Глава 5

      Строкотание лапок птиц на подоконнике, медленно плывущие по небу облака и листва, что замерла в покое, и все еще дремлет под утренние лучи. Коридоры больницы все еще прибывают зеленоватой в тишине, однако сопение Хокаге на стуле было, очевидно, заметным. «Пип-пип» издавал звук аппарат, подсоединенный к пациенту на койке, над которым нависала фигура с темными волосами. Она ахнула и наклонилась ближе. Шизуне проморгалась, сосредоточившись на лежащем, и не поверила собственным глазам. Мигом ее физианомия возникла перед блондином, руки вцепились в его плечи, встряхивая

— Господин Седьмой! — воскликнула помощница Пятой — Проснитесь! — М… — медленно пробормотал блондин, открывая глаза — Что? — Господин Шестой! Он открыл глаза! — с улыбкой молвила Шизуне, заставив Седьмого тут же вскочить, его волосы выпрямились лучами к верху

      В момент, когда надежда была почти утеряна, его учитель снова поборол то, что не смог бы любой другой, может быть даже сам Наруто. Проснувшись от комы так рано, он не просто подавал великие надежды на лечение, а и перепрыгнул все ожидания от лучшего медика, который считал, что шансов мало. Его вера исполнилась. Его надежда была не напрасной! Легкая улыбка дрогнула на истощенном лике, в ответ на широкую лыбу от Наруто.

…

— Господин Седьмой, проснитесь

Молвил женский голос, слегка встряхивая Узумаки за плечи. Посвистывание птиц за окном, что было задернуто шторой. Хриплое дыхание в аппарат искусственной вентиляции легких. Плечи ужасно ныли, шея затекла и будто спиной ну очень хотелось хрустнуть. Руки нынешнего Хокаге взмыли к верху, начиная мять пальцами глаза сквозь колкое чувство шума в мышцах

      — М… — медленно пробормотал блондин, открывая глаза — Что?       — Вы уснули сидя — тихо сказала она, отходя от Наруто — Мы с Госпожой Цунаде решили вас не трогать, но вам стоит избегать таких ситуаций       — Как Какаши-сенсей? — внезапно оживился голубоглазый, вставая с стула — Ему лучше?       — Все также — покачала головой Шизуне — Но он стабилен. Иногда меняется пульс, и он парой реагирует так, будто напуган, но с временем это минует. Такое бывает

      Небо в глазах Наруто внезапно затянулось тучами. Он отвел взгляд в сторону койки. Худое тело за шторкой, провода и машины, манжета на руке, оборудование на пальце и кислородная маска на лице. Что уж говорить о коже, которая почти сливалась с белым покрывалом. Было ли его последним словом имя ученика с мольбой о помощи? И главное — почему Наруто мог только смотреть, как наставник дрожит, буквально выпуская из себя жизнь в виде алой лужи?

      К плечу Узумаки коснулись, глаза помощницы пятой все еще отражали некоторую надежду

      — Ты не так безоружен, как думаешь… — сказала женщина, переводя взгляд на больного — Согласно исследованиям Цунаде-сама, пациенты в коме могут слышать и чувствовать близких рядом, и те, кто получали поддержку, выздоравливали с большей вероятностью. Именно поэтому Госпожа решила вас не прогонять ночью. Подумайте над тем, что не смотря на кому, он все еще может вас слышать       — Спасибо, тетушка Шизуне — Седьмой фальшиво ухмыльнулся. После он обернулся к сенсею, и поклонился ему — Я еще вернусь, Какаши-сенсей. Выздоравливайте

      С этими словами, Хокаге обернулся и покинул палату в медленном темпе. Тяжко притягивалась мысль о том, чтобы пойти работать, однако он обязан, ведь опоздал аж на час или больше. Наруто стал опаздывать? «Вот так новости» ответил он сам себе «Вот что чувствовал сенсей, опаздывая к нам. Что же его тогда так тяготило?» В то же время… словно бумаги в его голове складывались непоколебимой преградой, которую Седьмой никак не может побороть. Закрыть глаза и забыть бы о них. Благо в него вселили надежду — он все еще может кое-что сделать. Узумаки все еще может помочь Хатаке. На встречу поспешили шаги темных ботинок. Хлопок по плечу

      — Эта ситуация становится не просто геморром, а настоящим геморроем— проворчал Шикамару, потянув за собой Наруто       — Ты ведь тоже беспокоишься — устало хихикнул Узумаки, подметив необычное напряжение со стороны лентяя, который явно пытался избежать любых осложнений       — Да, но пока ты здесь работа стоит, а старейшины на тебя уже оставшиеся зубы точат — хмуро отрезал темноволосый — Я уважаю Какаши-сенсея и желаю ему всего хорошего, но я не собираюсь состариться в том чертовом кабинете за бумагами!

      Второпях, Шикамару вывел Наруто вперед, и стал его подталкивать под спину, приговаривая, чтобы тот поторопился. Узумаки не мог не поинтерисоваться к чему спешка, неужели так много бумаг накопилось, али чего случилось? В ответ на это Нара рявкнул о Боруто и Шикадае

      — Прощать выходки этим двум засранцам было плохой идеей — шлепнул темноволосый себя по лицу, заходя внутрь резиденции — Они сожгли сувенирную лавку       — Чего ты только что сказал?! — дрогнул Наруто, ускоряя грозный шаг — Как?!       — Шикадай принес нинджет с стихией огня, а Боруто доигрался — его рука распахнула двери, за которыми двое мальчишек виновато опустили взгляды.

      Боруто надул щеку и губы, сложив руки перед грудью, а зеленоглазый мальчишка лениво держал руки в карманах. Кажется, слушать все эти нравоучения были ему тяготой, ровно как и отцу, оба, как огня, боялись выговоров, потому что это было долго и скучно.

