Глава 4. Новые порядки.

На ошибках учатся,

после ошибок лечатся.

— Какаши Хатаке.

      Да где же? Глаза уже не первый час болели от слишком долго используемого додзюцу. Пора заканчивать. Светлая макушка мелькнула в кроне деревьев. На этот раз не уйдёт.       — Три лезвия управляемой ветряной мельницы! — отправленные в воздух кунаи спутали цель тросами по рукам и ногам. Сюрикены из поясной сумки мигом пригвоздили противника к стволу дерева. — Сдавайся, Наруто, — выплюнул Учиха, прежде чем сконцентрировать чакру в ладони, томоэ стремительно завращались…       — Тебе? — издевательски уточнил Удзумаки, прежде чем с хлопком развеяться. — Ещё чего, Саске-е-е! — тот же голос раздался уже сверху.       Учиха даже успел усмехнуться. Как читаемо.       Фигура Наруто стремительно приближалась, Саске ушёл влево. Позади появляются ещё две копии, у каждого по расенгану в руке.       «Вот и ты.»       Расенганы врезаются в тело Учихи, громкий хлопок, очередное исчезновение. Рука возникает из-под земли, чтобы схватить штанину оранжевого костюма и утащить в глубь.       — Я же говорил, — победно резюмировал Саске, возвышаясь над головой, закопанной по шею в грунт. — Только время зря потеряли.       — Мальчики! — возник поблизости возглас матери. — Я ведь просила не задерживаться к ужину, — силуэт женщины, в накинутом домашнем фартуке, показался из-за кустов.       Кунай незамедлительно устремился в шею женщины. Рука перехватывает оружие буквально в сантиметре от соприкосновения с кожей.       — Да как ты догадался, даттебайо! — из женских губ вырвался мальчишеский голос.       — Она бы не вышла на тренировочное поле в кухонном фартуке, — заметил Учиха, потушив шаринган в глазах.       — Чёрт, правда ведь, — согласился Удзумаки, принимая своё обличие.       — Пошли, нам и правда пора.       — Только если согласишься, что я тебя уделал, — заявил Наруто.       — Дурак, — Саске плечом задел товарища. — Ещё чего.       На губах Удзумаки растянулась широкая улыбка — Учиха улыбался глазами.       Мышцы ныли, ссадины на руках пекли. Саске про себя отметил, что тренировки с этим болваном загадочным образом приносили удовольствие.       — Надеюсь, Микото-сан приготовила сукияки. Он у неё отличный выходит… — мечтательно протянул Наруто, его живот в ответ жалобно простонал.       Солнце клонилось к закату. Синие крыши домов кланового квартала блестели в его последних лучах, заставляя жмурить глаза. Проходя по центральной аллее, Саске отметил, что за последние годы клан значительно разросся. Теперь озорливые детские голоса доносились со всех углов.       На глаза наконец показался семейный дом. Переступив порог, Саске сразу понял, что ужин они проведут в непривычно полном составе. Присутствие отца с братом уже с порога разливалось напряженностью в воздухе.       — Мальчики, присаживайтесь, — сдержанно пригласила мать.       Стол пестрил разнообразием блюд. Глядя на расстеленное татами, парни сели в положении сэйдза, терпеливо дожидаясь пока глава семьи первым приступит к трапезе.       Фугаку положил в рот кусочек предложенного блюда, запил саке, и только теперь остальные присутствующие прикоснулись к собственным палочкам.       Ужин проходил в каком-то грузном молчании.       Мать кидала настороженные взгляды в адрес мужа, угрюмо-задумчивые — на младшего сына. Итачи словно отсутствовал, глубоко погрузившись в свои наверняка «чересчур важные» размышления. Зато Удзумаки не церемонясь уплетал еду за обе щеки.       — Саске, — наконец прервал тишину отец, сосредоточив взгляд на фигуре младшего сына. — Сегодня переночуешь у Наруто, в твоей комнате уже начались приготовления.       — Приготовления? — бровь скептически изогнулась.       — Да. Тебе давно исполнилось девятнадцать, пришла пора исполнять долг наследника перед кланом, — разглядев непонимание в лице сына, Фугаку пояснил: — Я говорю о браке.       Слова тяжелым грузом повисли в воздухе. Сначала ему казалось — ослышался.       Саске вгляделся в невозмутимое лицо отца, в выражении Итачи прочитать что-то также было затруднительно, тогда он скользнул взглядом к матери: по замершей фигуре и застывшем в одной точке, немигающем взгляде, полном несвойственного ей волнения, Саске понял — слова не были мимолётной галлюцинацией.       Злость закипела внутри. Бамбуковые палочки ускользнули на циновку.       — Долг? Какой к чёрту долг?! — от возмущения младший Учиха вскочил на ноги, цепляя за собой край тарелки, также устремившейся на пол.       — Саске! — окликнула Микото.       — Если нужен наследник, то пусть женится Итачи! — едко прошипел Саске.       — Ты прекрасно знаешь, что твой брат уже обещан Изуми, — голос отца оставался ровным, что ещё больше выводило из себя. — Всё уже решено, не будь мальчишкой.       Гнев клокотал в каждой клеточке тела молодого Учихи. Замечание отца привело в бешенство, но, как ни странно, сработало.       — Кто она? — только и процедил сквозь сжатые зубы Саске.       — Харуно Сакура, — вместо голоса отца послышался баритон брата. В его нечитаемом прежде взгляде промелькнул странный огонёк интереса, что только распалило Саске.       «Значит всё знал» — понял Саске.       — Но!.. — вдруг воскликнул молчавший до этого Наруто и, под гневным взглядом главы семьи, тут же стыдливо отвёл свой. — Простите, — прошептал, сцепив пальцы в кулаки на коленках.

