Часть 18

— Ну как? Вообще после практики с магией крови и целительством — плохая идея брать кровь. Ты и так вымотана, — тихо проговорил Сора, демонстрируя два полностью наполненных пакета с красным веществом. Его эта плохая идея не остановила. Черные глаза хищно смотрели на багровые отблески, кровь члена главной ветви клана Миямото, один из самых желанных ингредиентов для лекарей по многим причинам. Сора хоть и из побочного клана, но сила его крови на порядки меньше, да и заживляющие свойства уже не те. — И тем не менее почти литр выкачал, — фыркнула я. — Пользуюсь возможностью. Тем более половину ты утащишь с собой, — несколько расстроенно протянул парень. Истинные лекари — существа страшные, за хорошие ингредиенты готовы убить, а после оживить эксперимента ради, чтобы новое зелье опробовать на свежесобранном зомбяке. И каких только хороших лекарей я не встречала — все такие. Сора и мой родной брат Нобу наверное самые лютые из них. И я внезапно почувствовала себя как дома, наблюдая за тем, как Сора аккуратно, сосредоточенно, с невероятной нежностью переливает содержимое пакетов в специальные пакетики поменьше, сделанные специально для быстрого забора инъекций. — Все вы, лекари, такие похожие. Мне как-то папа рассказывал, что за ним месяца два лекарь из другого клана охотился. Как лекарь он был неплох, а вот как боец — сплошная катастрофа. Только папа выйдет из поместья — он за ним с щенячьими глазками. А ты знаешь… как выглядит папа. Страх и ужасть для неблизких. И вечная аура «Я убью тебя самым злобным способом, а кишки принесу домой жене, пусть из них колбаску сделает. Или сардельки. По настроению». И тем не менее лекарь продолжал ходить... пока папаня не сжалился и не послал его к Нобу. Попрактиковаться. — Да и для близких тоже. Ты просто его единственная дочка, — почти ласково пробормотал Сора, — вот он тебя и привечает, балует как никого другого. А вот братья твои отца побаиваются, хоть и уважают безмерно. — О да, мне можно все! — рассмеялась я, — Любая шалость пройдет, лишь бы он в этот момент дома был, — внезапно так хотелось пообниматься с папой, зарыться носом в его грудь и вдыхать родной запах. С папой всегда хорошо. Он словно щит, отгораживающий меня от злобного, враждебного внешнего мира. — Веревки из него вьешь, принцесса. Все вы, девчонки, такие. Мы вас обожаем, а вы в ответ своими хитрыми глазками творите, что хотите… хитрюги. Я боюсь представить, что будет с мальчиком, которому «посчастливится» в тебя влюбиться. Твой папка его по стеночке размажет и заявит, что так оно и было. Умрешь старой девой, хотя, — провел он по моим волосам, — Тебе это вряд ли грозит, — закончил парень с кровью и опустил мою долю в мой рюкзак, — А это, — сдул он заколдованный манекен до размеров кулака и положил туда же, — Тебе для тренировок. Хотя хоть убей, не понимаю, зачем тебе практиковать лекарство такого уровня. У тебя получается, но очень уж много энергии сжирает. Да и не лекарь ты совсем… — Интуиция. Я… сама до конца не понимаю, — пробубнила я. Сора внимательно на меня посмотрел. — Значит, изменилась не только твоя энергетика, девочка, — покачал он головой, — Я видел много инициаций, но впервые изменения настолько кардинальны. — Я… стала сильнее? — Не только, — опустил мужчина глаза. Длинные белые волосы скрывали лицо, и синяя сережка в виде кристалла сверкнула в свете лампы, — Но не думай об этом. Инициация для этого и нужна. Чтобы помочь нам измениться и стать тем, кем каждому из нас положено стать. Даже лекарям она нужна, хоть специализация понятная чуть ли не с первого вздоха в этом мире. Неважно, — махнул мужчина рукой, — Ты слишком устала и тебе необходимо поесть мяса. Угощаю! — аккуратно поставил Сора меня на руки. Голова мигом закружилась, чуть не вырвало. Мужчина резко притянул меня к себе и по-отечески обнял за плечи, родственное тепло приятным огоньком прокралось сквозь поры кожи, согревая и облегчая страдания. — Спасибо. — И все-таки литр за раз — это перебор, особенно с твоей комплекцией, — буркнул Сора, ведя меня к выходу из квартиры.

