Собрание

      На следующий день мы всё собрались в Большом Зале. Не считая выбитых окон и сломаной мебели, он сохранился почти целым. Весь Орден Феникса был уже в сборе, когда мы с Гарри вошли в Зал. Десятки лиц тут же обратились к нам. А точнее, ко мне. На лицах многих я видела осуждение, страх, непонимание и... Благодарность. Молли Уизли смотрела на меня с холодной благодарностью, словно мой ужасный поступок хоть как-то помогал ей пережить боль. Она мне кивнула. Остальные Уизли предпочитали отводить от меня взгляд. На негнущихся ногах я дошла до свободного стула и села рядом с Артуром. Гарри сёл на соседний стул и сжал мою руку в знак поддержки.       — Итак, раз все в сборе, начнём наше собрание. Все вы уже знаете, что магическая Франция объявила нам войну. Просто так, без повода и объяснения причин. Мы... не были к этому готовы. Мы настолько увлеклись борьбой с режимом Тёмного Лорда, что не заметили другого врага, который напал со спины... — Кингсли тяжело вздохнул. — Что будем делать?       Кингсли скользил взглядом по лицам собравшихся — усталым, измученным, потрясённым. И этот взгляд говорил: у него нет простого ответа. Ни у кого нет. Минерва медленно поднялась первой.       — Мы будем защищаться, — сказала она ровным голосом, но в нём чувствовалась сталь. — Хогвартс всегда был крепостью. Мы… можем продержаться какое-то время.       Кингсли покачал головой:       — Не «какое-то время». Нам нужно думать стратегически. Дипломатически. Политически. Мы не можем позволить себе повторения того, что случилось вчера.       По залу прокатилась едва уловимая волна согласия — и страха. Он продолжил:       — Четыре десятка убитых. Более сотни раненых. Они взяли нас внезапностью, да. Но это не оправдание. Если Франция действительно вступила на путь полномасштабной войны… у Британии очень мало шансов выдержать её в одиночку.       Несколько человек зашептались. Слова «шанс», «в одиночку» больно резанули по нервам.       — Ты предлагаешь обратиться за помощью к другим странам? США? Италия? Болгария? — спросил Артур.       — Да никто из них нам не поможет, — грубо вставил какой-то грузный мужчина лет пятидесяти. — Болгария слишком мала, итальянцы не пошевелят и пальцем, пока беда до них не дойдёт, а США будет просто смотреть, как мы убиваем друг друга.       — Адамс прав! — воскликнула какая-то женщина в министерской мантии. — Тем более после того, что устроила мисс Грейнджер. Теперь все считают нас агрессивными террористами, которые поддерживают Лорда. — послышалось одобрительное гудение. Собравшиеся бросали косые взгляды на меня, а я почувствовала, как щеки мои запылали.       — Если бы не Гермиона, погибших с нашей стороны было бы больше! — рявкнул Гарри, хлопнув кулаком по столу. Все тут же замолчали.       — Гарри прав, — спокойно сказал Кингсли. — А раз другие страны не поддержали нас в противостоянии, то и нам не стоит воевать на два фронта. Мы этого просто не вытянем. Враги и так воспользовались тем, что мы воюем друг с другом. Поэтому... Нам надо найти тех, кому не выгодно, чтоб Англия проиграла. Тех, кто живёт в нашей стране, пусть и находится на другой стороне баррикад...       Зал ахнул. Кто-то встал. Кто-то стукнул ладонью по столу. Возмущение поднялось стеной.       — Вы предлагаете… — начала Минерва, но осеклась, словно не могла произнести этого.       Кингсли закончил за неё:       — Да. Я предлагаю попытаться установить контакт с оставшимися Пожирателями.       Взрыв эмоций был мгновенным и неконтролируемым.       — Они убили моего сына! — выкрикнул кто-то.       — Они пытали детей!       — Это безумие, Кингсли!       — Они предадут нас в первый же день!       Шум рос, как поднимающаяся буря, и никто не мог его остановить. Кроме него. Кингсли ударил ладонью по столу — звук вышел коротким, но гулким, заставив замолчать почти всех.       — Франция не различает нас. Ни Орден, ни Министерство, ни бывших сторонников Волдеморта. Для них мы одинаковы: британские маги, которых нужно сломить. Это — общий враг. И если мы не объединимся, нас уничтожат поодиночке. Мы отлично работали в команде, защищая Хогвартс. И мы доказали, что мы можем работать в тандеме.       