***

      Радость от встречи с Ино, теплота от воссоединения с матерью — всё померкло после оглашённого Каге вердикта.       Брак… Как же это будет?       Делить постель с нелюбимым, жить под одной крышей с виновниками гибели её отца. Каждый грёбаный день видеть их самодовольные лица, давить вежливую улыбку, ловить косые взгляды… Каждый. Грёбаный. День.       Это уже не очередная миссия, исполнив которую, Сакура заново сможет отправиться дальше в странствия. Брак — это надолго. А брак с Учихой — оковы, связывающие по рукам и ногам.       Ноги еле плелись по дороге обратно. Её пугала неизвестность, пугало будущее, в котором фамилия «Харуно» сменится ненавистной «Учиха», а герб на спине из привычного сдержанного круга превратится в вычурный веер.       «А что, если Фугаку потребует наследников?» — мелькнула в сознании роковая мысль.       Ведь продолжение рода — основная функция женщины, вошедшей в именитую семью. А от своего сына, наследника, конечно же он будет ожидать внуков.       Маленькие черноволосые детишки с проклятыми глазами. Маленькие будущие убийцы. При одной мысли об этом у Сакуры потемнело в глазах. Ни за что.       Никогда она не подарит этому миру нового Учиху.       Сакура успокоила себя, прокрутив в голове базовые техники контрацепции и, на крайний случай, прерывания беременности.       — Как точно я всё подрассчитала! — из-за спины послышался довольный выкрик подруги, твёрдая ладонь приобняла сзади, тут же меняя курс Сакуры. — Все уже ждут в кафе. Давай быстрее, у нас не так много времени.       — Ждут? — Сакура ответила с опозданием, словно в прострации. Ей потребовалось несколько долгих секунд, чтобы понять, чего от неё хочет подруга. Мысли складывались туго, наконец она вспомнила, что ещё утром обещала встречу, но… — Ино, я ведь не соглашалась на сегодня.       — Да знаю я тебя! Сегодня не затащишь, а потом куча дел, пациенты, так и не выберемся… — девушка вдруг резко оборвала себя, внимательно вглядываясь в лицо подруги. — А ты… чего такая бледная? Случилось что?       — Я… — в горле буквально вырос ком. Как она могла сказать?       — Эй, ну что вы там? — из-за двери уличного идзакая показалась темноволосая макушка. По волосам, собранным в высокий хвост, и вечно ленному взгляду, Сакура узнала в парне Шикамару. — Долго будете на входе стоять? Время-то тикает.       Сакура была как никогда рада его появлению. Ведь она не представляла как обличить обрушившуюся на неё новость в слух. Это сделало бы её реальной, почти осязаемой. Приблизило бы то неизбежное, что хотелось как можно дольше отсрочить.       Все и так скоро узнают. Так пускай, хотя бы на этот вечер, она позволит себе забыть о предстоящем кошмаре.       Сакура постаралась спрятать безысходность в глазах и натянуть на лицо самую радостную улыбку, ведь новых расспросов она пока не в состоянии выдержать. Эмоции от встречи с давно забытыми товарищами помогали в этой задаче.       — Вот и наш гений медицины, — представил Шикамару, пропуская Сакуру вперёд себя.       Внутри помещения, обставленного со вкусом, её встретила компания молодых людей. Сакура с трудом узнавала в них бывших выпускников академии.       В толстотелом пареньке, уже пускающим слюни на ароматно коптящийся кусок свинины, она первым узнала Акимичи Чоуджи, напротив него пустовало место Шикамару. За соседним столиком в темных очках и с натянутым по нос воротом плаща, сидел Абураме Шино, а напротив него…       — Сакура! — радостно воскликнула длинноволосая брюнетка с сиреневыми глазами. В этой расцветшей девушке она с трудом узнала застенчивую тихоню-Хинату. — Ты так похорошела, — добавила та, покрываясь лёгким румянцем.       — С языка сняла… — обомлело пробормотала в ответ, изучая глазами изменения в виде Хьюги.       Сакура присела на место напротив Ино и ещё раз обвела взглядом всех присутствующих. Ноты ностальгии тут же защемили в сердце.       Казалось, только вчера они были беззаботными учениками академии, вместе изучали основы искусства ниндзя, соревновались в спаррингах, ходили на обеды под открытым небом. А самой главной проблемой для них был страх перед выпускными экзаменами.       Шальная мысль закралась в голову: а что, если бы не было той роковой ночи, если б отец не погиб, и она б не повстречала Цунаде-шишо в материнской палате?.. Если бы она тогда осталась с ними, в Конохе… Как бы всё было?       — Даже не верится, что спустя столько лет вы все и в правду собрались ради меня, — грустная улыбка коснулась губ Сакуры. — Столько ведь воды утекло…       — Вот поэтому нам всем и не терпится услышать, как ты это провернула! — задорно воскликнула Ино.       — О чём ты, Свино? Я всего лишь была хорошей ученицей, — наигранно наивно похлопала глазами Сакура, отпив небольшой глоток чая из пиалы.       — Лобастая, а ты ничуть не меняешься… Ну раз такое дело, то в миг разберёшься с заразой, что гуляет по Конохе?       — Вот и разберусь! — задорно подхватила Сакура.       — Правда?.. — вдруг подала тихий голос Хината, в фиалковых глазах просияла надежда. — Киба неделю назад слёг… — было видно, что последнее предложение далось ей с трудом: — Ирьёнины не дают хороших прогнозов.       — Хината… — сочувствующе протянула Сакура. — Я пока не в курсе всей ситуации, но кровь из носа приложу все усилия, чтобы устранить заразу и поставить на ноги Кибу. Это я тебе обещаю.       — Спасибо… — слабо улыбнулась Хьюга.       — Конечно она справится, — потрепал Хинату по плечу Чоуджи. — Хокаге просто не пустил бы сюда ученицу Цунаде, если б не был уверен в результате.       — Или он просто попал в безвыходное положение, — еле слышно пробубнел Шикамару, заработав этим недовольный взгляд Ино.       — Так! — хлопнула в ладоши Яманака и потянулась к алкогольной карте, приговорив: — Довольно нам чай хлебать, до комендантского часа всего ничего.       — Комендантского… часа? — неуверенно повторила Сакура.       — О… сколько же тебя не было… — тяжело вздохнула Яманака.       — После одной… скажем, неприятной для нынешнего режима ситуации, — протянул Шикамару, — Хокаге ввел ряд ограничений. Одним из которых является недопустимым без особой на то причины нахождение жителей на улицах после десяти вечера.       — Это… вы сейчас серьёзно? — за своё обучение у Цунаде, Сакуре довелось побывать во многих деревнях с различным устроем, но… Комендантский час? Такое даже для неё было в новинку.       — Ты что, правда совсем ничего не знаешь? — не сдавалась Ино. — Хотя бы посмотри как мы все сидим.       Сакуре действительно показалось странным, что компания сидела за небольшими столиками по два человека, вместо того, чтобы усесться за одним общим, но в начале, она списала это на специфику заведения.       — Нам нельзя собираться компаниями больше двух. Даже по улицам ходим по два, — наконец пояснила Ино. — Нам ещё повезло, что владелец этой кафешки служивый друг моего отца. Так бы нас за уши погнали…       — Это ведь ужасно! И все с этим мирятся?       — А что остаётся… — ленно вздохнул Шикамару, а после прищурился и прошептал: — Ты кстати была бы осторожнее с такими восклицаниями. У Учих везде есть глаза и уши.       — Ну хватит, мы не за этим собрались, — Яманака поспешила ловко перевести тему, припоминая забавный случай времён академии. Разговор мерно перетёк в ностальгические воспоминания, и спустя полчаса собравшиеся почти забыли о текущих неприятных событиях.       Сакура потянулась к своей пиале, но та на удивление оказалась пуста. Тогда она потянулась к общему сосуду с саке — прозрачная жидкость едва заметно перекатывалась по фарфоровому донышку.       — Сакура, — Ино перехватила её взгляд, — раз уж заметила — твоя очередь заказывать спиртное. Мне принеси сливовое вино…       Остальные быстро подключились к энтузиазму Ино: парни попросили соджу, Хината — чай, для себя Сакура остановила выбор на сетю. Сегодня ей просто необходим высокий градус. Запомнив пожелания друзей, она направилась к стойке заказов.       — Мужик, я который раз говорю, мне проблемы не нужны, — привлёк внимание неожиданно грубый голос стоявшего за стойкой мужчины с густой темной бородой. — Шёл бы ты отсюда, а то сам тебя Учихам сдам, тебе же хуже будет.       — А ты меня этими тварями не пугай! — раздался в ответ выкрик на вид явно перебравшего старика. — Им уже хуже сделать мне просто нечем! Единственную внучку, и ту, нелюди, погубили!       — Я сказал, завязывай. Последний раз говорю, — сквозь зубы процедил бородатый.       — А ты мне тут не указывай! Учиховская подстилка! — последнее старик проголосил так громко, что все столики разом уставились на эту картину, а в заведении повисла почти гробовая тишина.       Сакура почувствовала приближение чакры. Двери идзакая со звоном раскрылись.

