Глава пятая. Путешествие до Выхино

— Не рассматривай только ее, — зачем-то предупредила Самара, протягивая Насте свернутую вдвое бумажку. Настя кивнула и засунула записку в карман. — Как ты сформулировала? — спросила она из любопытства. Самара небрежно повела рукой с зажатой в ней сигаретой. — «Деньги за проезд были заплачены. Вы обязаны довезти пассажиров до адреса…» и так далее. Вам вообще ничего говорить не нужно будет, — Самара привстала на цыпочки, открывая форточку на лестничной клетке. — Эти чуваки — норм, думаю, Ванятка вам не откажет. — Может ты и ему что-нибудь напишешь? — Их опыт с остальными округами в последнее время был преимущественно отрицательным, с единственным исключением в лице Бабского батальона: да и то, недавняя Костина выходка их отношения охладила.       Самара покачала головой: ее губы дернулись, складываясь в насмешливую улыбку.       — Нет способа вернее настроить их против нас, чем помахать перед их лицом какой-нибудь бумажкой, где я что-то написала.       Настя поежилась: из окна тянуло не августовским холодом. Она чувствовала как запах сигарет въелся в свитер, но отодвинуться от Самары значило стать объектом для пассивных насмешек на следующие несколько недель.       — Слушай, что ты думаешь про змей? — спросила Самара, затягиваясь.       — А?       — Да, я чувствую, будто нам не хватает питомца, — пояснила она. — И, типа, змеи звучат прикольно.       Настя с необычной ясностью представила себе, как ей придется скармливать здоровому питону живых мышей, и затрясла головой.       — У Никиты аллергия, — выпалила она, не раздумывая. — Мы разоримся на кларитине.       — На змей бывает аллергия? — переспросила Самара с сомнением, гася окурок о подушечку указательного пальца.       — Да, он начинается задыхаться, реально. Кожа идет пятнами и все такое.       — Хм, — они вдвоем направились обратно в квартиру. — Ну ладно, а что ты думаешь про пауков?       На кухне раздались громкие вопли: Настя узнала раздраженный крик Никиты и злое шипение Саши.       — То есть ты считаешь, мне нужно было просто уйти, я правильно понимаю? — Саша стояла у раковины, ее руки были сложены на груди, а лицо было перекошено от ярости. — Просто ничего не делать, когда мою подругу…       — Еще раз, блин, — лицо Никиты покраснело от гнева. — Есть разница между тем, чтобы защитить кого-нибудь, кому грозит опасность, и тем, что ты просто приходишь в чужой дом и ломаешь его владельцу руку!...       — Он бил ее, ты тупой ублюдок, — зарычала Саша, наклоняясь вперед, ее руки сжались в кулаки. — Бил ее, каждый, сраный, день! Избивал!       — Не при тебе, впрочем, верно, не при тебе?...       — Какая нахрен разница?!       — А если бы ты ошиблась квартирой?       — Отличный аргумент, долго над этим думал? Вот тебе встречный: а что если бы он ее убил? Или на это тебе плевать?!              Ричард и Тэн продолжали меланхолично двигать фигуры, не проявляя никакого видимого интереса к разворачивающейся сцене. Настя начинала подозревать, что они оба не умели играть в шахматы и делали это просто для того, чтобы занять руки.              — Мне просто кажется, — Никита с явным усилием пытался выглядеть более расслабленным, чем он, на самом деле, был. — что ты просто пытаешься прикрыться всем этим, чтобы оправдать скрытое желание напасть на мужика.       — Всем этим? — переспросила Саша тихо. Ее лицо тоже немного разгладилось в обманчивом спокойствии. — Чем это, не мог бы ты пояснить?       — Фем…, — начал было Никита, но в этот момент Саша прыгнула на него. Ее ладони вцепились в Никитины плечи. Она играюще подхватила его за них и швырнула. Его ноги оторвались от пола и спина оглушительно врезалась в кухонный шкафчик позади: стекло с грохотом посыпалось, а его подбородок откинулся назад. Саша тоже издала негромкий возглас: мякоть ее ладоней покрылась царапинами, которые немедленно заблестели от проступающей крови. — Лю…, — начала было Настя и встретилась с разъяренным Костином взглядом. Обычно, Люся разнимала драки: вскидывала руку, создавая щит, не позволяя дерущимся приблизиться друг к другу. Тэн резко встал, отталкивая шахматную доску: как раз, когда Никита снова замахнулся (его ладони разбухли, выпуская из себя лезвия). Тэн сделал шаг вперед, застыв между Никитой и Сашей, вынудив их обоих отшатнуться назад.       — Баффи, — произнес он холодно, кивая Саше, потом повернулся к Никите. — Эдвард Руки-Ножницы. Спокойно. Оба.       — Ну, Саша, скорее, Халк. То есть, простите, женщина-халк, — пробормотал Никита. Его руки кровоточили в тех местах через которые прошли лезвия. Он провел ладонью по волосам, ощупывая затылок — Блин, бинты дома есть или как?       