Поместье Роули

      Приземление было жёстким. Если бы не рука, которая держала бы меня за плечо, то я бы рухнула на пол. Рука... Я резко дёрнулась в сторону, разрывая наш телесный контакт. Сразу захотелось помыться. Его прикосновение горело огнём на плече.       — Роули-мэнор. Теперь это твой дом, Грязнокровка. — спокойно сказал Лорд.       — Гермиона Грейнджер. Это моё имя. Прошу обращаться ко мне по имени. — сказала я, скрестив руки на груди.       — Разумеется. А я прошу обращаться ко мне Господин или Мой Лорд.       Хотелось тут же дать отрицательный ответ, но я заставила себя сжать губы и проанализировать обстановку. Мы стояли в огромном, гулком холле. В отличие от пыльного и мрачного поместья Малфоев, здесь царила удручающая чистота и геометрический порядок. Камень, кость и холодное серебро. Ни намёка на уют, только неприкрытая, зловещая мощь.       — Наше соглашение строится на взаимном уважении и признании равной ценности наших ролей, — ответила я, выдерживая его взгляд. Голос не дрогнул, хотя сердце билось, как сумасшедшее. — Я не ваша подданная и не ваша служанка. Я — представитель Ордена. Я буду обращаться к вам, как того требует официальный этикет между враждующими сторонами: Волан-де-Морт.       Пауза затянулась. Я видела, как в его красных глазах вспыхнуло раздражение, но он не стал настаивать. Он меня изучал, и, казалось, что моя логика его одновременно злила и развлекала.       — Хорошо. Будем считать, что это условие вашего Ордена. Хотя, к слову, ваши друзья даже не осмелились настаивать на этом вслух, — в его голосе прозвучало лёгкое пренебрежение, адресованное Кингсли и Гарри. — Тебе выделены покои. Ты можешь передвигаться по восточному крылу и библиотеке. Южное крыло — закрытая зона. Пока.       — «Пока» — ключевое слово? — уточнила я.       — Всегда. — ответил он и, уже не глядя на меня, добавил: — Ужин подадут через час. Не опаздывать.       — Это приказ?! — вырвалось моё возмущение прежде, чем я успела его остановить. Лорд медленно ко мне повернулся. Очень медленно. Пугающе медленно. Внутри всё похолодело.       — Нет. — произнёс он тихо. И от этого короткого слова стало куда страшнее, чем если бы он повысил голос.       Он сделал шаг ко мне. Один. Потом ещё один. Камень под его ботинками не издал ни звука, но давление магии усилилось так, что у меня на мгновение перехватило дыхание. Холодная демонстрация силы, от которой хотелось сжаться, но я заставила себя стоять ровно. Моя рука была сжата на палочке в кармане мантии, но я знала, что сейчас это бесполезно. Он подошёл так близко, что мне пришлось чуть запрокинуть голову, чтобы смотреть ему в глаза. Бордовые глаза, в которых плескалась угроза.       — Приказы я отдаю иначе, — продолжил он всё тем же спокойным тоном. — А это… — он на секунду задержал взгляд на моём лице, — совет.       — Тогда я решу сама, — сказала я тихо, — принимать его или нет.       Волан-де-Морт провёл по губам бледным языком. На его лице промелькнуло нечто, похожее на усмешку — тонкую, едва уловимую, но исполненную древнего высокомерия.       — Я кое-что разузнал о вас, мисс Грейнджер. Мои источники информации уверяли, что вы умная ведьма. А УМНЫЕ никогда не будут пренебрегать МОИМИ советами. — Его голос был бархатистым, и эта мягкость меня до чёртиков пугала. Я почувствовала, что он переходит от прямого устрашения к психологической игре, нацеленной на мою гордость и логику.       — Умная ведьма, — ответила я, не отводя взгляда. — Именно поэтому я здесь. Я просчитала все риски. И я прекрасно понимаю, что вы не даёте советов. Вы мне приказываете. Но я не ваша рабыня, а гостья.       — Верно, — он кивнул, и на этот раз его согласие было неожиданным. — Но условия моего гостеприимства для тебя таковы: ты должна выглядеть идеально. Ты должна демонстрировать безупречную дисциплину и уважение к правилам этого дома. Потому что если ты нарушишь даже такое пустяковое правило, как время ужина, мои люди воспримут это как слабость. — Он снова приблизился, и его присутствие стало давящим, как гранит.       — А теперь подумай, ГЕРМИОНА: как они отреагируют, если увидят, что моё "слабое звено" — это та самая Грязнокровка, которую я так демонстративно защищал от Беллатрикс? Я не командую тобой, я предотвращаю твоё убийство в стенах моего дома. И я делаю это не из милосердия, а потому что ты мне сейчас нужна. Ты — мой рычаг против Ордена. И я не позволю ему сломаться из-за твоей глупой гриффиндорской бравады. Так понятнее?!       Я сжала зубы. Каждое его слово было ядом, но каждое слово было логически верно. Он не угрожал мне лично в данный момент — он угрожал мне руками своих сторонников, используя моё же неповиновение как повод. Он заставлял меня быть его союзником в поддержании моего же выживания.       — Понятно. — сказала я, наконец отводя взгляд. — Я буду пунктуальна. Потому что это выгодно МНЕ.       — Именно, — он удовлетворенно кивнул. — Запомни это, Грейнджер. Здесь ты существуешь только на условиях взаимной выгоды. — Он отступил. Напряжение в воздухе спало.       — Розье! — мужчина появился с громким хлопком. «Словно эльф на услужении». — Проводи нашу гостью в её покои. — Мужчина поклонился Лорду и кивнул мне в сторону.       — До ужина. — сказала я Лорду и пошла за своим провожатым. Меня внутри всю колотило. Я сделала глубокий вдох, но холод внутри меня не уходил. Каждое слово Волан-де-Морта будто оставило ожог на разуме — логика и страх переплетались, заставляя сердце биться быстрее. Он играл со мной, и я знала это, но чувствовала себя словно пешкой на доске, с которой нельзя свести взгляд.       Я двинулась к дверям восточного крыла. Каменные стены казались живыми — отражали мои шаги и мысли. Внутри было пусто, идеально и стерильно. Здесь не было ни тепла, ни уюта, только холодный порядок, в котором я должна была найти своё место.       Мои покои оказались лаконичными: высокий потолок, белые стены, аккуратно расставленная мебель, окно с видом на тёмный сад. Всё было безупречно чисто, словно сюда никто не приходил по собственной воле. Я опустилась на край кровати, давая минуту, чтобы прийти в себя. Я размышляла о словах Лорда. «Ты мне нужна. Ты — мой рычаг против Ордена». Его логика была как яд: неприятная, но убедительная. Я понимала, что любая попытка возразить или действовать без расчёта может стоить слишком дорого — не только мне, но и моим друзьям. Палочка в кармане мантии напоминала о моей силе, но сейчас она казалась почти бесполезной. В этом доме правила задавал Он, и даже самый умный план мог обернуться ловушкой. Я сжала зубы и постаралась сосредоточиться: если я хотела выжить и сохранить хоть какое-то влияние на события, нужно было действовать холодно и рассудительно. Через час — ужин. Время подумать, составить план и определить границы игры. Глубоко вдохнув, я почувствовала, как медленно возвращается контроль над собой. Волан-де-Морт хотел, чтобы я чувствовала себя опасно и уязвимо. Но я была Гермионой Грейнджер. И пока я думала, наблюдала и анализировала, я сохраняла шанс перевернуть правила в свою пользу. Нужно не нарываться на неприятности, но при этом не давать себя унижать. Никому! Особо опасной казалась Беллатрикс. Ей явно не понравилось, что её дружок выбрал меня в качестве пешки. Надо бы узнать о характере их отношений. Тёмный Лорд защитил её на поле боя. Это был акт привязанности или он бы это сделал для всех своих слуг? Ведь хорошими слугами не разбрасываются. Судя по тому, как Белла трясется от восторга рядом с ним, она в него безумно влюблена. А он? Способен ли он на какие-то чувства? Или его изуродованная душа не способна на это? И крестражи... Пока я тут, надо узнать о них побольше. Гарри думает, что змея Лорда это крестраж. Надо это проверить. Пока мы на одной стороне, но когда победим французов... Любая информация о Лорде и ПСах будет полезна Ордену.       