Глава 12. Маски сорваны

Сознание возвращалось медленно. Сначала пришло странное ощущение тепла — мягкого, осторожного, почти непривычного, слишком приятного. Ци Жун нахмурился ещё прежде, чем окончательно пришёл в себя: это уже было слишком подозрительно. Он чувствовал, как в тело мерно вливается духовная энергия. До тошноты осторожно, будто кто-то боялся причинить ему вред, что уже само по себе было оскорбительно. Лазурный Фонарь мысленно перебрал всех, кто мог бы оказаться настолько глуп, чтобы трогать его, и не нашёл ни одного ответа. Поэтому демон поспешил открыть глаза, дабы увидеть этого невероятного идиота. И первым, что он увидел, была рожа Лан Цяньцю, которая непозволительно близко находилась рядом с его лицом. Юноша сидел совсем рядом, крепко зажмурившись, словно сам предпочёл бы сейчас умереть, а не находиться здесь. Его скулы отчаянно заливал предательский румянец, а выражение лица было таким, будто он переживал величайшее унижение в своей жизни. На одно короткое мгновение Ци Жун просто смотрел, не понимая ничего. Вдруг до него дошла простая истина — Лан Цяньцю посмел осквернить его. Тишина длилась ровно одну страшную секунду, а потом Ци Жун взорвался. Он с такой силой рванулся назад, что едва не впечатался затылком в камень второй раз, резко отпихивая от себя Принца Тайхуа. — ТЫ ЧТО ТВОРИШЬ, БЕЗМОЗГЛЫЙ ЮНАНЬСКИЙ ВЫРОДОК?! — испуганно закричал Ци Жун. Его голос практически сорвался на визг. Благо, треск огня и всеобщая паника почти заглушили его. Плащ перекосился, капюшон окончательно сполз, а сам демон, кажется, одновременно побледнел, позеленел и покраснел. Лазурный Фонарь вскочил на ноги так резко, что чуть было не упал обратно. Его ошарашенные глаза были прикованы к не менее шокированному Небожителю напротив. Лан Цяньцю, казалось, смотрел сквозь демона. Он никак не мог понять, что сейчас произошло. В груди у юноши что-то оборвалось. Всего миг назад перед ним бездыханно лежала обычная девушка, которая неожиданно завопила голосом Ци Жуна… В сознании Принца Тайхуа образовалась самая настоящая бездна, в которой находилось абсолютное ничто. Ни звука, ни света, ничего — только оглушающая тишина. Вдруг рядом что-то послышалось. Взгляд Небожителя в мгновение ока вновь стал осознанным. Лицо существа напротив словно рассыпалось на части, складываясь в образ, который Лан Цяньцю ненавидел всей душой. Неверие смешалось с яростью настолько сильно, что он даже не сразу смог заговорить. — Ты… — прохрипел Принц Тайхуа. — Ты?! С каждым словом глаза Лан Цяньцю всё ярче светились белоснежным светом. Лазурный Фонарь уставился на него с таким выражением лица, словно увидел самое отвратительное существо во всех трёх мирах. И, что хуже всего, на его физиономии ясно читалось неподдельное потрясение. Будто лишь не он сам сейчас пытался осознать, что произошло… Несколько бесконечно долгих секунд они просто молча таращились друг на друга. Снова послышался тихий шорох, ещё более осторожный, чем предыдущий, но для Лан Цяньцю он прозвучал громче боевых баранов. Новый меч с резким звоном вылетел из ножен. — Я тебя убью! — воскликнул Небожитель. От крика Лазурный Фонарь дёрнулся так, словно только сейчас окончательно пришёл в себя. Только вот позади оказалась каменная стена. Ци Жун врезался в неё плечом и зло шикнул. Путь для отступления отрезан. А Лан Цяньцю уже шагнул вперёд, тёмный меч сверкнул холодным светом. — Папа! — раздался истошный крик ребёнка. Маленькая фигурка вихрем влетела между ними. Гуцзы, всё ещё захлёбывающийся слезами, с размаху вцепился в Ци Жуна обеими руками, обнимая его за ногу так крепко, будто боялся, что тот исчезнет прямо сейчас. — Папа!.. Папа!.. — мальчик почти задыхался от плача. — Я не мог тебя найти… я думал… думал… Он так и не договорил, снова всхлипнув. Ци Жун застыл, как громом пораженный. Замер, впервые за столько лет не зная, что делать. Он опустил взгляд на мальчишку, который дрожал всем телом, цепляясь за него изо всех сил. Выражение лица