Саша распрямилась и картинно отряхнулась, смахивая невидимую пыль с футболки.       — Я схожу в магаз, — протянула она. — Нам что-нибудь нужно? Ну кроме намордника и поводка для этого ограниченного?       Никита показал ей окровавленный средний палец.       — Туалетная бумага, — начала Настя автоматически. — Молоко…       — Вы издеваетесь? — взорвался Костя, вскакивая со стула. — У нас нет времени на все это? Вам нужно…! — Самара зажала Костин рот ладонью, кивая на включенный смартфон, лежащий на столе.       — Я может выйду с тобой. Хочу прогуляться, — сказала Настя Саше, протягивая ей свой телефон. Та, подмигнув, засунула его в карман джинс.       — Я пойду с вами, — Тэн положил телефон на стол. Саша подняла его и кивнула. — Сейчас?       Настя кивнула и перевела взгляд на Никиту, перевязывающего ладони куском марли сомнительной чистоты.       — Го, — откликнулся он. — Пошли.              Они вышли из подъезда вчетвером. На улице было прохладно, и небо все еще сохранило утренний свинцово-серый оттенок. Мимо шумно проехал трамвай до Сокола. Сокол находился на территории Скинхедов. Полгода назад Настя побывала там, во время той стычки, когда Артур, их глава, вбил себе в голову, что Самара собирается свести его с ума.       Над серо-зеленой многоэтажкой, хорошо сочетающейся по цвету с небом, промелькнул отсвет молнии. Саша помахала руками, молча прощаясь, и повернула направо в сторону супермаркета. Тэн, Никита и Настя, в свою очередь повернули налево: нужно было перейти на другую сторону и поймать попутную машину. Настя украдкой бросила взгляд на Тэна, пытаясь догадаться о чем он думает. Предпочел бы он отправиться к Другим в одиночестве? Кажется, ли ему, что они с Никитой будут просто обузой? — Анастасия, — подал голос Тэн. Он единственный всегда использовал ее полное имя. — У нас есть с собой какие-нибудь деньги? Настя покачала головой. — У Самары было по нулям. У меня с собой где-то двадцать рублей. — У меня ноль всего, — усмехнулся Никита. — А у тебя? — Тоже ничего. Значит, придется полагаться лишь на Самарину индульгенцию? — Тэн шел, как обычно, немного впереди, держа небольшую дистанцию. Настя в очередной раз задумалась о том, как мало она о нем знала. Тэн был загадкой — молчаливый, скрытный, и разговаривал обычно только с Ричардом и Самарой, избегая остальных. Она знала, что имя, которое он себе выбрал «Тэн» было сокращением от «Тэнатос», что раньше казалось ей невероятно крутым, а теперь несколько неловким. Пауза слишком затянулась и Настя торопливо подтвердила: — Ага, но Самара даже адрес включила. Ричард знает, где мы будем достаточно к ним географически близки. — И куда мы едем? — Тэн посмотрел на нее внимательно, и Настя поняла, чтобы забыла это уточнить. — Ричард говорил, что их база где-то в Выхино-Жулебино, — предположила она. — «База»? — повторил Никита насмешливо. — Квартира, прибежище, одно из этих слов тебе понятно? — парировала она. Они перешли улицу и теперь шли в одном направлении с машинами. — Ну, кто будет голосовать? — уточнил Никита, оборачиваясь на них. — Я бы предпочел этого не делать, каждый раз, когда я пытаюсь, выходит удивительно похожим на нацистский салют. — Слушай, ты уверен насчет карьеры в стендапе? Насколько мне известно, для этого человек должен быть смешным, — усмехнулся Тэн, вскидывая руку. — Зато Артуру понравилось бы, — пробормотал Никита несколько уязвлено. Он застегнул молнию на кожаной куртке, которая еще больше ободралась за последние пару дней.       — Может мы могли бы доехать до «Октябрьского поля», — задумчиво пробормотала Настя, рассматривая проносящиеся мимо машины. — И поймать машину там…       — С Самариной бумажкой я не вижу особой разницы, — пожал плечами Тэн. — Нас, в любом случае, довезут до Выхино.       — Сколько округов мы проезжаем? Если через «Хорошевский», то, получается, через Скинхедов, потом через Мажоров, а дальше сразу у… — Никита начал зажимать пальцы.       — Должны быть сразу у Других, — перебил его Тэн. — Да. Единственное, что меня беспокоит, это то, что мы очень долго едем через Мажоров. Карина может нас заметить.       Карина была схожа с Ричардом в своей особенности: она могла видеть через любую камеру и обладала интуицией собаки-ищейки.       — Значит, будем надеяться, что водитель будет достаточно быстрым, — ухмыльнулся Никита, складывая руки на груди. — А ни одно сраное такси не останавливается, потому что ты черный или почему?       Тэн закатил глаза. Его вытянутая рука чуть дрогнула.       — Тебя сменить? — Настя попыталась поймать взгляд Тэна. Где-то вдалеке прогремел гром. Собирался дождь. Тэн коротко кивнул и отступил назад, увеличивая расстояние между ними.       — Если сейчас сразу кто-нибудь остановится, я заору, — пробормотал Никита.       Десять минут спустя машина-таки остановилась: водитель окинул их изучающим взглядом. Ему было где-то около пятидесяти, он был худощавым мужчиной с круглым лицом и редкой седой бородкой. Над зеркалом болталась зеленая елочка и висела ламинированная фотография какого-то футболиста.       — Что вообще ребятки в вашем возрасте делают, голосуя? У вас мобилок что ли нет? — поинтересовался он добродушно.       — Мы просто старомодные, — улыбнулся Тэн. Улыбка выглядела на его лице чужеродно.       — А? Ну вам повезло, в любом случае. У меня сегодня как раз выходной, я еду покататься и дай, думаю, молодежи помогу… Куда вам? — Настя протянула кусочек бумаги, полученный от Самары.       — В Выхино. Нам подруга написала адрес, — сказала она, открывая для Тэна заднюю дверь. Вперед, впрочем, первым юркнул Никита, вынуждая Тэна забираться следующим. Он с благодарностью кивнул, и жестом показал, что закроет дверь самостоятельно.       — В Выхино?... Ну ребята… Погодите, мы еще с ценой… — начал было водитель, но Настя остановила его взмахом руки.       — Мы согласны на любую вашу сумму, — улыбнулась она, садясь на переднее сиденье и пристегиваясь. Водитель хмыкнул, чуть оценивающе скользнув взглядом по их группе.       — Самоуверенные ребятки, — фыркнул он. — Правильно я вас подобрал.       В машине стоял сильный запах ароматизатора, от которого у Насти сразу началась головная боль. Ремень сжал ее шею как удавка, что напомнило ей предупредить Никиту, что отныне у него аллергия на змей.       Машина выехала на улицу Героев Панфиловцев и немного прибавила ходу; Настя скользнула взглядом по пронесшемуся мимо дому. Там, наверняка, Самара, Ричард и Костя рассказывали Алисе про их округ. Был ли в этом смысл? Что случится, когда Ванятка поменяет саму суть прошлого? — Так куда едем? — переспросил водитель, до этого возящийся с радио. Заиграла какая-то песня на незнакомом ей языке. — Там на листочке все написано, — улыбнулась Настя, поворачиваясь к нему. Тот наморщил лоб и сощурился, разворачивая листочек. — Слушай, я адрес что-то не очень разбираю, — пробормотал он. — Сама можешь прочесть? — и он протянул листок ей. Настя почувствовала, как ее сердце пропустило удар. Наверное, страх отразился на ее лице, потому что водитель посмотрел гораздо более подозрительно. — Ты неграмотная, что ли? — уточнил он чуть сварливо. — Давай, скорее. Куда ехать? Нужно было придумать что-то, как-то заставить его все равно прочитать, отпечатать Самарины слова в самой корке его мозга, но мысли не собирались, и Настя просто с ужасом смотрела на кусок бумаги. Никита и Тэн тоже молчали.       — Так, ладно, девушка явно читать не умеет, — хмыкнул водитель и повернулся через плечо. — ну молодец, ты-то давай.       Руки Тэна в кожаных перчатках сжались на клочке бумаги. Настя задержала дыхание, слушая, как он разворачивает его, а потом хриплый Тэнов голос, зачитывающий:       — Жулебинский бульвар, дом один, — водитель кряхтя, ввел это в телефон.       — Час езды?! — водитель аж извернулся, заставив Настю нервно перевести взгляд на дорогу: чудо, что они все еще не въехали в едущую впереди машину. — И пробки такие… Может, и в два выйдет…       — Мы вам заплатим, — пробормотала Настя. — Мы же обещали.       — Эх, совсем другой конец Москвы, — водитель покачал головой. — Ну что ж, удвоим если что.       — «Удвоим» это сколько? — спросил Никита с заднего сиденья.       — Ну, в десяточку-то точно влетим. А то и в двадцаточку, — кивнул несколько раз водитель. — Вы не переживайте, когда там будем, я банкомат забью какой вам нужен…, — он коротко окинул их взглядом. — Или мне вас выпустить прямо сейчас? Можем родителям вашим позвонить?       — Нет-нет, — ответила Настя, прежде чем она успела подумать. — Десятка — без проблем. Наши родители… — она не стала заканчивать не сформировавшуюся ложь, да и водитель как будто не был слишком встревожен. Его эмоции колыхались цветастым облачком вокруг него: самодовольство, спокойствие, удовлетворение, и она отмела взметнувшуюся было подозрительность, забирая ее себе.              Настя повернулась к окну, чтобы скрыть выражение своего лица. К горлу подступила тошнота, а внутренности скрутились в тугую спираль. Это, конечно, было глупо, невероятно глупо. Надо было попросить их высадить; вернуться обратно, и попросить об еще одном клочке бумаги Самару. Но было уже поздно: машина уже проехала Планерную, стремительно приближаясь к улице Свободы. Они влипли.