***

      Квартирка, как ей и положено, встретила меня домашним уютом и теплом. Разве что запаха чего-то вкусненького не хватало для полного счастья. Я даже подумала, что не помешало бы покушать. Но желудочек приятно оттягивало и согревало аж три стейка с картошкой фри, заботливо впихнутые в меня не менее заботливым кузеном чтобы и дальше продолжать сцеживать с любимой кузины драгоценную кровушку, поэтому я ограничилась холодным какао с молоком. Откинулась в кресле и попивала, рассматривая тени от деревьев на потолке. Даже свет не включала.       А на улице занимался рассвет. Желтые всполохи медленно поднимались по стене, словно обнимая обеденный столик и шкатулку на нем. Темное дерево вспыхивало будто золотым в лучах утреннего солнца. В нормальной ситуации такого не должно было быть, так какой же колоссальный объем энергии надо было втюхать в это творение, чтобы подобные эффекты были реальны даже в настоящем мире? Нет сомнения, я стала выдающейся оммеджи. И одно это знание вводило в ужас. Все самые сильные оммеджи обычно… Я помотала головой, всегда хотела быть сильной, но не слишком. Да и ставки для сильнейших совсем другие. И я боялась ответственности… иногда. Вот и сейчас. Я наврала Такемучи, я могла открыть шкатулку прямо сейчас. Она манила, она даже не открытая дарила мне силу и спокойствие, но эта потрясающая сила… я банально боялась. До дрожи, до ужаса боялась.       Но делать нечего… я подошла к столу, перевернула шкатулку. Руны задвигались, выпуская из себя синий свет. Есть только одно вещество, аналогов которых нет во всем мире — кровь оммеджи. И, так уж получилось, что у меня и будущей я она одна. Я тяжело вздохнула и взяла в руку нож. Весь в каких-то крошках, улыбнулась. Так в моем ненормальном стиле! Но я никогда особо и не любила пафосные ритуалы. Разве что они были красивыми. Как на шестнадцатилетие…       Одним движением я резанула ладонь и сжала ее, выпуская капли крови на руны. Шкатулка хаотично задвигалась по столу и упала на пол, выпуская из себя яркий свет. Я на секунду закрыла глаза, нащупала полотенце и быстро перевязала кисть, сильно сжав ее. И, когда повернула голову, то увидела дымок, плотненький такой, словно его можно потрогать и ощутить руками что-то жидкое, молочное словно сливки.       Из дымки показались очаровательные бело-красные ушки. Они забавно дернулись, а я села, улыбаясь. В этой работе я узнавала себя. И я… даже после двенадцати лет осталась прежней. Какая бы специальность мне ни досталась — я продолжала работать с животными-демонами и екаями. И один из них сидел прямо напротив и неприкрыто меня разглядывал, с интересом переводя огненными глазками с моего лица на ауру. Огненный котик с белым тельцем, вместо хвостика — рыжее пламя, а на шее — четки с иероглифами, посредине болтается агат внушительных размеров. Даже и думать не хотела, сколько хотя бы артефакты этого котейки могли бы стоить. Можно было всю Японии купить. Наверное.       