Часть 5

Высокие двери распахнулись, и четверых повстанцев – закованных уже всерьез – ввели в просторный и помпезный, но утопающий в полумраке зал. В его глубине полосами холодного света из узких окон обозначились ступени тронного возвышения, у подножия которого пленников довольно бесцеремонно швырнули на пол. Сгусток плотных теней колыхнулся, привлекая внимание к фигуре Императора на троне. – Ну-ну, не надо грубостей! Молодые люди – наши гости, – сказал он заботливым голосом, раскинув руки в притворном радушии. – Похоже, они просто немного заблудились по дороге сюда... Приношу свои извинения за плохие манеры моих гвардейцев. Палпатин махнул рукой, и наручники Леи и Люка упали на пол. Заметно потрепанные Хан и Чубакка медленно поднялись за их спинами. – Как вы смеете похищать нас средь бела дня в нейтральной системе, нарушая все мыслимые законы? – вышла вперед Лея, гневно сверкая глазами и сжав кулаки. Ее, конечно, не тронул дружелюбный тон Палпатина. – О, боюсь, что нарушителями закона здесь являетесь вы! – все так же миролюбиво пожурил он. – Но я устроил нашу встречу не для того, чтобы судить вас. – И чем же мы так важны для Империи? Лея склонила голову набок, скрестив руки на груди. – Думаю, вы не станете отрицать, что являетесь одними из предводителей мятежников и виновны в убийстве множества имперских подданных, – скучающим тоном пояснил Император. – Но в данном случае не я приказал захватить вас. Это была личная инициатива лорда Вейдера, которую я вынужден был пресечь. Лично я желал бы устранить любое недопонимание между нами, не прибегая к насилию. Уверен, мы все хотим одного: чтобы в Галактике наступил мир! – Отпустите наших друзей, и мы попробуем это обсудить, – сбавила тон Лея. – Кажется, они преступники: дезертиры и контрабандисты. Их отдадут под суд, – равнодушно отмахнулся Палпатин. – Угрозами нашим друзьям вы ничего от нас не добьетесь! – поддержал сестру Люк. Император изобразил улыбку, которая не коснулась глаз, горящих лавой под темной накидкой. – Так и быть, в качестве гарантий моих добрых намерений я их помилую. На первый раз. С экипажа «Сокола» сняли оковы и поволокли из зала. Чуи заревел, а Хан бросил отчаянный взгляд на брата с сестрой, но оба в ответ решительно покачали головами. Когда двери вновь захлопнулись, оставив Скайуокеров наедине с повелителем Галактики – и их величайшим врагом, тот простер к ним руки, как бы увещевая. – Я вижу, вы полны праведного гнева на Империю и готовы пойти на многое ради победы своего Альянса. Ваша страсть похвальна, но она затуманивает рассудок. Оглянитесь! Ваше Восстание сеет хаос, выдавая это за возрождение Республики. Только сильная централизованная власть способна принести в Галактику мир, справедливость и процветание. И все это – в ваших руках! Вы – наследники, которых я так долго ждал, ниспосланные самой Силой!.. Если бы вы двое только знали свой потенциал... – мечтательно воскликнул он, а затем его голос понизился. – Но сначала я должен посвятить вас в тайну, не доступную пока широкой общественности. Как выяснилось, лорд Вейдер давно ждал случая узурпировать трон, и до сих пор умело скрывал свои подлые намерения! Все эти годы у меня за спиной он подрывал прогрессивные начинания нашего режима бесчинствами в разных уголках Империи. Подданные часто жаловались мне на жестокость и беспринципность командующего, но он ловко обманывал меня, старика! В обход моих распоряжений он уже начал строительство новой боевой станции... – тон Палпатина был полон горечи и презрения. – Но вам больше не нужно жить в страхе перед Вейдером. Теперь у нас всех есть возможность восстановить справедливость, и тогда закончится эта долгая война и наступит новая эра процветания для всех народов Галактики! Речь Императора смутила близнецов, заставив их растерянно переглянуться. Какую игру он затеял? Палпатин тем временем подал знак двум алым гвардейцам у дверей. – Приведите его! Им не пришлось долго ждать. Уже вскоре скованного по рукам