Глава 3. 10 лет спустя.

Единственный способ

спастись от хищника...

что-нибудь ему скормить.

— Орочимару.

10 лет спустя

      Ча но Куни радовала солнечной погодой. Лёгкий бриз океана Канаши обдавал желанной прохладой, трепал розовые волосы. В его голубом горизонте Сакура ощущала свободу.       Прошло вот уже несколько лет с тех пор, как она покинула Коноху, чтобы странствовать со своей наставницей Цунаде по разным странам, обучаясь всевозможным медицинским и боевым техникам.       Жизнь в дали от родины располагала многими преимуществами: чем больше километров разделяло её с проклятым кланом, тем легче казалось дышать.       Самым болезненным в этом отъезде являлось расставание с матерью. Сакура всегда с особым трепетом перечитывала полученные от неё письма. Сама же исправно отправляла послания о всём новом, что с ней происходило: успехах в обучении, объезженных местах, новых знакомствах.       Кошмары по ночам медленно отступали. Вспоминать о покинутой деревне не хотелось: теперь даже самые светлые моменты были омрачены кровавой ночью.       Сакура наклонилась, чтобы зачерпнуть горстку влажного песка. Это был последний вечер в этой стране. Сын правителя встал на ноги, а значит, их миссия подошла к концу. Завтра они сядут в один из тех величественных кораблей, что виднелись в алом закате солнца, и отправятся на встречу новым землям, на помощь другим страдающим.       Поднявшийся шум прибрежного идзакая привлёк слух.       Наставница — заядлый любитель саке и азартных игр, даже была удостоена титула «Легендарная неудачница», так что Сакура знала: просадить только вырученные деньги на грядущее путешествие та могла за милую душу.       Слишком резко раскрытые девушкой сёдзи отозвались музыкой ветра. На удивление Сакуры, захмелевшие лица мужчин, окружавших наставницу, были поникшими, а внушительная гора выигранных фишек двигалась к фигуре Цунаде. По какой-то неизвестной Сакуре причине, лицо наставницы также не выражало радости.       — Цунаде-сама… — на памяти ученицы это был первый выигранный наставницей куш. — Это же… Поздравляю! — Сакура принялась пересчитывать фишки, в голове сразу прикидывая в-скольки-значную сумму выйдет пересчёт в рё.       — Нечему радоваться, — Цунаде, резче, чем следовало, поднялась на ноги. — Дурной знак, — больше про себя добавила женщина и встревоженно покинула питейную.       Сакура пропустила слова мимо ушей. Оставшись наедине с выигрышем, она поспешила разобраться с тонкостями вывода материальных денег.       Процедура оказалась более нудной и длительной, чем она рассчитывала. Прошло добрых двадцать минут, прежде чем дорожная сумка под завязку наполнилась купюрами и девушка смогла покинуть заведение.       Солнце уже полностью село. В уличном ятае Сакура захватила двойную порцию такояки и поспешила в гостиничный номер.       Терпкий запах саке распространился по всему периметру помещения. Виновница хмельного душка сидела за рабочим столом, её голова лежала на крепко сцепленных наманикюренных пальцах. Пожухлый пергамент, казалось, скукожился под тяжёлым взглядом наставницы.       — Что-то случилось? — нарушила напряжённую тишину Сакура.       Женщина осушила очередную пиалу, затем окинула ученицу серьёзным, слишком задумчивым взглядом.       — Вести из Конохи, — тон, с которым были произнесены эти простые слова, заставил похолодеть внутренности. — Джирайю схватили, — ладонь Цунаде собралась в кулак, костяшки побелели, глухим голосом пояснила: — Думаю, Фугаку собирается его казнить.       — Как же!.. — ручка тканевого пакета ускользнула, ещё горячие такояки разлетелись по полу.       Сакура мало знала об чудаковатом отшельнике, что изредка навещал её наставницу, но ей хватало факта того, что он являлся одним из трёх великих Саннинов Конохагакуре и, что особенно важно, был дорог Цунаде.       — Это ещё не всё. В деревне неизвестная эпидемия, люди дохнут, что мухи. Ирьёнины Листа не в состоянии остановить вспышку. Им нужна помощь лучших.       Женщина поднялась из-за стола и подошла к ученице, чтобы возложить ладонь на её тонком плече.       — Сакура. Я обучила тебя всему, что знала, ты — моя лучшая ученица и во многом даже превзошла меня. Коноха нуждается в помощи. Неизвестная зараза, регулярно пропадающие дети, Джирайя… Больше нельзя оставаться в стороне. Фугаку позволял себе многое и мы мирились, веря, что всё это во благо Конохи, но больше так нельзя. Как раньше, уже не будет. Я спрошу всего один раз: готова ли ты вернуться, готова даже ценой жизни вступить в эту непростую игру?       — Хай! — девушка, точно перед ней возвышалась не наставница, а Каге, отдающий приказ, немедленно преклонила колено, — Как ваша ученица, как дочь своего отца, я обязана вернуть мир деревне. Я сделаю всё, что потребуется, Цунаде-сама.

