Глава 13. Бал господ

      Сильный порывистый ветер, пасмурное небо над головой и черные тучи, готовые в любой момент пролиться дождем на сырую землю – природа буквально кричала о том, что мир катится в небытие. Кто бы мог подумать, что на Небесах бывает так мрачно и холодно. Ни снега, ни льда, как на Дальнем Севере, лишь свирепый мороз, пробирающий до костей. Люди бы умерли здесь от переохлаждения, но бессмертные адаптировались к новым условиям существования. Им лишь требовалось больше концентрации, чтобы поддерживать температуру тела на необходимом уровне. И кто сказал, что армагеддон – это всегда огонь, зарево и адское пекло? Вот когда остынет последний труп, распластавшийся на промозглой земле, тогда и настанет конец. Но не будем о грустном! Лучше устроим бал и пригласим на нее смерть! Пусть спляшет под музыку Сен-Санса, прежде чем заключить нас в свои ледяные объятия.

***

      Анареида спешно перебирала весь свой гардероб в поисках подходящего платья. Чума сказала, что на званом вечере соберется высшее общество, поэтому выглядеть нужно было соответствующе. Однако по выражению ее лица нетрудно было догадаться, что имевшиеся варианты не удовлетворяли ее запросам.       Астарот уже пол часа терпеливо наблюдал за ее мучениями. Сам он давно был готов к выходу в свет и теперь валялся на диване, сминая черный шелковый костюм с белоснежной рубашкой. Шею стягивал бордовый галстук с мелким ромбовидным узором, вышитым черными нитками, который ангелочек заставила его на себя нацепить. Он терпеть не мог удавки, но Анареида сказала, что эта деталь великолепно дополнит его образ и с ней никто не спутает его с работником похоронного бюро. А еще она прикрепила к его рукавам запонки. Зачем? Он ведь не девочка, чтобы носить украшения. Хотя смотрится ничего. Наверняка Люцифер тоже такое наденет. Он тот еще павлин.       - Давай помогу, - не выдержав бесконечного ожидания, предложил Астарот.       - И с каких это пор ты у нас разбираешься в моде? – иронично бросила девушка.       - Я не разбираюсь, но раз ты все равно наряжаешься для меня, главное, чтоб мне нравилось, - уверенно произнес метис.       - А кто тебе сказал, что я наряжаюсь для тебя? – съязвила ангел.       - А для кого еще? Только не говори, что для Дино, - беззлобно ухмыльнулся мужчина.       - Например, для себя, - ответила она.       Однако Астарот продолжал настаивать на своем:       - Хорошо. Поскольку ты наряжаешься для нас обоих, будем решать вместе. Я твой самый верный и преданный господин и заслужил участвовать в выборе платья для своего ангелочка, - а затем задумчиво добавил: - Но мне было бы приятно, если бы ты надела что-нибудь специально для меня.       - Ладно, уговорил, - в очередной раз сдалась Анареида под напором своего хозяина и вывалила на кровать большую кучу вещей.       Стоит отдать метису должное: он мужественно выдержал это нелегкое испытание. Он сосредоточенно оценивал все варианты, которые предлагала ему девушка. Когда, наконец, после бесчисленных споров и примерок, идеальный образ был создан, он восхищенно обвел ангелочка глазами.       