Часть 4

      Краем уха я слышала шорохи вокруг нас, пока мы проходили мимо бара с вывеской «У Гриллби». Я никогда не была там, но, уверена, стоит мне зайти туда, в следующую секунду от меня мокрого места не останется. Немногочисленные монстры провожали нас взглядами, кто до крайности озлобленным, кто завистливым. Последним явно не хватает крови. Изредка появлялись и разочарованные — зрелища тут любили, а Папайрус просто вёл меня в прочь от поста, где остался Санс. Иногда я задавалась вопросом, не страшно ли ему в одиночестве, когда вокруг полно существ, готовых снести тебе голову просто так? Но каждый раз приходила к выводу, что он-то точно сможет за себя постоять. Что, почему-то, не распространялось в отношении его брата. Последний, широкими шагами преодолев оставшееся расстояние, распахнул дверь дома, бесцеремонно запихивая меня внутрь. Хоть пинка вслед не дал, спасибо. Здесь уже не было слышно тихих перешептываний монстров, скрипа снега и шороха пепла под ногами. — Значит, тебе было душно дома, — тихий, но вкрадчивый голос напомнил мне, что я всё ещё в доме не одна. Я молчала, зная, что отвечать себе дороже. И, на всякий случай, не поворачивалась к скелету лицом. Зря. Сильные руки развернули меня к себе, заставляя вскинуть голову, чтобы встретиться глазами с пустотой в черных провалах глазниц. Папайрус был злой. *Кажется, это конец — Говорят, внутри людей тоже кости, — одна рука сжала моё плечо сильнее, прощупывая плечевую кость. — Что, если я проверю? Тон дал понять, что слова у младшего из братьев не разойдутся с делом. *Вы вряд ли умрёте быстро и безболезненно — Недавно в библиотеке я нашел одну занимательную книгу, — с каждым словом Папайрус делал шаг вперёд, вынуждая меня судорожно отходить назад. Мне оставалось только молиться, что я попаду в дверной проем, а не упрусь в стену. — «Анатомия человека». Книга оказалась интересной, и пока я её читал, я убедился, что буду снимать с тебя слой за слоем, пока не доберусь до твоих костей, — последние слова скелет почти прорычал, впиваясь взглядом в мои глаза. По спине прошёлся холодок. Сердце отстукивало по три удара в секунду, лихорадочно билось о грудную клетку, грозя при очередном ударе пробить ребра. Я почти чувствовала, как с меня снимают кожу, скальп, каждый покров мышц… Наконец, добираются до костей и, глядя в остекленевшие, мертвые глаза, с дьявольской улыбкой сообщают: «А вот и кости!».* Ноги наткнулись на небольшую преграду, и я потеряла равновесие. Мне светило разбить затылок о ступени, так быстро оказавшиеся позади меня, если бы Папайрус не схватил меня за воротник темно-красного свитера. Железная хватка сжала ткань и потянула за собой, поднимая меня, вцепившуюся в свитер, вверх по лестнице. *Я не хочу умирать Я пыталась упираться, но меня неумолимо тащили по коридору. — Говоришь, нехорошо себя чувствовала? — за скелетом, закинувшим меня в комнату, с негромким щелчком закрылась дверь. — Что ж, сейчас ты почувствуешь себя ещё хуже. Я сделала пару шагов назад, краем глаза разглядывая полутемное помещение. Здесь пахло пеплом… Он что, притащил меня в свою комнату?! Я испугалась ещё сильнее, на глаза предательски навернулись слезы. Папайрус не раз говорил мне, что слезы — проявление слабости, что они раздражают здешних монстров, и самый лёгкий способ взбесить кого-то из жителей этого гребаного подземелья — заплакать. Но сейчас мне было слишком страшно, чтобы держать их при себе. Я была совсем одна в этом мире. — Пожалуйста… — вырвалось у меня. Я наткнулась ногами на поверхность кровати и замерла, глядя на хозяина дома. Возможно, здесь есть монстры гораздо сильнее него, но сейчас для меня не было никого