Часть 4. Глава 1. Момент настал

      Трис просыпается оттого, что замёрзла. Ей снова чудится комната в бараке и рядком лежащие парни на кровати, но пелена с глаз спадает, она видит привычную обстановку. После возвращения в Бесстрашие её не отпускает тревожное состояние. Жить в пустыне в условиях войны — дело непростое. Но сложнее всего мириться с тем, что Кристина по ту сторону стены, с этим человеком, который подчинил её себе, и никто — ни Фор, ни Эрик — не хотят и слышать, что Кристина жертва обстоятельств, а не виновница. Остальные, кто был не посвящён в ситуацию, жалели девушку и желали её скорейшего возвращения.       В Чикаго мирное соглашение держалось на честном слове. Эвелин просила себе полномочий больше, чем имела на то право. Здание Эрудиции уже принадлежало ей, но женщине было этого мало. Она почувствовала власть. Опьяняющую. Большинство горожан поддерживало её позицию. Эрик по-прежнему придерживался нейтралитета и не желал становиться силовой поддержкой какой бы то ни было из сторон. Но Чикаго являлся стратегическим местом в войне с Высшим советом, и внутренние дела нужно было решать быстрее. Он уже видел монстров Пустыни и ощутил на себе сполна убийственную мощь штурмовых отрядов Провиденс и О’хара. Но было ещё несколько военных баз, и той кучки повстанцев просто не хватит, чтобы отвоевать себе свободу.       Когда здесь, в Чикаго, кричали о правах человека, не ведая, кем на самом деле являются его жители, Эрик только поджимал губы. Навести порядок — это всё, чего он желал сейчас, но события развивались иначе, и ему приходилось снова и снова сдерживать волну негодования.       Фор стал его вторым командиром. После похода в Пустыню были отброшены прочь обиды юности. Эрик точно знал, что на него можно положиться. К тому же Фор имел некоторое влияние на свою мать — Эвелин. В остальном ни дня не проходило без стычки с анархистами. У Эрика по привычке слетало с губ слово «изгой». Нарушители порядка провоцировали на конфликт. Череп патрулировал город, но сил Бесстрашных не хватало на всех.       В комнату постучали. Трис быстро поднялась и на цыпочках по холодному бетонному полу подбежала к двери и распахнула её.       На пороге стояла Лу в полном боевом облачении.       — Трис, быстрее. У тебя десять минут. Вторая машина у КПП. Оружие взяли.       Не дожидаясь ответа, Лу разворачивается и сбегает вниз по лестнице.       — А Фор? — с опозданием кричит ей вслед Трис.       — Он там! — слышится её голос с нижних этажей.       Трис быстро одевается, шнуруется, закидывает в рот мятную жвачку вместо того, чтобы почистить зубы и поесть и бежит к месту формирования отрядов.       Все подняты по тревоге. Она видит Черепа, бегущего в другую сторону.       Броневик уже ждёт. Он стартует с места и несётся вдоль домов к центральной улице. У третьего перекрёстка отряд выпрыгивает из машины и ребята накидывают на неё защитный камуфляж.       Трис заблаговременно сдвигает оружие из-за спины и обозревает территорию вокруг. Юрайя целится в сторону дороги, Зик в сторону домов.       — Что случилось? — Трис выплёвывает жвачку и берёт новую. Тройная мята взрывается на языке, и рот временно выхолаживает стужа. Эту жвачку им отдал блоком Марк. Раздали по друзьям, и у Фора с Трис осталось только две пачки. На особый случай.       — Изгои готовят диверсию, — отозвался Зик, взглянув на девушку.       — Есть наводка, что они заложили взрывчатку, — добавляет Фор и привычным жестом сверяет карту с хронометром на часах, потом захлёстывает второй ремешок на запястье Трис. Она всего месяц в разведгруппе «Пять», а он всё забывает ей вручить этот браслет. Но сегодня особый случай.       — Наша задача — найти и обезвредить взрывчатку, — говорит Фор и оборачивается на шорох. В окне здания мелькает лицо Хлои.       — Фух, успела! — она часто дышит от быстро бега. На ней одежда анархистов. — Взрывчатка в тоннеле. Они нашли лаз. Я видела издалека, но направление укажу точное.       — Идём.       Отряд выдвигается. Быстрыми перебежками они достигают высохшего русла реки, и их передвижение скрывает высокая сухая трава и чернозём.       С неба мелкими хлопьями летит снег, меняя пейзаж.       — Вот срань! — ругается Хлоя, и группа прижимается к правому берегу, когда по дороге проносится с десяток броневиков.       «Приём. Группа «Пять», докладывайте, приём!» — слышится голос в рации. Эрик мониторит передвижение отрядов.       — Приём! Мы на пути к цели. С нами Жнец. Приём! — рапортует Фор.       «Приём! У вас есть не больше двадцати минут. Доложите о готовности. Приём!» — доносится в ответ.       — Вас понял. Конец связи, — Фор завершает сеанс связи, и через мгновение вся группа бегом пересекает открытый участок. По одному они достигают края и взбираются по земляной насыпи наверх. Трис помнит это расположение. Этим же маршрутом они шли в первый раз к закрытым тоннелям, где нашли Ирму и оголодавших людей. Те тоннели охраняют Бесстрашные. Но Ена показывает другое направление, и отряд перебегает дорогу, оставаясь незамеченным.       — Вижу машину и… — Лу считает людей в видоискатель прицела винтовки, вскинув её в направлении противника. — Семеро. Что-то таскают. Какие-то баки.       — Решили устроить яркий бабах, — говорит Хлоя и смотрит на ребят. — Я попробую их отвлечь. Дам вам время.       — Хлоя, нет! — Лу не успевает цапнуть подругу за рукав, как та уже уносится вперёд.       — Рассредотачиваемся. Наша цель — взрывчатка! Кто находит первым — докладывает! Всё ясно?! — Фор видит согласные кивки от каждого и притормаживает Трис: — Идёшь в моей связке.       — Тоннели соединяются ведь? — предполагает шёпотом Трис, вспоминая тот, по которому они часто ходили. Фор идёт впереди, и она видит кивок его головы. — На пути здания суда и школы. Кристи рассказывала о старых колодцах в подвале здания.       — Я просил не упоминать имени предателя… — оборачивается Фор.       — Там дети! — Трис резко останавливается. — Роуз и Ирма. Скоро начнутся занятия. Фор мрачнеет.       — Это твоё предположение, Трис, — отвечает он.       — Их надо эвакуировать! — восклицает она и вцепляется ему в куртку.       — И сразу поймут, что мы знаем о готовящемся теракте. — Фор тоже останавливается.       — Тогда предупредить? — она умоляюще смотрит на мужа. Тот кивает и связывается с Эриком.       — Приём! Группа «Пять». Взрывчатку закладывают в тоннеле, идущем через школу Искренности. Надо предупредить их. Приём!       «Информация точная? Приём!» — раздаётся в ответ.       Фор смотрит на Трис и выдаёт свой ответ.       — Подтверждаю. Приём!       «Вас понял. Конец связи».       Фор смотрит на Трис и даёт отмашку направления движения. Они скрыты зданием, но впереди открытая площадка. Слышны выстрелы. Сначала одиночные, затем длинными очередями — и снова тихо. Фор с Трис перебегают пустырь в направлении к разрушенному зданию.       Фор снимает две цели прежде, чем те успевают среагировать. Трис поскальзывается на ледяной луже и вовремя успевает затормозить перед вынырнувшим перед её носом боевиком, отклоняясь в сторону от просвистевшего у самого носа ножа. Перехватывает его руку, подсекает под ногу, хватает за запястье, выворачивает её до хруста и тем же ножом, который в мгновение ока оказывается у неё в руке, бьёт остриём по корпусу, нанося две смертельные раны. Анархист падает замертво. Фор снимает охрану у входа в тоннель, и вместе они сбегают по ступеням вниз. В тоннеле слышны выстрелы.       Из-за поворота на них выбегает Лу.       — В какой?! — троица оказывается на развилке. Трис чувствует, что она уже видела подобное, в том городе. Эхом разносятся выстрелы где-то впереди, но определить, из какого тоннеля идёт звук, сложно.       — Разделимся, — говорит Трис и бежит в тоннель, который лежит прямо перед ней. Фор не успевает её притормозить. И кивает Лу на второй тоннель, а сам уходит в третий.       Трис выключает фонарик и движется у самой стены, осторожно ступая. Оборачивается. Ей кажется, что за ней кто-то движется, но всё это игра воображения. Она понимает, что это всего лишь тоннель и ничего здесь быть не может.       Беатрис…       В тоннеле неожиданно слышит своё имя. Она припадает к бетонной стене спиной и зажмуривается, хотя здесь темно. Хочется включить свет, но она тогда себя выдаст.       — Это всё ветер, — успокаивает она себя и продвигается вперёд.       Беатрис…       Голос брата ввергает её в ужас. Она останавливается и холодеет.       — Это не может быть правдой. Ты умер, — дрожит её голос. Но зов повторяется. Трис сковывает животный страх и ей уже кажется, что она видит образ своего брата, как нечто такое светящееся. Она пытается успокоиться.       Беатрис?       — Калеб?       Кристина в опасности.       — Откуда ты знаешь?       Знаю…       — Ты правда говоришь со мной? — Трис делает шаг навстречу знакомому образу.       Я чувствую тебя…       Впереди раздаётся движение. Трис вскидывает винтовку и видит мечущийся луч света. Кто-то бежит ей навстречу.       Осторожно!       Трис сбивает с ног изгоя, садится на него верхом и светит в глаза.       — Где бомба?! — рычит она ему в лицо.       — Где надо! — отзывается парень. Она ударяет его прикладом по голове. Свет выключается, и Трис, вскочив на ноги, продвигается вперёд. Теперь она слышит какое-то перетирание рядом, будто чешуя царапает каменный пол.       — Калеб? — предполагает она.       Здесь…       Шуршание останавливается, и Трис доверяет теперь и бесплотному голосу, и своим ощущениям. Она включает фонарик и подсвечивает большую гору из баков, опутанных проводами. На всех баках нанесена маркировка «Осторожно. Легко воспламеняется». Электронный счётчик времени показывает, что до взрыва осталось две минуты.       — Как это обезвредить? — Трис пытается разбудить рацию, но здесь не ловит связь. — Калеб? У нас две минуты. Где Фор? — она набирает в лёгкие воздуха и орёт его имя.       Они не успеют…       — Калеб, как это обезвредить?       Я думаю…       Время неумолимо тает. Остаётся минута до взрыва.       — Калеб? — поторапливает голос брата с ответом девушка.       Здесь нет системы…       — У нас нет времени! Десять секунд! — Трис смотрит на эти провода и на утекающее время.       Этот!       Неведомая сила направляет её руку к вороху торчащих проводов. Трис чувствует, как смыкает онемевшие пальцы на одном из них и с силой выдёргивает его из пластида. Цифры замирают на отметке две секунды.       Трис мелко колотит. Она наваливается на стену спиной и съезжает на пол.       — Калеб, почему сейчас? — по её щекам текут слёзы.       Момент настал…       — Момент? Какой момент? — она переспрашивает его, но в тоннеле раздаются топот ног и голоса.       Она зовёт брата по имени, но на её голос прибегают лихие.       — Почему так долго?! — кричит на прибывших Трис, хочет подняться и не может. Ноги совсем не держат. — Я звала на помощь!       — Это ты обезвредила?! — удивлённо восклицает Лу, садится напротив и трясёт её за плечо. — Фор, кажется, у девочки шок.       — Ты смогла обезвредить взрывчатку? — Фор смотрит на цифры, застывшие на табло, гору баков со взрывчаткой, ворох проводов и один из них, торчащий штекером вверх. — Трис?!       — Трис! Ты нас спасла! — Хлоя смеётся, но Трис её не видит. Фор подхватывает жену на руки и несёт к выходу. Трис оживает не сразу. Потерянно озирается по сторонам.       — Всё хорошо, ты это сделала. Расскажешь, как? — просит её Фор. Она кивает и тут же отрицательно качает головой.       — Я не знаю, — отвечает она, и её взгляд устремляется ко входу в тоннель. — Я его слышала, он меня направлял.       — Кто направлял? — Фор хмурится.       — Калеб. Он… его голос. Я его слышала, —Трис делает шаг ко входу, но Фор её удерживает от попытки вернуться. К месту съезжаются патрульные. Бочки выносят, а потом и всё остальное.       Броневик подбирает группу и везёт назад в Бесстрашие.       — У неё шок, — Лу смотрит на Трис, покачивая головой. Все уже знают, что Калеб погиб. Ему даже устроили похороны в Пустыне.       Фор обнимает жену за плечи и успокаивает. Она повторяет, что слышала брата, что это он направил её руку на нужный провод. Говорит это и трясущимися руками размазывает слёзы по щекам.       — А я с ним даже не попрощалась… там.       Остальные ребята только переглядываются между собой.       Эрик заглядывает в медчасть. Хоть и нет такой необходимости. Трис не ранена, но он хочет сказать ей спасибо. Мардж что-то ей вколола, и девушка едва ловит зрительный фокус, лёжа на кушетке.       — У неё посттравматический шок, — будничным тоном констатирует врач, оглядываясь на Коултера через плечо. Мардж стоит у приоткрытого окна и после каждой затяжки сигареты выпускает струйку дыма. — Вколола ей успокоительное.       