Ее рубинового цвета пышное платье из тафты с черной цветочной вышивкой, ажурным лифом и открытыми плечами смотрелось роскошно. В этом наряде она была похожа на дьяволицу. Дерзкая, страстная, обладавшая безграничной властью над мужчинами, которые непременно падут ниц, стоит ей только зайти в зал – настоящая кровавая королева, пронзавшая насквозь чужие сердца. Однако светлые длинные локоны, жемчужные крылья и прямой открытый взгляд резко контрастировали с этим образом, напоминая о том, что за ним скрывается нежная прекрасная лилия, с которой нужно обращаться очень бережно.       Астарот поднялся с дивана, подошел к Анареиде и, приобняв ее за плечи, прошептал на ушко: «Ты прекрасна». Она зарделась, опустила ресницы, тщетно стараясь скрыть волнение. Метис нежно провел пальцами по ее щеке и нагло продолжил ее смущать:       - Я бы тебя поцеловал, но боюсь смазать помаду.       Девушка сконфуженно убрала его руку от своего лица и отвернулась.       - Нам пора идти. Думаю, все уже собрались, - бросила она, глядя в сторону.       Мужчину позабавила ее реакция. «Так мило смущается», - улыбнулся он. Неожиданно его глаз зацепился за какую-то вещь. Он подошел к шкафу и достал оттуда меховую накидку.       - Наденешь?       - Ты что! – воскликнула ангел. – Я слишком люблю животных.       - Тогда откуда это у тебя? – спросил Астарот, с любопытством разглядывая диковинную пятнистую шкуру.       - Мне ее подарили, - отозвалась Анареида.       - Ничего себе! Это же мех крылатого снежного барса! Один такой зверь может загрызть с десяток бессмертных, - изумился метис.       Внезапно морщины на его лбу углубились, отчего до сих пор молодое лицо стало казаться более взрослым и угрюмым. «И кто же этот щедрый даритель? Неужели тот таинственный демон, от которого ни слуху, ни духу?» Его сознание старательно пропитывало скепсисом каждую мысль, связанную с бывшим его ангелочка. Наверно, все дело было в том, что слишком уж сильно она им восхищалась. Это было лишь однажды, после маскарада, когда они изрядно напились, но Астарот никак не мог заставить себя забыть ее слова:       «Никогда бы не поверила, что существуют такие идеальные мужчины, если бы лично не была знакома с одним из них. Внешность, характер, секс… Все самое лучшее в одном бессмертном».       Это был удар ниже пояса. Теперь метис был вынужден постоянно соперничать с загадочным мистером Безупречность, которого он ни разу в жизни не видел.       - Я бы сначала потрудился узнать, что тебе нравится, прежде чем что-то дарить, - пренебрежительно метнул Астарот, запирая в шкафу злосчастный мех.       Анареида взглянула на него с недоумением. «И с чего вдруг такая агрессия на пустом месте?» Но ответ быстро пришел на ум сам собой. Поняв, что ее хозяин, должно быть, подумал, что такие дорогие презенты девушки обычно получают от своих ухажеров, она звонко расхохоталась и проговорила:       - Эту накидку мне преподнес в дар вождь одного племени. И я надеваю ее в знак уважения только во время переговоров с ним.       Как же улучшается настроение, когда узнаешь, что тебе не придется сломя голову нестись в горы за шкурой крылатого чудища, чтобы доказать своей женщине, что ты ничем не хуже ее бывшего (а такая мысль уже промелькнула в голове метиса). После ее объяснения мужчина мигом приободрился.       - Какой важный у меня ангелочек! – весело воскликнул он, после чего по обыкновению галантно подал Анареиде руку и повел ее за собой.