***

      Капитан Анбу не желал находиться в этом кабинете. Всё здесь ему претило: роскошь убранства, боязливые, в то же время подхалимные взгляды, самодовольные лица соклановцев и наглая уверенность в том, что свои места они занимают заслуженно. Сборище лицемеров.       Ему вдруг подумалось, что Совет Листа сейчас больше походил на клановое собрание. Что говорить, когда даже Совет Джонинов теперь не отличался оригинальностью состава: после событий кровавой ночи все главы семейств, что не поддержали клан Учиха, каких подавляющее количество, были мгновенно лишены всех управленческих должностей в Конохе.       Капитан хотел в очередной раз пропустить осточертевшее собрание, но экстренность сложившейся ситуации в деревне не оставляла за ним такого права.       — Хокаге-сама, — поклонился новоприбывший Учиха, прежде чем занять своё место за совещательным столом, — разрешите доложить: ещё двадцать новых случаев заражения, госпиталь переполнен, ирьёнины не справляются, эффективного лечения всё ещё не разработано.       Фугаку стиснул кулак. Недовольный взгляд прошёлся по всем присутствующим.       — Предложения? — раздался сердитый тон Каге.       Один из подхалимов решился прервать гробовую тишину:       — Цунаде-сама, одна из трёх великих Саннинов и лучший медик современности, — протараторил советник. — Нужно срочно вернуть её в деревню, чтобы…       — Довольно! — звук удара кулака Фугаку разлетелся по деревянной поверхности стола и на мгновение оглушил присутствующих. — Ты хоть помнишь, чем закончилось её прошлое появление?! Цунаде не просто ниндзя-медик, она — внучка первого Хокаге и ученица заговорщика третьего. Народ и так на взводе, тебе захотелось подкинуть масла в огонь, предоставив альтернативного лидера?       — Простите, Хокаге-сама, — подавший голос опустил пристыженный взгляд.       — Отец, — заинтересованные взгляды мгновенно прилипли к, обычно сохранявшему молчание, капитану, — почему бы нам не убить двух птиц одним камнем?       — На что намекаешь? — Итачи показалось, что даже во взгляде отца промелькнуло удивление.       Мысль настолько лежала на поверхности, что он просто не понимал, как вообще было возможно её упустить.       — У Цунаде-сама растёт молодая талантливая ученица. Обручив наследницу великой Цунаде с наследником клана Учиха, мы получим непревзойдённого медика и в зачатке подавим идеи заговора.       Губы Фугаку исказила кроткая улыбка, взгляд наполнился осточертевшей гордостью за своего сына.