      — Вы двое! — воскликнул Седьмой, воспрянув перед ними — Неужели вы зря стали ниндзя?!       — Мы случайно — буркнул Боруто в оправдание, но был перебит отцом       — Не прикидывайся дураком, Боруто! Я знаю о твоих оценках в академии, и я наслышан о тебе, как о гении — Наруто пригрозил сыну пальцем — Не пытайся оправдываться!       — Да я правда случайно, но ты меня даже слушать не хочешь! — юноша сделал громкий шаг к отцу, а после указал рукой на друга — Ты мне никогда не веришь, так хоть Шикадаю поверь!       — Я плохо настроил мощность нинджета, и вспышка оказалась слишком большой, мы не ожидали такого — ответил Нара младший непринужденным тоном, пока его палец крутился внутри уха — А то, что магазин, оказывается, был покрыт растворителем, чтобы снять старую краску, мы и знать не знали       Убедительный аргумент мальчишки заставил джинчурики тяжко вздохнуть и опустить плечи. Такое действительно могло быть, дети ведь могут не заметить, что воняет не краска, а растворитель. И это не оставляло Узумаки старшему иного выбора, кроме как пройти к своему столу и дать слово Шикамару       — Мы вас поняли, но вы должны помочь восстановить прилавок — спокойно сказал Нара, после чего прошел к бумагам — свободны

      Мальчишки поспешили покинуть кабинет, а недовольные словечки Боруто распростерлись по коридору, словно гром среди ясного неба. Однако шум не шибко мешал думать Наруто о своем. «Что тогда чувствовал учитель, если он опаздывал? Почему на четвертой мировой войне шиноби он застывал так, будто увидел призрака? Почему его так цепляли слова Обито о какой-то там… как ее?» конечно, мужчина совсем позабыл о рассказах Учихи, дело ведь в том, что он желал лишь понять насколько ему было больно, да и Обито не вдавался в подробности, лишь рычал о несправедливости этого мира. И, возможно, пришло время узнать об этом

      — Эй, Шикамару… тебе что-то Какаши-сенсей о прошлом рассказывал? — Наруто откинулся на спинку стула, закидывая руки за голову              — Не больше, чем тебе — пожал плечами Нара — Я больше наслышан о его переживаниях за войны и деревню, а также о том, какая на улице погода певчая, а он тут, понимаете ли, сидит и бумаги пишет       — Ясно. Тогда я спрошу у капитана Ямато — вздохнул блондин в бессилии перед ситуацией. Видимо каштанововолосый был его последней надеждой — Мне бы хотелось поддержать учителя       — А ты думаешь, он тебе так возьмет и расскажет? — игольчатый пучок выглянул с горы бумаг, а за ним и узкие глаза — Ямато-сан не из тех, кто просто так раскрывает информацию. Тем более о своем сенпае. Он бывший воин Корня АНБУ, и тайны хранить он умеет       — Правда — голубые глаза распахнулись шире, и Хокаге задумался, смотря в потолок — Что мне тогда делать? Выходит, только если сам Какаши-сенсей попросит его, он согласится       — Мы обманем его — брови Шикамару взмыли в спокойствии — Подделаем письмо, якобы от лица Какаши. Когда у нас был разрыв в бумагах, Какаши просил одного юношу писать письма от его лица, пока он диктует. Я попрошу его написать письмо, ты передашь его Ямато-сану, и вот       — Нет, так нельзя! — выпрямился смуглоликий, насупив брови — Это же грязно!       — Ну, или мы обманем его или ты ничегошеньки не узнаешь — пожал плечами Шикамару, отводя взгляд к верхнему углу — Если ты не заметил, я такую стратегию использую еще с академии. Вместо того, чтобы уговаривать с шансом 15% на одобрение, мы получим 90% с помощью письма       Бессилие и в этой ситуации заставило Наруто невольно согласится на эту авантюру. Его голова опустилась «Сенсей наверное будет злится, когда узнает об этом». Но и делать было нечего, ведь Шикамару был абсолютно прав в своем суждении. Оставаться сейчас без информации было плохой идеей, особенно с учетом того, что Наруто был единственным, кто мог бы поддержать Какаши, пока он в коме. Бремя вынужденного молчания нависало бесконечной тучей, не дающей увидеть и лучика солнца, да и вовсе неясно где оно. «Даже Сакура-чан не должна знать» терзала мысль внутри головы блондина.

***

      Спустя около четырех часов бумажной волокиты, Наруто устало выдохнул, сползая по креслу вниз. Небо было голубым, солнце миновало зенит два часа назад, сейчас около 15:45. Две стопки бумаг, высотою в полтора метра, исчезли, что не могло не радовать. Последнюю стопку унес ниндзя, исчезнувший в проеме двери, пока Хокаге расплывался в усталой ухмылке       — Аж воздух посвежее стал — вздохнул Наруто, наслаждаясь новым пространством       — Скоро станет еще свежее — ответил Шикамару, и протянул Наруто листок — Это сообщение от Ямато. Он прибыл к змеиному озеру в лесу Конохи. Ждет тебя там       — А поддельное письмо?! — Наруто вскочил и замешкал — Я совсем забыл о нем!       — Но не я же — в ответ бородатый протянул также и конверт — это поддельное письмо от лица Какаши. В образец я парнише дал те письма, которые он писал тебе и Сакуре.       — Хах, Шикамару, что бы я без тебя делал? — взлохмаченный Седьмой принял конверт и потер лицо второй рукой — Я надеюсь это сработает, иначе я в проигрыше… Гай-сенсей явно ничего не помнит, а Куренай-сенсей не была близко знакома с Какаши-сенсеем       — Твой учитель известен как интроверт. Даже если бы Гай помнил, то, вероятно, было бы тем, как Какаши-сенсей их избегал — рука с зримым автоматизмом вытащила с кармана сигарету       — Так ты все-таки что-то знал о нем? — Встал Хокаге, и направился к выходу — Ты ведь говорил, что ничего не знаешь       — Это просто вывод из сбора информации, Наруто — ответил Нара, открывая окно в кабинете — Ты разве не замечал, как он иногда избегает любой возможности общаться с кем-то?       — Я думал, он избегает именно меня, потому что он меня недолюбливает — сказал Узумаки, заставляя своего советника рассмеяться. Оказалось, что это не было следствием личного отношения Какаши к Наруто, это было следствием севшей социальной батарейки, что-то вроде того же, что и у Саске, но менее выражено

      Продолговатые деревья, что вверху вязались в тяжелые узлы, среди которых путеводителем могла бы быть лишь белка, живущая тут с рождения. Шуршание травы под поспешным шагом ниндзя, который направлялся к месту встречи. Последняя надежда была за Орочимару — он должен был найти ответы на вопросы Цунаде. Он знает, что помощь Конохе есть платой за обучение и содержание его сына Мицуки, поэтому и отказаться просто не мог. Гений прошлого и современного, тот, кто изобрел огромное количество техник и совершенствовал людей. Тот, кто создал для себя свое бессмертие. Будет ли проблемой такому как он найти лекарство от какого-то там недуга? Он уже победил несколько раз смерть ради себя, и победит снова, ради благополучия своего эксперимента.