***

      Бал проходил на отдельном острове в огромном великолепном зале. Высокие арки и готические колонны, украшенные лепниной и цветами, создавали атмосферу роскоши. Хрустальные подвески на люстрах, играя со светом, переливались всеми цветами радуги. Светлый мраморный пол был натерт до блеска, и в нем, словно в зеркале, отражались тени – все, что осталось от душ бессмертных. Облаченные в бальные платья и смокинги, эти тени кружились в безудержном танце, приветствуя свой конец.       «Прямо пир во время чумы», - вздрогнула Анареида, наблюдая за безжизненными лицами гостей, машинально исполнявших отточенные движения. Она невольно начала искать глазами хозяйку вечера. Та сидела за круглым столом в стороне от танцующих вместе с Мальбонте и еще двумя мужчинами. Ангел сразу же их узнала: воскресший Сатана VIII, отец Люцифера, и советник Торендо, предавший Цитадель и убивший Эрагона, собственной персоной.       «Какая интересная компания здесь собралась», - усмехнулась девушка. Вряд ли ее можно было чем-либо удивить, однако ей стало любопытно, что могло связывать бессмертных с такими разными характерами и целями? Возможно, общая дорога на пути к желаемому?       «Сейчас мы подойдем к ним поближе. Где моя любимая девочка?» Анареида начала высматривать в толпе Киру. Та резво бегала между столами. У некоторых из них она останавливалась, чтобы поговорить с гостями. Заметив ее, ангел сказала своему сопровождающему:       - Хочу поискать старых знакомых. Придумаешь, чем себя занять?       Тут Астарот обхватил ее за талию, придерживая, и наклонился к самому уху.       - Я не могу тебя отпустить: вдруг тебя кто-нибудь украдет? Ты слишком хороша в этом наряде, – с придыханием проговорил он.       - Будешь таким собственником - сама от тебя сбегу, - шутливо бросила девушка, поддразнивая его.       Метис аккуратно убрал с ее лица ниспадающую прядь, невесомо цепляя пальцами шею, и прошептал:       - Не сбежишь. Тебе нравится ощущать свою власть надо мной.       - Неужели я обладаю такой властью? – невинно захлопала глазами Анареида, изображая удивление. Она почувствовала, как господин усмехнулся, как его губы слегка коснулись чувствительной кожи, отчего по телу забегали мурашки.       - А ты до сих пор сомневаешься?       Он прижался к ангелочку всем телом и медленно провел ладонью вниз по ее руке. Она подалась назад, пытаясь отстраниться от его крепкого торса и своего возбуждения, но Астарот тут же притянул ее обратно к себе.       - Прекрати, - тихо проговорила она, стараясь усмирить свое бешеное сердце.       - Не могу. Ты слишком соблазнительная, - ласково произнес метис, глядя на нее сверху вниз. Его цепкий взгляд вынуждал девушку чувствовать себя неуютно, отчего ее щеки покрылись нежно-розовым румянцем. - Если я тебя отпущу, подаришь мне еще один поцелуй? – пленительно спросил он.       Влекомая внезапным душевым порывом, Анареида обняла его за шею и ответила чарующим голосом:       - Да, но только когда мы останемся с тобой наедине.       - Ради такого стоит потерпеть, - прошептал Астарот, касаясь губами ее оголенного плеча. Затем он разжал пальцы, выпуская ангелочка на свободу. Девушка улыбнулась.       - Увидимся позже, - сказала она и направилась к Кире, оставив своего хозяина предоставленным самому себе.       Анареида поймала девочку около стола, где сидел Кристофер. Тот щедро одаривал ее конфетами, приговаривая: «Держи, сладкого много не бывает», - а она радостно прятала их по карманам своего прелестного черного платьица.       - Кира, привет, - поздоровалась ангел, присаживаясь на корточки.       - Привет! – лучезарно улыбнулась та.       - Помнишь, ты обещала познакомить меня с гостями? Если ты не занята, представишь меня им?       Девочка радостно закивала.       - А где ты потеряла моего брата? – поинтересовался Кристофер.       - Как раз собиралась сказать, что тебе придется его развлекать, пока мы с Кирой заняты важными делами, - проговорила девушка, поднявшись на ноги.       - Ладно, но за тобой должок, - в шутку бросил метис.       - Хватит и того, что благодаря мне у тебя появилась личная жизнь.       - Эй! А вот это уже даже невежливо! – притворно возмутился тот.       - Сам напросился, - с усмешкой кинула Анареида, затем, подмигнув девочке, спросила: – Пошли?       Та подпрыгнула от нетерпения, схватила ее за руку и потащила за собой через толпу бессмертных. Кира решила начать с самых высокопоставленных гостей, которые сидели рядом с ее госпожой.       - Познакомьтесь: моя подруга Анареида. Она прилетела с Дальнего Севера, - чинно проговорила девочка, подводя ангела к столику Чумы. - А это нынешний король Ада Сатана VIII и советник Торендо.       «Значит, трон Преисподней снова занял отец Люцифера. Немудрено, что парень так взвинчен. Я бы тоже была вся на нервах, если бы мои родители все время меня критиковали. - Мысли девушки полнились искренним сочувствием. - Надеюсь, этот садист хотя бы больше не избивает сына, как делал это в школе. И почему никто на Небесах не додумался ввести наказание за жестокое обращение с детьми?»       Сатана кинул презрительный взгляд на непрошенных гостей. Седой мужчина в возрасте (и не скажешь, что исчисляющемся тысячелетиями) с длинными рогами и красными испепеляющими глазами, облаченный в парадные доспехи, переливающиеся в свете люстр, выглядел довольно устрашающе, особенно, когда морщился, а морщился он всегда при виде Непризнанных, подошедших к нему ближе, чем на километр.       - Я не собираюсь знакомиться со всякими отбросами, - с нескрываемым отвращением выплюнул он.       Возможно, отчасти такой выпад был связан с тем, что из-за этой девки дьявол лишился одного из лучших молодых воинов, которому пророчили столь же блистательную карьеру в Аду, что и его брату Винчесто. Но вместо того, чтобы занять пост престола вместо Соннелона, за который демоны готовы глотки друг другу поперегрызать, тот добровольцем потащился на Север вместе с какой-то Непризнанной. Хотя, скорее всего, корни неприязни правителя Преисподней лежали гораздо глубже – в твердой уверенности, что рожденные людьми во всем хуже бессмертных.       - Где твои манеры, Сатана? Нельзя так разговаривать с гостями, – пожурила его Всадница, словно провинившегося ребенка.       - Право, госпожа, не стоит, - ответила Анареида. - Его Величество не должен тратить на меня силы. Ему нужно их беречь, если он хочет помочь жене.       Стакан в руке дьявола треснул, и осколки вонзились в его ладонь, однако, казалось, он этого даже не заметил.       - Да я тебя…       Он уже было собрался свернуть шею этой языкастой дряни, посмевшей ему дерзить, но его остановил злорадный смешок Чумы. Той определенно понравился едкий комментарий ее зверушки. Всадница высоко ценила своего птенчика за умение надавить на больное, ведь благодаря подобным колкостям она могла насладиться новой порцией отчаяния, которое было для нее желаннее любого деликатеса. К тому же Чуму забавлял вид пыхтящего и трясущегося от злости Сатаны, который был вынужден сдерживать себя в ее присутствии из страха за свою супругу Лилит, находившуюся под ее тщательным присмотром (то есть в плену). И если Люцифером он был готов пожертвовать в любой момент, рисковать здоровьем и жизнью любимой женщины ему было не под силу даже при всей его ненависти к любого рода слабостям. Так что Всадница могла быть уверена, что этот надменный, желчный старик со своим сынком у нее на коротком поводке.       Торендо, в отличие от своего соседа, был более вежлив:       - Я рад, что у королевы Севера нашлось время нас посетить, жаль только, что в качестве пленной.       