***

      Два дня в пути. Долгая дорога вымотала молодую куноичи, но вот на глаза наконец показались знакомые зелёные ворота.       Сакура шумно выдохнула. В голове она уже представила как примет горячий душ, который смоет все следы дороги, даря телу привычный вишнёвый аромат; пустой желудок издал стон, когда девушка подумала, как совсем скоро она жадно отведает маминого домашнего никудзягу.       Ах, мама! Они ведь так давно не виделись…       Интересно, как она изменилась за эти годы? Добавилось новых морщин? А может одинокие волоски успели предательски обесцветиться? Сакура думала только о крепких объятиях, в которых сожмёт свою хрупкую мать. Так скоро, так…       Резкий шум куная рассёк воздух. Только благодаря отточенным инстинктам девушка успела увернуться в последний момент. Слишком замечталась.       — Кто такая? — послышался голос Котетсу, Сакура помнила его со времён детских миссий.       — Харуно Сакура, Хокаге-сама велел мне явиться в деревню, — уставным тоном проговорила девушка и в подтверждение достала из жилета скреплённый красной печатью пергамент.       Шиноби с недоверием покрутил его в руках.       — Что там, Котетсу? — возник позади второй голос, холодная сталь угрожающе коснулась девичьей шеи.       Захват вооружённой руки, отвлекающий пинок по ногам, скручивание, уход от фигуры с ножом, вырубающий удар с помощью концентрированной чакры; Останется второй — боевая стойка, оценка угрозы… Стоп.       Сакура зажмурила глаза — планирование атаки произошло инстинктивно.       «Вдох-выдох. Они не твои враги. Просто выполняют свою работу» — повторила про себя.       — Тут так написано, — наконец подтвердил шиноби, хватка второго ослабла, но кунай так и остался на прежнем месте. — Но, Изумо, разве такой свиток нельзя подделать?       — Не-не, нам проблемы не нужны. Пошли за Тэкеши-саном, — последнее имя показалось девушке незнакомым. — Шаринган — лучший способ вытянуть правду.       Внутри похолодело. Неужели, всё настолько плохо, неужели…       — Вы теперь каждого прибывшего отправляете на допрос? — не сдержалась Сакура.       — А что, тебе есть что скрывать? — в тоне Котетсу читалось неприкрытое сомнение.       — Я ниндзя-медик, прибывший по приказу Хокаге на помощь деревне. Вас должны были предупредить, — Сакура недовольно добавила: — ваша неосведомлённость может сыграть против вас.       — Сакура-сан? — прозвучал низкий голос, не звучавший ранее. — Простите за грубость моих подчиненных, — мужчина показательно протянул папку, Сакура поняла, что в ней, по всей вероятности, находился список гостей, приглашённых в Коноху. — Вы появились раньше, чем мы рассчитывали.       Котетсу с Изумо тут же освободили девушку.       — Тэкеши-сан, — шиноби приветственно поклонились мужчине.       — Раз я всё равно тут, то сопровожу вас до вашего квартала, — Тэкеши приглашающим жестом позвал за собой.       Сакура проследовала за ним. Это был молодого возраста парень, его волосы были по-учиховски аккуратно растрёпаны, за спиной скрещены две катаны. Всё в его виде кричало о принадлежности к проклятому клану: ровность осанки, уверенная походка и эта раздражающая надменность во взгляде.       — За ваше долгое отсутствие, — вновь подал голос мужчина, прежде чем выйти на главную улицу, — в деревне многое изменилось.       Харуно подняла взгляд. Подтверждение слов учиховского выродка не заставило себя ждать. Коноха действительно была другой.       Центральная улица пестрила отстроенными магазинами. Различные питейные заведения, кафе, бани, дорогие магазины одежды. Даже с улицы можно было разглядеть диковинный товар их прилавков…       Сакура побывала во многих местах, и потому про себя отметила, что далеко не каждая процветающая страна могла позволить себе такой уровень деревень, даже скрытых.       Коноха необычайно разрослась и действительно можно сказать цвела и пахла.       Но было тут что-то ещё. Во взглядах жителей, в атмосфере витала некая… обречённость.       — Думаю, вам понадобится некоторое время, чтобы освоиться, но вы должны знать, что теперь в деревне действуют новые порядки.       — Например? — Сакура обратила пытливый взгляд на Тэкеши, тот в ответ многозначительно улыбнулся.       — Сакура-чан! — знакомый выкрик заставил обернуться. — Это правда ты? — в статной голубоглазой блондинке Сакура мгновенно узнала подругу.       Девушка сильно изменилась с последней их встречи, круглое детское личико обрело тонкие черты, фигура — точеные изгибы, перед ней стояла настоящая красавица.       — Задушишь ведь, Ино! — воздух в лёгких начал кончаться от слишком крепких объятий.       — Хокаге-сама будет ждать вас на аудиенцию ровно в шесть вечера, не опаздывайте, — кинул на последок Учиха, прежде чем с хлопком исчезнуть.       «Так это был клон» — определила Сакура.       — Тебя так долго не было... Даже не верится, — Яманака наконец ослабила хватку. — Мы немедленно должны это отпраздновать! Вот все удивятся...       — Ино, я ведь по делу здесь.       Сакура была рада видеть подругу, но долг тяжелым камнем сдавливал плечи. Сейчас ведь не время веселиться.       — Да знаю-знаю, когда ты уехала это стало такой неожиданностью для всех, а теперь посмотри на себя: выдающаяся ученица Цунаде-сама, тут все на слуху о твоих успехах, — шепотом она добавила: — я даже удивлена, что тебе вообще позволили вернуться в деревню.       — Видно, на то были причины, — заметила Харуно.       — Да... — голос Ино заметно погрустнел.       — Думаю, мы сможем выкроить время на встречу, — сдалась Сакура под потускневшим взглядом подруги, заметив мигом вспыхнувший огонёк, она добавила: — но сначала мне нужно войти в курс дела, встретиться с Хокаге и мама...       — Конечно! — тут же воскликнула. — Ах, Мебуки-сан будет так счастлива! Ты уже говорила ей, что приедешь?       — Решила, что лучше пусть это будет сюрпризом, — улыбнулась Сакура.       Девушки ещё некоторое время гуляли по улицам Конохи, обсуждая упущенные из жизни каждой события. Они сплетничали и даже смеялись. На мгновение Сакуре показалось, что всё было как раньше. Куноичи даже не заметили как подошли к дому Харуно.       — Ещё увидимся, — обняла на прощание Сакура.       — До встречи, — подмигнула Яманака.

