Глава 14. Магическое правосудие

Стоит ли говорить, что следующим утром Гарри встал совершенно разбитый. За завтраком он вернул миссис Дурсль конверты, поблагодарив её за то, что она позволила ему прочитать эти письма. Я не знал, стоит ли мне лезть к нему в душу, Герми тоже помалкивала. Сегодня Бинки привёл её раньше, она бы вообще осталась вчера у нас, но по утрам созванивалась с родителями, так что ночевать ей пришлось дома. На занятии по окклюменции Гарри никак не мог сосредоточиться, с первой же ментальной атаки поделившись со Снейпом событиями вчерашнего вечера. Снейп вздохнул и не слишком радостно прокомментировал увиденное: — Теперь, мистер Поттер, вы должны тренироваться ещё усерднее. Я очень сомневаюсь, что Альбусу понравится ваша осведомлённость относительно пророчества и Ордена. Вас, мисс Грейнджер, это тоже касается. — Я даже не знаю, сэр, — задумчиво проговорила Герми, она всё утро пребывала где-то глубоко в себе, что-то тщательно обдумывая. — То есть я, конечно же, буду стараться, но... может, вы проверите мои мысли? Мне кажется, что я нашла интересный способ защиты. Снейп удивлённо уставился на неё, а в его взгляде появилась заинтересованность. — Легилименс, — произнёс он. Герми смело встретила его взгляд. Через несколько мгновений глаза Снейпа расширились, он затряс головой, опуская палочку и разрывая зрительный контакт. Я посмотрел на Герми, она выглядела довольной. — Это... — начал было Снейп, но замолчал, подбирая слова. — Это довольно действенная техника, мисс Грейнджер. Не знаю, нашли ли вы её в книгах или додумались самостоятельно, но... это работает. По крайней мере, пока вы сохраняете концентрацию, как, впрочем, и любая другая техника. У мистера Поттера сейчас как раз проблемы с концентрацией, но у вас, как я вижу, с этим проблем нет. Снейп замолчал, и я снова посмотрел на него. Выглядел он мрачно и даже несколько побледнел, хотя здоровым цветом лица не отличался и ранее. — Я буду прокачивать концентрацию, — пообещала Герми, после чего хихикнула и пояснила: — Знаете, как в видеоиграх. — Я рад, что вас это веселит, — серьёзно ответил Снейп, вглядываясь в её лицо. — Тренируйтесь. Пока, я думаю, это действительно самый подходящий вариант защиты для вас, но если вы почувствуете, что это тянет вас на дно... — он рассеянно замолчал. — Я обязательно посоветуюсь с вами, сэр, — почтительно ответила Герми. — Хорошо, — Снейп ещё раз тряхнул головой и резко повернулся к Гарри. — Легилименс, — в этот раз он ковырялся в его воспоминаниях всего несколько мгновений. — Плохо, мистер Поттер, очень плохо, но я понимаю ваше состояние. Будет лучше, если сегодня мы займёмся теорией, а с практикой пару дней повременим. Мы с Гарри уставились на него одинаково недоверчиво, но поразмыслив немного, я пришёл к выводу, что в данном случае Снейп печётся не столько о Гарри, сколько о себе. Ведь он сам говорил, что они были дружны с Лили Эванс. Вероятно, ему причиняет боль то, что он видит сейчас в воспоминаниях Гарри, в письмах Лили к сестре. Если, конечно, я не переоцениваю чувствительность Снейпа. — Спасибо, сэр, — наконец выдавил из себя Гарри. Остаток занятия прошёл мирно, Снейп действительно сдержал своё обещание и больше к Гарри в голову не лез. В четверть двенадцатого он откланялся, и мы наконец смогли расслабиться. Честно говоря, я как-то уже отвык от его присутствия. Не то чтобы он меня напрягал, но в компании той же миссис Дурсль я чувствовал себя более раскованно. — А какую технику ты использовала? — поинтересовался Гарри, когда мы спустились на кухню в поисках чего-нибудь подкрепиться. — Технику фиксации, — Герми поморщилась, словно ей не особенно хотелось об этом говорить. — Я показала ему то, что мне удаётся