сильнее и страшнее того, кто стоял рядом с дверью. — Пожалуйста что? — скелет скрестил руки на груди и сократил расстояние на пару небольших шагов, не торопясь, и давая моим нервам сойти с ума. — Сначала я нахожу у тебя этот чертов блокнот, а теперь что? Или ты думаешь, я дам шанс тебя убить кому-то еще? — на этом моменте мне показалось, что Папайрус не хотел этого говорить, но слова вырвались против его воли. — Это невежливо, знаешь ли. Содержу тебя я, а удовольствие от твоей крови на руках получит кто-то другой? Ну уж нет. *Вы умоляюще смотрите в пустые глазницы — Давай же посмотрим, какого цвета твои кости. Резкий толчок в грудь сбил меня с ног, хотя скелет даже близко ко мне не стоял. Поверхность кровати немного смягчила падение. Я тут же поднялась на локтях, зорко следя за каждым действием скелета, но не уловила, когда это он оказался рядом с кроватью и навис надо мной. Челюсть младшего брата свело ухмылкой. Поза действительно была двусмысленной. — Похожий рисунок я видел в твоём блокноте. Ты отвратительна, знаешь это? Я попыталась отползти, но рука в перчатке сжала мою ногу, не давая подвинуться ни на сантиметр. Всё это напоминало фильм ужасов с фиговым освещением. И обязательно плохим концом. Или я просто неважный для сюжета персонаж, от которого можно избавиться, чья смерть ничего не изменит. — Интересно, насколько хрупкие твои кости? Хочешь тоже взглянуть? Нет. Я не хотела. Всей душой не хотела. И не понимала, почему я здесь и за что вынуждена всё это сейчас переживать. Или доживать, что более вероятно. Мои глаза расширились ещё больше, когда костяные руки стянули с меня темный свитер, отбросив его в сторону и оставив меня в футболке. — Слой один. Считаешь со мной? Ах, ну да. Одежда же тоже слой. Хотя стоп, он собирается снять с меня одежду?! Действительно, как же тогда снимать кожу? *Ни разу не позитивные мысли переполняют вашу голову Руки в красных перчатках взялись за пояс джинсов. — Слой два. Может, сразу с третьим? — Не трогай! — вдруг нашла в себе силы сопротивляться я. Вот что что, а представать перед хозяином дома без одежды я не собиралась. По крайней мере, в такой ситуации. — Как же я тогда сниму кожу, глупая? — будто прочитав мои мысли, ухмыльнулся скелет. — Интересно, на каком слое можно увидеть душу? Джинсы полетели вслед за свитером. Благо, только они. Воспользовавшись секундой, я вырвалась и отодвинулась к спинке кровати, прижав к себе согнутые в коленях ноги. Тело пробивала мелкая дрожь, а скелет смотрел на меня чуть ли не с любопытством. — Иди сюда. Я яростно замотала головой, растрепав и без того непослушные волосы. — Я же заставлю. Добровольно идти на смерть? Нет, спасибо. Папайрус, не дождавшись от меня реакции, вытянул вперёд руку, но не для того, чтобы снова схватить за ногу. Пальцы медленно сжались, и я почувствовала, как мою душу снова вытягивает из тела. Я прижала руки к груди, задыхаясь от боли, будто могла руками загородить душу от него. Папайрус разжал пальцы, давая понять, что будет заставлять меня испытывать эту боль, не вынимая из меня душу, до тех пор, пока я не подойду к нему сама. Слезы блестели на моих щеках. Боль отступила, но ощущение, будто что-то внутри со всей силой сжимают, осталось. Плечи продолжали подрагивать. За ногу дёрнули, снова возвращая меня на место, и я не успела среагировать и подставить назад руки. Скелет снова навис надо мной, но сдирать кожу пока, видимо, не собирался. — Как ты представляла себе этот момент? — из голоса Папайруса, к моему удивлению, исчезли железные нотки. Это был тихий, почти любопытствующий тон. — В твоей фантазии явно не было слез боли на твоих щеках. Каждый раз, когда нижняя челюсть