Часть 24

Алекс сидел на очередном совещании и совершенно не вникал в то, о чем говорил финансовый директор. Который день его мучили мысли о том, что он в очередной раз все испортил: четыре года назад он собственными руками отдал свою женщину другому, ушел с дороги, потерял то, чем дорожил до сих пор. Сейчас он снова портил такой хрупкий мир. Сейчас Оксана снова закроется, замкнется и ни за что не подпустит его к себе. Хрупкий мир треснул и, как несколько лет назад, угрожал в любую секунду стать прахом. Чем он вообще думал? «Известно — чем. Как обычно», — ответила бы подруга, с которой он знаком со времен универа. Иногда Алексу казалось, что он в совершенстве знает женщин. Они же как открытые книги. Вот та самая блондинка «со времен универа» была бы счастлива прокутить в клубе, а наутро — разъехаться в разные стороны. Елена, секретарша, -отправиться на день шопиться, а потом — в спа — и все. Она на вершине блаженства. Некоторым нужна лишь ночь с ним. Банально и примитивно… А бывшая? Как же с ней сложно… Алекс мог дать ей очень многое. Особенно теперь. Обладая внушительными средствами. Шоппинг в лучших дизайнерских домах Европы. Отдых на первоклассных курортах в любой точке мира. Драгоценности. Недвижимость. Вот только Оксане ничего от него не нужно.

***

Когда Оксана мыслями возвращалась в тот вечер, так хорошо начавшийся и так ужасно закончившийся, она чувствовала досаду и злость, а еще — усталость. Как будто тяжеленной бетонной плитой придавливало сверху. Казалось, что красивые голубые глаза не обманывают и вправду понимают ее. Ведь Алекс сам прошел через то же, что и она сама. Бывший терпеливо слушал ее и поддерживал. И — главное — ни разу не надавил на нее. Можно даже сказать, что он становился приятелем, другом. Другом… Оксана усмехнулась. Какие они — к черту — друзья?! Друзей не целуют в губы… Что он задумал. Что за интрига? Надеялся начать все заново? Как же она ошиблась в нем… С бывшим мужем ошиблась, с Алексом ошиблась. Как же можно быть такой глупой?! Пересекаться с Алексом Оксане не желала. Она попросту боялась очередной встречи, боялась смотреть ему в глаза. Поэтому Оксана перестала в обед заходить в то кафе, а при походе к психологу и вовсе вела себя как трусливый заяц: высовывала нос из лифта, из-под черных очков осматривала этаж (как будто она могла бы остаться неузнанной) и ныряла в кабинет, а спустя час тем же образом покидала здание. Добровольное затворничество скрашивали звонки то от Кьяры, которая рассказывала о наглых толстосумах, какие на очередном показе присматривали себе содержанок, то от Бенедикта, что на ферме ощущал себя вообще как на другой планете. В невероятно жаркий день, когда зной выматывал, Оксана решила не покидать квартиру, где был установлен кондиционер, просмотрев в очередной раз форум. Раздался звонок от матери. — Привет, мам! Как отдыхаете? Соскучились по мне? — радостно защебетала Оксана. — Оксана… у меня плохие новости… — Виктория всхлипнула. — Мама? Что случилось? Ты плачешь? — Оксан, твой отец… — Что с ним? Что случилось?! — Она даже не заметила, как крикнула. — Твой отец разбился, когда катался на лыжах… Оксана услышала тихий плач. Все внутри нее оборвалось. Она знала его всего четыре года, но он успел стать для нее родным. К горлу подкатил неприятный ком, он лишил ее возможности произнести хоть слово. — В больнице делают все возможное, но он в тяжелом состоянии. Оксана выдохнула и закашлялась, в горле пересохло. Она не услышала, что сказала мать. — Мама, он жив?! Ты так напугала меня! — Жив, девочка моя, но состояние тяжелое, — повторила женщина. — Мамочка, он сильный, он обязательно выкарабкается! Мне приехать? Я сейчас же возьму билет… — Не надо, дорогая. К нам уже выехал его ближайший помощник, он помогает мне и решает вопросы. Я звоню, чтобы тебе сообщить. — Но, мама… — Оксана, будь дома. Как только врачи разрешат, мы привезем его. В больнице можно оставаться только одному человеку рядом с ним. Я надеюсь, что сделают действительно все возможное. — Мама, звони мне в любое время. — Конечно, дорогая. Конечно. — Люблю тебя. — И я — тебя. Оксана услышала тяжёлый вдох, а за ним — гудки. Она опустилась на диван. Ноги у нее подкашивались, голова шла кругом. Так она и сидела какое-то время, потом раздался звонок в дверь, и Оксана на автомате двинулась в прихожую. Наверное, это Милица. Серджио. Сегодня он был один. — Добрый день, синьорина. Разрешите войти? Оксана распахнула дверь и вернулась на диван. Серджио даже растерялся на мгновение. Так как обычно его держали на пороге. Но он быстро собрался и прошел в квартиру, закрыв за собой дверь. — Синьорина, я по делу. У вас все нормально? — Да, — сразу же ответила она, не отводя взгляда от журнального столика. Оксана не собиралась посвящать в последние новости посторонних. — Тогда я прошу вас собраться и проехать со мной. Она резко подняла глаза. — Что-то случилось? Почему вы приехали?

