Беседы с директором школы

Закрыв глаза, Альбус Дамблдор почувствовал тяжесть прожитых лет и молча спросил себя, как могло случиться, что все вышло из-под его контроля. Подойдя к своему камину, он бросил в него летучий порох и проговорил "Азкабан, покои Лорда" и понадеялся, что ему удастся разрешить трудности, которые он испытывал со своим бывшим союзником. – Что вам нужно? – спросил неулыбчивый вид личного помощника Лорда, – Разве вы не сделали достаточно. – Я звоню, чтобы попытаться исправить ущерб, нанесенный нашему союзу, – серьезно ответил Дамблдор, – Надеюсь, что, я смогу начать процесс исцеления. – Я не думаю, что это возможно, – девушка начала выглядеть опасной, – Вы совершили большое преступление против острова и его народа. – Да, хорошо, – ответил Альбус, немного растерявшись, – Я надеялся устроить встречу с вашим Лордом или Гарри. – Не думаю, что это возможно, – твердо сказала девушка, прервав его, – Хотя, я передам вашу просьбу его светлости. Что вы хотите обсудить? – Я бы хотел обсудить трудности между мной и вашим Лордом, ещё я бы хотел поговорить с Гарри, чтобы убедиться, что с ним все в порядке. Дамблдор наблюдал, как девушка в огне, казалось, на секунду уставилась в пустоту: – Его светлость говорит, что ему нечего обсуждать с вами, но он принимает вашу просьбу о встрече с Гарри Поттером. – Спасибо, я... – Не благодарите меня, – оборвала его девушка, – Вы отправитесь на пароме на остров Азкабан и выполните требования стражников, которые вас встретят. С этими словами девушка закрыла связь, и Дамблдор остался наедине со своими мыслями. Пока он шел в Хогсмид, Альбус размышлял о том, как правильно поступить с Гарри, и дойдя до места явления, был разочарован тем, что у него до сих пор нет ответа. Явившись на пристань, где он должен был встретиться с паромом, его мысли по-прежнему не давали ему ответа, и в конце концов он решил, что будет действовать по наитию, и определит свой план действий после встречи с Гарри. Дамблдор завороженно наблюдал, как паром появляется из тумана, и поднялся на борт, как только он остановился у причала. Вспомнив немного мифологии, он потянулся в карман за кнутом и протянул его лодочнику, который принял его без слов. Поездка на пароме, казалось, длилась вечность, а тот факт, что молчаливые лодочники игнорировали его присутствие, не позволял ему даже завести с ними разговор, чтобы разбавить монотонность. После нескольких часов скуки паром подплыл к причалу, и Альбус заметил нескольких охранников, ожидавших его на пирсе. – Альбус Дамблдор? – спросил один из невыразительных мужчин голосом, лишенным интонации. – Да, – ответил он с улыбкой, – Хотя я удивлен, что многие из вас решили встретиться со мной. – Вы пойдете с нами и будете следовать нашим инструкциям, если вы этого не сделаете, вас уволят, – ответил охранник, игнорируя попытку старого волшебника пошутить. – Уволят? – Старый волшебник продолжал улыбаться: – Что вы под этим подразумеваете? – Я имею в виду, что если вы будете настолько глупы, что дадите мне повод, я с большим удовольствием убью вас за ваши преступления против милорда Азкабана и острова Азкабан, – ответил охранник своим мертвым тоном. – Понятно, – ответил Дамблдор, потеряв улыбку, – Тогда я сделаю так, как вы сказали. Альбус последовал за стражниками через город, полный запутанных поворотов и тупиков, к большому замку, где их встретили ещё несколько стражников. – Здравствуйте, – поприветствовал Альбус новых гостей и был разочарован тем, что не получил никакого ответа, кроме предложения следовать за ним. Через несколько минут они оказались в небольшой комнате: – Вы должны убрать свою палочку и любые другие магические или металлические предметы, которые вы сейчас держите в руках. – приказал один из неулыбчивых охранников. Альбус потратил несколько минут на то, чтобы снять с себя различные предметы и части одежды, положив их в большой ящик, который был предложен для этой цели. – Это действительно необходимо? – раздраженно спросил он, когда ему указали, что в эту кучу должны быть включены его носки и очки. – Уверяю вас, что я не собираюсь "плохо себя вести". – Вы человек, который в прошлом своими действиями подвергал опасности Лорда Азкабана, – ответил один из крупных охранников. – Очень хорошо, – ответил