Глава 9. Мы в ответе за наших паразитов!

Поставив девчонку перед фактом, что Гуцзы теперь будет с ними, Ци Жун, воодушевлённый своей гениальной задумкой, вскочил с камня с высоко поднятой головой, не дожидаясь невероятно «счастливой» реакции от девчонки на такую весть. От этого резкого движения мальчик потерял опору, упал на землю, неожиданно проснувшись. Гуцзы сонно открыл свои глаза, не понимая, что он вообще-то упал, а Ци Жун бодро зашагал прочь, бросив мальчишке: — Вставай и пошли! Давай шевелись, сынок, если ты не хочешь спать на холоде под открытым небом. Гуцзы моментально проморгался его глаза сияли надеждой, он хотел было подняться, но случайно его взгляд оказался прикован к ночному небу. Ци Жун шёл уверенно вперёд — он знал эту местность достаточно хорошо, — всё-таки много раз пробирался сквозь леса к Призрачному городу — но неожиданно паразитка возмущённо взопила: — «А ты ничего не забыл, а, горе-папаша?!» Лазурный Фонарь остановился, прислушался и наконец понял, что всё это время шёл один! — Папа, папа, посмотри туда! — радостно воскликнул Гуцзы, стоя вдалеке и пристально смотря вверх, то так, то сяк. — Как красиво!.. Ци Жун недовольно поднял взгляд наверх, глядя на ночное небо и негодуя, что же заставило мальчишку тратить его время. Фонарики, сотни, даже тысячи плыли в темноте, как рой светлячков — одни медленно поднимались к облакам, другие стремительно устремлялись ввысь. Гуцзы прыгал на месте от восторга: — Ой-ой-ой! Пап! Смотри сколько их!!! Ух ты! Они даже ярче звёздочек! Точно, сегодня же праздник Середины Осени, когда Небожители соревнуются количеством фонарей, которые запустят им их последователи, похоже, кто-то там безоговорочно победит. Мальчик же даже забыл про свою усталость и царапины — весь его взгляд был прикован к этому зрелищу. Даже паразитка внутри Ци Жуна невольно улыбнулась. Но Лазурный Фонарь… Он не мог разделить этот восторг. Для начала у него и так были не самые лучшие воспоминания про этот грандиозный праздник, в особенности про часть с фонарями желаний. Для него Небожители всегда были существами, которые буквально стояли выше демонов и людей одновременно, потому легко плевали на них свысока, прямо как его брат. Потому все их фонари, казались ему чем-то лицемерным, недоступным… прекрасным и чужим. Ци Жун скривился и выплюнул: — То же мне, нашел на что глазеть. Лучше уж тогда смотри на меня, сынок, а не на эти далекие Небеса! Решив впечатлить мальчишку, чтобы тот в будущем лучше его слушался, да и просто желая прихвастнуть, Ци Жун глубоко вздохнул и выдохнул несколько лазурных огней. Лазурные огоньки плавно двигались между деревьями, создавая волшебную атмосферу: то они сплетались в узоры, то рассыпались на отдельные точки света. — Ва-а-оу… — тихо воскликнул мальчик, протягивая к ним руку, но огонёк тут же улетел от него прочь, все же пламя Ци Жуна пламенем и оставалось, даже более жарким, чем обычное. — Папа, и откуда ты такое волшебство знаешь? — восхищенно спросил Гуцзы, смотря теперь только на волшебные огоньки. — Ха! Поверь, я ещё много чего знаю, всей ночи не хватит пересказывать тебе. — гордо заявил Ци Жун, улыбаясь. Мальчик снова восхищенно охнул, а Ци Жун шел вперёд, словно напыщенный индюк. Он направлялся к ближайшей небольшой пещере — там можно было и переждать ночь, и развести костёр, и спрятаться от возможной погони, Ци Жун всегда предпочитал перестраховаться. Пещера была сухой и уютной. Ци Жун тут же начал собирать хворост для огня, а Гуцзы стал помогать, хотя скорее просто крутился под ногами. — Садись… не болтайся как дурак последний… — бросил он мальчику без особой злобы. Гуцзы послушно плюхнулся рядышком с костром, в котором горело все тоже лазурное пламя, и