О патронусах, тёте, женихах и врагах

      Я вбежала в свою комнату, захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной, будто тонкий слой дерева мог остановить всё то, что только что прорвалось между нами. Сердце билось так громко, что я боялась — он услышит его даже сквозь стены. В гостиной воцарилась тишина, тяжёлая, вязкая, как остаточная магия после взрыва.       «В следующий раз…»       Я сжала пальцы в кулаки так сильно, что ногти впились в ладони.       — Не будет никакого «следующего раза», — прошептала я в пустоту, скорее себе, чем ему.Но магия — предательская, чуткая — дрогнула, будто насмешливо сомневаясь в моих словах.Я медленно сползла по двери на пол. Сил больше не было. Ни на ярость, ни на страх, ни даже на логический анализ произошедшего. Остались только обрывки ощущений: его присутствие, тяжесть взгляда, чужое дыхание в памяти. И тот мальчик в чулане. Этот образ жёг сильнее всего.       «Ты спасала того мальчика».       — Чёрт бы тебя побрал… — выдохнула я и закрыла лицо руками.       Он был прав в одном — это была ошибка. Не магическая, не стратегическая. Человеческая. Самая опасная из всех.       Я не знала, сколько просидела так, прежде чем почувствовала — дом снова дышит нормально. Магия улеглась, как шторм после ливня. Где-то в глубине я ощущала его: не рядом, не в голове — а как далёкий, холодный ориентир. Как звезда, которую нельзя трогать, но невозможно не видеть. Я поднялась, держась за стену. Ноги дрожали, но разум постепенно возвращал себе привычную чёткость. Если он стабилизировался — значит, угроза немедленной катастрофы миновала. А это означало только одно. Он снова опасен. И я должна быть в строю. Моя магия окрепла. А значит можно попробовать связаться с Гарри. Узнать как он... Дать весть о себе, он наверно с ума там сходит! Я достала палочку и произнесла заклинание :       — Экспекто Патронум!       Но ничего не вырвалось из моей палочки. Я нахмурилась. Это странно. Может моя магия ещё слаба? Но нет, я чувствую как она бежит по моим венам вместе с кровью.       — Экспекто Патронум! — и снова ничего. Я замерла, глядя на кончик своей палочки. Пустота. Вместо серебристого сияния, которое всегда согревало меня даже в самые темные времена, из древесины не вылетело ни искры. Я почувствовала, как внутри всё похолодело.       — Быть не может... — прошептала я, чувствуя, как нарастает паника. — Еще раз. Сосредоточься, Гермиона.       Я закрыла глаза, пытаясь вызвать самое счастливое воспоминание. Рон и Гарри в гостиной Гриффиндора, тепло камина, запах старых книг и жареных тостов... Но теперь это воспоминание вызывало лишь боль... Рона нет. Он никогда больше не будет сидеть вот так рядом... Никогда больше не засмеётся, никогда краснея не протянет мне руку... « Не отвлекайся! Ищи счастливые воспоминания! » Родители? Снова боль. Они даже не помнят меня. Гарри? Я чувствую только страх за него. Святочный Бал? Теперь вместо Виктора я вижу лицо Томас Ридлла. Ну конечно! Это он виноват!       — Экспекто Патронум! — я почти сорвалась на крик, вкладывая в заклинание всё своё отчаяние. Но ответом мне была лишь мертвая тишина. На кончике палочки не возникло даже слабого дымка. Ничего. Моё самое сильное защитное заклинание, мой личный свет, просто... погас.       — Гад... какой же он гад! — я отшвырнула палочку на кровать и заходила по комнате, обхватив себя руками. — Он не просто напитался моей магией, он отравил её!       Я поняла это с пугающей ясностью. Патронус требует чистого, искреннего счастья. Он требует надежды. Но как я могу чувствовать надежду, если теперь, закрывая глаза, я вижу не свет Большого зала, а темноту его души? Если его холодный, вкрадчивый голос звучит в моей голове отчетливее, чем голоса друзей?