Альбус, убирая оскорбительные предметы, – А теперь могу я увидеть Гарри? – Пройдите сюда, – ответил аномальный охранник, – Я должен сообщить вам, что любой неожиданный или угрожающий жест будет встречен смертельной силой. Следуя за своими охранниками через дверь, Альбус был рад увидеть Гарри, который ждал его: – Рад видеть тебя, мой дорогой мальчик, но прежде чем мы начнем, могу я задать тебе вопрос. – Задавайте, – ровно ответил Гарри, жестом приглашая Альбуса сесть. – Неужели всё это было необходимо, Гарри? – с грустью спросил Альбус, увидев мальчика, – Неужели ты настолько не доверяешь старику, что заставляешь меня пройти через все это? – Это была не моя идея, – ответил Гарри с ухмылкой, – Если бы я позволил стражникам сделать то, что они хотели, вы бы сейчас были прикованы к креслу так, что не могли бы пошевелить ничем, кроме губ. – Понятно, – ровно ответил Альбус, – Полагаю, нам есть что обсудить, и я благодарю тебя за предоставленную мне возможность поговорить с тобой. – Не благодарите меня, – прервал речь Альбуса Гарри, – Я не собирался разрешать встречу, так что если вы должны кого-то благодарить, то благодарите Гермиону, она сказала, что я должен хотя бы послушать, что вы скажете сами. – Я понимаю, что ты сердишься на меня, Гарри, но я не знаю, почему ты испытываешь такую ярость, что так отгораживаешься от меня, – спросил Дамблдор, потрясенный горечью, выраженной в заявлении Гарри. – Почему я злюсь? Почему я злюсь? – спросил Гарри низким опасным голосом, – Вы не уважаете мою личную жизнь, вы не уважаете моё мнение, у вас странная потребность контролировать мою жизнь, и в довершение всего вы приказали Снейпу напасть на меня, и у вас хватает наглости спрашивать меня, почему я злюсь? – Гарри, ты должен понять, что всё, что я сделал, я сделал для твоего же блага, – ответил Дамблдор с улыбкой, – Всё это было сделано для того, чтобы ты был в безопасности. – Правда? – опасливо спросил Гарри, – Даже если бы я был склонен принять ваше заявление, как бы вы объяснили ваш приказ применить силу, если потребуется, чтобы привести меня сюда? – Единственная причина, по которой я отдал такой приказ – это твои действия. – Расскажите, –сказал Гарри голосом, не выдающим никаких эмоций. – Своими действиями ты снова и снова доказывал, что тебе не хватает зрелости, чтобы обеспечить собственную безопасность, – объяснил Дамблдор дедовским голосом, – Именно поэтому я приказал, что если ты будешь продолжать вести себя так по-детски, то тебя оглушат и вернут в орден. – Правда, – улыбнулся Гарри, – Тогда как же тогда объяснить, что Снейп без предупреждения ударил меня болезненным тёмным проклятием? – Я уверен, что у Северуса были свои причины, Гарри, – улыбнулся Дамблдор, уверенный, что Гарри примет его объяснение, – И не тебе их оспаривать. – Тогда чьё это место? – спросил Гарри, – Это Департамент магического правопорядка, который приговорил бы его к нескольким годам тюрьмы за использование темного проклятия, или стража Азкабана, которая выступала за его медленную казнь, а если нет, то кто лучше всего подходит для принятия решения? – Как бы ни был интересен этот разговор, это не тот разговор, ради которого я пришел в Азкабан, – Дамблдор сделал глубокий вдох, прежде чем продолжить самым искренним голосом, – Гарри, я пришёл в Азкабан, чтобы убедить тебя вернуться со мной в твою семью, тебе необходимо пополнить свою кровную защиту. – И зачем мне это делать? – спросил Гарри, забавляясь попытками старика сменить тему. – Чтобы обезопасить себя, – ответил Дамблдор, – Ты должен оставаться в безопасности, пока не будешь полностью обучен и готов победить Волан-де-морта на дуэли, а до тех пор, боюсь, тебе придется пойти на определенные жертвы. – Нет. – был короткий ответ Гарри. – Что? – спросил Дамблдор, пораженный тем, как мальчик проигнорировал его мольбы. – Мой дорогой мальчик, ты должен вернуться к своим родственника. – Нет, я не думаю, что вернусь, – сказал Гарри с улыбкой, – Если это всё, что вы хотели обсудить, тогда, пожалуйста, продолжайте свой путь. Услышав заявление Гарри, Дамблдор словно сдулся: – Я хотел бы обсудить еще кое-что, если ты позволишь, и поскольку это входит в мои обязанности директора, я надеюсь, ты согласишься выслушать меня. – Что именно? – Поскольку ты жил на острове Азкабан, я не смог отправить тебе твои оценки за С.