      Блеск воды отражался на каштановых волосах, хитай-ате и усталом лице ниндзя старой школы. Отражение изнеможения на лице переливалось в воде. Рядом взмыло еще одно отражение — надежда засияла отблеском в небольших волнах. Темноглазый поднял взгляд на Узумаки, и встал с корточек.       — Добрый день, Господин Седьмой — поприветствовал Тензо, и протянул папку, которую передал змеиный саннин       — Капитан Ямато, вы забыли? Я просил о том, чтобы вы не были так официальны со мной, я ведь все еще Наруто — неловко посмеялся блондин, и потер нос       — Не недооценивайте формальности, однажды это выйдет вам боком. В свою очередь я просил перестать называть меня капитаном. Ты больше не подчиненный, ты Хокаге — мужчина принял конверт с рук Наруто, и рассмотрел его — Что это?       — Письмо от Какаши-сенсея для вас, мне нужно кое-что узнать, но без его разрешения вы бы не огласились — ответил Наруто, всматриваясь в движения каштанововолосого

      Руки бывшего капитана стали разворачивать конверт с неуверенностью, он всматривался и изучал иероглифы, будто подозревал что-то. Однако содержание все равно прочел: «Йо, Тензо! У меня нет возможности сейчас рассказать Наруто о минувших моих днях, и ты единственный кому я доверяю, Кохай. Я знаю, что ты хранишь тайны лучше всех, но теперь поделись с Наруто моим прошлым, ему пора знать. Твой сенпай.». Пальцы, прошедшие года испытаний кунаями и сюрикенами, стали переминать бумагу, он всмотрелся поближе, перевернул несколько раз бумагу и сузил взгляд. По виску Наруто спустилась нервная капля пота. Неужели догадался?

      — Кажется не шутка — буркнул Киноэ, складывая бумажку и тяжко вздыхая — Я так понял, вам нужна информация о его эмоциях       — Да, пожалуйста, прошу вас… — ладони смуглоликого сложились в молитве и покачались — Вы единственный, кто может мне рассказать хоть что-то, даттебайо!

      Готовясь к тяжкому рассказу, бывший капитан замешкал, но кивнул, покорно подчиняясь словам правителя. Он показал жестом за собой и присел у змеиной реки, надеясь, что вода внизу нашепчет подсказки. Наруто прошел за Тензо, и присел рядом с ним, немного нахмурившись. Диалог обещает быть непростым по всей видимости.

      — Мы познакомились около тридцати трех лет тому назад, на миссии… — начал джонин, ныряя в свое отражение взглядом — Мне тогда было 10 лет. Данзо-дано назначил мне миссию по убийству Третьего Хокаге       — Старика Третьего пытался убить его же друг? — обомлел голубоглазый и потемнел лицом— Я слышал, что Данзо тот еще подонок, но чтобы настолько       — Так он хотел добиться власти на стуле Хокаге. В миссии должен был быть я, и новенький, но новенький не пришел. Тогда я накинулся на Господина Хирузена, однако вместо него явился новенький. Техника перевоплощения. Он атаковал меня в ответ. Это было нашей первой встречей. Мне рассказали о сенпае через время. Описывали его как самого жестокого и кровожадного ниндзя, который даже своего друга убил, для удачного дела. В тот день он предал Данзо-дано и ушел из корня — палец Ямато вытянулся в тростинку и стал вилять по воде — Мне важно было отметить, как его описывали, потому что когда мы столкнулись снова, я обвинил его в смерти Рин. На что он закричал на меня, и повалил на землю. Тогда он мне сказал о том, что это было не намеренно, что он не хотел убивать, что его достало как все это обсуждают. Он пытался ее защитить, а это выставляют так, будто он зверь.       — Нам… Какаши-сенсей тоже говорил, что он убил ради миссии, но… — пара сапфиров ушло в сторону — Я не думал, что он он наврал нам, в надежде скрыть свои эмоции и чтобы он в наших глазах был зверем       — С временем он просто принял прозвище «Убийца Какаши», и решил, что если люди будут обходить его стороной, то ему будет легче выполнять долг перед деревней. Однажды он мне все поведал — палочка коснулась камушков внизу, начиная их разгребать в стороны — Рассказал о том, как хоронили его отца. Слышал о нем?       — Хм… — в голове возник образ бабули Чиё, которая накинулась когда-то на Хатаке, с криком «Белый Клык Конохи» — Прозвище его отца было Белый Клык Конохи. Он убил сына бабушки Чие, когда сражался с ним на войне. Он очень похож на Какаши-сенсея. Это все, что мне известно       — На одной миссии Белый Клык вместо завершения задания выбрал спасение друзей, но деревня отвернулась от него из-за того провала. В итоге он впал в депрессию. Какаши-сенпай рассказывал о том, как отец стал исчезать из его жизни, становясь лишь собственным призраком. В конце-концов однажды мир шиноби содрогнула новость о том, что легендарный воин, который был сильнее даже троицы саннинов, покончил жизнь самоубийством — камушек подпрыгнул под водой, пока палочка рылась в небольшой ямке — Сенпаю было меньше десяти тогда, когда он нашел труп отца и понял, что теперь он один. На похоронах все продолжали осуждать Сакумо-сана       — Точно как Саске. Наверное тогда он захотел мстить. Вот почему он стал таким жестоким? — пара колосков печально изогнулись       — Не-а, он просто стал отвергать любые мысли об отце и стал быть одержим правилами, ты разве не заметил, что он знает все наизусть? — Ямато бросил озадаченный взгляд на Наруто, в котором мелькнула эмоция осознания — Но и та одержимость пробыла не долго, по пьяни он мне взболтнул о том, как на его глазах его лучшего друга раздавило заживо, пока он спасал его. А с Рин и так все было ясно, он не хотел ее убивать и обещал тому другу, что защитит ее       — А! Вот! Вот почему Обито так сказал! «Потому что ты убил Рин»! — вскликнул усатый, подняв указательный палец, а потом задумчиво отклонился — Блин, ну, я бы наверное тоже на Саске злился, если бы он убил Сакуру-чан…       — Не знаю, я не застал их разговора тогда на войне — ответил джонин, тяжко вздыхая — В любом случае в то время сенпай мучался от кошмаров и обмороков из-за эмоционального шока, но значения тому не предавал. Особенно после гибели твоего отца. Четвертый Хокаге был ему учителем, он заботился о Какаши-сенпае. Иногда мне кажется, что в те времена он хотел наложить на себя руки, и специально выходил на самые опасные миссии. Все так думали, но сам он ничего не говорил. Лишь являлся изо дня в день на кладбище, шептал о своих грехах и сожалениях, приносил свои любимые цветы — белые лилии       — Я находил это странным, когда был моложе — ответил Наруто, нагибаясь ближе к воде, дабы выяснить что делает его бывший капитан — Со временем я просто принял эту его черту, и не расспрашивал об этом       — И зря, многое упускал. Какаши жил в тоске многие годы, хотя он мне однажды сказал, как я стал капитаном, что ваша команда 7 дала ему что-то особенное — из воды с плеском вынырнула веточка, доставшая в руки джинчурики округлый предмет — кто-то потерял искусственную хризантему в смоле       — Символ счастья и долголетия… — ухмыльнулся Узумаки, потирая шарик о штанину — а также власти и солнца, так рассказывал мне Ирука-сенсей       — Если бы вы учили историю получше… — заскрежетал зубами Ямато, вставая на ноги — вы бы знали о том, что хризантема так же символ смерти. Ее используют в похоронных ритуалах       — А? Правда? Не замечал как-то — Хокаге подвелся и почесал неловко затылок, припоминая все, что он видел — Выходит это цветок двух сторон. И счастье и горе…