Он переписал меня. Своим присутствием, своим «слиянием» он внес искажения в самую суть моего существа. Теперь каждое моё светлое воспоминание было испачкано его тенью. Каждое «счастье» теперь имело привкус горечи и той странной, запретной искры, что проскочила между нами.       Я сбежала вниз по лестнице. Тёмный Лорд сидел в гостиной задумчиво смотря в окно.       — Что ты наделал?! — вбегая,закричала я на него. Лорд даже не посмотрел на меня.       — Я бы ответил на этот вопрос, если бы понимал о чем ты. — лениво ответил он.       — Мой Патронус! — я задыхалась от ярости, стоя посреди гостиной. — Его нет! Ты... ты выпил его вместе с моими силами. Ты отравил мои воспоминания!       Лорд медленно перевел взгляд от окна на меня. Он выглядел почти восстановившимся: бледность сменилась привычным восковым цветом кожи, а взгляд алых глаз стал острым и пронзительным. Он окинул меня коротким оценивающим взглядом, от которого по коже снова поползли мурашки.       — Какая трагедия, — пропел он, и в его голосе прозвучала неприкрытая издевка. — Девочка-героиня больше не может вызвать свою серебристую зверушку. Ты пришла обвинить меня в краже твоего «счастья», Грейнджер?       — Я не могу связаться с Гарри! Я не могу защититься от дементоров, если они придут за мной! Ты сделал это специально, чтобы я была беспомощна?!       Он резко встал. Хромота почти исчезла, и теперь он возвышался надо мной, подавляя своей аурой.       — Я. Ничего. Не. Делал.— Он произнёс это раздельно, отчеканивая каждое слово, будто вбивал их в пространство между нами. Магия в комнате отозвалась — не вспышкой, не давлением, а глухим, неприятным резонансом, как если бы стены вдруг вспомнили, кто здесь хозяин.       — Лжёшь, — выдохнула я, не отступая. Голос дрожал от ярости. — Ты был во мне. В моей магии. Ты что-то сломал!       — Я ничего не делал. Это ты виновата.       — Ну конечно. — фыркнула я.       — Скажи мне, Гермиона... Почему Пожиратели Смерти не могут вызывать патронус? — спросил меня Лорд.       — Потому что патронус это светлая магия, а ПСы мерзкие убийцы. — выплюнула я.       — Именно! — сказал Лорд победно ухмыльнувшись.       — К чему был этот вопр.... — я осеклась. Понимание накрыло меня с головой.       — Ты убивала, Гермиона. От твоих рук погиб ни один человек.— Слово легло на меня, как приговор, который давно вынесли, но только сейчас зачитали вслух.       — В бою, — резко сказала я. — На войне. Чтобы спасти других.       — Разумеется, — кивнул он. — Все убийцы всегда находят для себя правильные формулировки.       — Не смей ставить меня с собой в один ряд! — я вскочила, пальцы сжались в кулаки. — Я не получала от этого удовольствия!       — Да ну?! — его белые губы тронула ухмылка. — Даже когда отомстила за смерть своего... Друга? Ты не испытывала удовольствие, когда убийца сгорал в твоём Адском Огне? Я был тогда рядом, Гермиона. Я чувствовал твоё торжество.       — Я... Многие из Ордена тоже убивали! Но патронус у них есть!       — Потому что они как раз не выбирали отнять жизнь. Они защищались. И если убивали, то не испытывали радости. Не находили в этом радости. А ты... — Лорд обвёл моё тело изучающим взглядом так, что мне захотелось прикрыться. — Другая. Ты убила потому что ХОТЕЛА.       — Он заслуживал, — прошептала я, почти автоматически.       — Вот, — мягко сказал Лорд. — Именно это слово.       Он сделал шаг вперёд.       — «Заслуживал» — это не защита. Это приговор.       — Я спасала других! — сорвалась я. — Если бы я не остановила его, он убил бы ещё!       — Возможно, — согласился он. — Но ты не остановила. Ты наказала. Ты не просто отняла жизнь, Гермиона, — продолжил он тихо. — Ты почувствовала, что мир стал правильнее без него.       Он посмотрел мне прямо в глаза.       — И это… тебе понравилось.       Я отшатнулась, будто он ударил.       — Я ненавижу тебя, — прошептала я.       — Нет, — возразил он. — Ты ненавидишь себя. А меня — за то, что я не позволяю тебе больше лгать.       Тишина снова накрыла комнату, плотная, удушающая. Внутри меня всё выло от осознания что он прав. Он, дракл бы его подрал, опять прав!       — Значит.. Я никогда его не верну? — тихо прошептала я.       — Не знаю. Возможно, если ты раскаешся, он вернётся.       — Значит не верну... — прошептала я. Лорд усмехнулся.       — Тогда, добро пожаловать в клуб мерзких убийц. — он протянул мне руку для рукопожатия. Я её оттолкнула.       — Я это исправлю! Когда... Всё закончится.       — Ну разумеется. — хохотнул он.       — Ну раз у тебя отличное настроение, то нам пора выдвигался дальше. Нас ждут в Хогвартсе. А раз ни ты ни я не можем дать о себе знать, то пора выдвигаться.       — И как мы туда попадём? Наша магия ещё не востановилась. Нам не хватит сил для трансгрессии.       — Воспользуемся каминной сетью. Нам надо на площадь Гриммо.

***

      Если бы мне кто-то сказал, что я приведу Темного Лорда в свой дом, а затем и в наше убежище на Гриммо, я бы громко рассмеялась над этой нелепой шуткой. Но времена меняются. Теперь мы идём с Лордом, в человеческом обличии, по Лондону. На нём рубашка и джинсы моего отца, что уже было кощунством и нелепостью! Лорд кривился, когда их одевал, но они ему безумно шли. Интересно, если бы я сказала великому магглоненавистнику это вслух, как быстро в меня полетела Авада? Мы шли молча.       Лондон жил своей жизнью, и это было почти невыносимо. Машины проезжали мимо, люди смеялись, кто-то ругался по телефону, кто-то тащил пакеты с покупками — мир не рухнул, не остановился, не заметил, что по его тротуарам шагает тот, чьё имя ещё недавно боялись произносить вслух.       Тёмный Лорд шагал рядом, засунув руки в карманы джинсов. Его походка была расслабленной, почти ленивой, и только я знала, сколько в этом спокойствии фальши. Он сканировал пространство — не глазами, магией. Тихо. Осторожно. Хищно.       — Не смотри так напряжённо, — произнёс он негромко, не поворачивая головы. — Магглы начинают чувствовать дискомфорт. Ты привлекаешь внимание.       — Прости, что не наслаждаюсь прогулкой, — процедила я. — Не каждый день сопровождаю величайшее зло столетия за руку.       — Я заметил, — усмехнулся он. — Ты даже ещё не отстала ни на шаг. Прогресс.       Я сжала зубы. С ним лучше молчать. И делать вид, что его рядом нет. Хотя это очень сложно, особенно когда его магическая аура так близко. До Площади Гриммо осталось пару кварталов. Скоро мы будем в Хогвартсе и я наконец избавлюсь от него. Мне срочно нужен отдых. Гарри, Джинни, все мои друзья. Узнать как Фред и Джордж. Чем закончилась битва и какой дальнейший план. А ещё...       — Гермиона! Гермиона Грейнджер! — раздался голос сзади.Я застыла. Сердце ухнуло куда-то вниз, будто меня резко дёрнули за внутреннюю нить. Я знала его. Только не это... Я медленно обернулась.       — Чёрт, — прошептала я.       Лорд рядом мгновенно напрягся. Я почувствовала это даже без взгляда — его магия сжалась, собралась в плотный, опасный комок, готовый разорваться в любую секунду. Он медленно повернул голову, оценивая угрозу.       — Кто это? — спросил он тихо, почти лениво. Но в голосе прозвучал металл.       — Не смей, — процедила я так же тихо. — Это маггл. Если ты…       — …устрою резню на улице? — закончил он с лёгкой насмешкой. — Успокойся. Я не настолько глуп.       К нам быстрым шагом приближалась женщина лет сорока, в сером плаще, с растрёпанными белокурыми волосами и красным от волнения лицом. В одной руке — телефон, в другой — сумка с продуктами. Она смотрела прямо на меня, широко улыбаясь.       — Господи, я так и знала, что это ты! — выдохнула она, почти подбегая. — Я сначала подумала, что обозналась, но нет…Твои кудри ни с кем не спутаю. Боже, как ты выросла! Дай обниму! — и не дождавшись моего согласия, женщина бросила на пол сумку с пакетом и крепко меня обняла.       — Привет, тётя Мюрель. — ответила я.       — Дорогая, сколько раз просить тебя называть меня Шарлоттой? Я ещё не настолько стара. — хихикнула она. — Дорогая, где твои родители? Я пришла в гости, но там никого. На звонки Джин не отвечает. Клинику они продали. Я уже стала волноваться...       — Всё хорошо. Просто родители устали от шума Лондона и решили начать жизнь с нуля. Они сейчас в Америке. Я скажу маме, что ты волнуешься и их искала.— соврала я, отступая от женщины, всём видом показывая что я спешу.       — А что за красавчик рядом с тобой? — наконец обратила внимание на моего собеседника тётя. — Твой молодой человек?       Я почти поперхнулась воздухом.       — Нет, — слишком резко сказала я.       — Да, — одновременно произнёс Лорд.Я повернулась к нему с убийственным взглядом.       Он же — улыбнулся. Не своей холодной, змеиной усмешкой, а почти… человеческой. Мягкой. Обманчиво тёплой.       — Том, — представился он, протягивая руку. — Рад знакомству. Ну на самом деле, я действительно не парень Гермионы. Я её жених. — сказал он. Мир на мгновение перестал существовать.       Я медленно повернулась к нему. Очень медленно. Так поворачиваются люди, которые либо собираются убить, либо ещё надеются, что ослышались.       — Что? — выдохнула я сквозь зубы.       — О, как замечательно! — тётя Шарлотта всплеснула руками раньше, чем я успела сказать что-то ещё. — Ну конечно, я так и знала! Ты всегда была серьёзной девочкой, Гермиона. Ну-ка, дай рассмотреть тебя, Том. — женщина обвела взглядом Лорда — Ну красавец! Достойный выбор! Ой, совсем забыла! Я Шарлотта. Двоюродная сестра мамы Гермионы.       Я стояла рядом, чувствуя, как внутри меня закипает магия. Он с ума сошёл. Или решил, что это смешно.       — Мы… — начала я, но тётя Шарлотта перебила.       — Когда свадьба? — спросила она с неподдельным восторгом.Я закрыла глаза. На секунду. Всего на секунду.       — Это… сложно, — вмешался Лорд мягко, прежде чем я взорвалась. — Времена сейчас нестабильные. Тогда, когда накопим необходимую сумму на свадьбу мечты. Гермиона достойна королевского пира, да, дорогая? — Лорд приобнял меня за талию. Он говорил легко, уверенно, будто репетировал это всю жизнь. И самое ужасное — ему верили. Магглы всегда верили в уверенность. В тон. В осанку. « Чтоб его черти драли! Если он не уберёт свою руку с меня, я её сломаю! »       — Ах, понимаю, понимаю, — закивала тётя. — Сейчас всем непросто. Ну, надеюсь получить приглашение!       — Вы будете первая, кому мы отправим. — пообещал с улыбкой Том. Я закатила глаза. Бок горел от жара его ладони.       — О, Гермиона, покажи же своё кольцо! — воскликнула тётя.       — Вообще-то у меня... — начала я, но Лорд резко схватил мою левую руку и протянул её тёте.       — Вот оно. — сказал мужчина. И правда... На моём пальце, где ничего только что не было, появилось кольцо. В форме змеи, обвивавшей палец, а в зубах большой зелёный изумруд. — Я уставилась на кольцо, будто оно могло исчезнуть, если моргнуть. Не исчезло. Изумруд холодно поблёскивал, змея сжимала палец живым, почти пульсирующим обхватом. Магия была безошибочной — древней, тёмной, и до отвратительного… интимной.       — Какое красивое… — выдохнула тётя Шарлотта, наклоняясь ближе. — Очень необычное. Антиквариат?       — Семейная реликвия, — без запинки ответил Том. Я резко дёрнула руку, высвобождаясь из его пальцев. Кольцо не исчезло. Оно лишь слегка сжалось, словно предупреждая.       — Прости, Шарлотта, нам правда пора, — сказала я слишком быстро, уже отступая на шаг. — Мы опаздываем.       — Конечно, конечно, — тётя Шарлотта подхватила сумку. — Я так рада была тебя увидеть, дорогая. Береги себя. И ты, Том, — она подмигнула ему, — береги мою девочку.       — Больше, чем свою жизнь.— серьёзно ответил он.       Это было последней каплей. Я сильно схватила его за руку и быстро повела прочь. Почти бегом. Я повернула в ближайшую подворотню и толкнула его в стену.       — Какого хрена?! — крикнула я. — Ты. Совсем. Рехнулся? Жених?!       — Очень эффективное прикрытие, — невозмутимо ответил он. — Магглы не задают лишних вопросов, если считают, что перед ними пара.       — Ты мог сказать что угодно! Коллега! Друг! Дальний родственник!       — «Жених» — убедительнее, — пожал он плечами. — И, заметь, ты не стала возражать вслух.       — Потому что не могла! — прошипела я, ударяя кулаком по стене, рядом с его лицом. — Ты поставил меня перед фактом!       — Но ведь это было так забавно. — усмехнулся он. Он смотрел на меня с тем самым выражением — ленивым, оценивающим, будто всё происходящее было всего лишь удачной шахматной комбинацией. Я кипела. Нет, я горела!       — Забавно? — мой голос сорвался на хрип. — Ты превратил мою жизнь в фарс, надел на меня проклятое кольцо и назвал своей невестой. Это, по-твоему, смешно?       — Кольцо не проклято, — спокойно заметил он. — И оно не причинит тебе вреда. Если, конечно, ты не попытаешься его снять.       Я замерла.       — Что значит «попытаюсь»?       — Именно это и значит, — он склонил голову, изучая моё лицо. — Ты же уже проверяла, не так ли?       Я сжала зубы. Конечно, проверяла. В тот момент, когда мы отошли от тёти Шарлотты, я дёрнула за кольцо — и почувствовала болезненный укол, будто змея сжала клыки. Не до крови. Предупреждение.       — Сними его, — сказала я тихо, но в голосе звенела сталь.       — Не сейчас.       — Том, — я нарочно произнесла его имя, — сними. Сейчас. Или я…       — Или что? — он сделал шаг ближе, почти вплотную. — Убьёшь меня на маггловской улице? Устроишь сцену? Кольцо не несёт вреда. Эта защита.       — Мне не нужна твоя защита! — взвизгнула от злости я. « Клянусь, я убью тебя прямо здесь! »       — Нужна, — отрезал он. — Ты сейчас уязвима. Без патронуса. Без возможности связаться с Поттером. Ты — лакомый кусок для врагов.       Я отвернулась, сжимая ладонь с кольцом. Изумруд был холодным, почти ледяным, но от него шла пульсация — слабая, ритмичная. Как второе сердце.       — Ты наслаждаешься этим, — сказала я глухо. — Тем, что контролируешь ситуацию. Меня. Тёмный Лорд у которого всё и вся должно быть на коротком поводке...       — Я наслаждаюсь тем, что ты жива, — ответил он неожиданно серьёзно.Я резко посмотрела на него. На мгновение в его взгляде не было ни насмешки, ни издёвки. Только расчёт… и что-то ещё. Опасное.       — Ненавижу, когда ты говоришь с двойным подтекстом.       — Только потому что не понимаешь его. — самодовольно усмехнулся он.       — Когда мы доберемся до Хогвартса, ты снимешь с меня эту... Дрянь. Понял?! Иначе я отрежу себе палец! — я отступила от него и вышла из подворотни обратно на дорогу. Он последовал за мной       — Хотелось бы на это посмотреть. — тихо сказал он. Я не ответила. Я стиснула зубы и ускорила шаг. До площади Гриммо оставались считанные минуты, но теперь каждый метр давался тяжелее — будто кольцо на пальце тянуло меня назад, к нему, к его присутствию.       — Ты понимаешь, что это не шутка? — сказала я, не оборачиваясь. — Я не позволю тебе играть моей жизнью.       — Ты уже позволяешь, — спокойно ответил он за спиной. — Просто раньше предпочитала называть это «войной». Я резко остановилась.       — Не смей.       — Не сметь — что? Говорить правду? — Он обошёл меня и встал напротив, перекрыв путь. Лондон шумел вокруг, но между нами снова возник тот самый вакуум — мир сужался до нескольких шагов, до дыхания, до опасного напряжения. — Ты злишься не из‑за кольца. И даже не из‑за «жениха».       — Правда? — я прищурилась. — Тогда просвети.       — Ты злишься, потому что маггл увидел тебя рядом со мной — и ничего не заподозрил. Потому что мир не закричал. Не рухнул. — Его губы дрогнули в кривой усмешке. — Потому что на одну секунду это выглядело… нормально.       Я замахнулась, чтобы ударить его. Он перехватил запястье легко, почти лениво, но достаточно крепко, чтобы я почувствовала силу.       — Отпусти!       — Не здесь, — тихо сказал он. — Камеры. Свидетели. Держи лицо, невеста.— прошипел он. Это слово снова обожгло. Я вырвала руку и пошла дальше. « Придурок. Самовлюблённый болван, мнящий себя великим знатоком человеческих судеб и сердец. Ничерта ты не знаешь! Ничерта! Ненавижу! »       Мы почти свернули к нужному переулку, когда я почувствовала — воздух вокруг Гриммо изменился. Он больше не был просто пыльным и городским. Он стал... вязким.       — Стой, — я резко схватила мужчину за плечо, вжимая в нишу между зданиями.       — Что еще? — огрызнулся он — Если тебе понравилось обжиматься со мной в грязном маггловском переулке....       — Заткнись! — шикнула я и снова выглянула из ниши. Возле дома номер одиннадцать стояли двое. Мужчина в длинном кожаном пальто и женщина с идеально уложенными платиновыми волосами. Они не были похожи на магглов. Слишком прямые спины, слишком холодные, сканирующие взгляды.       — Здесь чужие. И они... Подозрительные.       — Значит о вашей супер-секретной квартире кто-то узнал? — издеваясь спросил Лорд — Удивительно, как Орден до сих пор не проиграл, учитывая количество крыс, в ваших рядах.       — В Ордене нет крыс! — прошипела я.       — Да. А, ну только Северус был. О, и ещё кто-то, кто сообщил французам, где ваш штаб квартира. — продолжал издеваться мужчина.       — С чего ты взял, что это французы? — спросила я.       — По их магической ауре. Салазар, чему вас только в Хогвартсе учат?! Помнится мне, в ваших рядах была французкая девка.... Как там её...       — Флëр? Она бы не стала...       — Ну конечно, ведь между родиной и любовью к Англии, победит второе. — фыркнул он. Сомнение упало на сердце тяжёлым камнем.       — Неважно кто. Нам нужно убираться отсюда, пока нас не заметили.       — Слишком поздно, — отозвался Риддл, и я почувствовала, как его рука железной хваткой впилась в мой локоть.       Женщина у дома №11 вдруг резко повернула голову в нашу сторону. Её платиновые волосы блеснули на солнце, а в руках мгновенно, словно из ниоткуда, возникла тонкая палочка. Она что-то крикнула напарнику, указывая на нишу, где мы прятались.       — Самое время бежать. — сказала я, хватая Риддла за руку и пускаясь в бегство.