Котик с интересом смотрел на меня. Я смотрела на котика с не меньшим. Котик как будто попытался что-то сказать, но ударил шутливо себя по милой головке и незадачливо улыбнулся. — Ты… не можешь говорить? — котик кивнул и подошел ко мне. Приложил лапку к сердцу, запуская внутрь меня энергию. Словно огненная лава она прошлась к сердцу, глазам и ушам. — Пока только мысленно. Чтобы сказать что-нибудь — либо говори вслух, либо обратись ко мне мысленно, Тсубаса-чан, — прошуршал в голове легким ветерком голос, немного детский. Даже непонятно, мальчик передо мной или девочка. Хотя, скорее всего, в этом случае оно и не важно. — Я… и не знаю, что сказать… Как тебя зовут? — Хибана, но Тсубаса, моя хозяйка, называла меня Хиба. — Хиба, значит Искорка. Так ты — девочка! — Бубу, — нахмурилась котейка, — Я самый настоящий КОТ! — Че, даже яйца есть? — прыснула я. — Тсубаса предупреждала, что в этом возрасте была той еще грубой пацанкой. А я не поверил. Знаешь ли, Тсубаса такая красивая, нежная, добрая и сильная… — мечтательно закатил Хиба глазки. — Неужели влюблён? — Эй! Опять твоя грубость. Я ею восхищаюсь! То есть тобой в будущем, конечно! И вообще, она меня создала. Для созданных животных их креатор сродни Богу и лучшему другу, должна же знать! — нехило, одно дело сделать своим спутником уже готового екая или демона. А другое дело — создать с нуля… — Неслабо, а я стала очень сильным оммеджи. Только… душа, нужна ведь душа! Откуда она ее достала? — Хиба нахмурился и тяжело вздохнул. — Я не все могу тебе говорить. Только то, что ты должна знать, Тсубаса. Ты… должна понимать. — и я прекрасно понимала. Таковы условия инициации, кроме того есть фактор прыжков во времени и Такемучи, который со своей способностью ведет себя аналогично слону в аптечной лавке. — И… что ты можешь сказать сейчас? — Все просто, Тсубаса-чан! — с готовностью ответил кот, — Первое, это про меня. Я должен восстановить силы, Тсубаса не смогла запечатать меня полностью. Поэтому тебе надо будет усиленно меня кормить, тогда я смогу проявляться даже в реальном мире и тебе помогать не только советами, — ожидаемо и естественно. — Значит, и здесь кровь. Хорошо, — кивнула я. Для созданных существ для восстановления сил самое оно. Только вот… моя практика с Сорой, да и просто тренировки тоже требуют крови… Я сдохну! Или скоро буду представлять из себя шар из-за количества потребляемых стейков и картохи с соусами. — И здесь? — озадаченно спросил котик. — Да, я с Сорой практикуюсь. Да и дома. Знаешь, в лечении. — Молодец! Сама додумалась! Все-таки Тсубаса-чан у меня самая лучшая и умная девочка! Хозяйка порекомендовала тебе попрактиковаться, в прошлый раз ты не додумалась и… — я впервые видела не очень уверенного в себе кота. — И… что дальше? — Развивайся, живи своей жизнью, а я буду следовать за тобой… как-то так наверное. Хозяйка… она попросила позаботиться о тебе. Я долго заботился о ней… Точнее, она обо мне. Так что, давай постараемся! — протянул Хибана мне лапку, а я с радостью ее пожала с мыслью, что теперь мне не будет так мучительно одиноко в том хаосе, в который я угодила.