сладко зевнул. Мальчик лёг, растянувшись на холодном полу, сразу засыпая, но даже горячее пламя не помогало ему спокойно спать из-за холода камня. Ци Жун же не замечая того, без зазрения совести разлёгся на листве, которую собрал для себя, но девчонка вновь скептично произнесла: — «Кха-кха! Ты совсем оборзел что ли?» — «Ай, да что тебе опять не так, а?!» — разозлился Ци Жун. — «Ты за мелочью совсем что ли не смотришь?» — задала вопрос паразитка. — «Если что это риторический вопрос.» Лазурный Фонарь недовольно фыркнул, но лениво приоткрыл один глаз и увидел — да действительно: мальчик свернулся калачиком, но губы же не синие. Ци Жун хмыкнул: — «Ну и пусть немного помёрзнет, не из фарфора же он… Полезно будет ему в будущем быть неприхотливым.» Но паразитка не успокоилась. — «Если он заболеет — тебе потом тащить его с температурой через весь лес. А у вас наверняка здесь ещё и лекарств нормальных нет, Нурофен вам еще не завезли, так что болезнь для Гуцзы — билет в один конец!» — звучала девчонка спокойно, но напоследок фыркнула, не веря, что демон настолько не знает людей, сам же им был. Она просто констатировала факт безо всяких эмоций и желаний. Ци Жун поморщился от её громкого голоса и слов… Потом тяжёло вздохнул… Он аккуратно придвинул тельце мальчика к себе и укрыл частью своей накидки, не снимая с себя, все же не мог же Ци Жун расстаться с теплом и своим комфортом ради какого-то слабенького мальчишки?! Следующее утро встретило их бледным светом сквозь вход пещеры. Ци Жун проснулся первым — он не помнил, когда в последний раз спал так крепко. Гуцзы же всё ещё мирно посапывал, свернувшись калачиком под его плащом. Мальчик выглядел спокойным и даже немного улыбнулся во сне. Ци Жун осторожно поправил плащ, хотя сам бы никогда в этом не признался, а потом вышел наружу потягиваться и осмотреться. Погони видно не было. День обещал быть ясным — ни облачка на горизонте. Паразитка, похоже, проснулась чуть позже него: — «Ну что? Куда мы теперь пойдём?» Лазурный Фонарь призадумался… Для начала он бы не отказался перекусить каким-нибудь мужчинкой… Но из-за пресловутой «диеты» от паразитки придётся ему вспоминать вкус обычного мяса. Ци Жун хотел пройтись до ближайшего городка и закупить себе еды повкуснее, раз уж он так сказочно обогатился, но тут демон услышал урчание рядом с собой. Лазурный Фонарь опустил взгляд и увидел сонного Гуцзы, что смущенно переминается с ноги на ногу, стоя рядом с ним. «Точно… Его же тоже надо бы чем-нибудь подкормить.» — вспомнил Ци Жун. Ци Жун с Гуцзы направились в город, разумеется, Лазурный Фонарь прошёлся по каждому букраку, по каждому отвесному холму, ни одного не упустил! Зато целых полдня было сэкономлено, хотя оба устали, как собаки, даже паразитка утомилась, по ее словам, отчего Ци Жун снова на нее разъярился, ведь не она же шла по этим ухабам! Небольшой город встретил их суетой, которую Ци Жун не шибко слышал из очередной перепалки с девчонкой. Люди спешили, каждый — по своим делам, торговцы кричали о товарах, а где-то вдали играли бродячие артисты. — Не отставай, сынок. — бросил мальчику Ци Жун, бодро шагая. Он сразу же направился к рынку — там всегда можно было найти еду. Ци Жун шёл уверенно, не замечая усталости Гуцзы, который едва поспевал за его длинными шагами. Стоило ему дойти до сердца города, как паразитка снова произнесла: — «Лучше бы тебе, лазурная демонюга, взять мальчишку за руку, а то потеряется здесь ещё…» Ци Жун снова недовольно фыркнул, даже глаза закатил, но спустя пару минут всё же решил проверить мальчишку, медленно обернулся назад, но… Гуцзы уже не было рядом. — «Чёрт бы подрал тебя и твой поганый язык, проклятая ты паразитка!» — воскликнул Лазурный Фонарь. — «Чего?! Я