***

      Вот уже битый час, гуляя по каменистым дорожкам деревни, Саске пытался взять себя в руки. Наруто никак не выдавал себя, но Саске знал, что он всё это время, как преданная собака, молчаливо следовал за ним.       Крупный булыжник попал под ногу и тут же был с силой отрикошечен в чей-то высокий забор, чем оставил после себя царапину стёршейся краски. Соседская собака с воем залаяла, заставляя Саске вырваться из клубившихся мыслей.       Он поднял и без того хмурый взгляд, силясь рассмотреть небольшой домик, который скрывала повреждённая им изгородь. Потребовалось несколько секунд осознания, прежде чем из губ вырвался досадный смешок.       Это шутка такая?       — Саске? — голос Наруто прозвучал непривычно тихо и настороженно.       Саске резче, чем следовало, обернулся, встречаясь лицом с Удзумаки. Наруто растерянно зашарил глазами по его лицу, видно, пытаясь найтись со словами, но тут взгляд его скользнул куда-то за, и на лице отразилось понимание.       В этом небольшом домике Наруто также узнал местожительство бывшей сокомандницы.       Эта небольшая случайность стала последней каплей в чаше терпения Учихи, и крайняя грань в попытках смириться со сложившейся ситуацией с грохотом развалилась.       Да пошли они все.       То, что Саске наследник клана Учиха, конечно, накладывает на него многие обязательства, но это вовсе ещё не означает, что он должен стать разменной монетой в политических играх отца и брата.       — Ты куда это? Саске! Да постой же!       Сейчас он хотел только одного: полностью и беспросветно забыться, а потому не собирался убавлять темп, направляясь в ближайшее подходящее для этого место.       Где-то на задворках сознания Саске понимал, что его такая реакция во многом действительно незрелая, но, чёрт возьми, он не собирался думать об этом сейчас, позволяя гневу целиком заглушить всполохи разума.

