Глава 9. Благодарю за службу.

      Ни рук, ни ног Сакура не чувствовала уже давно. Лишь запредельно редкие стуки сердца напоминали о том, что она всё ещё чем-то отличалась от хозяинов черных мешков по соседству. Хоть бы… продержаться…       Глухие шаги, сопровождающие каталку, вдруг прекратились. Волна сенсоров обдала телом. Не бейся… Ещё миг…              Колёсики со скрипом завращались, и каталка возобновила движение. Она преодолела сканеры. Осталось немного.              Кислород в смердящем мешке почти полностью преобразовался в углекислый газ, атаковав и без того измождённое тело приступом головокружения. Веки налились свинцом, мысли стали медленно ускользать…       «Не спи!.. Не спи…» — повторяла как мантру.              Вдруг, Сакура с ужасом осознала, что больше не может раскрыть глаза. Она заставила зубы с силой сомкнуться на внутренней стороне щеки: металлический привкус разлился во рту и лёгкий отголосок боли ненадолго вернул в сознание.              Это предел. Ещё пара секунд и лаборатория вскрытия получит новый материал для изучения в виде её мёртвого тела.              Ждать больше нельзя. Она расслабила внутренний узел чакры, и тонкая струя отдала ветку к сердцу, позволив тому наконец совершить уверенный удар. И ещё. И ещё. Скорость циркуляции крови по организму плавно возвращалась в свой темп. Горячая струйка устремилась к мозгу, и бьющая искрами боль просвидетельствовала о регенерации клеток.              Туман в голове начал рассеиваться, и Сакура испугалась, как бы сопровождение не засекло признаков жизни. Она сдержала поток чакры, не позволив тому разлиться по всему телу. Ещё немного.       Неосторожно проехавшись через разделительный порожек, каталка опасно качнулась на повороте.              — Ну наконец-то! — воскликнул снаружи гнусавый голос.              Движение резко прекратилось, заставив стопку тел дёрнуться по инерции. Она на месте. Хлопок двери звоном ударил по ушам — присутствие Анбу мгновенно растаяло.              Направляя чакру на восстановление организма, Сакура параллельно оценивала обстановку: на расстоянии нескольких метров слышалась тихая возня.              — Посмотрим… — пробубнил под нос голос, вдруг прозвучавший в опасной близости от её слуха. — Что тут у нас?..              Толстые ладони подхватили её тело и грубо кинули на твердую металлическую поверхность. За доли секунды Сакура выпустила оставшуюся чакру в тело. Молния стремительно разошлась в разные стороны. Она успела принять хенге лишь в последний момент. Глаза заслезились от резкой вспышки света.              Первое, что она смогла разглядеть: две огромные горошины на месте глаз лаборанта, возвышавшегося над ней. Его губы успели дрогнуть в нерешительном слоге. Секунда, и точный удар ребром ладони в гортань уложил его на лопатки.              Приняв вертикальное положение, она проследила за нечётким движением на периферии: второй сотрудник, от страха путаясь в собственных ногах, стремительно приближался к панели передач.              Пульс ударил в виски, холодная капля пота прокатилась по позвоночнику. Если он успеет подать сигнал — вылазка кончится наихудшим образом. Не позволив мрачным фантазиям украсть ценные секунды, она схватила скальпель с рядом стоящего столика.              Пальцы сотрудника едва не коснулись тревожной кнопки, как рука машинально метнула инструмент в воздух. Острие припечатало его ладонью к стене. Губы раскрылись в приглушенном вскрике — Сакура уже стояла перед ним. Чёткий удар локтем в затылочную область лишил его чувств.              С лабораторными крысами покончено, теперь можно спокойно заняться делом. Если слово «спокойно» вообще можно применить к текущим событиям.              Проверив заблокированную дверь, она снова выпотрошила фаршированный свитком труп, быстро развернула пергамент и освободила всё заранее подготовленное.              Первым делом Сакура схватила экипировку: грубая ткань кевларового костюма туго облепила тело, доставляя ощутимый дискомфорт при движении. Перчатки из нановолокон плотно обтянули ладони, а маска, скрывающая большую часть лица, препятствовала дыханию. И всё же это лучше, чем оставить следы своего прибывания здесь. В противном случае, выживание окажется лишь глупым упущением.              Она быстро раскидала снаряжение по карманам, чтобы перейти к главной задаче: на взрывной печати Сакура наскоро дорисовала округлый узор, сдерживающий взрыв. Горловина спиртовой горелки прочно заклеилась этой печатью. Она засекла время. Через сорок пять минут новые чернила, окислившись, исчезнут. Это должно обеспечить им отход.              Сакура вколола по дозе снотворного отрубившимся сотрудникам, предварительно залечив ладонь последнему — таким образом смерть наступит в результате воздействия огня, а отсутствие ранений подтвердит эту теорию. Разумеется, если дальнейшее пройдёт по плану.              Напоследок, она раздела того, что был поменьше телосложением, и напялила его форму поверх своего костюма. Хотя бы ненадолго, но это снизит подозрения и подарит ей несколько спасительных секунд в случае промедления тюремщиков.              Что ж, момент настал. Засов вернулся в вертикальное положение, дверь приоткрылась, лицо обдало тонкой струйкой сквозняка. Сакура затаила дыхание.