же говорила, предупреждала! А ты не послушал, тупой демон.» — обиделась девчонка. — «Ты даже не полный дурак, а полудурок несчастный! Хмпф!» Ци Жун начал взглядом искать знакомую макушку среди толпы народа, но тщетно, а паразитка всё продолжала: — «А если бы ты меня слушал, то он бы не потерялся!» — «Аргх! Да-да, отстань.» — наотмашь сказал Ци Жун, лишь бы девчонка замолкла, не мешая его мыслям. Ци Жуну быстро пришла в голову идея как быстро разогнать толпу. В одной лавке стояли свечи, которые слабо горели, так сказать, образец, Ци Жун позаимствовал пламя свечей и раздул из него мощную тепловую волну, хотя легче и желаннее было бы просто спалить их всех к чертовой бабушке. Людишки от резкого порыва горячего воздуха тут же рассосались, даже торгаши попрятались и удрали вслед за покупателями, спасая свои жизни. На широкой улице остались только парочка перепуганных мужчин, да торговцев, которые прятали товар, и Гуцзы, что от страха прилип спиной к одной из лавок с булочками. Как же хорошо, что мальчик не успел отбиться куда-нибудь далеко. Ци Жун моментально заметил Гуцзы — тот дрожал, как лист на ветру, широко раскрыв глаза. Мальчик явно испугался внезапного пламени и толпы. Демон быстро шагнул к нему и резко схватил за руку, прорычав: — Ты куда свалил?! Гуцзы взвизгнул от неожиданности, но тут же понял: это его отец. Он сразу успокоился. — Я… я просто остановился посмотреть булочки… — прошептал мальчик виновато. — Отец, прости. – Что бы т больше никогда не отходил от меня! А то просто брошу и уйду! – крикнул Лазурный Фонарь, а мальчишка совсем поник. Паразитка фыркнула: — «Ну хотя бы живой и не украли, не кипишуй» Ци Жун уже был готов сорваться в крик из-за этого исчезновения, но сейчас лишь тяжело выдохнул через нос, он слишком устал и просто хотел есть, а разобраться с мальчиком он ещё успеет, но только после плотного обеда! Скудный постоялый двор, что оказался неподалёку, был до боли простым заведением — деревянные стены, грубые столы и запах жареного мяса. Но даже запах такой жалкой еды сразу разбудил демонический аппетит Ци Жуна. Хозяин заведения — тучный мужчина с жёсткими усиками и надутыми щеками — мигом появился рядом, в ожидании гостей. Он разочарованно и даже презрительно осмотрел Ци Жуна в простой изношенной одежде с ног до головы, затем перевёл взгляд на грязного Гуцзы. — Эй, ты… — хрипло сказал он. — Бродягам милостыню не даю. И уж тем более — их оборванцам соплякам. Или плати, или проваливай. Ци Жун вспыхнул от такой наглости и резко швырнул на стол только серебряные монеты, что те со звоном разлетелись во все стороны, их было предостаточно, чтобы заплатить за самую дорогую комнату здесь, даже еще останется! Деньги громко звякнули о дерево, привлекая внимание немногочисленных людей в трапезной. Хозяин заведения мгновенно сменил выражение лица — теперь он улыбался почтительно и даже чуть поджал пузо от поклона: — О-о! Простите великодушно мою грубость и недальновидность! Чего изволят господа? Однако теперь настала очередь Ци Жуна с надменным видом привередничать. Он легко закинул ноги на стол, отчего на дерево осыпалась дорожная земля. — Как же тут грязно, прямо как в свинарнике! — воскликнул Лазурный Фонарь брезгливо. — Эй, ты. — обратился обратился он к хозяину, пришелкнув пальцами. — Живо вели перемыть тут все или делай это сам, да побыстрее, а то не нравится уже мне это убогое местечко! Хозяина двора это явно задело в глубине души, однако куча денег так соблазнительно поблескивала в свете падующих лучей света. Он бы даже за несколько месяцев столько не заработал! — …Хорошо-хорошо, господин, все будет исполнено в лучшем виде. Будут ли ещё указания? — выдавил из себя мужчина. Гуцзы осторожно