***

      Прохлада помещения почти вызывала дрожь, но Фугаку не мог позволить той выдать его. Только не сейчас.       — Мне нужны новые образцы, — заявил Орочимару, как только Хокаге оказался на пороге.       Змей как всегда сидел в тени. Очередное новое убежище, но все как одно были мрачными и сырыми.       — Ты и так взял двоих в этом месяце, — недовольно заметил Учиха.       — И этого недостаточно, — пробормотал Саннин, ковыряясь в теле очередного бездыханного мальчишки. — Всё лучше, чем родные сыновья, не так ли, Фугаку-сан?       — Не переходи границы, — сквозь зубы прошипел Учиха. — Я и так слишком многое тебе позволяю.       — Будет вам, Хокаге-сама, — змей наконец отстранился от занятия, переключив всё внимание на собеседника. Руки он держал полусогнутыми, чтобы чужой кровью не измазать собственный халат. — Лучше расскажите вот что: мои шпионы доложили, что из-за возникшей ситуации вы связались с Цунаде. С точки зрения заботы о населении — решение здравое. Но что будет, если они взбунтуются? Я думал вы сильнее цепляетесь за свою власть. Что же будет с вашими драгоценными мальчишками, если...       — Не тебе об этом думать, — грозно оборвал Фугаку.       Улыбка спрятала опасный блеск, возникший в змеиных глазах.

