Глава 4. Истинная причина.

Уже через пару секунд проблема с запертой дверью была решена. Правда, меня вдруг озарила мысль. Проникновение со взломом же никогда хорошим не оканчивалось, да? Только вот, задумалась я об этом поздновато. Дело уже сделано. Предчувствуя концовку сегодняшнего дня, я толкнула дверь, несколько щурясь от темноты внутри. Где включатель? —Кто там? В конце комнаты прозвучал недовольный голос и, чуть привыкнув к внутреннему освещению, я прошла немного вперёд, прикрывая за собой дверь. В самом углу на кровати сидела Алиса. Она держала в руках что-то похожее на книгу, довольствуясь лишь тусклым освещением лампы, стоящей на тумбочке. —Почему шторы задвинула? Не видно же ничего. — смотря под ноги, я медленно продвигалась в сторону двоюродной сестры, услышав отчетливое возмущённое цоканье. —Ты снова взломала дверь? —Эй, если в детстве я часто вытворяла такого рода вещи, это не означает, что и сейчас произошло то же самое. Но да, ты права, именно это я и сделала. —Простого « да » , было бы достаточно. И почему ты здесь? Убирайся. —Не могу. Я приказала Жизель запереть нас снаружи. А благодаря чудо-двери, открыть её изнутри не получится. —Что? — повысила голос Алиса, подняв вопросительный взгляд с книги на меня. — Жизель, это новая горничная? Зачем ты ей приказала нас запереть? —Скучно стало. — полностью привыкнув к темноте, я уже могла отчётливо различать окружающие предметы, потому с интересом изучала обстановочку. — У тебя есть гитара? Давно увлекаешься музыкой? —Хватит нести чушь, Эвелина. Выключай режим старшей сестры и выметайся! —Как грубо. — не замечая острых подколов, я продолжала изучать комнату, наткнувшись на письменный стол, на котором были разбросаны исчерканные бумаги и книги. — Разводишь творческий беспорядок? —Не трогай там ничего! —Хм? А здесь ошибка. О, и вот тут тоже. —Эвелина! — к этому времени Алиса уже был рядом со мной и с радостью швырнула всё со стола на пол, дабы не дав мне разглядеть содержимое на листках. — Ты глухая? Я сказала, убирайся! —Н-да, с эмоциональной выдержкой поработать ещё нужно. Негоже медику быть такой агрессивной. —Что? — шокированно бросила та, наблюдая, как я поднимала с пола одну из выброшенных бумаг, протянув ей в руки. —Из шестнадцати заданий у тебя девять неверных. К примеру, в первом задании следовало выбрать лобную кость, а не затылочную. А сокращение предсердий равно 0.1 с. Но, учитывая, что ты взялась за профильный уровень, твои навыки вполне не плохи. Думаю, через недельки две все пробелы в твоих знаниях исчезнут. —И зачем ты мне всё это говоришь? — странно усмехнувшись, ядовито бросила Алиса, швырнув протянутый лист в сторону. — Хотела посмеяться, позлорадствовать? Поэтому пришла? Кажется, вот и она. Морока, с которой мне придётся столкнуться. —Или снова будешь пытаться играть роль старшей сестры? А не боишься? Во мне ведь течёт кровь семьи Уотсон. Та самая, которая тебе презренна. — прищуриваясь, неприятно выплюнула Алиса, высокомерно глядя мне прямо в глаза. — Знаешь, меня всегда удивляло это. В тебе ведь течёт та же ненавистная кровь. А, ты наверно надеешься на внешность той женщины, да? Вылитая Гвен Баттер. Твоя мать наверняка надеялась, что её дочь вырастит хорошим и счастливым ребёнком. Только дочь стала эгоистичной и стервозной девкой, которая и слова " спасибо " не знает. Потому от тебя и отказался твой отец! —Хватит. Что ж, подведем итоги. Я одарила бледную щеку Алисы лёгким хлопком. И не потому, что мне захотелось, всё дело в головной боли, вызванной криками. Хотя, чего греха таить. Ударила её сильно, умышленно. —Ты ... ! — держась за щеку, яростно перевела на меня взгляд сестрица. —Хорошо, я тебя выслушала. Отчасти, ты права. — легкомысленно твердила я, разминая руку из-за жжения