и незаметно подергал Ци Жуна за одежду, шепнув ему на ухо: — Пап, пожалуйста, убери ноги со стола, это не хорошо. Господин здесь такой добрый, он не заслуживает этого… Ци Жун недовольно нахмурился, услышав шепот Гуцзы. Он не привык, чтобы его учили, тем более — ребёнок! «Ещё чего удумал! Мелочь всякую подзаборную слушаться!» — подумал Ци Жун. Но мальчик говорил это с такой искренней заботой… Что демон невольно послушался. Он медленно убрал ноги со стола и даже слегка отряхнул их, хоть и сделал это скорее для вида. Но дабы не терять авторитета ни перед кем, Ци Жун сразу же встал из-за стола. — А ещё я желаю лучшей комнаты во всем этом сраном дворе, горячей воды и дорогой еды. Всё. Самое. Лучшее! И как можно живее! — говорил демон, вальяжно шагая по полу и оставляя грязь за собой. — Я понятно изъяснился?! — Да-да! — заикнулся хозяин, горько глядя на следы. — Тогда хули ты здесь столбом стоишь?! Веди нас уже! Ослеп или одурел, раз не видишь, что люди с дороги и вусмерть устали? Хозяин постоялого двора побледнел от злости, но не посмел даже пикнуть в ответ. Он тут же кинулся выполнять приказ: — С-сейчас! Пожалуйста, следуйте за мной! Он почти бежал по коридору, показывая дорогу к лучшей комнате — просторной и с окнами. Потом побежал на кухню, крича что-то бедным слугам. Гуцзы смущённо шёл рядом с Ци Жуном, стараясь ступать как можно аккуратнее и не пачкать пол. Девчонка внутри головы демона просто хихикала, довольная шоу. Но как только они достигли комнаты ее смех мигом оборвался. Ци Жун в это же время с превеликим удовольствием растянулся на скрипучей деревянной кровати, а девчонка брезгливо протянула: — «Н-да, гордая оценка — ноль одна из пяти…» Ци Жун быстро осмотрелся по сторонам, лениво приоткрыв глаз. Комната действительно была… не ахти, даже по меркам Ци Жуна. Деревянная кровать скрипела при малейшем движении, казалось, даже дыхании, шторы были потрёпанные, а в углу стоял старый комод с потускневшей краской. Но Ци Жуну это практически не волновало — он не был слишком прихотлив насчёт места жительства после всех подлянок жизни. Однако, демон, находясь в приподнятом настроении, решил снизойти до разговора с девчонкой, а не потому что ему стало скучно! — «Ну да… не шик-блеск, как хотелось бы.» — пробормотал Ци Жун. — «И что с того? Не в промозглой канаве спишь, уже падай мне в колени с благодарностью!» — «Пф! Но ты же сам со мной только вот согласился!» — уцепилась паразитка за его случайные слова. — «И не только сейчас, ха!» «Тц! Она и вправду серьёзно полагает, что поймала меня? Черта с два!» — подумалось Лазурному Фонарю. — «Достойна своего имени! Погодите-ка… Ну и чёрт бы с именем, какая мне вообще разница, как эту наглую девчонку обозвать?» — «Я не соглашался с тобой!» — резко ответил Ци Жун. — «Просто решил проявить великодушие и поубавить свою ярость. Временное перемирие!» Он повернулся на бок, подложив руку под голову, но довольный ответом, ведь Ци Жун наконец-то смог объяснить (в том числе и самому себе) подобные мысли и слова! — «Так что тебе только и остаётся об этих глупых мыслях грезить, паразитка!» Девчонка громко фыркнула, а потом до головной боли демона громко рассмеялась со своих же слов: — «Ой, Мужское эго, что угодно… Аха-ха-хах-аха-ха-ха!» — «Шсссс!» — зашипел Ци Жун. — «Как, черт дери, возможно, чтобы была «ноль одна» чего-то там?! Ци Жун выкрикнул это не только, чтобы спасти свои ушные перепонки, но и — несмотря на свою гордость — спросить, ведь чем больше он выведает информации об этой паразитке, тем лучше. «Как говорилось в какой-то книженции: «Знай врага своего!» — в мыслях усмехнулся Ци Жун. — «Ну ноль одна, одна десятая…» — скучающе растянула слоги паразитка. — «Какая вообще