Высокий интеллигентный с виду мужчина с приглаженными назад белоснежными волосами и козлиной бородкой, имевший повадки и заносчивость аристократа, предпочитал орудовать словом, а не кулаками. Щегольская накидка из красного бархата поверх синего мужского платья, огромное кольцо с изумрудом на среднем пальце и золотистые крылья, которых удостаивались лишь серафимы, сразу выдавали в нем одного из членов Совета Цитадели. Он лишился своего звания после того, как встал на сторону Мальбонте в войне и убил главного советника Эрагона, однако, видимо, ему все-таки удалось снова найти лазейку наверх в лице Всадницы апокалипсиса.       - Вам ли не знать: порой титулы бывают столь обременительными. Должно быть, Вы счастливы, что теперь свободны от них, - со всей учтивостью ответила Анареида.       Тут Чума не выдержала и уже в голос расхохоталась. Кажется, из всех присутствующих веселее всего было именно ей. Это неудивительно, ведь она выпила не один бокал волшебного эликсира Мальбонте, которым он ее опаивал.       - Рад слышать, что, живя в глуши, Вы не утратили дар красноречия, - медленно проговорил Торендо. Его раздражение выдавала разве что чрезмерная бледность его лица, которая, впрочем, могла быть связана со злоупотреблением белилами.       - Отнюдь! В наших краях можно встретить весьма образованных собеседников вроде Вас, которые также скрываются от закона.       Их обмен любезностями прервал хмельной голос Всадницы:       - Сатана, смотри! Пришел твой сын со зверушкой. Позови его сюда, пусть тоже поучаствует в беседе.       Не дожидаясь ворчания короля Ада, она начала махать рукой Люциферу, привлекая его внимание. Тот сразу заметил призывный жест госпожи и поспешил к ней, оставив свою игрушку у ближайшего столика. Он слегка оторопел, увидев Непризнанную, однако быстро спохватился и, придав себе горделивый вид, сел рядом с отцом. Демон окинул девушку надменным взглядом и презрительно фыркнул (скорее, по привычке). На самом деле, при виде того, как Кира тянет ее за руку, желая поскорее познакомить взрослую подругу с остальными гостями, в его голове успело промелькнуть лишь: «Забавно, никогда бы не подумал, что она любит детей». Эта невинная мысль неизбежно потянула за собой следующую: «Я несколько раз предлагал Вики завести ребенка, но она отказывалась: хотела дождаться, когда в мире воцарится гармония. И что теперь? Все мы, возможно, скоро умрем, а мой сын так и не родился на свет». Он резко вздрогнул, словно пробудившись ото сна, и, скривившись от неприятного чувства внутри, которому не мог дать наименование, отвернулся.       - Анареида, пойдем! – крикнула Кира.       Та, улыбнувшись, последовала за ней, успев краем уха расслышать короткий обрывок разговора:       - И чем вы меня порадуете? Демоны готовы склонить головы перед Всадниками? Жители Цитадели уже подчинились. Одна из моих пташек произнесла перед ними прекрасную речь. Ее зовут Вики. Тебе о чем-нибудь говорит это имя, Торендо? Раньше она тоже была членом Совета…       «Значит, Сатане приказали подавить волнения в Аду. Учитывая то, насколько демоны темпераментные, рискну предположить, сколь бурно они проявили свое недовольство, - начала обдумывать услышанное Анареида. – Успокоить ангелов проще. Они не любят лезть на рожон, так что увещеваний со стороны их непосредственного правительства в лице Вики было достаточно. Остаются только Дальние земли. Через меня Чума надеется взять под контроль Север. С остальными провинциями дела обстоят хуже, ведь там нет и намека на централизованную власть. Хотя, с другой стороны, разрозненные группы бессмертных не представляют для Всадников никакой угрозы. Они не будут ставить им палки в колеса».       Пока в сознании девушки фоном звучали подобные размышления, Кира продолжала знакомить ее с другими гостями, которые, впрочем, совершенно ее не интересовали. Но неожиданно она увидела в углу женщину с мальчиком. Они держались особняком и ни с кем не разговаривали.       - Не знаешь, кто это? – спросила ангел.       - Нет, - пожала плечами девочка. – Их привел на праздник господин Торендо.       - Господин Торендо? – повторила Анареида. – Раз так, думаю, нужно с ними поздороваться, как считаешь?       - Да, точно! – радостно воскликнула Кира и побежала к незнакомцам.       