зафиксировать лучше всего. Это как поддельные мысли, поработанные до совершенства фальшивые образы, в которые ты и сам начинаешь постепенно верить… только в моём случае оно настоящее. Я показала ему темноту. Чаще всего мне не нужно даже концентрироваться, чтобы продолжать её видеть, скорее уж наоборот. Гарри помрачнел, а я вздохнул, не зная, что сказать. Вот уж действительно «полезное» воспоминание, ничего не скажешь. Герми бы стоило забыть всё как можно быстрее, но она решила использовать воспоминания для защиты сознания. И, судя по всему, даже Снейп счёл это хорошей идеей, хоть на мой взгляд идея откровенно паршивая. — Может, у тебя тоже есть какое-то похожее воспоминание, которое ты можешь использовать для фиксации? — Герми поставила чайник на плиту и повернулась к Гарри. — Что-то, что заставляет тебя чувствовать эмоции, заглушающие всё, все остальные мысли в твоей голове. Гарри на мгновение задумался, но потом отрицательно помотал головой. И, видит бог, я порадовался этому. *** Снейп не обманул: с тех пор он появлялся у нас каждое утро, а через пару недель и вовсе практически перестал покидать дом. Чего нельзя было сказать о Бинки, тот стал появляться ещё реже, видимо вверив нас Снейпу. За эти месяцы Гарри неплохо поднатаскался в окклюменции, а Герми и вовсе «срослась со своей защитой», как однажды одобрительно сказал Снейп. Мне казалось, что ему её способ защищаться тоже не особенно нравился, и всё же он был прагматиком. Помогает? Не особенно вредит? Отлично. Защиту Гарри ему всё ещё удавалось пробить без труда, но он утешал моего друга тем, что вздумай Тёмный лорд сунуться в его сознание на значительном расстоянии — ему ничего не светит. Глаза в глаза — другое дело, но хотя бы от атак на расстоянии Гарри был защищён. Впрочем, попыток Тёмный лорд не предпринимал, по крайней мере, Гарри ничего такого не чувствовал. Герми бывала у нас ежедневно, хоть на пару часиков, но заскакивала даже на выходных, когда её родители не уходили на работу. Она серьёзно взялась за магловские предметы и гоняла нас по ним даже усерднее, чем по магическим. Именно присутствие Герми лучше всего побуждало меня собрать мозги в кучу и взяться за учёбу, хотя новые знания и сами по себе являлись неплохим бонусом. Гарри, конечно, ворчал, но послушно грыз гранит магловской науки вместе с нами. От идеи стать аврором он так и не отказался, но всё же справедливо решил, что магловские предметы изучать будет не лишним. Я понятия не имел, как Герми планирует совмещать это всё в школе, поскольку в этом году нагрузка должна была значительно возрасти, шутки кончились. Конечно, многие новые предметы были необязательными, да и брать большинство из них Герми теперь не собиралась, хотя это, скорее всего, станет неожиданностью для той же Макгонагалл. Лето пролетело как-то незаметно, даже быстрее, чем прошлое. После месяца пребывания у Дурслей Гарри категорически отказался ехать в Хогвартс, чему мы с Герми очень обрадовались. С июля миссис Дурсль начала по выходным навещать мужа и сына, но всегда возвращалась неизменно расстроенной и какой-то уставшей. Мне было её откровенно жаль — не повезло женщине с семейством, хотя я и видел, что сына она любит вопреки всему. Рон на письма не отвечал всё лето, но Снейп немного успокоил Гарри новостью, что Уизли в полном составе, включая выздоравливающую Джинни, укатили в Египет к старшему сыну. Что-то они там выиграли в министерстве, но я не особо вслушивался, Гарри успокоился и ладно. Его день рождения мы отмечали с размахом, как и в прошлом году решив совместить все три празднования — Гарри, моё и Герми. У нас с Герми день рождения был в сентябре с разницей в пару дней, мы даже родились в один год. Но по понятным