после удара. — Мне правда не нравится семья Уотсон, но ненависть ... ? Не думаю, это слишком утомительно. —Да? — саркастически протянула Алиса, выгнув бровь. — Значит, те слова, которые ты произнесла маме, были от чистого сердца? Слова? Она имеет ввиду ситуацию, которая произошла год назад? Я приехала на летние каникулы после окончания четвёртого курса. И тут же повздорила с Эммой, после чего вернулась обратно в Калифорнию в этот же день. Вспоминая те события, кажется, я тогда немножко перегнула. —Выходит, ты всё же не спала. И? Слышала, что было сказано до моей фразы? — скрестив руки на груди, я скучающе глядела на недоумевающее выражение лица брюнетки, несколько хмурясь. — По всей видимости, не очень. —И что же такого ты произнесла? —С этим вопросом не ко мне. Это обязанность твоей матери разъяснять ситуацию. —Что?! — вновь вспыхнула Алиса, эмоционально приоткрыв рот от потери речи после столь возмутительного заявления. — Тогда зачем вообще нужно было нести эту чушь?! —Это ты начала. —Эвелина! Это имя слишком часто произносят с отрицательными нотками. Обречённо вздохнув, и, пропуская мимо ушей громкие возгласы двоюродной сестры, я стала гулять взглядом по комнате, случайно заметив настенные электронные часы, на которых отчётливо сияла цифра – «15 июня». —Алиса, а ты когда подавать документы собираешься? Раз уж так усердно до сих пор учишься, выходит, школьные экзамены ещё не все сдала. Биология последняя? Дата? —С чего ты взяла, что я буду тебе отвечать? —Значит, в ближайшее время. Ох, чую кучу наступающих проблем на мою головушку. Сплошная морока. При каждом сказанном мною словом, лицо Алисы вытягивалось в недоумении. Казалось, она рассчитывала на иную реакцию, но получив совсем другое, прищурила взгляд, словно бы выискивая малейшую ложь, за которую можно было бы ухватиться. —Как ты могла уже заметить, Итан не блестит шибко молчанием. Он благополучно поделился со мной за сосиску твоей историей о Франции. Окажу тебе услугу. Ты правильно выразилась в начале, для сестринской заботы уже поздно. Потому давай считать, что я просто хочу разрушить план отца на твоё будущее. —Поможешь мне? — удивлённо протянула та, усмехаюче выплюнув. — Ты ни в жизнь не окажешь человеку помощь, если в этом не будет выгоды лично для тебя. И не похоже, чтобы желала мести отцу. Ты полностью равнодушна к его существованию. —Прекрати. — недовольно повысила голос, заставив Алису шокированно попятиться и наблюдать, как я с хмурым лицом испипиляла её взглядом, возмущённо тыча пальцем. — Хватит анализировать моё поведение. Это жутко. —Жутко? Ты всегда копаешься в мозгах людей, будто знаешь всё наперёд, а как на тебе это используют, злишься?! —Разумеется! Я неординарная личность, а ты посредственный, нестабильный, эмоциональный ребёнок. Будь добра, соответствуй! —Ты хоть думаешь, что нес ... !? Не выслушав и фразы, я щёлкнула по носу Алисы, отчего она моментально отошла назад и скорее дотронулась до пострадавшего места, направляя на меня разгневанные зелёные глаза. —У нас не так много времени, чтобы уделять внимание каждой мелочи. Нужно скорее приступить к обучению. —Я не согласна! —Хм? Я точно помню, что произнесла предложение утвердительно. На что же ты отвечаешь? —Не-ет. — демонстративно скрестила руки на груди сестрица, с высоко поднятым подбородком, заявляя. — Я больше не маленькая девочка, потому давить на меня не получится. Прибереги свои фокусы для других! —Ты верно забыла, Алиса. — с лукавой улыбкой протянула я, чуть наклонив голову в бок. — Я бы никогда не прибегла к жалким фокусам. Неужто забыла мой метод уговора? Показать на практике? —Не смей, Эвелина! Я ведь уже сказала, что не нуждаюсь в помощи! И почему ты вообще привязалась ко мне!? Раньше единственным твоим занятием в доме