно!       — Юкон, потом заглянешь к пленным? — вставляет наконец-то своё слово сопротивленец, всё ещё стоя у выхода. Юкон кивает, и тот, смерив ехидным взглядом парня в трусах, уходит.       — Всем дофига весело, — зло шипит Питер и, прискакав до кровати на одной ноге, садится с обиженным лицом.       — Обхохочешься, — мрачно бросает ему Эрик и поднимается, уступая кровать парню. — Лёг, и что б ни звука! Понял меня, Хейес?       — Предельно, — фыркает тот.       — Чудно.       Эрик огибает кровать и идёт к Кристине. Его девочка выглядит безмятежной. Он подтягивает стул ближе и садится к изголовью кровати. Гладит девушку по руке.       — Птенчик, — выдыхает он и слышит стон с соседней кровати.       — Всё-всё, маленький, — утешает медик, словно ребёнка. — Сейчас вколю обезболивающее. — Питер обиженно выпячивает нижнюю губу.       Пока Юкон занят Питером, просыпается Фор с мучительной болью в голове и трёт лоб.       — Чёрт, башка как раскалывается-то! — Он моргает и смотрит на спину Эрика. Трис улыбается, протягивает ему руки и давит на плечи, когда Фор пытается вскочить с кровати, вспоминая, что находится в агрессивной среде.       — Всё хорошо, всё хорошо, — успокаивает она его. — Всё хорошо.       — Эрик? — Фор бросает взгляд на спину напарника. Тот медленно разворачивается на парящем стуле в его сторону и тяжело смотрит на сослуживца.       — Ты в медчасти, — говорит он сквозь пылающую боль в лобной части. Юкон подходит к Эрику с блистером таблеток: синие капсулы в прозрачной таре.       — По одной с водой. От головной боли, — говорит он. Блистер забирает Трис. Она поднимается с кровати за стаканом воды. Выдавливает одну капсулу Эрику в ладонь. Тот заглатывает её и запивает водой. Фор следующий на очереди.       — Так что дальше, док? — задаёт вопрос Эрик. Юкон кидает на него беглый взгляд, продолжая обрабатывать рану на ноге Питера.       — Все вопросы к командиру, — бросает он короткую фразу.       — Когда? — Эрик ощущает, как тупая боль медленно, но отступает. Взгляд проясняется.       — По утру. Сейчас вас покормят — и спать.       — Хм, а как же реванш, док? — хмыкнув, уже без агрессии вопрошает Эрик. — Как раз ужин.       — Окрепни сначала, парень, — улыбнувшись, отвечает Юкон. Отворачивается, снова склоняется и закрывает ногу Питера в ванночку с жидкостью, накрывает его одеялом. — А душ не мешало бы принять.       Эрик хмыкает и переводит взгляд на Фора. Тот не всё понимает из диалога, но уже составил свою картину происходящего. Головная боль притупляется.       — Где душевая, док? — смотрит он на медика.       — В углу за ширмой. Я распоряжусь, чтобы вам выдали другую одежду.       Он с кем-то связывается по браслету, и парень быстро появляется в дверях палатки.       Юкон перечисляет ему, что нужно принести, и кивает на троицу, скученно сидящую на кровати. Все трое не сводят глаз с парня.       — Сейчас принесут одежду. Вот полотенца. — Юкон достаёт комплект из шкафчика и кладёт на столик. — Свою одежду положите в этот мешок.       Он показывает на пакет и кладёт его у выхода.       — Мне нужно отлучиться на часок. Не выходите. Еду сейчас принесут.       — Док, ты хотел сказать, не сбегайте? — уточняет Эрик.       — Догадливый.       Юкон без улыбки кивает и покидает общество Бесстрашных. Ребята переглядываются.       — Ладно, кто в душ первый? — Эрик поднимается и, стянув с себя футболку, бросает её в сторону мешка.       — Ты, — отвечает Трис. Он оборачивается к ней лицом и стягивает с себя штаны. Фор успевает прикрыть глаза Трис рукой, когда Эрик остаётся в неглиже и невозмутимо топает в сторону душевой. Фор только качает головой.       — Кажется, у него кукушка улетела, — говорит Питер, закатив глаза в потолок.       — Я всё слышу, — отзывается Эрик из угла; открывается вода, и следом взрывает пространство открытый мат. — Ах ты срань! Бля, где отстройка, мать их? А… блять, не заметил…       — Потереть тебе спинку? — летит вопрос с издёвкой от Питера.       — Ща досвистишься, мелкий засранец, — слышится рык из душевой.       — Не провоцируй его, — шёпотом предупреждает Фор, глядя на Хейеса.       — Он же меня за яйца пощупал, — злится тот в ответ.       — Он может вполне и поиметь тебя, — качает головой Фор. — В назидание. Так что рот прикрой.       — Чёрт.       Питер затыкает края одеяла под себя.       Сопротивленец приносит одежду и кладёт её на кровать Питера, которая ближе всех к выходу.       — Эй, сложи туда, — просит его парень.       — Тебе надо, ты и сложи! — отвечает сопротивленец и выходит.       Вода перестаёт шуметь. Из душевой выходит Эрик, вытираясь полотенцем. Трис отворачивается, но успевает разглядеть накачанную фигуру Лидера с синяками и ссадинами на теле.       — Ну что, сладкий, поиграем? — подначивает Эрик, подплывая к кровати, на которой лежит Хейес. Тот меняется в лице, потому что по выражению лица и взгляду не разобрать, шутит Эрик или нет. Лидер демонстрирует кубики пресса и накачанные руки и ноги, не стесняясь своей наготы. Берёт одежду с кровати и надевает, стоя лицом к Питеру. Только когда он садится на его кровать и зашнуровывает свои ботинки, Хейес облегчённо выдыхает.       — Никогда меня не подначивай, даже в шутку. Понял меня, неофит? — с металлическими нотками в голосе говорит Эрик, поднимается, одаривая парня тяжёлым взглядом.       — Да, сэр! — живо отзывается Питер, пряча виноватый взгляд.       Эрик подходит к кровати Кристины, садится на парящий диск стула и теряет ко всем интерес.       Трис смотрит на Фора.       — Ты первый? — спрашивает она.       — Давай.       Он идёт к душевой, она следом и, когда он раздевается, то забирает его одежду и несёт её к выходу к мешку. Заодно складывает в мешок и разбросанную одежду Эрика. Ждёт, когда выйдет Фор, и подаёт ему полотенце. Он прикрывает её этим же полотенцем, провожая в душ, забирает у неё одежду, тоже уносит в мешок. Одевается и ждёт, когда выйдет Трис.       Когда все одеты и обуты, мешок с грязной одеждой забирают. Трис сидит и сушит волосы полотенцем. Приносят незатейливый ужин. Ребята впервые за долгое время с наслаждением поедают рисовую кашу с хлебом. Яблоки и чай с пышками.       — А неплохо. Не то, что этот пластик в О’хара, — замечает Фор.       — Они здесь сами хлеб пекут, — кивая, отвечает Трис.       — У них тут и дети шныряют, — выдаёт Фор свои наблюдения.       — Здесь целые семьи, — продолжает она.       — Ты неплохо их узнала? — предполагает он.       — Мы сначала были здесь пленниками. Всем бойцам, которых доставили с нами, стёрли память. Мы с Крис были на очереди. Но всё решила очерёдность допросов. Они начали с Кристины, — вспоминает Трис, глядя на Фора. В её сторону поворачивается Эрик.       — На ней нашли передатчик и устроили допрос с сывороткой правды. Она рассказала, кто мы и откуда. Про Чикаго здесь почти не знают, только командир и пара человек. И Эо.       — Который мычит? — переспрашивает её Питер.       — Он свободнорождённый. Родился без языка. Здесь он следопыт. Это благодаря ему и Кристине мы вас нашли. Но до конца нам не верили, что это правда.       — Ты так и не сказала, как вы нас нашли? — спрашивает Эрик и внимательно смотрит на Трис. Она кусает губу и переводит взгляд на спящую девушку.       — Это странная история, — намеренно опуская некоторые подробности, отвечает Трис. — Их следопыт умеет заговаривать волкодава. Они попробовали это вместе, и вдруг Кристина забилась в припадке. Очнулась и закричала, что знает, где вы. Услышала ваши голоса и ещё ужасные крики, разрывающие голову. Голоса пересмешников, как потом ей сказали. Но Кристине никто не поверил, кроме Эо. Она сразу указала на город и точно его описала. Город-призрак, о котором здесь все знают. Эо сказал, что она указала верные координаты. Тогда Марк решил, что нет смысла туда кого-то посылать, потому что войти в город можно, но выйти из него нельзя. Все погибают. Проклятое место. Кристина собралась и сказала, что пойдёт сама и отыщет вас. Я с ней. Марк нас не отпускал. Эо его уговорил, тем более Кристина сказала, что слышала голос Ромита. Ромит для них, как красная тряпка для быка. Они с О’хара воюют давно, и с Провиденс тоже. Конечно, упускать такую возможность не стали и снарядили своих самых-самых… — Трис перевела дух и взглянула на Эрика. — А потом, когда мы подошли к границе с городом, то встретили большую стаю волкодавов. Кристина сказала, что именно они её тогда спасли, когда она скиталась по пустыне. Я не знаю, как ей удалось подчинить их вожака. Он был просто огромен. Он мне головой доходил до груди. Она с ним и обнималась, и даже оседлала его. Все мы были в напряжении, но только не Кристина. Даже Эо опасался стаи. Стая как бы оберегала Кристину. До самого конца.       Трис смотрит на Эрика и, понизив голос, выдаёт:       — Она умеет управлять волкодавами.       Он молчит, думает. И озвучивает решение:       — В Чикаго нам надо. Как Крис поправится, двинем.       — Загостились, — соглашается Фор.       — Кристина сказала мне, что нас в Провиденс везли, чтобы убить, — говорит Трис, глядя на Фора и Эрика. — Они не перестанут нас искать, и в Чикаго мы не будем в безопасности.       Эрик выпрямляется.       — Значит, найдём способ этому помешать, — заявляет он твёрдо.       — Марк, их командир, знает о них всё. Он сказал, что пока мы здесь, нас не найдут, — тихо добавляет Трис.       — Мы вас защитим, — отвечает ей Фор и обнимает девушку. Она ложится с ним рядом и кладёт голову ему на плечо.       — Завтра поговорю с их командиром, — говорит Эрик и стаскивает с себя ботинки. Ложится с Кристиной, отодвигая её чуть вбок. Укрывает одеялом. — Давайте спать.              В медчасти убавляют свет, и лихие понимают, что здесь всё прослушивается. На минутку вбегает Юкон, оставляя сумочку, подходит к кровати Кристины и ставит на прикроватный столик питьё в кружке, давая ценные указания Эрику.       — Как проснётся, дай ей это. Это отвар. Лечим её простуду. Если поднимется температура, зови меня. Коснёшься индикатора — я приду. — Юкон оставляет на столике тревожную кнопку.       Эрик кивает и медленно засыпает, всё ещё отслеживая звуки вокруг.