разница, а?» Лазурный Фонарь нахмурился, он уже давно знал, что между этими словами колоссальная разница, слишком хорошо помнил чего ему стоило это понять. — «Раз уж у тебя такая хорошая память и ты столь умна, то запоминай мои слова.» — произнес Ци Жун с саркастичной ухмылкой, которая не достигала глаз. — «Что будет если я буду давать тебе не одну свою обещанную долю энергии, а одну десятую?» Девчонка мигом воскликнула: — «Ну это же другое!» — «Тогда в чём различие?» — закончил Ци Жун разговор, прикрыв глаза, ведь как раз за дверью послышались торопливые шаги. Дверь в комнату открылась, и слуга — молодой парень — вошёл с подносом. На нём был довольно жалкий обед: тушёные овощи, свежий хлеб, даже немного свинины, которую, похоже, пересушили, и горячий чай. Хозяйский слуга почтительно поклонился: — Угощение от нашего постоялого двора «Линшу» для почтенного гостя! Скоро будет готова ваша вода для омовения, а пока отведайте наших блюд, надеюсь вы оцените наше мастерство по достоинству! Он поставил еду на тот самый комод, он жалобно скрипнул и опасно накренился, но юноша ловко его придержал, неловко усмехнулся и вышел из комнаты. Ци Жун удосужился открыть глаза, желая взять еду, но стоило ему увидеть «яства», как он мигом оценил мастерство по достоинству: — Ну что за жалкое зрелище! И за это я заплатил столько денег? Ничтожные дармоеды! И зачем они только едят свой хлеб, если даже с такими простыми блюдами справиться не в состоянии?! Хотя эта пища перед ним — ниже среднего и гораздо хуже того, что он привык есть, но сейчас солнце уже закатилось, готовить самому было поздно. Так Ци Жун и знал, что лучше всегда делать всё самому, если он хочет получить хороший результат! Потому Лазурному Фонарю пришлось довольствоваться тем, что было. Единственное, что грело его душу, — знание того, что даже эти блюда стократ лучше кулинарии его венценосного братца! Взявшись за палочки, Ци Жун быстро расправлялся с мясом, лишь изредка забирая овощи. Гуцзы, который все это время тихонько сидел в стороне, глядя на звездное небо и на своего отца, осторожно присел на край кровати, боясь что-то сломать или испортить или ещё что-то… Мальчик взял палочки, сложил ручки в молитвенном жесте и поблагодарил Небеса за пищу, смотря на отца, кроха вздохнул: он сразу же налетел на еду, как дикий волк. «Но, может быть, у меня выйдет достучаться до папы!» — с надеждой решил мальчик, ведь в последнее время он заметил, как его отец изредка, пусть и неохотно, но всё же делал хорошие дела, иногда даже для него самого. Это уже огромный шаг, по меркам Гуцзы, особенно если вспомнить, какой отец был раньше… У мальчика в последнее время даже иногда возникало ощущение будто с мужчиной что-то не так. Пока в голове Гуцзы роились легкие подозрения, Ци Жун почти полностью съел всю свинину, но её сильно передержали на огне из-за чего демон оставил в своей чашке часть. Когда Лазурный Фонарь хотел позвать слугу, чтобы тот унёс остатки его ужина, паразитка сказала: — «Может ему предложишь? Авось посильнее станет, а то Гуцзы такой задохлик…» Ци Жун замер на секунду, глядя на остатки еды в чашке. Потом медленно перевёл взгляд на Гуцзы — тот всё ещё аккуратно ел хлеб и овощи, стараясь не шуметь. Демон никогда раньше не думал о том, чтобы делиться с кем-то своей едой. Он всегда считал: если это его — значит только его! Но… паразитка была права. Опять. Мальчик действительно был тощим и слабым после всех этих дней без нормальной пищи. Но если его подкормить, то он наверняка будет меньше ныть в будущей дороге! Ци Жун неожиданно подкинул палочками кусочек мяса в маленькую чашку Гуцзы: — Ешь, сынок. Голос Лазурного Фонаря звучал грубо, как приказ. А Гуцзы широко раскрыл глаза, не веря