Я поднялась с кровати и подошла к окну. Ночной сад казался замерзшим во времени, темный и неприступный, как и сам Лорд. Я прижала ладонь к холодному стеклу, пытаясь заглушить трепет в груди. Каждое слово, каждое движение Волан-де-Морта осталось в памяти, как отпечаток на коже. Его присутствие было почти осязаемым — тяжёлым, давящим, как магическая аура, пронизывающая стены. Я до сих пор ощущала холод его руки на своём плече. Неудивительно, что он вызывает такой трепет среди своих ПСов и остальных волшебников. Ему необязательно даже говорить. Достаточно одного только взгляда, чтоб человек впал в ужас. А ещё его сила... невероятная! Когда он, в день смерти Рона, питал меня магически... Я чувствовала всю его мощь и силу разрушения. Он действительно великий волшебник! Его будет очень сложно одолеть. Я оторвалась от окна, когда в коридоре раздался негромкий, выверенный стук. Не резкий — подчёркнуто вежливый. Такой, каким стучат не слуги, а люди, знающие своё место в иерархии.       — Войдите. — сказала я, заранее выпрямляясь.       Дверь открылась бесшумно. На пороге стояла женщина — высокая, сухощавая, в строгой тёмной мантии без знаков отличия. Волосы убраны в гладкий узел, взгляд внимательный, оценивающий. Не Пожиратель в привычном смысле — больше администратор, чем палач.       — Мисс Грейнджер. Я — мисисс Лоу. Мне поручено подготовить вас к ужину. — её голос был нейтральным, почти лишённым эмоций. — У вас есть двадцать минут.       Не «если пожелаете». Не «прошу». Просто констатация.       — Я готова. — ответила я, убирая руки от подоконника.       Она кивнула и отошла в сторону, пропуская меня в соседнюю комнату — гардеробную. Всё было продумано до мелочей: свет мягкий, но яркий, зеркала без искажений, на манекене — платье. Чёрное.       Не траурное и не вызывающее. Строгое, закрытое, с чёткой линией плеч и высоким воротом. Ткань матовая, плотная, почти как защитный слой. В этом не было попытки унизить или соблазнить. Это был дресс-код.       — Лорд предпочитает, чтобы гости выглядели… уместно, — заметила мадам Валье, будто читая мои мысли. — Особенно те, за кем наблюдают.       Вот оно. Не «вас будут видеть». А наблюдать. Я молча переоделась. Платье село идеально — ещё одно напоминание о том, что мой размер, осанка, даже привычки давно известны. Волосы мне позволили оставить распущенными, лишь слегка пригладив магией. Никаких украшений. Никакой палочки на виду — её я спрятала во внутреннем кармане мантии.       — Пунктуальность, — сказала мисисс Лоу, открывая дверь, — будет воспринята как знак благоразумия.       — Я это понимаю. — ответила я. Мы вышли ровно в тот момент, когда в дальнем конце коридора зазвучал колокол. Низкий, глухой звук прокатился по камню, отдаваясь где-то в груди.       Столовая оказалась меньше, чем я ожидала. Не зал для приёмов — скорее место для внутреннего круга. Длинный стол из тёмного дерева, высокие спинки кресел, свечи без пламени, дающие холодный, ровный свет.       Он уже был там.       Волан-де-Морт сидел во главе стола, неподвижный, словно часть интерьера. По правую руку — Люциус Малфой. Чуть дальше — Розье, Яксли, ещё несколько фигур, чьи лица я знала слишком хорошо. Беллатрикс сидела по левую руку от Лорда.       Когда я вошла, разговор оборвался. Всё взгляды были обращены на меня. Белла в отвращении поджала губы. Волан-де-Морт поднял взгляд. Медленно осмотрел меня — не с интересом, не с одобрением. Сверил с ожиданиями.       — Вы вовремя. — сказал он.       Не комплимент. Констатация факта.       — Я стараюсь соответствовать условиям. — ответила я и сделала небольшой, сдержанный кивок.       — Прошу, — Волан-де-Морт указал на кресло по правую сторону от себя. Люциус слегка напрягся. Беллатрикс — заметно. Было видно, как она из-за всех сил сдерживается, чтобы что-то не сказать. Это было слишком. Слишком близко. Слишком демонстративно. Я поняла: ужин будет не о еде.       Я села, чувствуя, как на меня опускается тишина. Как взгляды Пожирателей скользят то мне, то обращены к Хозяину. Как сам Лорд остаётся безмятежным — архитектор сцены, в которой каждый уже расставлен. Он не смотрел на меня, когда произнёс:       — Начнём. Сегодня у нас… гостья. И я ожидаю, что все будут помнить: мои решения не обсуждаются.       Беллатрикс сильнее сжала губы. Я положила руки на стол и заставила дыхание выровняться.       Ход начался.