Часть 5 / Нам больше нельзя общаться.

Иду быстрым шагом в направлении аудитории, чтобы показать Хвану новое письмецо от Мужчины в черном. Когда вхожу в лекционную, тут же мой взгляд останавливается на пустой парте, где должен был развалиться Хёнджин. Но его уже не видно целую неделю. На сообщения он не отвечает и в голову лезут не самые приятные вещи. Очередной раз решаю ему набрать, чтобы поинтересоваться, когда же он выйдет на учебу, но в этот раз он не просто не отвечает. Он сбрасывает звонок. Становится неприятно. Будто бы меня отшивают. Ну и черт с ним. *** Захожу в дом и по новой ощущаю это негативное напряжение. — Ба, ты дома? — кричу в поисках своей старушки. Тишина. Дверь распахивается, но я не успеваю поймать ручку, чтобы та не ударила по стене. Ведь я вижу свою бабушку ровно лежащей.  — Ба? — свожу брови к переносице и подхожу ближе. — Ба, ты меня слышишь?  Та молчит. Я подхожу ещё ближе и присматриваюсь на её дрожащие ресницы. Она распахивает глаза. — О, Боже, Ба! Ты меня напугала! — верещу я. Та лишь сводит брови и приподнимается. — Виён? Это ты? — та не понимает, кто перед ней стоит. — Что? — тоже не понимаю я. — Виён, ты что, почувствовала страх? Это точно ты?  Расширяет та глаза и я вместе с ней. Действительно, чего это я?  Вдруг паника накатывает с новой силой и я сажусь на край кровати старушки и запускаю пальцы в волосы. — Я не знаю, что со мной происходит. — раскаиваюсь. — Милая, зато я знаю. — гладит меня та по спине. — Тот мальчик, Хван вроде? Ты с ним так много проводишь времени, может быть ты что-то чувствуешь к нему? — интересуется старушка. — Хван - его фамилия, Ба. — поправляю её я. — Зовут Хёнджин. Мы не виделись целую неделю. Есть чувство, будто он меня избегает. Отклоняет звонки, не отвечает на сообщения. — выдаю я на одном дыхании и потираю лицо. — Может он просто в сомнениях? — задает вопрос Ба будто в пустоту. — Тогда мы оба в сомнениях. *** Хрустящие ветки ломаются под моими ногами, пока я подхожу к дому Хван Хёнджина. — Эй! Хван, открывай! — цежу я через домофон его дома. Он настоятельно молчит. Не хочет открывать. Но что я такого сделала, из-за чего заслужила полный игнор в свою сторону?   Что я и спрашиваю у него через динамик. Снова молчание. — Знаешь, Хван. Ты первый, из-за кого я почувствовала эти чертовы эмоции. Какие-то слишком яркие для меня. Однако, у нас ничего такого не было. И я не понимаю, что происходит. — облокачиваюсь рукой о калитку, другой потираю переносицу, будто потеряю сознание. Хёнджин не отвечает. Я не удивляюсь и продолжаю безответный разговор. — Черт возьми, я даже волноваться начала, когда ты начал отсутствовать и не отвечать на сообщения.  У меня появилось ощущение, будто я сейчас заплачу, но резко отмахнув от себя эти мысли, я разворачиваюсь и хочу уйти. Тяжелый скрип отдал у меня в ушах и грубая рука схватила мою, заставляя развернуться. Мое тело тут же тесно касается человека напротив, из-за чего я чуть не давлюсь воздухом. Хмурые глаза смотрят в мои, говоря всем видом, что ему не понравилось то, что он только что услышал. Не понравилось, как из-за него беспокоятся. Как думают так часто, будто пролетела искра. Но искра пролетает только у одного из нас сейчас.  У меня. Только у меня, черт подери. Я, без эмоциональная душнила, создала себе такую проблему, из-за которой теперь уснуть не могу. Я повесила этот ярлык разбитой без эмоциональности из-за него. Я надумала лишнего. Я хочу убежать от этого. Но принцип встал на пути, что все проблемы надо решать, а не убегать от них. — Если ты хочешь сказать, что мне показалось, что мы стали близки, можешь даже не начинать. Я и сама это знаю. — заранее поясняю ему я. — Виён. — тянет тот.  Настала моя очередь молчать. Мысли больше не приходят мне в голову и мне нечего сказать. Я почувствовала жар от стыдливого чувства, что сказала о несуществующей близости с Хваном. Я жестко накрутила себя и позволила мыслям выйти наружу. Я ненавижу себя. — Я должен сказать это. — продолжает хмуриться тот. — Я заметил, как мы начали сближаться. Как каждый день разговаривали, узнавая о друг друге чуть больше, чем мы знали до. Но неделю назад мне пришло новое письмо.  