было лежать на кровати и бездельничать. Стало настолько скучно? —О, нет, ты и представить не можешь, насколько меня переполняет лень и раздражение, просто от осознания, сколько работы меня ждёт. Однако, больше всего меня выводят самоуверенные глупцы, которые ни с того решили, что способны вмешиваться и менять чью-либо судьбу. —Что ты имеешь ввиду? — поспешно задала вопрос Алиса, тут же вытянувшись в лице и, после секунды молчания, серьёзно переспрашивая. — Ты о маме? Она вмешалась в твою судьбу? По этой причине ты с ней ссоришься? —Часто ссорюсь? — задумчиво промычала я, приложив палец к губам и, несколько подумав, уже протянула с безмятежной улыбкой. — Не совсем. Эмма в моей жизни играет второстепенную роль. К тому же, разрушает она лишь свою судьбу. Чем меня безумно раздражает. —Что? О чём это ты? —Итак, — резко хлопнув в ладоши, и, развернувшись спиной к возмущённой Алисе, я стала оценочно пробегаться глазами по обстановке вокруг. — Для начала следует прибраться, как считаешь? —Опять игнорируешь, Эвелина. И, если ты оглохла, снова повторю для тебя. Я не согласна на твою помощь! Сама справлюсь! —Никто оказывать её тебе и не собирался. Ты виновница беспорядка. —Эвелина! Ты прекрасно знаешь, что я не это имела ввиду. И хватит ошиваться в моей комнате. Позови Жизель, пусть она откроет нам дверь! —Зачем? —Что значит, " зачем "? Жизель же по твоей указке нас заперла. —За кого ты меня принимаешь? Я бы никогда не приказала запереть меня с тобой в тесном пространстве. —Ч-что? Эвелина! *** —Не верно. — на ошибку двоюродной сестрицы, я слегка приложила указкой по её пустой головушке, фыркнув. — Это же элементарно, Алиса. Гибридизация. Межсортовая. Ты уже в третий раз спотыкаешься на этом вопросе. —Не могла нормально объяснить? — болезненно зашипела та, держась за ушибленное место. — И где ты вообще откопала эту указку? —Без понятия. Это Жизель мне её принесла. И, раз уж речь зашла о ней, что за гул там происходит? За дверью, точнее, в самом коридоре стали раздаваться громкие и возмущённые выкрики одной знакомой барышни, отчего я моментально заулыбалась. Джудит наконец явилась. —Жизель! Жизель! — агрессивно топая по полу, верещала женщина, грозно надвигаясь всё ближе к стоящей напротив девушке. — Что ты делаешь на третьем этаже? И почему не отвечаешь, когда тебя зовут! На кухне бардак, а ты прохлождаешься здесь? Сейчас же за работу! —Я не могу уйти сейчас. —Не можешь? Жизель, это твоя работа! —Так - так - так, кто же это мешает нашему воспитательному процессу? — риторически спросила я, улыбаюче выглядывая из-за двери, застав Нортон в искреннем испуге. Можно её понять, не каждый день я нахожусь в комнате Алисы. К тому же, добровольно. — Нортон, Жизель находится здесь по моей просьбе. Охраняет, так сказать, комнату от посторонних глаз. Да и припоминается мне, ты твердила, что кухня твоя территория, разве нет? —Что за наглость, мисс Уотсон! Жизель не ваша личная горничная, чтобы вы могли ею сполна распоряжаться! —Верно подмечено, Нортон. — озорливо подмигнула ошеломлённой женщине я, слегка хлопнув той по плечу. — Не забывай эти слова. —Эвелина, я решила задачу по ген ... тоесть, по бизнесс плану! — торопливо выкрикнула из комнаты Алиса, ещё больше заставляя нароститься вопросами Джудит. — Хватит там стоять! Время только тратим! —К сожалению, мне уже пора. Пардон. — резко захлопнув перед самым лицом Нортон дверью, и, довольно ухмыльнувшись, я со слабыми подскоками поспешила к новоиспечённой ученице с проверкой знаний. — Так рьяно желала не рассказывать никому о своём поступлении в медицинский, а сама чуть не прокололась. —Это произошло случайно. И вообще, давай приступим к задаче! Какая ты нудная. Ну давай своё " решение ". Может что-нибудь и путное ... —Слушай, — скептически