Нападение

Прошло несколько месяцев нашего пребывания в параллельном Вестфелле. Софа хоть и сильно потолстела, сейчас уже было хорошо видно, что она беременна, животик был очень круглый, большой и сильно выпирал. Когда я её осматривал, мне вовсе казалось, что у них с Рафом могут быть близнецы. Но позже я всё-таки понял, что ребёнок внутри неё один, просто очень крупный. Так как Софа сама по себе крепкая и плотная, сильно тяжело ей вроде не было, но под вечер она сильно уставала, поэтому Раф таскал её на себе. Софочка всё крутилась рядом и старалась заботиться о двойнике. Мне кажется, так она понимает, что беременность у неё будет не слишком тяжёлой и сама себя успокаивает. Пару месяцев назад Софа с Рафом очень сильно разругались. Девушка хотела устроить праздник в честь рождения ребёнка, но другой я был против, потому что обстановка в королевстве нестабильна, и слишком подозрительное положение у границ. Мало ли, кто-то попробует навредить младенцу и им. Их ругань из спальни была слышна аж в обеденном зале, где были мы с Софочкой и культурно подкармливали друг друга вишней. Потом мы решили их как-то помирить. Опять. Раф разговаривать об этом не хотел, он просто высказал мне всё и тяжело плюхнулся за стол, взявшись за голову. Девочки в это время были в комнате. — Раф. — обратился я, сев возле него. — Не говори мне ничего. — Она просто беременна. — Да я знаю! — выкрикнул он, случайно ударившись локтем о стол. Шикнув и потирая руку он продолжил. — Я правда стараюсь не раздражать её лишний раз, но на кой хер этот праздник? Я очень… очень сильно боюсь её потерять. — он сбавил громкость голоса, смотря на обручальное кольцо. — Я права очень её люблю, почему она не хочет этого видеть? — Она сейчас о другом думает. О ребёнке, о том, как у неё спина болит, как в животе тянет, о перепадах настроения и токсикозе. — Да я вроде понимаю это… — он вздохнул и поднялся из-за стола. — Ладно, пойду к ней. Можешь пойти со мной? — Как скажешь. — пожал я плечами и пошёл за ним, проглотив вишенку. Мы тихо подошли к их покоям. Там дверь была не до конца закрыта, и в небольшую щель были видны девочки. Они сидели на кровати, Софа одной рукой обнимала пузечко, второй вытирала слёзки. Софочка обнимала её крыльями и гладила живот. — Я устала уже. — всхлипнула брюнетка, льня беременным животом к двойнику. — Он ещё и толкается постоянно, я не хочу больше! Я посмотрел на Рафа. Тот моргнул и замотал головой. Софа охнула и поджала губы. — Господи, да хватит так пинаться и толкать. — вздохнула она. — Ты нервничаешь, и он тоже. — Софочка поправила подушки и помогла Софе переползти и улечься на них. Придвинула вазочку с орехами в шоколаде, которая стояла на прикроватном столике. Брюнетка шмыгнула носом и взялась за них. — Ещё раз, что ты про Рафа говорила? — Что мне его жалко. Ребёнок всё время толкается и двигается, это немного неприятно, и когда Раф говорит, что не хочет праздник устраивать, это… это будто последняя капля. И я на него наорала. — Софа глубоко вздохнула, взяв живот руками. — Я знаю, что он беспокоится за нас. Троих. Но я так устала… мне хочется чего-то нового, радостного. Скажи, неужели я так много прошу? — Нет, не много. Знаешь, я думаю, лучше с праздником подождать. Может, к моменту рождения ребёнка у границ всё станет спокойно, и Рафаил всё-таки устроит тебе сюрприз. — улыбнулась Софочка. — Он же любит тебя. — Любит. И я его тоже. — Софа слабо улыбнулась в ответ, на секунду поджав губы и плотнее прижав к животу ладони. Вздохнула и положила голову на плечо двойника. — Сильно-сильно. За что ты своего любишь? — Я? Ну, Рафи несколько раз спасал мне жизнь, к тому же он очень добрый. — И такой красивый. — мечтательно вздохнула Софа. — Это даже не обсуждается. — хихикнула Софочка. — Раф такой высокий, умный, начитанный, сильный, он так красиво улыбается, и мне так