демона стало несколько… растерянным. — Да… да отцепись ты… — выдавил Ци Жун наконец, но голос прозвучал неожиданно слабо. Лазурный Фонарь попытался отодрать от себя Гуцзы за плечо, но мальчик тут же вцепился ещё сильнее. Ци Жун сцепил зубы, буквально пытаясь оторвать, но ни пинка, ни удара, ни даже привычного пламени не использовал. И именно это заставило Лан Цяньцю остановиться, хотя меч всё ещё был направлен прямо на ненавистного демона. Только вот теперь между ними стоял невинный ребёнок. — Отойди от него. — жёстко произнёс принц Тайхуа. — Это злой демон. Гуцзы вздрогнул и ещё глубже спрятал личико в одеждах Ци Жуна. — Н-нет!.. — глухо воскликнул мальчик. — Он обманывает тебя! — голос Лан Цяньцю становился всё холоднее. — Это не твой отец. Ци Жун резко вскинул голову. На мгновение показалось, что сейчас он наконец сорвётся обратно в привычную ярость. Но вместо этого демон только оскалился с каким-то совершенно диким выражением лица. Будто хотел одновременно: сбежать, заорать, остановить и ударить Лан Цяньцю, да провалиться под землю от того, что произошло минутой ранее. Тем временем девчонка отчаянно копалась в пресловутом цянькуне, который по счастливой случайности отбросило подальше от этого психопата с мечом. — Ну, где же ты?! — шипела паразитка. Она одним глазом наблюдала за Лазурной Демонюгой, чтобы не оказаться разрубленной вместе с ним. И в тот момент, когда маленький Гуцзы бросился чуть ли не под меч того безумца, её снова посетило то мерзкое чувство, когда в груди что-то упало. Поэтому девчонка стала лишь усерднее искать тот самый меч, отчего наткнулась на не менее грозное оружие, которое, как потревоженная змея, ужалило её! Прошипев пару ласковых железке, паразитка снова сунула руку в безразмерный мешок. Наконец-то ей улыбнулась госпожа Удача. Она схватилась обеими руками, за показавшуюся рукоять меча. Позади Лан Цяньцю что-то тяжело заскрежетало по камню. Крайне медленно и очень подозрительно. Паразитка, красная от натуги, двумя руками волокла меч Небожителя. Вернее, пыталась всеми возможными силами. Со стороны это выглядело весьма комично, что Лазурный Фонарь даже расхохотался бы в голос, если бы увидел. Девчонка тяжело сопела, едва не распластавшись по земле под весом оружия, но упорно тащила его вперёд. «Да почему… он… такой тяжёлый?!» — возмущалась она. Лан Цяньцю, полностью сосредоточенный на Ци Жуне, даже не шелохнулся, и это стало его ошибкой. Паразитка остановилась прямо за его спиной, кое-как перехватила рукоять двумя руками, упёрлась ногой в землю и… — Ци Жун, что ты сделал с ребё!.. — только успел воскликнуть Небожитель. Бам! Раздался звенящий удар, будто в императорский гонг, и Принц Тайхуа с глухим стуком растянулся на земле прямо перед ногами Лазурного Фонаря. Демон медленно опустил взгляд вниз. Лан Цяньцю неподвижно лежал у его ног лицом вниз, нелепо подвернув руку при падении. Весьма забавно, но что-то внутри Ци Жуна резко провалилось в ледяную пустоту. Лазурный Фонарь как наяву ощутил запах едкой гари. Очертания храма дрогнули и поплыли перед глазами. Тёмные одежды Лан Цяньцю на одно короткое мгновение изменились, обращаясь тяжёлой окровавленной бронёй. На плечах мелькнул родной орнамент, а рядом тихо качнулась алая кисть шлема, который уныло блестел в бушующем пламени. Ци Жун дёргано перевёл взгляд в сторону — и вместо почерневшей храмовой стены ему почудились высокие дворцовые панели, покрытые потемневшей золотой резьбой. Огонь жадно пожирал узоры, которые он помнил слишком хорошо. Ци Жун резко мотнул головой, будто пытаясь стряхнуть наваждение вместе с треском огня, дымом и этими проклятыми образами, что снова полезли из глубин памяти. Лазурный Фонарь зажмурился, но образы стали лишь чётче. Тупая боль разлилась по вискам, что даже вопли проклятой паразитки не стояли рядом… Ци Жун сжал челюсти так сильно, что послышался тихий скрип зубов. На миг демон полностью замер, а затем медленно втянул воздух — резко, глубоко, почти