17.

13 сентября 1983 года Ася провалилась в сон. Ей снились странные вещи — она видела маму. Очнулась она, поняв, что лежит на коленях у Лёвы. Тот перебирал её спутанные волосы. — Я долго спала, Лёв? — спросила она, не поднимаясь. — Часа три. Они замолчали, каждый погрузился в свои мысли. Их отвлёк стук в дверь. В комнату вошла Ирина Львовна — пиявец и завуч Аси. В руках у неё были две чашки с кашей. — Здравствуйте, Ася. Лёва, — поздоровалась она и поставила еду на кровать. — Ваш завтрак. Стратилат сейчас занят и не сможет спуститься. Он попросил, чтобы ты, Ася, прочитала это. На кровать упала старая, потрёпанная книга — рядом с гримуарами. — Пока ты будешь считаться больной, в школу можешь не ходить. Так что об оценках можешь не волноваться, — добавила она. Несколько секунд женщина смотрела на ребят, но, не услышав ответа, просто развернулась и вышла. Ася аккуратно приподнялась. — Как твоя рана? — спросила она. — Почти зажила, — ответил он, переходя на шёпот. — Ася, у меня в ботинке та колба с восстанавливающим зельем, что ты мне дала. Достанешь? Оглянувшись на дверь, Ася быстро сняла с Лёвы сапог и вытащила маленькую колбу. Отдала ему. Он залпом выпил, а саму колбу вернул ей обратно. — У меня есть место получше, — сказала она и спрятала колбу в лифчик. Тот был с небольшим пуш-апом, так что всё осталось незаметно. Она подмигнула Лёве. — Там точно никто не найдёт. — Почему раньше не выпил? — Сначала страшно было. А потом ты пришла, уснула… я решил дождаться. — Он почесал затылок. — Передашь тарелку, пожалуйста? Ася кивнула, передала кашу Лёве и сама начала ковыряться в своей. — Ася, — строго сказал он. — Ешь. Неожиданно для себя она съела первую ложку, потом вторую, третью… Оказалось, что она была очень голодна. — Каков наш план? — тихо спросил Лёва. — Я попробую с помощью магии нагреть твою цепь и снять её с батареи. Но будет больно. Я, скорее всего, не выдержу и закричу. Он прибежит на мой крик. Я отвлеку его, а ты сбежишь. Придётся бежать в цепях — полностью снять их я не смогу. — Ты уверена, что стоит колдовать? Может, мы сможем их сломать? Я не хочу делать тебе больно. Да и вдруг он погонится за мной... Я не уйду во второй раз. — Я его остановлю. Пообещаю делать всё, что он скажет, только бы тебя, Лену и Максима не тронул. — При чём тут Максим? — спросил Лёва удивлённо, даже чуть зло. — Не ревнуй, он суженый Лены, — улыбнулась Ася. Когда они доели, Ася осторожно предложила: — Давай я сейчас попробую наколдовать? — Ты уверена? — Если я начну кричать — заткни меня, — пошутила она. — Я просто попробую поднять книгу в воздух. Лёва кивнул и сжал кулаки. Ася глубоко вдохнула, закусила край кофты и произнесла: — Ad me. (Пер. Ко мне) В глазах побелело. Боль пронзила тело. Книга не двигалась. Ася заплакала от боли. Лёва схватил её сзади, прижал к себе и зажал ей рот. Девушку трясло, но она вновь произнесла заклинание в уме и направила все силы на книгу. Та поднялась в воздух и упала ей на колени. Асю продолжало трясти, перед глазами всё плыло, из-под оков текла кровь. Лёва обнимал Асю. Потом он встал, оторвал простыню и начал перевязывать ей руки, чтобы Глеб не увидел крови. Ася достала колбу. — Собери туда немного моей крови. Так будет легче колдовать, — прошептала она. Лёва так и сделал. Когда закончил перевязку, лёг рядом с Асей и начал рассказывать истории из своего прошлого. Она даже улыбнулась. *** Настя и Валера сидели на крыше. Девушка положила голову на плечо парню. — Знаешь, Валерка... Я никогда не смогу обвинять Асю, даже если она на его стороне. Валера удивиленно повернулся к ней. — Она спасла мне жизнь. Я всегда буду на её стороне. Прямо как на твоей. Я ведь и тебе обязан. Настя улыбнулась и погладила его по руке. — Анастасийка, ты ничем мне не обязана. Просто будь рядом — и я буду самым счастливым вампиром на свете, — прошептал он. — И ещё… не вмешивайся. Если начнётся битва — уходи. Прошу. Настя вздохнула: — Я постараюсь обезопасить