Дарта Вейдера вывели в центр зала и заставили упасть на колени перед помостом, где на троне восседал Император. Тот встал со своего места и величественно спустился к Скайуокерам и своему бывшему подручному, постукивая тростью о мрамор. Черный балахон почти полностью скрывал его сгорбленную фигуру и часть лица, испещренного глубокими морщинами. Одновременно Люк с изумлением осознал, что за этой показной, слабой личиной скрывается средоточие темной энергии не меньшего могущества, чем была у их отца. Но в отличие от Императора-ситха, который сворачивал Силу вокруг себя, словно кокон, Вейдер ощущался странно. Куда делась его мощь?.. И тут его взгляд упал на подобие ошейника, застегнутое у горжета под шлемом. Ошеломленный, юноша не заметил, как Палпатин оказался совсем рядом. Он цепко приобнял Лею за плечи, чтобы развернуть ее к скрытому маской лицу своего мятежного вассала. – Лорд Вейдер, что вы можете сказать перед этим свидетелем в оправдание своих преступлений? – холодно обратился Император к Темному Лорду. Внимание Люка все это время было приковано к Вейдеру, массивная фигура которого оставалась все такой же неподвижной и безмолвной. Тусклый свет из высокого окна очерчивал резкий профиль склоненного шлема, грубые руки в перчатках, упирающиеся в колено; изорванный и пыльный плащ больше не придавал военачальнику грозной властности. Левый рукав его костюма был рассечен и оплавлен, оголяя схемы искусственной руки. Что, если Лея была права, и в нем не осталось ничего человеческого?.. Его вывело из оцепенения знакомое низкое гудение. В руке старого ситха зажегся синий световой меч – меч Люка! Ему с тоской вспомнилось, как его забрали инквизиторы. – Я ощущаю в тебе гнев, девочка, – почти прошептал Император за плечом Леи. – Доверься своим чувствам! – он вложил в ее руки клинок и мягко подтолкнул вперед. – Виновный в гибели твоей семьи и родной планеты должен понести заслуженное наказание! Лея вздрогнула, с ужасом взглянув на брата, и отпрянула. Но внезапно на ее лице мелькнула решимость, и, сжав зубы, она резко развернулась, описав в воздухе ярко-синюю дугу. Шипящее лезвие замерло, так и не достигнув цели. Палпатин одной лишь ладонью создал невидимую стену перед собой, а затем с силой швырнул девушку на пол, даже не прикоснувшись. Меч снова оказался в руках ситха, а Лея продолжала лежать, не шевелясь. Люка пронзил ледяной ужас от страха за сестру. Он тут же кинулся к ней, но был остановлен Палпатином, заступившим ему дорогу. – Девчонка не пострадает, если ты проявишь больше благоразумия, юный Скайуокер. Возьми меч своего отца и казни предателя! Люк помедлил, затем все же протянул руку, и знакомый цилиндр легко скользнул по воздуху в ладонь. Он посмотрел на оружие, затем перевел взгляд на склоненный перед ним жуткий шлем. Вейдер так и не сказал ни слова в свою защиту, и в наступившей тишине его дыхание звучало особенно громко и зловеще. Он больше не отдавал приказов и не требовал, снисходительно глядя с высоты своего огромного роста, а лишь покорно ожидал своей участи. Любой повстанец был бы рад такому случаю избавиться от лютого врага, погубившего столько жизней. Один удар – и Палпатин лишит себя опоры, на которой держится власть в его тоталитарном государстве. Власть, которую он сам – по собственному заявлению – готов передать в руки Скайуокеров. Еще немного, и Восстание, почти утратившее веру в победу, получит шанс!.. И Лея будет в безопасности. Он напряженным шагом приблизился к монстру в черных доспехах, который ничем не напоминал его легендарного героя-отца. Возможно, Бен не совсем солгал ему, и в Вейдере действительно не осталось ничего от Энакина; его место заняла лишь жажда власти. И теперь, лишенный Силы, лорд ситхов больше не казался таким несокрушимым. Люк поднял зажженный меч. – Нет! – вдруг раздался хриплый выдох Леи. Одновременно с ним синяя плазма опустилась на горжет, издав пронзительный скрежет. Ошейник со звоном ударился о каменный пол. Вейдер, который продолжал