      В ответ джонин лишь пожал плечами. Лепестки хризантемы растянулись по смоле изнутри, создавая очаровательный объемный узор. Рука прокрутила замысловатую блестяшку, позволяя лучам солнца переливаться и отражаться различными цветами. Счастье и долголетие, или скорбь и смерть? Думать об этом оказалось некогда, ибо внезапно рядом приземлился АНБУ

      — Господин Седьмой, вас срочно вызывают старейшины — молвил монотонный голос — они в ярости       — Я скоро буду — ответил резко Наруто — что же старикам на этот раз в голову взбрело?

      Ямато откланялся и исчез, а Наруто двинулся обратно в деревню, закинув камушек себе в карман. Хокаге миновал тропинки, что поросли в силу ненадобности. Травинки где-то были выше, где-то ниже и ярче, внизу также валялись и камушки. Минуя тропинку, Наруто вспоминал то, что ему рассказывали ранее, мол, раньше в змеиной реке вылавливали ядовитых змей, чтобы сделать антидоты из их яда. Когда-то, Сакура дала ему поручение выловить тут три змеи, и каждая его укусила: одна за щеку, вторая за бровь и третья за нос. Спасибо Ками, что он вообще добрался тогда до деревни. Никогда ранее кулак Сакуры не опускался на лицо блондина с такой силой, однако, опуская детали, змеи были выловлены успешно. Что по поводу реакции остальных: капитан Ямато ворчал; Сай говорил, что между ног Наруто не схватили, ибо не за что; Какаши-сенсей устало вздыхал, и пытался в очередной раз не дать своему кохаю идти и ругать блондина.

      Входя в деревню, непривычно для себя, голубоглазый обнаружал, что это уже давно не то скромное место, которым оно было ранее, да и даже название «деревня» Конохе теперь не подходит, скорее город, или мегаполис: поезда, телевизоры, магазины. Улицы были в постоянном движении, как муравейники, все потому что в нижней части Листа скопились магазины и разного рода места отдыха. Однако и времени этим любоваться не было, кажется, старик и старуха решили не пить себе спокойно чай на пенсии «и почему они все еще не отстранены?» думал Хокаге, будучи бессильным в этом вопросе.

      Здание Хокаге, один из кабинетов. Шикамару ждал у входа, от него несло тютюном — тот явно недавно курил. Без лишних слов, Нара впустил Узумаки внутрь, где смуглоликого встретила пара убеленных сединой давних образца ниндзя. В груди закаменело, когда мужчина присел перед ними.

      — Мне донесли, что вы ждали — начал Наруто, сложив руки в замок — Что случилось?       — Ты играешь с огнем, Седьмой Хокаге — начала Кохару — Где тебя носит уже несколько суток? Тебя не видно на посту Хокаге. Неужели надоело?       — У меня есть некоторое дело в больнице — Узумаки продемонстрировал папку, которую после отложил на диван — поэтому я вынужден покидать пост. Но все документы регулярно разбираются, в чем проблема?       — Проблема в приоритизации — ответил Хомура, поправив очки — Нам неизвестно какой такой пациент вызывает у тебя беспокойство, Седьмой, но кем бы он ни был, на первом месте у тебя должна быть деревня и долг перед ней       — Для Хокаге его деревня — семья. Поэтому любой больной, нуждающийся в поддержке, будучи в одиночестве, получит эту поддержку от меня — парировал джинчурики, хмурясь — Это уроки стариков Первого, Второго и Третьего. Неужели их слова для вас ничего не значат?       — Нет, мы никогда не были приверженцами таких инфантильных мечт. И ты инфантилен. В больницах много одиноких пациентов, ты не можешь уделять время каждому, значит среди них всех ты выбираешь конкретно одну личность, а сам прикрываешься, что помогаешь жителям. Видно этот человек не последнее лицо для тебя. Сними розовые очки. Концентрируясь на одном лице, ты рискуешь забыть о других, лис — руки старушки перемяли трость — от жизни одного не должна зависеть безопасность других. В случае утечки информации в четыре великие страны, что Хокаге прогуливает пол дня не на посту… это угрожает нам упадком репутации