нравится, когда он меня на руки берёт! Хотя я знаю, что тяжёлая. — Мне тоже нравится у него на ручках висеть. — улыбалась Софочка. — И ещё он так вкусно пахнет ванилью и булочками. Но это потому что дома он часто выпечку кушать любит. И он такой пухленький, мягонький, приятный, прямо как упитанный котик! Кормить и тискать! — Рафу больше нравится прикармливать меня. Не то, чтобы я против. Просто иногда немного неловко. — Ты можешь об этом с Рафи поговорить. Ему сперва тоже было неловко. — А потом? — А потом я ему животик помассировала, он преисполнился в своём сознании, и теперь он моя вечно голодная булочка с корицей. Любимая и милая. В этот момент или я, или Раф случайно тронули дверь и она скрипнула. Ну и девочки повернули к нам головы. Через три секунды паузы Раф подошёл к лежавшей на постели жене и крепко её поцеловал, гладя беременный живот. — Я люблю тебя. — тихо сказал он, обнимая её. — А о празднике… я что-нибудь придумаю. Только не нервничай, пожалуйста. Софа шмыгнула носом и обвила его шею руками. Я же подошёл к своей Софочке и наигранно насупился. — Как ты там меня назвала? — А подслушивать нехорошо. — улыбнулась Софа, приподнялась и чмокнула меня в щёку. — Я тебя накажу. — Это как? — Штрафной порцией блинчиков. Позже мы дружно сидели в обеденном зале. Но хоть в нашей семейке, как нас назвала Софа, и было всё нормально, в королевстве дела были так себе. В отличие от нашего мира, здешние София и Марианна не ладили, а ненавидели друг друга. И здесь Марианна тоже вышла за Алистера из Шинфелла, только теперь они собрали армию и собирались свергнуть Софу и Рафа. И убить. С одной стороны я могу их понять, местные мы убили Джолана, а с другой… одна беременна, второй места себе не находит, переживая за неё, как на них злиться? Да и вообще это не наш мир, мы встревать не собирались. До одного момента. Этим утром Софочка облетела земли вокруг столицы и вернулась. Она нашла меня и сказала: — Рафи, войска Марианны идут. Они будут здесь совсем скоро, делать что будем? — Мне кажется, надо помочь местным нам. К тому же, если Раф ещё может магией что-то сделать, Софа-то совсем беззащитна. — Я знаю. Скажи Рафу, а я придумаю, куда Софу деть. Я кивнул, чмокнул её в щёчку и пошёл за двойником. Нашёл я его в крипте. И когда я пересказал слова Софочки, он нахмурился. — Где они сейчас? — Вроде возле реки. — У нас часа три. Я сам всё сделаю, ты просто… И тут раздался крик. Он и я встрепенулись и кинулись на звук. В коридоре стояли две Софии, Софа опиралась спиной на стену, держась за живот, Софочка её придерживала и дула в личико. — Раф! — вопила Софа. — Рафи! — Что случилось? — метнулся к ним я. — Тебе больно? — добавил Раф. Она простонала и упёрлась лбом в Софочку. — Она рожает. — выпалила рыжая, придерживая двойника. Он опешил и замер. — Давай её. — я подошёл к ним и взял Софу на руки. От тяжести стрельнуло в спине. — Софа, Соф, чшш, дышим. — Убей меня. — взвизгнула она. — Раф! — Я здесь! — Раф пришёл в себя и подскочил к жене. — Я тут, что ты хочешь? — Застрели… как больно, господи! — Помоги ей! — кинулся он на меня. — Ты же целитель, сделай что-нибудь! — Не ори! — рявкнул я. — Займись войсками, а я ей. Софа… моя Софа, открой дверь спальни и вели служанкам принести воду и простыни. Она кивнула, поцеловала двойника в лоб и, выправив крылья, полетела за служанками, отперев мне спальню. Там я устроил Софу полулёжа и вытер её лоб. Взял за руку. — Софа, всё хорошо, ты не одна. Я помогу. — Раф… пусть придёт Раф… — стонала она. — Пожалуйста… — Он… он должен… — Впусти его. — взмолилась Софа и заплакала. — Я хочу к нему. Я вздохнул и магией втащил сюда Рафа. Поставил у изголовья кровати. — Стой тут с ней. — сказал я. Он опустился возле девушки и сжал её ладошку. — Моя маленькая, моя дорогая, моё солнышко. — говорил он ей. Софа хотела что-то сказать, но вскрикнула