***

В участке царила духота и суматоха. Полицейские сновали туда-сюда, казалось, что в небольшом здании набилось слишком много народа. Это было странно даже для Серджио, который работал здесь не первый год. В их небольшом городке — наоборот — обычно было тихо. Разгула преступности не наблюдалось. А подобные сборища вообще что-то из ряда вон выходящее. Пару часов назад представитель закона судорожно размышлял, как ему поступить. Быстро и срочно брать главную подозреваемую, дочь местного криминального авторитета Марка Моретти? Действовать крайне осторожно? Но во втором случае та может попытаться улизнуть. Тем не менее — наружное наблюдение сообщало о том, что все тихо. Синьорина даже не выходила из дома. Неужели так уверена в себе? В своей безнаказанности? Поколебавшись, Серджио решил действовать быстро и осторожно — все-таки на его голову свалились два очень крупных игрока — дочь Моретти и Алекс Тофт. Последний сам юрист. И за любую промашку их отделение пострадает от обеих сторон. Он отправил за потерпевшим Хельмута. Может, все-таки стоило поехать самому? Но Разве новенький не справился бы с доставкой девчонки в участок? Серджио побоялся, что дочь такого опасного человека может оказать сопротивление в любой момент независимо от того, на каком отрезке пути они будут — у нее дома или по дороге в участок. Хотя пока он не предъявил обвинений: тянул до последнего момента. Может, она вооружена? Это будет вообще неудивительно. Нет, он боялся не саму девчонку, он боялся последствий. Будучи наслышан о бурном прошлом её папаши, Серджио опасался, что из-за неосторожного слова или поступка, из-за любой незначительной мелочи в городе разгорится настоящая война. Его скромная персона оказалась между двух огней, между молотом и наковальней.