***

      Хенге и несколько слоёв одежды надёжно скрывали её личность, но где-то в районе солнечного сплетения скребло предательское беспокойство. Сакура сделала глубокий вдох и расправила плечи. Решение принято. К чему волнения, когда она уже здесь? Вместе с выдохом тревога выскользнула из груди.              Судя по предоставленным данным, Джирайя находился на этом этаже, но она по-прежнему не знала, где именно его искать.              Держа в уме план, выученный наизусть, Сакура решила для начала завернуть направо, чтобы сперва проверить оставшийся закоулок, прежде чем выйти на большой круг, расположенный по левую сторону от лаборатории вскрытия.              Метательные шприцы наготове зажаты между пальцами. Она в очередной раз осторожно выглянула из-за угла, прежде чем ступить на новый отрезок коридора. Отсутствие персонала играло на нервах нотами пугающего подозрения.              По мере продвижения вглубь, путь становился всё более пустынным и словно заброшенным, но Сакура решила дойти до конца, чтобы, в случае чего, не пришлось возвращаться.              Достигнув последнего отрезка, который должен был кончиться тупиком, Сакура планировала наскоро выглянуть из-за угла и, уверившись в отсутствии Джирайи в этом крыле, двинуться в обратном направлении, но…              Что за чёрт?! На месте тупика, который, она точно помнила, был изображён на этом самом месте, Сакура обнаружила толстую стеклянную перегородку, а за ней…              Внутренности со свистом провалились в неосязаемую дыру, а плечи пробрала мелкая дрожь. Помещение, которого не существовало на схеме было доверху заполнено странными аппаратами, свитками и колбами, с бурлящими в них жидкостями неестественных цветов. В некоторых были… тела?              Сакуре пришлось сощурится, чтобы убедиться в своей догадке. Скрюченные, подключённые к трубкам, обезображенные… это были они.              Какого. блин. черта.              Вдруг, взглядом она поймала блеск глазного яблока, безжизненно болтавшегося в колбе с прозрачной жидкостью. Мороз пробежался по коже, напрочь проигнорировав свойство кевларовой ткани не пропускать воздух.              Сакура сделала осторожный шаг назад. Что бы это ни было, Джирайи тут нет. И сейчас все инстинкты подсказывали: если она собиралась сегодня хоть кого-то спасти, ей стоило убираться отсюда как можно скорее.