Поравнявшись с мальчиком она громко произнесла, протягивая ему руку:       - Привет, я Кира. А тебя как зовут?       Ребенок с темно-каштановыми кудрявыми волосами и белыми крыльями с черными перьями на концах был метисом, как и сама Кира. Он посмотрел на нее волком, явно не собираясь проявлять дружелюбие, затем перевел взгляд на женщину и заговорил на неизвестном языке. Глубокие протяжные звуки, напоминавшие шипение змеи, завораживали и одновременно пускали неприятный холодок по спине.       «Ничего подобного раньше не слышала», - растерянно подумала Анареида. Однако ее потрясло не только это: незнакомка с ангельскими крыльями была поразительно похожа на Мисселину. «Еще и этот мальчик-метис… Интересно, она его мать?» Когда-то учительница рассказывала, что у нее была сестра, которая нарушила закон Неприкосновения и в наказание была сослана на Землю.       «Невозможно! Она ведь давным-давно умерла». Девушка попыталась отбросить эту нелепую мысль, но она прочно засела у нее в мозгу. «Хотя почему нет? Чума воскресила стольких бессмертных, так что все может быть».       Заметив в глазах женщины страх, ангел остановилась на некотором расстоянии от нее, стараясь не нарушать чужие границы, и, приветливо улыбнувшись, сказала:       - Здравствуйте, я Анареида.       - Улисса, - робко представилась незнакомка. – А это мой сын Титу.       «Все-таки сын…» - зажужжало в голове.       - А почему он так странно говорит? – спросила Кира.       Незнакомка бросила на нее затравленный взгляд и прижала мальчика к себе.       - Наверно, потому что Титу и его мама прибыли издалека, - обтекаемо ответила Анареида, чтобы еще больше не напугать женщину. Та кротко кивнула.       - А он меня понимает? – продолжала расспрашивать девочка.       - Да, - без акцента произнес ребенок.       Ангел подмигнула своей маленькой подруге и радостно прощебетала:       - Отлично! Теперь тебе будет, с кем поиграть, - затем она снова обратилась к Улиссе. - Как вы здесь оказались?       Та съежилась, словно от мороза, и тихо промолвила:       - Нас привела сюда Чума.       - А не сказала, зачем? – с едва скрываемым любопытством поинтересовалась Анареида.       Женщина посмотрела на нее исподлобья, точно затравленный зверек, и отрицательно качнула головой.       «Наверняка ее сын должен будет открыть одну из печатей Книги Жизни. Возможно, именно он в скором времени выпустит Голода. И либо она действительно ничего об этом не знает, либо не признается, что, судя по ее реакции, кажется мне более вероятным. Думаю, сейчас лезть с расспросами бесполезно, так что лучше сменю тему. А вот что касается Мисселины…»       Девушка решила подойти немного издалека:       - Вы очень похожи на одну мою знакомую. У Вас случайно нет сестры?       Лицо Улиссы на миг озарилось бледным светом.       - Есть, - проговорила она, мило улыбнувшись, однако в голосе ее улавливались нотки печали.       - А как ее зовут?       Но не успела женщина что-либо ответить, как из-за ее спины показался Торендо.       - Улисса, тебе не стоит говорить с этой особой, - строго произнес советник. – У нее есть ужасная привычка – совать свой очаровательный носик, куда не просят.       - Хорошо, господин Торендо, - покорно вымолвила та.       Анареида покосилась на мужчину и сказала подчеркнуто ледяным тоном:       - Мы с Кирой решили, что нужно поздороваться со всеми гостями. К тому же с Титу ей было бы веселее, ведь на этом вечере больше нет других детей.       - Они порезвятся в следующий раз, - нагло прервал ее советник, – а сейчас Улиссу и ее сына хотят видеть Всадники.       - Что ж, тогда не заставляйте хозяев ждать, - учтиво кивнула девушка и, обернувшись к своей маленькой спутнице, проговорила: - А мы с тобой потанцуем.       - Да, давай! – радостно завизжала девочка и побежала в центр зала, где бессмертные уже вовсю отплясывали кадриль.       