      Вот одна из причин, по которой Шестой Хокаге скрывал свой недуг так долго, как мог. Люди будут беспокоится о нем. Он не последний человек в деревне, и его слабое положение попросту подвергнет Коноху опасности. Но в то же время, ситуация заставляла масочного оставаться один на один с болью, медленно угасая в одиночестве, чтобы не беспокоить других. «Черт, как же сложно!» сжался кулак голубоглазого. Аргументация старейшин была непробиваема. Наруто просто не мог больше так покидать пост, он Хокаге. Хриплый голос Кохару продолжил накалывать обстановку

      — Мечтая о статусе Хокаге, ты был обязан учесть, что теперь твоя жизнь не так легка и свободна, как ранее — седовласая прочистила горло — у тебя в арсенале имеются шиноби, которым ты можешь давать поручения. Тебе же предписано оставаться в кабинете в четко назначенное время. Если ты хочешь оставаться Хокаге и дальше, ты должен строго действовать графикам, никак иначе.       — Мы в любой момент можем подать на апелляцию на счет твоего статуса Хокаге, и тогда все рекомендации Шестого будут обесценены — молвил Митокадо — Если ты не способен расставлять приоритеты, ты не способен быть Хокаге, и соответственно ты погубишь весь Лист. Такого нельзя допускать. Думаешь, спас мир Шиноби, и теперь тебе все позволено?       — Простите… — треснул под словами Хокаге, прикрыв глаза

      Спина правителя медленно согнулась под грузом слов, что казались правдой. Он не мог перечить, он действительно обязан. Но и учителя бросить он не может, ведь сейчас у Хатаке единственная поддержка — это его белокурый ученик. Выходит, статус его мечты может лишить его возможности помочь близким. Статус Хокаге или учитель? Вопросы мучительно забивали ум сидящего, пока сзади него не донесся сжатый знакомый голос

      — Думаете, если прожили больше восьмидесяти, вы можете тут каждого упрекать? — резко заявил Шикамару, и вздохнул — Позвольте выразить пару слов       — Какая наглость — нахмурилась Кохару, но была остановлена иссохшей рукой Хомуры — Ладно, говори, Шикамару-кун       — Начнем с того что вы не просто прошлое поколение, а позапрошлое. Времена постоянных войн и неконтролируемой ситуации прошли более десяти лет назад, если вы все еще не заметили. Шестой Хокаге, в купе с альянсом Шиноби, обеспечил высший уровень безопасности, которого он мог достичь, и единственная большая проблема — бандитские группировки, и те, более распространены в Скрытом Тумане. — рука Нары жестикулировала в потоке слов — Наруто удачно поддерживает спокойствие и мир, развивает торговлю и налаживает коммуникации. Позавчера он закончил все важные бумаги и остались те, которые касаются торговых предложений и малых компаний, которые желают развиваться в нашей деревне.       — Ты хочешь сказать, что мы не правы, на счет его непунктуальности? — спокойно спросил Хомура       — Я хочу сказать, что вы мыслите узко. В данный период времени нет необходимости постоянно находиться на посту, нет военного положения, как во времена Госпожи Цунаде — темноволосый нахмурился, и продолжил — А это значит, что все ваши упреки притянуты за уши. Всем давно известно то, как вы относитесь к Наруто, ибо он джинчурики. Поэтому, вы изначально негативно настроены к нему, и по умолчанию имеете к нему претензии, банально за то, что он дышит, и разве я не прав? Ваши советы в данный период времени уже не актуальны. Хотя, конечно, график важен, но не критичен. И не ваше это дело, к кому и почему Наруто ходит в больницу, ясно?       — А если мы потребуем информацию? — возникла старуха, сложив руки на груди — Что это за тайны такие?       — А если потребуете, будете иметь дело с Госпожой Пятой Хокаге — холодно ответил Шикамару, пока его взгляд утопал в тени — Вы прекрасно знаете, что она за человек. Я предлагаю компромисс, дабы не создавать лишнего геморроя

      Старейшины застигнуты врасплох такой пассивной агрессией правой руки Хокаге. Его будто совершенно невозможно увидеть в таком состоянии, если исключать сражения, и возможно этот диалог был его битвой за права своего друга. Гений Листа знал, какими фигурами двигать. В диалоговой схватке Шикамару ничуть не хуже стратегией, чем в настоящем бою. Он аргументировал и не оставил врагу выбора, так же как поступили они. Теперь, если они откажутся от компромисса, это создаст проблемы для всех. Обмен взглядами дал им общее решение — они выслушают мужчину. Бородач продолжил свою речь

      — Смена Наруто начинается с 8:00 и заканчивается в 20:00, я уже молчу о том, что он чаще всего остается вплоть до поздней ночи. Его часы в день составляют 12 часов. У него в кармане будет неделя, чтобы решить вопрос в больнице — его палец указал на папку — В течении этой недели его график будет сокращен на 4 часа. Таким образом на работу он будет приходить в 10:00 и уходить он будет в 18:00. Время сократится до 8ми часов в день.

            Наруто поднял взгляд на Шикамару, будучи на вид спасенным от поражения. Неделя. Именно в промежутке недели хранится надежда на спасение бывшего Хокаге, Наруто будет достаточно этого времени, хотя это и вызывает у него дрожь в пальцах. Каждая минута без сознания учителя казалась ему мраком и мучением. Благо теперь и его статус в безопасности и времени на поддержку больного стало больше. Все благодаря его верному другу. Шикамару всегда становился на сторону джинчурики, когда дело казалось защиты его интересов, еще с времен академии. Нара пользовался интеллектом, и сворачивал так, чтобы ситуация была ему выгодна, но в этот раз он был даже зол. Все из-за их неуважения к переживаниям за близкого. Вот что раздражало узкоглазого.