начала я, переведя взгляд с листка на полуумную родственницу. — Когда я спросила, решала ли ты такого типа заданий, ты ответила положительно. Это была правда? —Да. —Тогда что за чушь ты мне выдала? Переделывай. — щёлкнула по лбу ошарашенной Алисы, злорадно склонив голову чуть в бок. — Посмотри-ка, а толку, что ты спрятала от меня указку, никакого. —Мне стало казаться, — цокая, проговаривала та, нервно зачёркивая решение. — Будто ты специально ищешь ошибки, чтобы поколотить меня. А я ведь даже до сих пор не дала тебе согласия на помощь! —Но и выгонять меня не торопишься. — я устало плюхнулась на кровать, что находилась позади, скучающе изучая белоснежный потолок. — Алиса, какова причина твоего поступления в медицинский? Тебе представился шанс поступить в элитный университет во Франции, тем более, с рекомендацией Алана, одного из лучших выпускников. Считай, упустила возможность получить беззаботную жизнь и стать преемницей компании семьи Уотсон. —Это моя жизнь и никто не вправе решать за меня, кем стать и что делать. Это ведь твоя фраза, забыла? Ты сказала это маме, когда она хотела перевести тебя в медицинский факультет. Боже, знала бы ты, что сейчас сказала, непременно посмеялась бы. Уговаривать то больше некого. Однако, благодаря твоему ответу, мне стало ясно, что пошла ты не по моим стопам. Причина поступления не та же, что и у меня когда-то. —А ты, Эвелина? — сбила с мысли Алиса, продолжая усердно черкаться у себя на листке. — У тебя было много шансов бросить учёбу, почему продолжила? Ты же столько жаловалась, что пары скучные, а спать и есть совсем не успеваешь. Я думала, что ты бросишь учёбу на третьем году обучения. —Значит, хочешь знать причину, из-за которой я продолжала учиться, да? — холодно, и как-то отчужденно повторила вопрос я, тут же усмехнувшись. — Раньше она была, но сейчас её нет. Пропала. —Не хочешь работать по своей специальности? —Кто знает. —Кстати, Эвелина, а почему твоё обучение длилось аж семь лет? Я читала на сайте Стэнфорда, что там в гумманитарном учатся меньше. Потому что я не рассказала тебе также, как и Эмме, что меня слегка понесло в другой факультет. —Слушай, Алиса, а когда у тебя экзамен то? —Тему переводишь. — подозрительно прищурилась сестрица, с тяжёлым вздохом отвечая. — Семнадцатого. —Семнадцатого, значит ... Постой, семнадцатого? — резко встала на ноги, и, на повышенных тонах, стала бурно говорить, доставая весь арсенал книг из полок. — Чего ты раньше молчала! Это же уже через два дня. Сутки, чтобы вызубрить всю информацию. Так, если ты собираешься поступать в Нью-Йоркскую академию, то упор лучше делать на эти темы. —Я подам документы в университет Вирджинии. Хотела в Стэнфорд, но там программа слишк ... Эй! — недовольно выкрикнула Алиса, получив удар по затылку летящей подушкой. — Что ты делаешь? Нарочно самую жесткую выбрала? —Какая из извилин тебе предложила эту чушь? Ты хоть помнишь, кто работает в этом университете директором? —Ты о подруге мамы? Маргарет, вроде. —Как только это чудовище узнает, что ты пересекла границу Вирджинии, она возьмёт тебя в свои паучьи цапалки, заобнимает до смерти и зацелует так, чтобы у тебя при виде парочек рвотный рефлекс выработался, при этом дыша на твоё лицо мерзким невыносимым запахом чеснока изо рта. А, что самое ужасное, Маргарет тут же припрётся сюда, чтобы уже поведаться и со мной лично. Неужели, ты такую участь желаешь своей родной двоюродной сестре? Не будь глупой, нельзя ей лишний раз напоминать о нашем существовании! —Ты виделась с ней в последний раз, примерно, когда тебе десять было. Откуда такие подробные воспоминания? —Психологическая травма! К большому счастью, вопреки изменениям, Алиса осталась податливой, потому уговаривать долго её не пришлось, хватило и парочки