***

      Крыло по другую сторону от лаборатории вскрытия не могло похвастаться прежней безлюдностью. По мере продвижения, камеры всё больше были заполнены заключёнными.              Однотипные клетки сливались в непрерывный поток. Наблюдение за обстановкой и ежемоментное устранение угроз с одновременным поиском требовало нешуточной ловкости и концентрации, но Сакура была подготовлена к таким испытаниям.              Третья пара тюремщиков встретилась на пути. Шприцы синхронно разрезали воздух и скоро достигли цели. Недолгий обыск формы наконец дал щедрые результаты: ключ-карта с расширенным доступом юрко скользнула в карман. Она оттащила бессознательные тела в затемнённую выемку, прежде чем двинуться дальше.              Десяток мужских и женских глаз воззрились на неё с немой мольбой о помощи.              Глухой скрежет вырвался меж зубов, стиснутых с силой. Толпа беглецов привлечёт лишнее внимание, что разрушит попытки Сакуры оставить как можно меньше улик. И даже если бы она открыла клетки — уйти далеко им бы всё равно не удалось.              Укол вины пронзил сердце. Они могли бы попытаться.              Сакура опустила взгляд и сделала шаг вперёд. Она пришла не за ними.              Быстро перемещаясь между отсеками, она внимательно вглядывалась в исхудалые лица пленников в поисках знакомых черт. По мере продвижения Сакура всё больше уверялась в догадке, что существовала некая градация размещения заключенных по тяжести их состояния.              Вялые, израненные… далеко не у каждого тут хватало силы и даже элементарного желания поднять голову. Это неважно. Она узнает Джирайю по белогривой макушке, широкоплечему стану и мощной природной ауре, что могла исходить лишь от его неукротимой натуры. Она узнает его. Она узнает.              Состояние заключенных в новом отсеке было совсем неутешительным. Изувеченные, наспех перевязанные бинтами… У многих тут не хватало конечностей. В потускневших глазах читалось лишь холодное безразличие.              Сакура ощутила, как кровь отхлынула от лица. Джирайи не было и среди них. Это могло означать лишь… Впервые, ей стало страшно двигаться дальше. Усилием воли она заставила негнущиеся ноги пройти вперёд.              Следующий отсек… оказался пустым. Сакура в неверии проморгалась, но картина осталась неизменной. Что-то ужасающих размеров рухнуло в груди. Собственные пальцы врезались в затылок, словно пытаясь остановить нарастающий в голове хаос.              Шаннаро! Она… она ведь не могла ошибиться!.. Этого просто не может быть. Сакура не могла пропустить его. И, если верить слитой информации, Джирайя должен был находиться именно на этом уровне. Но… Если она всё же где-то ошиблась… Или... Тёмная рябь замелькала перед глазами. Времени на обыск другого этажа у неё попросту нет.              Она шла дальше. Пустые камеры продолжали сменять друг друга, но Сакура не останавливалась. У неё не было права на ошибку. Сама не до конца понимая на что рассчитывала, она просто бежала вперёд.              Пятки врезались в пол, заставив мчащееся тело замереть на месте. Раскидистая шевелюра мелькнула на периферии зрения.              — Д-джирайя-сан, — тихий шепот сорвался с губ, но так и остался незамеченным.              Мучительные секунды сканер распознавал карту.              Наконец, решетка с противным скрипом раскрылась, и Сакура кинулась внутрь. С первых шагов на неё обрушилось гадкое предчувствие.              Она бросилась к свёрнутой в комок фигуре. Лицо его было бледным, почти безжизненным, веки бесчувственно зажмурены. Пальцы легли на сонную артерию — медленнее чем хотелось бы, но сердце билось.              Сакура разместила ладони на седых висках, холодное свечение медицинской чакры заморгало и почти сразу исчезло. Тогда она снова сконцентрировала чакру, на этот раз та словно испарилась ещё быстрее. Похоже, что нечто в этом месте поглощало чакру. Придётся действовать по старинке.              — Джирайя-сан! — громко воззвала она.              Пальцы с силой вжались в плечо и начали тормошить обмякшую тушу. Безрезультатно. Ногти впились в мочку уха — отшельник слабо дернулся, но глаз так и не раскрыл.              — Очнитесь! — в очередной раз потребовала она. Тишина.              Ладно... ладно. Сакура проморгалась. Для начала нужно вытащить его из этой клетки, что было не самой простой задачей: толстая полоска металла со странным отливом плотно облегала шею Саннина.              