      Кивки старейшин наконец-то поставили жирную точку в этой распри

      — Мы приняли решение — Хомура снял очки и протер — Наруто отводится неделя на решение проблем, если этого не происходит, нам придется поднять на уши высшее правительство       — Не беспокойтесь об этом — отрезал Шикамару, взяв папку и воротник Наруто — Мы уходим. Спасибо за сотрудничество

      Щелчок двери, тяжелый вздох, рука зачесала в пучок выбившуюся наружу прядь волос. Смуглоликий стоял в тишине, наблюдая за другом, и совершенно не зная как отблагодарить его за то, что дал такой достойный отпор двум дряхлым ветвям прошлого. Взгляд упал на папку, потом на усталые мешки под глазами темноволосого. Коридор слабо освещался, они стояли в полумраке, но черты лица были вполне различимы, благодаря дальней лампе в коридоре

      — Шикамару, спасибо тебе, даттебайо — дрогнул голос блондина, когда он неловко улыбнулся — Я был почти побежден       — Не понимаю куда делась твоя дерзость, Наруто — ответил советник — Почему ты так прогнулся под их словами?       — Мне показалось, что они говорят правду, и я не знал как ответить — рука неловко почесала затылок       — Они были бы правы, если бы этот диалог состоялся лет 20 назад — силуэт направился вперед по коридору — Но сейчас все из аргументы не актуальны, тем более по отношению к трудоголику, который круглыми сутками сидит за бумагами вместо сна. С ними нельзя разговаривать уступчиво, Наруто. Они ниндзя первых войн Шиноби. Или они тебя, или ты их

      Взгляд сапфиров перетек к полу, когда Хокаге направился за Шикамару. Тени тянулись за ними, и словно поглощали всю оставшуюся энергию из обоих мужчин. По дороге миновали шиноби, которые служили в здании, и возились с бумагами. Каждый кланялся и улыбался, будучи рад видеть сияние деревни. Наруто же в свою очередь едва ли мог ответить взаимной улыбкой. За весь день он почти ничего не ел, его статус под угрозой, учитель в коме, сын все еще зол на него. Все, казалось, шло против сына Четвертого. Вдруг живот запел серенаду, и это заставило узкоглазого засмеяться

      — Я знаю, что тебе стоит отнести папку пораньше, но сперва тебе нужно поесть — молвил с ухмылкой Нара — Может в Ичираку? Сегодня я угощаю       — Ох, ты читаешь мои мысли, даттебайо — волнистым тембром ответил вялый, и уже никак не смуглый, мужчина — Спасибо, Шикамару, так бы и ходил голодным

      И снова улица. Снова неизвестные лица. Темнеющие переулки, теплого оттенка столбы, что совсем не теплили, сияние телевизоров и магазинчиков, которые переливались на лице у Седьмого Хокаге. И кажется ничего такого пёстрого его совсем не радовало, даже внимания не привлекало. Он ступал следом за товарищем, который оказался путеводительным светом в этой огромной груде пустых силуэтов, которые не могли дать ответа ни на один неопределенный вопрос от Узумаки. Одиночество своего положения пробирала его по позвоночнику. Это было бременем, которым он просто так поделиться не мог, да и нельзя было. Благо у Наруто есть Шикамару — единственный, кто знает больше всех сейчас, хотя и не способен забрать его боль.

      Обновленный Ичираку отличался от забегаловки прошлого: двери, новые столешницы, стулья, дизайн в красно-черных тонах. Аяме, так звали дочь главного повара прошлого, искусно выбирала дизайн: четкие фигуры и немного растений, а вместо белого освещения теплое желтоватое. Леди с течением времени практически не изменилась, хотя ей и было что-то около тридцати пяти. По наследству раменная передалась именно ей, ибо Теучи давно ушел отдыхать на пенсию. Старик обучил ее всему тому, что знал сам, да и она не промах — создала пару новых рецептов, которые первым испробовал, конечно, главный фанат лапши. Место, полное воспоминаний — вот, как еще можно описать Ичираку. Здесь завершались миссии и тренировки, происходили важные диалоги и нравоучения. В конце-концов тут начался путь ниндзя Седьмого Хокаге, чье лицо ныне украшает не только скалу, но и постер «Главный любитель рамена».

      Пройдя к прилавку, Наруто притянул стул под себя и сел, пытаясь в очередной раз найти в кармане подарок от раменщинка на свадьбу. Попутно он заговорил с Аяме

      — Эй, сестренка Аяме, как ты? — улыбнулся, с легкой фальшивкой, блондин — Как старик поживает?       — Здравствуйте, Господин Седьмой! — ярко запела леди — Все отлично! Отец на ночной рыбалке, он в порядке и прекрасно себя чувствует       — Вот как, ха-ха! — неловко захихикал Узумаки, так и не нащупав билетик — Как всегда, сестренка… только вот проблема, наверное мне придется заплатить       — Все же потеряли, а? — Аяме взялась руками за столешницу и заглянула поближе к гостю, пока их внезапно не перебил присевший рядом Нара       — Я знал об этом заранее, поэтому не зря сказал «Я угощаю» — локти легли на прилавок, а ладони подперли голову советника — Так что ему как обычно, а мне куриный с кукурузой, пожалуйста. Я заплачу

            Наруто рассмеялся, смущенно потирая свое лицо, однако в купе с шумом он затих. Вечерело, люди шли по своим домам, веселились с своими семьями, подростки же гуляли и хохотали. Те, у кого семьи не было, проводили время с друзьями. И у многих уже заканчивалась смена, соответственно, многие шли домой. Что на счет Наруто? Сперва ему стоит зайти к сенсею, проверить как он, поговорить с ним, ведь это должно ему помочь. Хоть как-то. Папку надо донести Пятой, и понадеется что лекарство будет найдено. Дома его ждет жена, и дети, которые с каждым днем отстраняются от него все больше. В то же время, с завтрашнего дня надо наладить график, ибо статус Седьмого, за который он так боролся, был под угрозой из-за двух ворчунов. И ведь это он во всем был виноват, по крайней мере он так думал. Это он приходит домой так поздно, что его дома и нет вовсе. Это он пропускает графики и работу. Это он сейчас не с учителем, когда тому плохо, а в раменной, весело общается с окружающими, хохочет вместе с ними. Как не осуждать себя за любые действия в данной ситуации его никто не научил.