***

      Двое темноволосых полицейских переступили порог заведения. На их форме ярким узором выделялся веер пресловутого клана.       С появлением мужчин до этого шумная питейная в миг преобразилась: атмосфера заискрилась напряжением, разговоры посетителей перешли в редкие перешептывания. Сакура также тихо наблюдала за происходящим со стороны.       Бородатый мужчина у стойки заказов выдавил приветственную улыбку:       — Какой честью обязаны уважаемым гостям? — Сакура разглядела умело запрятанные нотки презрения в лице говорившего.       Один из правоохранителей — тот, что был выше ростом и имел застарелый шрам, пересекающий по диагонали всё лицо, лениво зашагал к стойке. Стул издал почти возмущенный скрип, когда полицейский вальяжно рассеялся на нём. Рука правоохранителя потянулась к лампочке, что возвышалась над стойкой, и щелбаном отправила ту суетливо метаться в воздухе.       — Вопросы здесь задаю я, мужик, — рявкнул тот недовольным тоном.       Взгляд его сосредоточился на прилавке и, после длительного обдумывания, полицейский перекинулся за стойку и потянулся к бутылке с самым высоким ценником. Несколько больших глотков были сделаны прямо с горла, прежде чем он отставил бутылку и медленно выдохнул.       — За счёт заведения, — объявил полицейский, всё ещё сдавленным от выпитого спиртного голосом.       Лицо бородатого недовольно поморщилось, но он быстро скрыл истинные эмоции под маской услужливости.       В это время второй правоохранитель принялся разгуливать по помещению. Его и без того мелкие глаза от придирчивого прищура схлопнулись в ели заметные щелочки.       Периферическим зрением Сакура уловила неуклюжее движение со стороны бара. Совсем недавно учинивший скандал старик встал на ноги: пьяное лицо охватила гримаса ярости, запинающиеся ноги понесли хозяина в направлении полицейского.       Старик был настроен решительно. Сакура понимала, ничем хорошим это не кончится. Его следовало срочно остановить!       Гендзюцу — лучший способ дистанционно вырубить человека при этом не привлекая стороннего внимания, но учитывая специфику клана, к которому причислены офицеры это было бы слишком рискованно.       Если Сакуру раскроют, это сильно осложнит её истинную миссию.       — Вы!.. — неразборчиво прохрипел старик, находясь в стремительной близости к своей цели.       К чёрту. Она не могла спокойно стоять в стороне. Ладонь за спиной уже приняла форму соответствующей печати, но не успела она её окончить, как старик уже покосился в направлении пола.       — Чего это с ним? — мелкоглазый полицейский пнул ногой тушу, внезапно распластавшуюся у его ног.       — Дедуля похоже перебрал, — тут же подоспев широко улыбнулась Сакура.       Косматые брови сомкнулись на переносице, лицо исказила крайне неприятная гримаса. Было видно, что полицейский не собирался спускать ситуацию на тормозах, губы уже разомкнулись чтобы озвучить мысли хозяина, но Сакура опередила:       — Уважаемые полицейские, — склонилась в одзиги под углом в тридцать градусов, — я Харуно Сакура, ирьёнин, прибывший по поручению самого Хокаге. Прошу, позвольте мне позаботиться о состоянии этого гражданина.       Мелкоглазый насупился больше прежнего, но, после пары секунд раздумий, его губы выдали лишь досадный вздох.       Сакура усмехнулась глубоко внутри. Она находилась в Конохе всего день, но уже не побрезговала воспользоваться крохами положения, оказанного ей Учихами. А это приятное чувство — бить ублюдков картами, который сами же всучили ей в руки.       Она наклонилась, чтобы проверить пульс и провести первичную диагностику. Убедившись, что никакой критической угрозы здоровью старика нет, Сакура сконцентрировала чакру в руках, чтобы взгромоздить обмякшее тело на себя.       Перед тем, как переступить порог заведения она обернулась, чтобы найти взглядом столик, который так преждевременно покинула. Сакура улыбнулась лишь глазами — бессознательное тело Ино начало приходить в себя.

