Обмен

      Мы вышли за защитный контур Хогвартса, когда небо уже налилось тёмно-синим, а первые звёзды проступили сквозь дымку. Аппарация дёрнула привычно резко, болезненно, и мир снова сложился вокруг меня.       Поместье, где нас ожидали Пожиратели, оказалось именно таким, каким я его представляла: старое, каменное, с погасшими окнами и магией, стелющейся по земле, как туман. Сильной. Древней. Чужой. Интересно, чей это дом?       — Они уже здесь. — сказал Кингсли.       Я почувствовала это раньше, чем увидела. Тени отделились от стены, словно стали гуще, обрели форму. Чёрные мантии. Знакомые очертания. Сердце забилось так сильно, что, казалось, его услышат все.       И Он вышел вперёд.       В мантии. Без маски. Спокойный, собранный и пугающе живой. Его взгляд встретился с моим, и на долю секунды всё вокруг перестало существовать.       Ни Хогвартса. Ни Франции. Ни войны.       Только та ночь, о которой нельзя говорить вслух. И на долю секунды мне показалось, что в его глазах появился... Интерес? Любопытство? А может я всё себе придумала, и он меня даже не узнал. Лорд отвёл от меня взгляд и мне стало легче дышать. Всё-таки встречи с ним я боялась больше всего. Сама не знаю почему.       Мы остановились в нескольких шагах друг от друга. Между нами — пустота, натянутая, как струна. Её можно было разрезать ножом… или одним неверным словом.       — Начнём. — сказал Кингсли, делая шаг вперёд. Голос у него был ровный, официальный, будто он находился не в полуразрушенном поместье среди вчерашних врагов, а в зале Визенгамота. — Благодарю, что вы приняли предложение о встрече.       — У нас не было роскоши отказаться. — ответил Лорд. Его голос я узнала бы где угодно — низкий, спокойный, шипящий. — Французские авангардные отряды уже пересекли Ла-Манш. Вопрос времени когда они снова нападут.       По рядам Пожирателей прошло едва заметное движение. Они не выглядели триумфально. Скорее… напряжённо. Настороженно. Так смотрят те, кому есть, что терять.       — Значит, вы признаёте угрозу. — сказал Кингсли.       — Мы её просчитали, — последовал ответ, — ещё до того, как ваши разведчики перестали верить собственным глазам. — резко ответил Лорд. Я почувствовала, как Гарри напрягся рядом, но промолчал.       — Тогда вы понимаете, зачем мы здесь. — продолжил Кингсли. — Британия не выдержит войны на два фронта. Ни мы, ни вы. Мы предлагаем временное перемирие. Совместную оборону. Чёткие зоны ответственности. Обмен разведданными.       — И никаких попыток использовать ситуацию для реванша. — добавил Артур, выступив чуть вперёд. — Ни сейчас, ни после.       Пауза затянулась.       — Франция не будет вести переговоры, — подала голос я. — Они пришли не договариваться. Они пришли сломать. И Орден, и Пожирателей. Всю британскую магическую систему. — все взгляды Пожирателей были обращены на меня. — Вы это знаете. И мы это знаем. Вопрос только в одном: будем ли мы умирать по отдельности — или выживем вместе.       Тишина была почти оглушительной. Лорд смотрел на меня так, словно взвешивал не слова — цену моей искренности.       — Ты глянь, Грязнокровка осмелела! — раздался до боли знакомый женский голос. Фигура по правую сторону Лорда сняла маску. Беллатрикс. — Убийства французов так на тебя повлияли? — издеваясь, спросила она. Это было неприятно. Её слова задели рану в моей душе, но соплохвоста мне за пазуху! Если я ей это покажу. Я заметила на себе внимательный взгляд Волан-де-Морта. Словно он тоже ждал моего ответа.       — Если бы убийства влияли на храбрость, ты была бы самой смелой, а не пряталась бы трусливо за спину своего Хозяина. — холодно ответила я. Белла скривила в отвращении лицо и, вытащив палочку, вышла вперёд.       — Достаточно.       Одно слово. Тихое. Холодное. Лорд даже не повысил голос, но Беллатрикс замерла, словно наткнулась на невидимую стену. В её глазах мелькнуло раздражение — и сразу же сменилось покорностью. Она отступила назад, склонив голову, но улыбка так и не исчезла. Хищная. Обещающая скорую месть. Орден, уже готовый бросится на мою защиту, немного расслабился.       — Мы же пришли поговорить. Нам же не нужны... лишние жертвы. — усмехнувшись, сказал Лорд. — Мы готовы рассмотреть ваше предложение.       Гарри шумно выдохнул. Близнецы переглянулись. Даже Кингсли позволил себе едва заметно расслабить плечи.       — На условиях. — добавил он.       — Разумеется, — кивнул Кингсли. — Мы слушаем.       — Во-первых, — продолжил Лорд, делая шаг вперёд, — никаких боевых действий между нашими сторонами. Ни открытых, ни «случайных». Любая провокация будет расценена как нарушение перемирия. Нарушитель будет тут же уничтожен.       — С обеих сторон. — уточнил Кингсли.       — С обеих, — согласился он без колебаний. — Во-вторых, ты, Кингсли, держишь своих собачек при себе. Мои люди вспыльчивые, будет жаль, если наше перемирие нарушат чьи-то глупые гриффиндорские бравады. — Он не смотрел на меня, но я поняла, что речь шла обо мне. Я вспыхнула. Как он смеет?! Это же его подружка первая начала!       — Согласен. Тоже касается и вас. И разведданные. Обмен реальный, а не выборочный.       — Вы получите всё, что касается Франции. — ответил Лорд. — Передвижения, ритуалы, источники поддержки. Взамен — то же самое. Без умолчаний.       — Договорились. — Кингсли протянул руку для рукопожатия. Тёмный Лорд лишь ухмыльнулся.       — Есть ещё кое-что. Одно условие.       — Говорите. — раздражённо сказал Бруствер, убирая руку обратно.       — Нам нужны гарантии безопасности. Что вы не передумаете в последний момент.       — Конкретнее?       — Я заберу её. — Волан-де-Морт кивнул на меня. Мир словно дал трещину.       Я не сразу поняла смысл сказанного — будто слова дошли до меня с опозданием, сквозь воду. А потом тишина взорвалась.       — Что?! — одновременно вырвались голоса сразу с нескольких сторон.       Гарри резко шагнул вперёд, палочка оказалась у него в руке быстрее, чем я успела вдохнуть.       — Ни за что, — процедил он. — Даже не думай.       — Гарри. — автоматически сказала я, сама не узнавая собственный голос. Кингсли медленно повернулся ко мне, потом — к Лорду. Его лицо стало каменным.       — Вы шутите. — произнёс он наконец. — Это неприемлемо.       — Я не шучу, — спокойно ответил Волан-де-Морт. — И вы это знаете. Мне не нужен заложник. Мне нужен якорь. — Он снова посмотрел на меня. Прямо. Без насмешки. Без угрозы. И от этого взгляда по спине пробежал холод.       — Она остаётся под моей защитой. — продолжил он. — Без пыток. Без принуждения. Без метки. Свободное передвижение в пределах оговорённой зоны. Любая попытка причинить ей вред будет расценена как нарушение условий… с моей стороны. — по рядам Пожирателей прошёл едва уловимый шёпот. Беллатрикс вскинула голову так резко, будто её ударили.       — Мой Лорд… — начала она, но он даже не повернулся.       — Она — гарантия, — сказал он, — вашей честности. И моей.       — Ты с ума сошёл, — прошипел Гарри, не сводя с него глаз. — Ты думаешь, мы…       — Думаю, — перебил Волан-де-Морт, — что вы согласитесь. Потому что альтернатива — гибель Британии. И ты это знаешь, Поттер.       Я почувствовала, как на меня смотрят все. Орден. Пожиратели. Старые друзья и старые враги. Словно я вдруг стала центром какой-то чудовищной шахматной партии.       — Нет. — твёрдо сказал Кингсли. — Мы не торгуем людьми.       — Тогда переговоры окончены. — так же спокойно ответил Лорд. Он развернулся, словно собираясь уйти, и именно в этот момент я поняла — это не блеф. Франция. Два фронта. Тысячи жизней. Хогвартс, который уже едва стоит. Люди, которые не переживут ещё одной ошибки. Я сделала шаг вперёд раньше, чем кто-то успел меня остановить.       — Я согласна!       — Гермиона! — Гарри обернулся ко мне, в его глазах был почти страх. — Ты не можешь!       — Могу. — тихо сказала я. — И должна.       — Дайте нам минуту на раздумья. — сказал Кингсли. Лорд кивнул. Мы отошли чуть в сторону.       — Ты с ума сошла?! — воскликнул Гарри.       — Если это условие того, что мы не останемся одни в этой войне, то это не такая уж высокая плата. — зашептала в ответ я.       — Кингсли, скажи ей, что это безумие! — обратился Гарри к мужчине.       — Безумие. — кивнул мулат. Гарри победно вскинул голову. — Но если Гермиона...       — Что значит НО?! — взорвался Гарри. — А если в следующий раз он попросит мою голову, ты тоже согласишься?!       — Не говори глупостей, Поттер! — резко сказала я, прежде чем успела испугаться собственных слов. — Он не просит голову. Он просит гарантию. И я — единственная, кто её даёт.       — Он Волан-де-Морт! — Гарри почти сорвался на крик, но Кингсли тут же поднял руку, заставляя его понизить голос. — Ты правда веришь хоть одному его слову?!       — Я верю логике, — ответила я уже тише. — И тому, что сейчас ему невыгодно меня трогать. Ни сейчас. Ни потом. Я для него — не трофей. Я — рычаг.       Кингсли смотрел на меня долго. Слишком долго. В его взгляде было всё: сомнение, ответственность, усталость человека, который каждую ночь считает возможные смерти.       — Ты понимаешь, — медленно произнёс он, — что, согласившись, ты окажешься одна среди них?       — Понимаю.       На несколько секунд между нами повисла тишина, полная невысказанных страхов.       — Если ты сделаешь это… — начал Гарри и осёкся. — Если он хоть пальцем…       — Тогда перемирие закончится. — закончила за него я. — И он это знает.       Кингсли глубоко вдохнул.       — Одно условие, — сказал он наконец. — Если ты идёшь… ты идёшь не как жертва. Ты идёшь как представитель Ордена. С полным правом выйти из соглашения при первом же нарушении.       Я кивнула.       — Именно это я и собиралась предложить.       Мы вернулись. Лорд ждал нас там же, где и стоял. Неподвижный. Спокойный. Словно исход был решён заранее.       — Ну? — произнёс он, не скрывая лёгкого любопытства.       — Мы согласны. — сказал Кингсли. — Но на наших условиях.       — Разумеется. — ответил Волан-де-Морт. — Я весь внимание.       — Гермиона Грейнджер идёт к вам как связной, — отчеканил Кингсли. — Не пленница. Не заложник. Любое ограничение её воли — конец перемирию.       — Она сохраняет право связи с Орденом. — добавил Артур. — Регулярной.       — И если она не вернётся по собственной воле, — холодно сказал Гарри, глядя прямо в красные глаза Лорда, — мы придём за ней. Все.       На губах Волан-де-Морта дрогнула усмешка.       — Как трогательно. — сказал он. — И как… предсказуемо.       — Нам тоже нужен... посредник. Ваш человек будет у нас. — сказал Кингсли.       — Да пожалуйста. Кто? — холодно спросил Лорд. «Беллатрикс. Она будет надёжным заложником. Лорд к ней привязан, он не даст ей пострадать, а значит и меня не тронет. Кингсли молодец !»       — Долохов. — ответил Бруствер. Я ошарашено посмотрела на мужчину. «Долохов?! Он серьёзно?!» Кажется, не одна я так думала.       — Лучше Беллатрикс. — шепнул мужчине на ухо Джордж.       — Нет. Доверьтесь. — так же тихо ответил мулат.       — Антонин, Орден желает твоего присутствия. — усмехнувшись, сказал Лорд, обращаясь к мужчине в маске. Долохов снял её и усмехнулся.       — Я знал, что я им понравился. Но у меня тоже есть условие!       — Говорите. — сказал Кингсли.       — Смотреть можно. Трогать — нельзя. — сказал Долохов, гадко усмехнувшись. Я закатила глаза. «Клоун». Я почувствовала, как на меня снова смотрят. Беллатрикс.       Её взгляд был острым, почти безумным. В нём читалось сразу всё: ревность, ярость, подозрение. И что-то ещё. Кажется, она уже просчитывает в голове, как именно меня убить.       — Тогда… обмен. — сказал Кингсли уже твёрже.       Воздух словно стал плотнее. Магия вокруг сжалась, насторожилась, как зверь перед прыжком. Я на секунду задержалась возле Гарри. Он молча обнял меня — крепко, так, будто пытался запомнить на ощупь. Ни слов. Ни прощаний. Только короткий выдох мне в волосы.       — Не геройствуй. — глухо сказал он.       — Постараюсь. — ответила я и сама не была уверена, что это правда.       Я развернулась и пошла к Пожирателям, чувствуя на спине десятки взглядов. Долохов, насвистывая что-то себе под нос, направился к Ордену, явно наслаждаясь моментом. Он даже поклонился — издевательски, театрально. Я остановилась по другую сторону от Беллатрикс. Достаточно далеко, чтобы она не могла «случайно» задеть меня локтем… или заклятием.       — Разумно, — протянула она, не поворачивая головы. — Держаться подальше, Грязнокровка.       — Не хотелось бы тебя поранить. — спокойно ответила я.       Волан-де-Морт поднял руку.       — Перемирие вступает в силу, — произнёс он, — с этого момента. — Магия отозвалась гулом, глубоким и древним, будто само пространство приняло сказанное как факт. Темный Лорд поставил свою руку мне на плечо. Тело покрылось мурашками от холода, исходящего от его тела.       — Как что-то станет известно, мы сообщим. — сказал Он, и вихрь аппараций унес нас прочь.