Собравшиеся переглянулись — неуверенно,растерянно. Казалось, никто не хотел первым сказать очевидное: он прав. Кингсли сделал два шага вперёд, уже не скрывая лидерской жесткости:       — Война с Францией — это не идеология. Это не спор о власти. Это борьба за выживание. И если мы не объединимся с теми, кто вчера был врагом… — он медленно обвел зал взглядом. — …то завтра у нас просто не будет страны, которую мы так горячо защищали от Волдеморта.       — Но ведь это… это же Пожиратели, Кингсли! — сорвалось у женщины в министерской мантии.       — Я понимаю твои опасения, Маргарет, но они британские маги. Жестокие. Заблуждавшиеся. Но граждане нашей страны. Скажу прямо. У нас нет союзников извне. Мир не будет воевать за Британию. А вот те, кто ещё вчера называл себя армией Тёмного Лорда… не хотят видеть французов на наших землях ничуть не меньше нас. Им есть, что терять. Им есть, что защищать. Их дети, семьи, дома — здесь. И если мы протянем руку хотя бы части из них… мы получим армию. Опытную. Объединённую ненавистью к одной и той же угрозе.       В зале повисла тишина. Можно было услышать дыхание каждого из собравшихся.       — Мне кажется, это неплохая идея. — подал голос Гарри. — по крайней мере, им не выгоден наш проигрыш.       Никто не стал спорить. Но и особого энтузиазма среди собравшихся не было.       — А если они откажутся нам помогать? — подал голос тучный мужчина.       — Тогда, Ричард, будем думать дальше. Но не думаю, что они откажут. Нам нужны люди, которые пойдут со мной на переговоры с Пожирателями. Есть желающие?       — Я пойду! — подал голос Артур Уизли.       — И мы! — хором сказали близнецы.       — Я бы тоже хотела. — подала голос и Луна Лавгуд. Кингсли кивнул и посмотрел на нас с Гарри.       — А у нас, я так понимаю, нет выбора? — спросил друг. Губы Кингсли слегка дрогнули, словно он хотел улыбнуться, но в последний момент передумал.       — Ваше участие было бы... желательным. Тем более, когда Гермиона неплохо... объединила силы с одним из них. — уклончиво намекнул Кингсли.       — А если они нападут и убьют Гарри?! — воскликнула Джинни.       — Мы не позволим, Джиневра. К тому же, Лорд стратег. А ему не выгодно будет сейчас нас убивать.       — Я пойду, — сказала я вслух. Голос едва дрогнул, но я заставила себя смотреть прямо на Кингсли. — Если это наш единственный шанс… я пойду. По залу пронеслось шевеление, будто кто-то расправил крылья. Взгляды — тяжелые, недоверчивые, настороженные, — вновь впились в меня. И всё же, впервые за всё утро в них промелькнула искра… надежды? Или отчаяния? Порой эти чувства неотличимы. Кингсли кивнул, будто именно этого и ждал.       — Хорошо. Тогда… — он обвел взглядом нашу импровизированную «делегацию». — Уизли, Лавгуд, Поттер, Грейнджер… — он коротко вздохнул. — Выдвигаемся сегодня вечером. Чем раньше мы установим контакт, тем лучше.       — Сегодня?! — воскликнула Молли, сорвавшись на высокий тон. — Вы отправляете детей — детей! — навстречу убийцам?! Лорд убил родителей Гарри, как он будет стоять рядом с ним?       Лицо Кингсли дернулось — едва заметно, как от боли.       — Молли… я не отправляю детей. Я отправляю самых опытных выживших. Тех, кому доверяю больше, чем себе.       Молли Уизли поджала губы и промолчала. Когда мы встали и стали проходить мимо неё, она схватила меня за руку:       — Если что-то пойдёт не так... Сожги их всех. — холодно сказала она. Я растерянно кивнула — и только когда мы вышли из Большого зала, поняла, что ладони у меня дрожат.       Коридоры Хогвартса были непривычно тихими. Не той умиротворяющей тишиной ночи, а настороженной — как перед грозой. Каменные стены ещё хранили следы вчерашней битвы: подпалины, трещины, кое-где застывшие капли крови, которые никто не успел убрать. Я шла и ловила себя на мысли, что запоминаю всё слишком отчётливо, словно мозг пытался сохранить эти детали на случай, если вернуться сюда больше не получится.       — Эй, — Гарри слегка наклонился ко мне, — ты в порядке?       Я хотела соврать. Сказать «да», как всегда. Но вместо этого просто выдохнула:       — Я боюсь.       Он кивнул. Без удивления. Без осуждения.       — Я тоже. — тихо сказал он. Это почему-то придало сил.

