Как рождаются снежные королевы

Пока Игорь и Лена подводят черту под недолгой, но закончившейся без драм семейной жизнью, уже неделю как перешедший эту черту Сергей, кажется, готов пуститься во все тяжкие. Причём что так выводит его из себя – он вряд ли смог бы объяснить, даже если бы его начал подробно расспрашивать самый наблюдательный и дотошный психолог. Он знал, чем всё закончится. Знал, что Светка, будь она неладна, сделает всё, чтобы повернуть новый семейный уклад в свою пользу. Знал, что при определении места жительства ребёнка суд встанет на сторону матери, если та имеет постоянную работу и жилплощадь, не имеет вредных привычек и ни в чём асоциальном не замечена. В отличие, кстати, от него. Нет, к счастью, никто не обсуждал на заседаниях суда, которых в общем итоге состоялось всего три, те его срывы. Видимо, что-то человеческое в его теперь уже бывшей жене всё-таки есть, раз не стала она в присутствии представителей правосудия делать из него законченного алкоголика и ограничивать встречи с Денисом. Вот только сам он чувствует, что вот-вот скатится в зависимость с концами, будто полетят последние тормоза, действительно превратив его в того самого запойного алкаша. Сегодня он снова пришёл на работу после вечерних возлияний накануне. Не совсем с жуткого похмелья, конечно, но от полностью ясного ума и трезвой памяти его состояние так же далеко, как небо от земли. А ФЭС, разумеется, не стоит на месте. ФЭС, разумеется, передают новое дело – как водится, крайне сложное. В этот раз – похищение двенадцатилетней дочери долгоозёрского бизнесмена, на которого до этого уже однажды покушались. Рогозина, естественно, бросает на расследование все силы – в Долгоозёрск немедленно отправляются Дунаева и в кои-то веки дожавший её Котов. И что вообще Костя в ней нашёл, она же натуральная заноза в одном месте, хуже только Шустова! Шустова, помянутая им всуе столь нелестным образом, сидит за соседним компьютером и отсматривает записи с камер наблюдения возле подъезда того самого бизнесмена на предмет входящих и выходящих из него подозрительных лиц. Шустова нервничает, вздыхает, отвратительно громко барабанит по клавиатуре, настраивая параметры, и вообще сегодня раздражает до крайности – как тогда, почти два года назад, когда она только появилась в техотделе и даже ещё не успела приступить к работе. Сам Сергей отчаянно пытается не упустить из вида мигающий на его мониторе сигнал маячка, прицепленного к передающему выкуп предпринимателю. Получается это у него, мягко говоря, скверно, что не укрывается от зоркого глаза этой вездесущей Елены, прости господи, Олеговны, чтоб вот ей сквозь землю провалиться. -Слушай, давай поменяемся? – наконец Лена устаёт наблюдать за страданиями напарника и не выдерживает, - Чтобы маячок мониторить, больше концентрации нужно. А ты отсмотри записи за утро похищения, там всего-то час остался. -Думаешь, самая умная? – вполне ожидаемо огрызается Белозёров, негодующе сверкнув на девушку глазами. -Думаю, что расходовать силы надо рационально, - сдержанно отвечает она, - А не видеть всем известную конфигурацию, смотря в книгу. Её спокойствие выводит мужчину из себя ещё больше. Любая другая сию секунду вышла бы из себя, вернув оскорбление, обругала бы его всеми эпитетами на грани приличия, какими обычно щедро награждают мужиков обиженные женщины – а эта смотрит невозмутимо и даже не думает повышать голос, будто тупому студенту прописные истины разъясняет… Недооценил он всё-таки девочку-ромашку. Но тут, видимо, в нём всё же просыпается какой-то здравый смысл. Что он опять творит? Разве она виновата, что он теперь воскресный папа? Разве она его предавала два года и призналась только в самом конце, когда её загнали в угол? Тем более, ей самой сегодня точку на семейной жизни ставить – она ещё накануне отпрашивалась у Рогозиной уйти на следующий день пораньше, предельно честно пояснив: «развожусь, Галина Николаевна, и обещаю больше личными делами работу не засорять». Лицо Игоря в тот момент надо было видеть. Будучи аналитиком, рационалом и в принципе умным и наблюдательным человеком, Белозёров отчётливо видит, что свою без пяти минут бывшую жену Игорь-то до сих пор любит. Поэтому и отпускает, чтобы не обрекать её на несчастливую семейную жизнь, которая у них по каким-то им одним известным причинам всё равно не сложится. Как-то раз он пытался выведать у друга, что у них вообще стряслось, почему они приняли ни с того ни с сего столь скоропостижное решение и не замешан ли в их расставании кто-то третий. Шустов тогда только отмахнулся, но так грозно бросил «не лезь!», что желание выпытывать и дальше всю подноготную их развода отпало начисто. Да и какая, в принципе, разница? Люди разводятся, когда больше не могут жить вместе. Как они со Светкой, например. И к ним не лезть надо, а работать вместе нормально, не создавая неприятностей. А он опять на Лену сорвался, действительно уподобляясь какому-то буйному алкашу-психопату… -Лен, извини, - оборачивается к ней и произносит нерешительно, хоть и совершенно точно искренне, - Вообще за всё извини, я опять себя веду как последний псих. -Главное, чтобы ты всё-таки смог вовремя остановиться и этим самым психом не стал, - устало вздыхает Шустова, - Ну так что, поменяемся? -Давай, - кивает Белозёров и послушно пересаживается за её компьютер, на котором стоит на паузе очередная видеозапись с камеры. Лена занимает его место и украдкой скрещивает пальцы, надеясь отчаянно, что процесс передачи денежной «куклы» долгоозёрскому вымогателю пройдёт без сучка и задоринки, а она всё-таки сможет уйти с работы в нужное ей время. -И, Лена, - вдруг снова подаёт голос Сергей, хоть и подозревает, что за вмешательство не в своё дело может быть отруган, послан или бит, - Мне очень жаль, что у вас с Игорем так получилось. -Аналогично, - совершенно не кривя душой, признаётся девушка, - Игорь – чудесный человек. Но в жизни по-всякому иногда бывает. Мне тоже жаль, что вам со Светланой пришлось через такое пройти. -Аналогично, - с горькой иронией отзывается Сергей и вновь погружается в записи с камеры. Сейчас Елена его уже не раздражает. Но недоумение вызывает по-прежнему. Всё-таки зря он с первой встречи окрестил её девочкой-ромашкой. Какая там ромашка? Снежная королева – и та нервно курит в сторонке. Как можно так отстранённо говорить о муже, который настолько сильно тебя любит? «Чудесный человек, но не можем быть вместе»… Это же клише из мыльной оперы какое-то, а не о реальных отношениях! Что Татьяна, Пашкина мать, так быстро и равнодушно от семьи отказалась, что она теперь уйдёт и, наверняка, наплюёт на бывшего супруга с высоченной колокольни. Как они, интересно, вместе работать собираются? Лично он, Сергей, лучше бы повесился, утопился и застрелился, чем работать в одном коллективе со Светкой. «Да уж, везёт Шустову на снежных королев,» - вздыхает мужчина, чудом не пропустив мелькнувшую в записи подозрительную фигуру в толстовке с капюшоном – но, к счастью, вовремя спохватывается и ставит запись на паузу, увеличивает изображение потенциального подозреваемого. Вот бы его сейчас Рогозина отчихвостила, став свидетельницей такого безобразия… И была бы совершенно права, так что пора отставить ненужные рассуждения о чужой жизни в сторону и наконец-то начать нормально работать.