***

      Входная дверь оказалась открытой. в деревне полной шиноби, гражданским не было нужды излишне переживать за собственную безопасность, а Мебуки всегда была рада гостям.       Осунувшиеся плечи, слегка проступившая седина — женщина стояла спиной, поливая бонсай на подоконнике. В плоской глиняной емкости виднелось маленькое деревце, усеянное розовыми цветками Сакуры.       — Мама, — тихо-тихо позвала.       Женщина оторопела на мгновение, потом слишком резко развернулась.       — Ах! — женщина радостно ухватилась в запястья дочки, — Как же это! Моя доченька! Вернулась!       — Мама… — ещё тише прошептала Сакура, уткнувшись носом в кипу светлых волос — те отдавали родным жасмином.       Эти объятия были особенными. Такими нежными и наполненными безусловной любовью, что Сакура сразу поняла, как сильно ей не доставало этого в разъездах.       — Но как же так получилось? — обеспокоенно начала Мебуки. — Неужели Цунаде-сама отослала тебя?       — Что ты, нет! — замахала руками Сакура и тут же заверила: — В деревне ведь эпидемия, Хокаге-сама велел вернуться.       — Да… Зараза и впрямь страшная гуляет, — Мебуки грузно уселась за кухонный стол. — Уже столько людей покосила… Хоть бы и тебе не подхватить! Медики ведь всегда в группе риска!..       — Не волнуйся, мам, я разберусь с этим, — уверенно заявила Сакура и разместилась неподалёку от матери.       — Благослови тебя Ками-сама… — ответила мать, прежде чем сменить тему: — Ну что же, давай рассказывай, как последнее путешествие, дорога и… — вой желудка дочери прервал материнские расспросы, — Ах, у меня же тут приготовлено…       Поздний обед оказался незамысловатым: запечённая сайра и рис. Но приготовленная умелыми материнскими руками, даже такая простая еда казалась Сакуре лучше самых изящных зарубежных ресторанов. На вечер мама пообещала приготовить её фирменное никудзягу.       А потом они долго болтали... Обо всём и ни о чём, как бывает только с самыми близким людьми после долгой разлуки. Сакура чувствовала себя вымотанной после дороги, приём пищи разморил, а желание уже больше не покидать уютного материнского гнёздышка увеличивалось в геометрической прогрессии.       Харуно пришлось приложить все усилия, чтобы напомнить себе о том, что это не какой-то отпуск, а, должно быть, самая сложная миссия в её жизни. Потому она нехотя поднялась на ноги и, объяснившись с Мебуки, пошла готовиться к аудиенции.

***

      Резиденция Хокаге также претерпела изменения. Роскошный ремонт, диковинные украшения и Учихи. На каждом углу представители чертового клана.       Двое охранников враждебно скрестили катаны, стоило Харуно приблизиться к кабинету Пятого.       — Впустите, — раздался властный голос из-за двери.       — Хокаге-сама! — пройдя к центру кабинета, Сакура преклонила колено.       Фугаку был не один. Позади кресла Каге, облокотившись о подоконник, возвышалась фигура ещё одного Учихи. Его лицо показалось девушке смутно знакомым.       — Поднимись, — вновь прозвучал сухой приказ.       Оказавшись на одном уровне со стоящим Учихой, Сакура ненароком пересеклась с ним взглядом. Она попыталась вспомнить, где могла его видеть раньше. В голове она прикинула, что мужчина был лет на пять старше её самой. Черты лица были слишком похожи на... Саске, но волосы у этого были куда длиннее, носослёзные борозды слишком углублены...       — Наставница обсуждала с тобой детали твоего возвращения? — начал Фугаку.       — Я сделаю всё, что от меня потребуется, — тут же заверила Сакура.       — Вот и славно. Церемония бракосочетания пройдёт как можно быстрее, — ошпарил заявлением Каге.       Земля точно ушла из под ног. Она не ослышалась?       — Брако... сочетания? — растерянно повторила больше для самой себя.       Шестерёнки в голове стремительно завращались. За успех миссии, как примерный шиноби, Сакура была готова отдать жизнь, но брак...       Глупо наверное, но она всегда теплила уверенность в своих мыслях, что подобный союз в её жизни произойдёт исключительно по любви. Большой, настоящей, такой, о которой мечтают обычные девочки её возраста.       А ещё она помнила отношения матери и отца. Конечно, с годами романтичность угасла, но между ними всегда была эта безусловная теплота, уважение и...       Взгляд стоявшего у окна заинтересованно прищурился, разглядев перемену в лице девушки.       — Именно. Выйдешь за моего младшего, Саске. Если не ошибаюсь, вы учились вместе в академии и даже прошли несколько миссий, будучи генинами.       — Да, но... — неуверенно пробормотала куноичи, но заметив как брови Фугаку недовольно свелись к переносице, Сакура поспешила исправиться: — Хай!       Вот и всё. Любовь, что похоронена в детстве. Как нелепо... Сакура никогда бы не подумала, что ребяческие грёзы о женитьбе станут явью в нежеланный момент.       — Начинай готовиться к переезду в квартал. В курс дел в госпитале войдёшь сразу после проведения свадьбы. — озвучил вердикт Фугаку и, смерив её пристальным взглядом, строго добавил: — Я рассчитываю на успех в разрешении эпидемии.