***

      Мне понравилось жить с Хибой, целый день мы болтали и вообще на диво поладили. Котик не хотел много говорить о моей будущей жизни, но я поняла одно: сила не сделала меня счастливой, а одиночество стало моим вечным спутником даже в окружении семьи и любимых людей. Мне определенно не хотелось так жить, я не любила, в отличие от многих, страдать. Но будущая я страдала… возможно потому, что убила Майки? Я хотела спросить Хибу, но почему-то одновременно не хотела знать ответ. Именно с этой мыслью я засыпала, обнимая горячего котика и слушая его мурчание. Хиба вообще любил ласку, обожал обниматься, сметал сладости со стола со скоростью пылесоса и часто вел себя прямо как шаловливое дите. Совсем как кое-кто еще… только мармеладных щечек нет. И я чуть не подскочила в кровати, широко открыла глаза и растерянно поморгала. Осознание накатило буквально за секунду. Я скучала, я очень скучала по его пронзительному, доброму взгляду, по теплу его рук и по возможности потыкать щечки. Я вообще обожала играться с его щечками. И он давал мне эту возможность. Растягивать, тереть, тыкать… я все это делала словно дите, увлеченно играющее в игрушки. И он даже почти не возражал, только улыбался и взъерошивал мои волосы… Я… соскучилась…

***

      Прошло три дня. Довольно продуктивных три дня. Кроме вторника. Во вторник Чифую заявился в школу настолько красивым и сине-фиолетовым, что автора этого шедевра захотелось утопить в туалете. Автор, то бишь Баджи, подозревал о моих намерениях и активно ныкался по всей школе. А потом мне просто стало скучно, и мы даже помирились. Хотя вроде и не ссорились. Не взял Баджи меня на экскурсию в Вальхаллу, вот даже Казутора привел Такемучи в логово зла почетным эскортом. Но за Такемучи я уже не переживала, процесс получения пиздюлей для него сродни процессу получения оргазма. Выглядит болезненно, но парень получает от этого нереальный кайф. Мазохист и садист, Такемучи и Хината — идеальные отношения. Подарю им на свадьбу костюмы раба и госпожи. И инструкцию. И картинки. Чтобы знали, как применять.       В среду мы с Чифую вместе топали из школы, намереваясь заскочить в забегаловку и покушать лапши. Рядом топал Хиба, чутко вслушиваясь в наш разговор и всем своим видом намекая, что придется делиться. Губа у него конечно не дура, а аппетиты перевалили средний уровень еще в прошлой жизни и занимаются дальнейшей эволюцией. Мало того, что моей кровкой регулярно питается, так еще и обычной едой не брезгует. Не брезгует и благородным искусством тыринга, только вчера у Баджи, а потом и у Чифую мясо из-под носов увел. Я лишь молилась Всевышнему, чтобы ребята не посмотрели назад — где весело подпрыгивали в воздухе и исчезали в небытие аппетитные кусочки.       Мальчикам про Хибу я пока не решилась рассказывать — пусть котик сначала окрепнет. Вот сможет себя материализовать — и пожалуйста. Но только не сейчас, итак забот полно. Невидимый кот — это явление вполне может сломать неподготовленную психику. Правда, я подозревала, что и вполне видимый и слышимый Хиба способен повернуть мозги набекрень похлеще своего невидимого варианта. Но это так, мелочи жизни. — Эй, Тсубаса, ты только посмотри, — пихнул меня под ребра Чифую и кивнул на девочек в коротеньких юбочках, — спорю ты будешь выглядеть лучше в форме, чем они? — Так хочешь посмотреть на меня в юбке? — Эта мысль не дает мне покоя. Но ты не подумай лишнего, ты мой друган, сложно тебя как девушку воспринимать, — я на секунду зависла. — А вот Баджи в юбочке еще круче смотреться будет. В юбочке и с телескопской в руках. Прелесть! — Чиф пошло заржал. Видать, этот вариант Кейске парню понравился. — Колись, Баджи ведь тебе нравится. Ну… как парень? — С чего ты вообще это взял? — Ведешь себя как его маман порой. — Она его тоже ледяной водой обливала и подкрадывалась с ножницами, чтобы