стоять, сгорбившись, еще одно долгое мгновение, уже в следующее разорвал сковывавшие запястья цепи и с яростью ударил воздух перед собой ладонью. Его бывший господин, все еще с торжествующим видом стоявший к нему лицом, в ту же секунду отлетел к стене и впечатался в нее так, что посыпалась каменная крошка. Люк поспешил бросить отцу, уже поднявшемуся на ноги, свой меч – меч Энакина – и тот поймал его, на мгновение задержав на сыне взгляд красных линз. – Уходите! – бросил он, едва успев остановить синим лезвием ветвящийся поток молний Силы. Те вскоре иссякли, и в руке противника вспыхнул с шипением зловещий алый клинок. Палпатин одним прыжком оказался перед Вейдером, скрестив с ним оружие в оглушительном треске, и серией быстрых и мощных ударов начал теснить его назад. Вейдер заметно уступал ему в скорости и реакции, полагаясь больше на грубую силу в единственной рабочей руке. Они не ограничились поединком на мечах. В попытках нанести один другому максимальный урон, противники начали срывать со своих мест мебель и элементы богатого убранства. Вокруг разразился настоящий ад. Люк помог сестре подняться, и они бросились к выходу. Но там их уже ждали двое алых гвардейцев, преградив дорогу скрещенными пиками. Сосредоточившись, джедай Силой сдернул со стены тяжелый гобелен. Огромное полотнище рухнуло, погребя под собой застигнутую врасплох охрану и дав беглецам небольшую фору. Лея тем временем метнулась к боковым дверям, которые оказались незаперты. За ними, на их удачу, открылся широкий пустой коридор. Самоуверенность Императора была им на руку. Люк еще раз нерешительно оглянулся на тронный зал, вспыхивающий красно-синими отсветами. В Силе бушевал настоящий шторм, словно сталкивались две невиданного масштаба стихии. И он был уверен, что Тьма здесь не властвовала абсолютно: джедай, хоть и едва обученный, ясно чувствовал в этом вихре проблески Света. Где-то в глубине дворца послышались взволнованные голоса и топот ног. Близнецы нырнули в менее освещенный боковой коридор. И тут же оказались под дулом карабина. – Ну-ну, так и знал, что словам джедаев нельзя доверять. Фетт махнул винтовкой в сторону, приказав им войти в помещение для прислуги, к счастью, пустовавшее. Охотник прикрыл дверь и прислонился к ней спиной. – Вас нельзя и на минуту оставить без присмотра! – отчитал он их гневным шепотом, не решаясь повысить голос. – Что вы здесь устроили? Вам было сказано сразу же вернуться на корабль! Лея сердито уперла руки в бока. – Долго объяснять! Нам нужно немедленно выбираться отсюда! Ты ведь уже получил за нас достаточно кредитов, так? А Вейдер тебе вряд ли заплатит, если сейчас победит Император, – ехидно заметила она. – Почему бы тебе просто не отпустить нас? Охотник, казалось, был поражен. – Дарт Вейдер... бросил вызов Императору? – И было бы удачей для Галактики, если бы они прикончили друг друга! Люк тронул сестру за плечо. – Мы не можем его бросить, Лея! Он посмотрел на наемника. – Вейдер сейчас в одиночку сражается с Палпатином, но он ранен. Может быть, это наш последний шанс свергнуть тирана! Если в их схватке победит Палпатин, он устроит кровавый террор и не успокоится, пока... Его тирада была прервана Феттом, который вместо винтовки наставил на Скайуокеров палец в перчатке. – Слушайте внимательно. Я сейчас посажу вас на корабль, и вы немедленно уберетесь с планеты! – Ты всерьез... отпускаешь нас? Лея переместила недоверчивый взгляд с Фетта на Люка, в глазах которого отражалось разочарование. Игнорируя угрозу, она придвинулась к охотнику и с вызовом уставилась в визоры его шлема. – Вейдеру мы нужны живыми, и он приказал не спускать с нас глаз, верно? Так что придется тебе пойти с нами и проследить... за нашей безопасностью. Потому что мы никуда не едем! – Но минуту назад вы хотели именно этого, – устало возразил наемник. Видимо, он уже жалел, что не запер их на своей базе до лучших времен. Брат с сестрой ухмыльнулись друг другу. – Планы изменились! Не поможешь вооружиться?