судорожно. И только после этого заставил себя открыть глаза. Сквозь дым и отсветы пламени впереди уже почти мерещился знакомый чернеющий силуэт. Безликий воин с вычурными, ненавистными желтыми узорами мерзкого народа. Тёмное пятно среди огня, от которого придётся снова спасать свою жизнь. Однако Лазурный Фонарь встретился с хитрыми янтарными глазками. Паразитка тяжело повисла на рукояти меча, пытаясь отдышаться после своего «подвига». Волосы окончательно растрепались, щёки раскраснелись от натуги, но на её физиономии медленно расползалась до боли довольная ухмылка. Несколько долгих секунд Ци Жун, не мигая, просто смотрел на неё, а стоило ему наконец моргнуть — как дворцовые стены исчезли без следа. Перед ним вновь был полуразрушенный храм, полный дыма, жара и бестолковой суеты. Лазурный Фонарь едва слышно выдохнул и привычно зло скривился. — Чего лыбишься?.. — хмуро процедил демон под нос. Что ж, пора было уносить ноги, пока этот полоумный юнанец не пришёл в себя, а плешивые монахи окончательно не опомнились и не решили дружно сжечь его самого. Но как только Лазурный Фонарь двинулся, тут же рухнул обратно на землю. — А?! — яростно воскликнул Ци Жун. На одно мгновение он даже решил, что чёртов Лан Цяньцю успел схватить его за ногу. Но стоило дёрнуться сильнее, как снизу послышался знакомый всхлип. — Папа… Не уходи!.. — дрожащим голосом выдавил Гуцзы. — Пожалуйста… не уходи… Ци Жун уставился на сопливого мальчишку, который всё ещё мёртвой хваткой цеплялся за его одежду обеими руками, едва ли не повиснув на нём всем телом. Лицо Лазурного Фонаря перекосило. — Да чтоб тебя!.. Он быстро наклонился, сгрёб Гуцзы подмышку одним движением, словно мешок с рисом, и вскочил обратно на ноги. Мальчик тихо пискнул от неожиданности, но тут же вцепился в него ещё крепче. Тем временем паразитка, тяжело сопя, наконец натянула цянькунь на рукоять меча того Небожителя. Мешочек дёрнулся, и огромный клинок дрогнул, исчезая внутри, будто его затягивало в чёрную дыру. Девчонка победно ухмыльнулась и уже с нескрываемым любопытством покосилась в сторону второго меча. Но в следующий миг цепь на её руке резко натянулась. Паразитку дёрнуло назад так сильно, что она едва не впечаталась лицом в землю. — Гад! — прорычала девчонка, вставая. — Ты забыл меня! Она кое-как подхватила цянькунь и бросилась следом, едва не споткнувшись из-за разрухи, пока вокруг продолжал трещать огонь, а перепуганные монахи носились по храму с вёдрами воды. Ци Жун нёсся через лес, как обезумевший, почти не разбирая дороги. Лишь в последний миг демон прыгал в сторону, уклоняясь от очередного валуна или кривого древесного ствола — старая привычка всегда быть настороже всё ещё работала быстрее мыслей. Паразитка едва поспевала следом. Вернее, бо́льшую часть пути её попросту волокло за Лазурным Фонарём, словно привязанную дворнягу, пока сам демон даже не замечал этого. Перед глазами девчонки мелькали лазурные одежды, деревья, земля, снова деревья — всё окончательно смешалось в одну зелёно-синюю кашу. А затем её с размаху впечатало в ствол старого дерева. — Ай!.. — сипло выдохнула паразитка. Несколько секунд девчонка просто сползала вниз по коре, пытаясь понять, где вообще верх, а где низ. Перед глазами плясали зеленоватые звёзды. Наконец проморгавшись, паразитка огляделась. «Ну разумеется. Пещера!» — язвительно подумала она. — «Кто бы вообще сомневался? Этого демона тянет в пещеры с какой-то почти нездоровой любовью…» Рядом негромко журчал ручей. Сам Ци Жун рухнул прямо у воды, будто у него внезапно закончились силы. Несколько секунд демон просто сидел неподвижно, слушая тихое журчание потока. А затем, кажется, наконец окончательно осознал, что именно произошло. Лазурный Фонарь резко вцепился когтями в землю, оставляя глубокие борозды. В следующий миг он уже с остервенением тёр рот, словно пытался содрать собственную кожу. Холодная вода плескалась во все стороны, пока демон яростно умывался, будто на губах осталась какая-то