причинам праздновать в Хогвартсе я не мог, а даты рождения Малфоя до прошлого лета даже и не знал. Праздничный торт мы готовили вместе с миссис Дурсль. И даже официально приглашённый на празднование Снейп присутствовал, но по большей части пялился в газету или ворчал. Я почему-то надеялся, что у них с миссис Дурсль отношения наладятся, но общались они мало, соблюдая вынужденный нейтралитет. Ну Снейп хотя бы больше не пытался выводить её из себя, и на том спасибо. Признаться, раньше я считал прошлое лето идеальным, но к сентябрю окончательно понял, что это лето по всем пунктам переплюнуло прошлое. Миссис Дурсль относилась к нам с долей теплоты, которую я не ожидал получить от неё. Снейп хоть и не был заботливой наседкой, но в некотором смысле тоже заботился о нас. Порой я ловил себя на достаточно эгоистичной мысли: мне хотелось, чтобы Герми тоже жила с нами. Она, конечно, бывала у нас регулярно, но что-то не давало мне воспринимать её как члена своей семьи, хотя Гарри мною уже давно воспринимался только так и никак иначе. Да и Снейп с миссис Дурсль тоже, если так подумать. Надеюсь, последние никогда об этом не узнают, представляю себе реакцию Снейпа. Накануне возвращения в Хогвартс он вновь куда-то ненадолго смылся, а вернулся в дурном настроении, чего за последние недели с ним не случалось. Мне как-то даже стало не по себе, отвык я от этого. — Альбус считает, что нет причин забирать мистера Поттера сегодня. Он утверждает, что в этом году поезд будут охранять лучше, чем обычно, — сразу перешёл к делу Снейп, устраиваясь на своём привычном месте за кухонным столом. Я заметил на лице Гарри явное недоверие и вспомнил письмо Лили. Кого-то Дамблдор тогда защитить не смог, да и Поттеров эта его охрана в конечном итоге тоже не спасла. — Не то чтобы я ставлю под сомнение слова директора… — задумчиво проговорила Герми. — А я ставлю, — перебила её миссис Дурсль, на лице которой появилось уже хорошо знакомое мне упрямое выражение. Именно с таким выражением она обычно разговаривала по телефону с мужем, убеждая его, что «нет, не нужно возвращаться прямо сейчас», что «Дадлику лучше до конца лета побыть у Мардж», что «да, Вернон, эти психи, как ты говоришь, ведут себя прилично и в целом здесь всё хорошо». В такие моменты у миссис Дурсль неизменно портилось настроение, но отходила она тоже быстро, нам на радость, а если дома в это время была Герми, то и того быстрее. Они, на удивление, нашли общий язык. Миссис Дурсль даже помогала нам с магловскими предметами, изредка расстроено вздыхая и сетуя, что Дадли учиться не очень любит, даже домашнее задание проверять не даёт. — Я понимаю, — заговорил Снейп, вторгаясь в мои размышления. — Но Альбус настаивает, чтобы мистер Поттер поехал на поезде вместе со своими друзьями. — Не кажется ли вам это странным? — я попытался понять, что именно меня смущает больше всего, но получалось плохо. — Дамблдор ведь даже предлагал Гарри пораньше вернуться в Хогвартс этим летом, а теперь хочет, чтобы он ехал на поезде. Зачем? — Кажется, — признался Снейп. — Но в свои планы Альбус последнее время вообще мало кого посвящает, особенно в Хогвартсе. Добби утверждает, что домовики его практически не видят в школе. И эта охрана… Альбус как-то странно об этом упомянул. — А вы не можете читать его мысли? — я понимал, что всё не так просто, Дамблдор вроде как и сам не чурается ментальной магии, но не спросить не мог. — Могу, — Снейп поморщился, потом закатил глаза в ответ на мой удивлённый взгляд и добавил: — но не хочу. Он сразу заметит попытку и закроется, толку никакого, а доверие будет утрачено. Зачем мне нарываться без причины? Ну да, чего-то подобного я и ожидал. Жаль, конечно. Хотелось бы мне узнать, что происходит