***

      Саске не делал больших промежутков между обжигающими глотками. По его меркам прошло не более получаса, прежде чем он остро осознал собственную ошибку: одна бутылка — слишком мало для этого вечера.       Он не заметил, как солнце полностью скрылось за горизонтом. Не заметил и то, как поднялся прохладный вечерний ветер, а от сырой остывшей земли стало тянуть холодом. На нём была лишь лёгкая дневная форма, а потому тело начала пробивать дрожь. Саске пил молча.       Наруто примостился у подножия дерева неподалёку и также долгое время не осмеливался прервать воцарившуюся тишину.       Последние капли соджу неторопливо стекли по стеклянному горлышку чуть смочив язык, а после пустая бутылка полётом отправилась куда-то в сторону.       — Что ты собираешься делать? — почти беззвучно спросил Удзумаки.       — Пойду за новой?       Наруто только угрюмо свесил голову и шумно выдохнул.       — Ты понял о чём я. Мне это не нравится.       — Да ты что? — едко прицепился к словам Саске. — Может у тебя есть какое-то предложение? Давай, озвучь гениальный план, я весь во внимании, — он откинулся на спину, деловито сложив руки за головой.       — Тебе обязательно всегда быть таким?       — Таким? Каким это таким, а, Наруто? — Саске резко поднялся на ноги и тут же ощутил, как мир начал как бы клониться набок. — Давай, расскажи, что джинчуурики девятихвостого может знать о том, какого это, быть сыном Хокаге или, может, младшим братом гения величайшего клана?       Саске редко пил алкоголь, но даже будучи непрофессионалом в этом деле, он сам глубоко внутри осознавал, что за него сейчас говорил именно этот высокоградусный напиток.       — Может знаешь, какого это, быть мелкой тенью, бельмом на глазу собственного отца? Быть не сыном, а лишь мало функциональным инструментом и в тоже время быть только им. Для всех я лишь сын и брат великих людей и больше никто. Всегда было так, а после свадьбы на безродной девчонке о каких-либо амбициях можно будет и вовсе забыть. — Саске чувствовал, что не должен сейчас вываливать своё дерьмо на Наруто, но ничего не мог поделать. Слова лились и лились, будто наконец прорвало наспех заделанную плотину. — Ха, и зачем я только старался всё это время? Зачем пытался доказать что-то человеку, который и за личность меня не считает?! — голос сорвался, Саске пришлось перевести дыхание. — Тебе никогда не понять, какого это быть таким как я, Наруто. Так что просто… просто заткнись.       — Может, конечно, я и правда не понимаю, какого это — быть тобой, но зато точно знаю, что сидеть тут и просто жалеть себя — это худшее, что ты можешь для себя сделать. Знаешь, Саске, если бы ты видел хоть что-то дальше собственного носа… Я ведь, я… А к чёрту! Эгоист проклятый, я просто пытаюсь хоть чем-то помочь тебе!       — Ты ничем не можешь мне помочь.       — Даттебайо, ты непробиваем! — воскликнул Наруто. — Мог хотя бы попытаться. А знаешь, я в этом больше не участвую.       Наруто был настроен решительно. Он уже развернулся, чтобы оставить Саске наедине с собственным эгоизмом, как глаз привлекло неспешное движение.       — С-сакура?..