своему счастью. Он никогда раньше не получал еды отца — обычно он даже смотреть в его сторону не хотел во время приёма пищи. Мальчик осторожно взял чашку дрожащими руками и быстро-быстро начал есть мясо, боясь что отец передумает и заберёт обратно. Теперь мальчик жевал быстрее, но при этом так же аккуратно, стараясь не разбрасывать крошки, хотя они всё равно посыпались на одежду, в глазах у него читалась безмерные благодарность и нежность. Девчонка довольно усмехнулась в сознании и не могла не произнести: — «Я же говорила! Говорила! Видишь, как полезно меня слушать. Ха! Признай это наконец, Лазурная Демонюга.» Ци Жун поморщился, но при этом — только мысленно — он с ней всё же неохотно согласился, ведь у неё просто есть в голове ещё опыт смертной жизни, она помнит какие пределы есть у жалкого человеческого тела! А Лазурному Фонарю незачем было хранить в голове целые века такую бесполезную информацию! Признать открыто свои мысли Лазурный Фонарь не мог себе позволить, но и упустить такую возможность тоже! Однако Ци Жун не был бы самим собой, если бы не мог выкручиваться из всяких ситуаций! — «Достопочтенному демону вроде меня нет дела до мирской жизни, так что обязанности по уходу и заботе должны лежать на других плечах. Потому, раз ты женщина и от тебя есть хоть какой-то прок в виде некоторых знаний, то теперь, отныне и впредь, твоя обязанность — забота об этом мальчишке!» — огорошил девчонку Ци Жун. Девчонка замерла. В её голове пронеслось только: «…Чего?» Она даже не поняла сначала, что этот демон выдал из-за его витиеватых выражений, прямо как Достоевский, честное слово. Однако через пару мгновений до неё дошло, но шок лишь больше усилился, перемешиваясь с яростью: она явно не ожидала такого поворота событий — этот демон буквально свалил на неё всю ответственность за Гуцзы! — «А-а-а-а??? С-стоит ли мне напомнить, что я тут как бы физически отсутствую?» — панически произнесла девчонка. — «Вот только не надо нагло пиздеть мне в лицо!» — воскликнул Лазурный Фонарь. — «Я ещё помню как ты хотела удрать, когда тот идиот меня прижал по твоей вине!» — «А-р-р-р! Я же его треснула по голове, неблагодарный, и спасла тебя! И вообще это случилось как-то само. И я не нанималась в няньки!» — «Значит ты будешь развивать это умение, проклятая паразитка! Это же твое женское начало!» Девчонка недовольно скривилась, но нашлась со словами: — «Т-ты же сам сказал, что я — паразитка. Па-ра-зит-ка! А они паразитируют, пользуясь хозяином!» — «О, так значит, ты признаешь меня своим хозяином и господином?» — оскалился Ци Жун. — «Тогда послушно исполняй мой приказ, иначе, если с головы этого мальчишки упадёт хоть волос, я обязательно найду способ сделать твою жизнь хуже смерти!» Паразитка снова угрожающе зарычала: ее слова вывернули наизнанку! — «Нашёл чем пугать!» — бойко ответила она. Хотя оба понимали, что, несмотря на характер, паразитке придётся подчиниться, ведь и Лазурный Фонарь, и паразитка могли сделать жизнь невыносимой для оппонента, но тогда они никогда даже за тысячелетие не найдут способа освободиться! За сегодня Лазурный Фонарь уже сделал своё дело: он переложил всю моральную тяжесть воспитания ребёнка на паразитку в своей голове. И теперь ему было легче — ведь если что-то пойдёт не так… это вина не его, а её! Поэтому Ци Жун с довольным видом полного наслаждения блестящей победой шёл к бочке с горячей водой, которую уже давно принесли слуги, слушая, словно наиприятнейшею трель птиц, гомон противящейся судьбе девчонки, которая абсолютно ничего не могла сделать. А Гуцзы тем временем доел мясо и теперь сидел, обняв колени, наблюдая как отец уходит за ширму мыться. Мальчик почувствовал себя странно… тепло. Впервые за долгие годы.