Часть 10. Эффективность исповеди: 97%.

Академия в это время была довольно оживлённой. Занятия закончились и студенты то и дело заполняли коридоры, залы, Библиотеку, внутренний дворик и вообще всё, что можно было заполнить. Элирана шла по коридору, иногда встречая кого-то, кто шёл сдавать свои заклинания в Скрипториум. Глядя на Элирану, точнее, на её безразличный и усталый вид, студенты морщились, понимая, что их работы сейчас тоже могут быть разбиты вдребезги. Её формулу хоть и приняли, но ей как будто было всё равно. «Практика. Каэлин. Затем Лориан. Теперь это… — она едва заметно вздохнула. Её шаг замедлился и вскоре остановился вовсе. - Зачем я вообще сделала этот дурацкий свет? Зачем доказывала что-то? А зачем его приняли? Илвериэль вообще ничего не сказала. Лучше бы я сделала что-то практичное». Она прислонилась к стене, недалеко от лестницы, думая о сегодняшнем дне. Студенты ходили перед ней, чётко зная, куда им надо, но она не обращала на них внимания и смотрела на настенный канделябр. Казалось, что она потеряла счёт времени и просто стояла без каких-либо мыслей в голове. «А Лориан, где он? В Библиотеке? В Трапезной? В Оранжерее? Во дворе? Мне нельзя попадаться ему на глаза. Не сейчас. Нужен… отдых. Нужно… я знаю куда нужно», — спустя какое-то время пробежало в её сознании. Лениво оттолкнувшись от стены, она побрела вниз, оглядываясь, нет ли где Лориана. Элирана спустилась по последней на её пути лестнице и оказалась в зале перед центральным входом в Академию. Здесь шум жизни затихал. Последние студенты торопились в Трапезную, но Элирана шла не туда. Она свернула налево и оказалась у двери, ведущей в Комнату Смирения. Именно здесь, за молитвой в тишине она надеялась сбросить со своих плеч весь груз сегодняшнего дня. Коснувшись дверной ручки, она услышала неразборчивый шёпот из комнаты. Её ладонь остановилась на полпути и тихонько вернула ручку в исходное положение. «Ладно. Подожду». Она шагнула в сторону, присела на небольшую, резную скамью и уставилась на лестничные ступеньки. «И кто там? Паломникам сегодня нельзя. Лориан сюда практически не ходит. Илвериэль сидит наверху с Тарнором. Остальные только бегают из комнат в Трапезную», — Элирана коротала время, размышляя, и в какой-то момент шёпот за дверью стих. Скрип дверной ручки заставил её инстинктивно обернуться в сторону двери. — Телвин? — с удивлением спросила она, видя выходящего однокурсника. — Нельзя так пугать! — дрогнул он. — Сидишь тут в углу как мышь. — Прости, я думала, ты слышал меня. Вот, — Элирана подвинулась и похлопала ладонью по лавке. — Садись. — Ты… одна? — он присел рядом. — Выглядишь не очень. У тебя всё хорошо? — Ну… почти. Но в целом, да. Всё нормально. — Элирана устало улыбнулась. Телвин кивнул. На несколько секунд между ними повисла тишина. — Если ты ищешь Лориана, то он полчаса назад шёл в Оранжерею, — нарушил тишину Телвин. — Я… Нет, не ищу, — неуверенно ответила Элирана. — А ты? Почему ты здесь? — будто невзначай переводя тему разговора, проговорила она. — Отвёл Каэлина к медикам, побыл с ним какое-то время и пришёл сюда, — с тяжестью ответил Телвин. — Он… в порядке? — В какой-то мере. Жить будет, а вот с магией могут быть проблемы. — Проблемы? А экзамен? — Экзамен для него уже окончен, Эли, — грустно ответил он. — То есть… всё? Он уйдёт? — Я не знаю, это не мне решать. Медики сказали, что на восстановление уйдут годы. Рана заживёт относительно быстро. А вот магический потенциал — это проблема. Он снизился. — Кошмар… — Элирана не знала, что ещё сказать. — Кошмар, — подтвердил Телвин. — Но он сам не хочет. Может это просто первые эмоции, но он собирается добровольно уйти. — Добровольно? Разве это… правильно? Я имею в виду — вот так сдаваться после первой серьёзной неудачи? — Дело не в правильности, Эли. Он считает, что Тарнор нарушил протоколы безопасности, — голос Телвина сменился на шёпот. — И знаешь. Я тоже считаю этот поступок варварским и неприемлемым для мастера такого уровня, как Тарнор. Элирана опустила глаза в пол, её голос также сменился на шёпот. — Да. Ты прав, но… — Не надо «но», — оборвал её