в голове у Дамблдора. — Сэр, а что не так с охраной? — полюбопытствовала Герми. — Мне показалось, вас что-то смущает… Снейп фыркнул в ответ на довольно сомнительную формулировку и вроде как немного расслабился, откидываясь на стуле. — Только ощущения, мисс Грейнджер, ничего более. Считайте — интуиция. Альбус вроде бы не сказал ничего такого, но… как-то странно он говорил, не могу объяснить. Насколько мне известно сейчас все его люди заняты, сомневаюсь, что он внезапно перекинет больше пары человек на защиту поезда, но пара человек — это капля в море. Тут что-то другое, — он замолк, погрузившись в свои мысли. — Кого-нибудь из беглецов удалось найти? Блэк нигде не всплывал? — внезапно подняла неудобную тему миссис Дурсль. Мы с Гарри пару раз пытались расспрашивать Снейпа о Блэке, но он довольно быстро дал нам понять, что разговаривать об этом не желает. Может быть, конечно, у него действительно не было никакой информации, но мне почему-то казалось, что отмалчивался он по какой-то другой причине. — Ни о чём таком я не слышал, — под требовательным взглядом миссис Дурсль Снейпу всё же пришлось заговорить. — Есть информация, что людям Тёмного лорда сейчас не до мистера Поттера, вряд ли они планируют нападение на поезд. А вот относительно второго вопроса… — он снова замолчал. — Если уж начал, говори, — одёрнула его миссис Дурсль. — Альбус полагает, что мистеру Поттеру в первую очередь стоит опасаться именно мести Блэка. Миссис Дурсль тяжело вздохнула, у неё на лице отчётливо читалось то, что она думала о директоре и всей этой истории с Блэком. — А это не так? — уцепился за возможность раскрутить интересующую его тему Гарри. Но Снейп ответить не успел, его прервало появление Бинки. — Оповещающие чары сработали, — не утруждая себя приветствием, бросил он, хватая за рукав Герми. Та понятливо отставила чашку, поднялась со стула, помахала нам рукой, и они исчезли. Снейп уныло сверлил взглядом то место, где они только что стояли, наверняка мечтал слиться вместе с ними. Бинки уже не раз вот так неожиданно забирал Герми, чаще всего это означало, что кто-то из её родителей пришёл домой раньше, так что мы не волновались за неё. — Я считаю, мистер Поттер, — заговорил Снейп, вновь обрывая мои размышления, — что опасаться вам однозначно стоит. В вашем положении лучше быть готовым к любым неожиданностям. Было видно, что этот расплывчатый ответ Гарри не устроил, но он молчал, хмурясь и сверля Снейпа подозрительным взглядом. — И нет, я не думаю, что Блэк сейчас с Тёмным лордом, — сдался тот, продолжая свою мысль. — И не считаю, что ему есть за что мстить именно вам. Но вы должны понимать, что Блэк просидел в Азкабане двенадцать лет. Азкабан меняет людей… особенно, если человек попал туда за чужие грехи. — Так ты думаешь, что Блэк невиновен? — теперь на лице миссис Дурсль читалось удовлетворение. — Хорошо, значит, хоть кто-то в этом вашем мире ещё не разучился мыслить здраво. — Всё ещё веришь суждениям Лили? — Снейп посмотрел на неё с интересом. — Всегда, — непреклонно ответила миссис Дурсль. — Всегда, — тихо повторил за ней Снейп, уставившись в свою чашку, но почти сразу же опомнился. — Вы вещи собрали? — он окинул нас с Гарри рассеянным взглядом. — Да, папенька! — не удержался я. Снейп вздрогнул и скорчил ещё более унылую физиономию, чем когда миссис Дурсль, забывшись, ставила перед ним чашку с какао. Хотя мне иногда казалось, что она делала это специально, чтобы насладиться его реакцией. Какао Снейп почему-то не переваривал. А зря, этот напиток у миссис Дурсль всегда получался восхитительно, да и в целом она готовила очень хорошо, за лето я многому у неё научился. — Идите, сделайте что-нибудь полезное, — не утруждая себя более