младшего брата опускалась, я видела небольшой проблеск красного света. С внезапно появившимся языком, сотканным из красной магической субстанции, моя душа познакомилась в прошлый раз. И хорошим не закончилось. — Я думаю, их надо убрать, — костяная рука отпустила мою ногу и переместилась чуть левее моей головы, упираясь в темное покрывало. Шершавая поверхность перчатки коснулась моего подбородка и подняла мою голову вверх, заставляя слегка запрокинуть её. Удивительно аккуратно, надо сказать. *Что происходит? Папайрус склонился ниже, и я почувствовала, как красный язык коснулся моей шеи, змеёй пройдясь по артерии. Я распахнула глаза, пытаясь найти этому хоть одно адекватное объяснение. Резкая перемена. Только что он собирался снять с меня скальп. Может, просто проголодался? Эта мысль испугала меня ещё сильнее, и я дернулась, уронив на острую скулу скелета ещё пару теплых капель. — Ты не хочешь мне помочь? — почти прошептали мне на ухо. Мурашки пробежалась по спине. — Я тут пытаюсь заставить тебя перестать реветь, а ты немного мешаешь. Супер. Я ему мешаю. Я даже на мгновение действительно заткнулась, слушая тихий бархатный голос около своего уха. Что, мать вашу, вообще творится?! Я с усилием открыла пересохшие губы. — Пожалуйста… Не надо… Я не хочу. Папайрус замер, глядя мне в глаза. В отсутствующем взгляде как-то умудрялось читаться искреннее отвращение. — Может ты ещё и здесь больше находиться не хочешь? Я молчала. Не выгонит же он меня на улицу? Или… Я в красках представила себе, как замерзаю на улицах Сноудина, пока каждый проходящий мимо монстр отрывает от меня очередной кусок. *Вы отводите взгляд — Вот как… — голос скелета понизился на пару тонов. Опасность висела в воздухе. — Вставай, — младший скелет схватил меня за запястье и рывком привёл в горизонтальное положение. — Пошла. Куда, хотелось спросить мне, но я не решилась. Вернее, слова просто не вышли из моего горла. *Вы ищете на полу свою одежду Папайрус поймал мой взгляд и нетерпеливо вздохнул. — Надевай, — приказ сверху. Подрагивающими руками я подняла с пола все, что он успел с меня стащить. Пальцы не слушались. Спиной я чувствовала раздраженный взгляд хозяина комнаты. И, как только я натянула темно-красный свитер, меня снова потащили к выходу. — Раз тут ты больше находиться не желаешь, я передам тебя кое-кому другому. Услышав это, я резко затормозила, мешая скелету вести меня по коридору в сторону гостиной. Братья относились ко мне снисходительно. Но я очень сомневалась, что у других монстров отношение будет такое же. — К-кому? — вырвалось из меня. Сердце бешено колотилось, пульс бил в голове. — Королю, — без лишних пояснений было мне ответом. — Нет! — я рванулась в сторону, выдираясь из хватки Папайруса. — Не надо! Король подземелья имел достаточно убийственную славу, для того, чтобы одно его упоминание вызывало дрожь по телу. Уж он-то расправится со мной ещё на пороге. — Пожалуйста! *Вы умоляюще смотрите в пустые глазницы — Уже передумала? — скелет развернулся ко мне, остановившись. Темнота в глазницах сгущалась. — Он убьет меня… — Обязательно. Идём? Руки в перчатках дёрнули меня вперёд, заставив уткнуться носом в черно-красную броню. Запах металла и пепла тут же проник в лёгкие, немного отрезвляя. — Прости… — тихо сказала я, не смея поднять голову. Однако за меня это сделал скелет, сжав пальцами мой подбородок, а другой рукой притягивая к себе за талию, вынуждая меня прогнуться в пояснице. — Повтори, — приказным тоном произносит скелет, а в челюсти снова мелькает красный огонёк. — Прости, пожалуйста, — послушно повторяю я. *Вы чувствуете унижение *Но вы знаете, что это наилучший исход в этой ситуации