себя. Но тебя не брошу. Поищу у Рябиновой в лавке что-нибудь. Она улыбнулась: — Я верю, что всё будет хорошо, Валер. Нам же ещё на море ехать с твоими родителями. Он улыбнулся и потянулся к ней за поцелуем. Снизу кто-то крикнул: — Голубки! Спускайтесь! Корзухин в отделении! — Вот чёрт, — пробормотал Валера, встал и подал руку Насте. Та встала, потянулась и чмокнула его в щёку. Лагунов расплылся в улыбке, и они быстро спустились. *** 14 сентября 1983 года Утром Лёва и Ася проснулись одновременно. Переглянувшись, они поняли — пора. Накануне, успокоившись, Ася прочитала книгу, оставленную Ириной Львовной. В самом начале были записи на древнерусском — о действиях плиты. С её помощью, с участием ведьмы-предвестницы и владельца можно было кого-то воскресить. Ася вырвала эту страницу и вложила в свой гримуар. Его она теперь вручала Лёве. — Возьми. С ним тебе больше поверят. — Ведьма готова на всё ради гримуара, — пробормотал он и спрятал книгу под кофту. Ася уверенно кивнула. Она показала, что доверяем ему себя. — Там и та страница с ритуалом. Надеюсь, ты запомнил перевод. Помнишь план? — Если автобуса не будет — не жду на открытой местности, затаиваюсь. Ася коснулась своего кулона на его шее. — Он поможет. — прошептала она. — Я поддакиваю ему во всём, не лезу на рожон. — Да, — кивнул Лёва. Они сели у батареи. Ася взяла цепь в руки: — Готов? Он посмотрел ей в глаза. Потом на губы. Она не успела ничего понять — лишь ответила на его поцелуй. Он был быстрым. Не от страсти — от веры. Знаком надежды. — Теперь да. Ася обмакнула пальцы в кровь и прошептала: — Ardeat.(Пер. Гори) Глаза застлала белая пелена. Руки затряслись. Хотелось кричать. Но рано. Металл начал краснеть. Лёва резко дёрнул цепь, и она, эластично деформировавшись, оторвалась от батареи. Из-под оков хлынула кровь. Ася закричала. Лёва стал у двери, ожидая. Не прошло и минуты — дверь отворилась. Вбежал Глеб. Он не сразу заметил, что Лёвы уже нет. Подбежал к Асе, начал вытирать кровь. Потом огляделся. — Так вот что вы задумали, — процедил он. Он поднялся, готовясь уйти. Ася схватила его за ногу: — Я помогу тебе... воскресить маму. Только пощади его. Лёву, Лену и Максима. Глеб задумался. — Они будут жить. Но не обещаю, что останутся целыми. Он вышел. И не заметил, что одного гримуара нет. Ася села, ухмыльнулась, взяла мамин гниамур и прошептала: — Хоть бы с ними всё было хорошо... Она открыла первую страницу. "Меня зовут Элиза Рябинова, я дочь Изольды Рябиновой. Если вы со злыми намерениями — сгиньте!" *** Лёва бежал вверх по лестнице, как Ася и объяснила. Он оказался в знакомой комнате и первым делом проверил дверь — та была заперта. Тогда он бросился к окну. Распахнуть его с руками в цепях было сложно, но он справился — и буквально вывалился наружу, приземлившись больно, заработав новые ссадины. Не обращая на боль внимания, он побежал по знакомой тропе к дороге. Он уже бежал по ней пару дней назад… Только тогда рядом была Ася. Лёва не оглядывался. Адреналин гнал его вперёд. Несколько раз он падал, спотыкался то о дерево, то о цепь. Почти добравшись до дороги, он столкнулся с Ириной Львовной. Она резко прижала его к дереву и усмехнулась: — Далеко собрался, молодой человек? Лёва не растерялся. Ещё тогда, когда она приносила еду, он заметил кулон с оберегом от дурной крови. — От тебя подальше, кровопийца, — прошептал он и сорвал с неё кулон, откинув его в сторону. Женщина растерялась, и Лёва, не теряя времени, добежал до остановки. Ему повезло — как раз подъехал автобус. За рулём был сонный водитель, видимо, слишком раннее утро. Он даже не заметил цепей на Лёве, хотя они были довольно длинные. Лёва сел на заднее сиденье, прижав цепи к себе, прикрылся курткой и глубоко выдохнул. — Извините… — хрипло прошептал он. — Который час? — Девять утра, — устало ответил водитель. Лёва пощупал под футболкой гримуар, вздохнул с облегчением и закрыл глаза. Осталось совсем немного. *** Дорога показалась бесконечной. Добравшись, Лёва