аргументов. Однако, она решила поступать в Корнелльский, куда поступить хоть и легче, чем в Стэнфорд, но гораздо сложнее, если сравнивать с Вирджинией ... Ну, это всяко лучше, чем терпеть тактильность Маргарет. Как вспомню, так в озноб бросает. *** Лишь ближе к одиннадцати мне удалось выйти из комнаты Алисы. Честно, я бы посидела ещё часок, но состояние ученицы желало лучшего, поэтому я благородно позволила ей поспать. И темы мы не успели прогнать все. Пораньше что ли встать? ... Нет, это наврятли. Дело даже не в том, что Алиса не проснётся, это скорее я и глаза открыть не сумею. —Что же делать? — задумчиво бурчала я, изучая на кухне внутренность холодильника. — Надо будет ещё изучить характеристику Алисы. Забавно, что же ей понаписали с её вспыльчивым характером в школе. —Что ты здесь делаешь? Вдруг позади меня возник голос Эммы со всеми признаками недовольства. Однако, появилась бы она и всё, так я из-за неожиданности стукнулась об полку холодильника, хорошенько приложившись. Боже, когда уже эта семейка разучиться внезапно выскакивать со спины? —Эвелина, почему ты не появилась на ужине? Была с Алисой, да? Джудит передавала, что вы весь день в её комнате провели. Полностью тебя пониманию, я тоже не рада пропуску ужина. —Чем вы были заняты? Мне сказали что-то по бизнесу. Ты готовишь Алису к поступлению во Францию? Сумела её уговорить? Захватив зелёное яблоко, я захлопнула дверцу холодильника и направилась в сторону выхода из кухни, молча проходя мимо удивлённой Эммы. —Ты меня игнорируешь? Осталось совсем мало времени. Наверно, всё же стоит проснуться в шесть. Боже, неужели всё же не высплюсь? —Стой, Эвелина. Ну ничего, как покончу со всем, неприменно пойду спать. До следующего Рождества? Хотя, разве это не маловато? —Эвелина! В коридоре образовалась тишина и только звук катающегося по полу яблока слегка смягчал обстановку, в которой царило напряжённое давление. —Отпусти, Эмма. — безразлично произнесла я, намекая на собственное схваченное запятье, из-за чего пришлось пересечься взглядом с малоприятной особой. —Ты обижена, потому что я позвала сюда Алана без предупреждения? —Мне без разницы, кого ты приводишь в свой дом. Хоть шавку из мусорного ведра подбери, не волнует. —Но это и твой дом тоже. Меня волнует твоё состояние, я ведь твоя родная тётя. Только скажи, если тебе не комфорно ... —Что? — не сдержавшись, с усмешкой выдавила я, выгнув бровь. — Вот как мы заговорили. Забавно, но я отчётливо помню противоположность этим словам. Год назад произошла ситуация, которая стала финальной точкой в отношении с родственниками, в особенности, с Эммой. После начала каникул, я решила с сюрпризом прилететь из Стэнфорда в Нью-Йорк, купив билеты на вечер, однако, рейс задержали, потому прибыла поздно ночью. В какой-то степени, это даже сыграло на руку. В то время у меня были запасные ключи, сейчас же они собирают пыль в уголке камода. Я тихонько пробралась в дом и, как ожидалась, внутри была сплошная темень да тишина. Но так казалось на первый взгляд, по правде в одной из комнат всё же продолжал гореть свет. Кабинет тёти. Она часто работала до посинения, засыпая с ручкой в руках, потому для меня бы не стало удивлением видеть её спящей за столом, однако, когда я приоткрыла дверь, увидела совершенно иную картину. Эмма сидела в согнутом положении на полу у кровати, прибившись к углу, словно раненный крольчонок. —Тётя! — выбросив из рук сумку, я быстро направилась к Эмме, что уже подняла удивлённый взгляд, щурясь, будто бы перед ней была мутная пелена. — Что случилось? Где то болит? —Эвелина? Почему ты здесь? —Удачный незапланированный сюрприз. Что произошло? Почему ты сидишь заплаканная на ... — не закончив с фразой, я случайно замечаю смятый документ с результатом анализов, что