Кажется, я начинаю догадываться, что он имеет ввиду. Есть ведь какая-то причина его долгого отсутствия на занятиях и полного игнора в личных сообщениях? — Он приказал мне не общаться с тобой больше. Что мое появление в его игре ошибка. И он больше не позволит этой ошибке существовать.  Я делаю глубокий вдох. Теперь я начинаю понимать, почему Мужчина в черном следит за мной. — Я думаю, что он влюблен в тебя. — шепчет тот.  Черт.  Это то, чего я так боялась услышать. Чертов ублюдок решил запугивать меня сотнями писем, чтобы показать свою любовь. Но кто он? Почему он решил действовать таким путем?  Вопросы крутились у меня в голове и я поняв, что мы стоим прижавшись друг к другу уже долгое время, резко отстраняюсь и сказав, что мы поговорим об этом позже, ухожу. — Ну что, поговорили? — интересуется Ба. На что я просто кидаю кривую улыбку и скрываюсь в своей комнате. *** Слушая Нирвану в своих стареньких Маршалах, иду по кривому асфальту и еле как не спотыкаюсь, ворчу себе под нос, что даже не слышу из-за музыки, которая оглушает мои ушные перепонки. Передо мной образовывается объект, который я не сразу узнаю. Чуть спускаю наушники, поднимаю голову, пытаясь понять, что на этот раз хотят от меня. — Привет, Виён.  Гым Мичоль. Парень с моего курса, который когда-то хотел со мной встречаться, но я искренне не понимала, что он во мне разглядел, если мы всего лишь участвовали в одном проекте от нашего директора, не более. «— Виён, будешь моей девушкой?  Мичоль крепко прижимает к своему телу хрупкую розу. Будто оторвав от сердца протягивает её мне, но я не беру. — Виён? — тот смотрит грустными глазами и ждет ответ, который я не могу ему дать. — Мичоль, — протягиваю я и появляется желание закатить глаза, но я этого не делаю. — Мы же так мало знакомы, почему ты предлагаешь такие вещи? — ненароком спрашиваю я. — Давай познакомимся чуть лучше? — предлагает тот, на что я уже действительно закатываю глаза, отодвигаю его руку с розой и ухожу в свою аудиторию. Тот лишь кричит, что я пожалею, но значение я этому не придала.» — Чего тебе, Мичоль? — с долей раздражения кидаю ему вопрос. — Зачем хамить-то? Я вообще-то с миром. — улыбается Гым. На что я просто поднимаю уголок губ в ухмылке, вспоминая его последние слова. И какой тут мир, спрашивается? — На днях пройдет туса у Феликса, того австралийца, что был в нашем проекте. В честь его новой тачки. Будем обмывать. — отвечает на мой немой вопрос. — Прям со священником? — кидаю дерзкую улыбку я. — Можно и так сказать.  — Я по таким местам не хожу так-то. Переплетаю руки меж собой и гляжу тому прямо в глаза. Что-то в них не так. — Ты подумай, в любом случае тебе там будут рады. И ещё я буду. — тот ярко улыбается в своей смелости и попрощавшись уходит. Захожу в продуктовый, чтобы выбрать продукты для ужина и в этот момент размышляю, стоит ли идти на вечеринку Феликса. С одной стороны я давно не отдыхала в компании людей выпивая, а с другой это Феликс. А ещё Гым Мичоль, который меня позвал туда.  Достав телефон, узнаю у Лии, звали ли её на тусовку. — Да, звали, Виён. Я хотела тебе набрать как раз-таки и позвать с собой. Ты же пойдешь? — тут же спрашивает она. На что я мнусь и не знаю, что ответить. Феликс - это богатенький маменькин сыночек, которого дико балуют и покупают ему всякие дорогие штучки. В это раз это машина. У него таких уже 3, но видимо коллекция пополняется. Каждая его вечеринка сопровождается хотя бы одним насильником. В кой однажды я была жертвой. Сейчас я не сильно переживаю из-за того случая. Всё уже зажило и спасибо на этом. Было больше больно из-за того, что всем было плевать на меня и помочь никто не мог. Это и лежит у меня на ране. На ране ненужности. «— И даже если ты попробуешь наказать меня законно.. — трогает мои уши своими губами и мажет языком. — Тебе никто не захочет помочь, так что не пытайся.  Он тихо смеется и целует мою скулу.  В этот момент разбились мои последние надежды на этот мир и я погрязла в этом состоянии.» Задумавшись о прошлом, я не заметила, как застыла, пока расплачивалась и люди сзади начали возмущенно вздыхать. Я лишь кидаю эмоцию безразличия в их сторону, сложив продукты ухожу. Даже если в этот раз со мной попытаются вытворить подобное, законы уже буду нарушать я.