О.В. – медленно сказал Дамблдор, – И поскольку я так спешил на эту встречу, то забыл взять их с собой. – Не беспокойтесь об этом, – сказал Гарри, взмахнув рукой, – Хотя было бы неплохо получить их, большая задержка не будет иметь большого значения. – Ты прав, – кивнул Альбус, – Однако я знаю, что ты достаточно хорошо сдал экзамены, чтобы посещать Защиту от тёмных искусств, Чары, Трансфигурацию и Зелья, если ты, конечно, этого захочешь. – Спасибо, что подняли эту тему, – кивнул Гарри, – Я почти забыл, я не думаю, что смогу посещать Хогвартс этой осенью. – Но почему нет? – спросил директор в шоке, – Какая у тебя может быть причина бросить занятия? – Я не думаю, что у меня будет время посещать Хогвартс и выполнять свои обязанности перед Островом. – Гарри, я уверен, что Лорд Острова освободит тебя от обязанностей, чтобы ты... – Дедовский голос Дамблдора прервался. – Чтобы я мог что? – весело спросил Гарри. – Это ты, – Дамблдор потрясенно уставился на Гарри, – Со всеми этими подсказками, как я мог не заметить этого раньше. – Что я? – Каким-то образом ты стал Лордом Азкабана, – тихо сказал Дамблдор, почти про себя, – Знаешь ли ты, что это значит? – Расскажите мне, – сухо ответил Гарри. – Это значит, что когда ты и твои люди присоединитесь к Ордену, мои возможности по предотвращению нападений пожирателей смерти станут огромными, – взволнованно сказал Дамблдор, – Подумай, сколько добра можно сделать. – Извините, что разрушаю вашу идею, но я ни за что на свете не доверю своих людей вашему командованию, – твердым тоном сказал Гарри. – Но почему? – спросил Дамблдор, – Ты так ненавидишь меня, что готов обречь на смерть несметное количество невинных людей? – Осудить несметное количество невинных? – Гарри покачал головой и продолжил,– Нет, я не ненавижу вас настолько, чтобы сделать такое, я не доверяю вам. – Понятно. – Нет, я не верю, что вы верите – Гарри продолжал качать головой. – Какова ваша квалификация, чтобы командовать большой группой людей в борьбе с Волдемортом? – Я победил Темного Лорда Гриндельвальда и посвятил свою жизнь победе над Тьмой, – ответил Дамблдор. – Это хорошо, – улыбнулся Гарри, – Но это не делает вас способным руководить войсками, не так ли. – Гарри, я... – Я любитель, играющий в игру, которую лучше оставить профессионалам, – перебил Гарри, – И я не хочу жертвовать своими людьми ради вашего эго. – Гарри, пожалуйста, пересмотри это, – умолял Дамблдор, – Подумай о том, что я могу сделать хорошего. – Я предпочитаю думать о вреде, который вы можете причинить, – ответил Гарри, – Я также предпочитаю думать о том, насколько эффективнее работают мои люди, когда выходят на поле под руководством компетентных командиров. – Ты не можешь думать о себе, Гарри, – мягко укорил Дамблдор, – Твои доводы о моей пригодности вдвойне справедливы по отношению к тебе. – Нет, – весело ответил Гарри, – Я думаю о людях, которых я нанимаю, чтобы вести свои войска в бой. – Я понимаю, Гарри, – печально кивнул Дамблдор, – Неужели я ничего не могу сделать, чтобы хотя бы убедить тебя вернуться в Хогвартс? – Нет, ничего... – Гарри прервался на полуслове: – Полагаю, что я мог бы уступить, если бы вы согласились выполнить некоторые условия. – Какие условия, Гарри? – спросил Дамблдор, с нетерпением ожидая возвращения своего любимого ученика. – Первое условие – вы должны дать волшебную клятву никому не раскрывать мои секреты, включая мой статус Лорда Азкабана, – твердо сказал Гарри, – И в том числе Ордену. – Я могу согласиться с этим, – медленно кивнул Дамблдор. – Что еще? – Когда я вернусь, то буду в составе группы студентов по обмену из Азкабана, – продолжил Гарри, – И им будут предоставлены отдельные покои, чтобы избавить их от соперничества домов. – Я могу согласиться с этим, – кивнул Дамблдор, – Но если ты потакаешь любопытству старика, почему ты хочешь, чтобы они оставались несортированными? – Вы можете продолжать это разделение между домами и ненависть, которой оно способствует, если хотите, но я не хочу, чтобы мои люди учились такому необоснованному недоверию к своим сокурсникам, – ответил Гарри, – Я хочу, чтобы они могли подружиться с членами всех домов без их соперничества. – Полагаю, я могу понять Гарри, – кивнул Дамблдор, – И если это