лежал неподалёку, и, хоть Эмма его тут же судорожно запрятала, увидев мой нацеленный взгляд, мне было достаточно, чтобы понять поставленный диагноз. — Как давно? Я серьёзно смотрела на бледное лицо тёти, на её нервные поджатые губы и дрожанье, будто бы той было что сказать, но никак не решалась. —Тётя, как давно пришли эти анализы? —Сегодня. —Вот как. — задумчиво промычала я, и, резко привстав полностью на ноги с полусидячего положения, вытащила из заднего кармана джинс смартфон, набрав номер. — Карлос, это Эвелина. Твоя мама до сих пор заведует в онкологическом отделении? Да, поблагодаришь потом за пробуждение. Нет, не у меня, но присутствовать на консультации буду. По всей видимости, опухоль возвратилась. Да, головного мозга. Запиши меня на завтрашнее число. Желательно к утр ... Я с оцепенение смотрела на Эмму, выслушивая глухой голос одногруппника из телефона, который валялся на полу, вибрируя. И, отнюдь, оказался он там не по моей собственной воле. —Я не нуждаюсь в лечении. — с повышенным тоном выразилась тётя, решительно глядя мне прямо в глаза. — Не нужно никому звонить и просить консультации. —Что за " не нуждаюсь " ? — недовольно сморщалась я, поднимая смартфон с пола, заметив на экране сброшенный вызов и смс « Записал на 8:00 ». — Это потому что такая ситуация уже случалась? Опухоль головного мозга выявлена у тёти не впервые. Четыре года назад у неё уже находили раковые клетки, но опасное для жизни заболевание обошли с помощью поспешной операции. И вновь, когда болезнь должна была отступить, опухоль вернулась. —Тётя, такие случаи не впервые на практике у врачей. Особенно рак головного мозга. Время довольно прогрессивное, вылечат, не беспокойся. —Я звонила доктору. Он видел мои анализы. Сказал, что операция никаких надежд на качественную жизнь не даст, кроме как её продления, со многими психическими и болезненными отклонениями. —Если сказал один, не значит, что все так думают. —Эвелина, не нужно. Я уже решила для себя. И, думаю, зря ты приехала. Лучше тебе вернуться обратно в Стэнфорд. Так будет лучше для всех. Тем более, там твой родной город, комфортнее, а здесь чужой дом. —Выгоняешь меня? — выгнув бровь, удивлённо протянула я, впервые услышав подобные слова от тёти, которая наоборот часто нудила, что редко видит меня в Нью-Йорке. — Почему отказываешься от лечения только из-за парочки слов доктора? —Это не твоё дело, Эвелина. —Значит, по-твоему, ко мне это не относится. Что ж, хорошо. Тогда что на счёт Алисы и Итана? Как думаешь, они переживут смерть единственной матери? —Не начинай. —И всё же, ты зря считаешь, что я смирюсь с твоим уходом, молча наблюдая, как ты постепенно себя убиваешь. —Не тебе об этом заикаться, Эвелина. Ты так вообще никогда не думала о нас, как о семье. Тебе наплевать живы мы или нет! —Не думала бы, разве была бы здесь сейчас, отговаривая от твоей глупой идеи? Но если тебя совершенно не волнует моё мнение, давай узнаем, что об этом скажут твои родные детишки. —Не смей! — вновь вскрикнула Эмма, схватив меня за запястье, когда я собиралась развернуться к двери. — Ты не скажешь им! Не имеешь права! —Что? —Ну почему от тебя всегда одни проблемы? Что в школе ругали за твою прямолинейность и перепалки с учителями, то в университете с той же историей, даже сейчас лезишь со своими советами. Хотя бы ради Гвен, старайся быть вежливее. И как можно говорить, что ты на неё похожа? Наверно, было бы лучше не соглашаться брать над тобой ... — запнувшись, тётя резко замолкает, виновато наблюдая за моим шокированным видом. — Эвелина ... Не моё дело. Чужой дом. Проблемная. Вот оно как. Изначально, я планировала не реагировать на слова тётушки, однако, всё же стоит слегка обратить на это внимание. —Ничего. Со всеми бывает. — выдернув руку