***

К удивлению представителя закона, подозреваемая не оказала ни малейшего сопротивления. Она молча поехала с ним в участок, вообще была какой-то отстранённой. Серджио провёл Оксану к себе в кабинет и пока не мучил ее расспросами: дал ей время освоиться. Она же, в свою очередь, сидела и смотрела в одну точку, ни разу не шелохнувшись. Дверь распахнулась, появился Хельмут, а за ним — пострадавший собственной персоной. Серджио резко встал и занял местоположение между Оксаной и Алексом. — Разные комнаты. Мне что, учить тебя? — Он многозначительно посмотрел на напарника. — Не думаю, что нам понадобится очная ставка. — Серджио, все занято. Ты что, не видел, что творится в участке? Какой-то дурдом. На моей памяти такого ещё не было. В одной допросной проститутки, в другой — дилеры. Только что привезли воришку, которого искали две недели… Серджио же упустил поток мыслей Хельмута, понаблюдав за Алексом и Оксаной. Тофт как будто бы не знал, как себя вести. Он замер у двери и искоса поглядел в сторону девчонки. Она, как и в прошлый раз, не снимала темных очков. — Алекс, у тебя есть сигареты? Сеньор, где я могу покурить? — Оксана подняла голову на представителя закона. Голос дрогнул, раздался всхлип. Тофт внимательно посмотрел на нее, Серджио тяжело вздохнул и поставил перед пепельницу. Прямо здесь пусть курит. Он и сам иногда грешил этим. Может, чего сразу расскажет? — Оксан, все нормально? — осведомился Алекс. Она молча кивнула, но то, что у нее дрожали руки, выдавало ее с головой, и Тофт сразу понял, что что-то случилось. Бывшая глубоко затянулась, а из-под тёмных стёкол показалась слеза, затем — ещё одна. — Оксана, что случилось? — Алекс присел перед ней. Серджио отступил. Ну не прибьёт же он девчонку в самом-то деле? — Отец в больнице. Разбился, пока катался на лыжах. Он в тяжелом… — Она не смогла продолжить, так как ее хрупкие плечи сотряслись от рыданий. — Я могу чем-то помочь? Больница? Лекарства? Деньги? Ему нужна транспортировка? Оксана покачала головой. — Этим уже занимаются. Он же не умрет? Алекс, скажи, что он не умрёт! — Ее снова затрясло от рыданий. Тофт поднялся на ноги, сделал пару шагов и поднес ладонь к губам. Как он может так ее обнадеживать? Эти травмы бывают разными. Хорошо бы, если бы все обошлось. Но мало ли… — Если я смогу чем-то помочь, сразу скажи. — Хорошо. Спасибо. Представители закона с интересом наблюдали за развернувшейся сценой. Но Серджио не выдержал первым и произнес: — Синьорина, надеюсь, что с вашим отцом всё будет в порядке. Тем не менее — что вы делали сегодня — сразу после полудня? Оксана размазала слезы по лицу. — Ну — так. Искала кое-что в интернете по работе. — И все? — Все. А в чем дело? Серджио хмыкнул и сделал пару шагов в одну, затем в другую стороны, после посмотрел на Алекса. — Судя по всему, ты еще не в курсе произошедшего? — Хельмут всю дорогу твердил, что лучше один раз увидеть. — В чем-то он прав. — Серджио повернулся к напарнику. — Что ж, включай. Посмотрим кино, которое синьорина сегодня выложила. Может, она даст нам какие-то комментарии? Оксана медленно подняла голову и сняла очки. — Я ничего никуда не выкладывала. — Видео залито на форум с вашего аккаунта. — Но… — Бессмысленно отпираться, синьорина. Хельмут, включай. Алекс уже занял свободный стул, и Серджио снова встал между Тофтом и Оксаной. На всякий случай. На экране показалось черно-белое изображение. Небольшая комната, похожая на номер отеля, подумала Оксана, потому что имела только большую кровать, шкаф, стол и стул. Сбоку появилась женщина — самая обычная и ничем не примечательная. Разве что она пятилась. Пятилась от медленно приближающегося Алекса. Когда ноги уперлись в кровать, Тофт с силой толкнул ее, и девушка моментально оказалась на постели. Она попыталась сразу подняться, но он, опершись одним коленом о край, не дал ни единого шанса на маневр и снова повалил ее. Завязалась борьба. Девушка вновь и вновь предпринимала попытки выбраться, но Алекс был сильнее нее. Он с размаху влепил ей пощечину, воспользовался небольшим моментом, когда та затихла, сорвал с себя галстук и начал связывать руки жертве. Покончив с этим, Алекс принялся рвать платье. После чего он рывком перевернул девушку на живот, схватив ее за волосы, что-то сказал ей на ухо, но тут же ткнул ее лицом в сбитую постель. Несколько раз Алекс шлепнул по ее задранной заднице, отчего она каждый раз вздрагивала всем телом, а затем начал расстёгивать ширинку. Оксана дернулась и опустила глаза. Нет, происходящее на экране не может закончиться тем, о чем она подумала. — Хватит, — отрезал Тофт. — Алекс, — Оксана затрясла из стороны в сторону заплаканным лицом, — это не я. Я ничего не выкладывала. Я впервые вижу это. Бывший не удостоил ее ни словом, ни взглядом. — Синьорина. Сегодня вам будет предъявлено обвинение. — Серджио попытался переключить её внимание на себя. — У вас есть адвокат? — Нет. Но я же ничего не делала! — Я бы советовал вам позвонить людям отца. У Моретти наверняка есть хороший юрист. Он вам понадобится.