отрава. Он растёр лицо почти до красноты, но даже этого казалось недостаточно. Будто ему хотелось содрать всю эту оболочку целиком — лишь бы не оставалось ни малейшего напоминания об этом. Паразитка невольно поморщилась. Чисто по-человечески смотреть на столь отчаянно бесящегося демона становилось уже как-то неловко. Но девчонка упорно гнала прочь от себя эту странную мысль, хотя топталась на месте, украдкой поглядывая на демона. Девчонка неловко почесала щёку, устремив взгляд куда-то в сторону. Всё же преодолев смущение, она, стараясь звучать как можно небрежнее, пробормотала: — Ну… зато живы остались, хехе. Этот псих с мечом нас чуть не порубил. Это было довольно близко, не находишь? Ци Жун, не торопясь, повернул голову. На его лице всё ещё блестела вода, а губы покраснели так сильно, будто демон напился чьей-то крови. — Близко?.. — голос Лазурного Фонаря прозвучал опасно тихо. — Близко?! Демон в гневе ударил рукой по ручейку, вода выплеснулась в сторону паразитки, но просто прошла сквозь неё, не оставив на её рубашке и пятнышка. — Из-за этого идиотского плана этот Достопочтенный Предок едва не сдох! Этот проклятый юнаньский выродок чуть меня не сожрал с потрохами! Да я теперь век не отмоюсь! — кричал Ци Жун. Девчонка тут же ощетинилась: — Чего?! Вообще-то благодаря этому «идиотскому» плану мы вообще пробрались туда живыми! А вот дальше уже ты виноват и точка. Ну, один раз — не пидорас, так что, считай, всё вышло вполне себе удачно… Паразитка резко осеклась, воздухе повисла мёртвая тишина, прерываемая лишь тихим журчанием воды. Только сейчас осознав, что она ляпнула, паразитка осторожно покосилась в сторону демона. — Ой… Давай ты притворишься, что не слышал этого? Гуцзы сидел в дальнем углу пещеры, куда его бесцеремонно бросили сразу после остановки. После безумной беготни по лесу, пожара и того чудовища в храме сил почти не осталось. Мальчик уже перестал плакать навзрыд, только изредка судорожно всхлипывал, утирая мокрый нос рукавом. Гуцзы робко поднял взгляд, демон стоял к нему боком, и теперь он наконец мог нормально его разглядеть. «Это… не отец.» — подумал мальчик, но всё равно внимательно наблюдал за неизвестным мужчиной. Высокая, худощавая фигура в тёмных одеждах совсем не походила на его настоящего отца. Тёмные одежды висели на нём иначе, а плечи казались уже и острее. Из-под длинных рукавов выглядывали бледные пальцы с аккуратными, но пугающе острыми когтями. Даже голос — высокий, хрипловатый — звучал совсем не так. Гуцзы невольно сжался. «Это же тот самый демон…» — медленно понял мальчик. Тот самый страшный человек из пещеры. Тот, который ругался, кричал и выглядел так, будто может съесть кого угодно живьём. Однако мальчик не торопился спасать свою жизнь, пока демон отвлёкся. Он растерянно нахмурился и снова глянул на демона. «Почему он меня не оттолкнул?.. Почему до сих пор не ударил?..» — недоумевал Гуцзы. Мальчик осторожно подтянул коленки к груди. В памяти вдруг всплыло, как этот страшный демон ворчал на него всю дорогу, как вытаскивал листья из волос, как ругался, как заставлял идти рядом и даже как нёс его через лес, когда Гуцзы совсем выбился из сил. Мальчик опустил глаза. «Но… папа тоже страшный» — вспомнил он. От этой мысли в груди стало совсем тяжело. Он уже не понимал ничего. Настоящий отец никогда не улыбался ему. Часто кричал. Иногда сильно толкал или бил. От него всегда пахло вином и злостью. Хотя мальчик никогда не понимал в чём он провинился. Когда в храме появился тот ужасный человек с мечом — Гуцзы испугался не за себя. А за него, хотя уже тогда чувствовал, что это был не отец. Мальчик украдкой поднял взгляд снова. Лазурный Фонарь вскочил с земли, на его дрожащих пальцах дергано плясало лазурное пламя, то самое, которое озарило ночь ярче сотен фонарей. На его лице расползся почти звериный оскал, но его безумный взгляд был направлен не на него, а на камень у дерева. В следующий миг булыжник с оглушительным треском разлетелся на куски, а