и прижала руку к животу. К тому времени вернулась Софочка со служанками. Я, если честно, очень не хотел тут быть. Я роды принимал один раз, когда только-только магией овладевал. Я надеялся, что больше не увижу, как из тела женщины вместе с ребёнком вылетает кровавый фарш. Фиг там. Воды у Софы отошли через какое-то время. И пока все над ней носились, одни из служанок робко дёрнула Рафа. Оказалось, войска Марианны были уже у стен города. Он должен был уйти. Софа умоляла его остаться. Он крепко поцеловал её в красную щёчку. — Я сейчас приду. Я дам пизды Марианне с её суками, и приду к тебе, дорогая. Хорошо? Я очень быстро. Она слабо кивнула и закричала. Раф ушёл, и тогда Софа оккупировала руку Софочки. Она плакала, стонала, кричала, перекатываясь по кровати и силясь лечь на живот, чтобы выдавить ребёнка. Ясное дело, ей этого сделать не давали ни я, ни Софочка. Тогда Софа стала просто метаться по кровати и угрожать, что если прямо сейчас я не вырежу из её живота ребёнка, она высосет из меня жизненные соки и надругается над моим трупом. В какой-то момент боль достигла пика. Она засветилась на секунду, и у неё появились рог и ушки. И глаза, и рог ярко загорелись. Софочка мне как-то объясняла, что так иногда бывает, когда магу кажется, что его жизнь в опасности. Это защитная реакция на боль. В такие моменты к нему нельзя прикоснуться. — Софа, убери это. — попросил я, смачивая ткань в тазе с водой. — Софа. Ты меня слышишь? — Соф. — к ней приблизилась Софочка, тоже призвав себе ушки, рог и крылья. Она коснулась её рога своим и её глаза тоже начали светиться. Ну офигеть теперь. Замок осаждают, Софа рожает, вторая Софа теперь в трансе, мне-то что делать? Тут от их рогов прошлась ударная волна, и свечение прекратилось. Софа снова стала перекатываться по кровати, вопя от боли. Я приблизился и несильно надавил ей на живот. — Чшш, тужься. Давай, умничка. — Убей меня. — навзрыд умоляла она. — Обязательно, давай ещё немного. Головка уже видна. В какой-то момент снова прошлась ударная волна. И в комнату ворвалось несколько солдат. Единственное, на что у меня хватило мозгов в ту секунду, это заслонить собой страдавшую Софу и подставиться под мечи. — Убить всех! — рявкнул один из солдат. — Беременную девку с её ублюдком тоже! — Нахуй пошли! — рявкнула Софочка, кинув в солдат тумбочкой. Одного она сбила с ног. Кто-то из солдат посмотрел на рожавшую Софу и ухмыльнулся. — Больно тебе, сука? Сейчас ещё хуже станет… И через секунду его голова отделилась от тела и упала на пол. И у всех солдат головы попадали на пол. В комнату вошёл перемазанный кровью Раф. — Суки. — шикнул он, раздавив одну из голов ногой. Он ушёл дальше, велев мне позаботиться о Софе и ни на что не отвлекаться. И через полчаса в комнате раздался плач младенца. Софа долго отходила от родов. Когда я омыл ребёнка и завернул в чистую простынь, она попросила дать ей его. Софочка к тому моменту умыла её и принесла еды и воды. Софа взяла младенца на руки и тяжело дыша заглянула под простынь. — Доченька? — устало улыбнулась она. — Поздравляю. — промямлила Софочка, разглядывая малыша. — Спасибо. Моя маленькая. — Софа поцеловала её в лобик и в щёчки. — Моя принцесса. Тем временем я плюхнулся в кресло и взялся за голову. Господи, если ты есть, пусть у моей Софы роды буду принимать не я. Мне нужен психотерапевт. Софочка села мне на колени, обняла мою голову и поцеловала в волосы. — Я тобой горжусь. — Я никогда не смогу забыть то, что видел. Уже два раза. — Соф, дай водички. — попросила Софа. Затем вернулся Раф. — Всё! Марианны больше нет, её войска тоже, любимая, мы победили… — он осёкся, увидев ребёнка. — Я тебя люблю. — тихо сказала она и откинулась на подушки. — Рафи, любимый, у нас девочка. Он кинулся к жене и обнимал её долго-долго. А Софочка и я жались друг к дружке отходили от всего этого долго-долго.