      Тарелка горячей порции явилась перед блондином. Он взял палочки, и стал перебирать лапшу, все еще померкнув в мыслях и тишине. Шикамару видел это с стороны: лицо его друга явно было омрачено тенью. Что он еще мог сделать в данной ситуации? Сам Узумаки не может тратить время на то, чтобы ходить по деревне, в свою очередь, Нара мел связи и время.

      — Ты в порядке? — бородач наклонился к смуглоликому — Задумался?       — Да, немного — тихо ответил голубоглазый под общий шум окружения — Не знаю что мне делать с той ситуацией       — В таких случаях принято приносить цветы — Шикамару сунул свою лапшу себе в рот — Я могу позаботиться об этом. Только скажи какие цветы брать       — Белые лилии — припомнил, кивая, Наруто — мне теперь так неловко перед тобой, Шикамару       — Все в порядке. Ты все еще можешь что-то изменить, в отличии от меня — молвил мужчина, ускоряясь в еде — и пока я могу помочь тебе, а также тому, кто однажды помог мне, я буду действовать       

***

      С момента приема пищи минуло около тридцати минут, когда плащ бежевого оттенка развивался вслед за идущего в развалку Нарой. За ним также тянулся и дымчатый хвостик, в котором заточены все его мысли: положение весьма шаткое. Что делать, если Наруто впадет в депрессию? Жизнь не позволит нам оставаться детьми и плакать слишком долго, у Узумаки не будет времени на такой тотальный отдых и размышление, как это было в случае самого Шикамару, когда не стало Ассумы. Он цокнул, и буркнул «Геморр», после чего потушенный бычок был сброшен и затоптан. Двери цветочного прилавка «Цветы Яманака» открылись. Теплый свет ударил в противовес синей уличной атмосфере. Из визуального холода советник перешел в теплоту.

      — Ино, рад тебя видеть сегодня — поднял с приветствием руку мужчина — Я хотел бы у тебя цветы купить       — О-о, Шикамару! Как твои делишки? — засияла блондинка, и облокотила подбородок на руку с ухмылкой — опять Темари балуешь?       — Нет, в этот раз меня попросили — рука нырнула в карман, доставая кошелек — заверни мне букет белых лилий       — Букет белых лилий… символ чистоты и невинности, а на могиле символизируют чистоту юной души — она обернулась к другу спиной, в поисках лент, заверток, а так же припоминая где стоят цветы — для Какаши-сенсея что-ли?

      У Шикамару сперло дыхание, он застыл и распахнул глаза. Почему она подумала о нем? Он рискует раскрыть секретную информацию

      — С… С чего ты взяла, что ему? — наиграл спокойствие темноволосый — Разве это так очевидно?       — Так вышло, что Какаши-сенсей покупает эти цветы чаще, чем все жители Конохи — она направилась к вазе с цветами, и стала выбирать самые свежие — и это его любимые цветы, вот я и подумала

      «Надо же, чтобы так вышло, что именно эти цветы покупал только Какаши-сенсей…» ворчал в мыслях Нара, прочистив горло «Не везет же мне на спокойные деньки, на что я вообще подписался?»

      — Не знаю для кого, просто попросили, я решил помочь — пожал плечами узкоглазый — Может сюрприз человек хочет сделать       — С каких пор ты такой добродетель? — посмеялась зеленоглазая, заворачивая цветы в белый целлофан и перевязывая лентой — Или какие-то сплетни скрываешь?       — Не важно. Будет нужно, и ты узнаешь — вздохнул он, оставив деньги за растения, и забрав букет — не нагружай меня вопросами, пожалуйста       — Вечно ты такой хам, когда устаешь, хм! — в шутку обиделась Яманака, а после улыбнулась и помахала рукой — Ну ладно, бывай, Шикамару! Заходи еще!

      С «угу» он покинул магазин, как выжатый лимон, направляясь к госпиталю по теням деревни. «Почему не хризантемы или там… ромашки?! Почему именно лилии?! Черт тебя дери, я надеюсь, что мне заплатят за все это веселье пачкой сигарет» бухтел советник Седьмого, когда его лицо мелькало под лучами фонарей. Пробирался мужчина по темным и узким закаулкам, скрытно от бурной жизни деревни, дабы не привлекать лишнего внимания. Раз такие цветы присущи чаще всего по отношению к Шестому Хокаге, то у людей возникнут вопросы, чего Шикамару не хотел от слова вообще. Вот бы был день, когда все люди на планете не разговаривали друг с другом. Но и это проблематично — пришлось бы строить планы на любые диалоги.

      Больница. Это место стало куда мрачнее за последние дни. Оно полно ожиданий и неопределенности, которые Наруто Узумаки терпеть не мог. В дали от шума, здесь, было слышно кусты и то, как птицы доедали остатки лакомств с земли. Наконец-то за спиной мужчины, смотрящего на здание, зашуршали цветы

      — Белые Лилии, как и договаривались — сказал Шикамару, протянув в руки друга букет — Добыть их было тем еще заданием. Оказывается Какаши-сенсей единственный чаще всех покупает эти цветы       — Спасибо тебе большое, Шикамару — устало ухмыльнулся в ответ блондин, сщурив сонные глаза — Я твой должник, даттебайо       — Верно, должник — он сложил руки на груди — Я жду пачку сигарет взамен на такие развлечения       — Ха-ха, ладно тебе — неловко заерзал смуглоликий — Ты можешь взять с моих сбережений в кабинете Хокаге       — Спасибо — вздохнул в ответ узкоглазый — мне пора возвращаться домой к семье, я обещал сыну потренироваться с ним сегодня. Пусть Шестой выздоравливает. И ты постарайся поспать, идиот. Скоро загонишь себя так, и на ходу спать будешь

      Наруто в свою очередь кивнул и зашел в больницу. Снова: темные; одинокие; холодные коридоры, которые ближе к тени отливали зелеными оттенками. Шаг за шагом сердце било все сильнее, и он требовал от себя спокойствия даже в такой ситуации. Папка уже у внучки Первого, так что все что ему оставалось — просто навестить сенсея. Рука отодвинула дверь, и он сделал шаг внутрь. Эта статичность его напрягала, хотя и привыкнуть к такому количеству деталей в виде проводков, чисел и измерений он не успел. Узумаки выпятил грудь, набравшись уверенности из вдоха.