лазурный огонь чудом не перекинулся на дерево. — Совсем с дуба рухнул! — завопила девчонка, прячась в другом валуне. «Поверь, скоро от тебя и следа не останется, мерзкая девчонка!» — поклялся себе Ци Жун. — А где мой настоящий отец? На мальчика мгновенно уставились две пары глаз. Ци Жун так и замер с занесённой рукой. Лазурное пламя на пальцах исчезло так резко, будто его и не было вовсе. Демон несколько раз неверяще моргнул, а затем быстро взял себя в руки и нарочито небрежно сложил руки на груди. — Сбежал. — наконец выплюнул он. — Твой папаша драпанул при первой же возможности. — Ты его сжёг. — немедленно донеслось из-за валуна. — «Из-за тебя же!» — прорычал ей Ци Жун в мыслях. — «Умолкни!» Паразитка тут же притихла, заметив, как на сжавшихся пальцах демона вновь опасно мелькнуло лазурное пламя. Гуцзы всё это время внимательно смотрел на Лазурного Фонаря своими большими глазами. Смотрел так сосредоточенно, будто пытался понять нечто очень важное, что никак не складывалось у него в голове. Ци Жун заметил этот взгляд и раздражённо оскалился: — Чего уставился? — Ты ведь демон, да?.. — робко спросил Гуцзы. — О, надо же, догадался наконец? — язвительно протянул Лазурный Фонарь. Мальчик замялся и ненадолго опустил глаза, но уже в следующий миг снова поднял взгляд и с предельной серьёзностью спросил: — А почему ты меня не съел? Ци Жун даже моргнул от такой нелепой претензии: обычно людишки вопили именно из-за того, что он их жрёт, а не наоборот! — А ты хочешь это исправить?! — возмутился демон. Мальчик тут же испуганно вжал голову в плечи и пролепетал: — Н-нет… — Тогда не неси чушь! Ци Жун раздражённо отвернулся. Он попытался снова собраться с мыслями, но это выходило на удивление плохо. В голове упорно крутилась одна мысль, и она никак не его не прельщала. — Этот Достопочтенный Предок не разбрасывается ценными вещами. — пробормотал Лазурный Фонарь. В задумчивости он даже не заметил, что сказал это вслух. — Вещами? — растерянно повторил мальчик. — А? — Ци Жун резко моргнул, возвращаясь в реальность. Только теперь до него дошло, что именно он ляпнул. — «Это всё твоя вина!» — немедленно зашипел он в сторону паразитки. — Э?! — искренне возмутилась та. — Каким образом?! Ци Жун щёлкнул языком и принялся лихорадочно искать способ выкрутиться. И вдруг его осенило. Глаза демона хищно блеснули, а на лице медленно расползлась привычная ухмылка. — Ну а кем ты ещё должен быть? — фыркнул он. — Я тебя подобрал, кормил, обогрел, под своё крыло взял. Думаешь, просто так? Не-ет. Я выращу из тебя верного слугу. Будешь служить Этому Достопочтенному Предку до конца своих дней! После этих слов Лазурный Фонарь заметно расслабился. Никакой привязанности. Просто полезная мелочь, которую жалко выбрасывать после стольких усилий. Гуцзы молчал довольно долго. Он сидел, обняв колени, и смотрел на воду, бегущую по камням. Затем совсем тихо спросил: — Если я буду полезным, то ты меня не прогонишь? — Да кому ты вообще нужен, кроме меня? — хмыкнул Ци Жун. Слова сорвались с языка быстрее, чем он успел подумать. Паразитка медленно выглянула из-за валуна. Сам Ци Жун, кажется, тоже понял, что именно сказал, потому что его лицо мгновенно перекосило. — То есть… — зло процедил он. — Я имею в виду, что кто ещё станет возиться с таким жалким мелким оборванцем?! Гуцзы почему-то не выглядел расстроенным, даже наоборот. Мальчик медленно опустил голову, крепче сжав рукав собственной одежды. — Тогда я буду очень стараться. — серьёзно произнёс он спустя пару секунд. Лазурный Фонарь довольно кивнул, будто услышав именно то, что и хотел. Он снова отвернулся к воде, собираясь наконец привести себя в порядок, но позади вновь раздался тихий голос: — А можно… мне и дальше звать тебя отцом? Ци Жун остановился у кромки воды и медленно прикрыл глаза. «Хм… Так мальчишка хочет задобрить меня сыновьей почтительностью? Значит и правда будет со мной.» — подумал демон. И от последней мысли в груди разлилось некое подобие тепла.