Она разместила туловище отшельника у себя на коленях, чтобы как следует изучить ошейник. Несколько раз прокрутив его, Сакура изучила каждый сантиметр и убедилась, что без специального оборудования вскрыть его не выйдет: ни единого шовчика — железный материал словно был спаян прямо на шее.              Тогда она принялась осматривать недлинную цепь, что вела к крупному крюку, выпиравшему из пола. Сакура начала с конца и по одному стала ощупывать звенья. Ноготь с характерным звуком скользил по креплению, пока она, всего на доли секунды, не ощутила под кончиком пальца пустоту. Вот оно. Зазор.              Она взглянула ближе: одно звено дало трещину, словно его долгое время пытались расшатать. Взгляд упал на изувеченные фаланги отшельника. Сакура проглотила несуществующий ком в горле, когда вдруг заметила четыре недостающих ногтя.              Единственным, что могло послужить рычагом в её руках был кунай, хотя и он не был лучшим вариантом: нужное звено находилось в опасной близости к шее Саннина. Одно неловкое движение и миссия окажется почти до смеха бесполезной.              Шершавая обмотка впилась в ладонь с такой силой, что даже сквозь ткань перчатки доставила не самые приятные ощущения. Звено поддалось не сразу. Сакуре пришлось подступиться с трёх разных углов, прежде чем тишину разрезал звонкий щелчок. Слабое дуновение свободы защекотало лицо.              Перекинув обмякшую руку через плечо, Сакура поднырнула под него, переместив основной вес на спину. Живой груз с трудом позволял передвигать ноги, но стоило преодолеть границы клетки, как применение чакры разом решило эту проблему.              Она быстро двигалась по намеченному плану. По сторонам вновь замелькали клетки с заключёнными. За этой секцией должна показаться узкая металлическая лестница, ведущая к нужному ей техническому помещению. До поворота уже оставалось несколько метров.              — Стоять! — разгневанный рёв раздался из-за спины.              Чёрт! Из-за ноши Сакура развернулась менее ловко, чем могла бы. Плечо обожгло острой болью: вражеский кунай глубоко вонзился в плоть. Ещё три не успели достигнуть цели. Пришлось уложить Джирайю позади себя.              Не позволив боли взять верх, она быстрее, чем тело успело осознать, бросилась в ответную атаку.              Их было двое. Ранивший её сумел отразить кунай, но шприц со снотворным, что летел с небольшим отрывом и ровно по той же траектории сумел остаться незамеченным. Второй оказался проворнее.              Сакура подпустила его ближе, чтобы использовать фирменный удар с усилением чакрой, но говнюк был на редкость ловким. Всего одного точного удара хватило бы, чтобы вырубить амбала, но он слишком быстро уходил от атаки. Заварушка уже начала затягиваться.              Оглушающий вой пожарной сирены на мгновение заставил противника отвести взгляд в сторону, и она не упустила момент. Сакуре пришлось точно рассчитать количество высвобождаемой чакры, чтобы не переборщить. Должно быть он даже не успел понять, что произошло.              Действие шока кончилось. Сакура едва успела перевести дыхание, как новая волна боли обожгла плечо. Медицинской техникой она наскоро залатала ранение. Не слишком качественно, но на несколько часов этого должно было хватить.              Время срабатывания самодельной взрывчатки в лаборатории оказалось подобрано наилучшим образом. Сакура ещё раз взглянула на узкий проём, через который проходила лестница и поняла, что сейчас самый подходящий момент, чтобы привести Джирайю в чувства.              Она аккуратно облокотила его верхнюю часть тела о стену. Быстро удостоверившись в отсутствии серьёзных внутримозговых патологий, Сакура первым делом отправила поток целительной чакры к груди, чтобы нормализовать давление и увеличить дыхательную функцию, в целях усиления кислородоснабжения мозговых структур.              Когда работа основных систем заякорилась на улучшенном режиме, её ладони переместились к макушке. Она направила поток энергии к коре больших полушарий, ускоряя выработку нейротрансмиттеров. Необходимым было удержать хрупкий баланс: стоило переборщить с серотонином и Саннин очнётся вялым и заторможенным, но куда хуже было напортачить с уровнем норадреналина — даже небольшой излишек мог вызвать жесточайшую паническую атаку при пробуждении.              