      — Здравствуй, Какаши-сенсей! Это я, Наруто — молвил он, приблизившись к вазе — Я надеюсь вы хорошо себя чувствуете, не смотря на кому       -…       — Сегодня был очень до-о-олгий и нудный день — руки стали поправлять лепестки лилий — столько предложений о сотрудничестве я еще не видел! А еще, представляете, хах, Боруто опять натворил бед. Вчера он разрисовал скалы, сегодня случайно сжег сувенирную лавку. Ну, я его конечно отругал, даттебайо!       -… — ответом Наруто не выступало ничего, кроме хриплого дыхания в маске ИВЛ       — Да… — неловко замолчал он, садясь рядом — Я попросил цветы для вас, ваши любимые белые лилии. Вам же они очень нравятся, да?       -…       — И вам не стоит переживать, я договорился с старейшинами о своем графике — смуглая теплая рука коснулась практически белой и холодной — Шикамару мне очень помогает, я не один… наверное. Но я справлюсь, даттебайо!       -…       — Непривычно, когда вы так молчите, но я все еще рядом — Узумаки сжал руку, видя что его пульс все еще резкий и быстрый, как для сна. Шизуне предупреждала об этом — Может быть вы видите кошмар, но он закончится однажды…       -…       — Я дорожу вами, сенсей… — затих голос гостя — и мне жаль, но сегодня я обманул капитана Ямато ради того, чтобы узнать о вас побольше       -…       — Вы не обязаны и дальше проходить через все в одиночку — продолжил мужчина — Я с вами. Я уверен, что когда Саске и Сакура-чан узнают, они тоже будут рядом. Вы сильны, но вы не должны проходить через такое в пустоте       -… — Не смотря на тишину, пульс стал постепенно возвращаться к норме       — Я понимаю, что нам будет больно, но вы справитесь, и мы тоже. Однажды вы и сами сказали «Только товарищи помогут заполнить пустоту в душе», не так ли? — он ухмыльнулся — Не сдавайтесь. Вы обязательно проснетесь, я в это верю       -…       — Я вернусь еще завтра утром, сенсей — блондин подвелся на ноги — выздоравливайте скорее!

      Тишина сверлила душу, диалог с «мертвецом» заставлял Наруто ощутить странное чувство в груди. Будто и слова не складывались как нужно, и сказать было нечего. Нужно придумать что-то по лучше, однако в голове отвратительный туман. Последние события накапливались в нем все больше и больше, и кажется сил с этим всем бороться становилось все меньше, что было ему кошмарным. Холод с стен заползал по ногам вверх и захватывал щеки своими склизкими щупальцами. Коридоры и улицы будто исчезали для Наруто. Они были лишь локациями между пунктами назначения — пустые пространства. Особенно сильно это осязалось в больнице, ведь людей в данном отделении в это время нету. Имело ли смысл все то, что делал Узумаки? Слышал ли его на самом деле учитель? Или все бесполезно?

***

      Щелчок двери. Теплое освещение. Тишина… кажется детей нету дома. Из-за проема двери выглянули сначала небрежно торчащие волосы, а потом уже сам Наруто с потухшими серыми глазами. Хината обернулась на супруга, взглядом спрашивая о дрянном настроении. Откинутая обувь застучала по полу. Перегруженный мужчина медленно подплыл к Хьюге и его пальцы неловко коснулись ее руки

      — Я не могу тебе сказать… — признался он с печалью — Но я хочу попросить тебя побыть со мной сегодня. Ты мне очень нужна, Хината       — Конечно, не переживай. Боруто и Химавари решили сегодня побыть у дедушки, так что их сутки не будет дома — ее рука легла на макушку возлюбленного — ты опять разбит...       — Я не знаю, Хината — с сжатым голосом ответил мужчина, когда на слезы невольно стали наворачиваться слезы — и я не знаю, почему у меня сейчас слезы на глазах       — Ты всегда брал на себя слишком много, Наруто-кун — тихо, с лаской, прошептала она, и потянула его к дивану, дабы посадить с собой рядом — У твоей души накопилось море боли, и теперь оно выходит слезами       — Я столкнулся с тем, с чем никогда не сталкивался, и чего я больше всего ненавижу — через зубы процедил Узумаки, прикрывая глаза и позволяя слезам выйти — Я чувствую себя слабаком       — А мне кажется ты самый сильный. Именно твоя уверенность в себе сделала меня такой — с легкой улыбкой сказала Хьюга — милый, слезы не делают тебя слабым. Это делает твою жизнь полноценной. Печаль это часть большого пазла эмоций. Без этой детали картина не полная, понимаешь?       — Ты всегда такая умная, когда дело касается эмоций — его нос уткнулся ей в плече, а руки обвили ее талию — Я люблю тебя, Хината

      Следующие 10 минут возлюбленные провели в тишине, пока соленые реки медленно стекали и с временем сохли на щеках джинчурики. Выход эмоций помог ему набраться сил и захихикать снова, находя свое поведение смущающим и неуместным. В ответ темноволосая его утешила, и предложила пройти к столу. Аромат вкуснейшего кейсеки разносился по кухне

      — Оа! Хината, ты волшебница! — обомлел голубоглазый, пуская голодную слюнку — прямо как в дорогих гостиницах, даттебайо!

            Девушка захихикала, раскраснелась и прикрыла лицо рукой, садясь за стол. Она взяла палочки, и первый кусочек сунула в рот Наруто, ибо тот, кажется, был так шокирован, что завис. Это вызвало громкий хохот с стороны усатого, но он с удовольствием принял ухаживание своей жены. Отличное завершение такого утомляющего дня, и ее бьякуган уже много лет заставлял Седьмого Хокаге чувствовать себя непринужденно, что бы не происходило.

      Даже если эта ночь будет такой же мысленно тяжелой, как и предыдущие. Даже если уснуть выйдет только ближе к пяти утра.