***

      Вечером мы собрались в одном из уцелевших кабинетов. Артур что-то тихо обсуждал с близнецами, Луна сидела у окна и смотрела на серое небо так, будто видела там ответы на вопросы, которые никто из нас не осмеливался задать.       — Они придут на встречу. — неожиданно сказала она, не оборачиваясь. — Я имею в виду, Пожиратели.       — Ты так уверена? — спросил Фред. Или Джордж. Я всё ещё путалась.       — Да, — Луна наконец повернулась. — Французы уже нарушили несколько старых магических договоров. Очень некрасиво. А некоторые из них… — она задумалась, — …очень не любят, когда кто-то другой считает себя хозяином на их территории. — Фред нахмурился, но спорить не стал.        Я сидела, сцепив пальцы, и думала о другом. О нём. О том, как Кингсли произнёс это вскользь: «Гермиона неплохо… объединила силы с одним из них». Как будто речь шла о случайном заклинании, а не о ночи, после которой мир уже никогда не будет прежним... Я резко вдохнула и тут же заставила себя выдохнуть медленно, ровно. Нельзя. Не сейчас. Не при них.       — Гермиона, — тихо позвал Артур, — если ты не готова…       — Я готова. — ответила я слишком быстро. И, заметив его внимательный взгляд, уже спокойнее добавила: — Правда. Просто думаю.       Он кивнул, принимая это без расспросов. За это я была ему благодарна.       Кингсли появился ближе к сумеркам. Кабинет будто сразу стал теснее.       — У нас есть подтверждение. — сказал он без вступлений. — Контакт согласован. Встреча состоится за пределами Лондона, на нейтральной территории. Старое поместье в Уилтшире. Защитные чары — с обеих сторон.       — С обеих? — уточнил Гарри.       — Они настаивали. — коротко ответил Кингсли. — И, если честно, я бы тоже на их месте настаивал. — ответил Бруствер. Луна слегка улыбнулась, словно услышала что-то обнадёживающее.       — Это хорошо. — сказала она. — Значит, они боятся. А когда боятся — предпочитают договариваться.       — Или бить первыми. — мрачно заметил Джордж. На этот раз я была почти уверена, что это он.       — Поэтому мы идём не с пустыми руками. — продолжил Кингсли. — У нас есть предложение. Временное перемирие. Совместная оборона. Чёткие условия. Ни слова о прошлых союзах, ни слова о Волдеморте — как символе. Только Британия. Только вторжение.       Слово вторжение прозвучало особенно тяжело.       — А Тёмный Лорд? — вырвалось у меня прежде, чем я успела себя остановить.       Кингсли посмотрел прямо на меня. Взгляд был слишком понимающим, чтобы быть случайным.       — Он будет там, Гермиона.       Комната словно на миг потеряла опору. Я сжала край стола, чтобы не выдать этого.       — В качестве… — я запнулась, — …кого?       — Посредника. — ответил Кингсли после короткой паузы. — И гаранта безопасности.       Гаранта безопасности.       Это слово почему-то пугало сильнее всего.       — Тогда всё ещё сложнее. — тихо сказал Гарри.       — Тогда всё честнее. — возразила Луна. Никто не стал с ней спорить.