не стал терять ни минуты — бросился к подвалу. Люди на улице странно поглядывали на него, но ему было всё равно. Увидев, что дверь заперта, он начал изо всех сил тарабанить в неё. *** С самого утра вся команда снова собралась. После событий в лавке 13-го числа Рита поговорила с Валентином и поехала с Беклей к той ведьме, что когда-то помогла Лёве. К счастью, у той нашёлся запас зелья от дурной крови. Она отдала им всё, велела приезжать на следующей неделе и просила Беклю остаться — мол, за ним нужно наблюдать. Тот, конечно, отказался. Поздно вечером они вернулись к Лене, и Рита осталась у неё. Девушки не стали сразу давать парням зелье — Лена помнила, что Ася говорила использовать его только в конце недели. Тем более, парням стало лучше — гораздо лучше, чем за последние годы. Собрание решили провести утром. Настя, Валера и Рита снова прогуливали школу. Игорь и Вероника рассказали, что признание Игоря в убийстве сторожа теперь уничтожено, а сам Корзухин — не вне закона. Рита поделилась, что зелья у них есть, а Лена — что следов Аси и Лёвы не обнаружила. — Предлагаю мне и Игорю съездить в музей. Поискать там последний осколок плиты, — предложил Валера. — Хорошо, — согласился Валентин. — Вы — в музей, а я еду к Рябиновой, поищу ещё информацию. Несветова и Рита — со мной. Романова, Беклямишев, Буравцев и Страховский — в библиотеку. Там много библейской литературы, может, повезёт. Все нехотя кивнули. Уже хотели расходиться, как вдруг в дверь начали ломиться. Валентин Сергеевич вытащил арбалет, Валера и Корзухин встали за ним. — Кто там?! — крикнул Валентин. — Это я… Валентин Сергеевич… — донёсся хриплый голос. — Лёва? — переспросил Валентин и открыл дверь. На пороге стоял Лёва Хлопов. Поцарапанный, уставший, но живой. Валентин не бросился его обнимать. Он наставил на него арбалет: — Валера. Он человек? Валера шагнул вперёд, осмотрел его: — Укусов нет. Запах человеческий. Валентин убрал оружие и резко втянул Лёву внутрь, обнял крепко. — Хлопов! Где ты был, сорванец?! Ты хоть знаешь, как я переживал! — Простите… — прошептал Лёва. — Я очень устал. Валера подхватил друга, приобнимая его и помогая ему дойти до дивана. Все смотрели, не веря глазам. — Во-первых, я безумно голоден. Во-вторых — хочу в душ. В-третьих — у меня ужасно затекли руки. Поможете? Он поднял их вверх. Только теперь все заметили цепь. Лагунов подошёл, с силой разорвал наручники. Лёва потирал покрасневшие, в кровь стёртые запястья. Лена молча протянула ему бутерброд из холодильника. — Спасибо, — прошептал он, сделал первый укус… и вспомнил. — А… кстати. — Он засунул руку под кофту и достал гримуар Аси. — Гримуар… — прошептала Лена. — Что с ней? — Она жива. Пока что. Надеюсь, он не успел ничего сделать. — Кто он, Лёв? — спросил Валентин. — Совсем забыл… Глеб и есть наш стратилат. Комната замерла. - Ты сбежал от стратилата, Лева? - удивлённо спросила Вероника. Это создало волну разговор, все перебивали друг друга и перекрикивали. — Заткнитесь. Дайте мне всё рассказать. И Лёва начал — с самого начала. О том, как они поехали за советом. Как заметили у Глеба оберег, как убегали, как сами отвели его к плите. Как Ася отдала плиту, как он оказался в плену. О плане Глеба и о плане Аси. О том, как она спасла его. Когда он закончил, повисла тишина. — За один день вы с Асей сделали больше, чем мы за всё время, — сказал Корзухин. — И ещё… — Лёва поднял гримуар. — Пусть теперь хоть кто-то посмеет сказать, что Ася не на нашей стороне. Я лично убью этого человека. Это прозвучало серьёзно. Никто не усомнился. — Она слишком многим пожертвовала ради меня, — прошептал он. Листая гримуар, Лёва нашёл страницу с ритуалом. На древнеславянском. — Но я помню перевод. Он всё объяснил. — И что теперь? — спросил кто-то. — Мы знаем главную цель. Я и Игорь на поиски последних частей плиты. Я думаю, некоторым нужно остаться, продумать план и готовиться к битве, — сказал Валера. — Я уверен… она совсем скоро.