твое желание, то я без проблем разрешу его, но есть ли у тебя ругие требования? – Есть, – сказал Гарри, – Моим охранникам будет предоставлен неограниченный доступ в Хогвартс с инструкциями задерживать любого для допроса, кто будет найден с темной меткой. – А как же профессор Снейп? – мягко спросил Альбус. – Я прикажу им не задерживать его, но предупреждаю, что они не потерпят его мелких попыток отомстить моему отцу или его фанатизма. – сказал Гарри. – Мелкие попытки мести? Фанатизм? – То, как он выделяет меня, и то, как он благосклонен к своему дому, – ответил Гарри, а затем после секундного раздумья добавил: – Хотя я могу быть склонен к тому, чтобы они не обращали внимания на его полное отсутствие способностей к преподаванию. – Гарри, я знаю, что он тебе не нравится, но профессор Снейп – один из лучших мастеров зельеварения в Европе. – Он также худший учитель в школе, я не знаю, связано ли это с полным отсутствием способностей или с тем, что у него нет желания передавать знания, но простой факт заключается в том, что этот человек не способен передавать знания. – Я не согласен, Гарр... – Тогда вы настолько оторваны от повседневной жизни школы или настолько ослеплены предвзятыми мнениями, что не можете дать рациональную оценку, – перебил Гарри. – Если ты хочешь, я проведу расследование твоих обвинений, – уступил Дамблдор, – Но я не верю, что найду что-нибудь. – Хорошо, – кивнул Гарри, – Я также потребую, чтобы меня освободили от школьных правил и по доверенности предоставили аналогичный иммунитет любому студенту, который является гражданином Азкабана. – Почему ты так хочешь, Гарри? – Мои обязанности на Острове могут потребовать от меня отлучаться в неположенное время, и я считаю, что это упростит ситуацию, – ответил Гарри, – Ученики получат иммунитет, потому что они мои подданные, и как мои подданные они будут отвечать передо мной за любые нарушения, которые они могут совершить. – Я понимаю, – ответил Дамблдор, – Я не вижу никаких трудностей в том, чтобы разрешить это, но я должен спросить, могу ли я поручить профессорам и персоналу сообщать вам о любых проблемах с учениками Азкабана? – Пусть они сообщают об этом одному из охранников, – сказал Гарри с ухмылкой, – Так будет проще для всех. – Я могу согласиться на это, что еще ты хочешь? – Вы больше не будете вмешиваться в мою жизнь и не будете пытаться принудить меня к чему-либо. – Я могу согласиться и на это, Гарри, при условии, что ты согласишься держать рядом своих телохранителей и заботиться о своей безопасности, – оговорил Дамблдор. – Хорошо, – кивнул Гарри. – У тебя есть еще какие-нибудь требования, Гарри? – Это всё, но я оставляю за собой право попросить ещё кое-что, если возникнет такая необходимость. Вы соглашаетесь на все это, и я возвращаюсь в Хогвартс и остаюсь студентом до тех пор, пока успешно не закончу Ж.А.Б.А. Вас это устраивает? – Это прекрасно, Гарри. Я рад, что мы смогли прийти к этому соглашению. – Я тоже. – Когда я могу ожидать список твоих студентов и список классов, которые ты хотел бы посещать? – Пришлите профессора МакГонагалл, я бы хотел, чтобы она помогла мне выбрать учеников, – ответил Гарри, – И если вы будете так любезны и отправите с ней мои вещи, я буду благодарен. – Это можно устроить, Гарри, – ответил Дамблдор со смехом, – Могу ли я как-нибудь убедить тебя возобновить наш союз? – Сейчас нет, – ответил Гарри, – Хотя кто может сказать, что принесет будущее. – Спасибо, Гарри, – ответил Дамблдор, – Мне не хотелось бы убегать, но я должен заняться подготовкой студентов по обмену. – Хорошо, профессор, если вы будете так любезны сначала произнести клятву волшебника. – Конечно, Гарри, прошу прощения, что не подумал об этом, – ответил Дамблдор, удрученный своей оплошностью. – Я, Альбус Персиваль Вульфрик Дамблдор, клянусь сердцевиной своей палочки и своей способностью творить магию, что под страхом бесчестья и потери магических способностей до самой смерти не выдам ни одной тайны Лорда Азкабана, Гарри Джеймса Поттера. – Спасибо, и вам не нужно извиняться за такую маленькую оплошность, – улыбнулся Гарри, – Мне понравилась наша беседа профессор; возможно, мы сможем провести еще одну в будущем. – Мне бы этого хотелось, Гарри, – ответил Дамблдор, и блеск вернулся в его глаза, когда он уходил.