***

      Сакура свернула в глухой квартал и выцепила глазами едва освещаемую скамейку вблизи тренировочного поля. Она уложила всё ещё бессознательное тело на деревянную поверхность и принялась проводить уже полную диагностику. Убедившись, что помимо опьянения старику ничего не угрожало, она постепенно вывела все следы алкоголя из его крови. Когда с дезинтоксикационными мероприятиями было покончено, Сакура послала поток чакры, чтобы активировать мозговой центр бодрствования.       Старик медленно открыл глаза. Взгляд его стал осознанным, хоть и отчасти растерявшимся.       — Вы меня слышите? — Сакура на всякий случай провела руками перед его лицом.       — Тут я, тут, — раздраженно отмахнулся старик и прижал одну ладонь ко лбу. — Только голова слегка гудит…       — Это нормально. Организм должен адаптироваться, скоро это пройдёт.       Окончательно убедившись, что старик теперь в полном порядке, Сакура окинула его недобрым взглядом.       — Что же вы наделали?! Вроде не первый год живёте, а повели себя как пубертатный мальчишка! — Сакура старалась восклицать тихо, но разгоревшийся гнев с трудом позволял контролировать голос. — Кидаться на полицейских!.. Ещё и с проклятиями!.. Вы хоть представляете, чем это могло для вас закончится?!       — Тихо, дочка. Не читай мне нотаций. За помощь я тебе благодарен, но не лезь в дела, о которых ничего не знаешь.       Сакура зло вздохнула, пытаясь погасить эмоции. На губах появилась жутковатая улыбка.       — Так поведайте, что это за дела такие, из-за которых можно так безрассудно на смерть нарываться?       Старик этот так обречённо вздохнул, что Сакура разом растеряла весь пыл. Она тут же вспомнила, что старик ещё в баре что-то кричал про загубленную внучку. Стало совсем уж не по себе.       — Извините… Наверное, я не должна была так срываться.       — Ничего, дочка, расскажу тебе, раз так хочешь. Только история эта не из приятных.       Старик снова вздохнул. Собираясь с мыслями он пропустил пальцы меж седых волос.       — Эти… ироды проклятые. Сколько ж бесчинств они творят… и подумать страшно. Сначала детей моих в могилу свели. Отправили на миссию захвата одной забитой деревушки. Сейчас нашим редко миссии дают, всё себе к рукам прибирают. О, как они рады тогда были… Как сейчас помню… А на деле их как пушечное мясо использовали. Вернули в мешке. Общем. Там уже сложно было даже разобрать что кому принадлежало… Похоронили с почестями конечно… Да кому они только нужны теперь?.. — его голос сорвался.       Сакура поёжилась от произнесённых слов. Неужели так теперь поступают в Конохе с простыми шиноби? Подобное не укладывалось в голове... Она осела на скамейку вблизи старика и легонько сжала его плечо в попытке хоть немного утешить.       — Я понял тогда, — продолжил нетвёрдым голосом, — что не время теперь в нашей деревне в шиноби подаваться, особенно, если кланом неудался. Внучке тогда тоже говорил в отставку подать, но ведь не послушала она дурака старого. Один из этих ей голову заморочил, да так… Влюбилась говорит… Представляешь? В паршивца этого! Да только кому она в этом клане безродная нужна… Может, он сам этого и не хотел, но должна ведь у него голова на плечах быть. Учихам их связь совсем невыгодна была. Вот они её и одурманили глазами этими… Ой!.. — старик взвыл и спрятал лицо в свои морщинистые ладони. — Что же они с ней, несчастной, сотворили! Осквернили! Да так, что уже никто бы родимую мою замуж не взял… Она позора не вынесла… Сама на себя руки наложила, как очухалась… — умолк на вдохе, точно горло переступили.       Сакуру кинуло в мороз, перед глазами поплыли темные пятна.       "Чудовища. Проклятые чудовища" — вдруг воскрес в сознании голос матери.       Ночь, крик и металл в воздухе. Всё было вновь. Сакура с силой зажмурила глаза.       Ладони теперь ощущались влажными, дрожащим движением Сакура повернула их к лучу слабого света. Тёплая красная жидкость растекалась по кончикам пальцев. Она чувствовала — кровь принадлежала маме.       Глубокий сильный вдох и шумный продолжительный выдох.       Она до хруста сжала ладони в кулак и досчитала до трёх. Раскрыла их вновь. Пусто.       Сакура вернулась в реальность с вновь раздавшимся голосом старика:       — А мне как жить прикажешь теперь?.. Никого у меня не осталось… Запертый в этом дряхлом теле… Даже на месть не способен. Только и осталось мне на этих иродов кидаться. Глядишь, и пришибёт какой. Хоть тогда этот кошмар кончится…       — Я вам соболезную, — мертвенно холодным голосом процедила она. — У меня они забрали отца.       Повисла тишина. Старик пытался спрятать бегущие дорожки слёз в своих ладонях. Сакура невидяще смотрела вперёд себя. В её глазах тоже стояли слёзы, но они не были пропитаны горем. Это чистая злость вытекала из глазниц.       Для Учих остальные шиноби лишь пыль под ногами. Она знала это начиная с надменного взгляда, которым одарил её убийца отца. Но с тех пор было много всего...       И сейчас Сакура осознала насколько сильно с годами притупились чувства.       Пожар ненависти разгорелся вновь. Учихи — зло, абсолютное, неоспоримое. И они должны поплатиться. Она за этим проследит.       Они просидели так какое-то время. Оба в траурном молчании. Наконец, старик очень глубоко прерывисто вздохнул, утёр глаза и заговорил почти ровным тоном:       — Ты прости меня, дочка, что на тебя всё это вывалил... Да и я по правде так себя не всегда веду. Спасибо тебе, что выручила старика. А теперь идти тебе надо, комендантский час уже небось пробил. Только осторожнее будь. И от выродков этих добра не жди. Хоть ты, наверное, и сама уже догадалась.       Сакура глубоко поклонилась ему на прощание, щёки стягивали высохшие слёзы.       Возвращение в родную деревню удавалось труднее, чем она представляла...       День её окончательно вымотал, и сейчас больше всего Сакуре хотелось забыться сном.