Телвин. — Я твёрд в своих убеждениях. И Каэлин тоже. «… лучше потерять руку в зале, чем голову в поле», — уже про себя договорила Элирана. — А ты? Что будешь делать теперь? — Элирана подняла на него взгляд. — Ну… Напарника на экзамен у меня теперь нет. Буду ждать следующий экзамен. Или… Я не знаю. Посмотрю, что будет с Каэлином. — Понятно… Мне жаль, что так вышло, Телвин. — Что поделать, — пожал он плечами. — Ладно. Пойду я. Почитаю что-то. Элирана осталась на лавке и проводила его взглядом. «Это правильно и… неправильно. Вот это всё», — она покрутила на запястье ремешок Лориана и, поднявшись, зашла в Комнату Смирения. «Как тихо», — подумала Элирана, закрыв дверь. Воздух здесь был насыщен покоем, в отличие от наэлектризованного магией в Зале Испытаний. Она остановилась в дверях, осматривая комнату. Канделябры, те самые, идеально рассчитанные, чей свет Тарнор бы назвал «эталоном эффективности», здесь почему-то не резали глаза. Её взгляд скользнул в самое сердце комнаты — в сторону статуи. Складки на каменном плаще, опущенные веки, ладони, лежащие на головах детей. А сами дети прижимались к нему в доверии, будто ища защиты. Она смотрела на статую, её голос был тихим, но довольно резким: — Ну что? Смотрю я на тебя и на этих детей. Ты их благословляешь или фиксируешь на месте, чтобы никуда не убежали? Она оттолкнулась от двери и сделала два медленных шага в сторону статуи. — Я не понимаю, — выдохнула она, — ты ведь видел, что сегодня произошло? Почему, в таком случае, он отвернулся от меня? Почему начал ставить нас на место Каэлина и Телвина? С нами этого не произошло как раз по причине нашей отлаженной работы. Почему он обижается и говорит, что я превращаюсь в Мастера Тарнора? Почему он не понимает, что без всей этой эффективности мы закончим как Каэлин? Разве я не права? Разве Каэлин не ошибся? Элирана стояла, будто ожидая услышать ответы. — Я не превращаюсь ни в кого, я просто пытаюсь говорить на языке этого мира. Почему он не видит, что я просто… защищаюсь? Мастер Тарнор учит нас быть сильнее. Он готовит нас к суровости этого мира. Это же разумно! Это правильно! Почему когда я говорю на этом разумном и правильном языке, он… отдаляется? Почему «эффективная среда» звучит для него как оскорбление? Она сделала шаг практически вплотную к статуе. Задрав голову вверх, Элирана смотрела в закрытые глаза Миреля и, кажется, перестала моргать. Её голос стал ровным и безэмоциональным. — Я устала объяснять. Я устала переводить с одного языка на другой. Если есть мир эффективности и мир неэффективности, то я нахожусь где-то между. Как шум или пыль какая-то. Мне что, нужно выбрать одну из сторон? Она опустила взгляд и сделала пару шагов назад, её голос вновь звучал живо. — Или этот «Свет». У меня ведь получилось! Я перевела свою глупую и тёплую идею на его язык, завернула её в цифры. Затем нашла брешь в его логике. И это сработало! Это же… эффективно? — Да, всему есть цена, — Элирана согнула руку в локте и указала пальцем на ремешок. — Но… как по-другому? Элирана умолкла, она заметила как её собственные слова, произнесённые вслух, перестали давить изнутри. — Я бы попросила у тебя мудрости, но у тебя наверняка её уже всю выпросили за многие века. Тогда я попрошу… дай мне не ошибиться. Когда будет невыносимо страшно и непонятно. И ещё, пошли удачу на экзамене. Всем нам. Это всё. Я высказалась. Мне полегчало. Ещё несколько секунд она оставалась внутри, глядя на статую. Что-то заставило её остановится. Что-то, что пришло ей в голову вместе с ощущением того, что ей становится легче. Она продолжила шёпотом: —… мне полегчало? — вопрос был уже не к статуе, он был направлен к ней самой. — Значит, мои высказывания были корректными. Они дали… результат. Значит, эффективность этого результата можно… измерить. Ровно, как и измерить то, сколько эмоций было подавлено. Я что… могу измерить чувства? Элирана застыла в попытках структурировать и разложить свои выводы в одну цельную и красивую цепочку. — Спасибо, Мирель, — Элирана с довольной улыбкой посмотрела на статую. — Настоящий Бог мудрости. И он услышал меня. Наверное.