Морщинистые веки раздались мелкой дрожью и неуверенно раскрылись спустя пару мгновений. Тогда Сакура смогла разглядеть отчетливую кляксу крови, что почти полностью заполонила левый глаз.              — Джирайя-сан, всё в порядке, — мягко заговорила она. — Я выведу вас отсюда.              Стоило осмыслению вернуться в его взгляд, как Саннин инстинктивно дёрнулся в противоположную сторону. Сакура внимательнее всмотрелась в его осунувшееся и словно постаревшее на десяток лет лицо. Страх, вырезанный на его глазах, заставил ледяную корку разрастись в груди.              Что нужно было сотворить с таким могучим шиноби, чтобы он превратился в это?              — Всё хорошо, — она нежно схватила его ладонь и, вспомнив, что сейчас находилась в обличье лаборанта, тихо добавила: — это Сакура. Мы почти выбрались.              В его растерянных глазах скользнуло некое осознание и сам он словно немного собрался.              — Я пойду первой, чтобы расчистить путь. Вам просто нужно следовать за мной.              Джирайя по-прежнему молчал, но спустя небольшой промежуток размышления медленно кивнул, и тогда Сакура приблизилась к лестнице.              По её расчётам, большая часть персонала уже стремилась к месту возгорания, а значит, если повезёт, то аварийный узел водоотвода может и вовсе остаться без охраны. Нужно спешить.              Она уже обхватила руками первый железный прутик, но что-то заставило её так и замереть в нерешительности.              Десятки измученных лиц замелькали перед глазами. Состояние Джирайи… Должно быть, в этом месте это даже не худший исход.              Сакура закусила щёку изнутри, в попытках погасить благотворительный порыв. Это не входило в её план и одна Ками-сама знала, чем это могло для них закончится.              Ступня дёрнулась, сделав небольшой шаг назад.              Чёрт, похоже, совесть не позволит ей поступить иначе.              — Я отойду на секунду. Ждите тут.              Не поднимая головы, Сакура обступила Джирайю и, осмотревшись, вынырнула из-за угла.              Она приблизилась к первой же клетке. На полу с криво забинтованной культёй сидел мужчина. Рука протянула пластиковый прямоугольник за решётку.              Их глаза встретились, и в эту секунду мучительная картина появилась перед глазами. Она увидела исход.              В голубых глазах, подчёркнутых залегающей под ними синевой, мелькнуло непонимание. Потом неверие. И вот, в них вспыхнула надежда. Дрожащие пальцы уцелевшей руки крепко сжались вокруг ключ-карты.       Поганое чувство заклубилось в животе. Они умрут. Своими полумерами она лишь ускорила процесс.              Сакура круто развернулась и уверенным шагом зашагала обратно к лестнице.              Она дала им шанс. И это больше, чем она могла себе позволить.

***

      Во мраке сырого помещения она, незаметная словно тень, перемещалась от одного столба к другому. Охрана тут всё же была, но не столь многочисленна. Метательный шприц рассёк воздух, и первый противник потерял равновесие. Второй поражённо уставился на отключившегося соратника, и это было его ошибкой. Сакура уже подкралась к спине, его горла коснулся холод металла.       — Только без глупостей, — спокойным шепотом произнесла она, и, не отнимая оружия от его шеи, подвела охранника к кодовой панели. — Вводи.       Грудью, Сакура ощутила, как его правая рука двинулась в неясном направлении. Скальпель чакры одним движением обрубил один из главных каналов, и рука его безвольно повисла. Кунай прижался к шее с бóльшим напором. Тонкая струйка крови хлынула вниз по коже.       — Я неясно выражаюсь?       Сакура телом ощутила, как весь его корпус пробило крупной дрожью. Код удалось ввести со второй попытки, и тяжёлая дверь люка со скрежетом отворилась. Последняя доза снотворного мгновенно разлилась по кровотоку.       — Можно.       После недолгой тишины до слуха донеслись тихие шорохи. Джирайя спускался медленно. Его тяжёлое дыхание эхом отбивалось от стен.       Сакуре совсем не нравился его отрешенный вид: он словно мыслями был далеко отсюда и даже не до конца понимал, что происходило. Она успокаивала себя: это поправимо, главное, вырвать его из этого ада. А это уже почти удалось.       Она шагнула первой. Всё действительно на первый взгляд соответствовало чертежам. В техническом отсеке гулял сквозняк. Отрезвляющий холодок свободы заиграл между лопатками. Сакура с благоговением наблюдала, как Джирайя переступал порог этого злосчастного места и не могла поверить, что ей действительно удалось провернуть всё это.       