***

      Наруто не сразу поверил своим глазам. С тех пор как Сакура покинула деревню, он часто представлял себе, как встретит её, уже повзрослевшую. Но даже те мальчишеские фантазии не передали всей красоты реальной картины. Отросшие розовые пряди, поддавшись вдруг возникшему ветру, небрежно спали на лицо. Её удивлённые и слегка заплаканные глаза в темноте вечера словно подсвечивались изумрудами. Его собственные глаза спустились ниже, где вместо плоской поверхности обнаружили два выпуклых… Щеки стало жечь и он спешно отвёл взгляд.       — А-а, — невнятно протянул Наруто и выдал как всегда невпопад: — я думал ты ещё в пути будешь. А ты… изменилась.       Сакура озадаченно захлопала глазами. Вид у неё был такой, будто она и вовсе с трудом узнавала в нём бывшего сокомандника. Тогда Наруто спиной почувствовал шевеление сзади, и её взгляд тотчас метнулся туда же.       Ему тогда показалось, что лицо Сакуры мгновенно превратилось в белое полотно, она вроде даже инстинктивно ступила назад. Всего на секунду. Теперь ему думалось, что увиденное было каким-то сумеречным наваждением, ведь сейчас вся её фигура источала гордую уверенность и даже лёгкую угрозу.       Он обернулся к Саске и увидел, как тот убийственным взглядом сверлил сквозную дыру в теле будущей жены. Наруто и сам поморщился, обозвав так в мыслях Харуно.       — Сакура. — В своей манере немногословно приветствовал Учиха, но в ядовитых нотах с которыми он произнес имя выражалось неприкрытое презрение.       — Саске. — Протянула в тон ему Харуно, её губы сжались в тугую линию, а глаза — холодные глыбы, с вызовом смотрели в ответ.       Тогда Учиха широким шагом стал надвигаться навстречу, всё также не прерывая зрительного контакта, он будто проверял её выдержку. Сакура лишь задрала голову выше, ни один мускул не дрогнул на её лице. Когда между их телами осталось не больше тридцати сантиметров, Саске резко остановился. Его тяжелое дыхание всколыхнуло тонкий завиток розовых волос, который теперь неряшливо выбился на лоб.       — Хм, первый день в деревне, а уже нарушает порядки, — бровь Саске с подозрением потянулась вверх. — Где была?       — Я уже должна перед тобой отчитываться? — её ответ, а скорее скрытый в нём смысл, не понравился Саске. Об этом говорила залёгшая меж насупленных бровей морщина.       Тут Наруто смекнул: напряжение между этими двумя начало стремиться к критической точке, и без его вмешательства они рискуют вцепиться друг другу в глотки. Нужно было срочно спасать ситуацию:       — Э-э, а мы тут как раз обсуждали… — вставил первое, что пришло на ум, но, доведя мысль в голове до конца, тут же опомнился: — А знаешь, неважно. Время уже и впрямь позднее... Сакура, давай я тебя провожу. Ты ведь живешь всё там же? — он быстро тараторил и, одновременно подхватив Сакуру под локоть, начал тянуть в противоположном направлении от Саске.       Её тело не поддавалось: словно недвижимая статуя оно приросло к земле. Но, спустя пару настойчивых толчков, она всё же оттаяла и неторопливо последовала за ним.       Ещё несколько десятков метров Наруто затылком ощущал прожигающий взгляд Саске, но был рад уже тому, что друг не выдал какой-нибудь злотворной глупости, на которую, Наруто был уверен, тот сейчас способен.       Лицо Сакуры оставалось каменным, она была полностью погружена в раздумья и, казалось, даже забыла, что идёт не одна. Когда большая часть пути была пройдена, Наруто таки решился заговорить вновь:       — А ты… Скажи, ты всё ещё хочешь выйти за него?       Сакура вперила в него такой взгляд, что Наруто успел пожалеть о выбранном вопросе. Он нервно сжал свою оранжевую мастерку, устремив взгляд к носкам. Понимал, что продолжать развивать сейчас эту тему было плохой затеей, но не мог остановить себя, ведь именно это волновало его больше всего. И сейчас, казалось, решение было так близко…       — Тогда… — он осторожно подал голос снова, — раз уж вы оба так этого не хотите… разве нельзя объединиться, чтобы это предотвратить?       Сакура молчала и Наруто воспринял это как знак продолжать. Теперь он заговорил куда увереннее и быстрее:       — Например, вы можете вместе пойти к Фугаку и!.. Ну, как бы, сказать ему. Я имею ввиду отказаться. Если вы оба это сделаете, я уверен, из этого что-то выйдет!       — Наруто, — пока спокойно попробовала осадить его запал Сакура.       — Или!.. — заговорил ещё быстрее, чтобы не позволить ей прежде времени вставить слово, — Ты можешь просто снова уехать, как ничего не было! Вспоминать это страшным сном или вроде того… Или!..       — Наруто! — уже громче воскликнула она. — Скажи, за кого ты меня принимаешь? — он с искренним непониманием в ясных голубых глазах уставился на неё. — Ты правда думаешь, что я, в угоду своим капризам, готова поставить под угрозу безопасность собственной деревни? Я и правда кажусь тебе такой поверхностной идиоткой?       — Что ты! Я совсем не это…       — Хватит. — Голосом-лезвием заткнула Сакура и, переведя дыхание, продолжила уже более ровным спокойным тоном: — Раз Хокаге посчитал наш брак необходимым для безопасности деревни, я без колебаний исполню его волю. И как истинный шиноби Листа сделаю всё во имя благополучия жителей.       Сакура проговорила это не оборачиваясь, а точкой в их диалоге послужил хлопок закрывшейся перед его носом калитки. Только сейчас Наруто осознал, что они успели подойти к её дому.       И что это только что было? Столько лет он мечтал об этой встрече, а она... Словно они всё ещё были несмышлёными генинами, оставила его с раскрытым ртом и слова не дала вставить!       И... Это чувство внутри. Такое странное... Её слова затронули что-то запрятанное глубоко в его душе, и кожу покрыли мурашки. Неужели это гордость за бывшую сокомандницу?       Нет. Это было что-то... Что-то куда более серьёзное.       — А она и правда изменилась… — прошептал в пустоту Наруто.