2. Цзяоцю. Весна.

То, что Цзяоцю услышал, явно не предназначалось для его ушей. Он пожалел, что подслушал твой разговор с Моцзэ, поэтому даже не спрашивал ничего уточняющего, когда понял, что ты подошла и всё поняла по его немного виноватому виду. Ты тоже не сказала ничего на тему, всё ещё злясь, но не на Цзяоцю. Он вдруг сам взял тебя за руку. На улице с приходом позднего вечера заметно похолодало, а неожиданное тепло обволокло не только физически, но и психологически. Цзяоцю сделал это не из-за того, что не мог идти сам, а лишь чтобы успокоить тебя. Тонко чувствующий, он всё ещё хотел помогать хотя бы тебе и чем мог. — Надо бы поужинать. Он сказал это как бы случайно, бросил среди других мыслей, но ты понимала — то было приглашением, коих ты достаточно давно не получала. Внутренне ты обрадовалась, может быть, однажды Цзяоцю если не примет полностью своё настоящее, то хотя бы не будет так остро реагировать на лишения. — Куда пойдём? Ты усилила хватку, но при этом позволила как бы вести себя. Мужчина почувствовал это и направился от набережной в сторону шумных улиц. Он шёл, понятное дело, не так уверенно, но хотел, чтобы создавалось впечатление иное. — В Переулок ауруматонов. Не пробовал ничего из заведений там. Цзяоцю больше не жил на Яоцине Сяньчжоу, переселился на Лофу к тебе, потому что за мужчиной всё ещё требовался такой ненавистный ему уход. Военным целителем для Фэйсяо, возможно, стал кто-то другой, ты не знала. Пока в столь сложный период адаптации и к новому месту жительства, и к непростым обстоятельствам изменившейся жизни, никакие поручения от генерала Цзяоцю не получал. Его переезд на Лофу тоже сопровождался множеством проблем, потому что убедить Фэйсяо в необходимости изменить образ жизни было довольно сложно даже при условии, что этого хотел сам Цзяоцю. Ты работала архивариусом в Комиссии по предсказаниям — разбирала бесконечные бумаги с записями, собственно, предсказаний, сортировала их, заведовала книгами. Может быть, не очень много практического толка было от такой работы, но заниматься ею никто из Комиссии не хотел. Более престижной считалась работа прорицательниц, которые могли считывать судьбы. «Можно ли этому научиться?» — думала ты, и теперь, когда злая участь настигла не только тебя, этот вопрос встал ещё острее. Но о своём тайном желании уметь видеть будущее Цзяоцю ты не говорила. Он во многом реалистом оставался и всё же отказываться от своей работы не собирался. Фэйсяо он убедил, что через какое-то время вернётся на Яоцин, чтобы продолжить врачевать и помогать в том числе и ей. Ему нужно было время на восстановление своей психики, а новое место жительства и твоё нахождение рядом должны были способствовать этому. Поэтому Фэйсяо согласилась, пусть и с трудом. Ты не знала об этой своего рода сделке. У вас обоих были тайные желания и секреты, о которых рассказать друг другу по каким-то причинам оказалось слишком страшно. — Цзяо, мы неправильно идём, — вдруг сказала ты, потянув мужчину за руку, чтобы остановить. Ему, кажется, не понравилось то, что он услышал. Лицо у него выражало растерянность, но слишком быстро эмоция приобрела негативный характер. Пугающе пустой взгляд бегал как будто в поисках утешения, по крайней мере тебе так показалось. — Давай я поведу. Цзяоцю убрал руку от тебя, наверное, обиженно. — Жалости я к себе достаточно наслушался, голова уже трещит от собственных мыслей. Я хочу быть с тобой на прогулке, но такой, словно ничего и не случилось. Значит не буду держать тебя за руку. Пойду сам, буду ориентироваться на запахи, звуки, чутьё. — Но, Цзяо, это!.. — ты вдруг прервалась, потому что Цзяоцю, вряд ли полностью понимая, где твоё лицо, всё равно злобно посмотрел в твою сторону. Он даже немного оскалился, и между вами возникла неловкая, некомфортная тишина. Ты поняла: пропало зрение, а вместе с ним и силы словно ушли, всё мужество, будто он больше не тот, на кого любимая могла бы опереться. Он сам нуждался в помощи и не мог простить себе этого. Может, и очевидные мысли в который раз пришли, но в каждой новой ситуации появлялись вновь. — Хорошо, будь по-твоему. — Будь так добра, перестань видеть во мне несчастного побитого лисёнка. Я всё прекрасно понимаю, мой характер не изменился от того, что случилось. Раз уж ты сама говорила, как я ненавижу лишние подчёркивания своего состояния, то перестань делать это тоже. — Тогда пойдём. Ты хотела шагать громче, чтобы Цзяоцю точно слышал, в какую сторону идти, но, скорее всего, это снова бы оскорбило его, поэтому ты шла как обычно. Он значительно замедлился, чтобы опять не перепутать дорогу. Ему было сложнее ещё и оттого, что Лофу — неизвестный корабль для него, и тем не менее мужчина так отчаянно пытался жить обычной жизнью, что становилось непонятно, то ли ему нужно помочь смириться с недугом, то ли игнорировать очевидные трудности. Видимо, второе. Для спокойствия отношений. Ты старалась не отходить от Цзяоцю слишком далеко, но он, в каком-то смысле ругаясь, говорил тебе идти со своей обычной скоростью. Когда вы дошли до Переулка ауруматонов, ты с облегчением вздохнула. Осталось только выбрать заведение, в котором вы посидите. Ориентируясь исключительно на запахи, Цзяоцю выбрал место, где вам явно смогли бы подать острую еду. Он мог приготовить что-нибудь и дома, но вы так давно никуда не ходили вместе в качестве свиданий, что явно стоило бы возродить эту романтическую сторону жизни. Меню тебе пришлось зачитать, да и сам молодой человек сидел с закрытыми глазами, чтобы, быть может, не пугать других посетителей своим отсутствующим взглядом. Конечно же, Цзяоцю заказал себе то, что лично тебе, скорее всего, попросту обожгло бы язык не только остротой, но и температурой. Экспериментировать с такими блюдами ты не решалась. На удивление за едой вы смогли, наконец, оба расслабиться и поговорить спокойно, не о проблемах и делах, а о дальнейших планах на свидания. Ещё Цзяоцю сказал, что хотел бы попробовать устроиться в местную Комиссию по алхимии, но, конечно, не уточнил, что временно. Ты, как и он, пока не понимала, удастся ли ему это, но препятствовать, конечно, не собиралась. Напротив, найдись молодому человеку снова работа по душе, ты была бы спокойнее. Болтовня других гостей небольшого ресторана за столиками под открытым небом, освежающий весенний ветер и почти беззаботное настроение Цзяоцю — наконец-то хотя бы один вечер проходил умиротворённо. Может, помимо постепенно расцветающей природы, настала весна ещё и в душе — пока что с лёгким ощущением мороза, но уже светлее и бодрее. Несмотря на временами налетающие жгучие ветра в метафоричном смысле, всё становилось постепенно лучше.