Первая нога оказалась за пределами тюрьмы — Сакура позволила себе скромную улыбку. Он сделал ещё шаг. Неужели она справилась? Умиротворённая улыбка наставницы замелькала в воспоминаниях.       Дальнейшее произошло слишком быстро.       Индикатор на ошейнике загорелся зелёным. Она была готова поклясться: никакой лампочки на нём раньше не было. Но глаза показывали обратное.       Изо рта Джирайи вырвался хриплый стон, через мгновение фигура его выпрямилось как струна, и тело Саннина задрожало в приступе агонии.       Действовать пришлось быстро. Она даже не успела обдумать хватит ли толщины её резиновых подошв — просто резким толчком заставила тело Джирайи завалиться назад.       — Чёрт, чёрт, чёрт! Вы меня слышите?       Припадок тут же прекратился, но зелёное свечение так и не унялось. Тогда она поняла, что подача тока осуществлялась из ошейника, а активировало его, по всей видимости, покидание безопасной зоны.       Кажется, она успела вовремя. Его глаза оставались открытыми, но взгляд выражал лишь скорбное опустошение. При таком раскладе ей было трудно оценить его истинное состояние. Нервы натянулись словно струна.       Сакура судорожно пыталась найти лазейку. Она уже знала, что ошейник не снять. Знала, но…       — Да скажите уже хоть что-нибудь! — вырвалось у неё.       Ослабленные пальцы вдруг крепко сжались вокруг девичей ладони, заставив её наконец оторваться от бессмысленного занятия. Отрешённый взгляд тёмных глаз наполнился тяжестью, и гадкое предчувствие разнеслось мурашками по коже.       В следующую секунду он широко раскрыл рот и желудок у Сакуры прилип к позвоночнику. Сердце пропустило несколько ходов.       Так вот почему за всё это время он не вымолвил ни слова…       На месте языка у Джирайи осталось лишь воспалённое месиво.       Тёплая дорожка прокатилась по щеке. Позвоночник скрутился колесом. Сакура невольно сжалась, желая превратиться в невидимую горошину.       Она руками схватилась за голову. Такое увечье… медицинскими техниками не исправить. И только Ками-сама знает что ещё они могли с ним сделать. Нет. Оставаться здесь ему никак нельзя. Только вот, стоит ему пересечь границу тюрьмы снова, и на этот раз электрический разряд его прикончит.       И что же. Что же ей делать?.. Она ведь… стольким пожертвовала ради этого момента! И что теперь?       Уйти?.. Просто… сдаться?       Горечь от тяжких воспоминаний подступила к горлу. Спешное прощание. Клубящиеся облака взрыва. Красные зонтики хиганбаны, колыхавшиеся на ветру.       Топот дюжины пар ног послышался на подходе.       Неконтролируемая волна гнева заполнила внутренности, угрожая взорваться изнутри, если Сакура не даст ей волю. Чёртовы… Чёртовы Учихи!       — Как же… я всех вас… ненавижу!..       Пальцы с силой сжали ручку куная. Сакура ринулась в бой. Град ударов обрушился на новых противников — это чистая ярость вырывалась из груди.       Удар концентрированной чакрой. Уход влево. Разворот. Ещё удар. Пальцы сами собой складывались в нужные печати, Сакура уже давно не отдавала себе отчёт в выборе техник.       Первая пятёрка обезврежена, но их было слишком много на неё одну. Открытая схватка — не то же самое, что нападение из тени. Это намного сложнее. А одновременная задача теснить ораву от Саннина только усугубляла ситуацию. Уровень настоящей подготовки сотрудников ей удалось определить только сейчас. И это заставило её покрепче стиснуть зубы.       Локоть в висок. Уклон назад. Ещё пятеро навалились на неё разом. Сакура не могла позволить себе ни секунды на промедление. Удар в челюсть дезориентировал второго. Уворот вправо.       Боковым зрением Сакура уловила, как трое оставшихся двинулись к Джирайе, огибая их стычку. Рука потянулась к набедренной сумке. Десяток кунаев устремился в их сторону.       Дыхание внезапно перехватило. Жгучая боль пронзила бок. Пропустила. Чёрт, их слишком много, она не успевает.       Тело стремительно слабело. Сакура словно лишь сейчас осознала, насколько выдохлась за эти сутки. Одна только техника, почти к нулю сводящая жизненные функции, затребовала уйму чакры…       Она быстро и с хирургической точностью вынула кунай и зажала кровоточащую рану рукой. Сакура едва успела сконцентрировать целительную чакру в ладони, как очухавшийся противник напал, не дав шанса на передышку. Удар коленом в живот сложил его пополам.       