конкретной формулировкой, пробормотал Снейп, заставляя Гарри застыть с поднятой чашкой и открытым ртом. — Давайте, давайте… Я понятливо ухватил Гарри за рукав и поднялся из-за стола. С четверть минуты он сверлил Снейпа взглядом, но всё же последовал моему примеру. Демонстративно топая по лестнице, мы поднялись на второй этаж и хлопнули дверью нашей комнаты, не входя в неё. После чего тихо, как мышки, спустились обратно и уселись на нижних ступеньках. Снейп даже не удосужился наложить чары от подслушивания, совсем расслабился за лето. — Что ты будешь делать, если Блэк заявится? — услышал я его задумчивый голос. — А есть предпосылки к этому? — уточнила миссис Дурсль, гремя посудой, видимо собирая её со стола. — Полагаю, Блэк, мягко говоря, не в себе, — не слишком уверенно ответил Снейп. — В его тупую башку вполне может закрасться такая мысль. — Всё ещё зол на него? На них всех? Снейп молчал, наверняка сверлил её своим фирменным взглядом. В конце концов, миссис Дурсль вздохнула и снова заговорила: — А что я могу сделать? Расскажу ему последние новости, поинтересуюсь, чего он от меня хочет... Что ещё я могу сделать? На некоторое время стало тихо, я уже испугался, что Снейп вспомнил о чарах, но звон посуды раздался вновь, словно миссис Дурсль поставила поднос в раковину. — Если он желает Гарри зла, то не сможет найти этот дом, — уверенно произнёс Снейп. — Вряд ли тебе и твоей семье что-то угрожает. Миссис Дурсль фыркнула, но если что-то и сказала, то её слова потонули в шипении полившейся в раковину воды. Я недовольно поморщился. Впрочем, мыть посуду миссис Дурсль, по всей видимости, не стала, шум воды прекратился достаточно быстро. — Как вообще получилось, что его посадили? — голос миссис Дурсль звучал недовольно. — Вы же маги, — последнее она чуть ли не выплюнула, как змея выплёвывает яд. — Если он невиновен, вы должны были понять это сразу. — В том-то и дело, что в данном случае всё… — Снейп на мгновение замолчал, потом продолжил: — абсолютно всё сработало против него. Сыворотка правды действует не на всех и не всегда, а с ментальной магией Блэки знакомы не понаслышке. Насколько мне известно, именно Блэк учил своих друзей окклюменции. Ни для кого не стало неожиданностью, что на допросе он оказался чист как младенец. — То есть его посадили потому, что он выглядел подозрительно невиновным? — обманчиво мягко поинтересовалась миссис Дурсль, мне даже не пришлось закрывать глаза, чтобы представить её разъярённое лицо в этот момент. — В живых не оставалось никого, кто бы мог подтвердить или опровергнуть информацию, полученную от Блэка. Этот план, о котором тебе писала Лили в своём последнем письме… — Снейп снова ненадолго замолчал, потом произнёс словно оправдываясь: — Я видел воспоминания Гарри о нём. Так вот, этот план, по словам Блэка, заключался в том, чтобы спрятаться, огородиться на время от всего мира, в том числе и от Ордена с Альбусом. В Ордене к этому времени действительно развелось слишком много крыс. Когда Поттеры уже закрылись чарами, Блэк пришёл к Альбусу и поставил его в известность. Тогда он утверждал, что хранителем тайны сделали именно его, поскольку он силён в ментальной магии. А потом, уже на суде, он клялся, что это была лишь уловка, отвлечение внимания, и что на самом деле хранителем стал Питер Петтигрю. — За убийство которого его и посадили, — едва слышно пробормотала миссис Дурсль. — Блэк сам загнал себя в ловушку, расправившись с настоящим предателем? — Он божился, что не убивал никого, в том числе и Петтигрю, но тогда мало кому верили на слово, ему вот не поверили. У меня тоже был нехилый шанс загреметь в Азкабан, если бы с Альбусом вдруг что-то случилось, ведь о моей истинной роли в той войне знали не