яйца отрезать? — Было дело. Но без яиц. Баджи оплошал, потом полуголый и мокрый прятался пол дня у меня. Боялся под горячую руку попасть, — захихикал Чиф, а я рассмеялась, вообразив подобное. — Не Чифую, разве что в страшном сне. Баджи конечно крутой — но точно герой не моего романа. Скорее, его кошмар. — А кто герой? — А с чего тебе так это интересно? — Ну у вас и разговорчики, — мурлыкнул Хиба, — Впереди по курсу мой любимый эксперт по чесанию за ууууушкоооом, — я со смешком подняла глаза с непреодолимым желанием идентифицировать упомянутого котом эксперта, и тут же наткнулась взглядом на Кенчика. — Дракен? — удивилась я, и когда он успел стать экспертом, если большую часть времени в тюрьме провел? Интересненько! — Йо, Чифую, Тсубаса, — направился парень к нам размашистым шагом. Встал напротив, нахмурил брови, — Надо поговорить. С Тсубасой, — я пожала плечами и попрощалась с Чифом. Поравнялась с медленно шагающим Дракеном. — Тебя Майки ждет. Я подальше припарковал мотоцикл, хотел перед этим с тобой пообщаться. — Что-то серьезное? — Пока сам не понимаю. Но ответь честно. Ты… с Баджи общался? — скрывать этого я не собиралась. — Естественно, он мой друг. Он конечно меня выбесил до белого каления… ну… когда… ну ты понял, — замялась я. — Понятно. И ожидаемо вполне. — Про Казутору знаешь? Говорят, вас с ним видели? — напряженно вопросил парень. Бля, провокационный вопрос. Если видели — смысла врать нет. — Знаю. Мы… недавно встречались в парке и разговаривали, — Кенчик резко повернулся ко мне, хмуря брови. — Разговаривали? Ты же знаешь, что он Майки сделал! Ты его действительно предал? — Неправда! Я даже и не думал его предавать! — Тогда почему? — прорычал парень. — Потому что не только Майки мой друг, но и Баджи. И, если ты не заметил, Кейски хочет его защитить… и Майки тоже от того, о чем он пожалеет. Да и Казуторы… ты с ним виделся? — Предположим, — начал успокаиваться парень. — Значить ты должен понимать… он несколько… не в себе. — Прости, вспылил. Тебе я верю, ты принципиальный парень. Только скажи честно, ты предан Майки как лидеру? — Я предан Майки как другу, — даже не смешно. Уровень у оммеджи и обычного человека кардинально разный. Лидером человек воспринимает только того, у кого объем энергии больше, а точка сборки выше. Ну или я начну воспринимать Майки как его женщина, но там тип лидерства несколько другой… да и… Даже не хочу об этом думать! — Дракен долго на меня смотрел, облокотившись на мотоцикл. Тяжело вздохнул. — Тебя видели с Казуторой. Санзу. Ты знаешь, чем его отряд занимается? — Без понятия. Хуи пинают, как и остальные, - развела я руками. — Разбираются с предателями. Санзу пошел прямиком к Майки. В норме с тобой должен был разбираться Муто, но Майки не позволил. Лично я вообще считаю, что здесь не с чем разбираться. Майки, скорее всего, тоже. Твои решения всегда были правильными и, по факту, никогда не были направлены против нас. Скорее, наоборот. — Так зачем мы едем на аудиенцию к Светлейшему? — Шутишь, значит, — улыбнулся Дракен. — Ну это же я, — пожала я плечиками. — Короче, там будет Муто и Санзу кроме нас. Не отвечай на их провокации и не затевай драк. — У меня есть ощущение, что драку как раз хотят начать они. Причем давно. Я им не нравлюсь, особенно Муто. — И как давно? — Примерно с первого взгляда. — Возможно, что они специально за тобой шпионили? — Без понятия. Я даже не заметил, что за мной следили. Если следили. — Понял. Отвечай Майки и мне и только правду. Как сейчас. На этих — внимания ноль. Не затевай драк. — А если в меня первого кулак полетит? — ехидно вопросила я, Дракен закатил глаза. Я пристроилась к его спине, сжав коленями железного друга. Хибана с забавным мявом привычным движением запрыгнул на плечи и свился теплым колечком вокруг шеи. — Тогда разрешаю делать, что захочешь, — улыбнувшись, кивнул Дракен.