Фор сидит рядом с женой и держит её за руку. Смотрит на Эрика. Тот на него.       — Просто повезло, — отзывается Итон.       До Эрика уже долетел слух о том, что внезапно воскресший брат направил руку девушки, чтобы вынуть нужный провод. Раньше он бы только фыркнул на это и посоветовал бы человеку подлечить мозг, но после аномальной зоны внезапное воскрешение уже не кажется ему таким уж и нереальным.       Трис ждала его прихода, и в тот самый момент, когда Эрик уже открывал рот, чтобы поздравить неофита с выполнением непосильной задачи, выпалила:       — Он сказал, что Кристина в опасности.       Лидер тут же изменился в лице.       — Я просил не упоминать её имени… — цедит он зло.       — Да послушайте же вы!! Без её видений вы бы не выбрались из того города! — внезапно кричит Трис и вцепляется в его руку мёртвой хваткой. — Он её приручил! Гаррет пытался снять это проклятие, но программа создана для подавления…       Эрик зло выдёргивает руку и отступает.       — Мардж, вколи ей ещё дозы! — рявкает он.       — Она жертва! Она пыталась много раз! Он заставлял её! Это военная программа. Так они подчиняют пленных!       Трис хочет встать, и Фор тщетно пытается успокоить жену. Она отбивает его руки и кричит на Эрика последними словами, что он осёл упрямый, сдался, отдал Кристину Ромиту, что так не поступают с теми, кого любишь! Мардж остановила истерику, и в медчасти снова наступила тишина.       — Ёж-мать, блять! Фор, забирай её нахрен из медчасти, — Мардж бросает пустую капсулу в жестяную миску и уходит, сунув руки в карманы медицинского халата.       Эрик уходит следом. Фор смотрит на Трис. Такой он её не видел никогда. Да, она защищает подругу, но то, что они там пережили вместе до их спасения, наложило отпечаток на поведение обеих. Слова до сих пор звенят в его голове.       А ведь слово «программа» звучало неоднократно от Юкона, Марка. Но никто из них не сказал это напрямую. Какая программа способна подчинить человека до такой степени, что он добровольно откажется от одного любимого человека и подпишет брачный договор с другим?!       Фор тяжело вздыхает. Всё это кажется каким-то бредом. Но в голове всплывают слова Кристины, там, когда они вернули её с того света: «Город забрал его. Он стал стражем. Халлок». А теперь Трис слышит брата. Всё это кажется зловещим предзнаменованием.       Фор подхватывает на руки Трис и несёт в их квартиру. По дороге много желающих помочь, но он лишь просит Чейза провернуть в замке ключ.       За окном темнеет. Фор укладывает Трис на кровать. Накрывает её одеялом и идёт на кухню выпить чаю. В кружке уже остывший. Он кидает взгляд на тарелку с кексами. Теперь и Трис подсела на них. Не проходит и дня, чтобы она не упоминала имени подруги и не просила вызволить её из плена.       — Калеб…       Фор слышит голос Трис. Она разговаривает во сне. Он заметил за ней эту привычку давно. В минуты потрясений она разговаривает. И у неё можно даже что-то спросить, и она ответит, правда, после пробуждения не помнит ничего.       Фор осторожно подкрадывается к ней и садится у края кровати, глядя на спящую жену.       — Калеб… — повторяет она и стонет.       — Калеб — это Халлок? — задаёт он короткий вопрос.       — Да, — отвечает коротко она.       — Что ему нужно? — вопрос рождается спонтанно.       — Он предупреждает, — отвечает она.       Фор записывает разговор на устройство.       — О чем предупреждает?       — Опасность… — тихо выдыхает она и поворачивается на спину.       — Кто в опасности? — продолжает осторожно интересоваться Фор.       — Кристина в опасности.       — Что с ней?       — Опасность…       Больше ничего нельзя узнать. Все вопросы приводят к одному и тому же знаменателю — «опасность».       Фор смотрит на свой остывший чай в кружке на кухонном столе. Идёт в душ, долго стоит под струями воды, переваривая услышанное, и возвращается в спальню. Аккуратно, чтобы не разбудить Трис, ложится на кровать и подкатывает девушку к себе под бок. Закрывает глаза. Он возвращает свою память к тому злосчастному дню и потасовке в лагере сопротивления, но в воспоминаниях всплывают совсем другие моменты, когда Кристина сидела в окружении псов Пустыни у лагеря, настоящая Бесстрашная, «Повелитель волкодавов».