многие. Но мы все хорошо понимали, на что шли. Уверен, Блэк тоже понимал и был готов к последствиям. Только это позволило бы ему не свихнуться в Азкабане. — Ты видел его после побега? Снейп не ответил. Через некоторое время вода снова полилась, видимо миссис Дурсль не стала ждать ответа. Когда она домыла посуду и выключила воду, Снейп всё же заговорил: — Понятия не имею, чего ожидать от Блэка в дальнейшем, но могу сказать, как повёл бы себя я на его месте. В первую очередь я не доверял бы никому, поскольку никто не мог бы доверять мне. — И что бы ты сделал? — Сбежал бы из страны. Но вряд ли Блэк так поступит, я думаю, он будет искать того, кто докажет его невиновность, — в голосе Снейпа звучала досада, словно его действительно волновала дальнейшая судьба Блэка. — Петтигрю? — уточнила миссис Дурсль. — Не исключено. Если всё это грандиозная подстава, то Петтигрю может быть ещё жив, — было видно, что Снейп сомневается в этом. — Альбус долго искал хоть что-то, что могло бы помочь оправдать Блэка, но не преуспел… — Если Блэк придёт ко мне, то я его выслушаю и посоветую найти тебя, — после недолгого молчания проговорила миссис Дурсль. — Больше я ничего не могу сделать. — Глупо будет с моей стороны надеяться, что ты пришлёшь мне сову после его визита? — Глупо. Как минимум потому, что у меня нет совы. И Вернон вряд ли обрадуется, если в доме появится птица. Но я помню ваш адрес в Коукворте. Ты всё ещё живёшь там? — Бываю иногда, — голос Снейпа выражал неприкрытое удивление. — У тебя хорошая память. — В случае необходимости я отправлю письмо магловской почтой. — Спасибо. Интуиция подсказывала, что больше ничего интересного мы не услышим. Поэтому я тихонько поднялся и поманил Гарри за собой. В нашу комнату мы вернулись ещё тише, чем спускались вниз. — Подслушивать плохо, — вполголоса заметил Гарри, осторожно прикрывая дверь за нами. — Но очень интересно, — ответил я, растягиваясь на кровати. — Да и если бы Снейп имел что-то против — он наложил бы чары, всегда так делает. Думаю, сейчас он просто не хотел обсуждать это с нами, потому и выгнал. — Может, ты и прав, — Гарри последовал моему примеру, развалившись на своей кровати. — Так грустно. Если Сириус и не виновен… даже я не могу ему доверять. — Мне кажется, Снейп верит в его невиновность, — не слишком уверенно заметил я. — Но ты прав, пока… пока что-то не произойдёт… — я замолчал, не зная, как закончить, да и надо ли, Гарри и так наверняка прекрасно меня понял. Всё это звучало так глупо и чертовски несправедливо. Почему человеку нужно доказывать свою невиновность, если его вина не доказана? Я довольно легко принял опасения Герми относительно магического мира, и вот теперь стал свидетелем того, чего она боялась. А сколько ещё таких Сириусов Блэков запихнули в Азкабан только потому, что некому было подтвердить их невиновность? Вот тебе и правосудие. — Знаешь, я, наверное, уже не хочу становиться аврором, — внезапно заговорил Гарри. — Ну слава богу, — вырвалось у меня. Гарри посмеялся над моей реакцией, но не особенно весело. — Значит, мне не показалось, что вы с Герми не одобряете эту идею, — заметил он. Я хмыкнул и повернулся на бок, встречая его взгляд. — Крайне, — проговорил я, весомо выделяя это слово интонацией, — крайне сомнительная идея. — Вот и я так вдруг внезапно подумал, — Гарри вздохнул и перевернулся на спину, уставившись в потолок. — Может, податься в библиотекари, — продолжил он, размышляя вслух. — В какую-нибудь магловскую библиотеку. — Из крайности в крайность, — прокомментировал я, вновь устраиваясь поудобнее. — У тебя ещё лет пять школы впереди, а там, глядишь, всё как-нибудь и утрясётся… само по себе. Стоит ли говорить, что я и сам в это не особенно верил.