Мышцы налило свинцом. Звон, раздавшийся в ушах, не был хорошим знаком. Слишком… медленно. Голова резко запрокинулась назад — точный удар в скуловую кость заставил искры посыпаться из глаз.       Второй противник подкрался незаметно, или это вдруг налившаяся темнота перед глазами не оставила возможности качественно оценить обстановку.       За спиной послышались звуки борьбы. Чакры… почти не осталось. И на мгновение, всего на мгновение, но, кажется, хенге дрогнуло.       Так больше не могло продолжаться.       Придётся сейчас. Пальцы сложились в необходимую печать. Пульсация в центре лба витиеватыми потоками стала медленно распространяться по коже. Сакура выпустила не всю, а лишь строго необходимую часть. Первым делом вернув полный контроль над обликом, она отправила остаток на восполнение внутренних резервов и запуск экстренной регенерации.       С обновлённым запасом сражаться стало в разы легче. Всего в пару ударов она добила своих, уже порядком истощённых противников.       Обернувшись, она заметила, что двое напавших уже бездыханно лежали у ног Саннина, но вот третий… Острие куная в опасной близости нависало над глазом старика.       Сакура без лишних сожалений перерезала шиноби горло. Она смотрелась: все двенадцать бесформенно распластались на полу. Но она не могла позволить себе вздоха облегчения.       Тревожный взгляд вперился в растрепанную макушку Джирайи. Она должна что-то придумать. Сейчас!..       Зловещий топот раздался сверху. Подкрепление.       Шаннаро! Ну почему… так?       Джирайя решительно схватил её руку и стал с нажимом вычерчивать символы на её ладони. Сакура попыталась воссоздать все линии воедино в уме. «Огонь»?.. Или… возможно… «Великий»? Несколько кривых штрихов начали вырисовывать второй иероглиф, но звуки шагов оказались слишком близко.       Сакура даже не успела сообразить, что произошло дальше. С несоответствующей его состоянию силой, Джирайя втолкнул её в проём так, что она приземлилась на пятую точку. Спустя секунду люк герметично захлопнулся. Сакура услышала треск закрутившегося засова.       Она продолжала колотить по внутренней стороне люка, хоть и понимала всю бесполезность своих действий.       — Нет!.. — восклицание превратилось в истеричный всхлип. — Нет…       Сама Сакура ни за что бы не решилась уйти. Она это понимала и Джирайя... тоже. Он просто спас её, хоть это было её задачей.       Слёзы катились ручьём. Сакура едва нашла в себе силы подняться. Так… не должно было случится.       Бесполезно. Всё было бесполезно.       Сакура дёрнулась. Необходимая шестерёнка вдруг встала на своё место. Ведь… если бы его хотели убить, то наверняка давно бы воплотили эти планы в жизнь. Им ничего не мешало. А значит… он был зачем-то нужен. Это потерпит ещё. Совсем немного. Пожалуйста…       Глаза зажглись зелёным пламенем решимости. Сакура зацепилась за эту призрачную надежду. Времени не осталось. Сакура в последний раз оглянулась на дверь.       Она вернётся. Она обязательно вытащит его. В другой раз.

***

      Эти тоже мертвы. Всё было сработано чётко: ни улик, ни свидетелей. Он уже собирался уходить, как слабое шевеление послышалось из-за небольшой выемки в углу. Итачи быстро приблизился к источнику звука и не сразу поверил своей удаче.       Жив. Бледный, обессиленный юнец не сразу узнал своего капитана. Ему пришлось несколько раз моргнуть, словно стряхивая пелену с глаз, прежде чем в них проскользнуло узнавание.       Похоже задето лёгкое. Ранение серьёзное, но ирьёнины должны справиться. Итачи, за неимением ничего получше, рукой прикрыл пузырящуюся рану.       — Что ты видел?       Итачи не сильно рассчитывал на вразумительный ответ, но вдруг дрожащим пальцем юнец потянулся к центру лба.       — Р-р.. — брызг крови вместе с кашлем вырвался из его горла. — Ромб...       Пазл принял своё положение. Перед глазами замаячил лживый прищур изумрудов. Он не размышлял. Рука сама двинулась, перехватив рукоятку торчащего куная и под углом вогнала его вглубь. Итачи ощутил как острие вспороло аорту.       — Благодарю за службу, — недрогнувшим тоном сорвалось с губ.       На подходе послышались торопливые шаги. Чёрная макушка подчинённого быстро оказалась в проёме.       — Капитан?       Итачи успел спрятать окровавленную ладонь за спину.       — Тут тоже ничего. Уходим.