из хватки, уже с безэмоциональным и рассудительным голосом проговаривала я, глядя прямо в лицо сожалеющей тёти. — Хорошо, будь по твоему. Умирай. Останавливать не стану. —П-постой. Я не это имела ввиду. —Ты права. Признаться, я всегда пыталась отвергать всяческое существование вашей семьи, пытаясь не замечать. Признаюсь, выходило это не всегда. Порой для меня вы были ближе, чем просто знакомые. Вот только, всё это лишь фантазии, ведь как бы мне понравились жалкие и слабые люди, отличавшиеся лишь рвением к побегу от проблем и смерти? Жалею только, что вообще как-то связана с вами, Уотсонами, кровно. Мерзко. —Эвелина ... ! — пыталась остановить меня Эмма, когда я быстро выхватила свою сумку с пола и вышла из кабинета. Однако, по пути я чуть запнулась, заметив приоткрытую соседнюю дверь, что к моему приходу была ещё закрыта. — Эвелина, куда ты на ночь глядя? —Сама же выгоняла, а сейчас спрашиваешь? — шёпотом буркнула я, и, не обратив внимания на незначительную вещь, вновь торопливо зашагала вниз по лестнице. — Спокойной ночи, Эмма. —Эвелина! Вспоминая те времена, я была довольна импульсивна. Нужно было сдержать себя и не поддаваться эмоциям, учитывая, что Эмма сказала это сгоряча ... Сгоряча ли? Хм ... Нет, думаю, эти мысли всегда возникали у неё в голове. Вполне возможно, она корила себя за сказанные слова, но корила еще больше, ведь произнесены они были ни с единой долей лжи. Ты никогда не винила за смерть матери, но часто сожалела, что взяла меня под своё крыло. И, в какой-то степени, это даже к лучшему. —Эвелина? — вопросительно и с неким беспокойством спросила Эмма, продолжая держать меня за запястье, но уже слабее и мягче. — Ты уже некоторое время молчишь. Всё в порядке? Волнуешься обо мне, хотя и сама здоровьем не блещишь. Твоё бледное лицо кажется уже совсем меловым, а растрескавшиеся губы покрылись кровоподтёками. Всякий раз наблюдаю у тебя небольшую отдышку, отчего хочется прекратить разговор поскорее и эти впалые скулы, что образовались из-за потери веса ... Ещё вчера я заметила в уголках твоих губ засохшую кровь, а ты всё продолжаешь притворяться, будто всё хорошо. Интересно, узнай ты истинную причину, из-за которой я перевелась в медицинский и всё же продолжила учиться после нашей перепалки, удивилась бы? —Эвелина. Что такое? —Когда ты в последний раз ходила в больницу? — холодно спросила я, однако, этого хватило, чтобы Эмма чуть оторопела и отпустила мою руку, ошарашенно приковав меня взглядом. — Карлос звонил мне. Сказал, что после моего ухода ты через месяц наведалась к ним в клинику и согласилась на терапию, но последние три месяца не посещала их, передумала? —Это бесполезно. — горько усмехнулась женщина, слегка приобнимая себя руками. — Рак слишком быстро прогрессирует. Полного выздоровления всё равно не достичь. —Тебе так опять сказали или ты сама это решила? — на мой вопрос, Эмма лишь сильнее нахмурилась, словно бы каждое моё верное слово заставляло сердце той предательски заколотиться. — Ты поэтому позвонила Алану? Хочешь перед смертью обеспечить Алису хорошим будущим, а Итана даже перевела со следующего учебного года в школу интернат, оплатив обучение на несколько лет вперёд. Вот и причина твоему стремлению работать днями напролёт. —Что? Откуда ты узнала об Итане? —Забавная история. Директор школы оказался отцом Карлоса. — ухмыльнувшись напоследок шокированому личику тёти, я всё же направилась к лестнице, но, вспомнив об одной детали, остановилась, с улыбкой взглянув на Эмму, что так и продолжала стоять, ни трогаясь с места. — Угробишь себя или нет, мне без разницы, а вот вмешиваться в судьбу других не дам. Чем заниматься этим детишкам в будущем - только их дело. К тому же, тебе ли не знать, как мир бизнеса меняет людей, Эмма. Спокойно ночи.