После нескольких музыкальных композиций Киру позвала к себе Чума. Видимо, общество брата, который явился на бал позже остальных, но уже успел перетянуть почти все внимание на себя, порядком утомило Всадницу. Попрощавшись с ребенком, Анареида отошла к стене, чтобы отдышаться.       Миллионы огней искрились и переливались, наполняя пышно украшенное помещение ярким светом. От пестрых платьев знатных дам рябило в глазах. Ангел прикрыла веки, чтобы отгородиться от обилия цветов.       - Анареида! – услышала она.       Девушка повернулась в сторону звука и увидела Жасмин, которая сидела за одним из столиков, подзывая ее.       - Привет! Что ты тут делаешь? – взволнованно спросила ангел, подсаживаясь к подруге.       - Представляешь, мой хозяин, оказывается, важная шишка! В Цитадели он возглавлял оборону города, так что его тоже пригласили на этот званый вечер. А поскольку сюда можно со своими игрушками, он и мне предложил пойти. Я подумала: почему нет? Астарот сказал, что вы тоже здесь будете, так что я решила, что скучать мне точно не придется. Кстати, а где он?       Анареида махнула рукой куда-то в сторону и, пододвинув к себе бокал с горячительным напитком, коротко ответила:       - Там, рядом с Кристофером.       Жасмин посмотрела в указанном направлении и тут же нашла объект своего обсуждения.       - Ты еще не оседлала этого жеребца?       От такого нескромного вопроса ангел поперхнулась глифтом. Немного отдышавшись, она, хрипя, проговорила:       - Не оседлала и не собираюсь.       - А зря! Сколько можно строить из себя пай-девочку? Давно уже пора с ним переспать, – убежденно заявила Жасмин, с наслаждением разглядывая Астарота. – Только посмотри на него: сильные руки, широкие плечи, пронзительный взгляд, дьявольская ухмылка... Это же просто ходячий секс.       Анареида оценивающе обвела метиса глазами. Подруга была права: он был очень красив. Все в нем лишало девушку душевного равновесия, пробуждало тайные желания. Она словно наяву ощутила, как его губы касаются уха, шепча комплименты, как ее руки скользят по крепкому мужскому телу, очерчивая мышцы, как его пальцы сжимаются на талии, дотрагиваясь до сердца…       Словно прочитав мысли своего ангелочка, мужчина поймал ее взгляд и дьявольски улыбнулся. «Любуешься?» - будто спрашивал он. Она ответила ему столь же пленительно улыбкой: «Размечтался», - и затем повернулась обратно к Жасмин.       - Может, уступить его тебе? – в шутку метнула Анареида.       - Да ты что! Я у подруг парней не увожу, – гордо заявила девушка. – Да и очевидно же, что его огонь горит только для тебя. Только посмотри: он просто раздевает тебя глазами. Боюсь представить, что этот красавчик вытворяет с тобой в своих фантазиях.       - Лучше не надо, - расхохоталась ангел.       - Кстати, он недавно приходил ко мне. Выспрашивал, что тебе нравится, - загадочно проговорила подруга.       - Что? Зачем? – недоуменно подняла брови Анареида.       - Узнаешь, - все тем же таинственным тоном протянула Жасмин и подмигнула девушке. – Все-таки Астарот такой душка. Они с братом оба милашки, но теперь я даже не знаю, кто больше.       - Да в чем дело? – нетерпеливо перебила ее ангел.       - Я же сказала, узнаешь. Всему свое время, - хитро усмехнулась подруга.       - Ладно, - сдалась Анареида и поспешила перевести тему: - Лучше расскажи, как там у вас с Джаспером?       Жасмин просияла счастливой улыбкой.       - Мы недавно обсуждали, что будем делать после всего этого кошмара, если выживем, конечно, - на секунду в воздухе повисла многозначительная пауза.       - И-и-и?       - И он предложил мне полететь на остров Амор и там пожениться, - восторженно взвизгнула девушка.       - Ух ты, поздравляю! – радостно вскрикнула Анареида, обнимая подругу. – Я так за вас рада! Чур я буду свидетельницей.       - Мы не собирались никого звать, только он и я. Так что из свидетелей на свадьбе будут лишь купидоны.       - Мне все равно! Я обязана быть рядом с тобой в этот незабываемый момент. А то вдруг в разгар ссоры ты заявишь, что церемонии не было и что каждый из вас может идти своей дорогой.       - Что за чепуха! – притворно возмутилась Жасмин.       - Я же тебя знаю, - продолжала веселить подругу Анареида. – Мне просто жалко Джаспера. Ему же никто не поверит. Как он потом докажет, что ты его жена? Сбежишь в порыве гнева с каким-нибудь страстным демоном, и пиши пропало. Нет уж, как твоя лучшая подруга я не могу такое допустить!       Жасмин уже не могла сдерживать смех и взорвалась хохотом.       - Кто бы говорил! Между прочим, это ты у нас избегаешь серьезных отношений, а не я, - весело затараторила она.       - Неправда! – запротестовала ангел.       - Правда-правда. Сколько раз за последние 10 лет ты говорила парням после секса: «Было здорово, но давай не будем ничего усложнять?»       - Я просто избирательно подхожу к выбору партнера, - растерявшись, начала оправдываться девушка.       - Нет, ты просто отметаешь всех потенциальных партнеров. Прав был твой возлюбленный: тебя можно взять только измором, - упрямо гнула свою линию Жасмин, не уступая подруге в изворотливости.       - Ах он предатель! – наигранно возмутилась Анареида и, надув губки, пробурчала: - И часто вы обо мне сплетничали?       - Разумеется, - без тени стеснения бросила девушка. – В любовных делах без союзников никуда, так что он не раз приходил ко мне за советом.       - Вижу, у тебя колоссальный опыт по части наставлений. Тебе надо было занять место Торендо в Цитадели.       Жасмин снова рассмеялась, затем быстро глянула по сторонам и, убедившись, что рядом никого нет, наклонилась к подруге.       - Видела его за столом у Чумы? – спросила она.       Анареида коротко кивнула и добавила:       - Его и Сатану.       - Воскресший повелитель Ада и предатель Небес… хороша компашка, - фыркнула подруга. – Почему они помогают Всадникам? Им что, так не терпится умереть?       - Скорее всего, Сатана просто боится потерять жену. Уверена, он любит Лилит и не станет ей жертвовать. Что насчет Торендо… даже не знаю. Мне не нравится то, что происходит. Зачем было убивать Эрагона в самый разгар войны и обеспечивать тем самым Мальбонте преимущество? И где он скрывался последние 10 лет? Такое чувство, что он следует собственному заранее продуманному плану.       - Терпеть не могу тех, кто ради достижения своих сомнительных целей идет по головам, - скривилась Жасмин. – Вот поэтому мы с Джаспером остались работать в школе - чтобы быть подальше от всех этих грязных игр властолюбивых бессмертных.       - Согласна, мне на Севере тоже спокойнее, чем в столице, - понимающе кивнула Анареида.       Подруга нервно хихикнула.       - Издеваешься? Да у вас там что ни день, то риски для жизни.       - Зато никто не вонзит нож в спину, - с очаровательной улыбкой ответила ангел.       - И то верно, - усмехнулась Жасмин. Бросив беглый взгляд через плечо Анареиды, она внезапно замерла и, присвистнув, протянула: - Ты только посмотри, кто идет сюда.       Та недоуменно захлопала глазами.       - Кто?       Но не успела подруга ей ответить, как за спиной девушки раздался грубый мужской голос:       - Не хочешь потанцевать?       Ангел обернулась – ей протягивал руку сам Люцифер, ожидая, когда она подаст ему свою ладонь. Несмотря на то, что его мотивы были вполне понятны Анареиде, его поведение все же ее потрясло: так просто пригласить какую-то Непризнанную на танец перед присутствовавшей здесь элитой, Всадниками, а главное, перед отцом… вот что делает правильно выстроенная иерархия. Несколько секунд она сомневалась, стоит ли ей соглашаться, однако любопытство все же взяло верх.       - Ты прервал нашу беседу и даже не извинился. Однако, хоть ты и не соблюдаешь бальный этикет, я все же приму твое приглашение, - сказала она.       Демона ошеломили подобные упреки. От растерянности он так и остался стоять с вытянутой рукой, напряженно над чем-то раздумывая. Он ожидал чего угодно от этой чертовки, но уж точно не того, что она начнет предъявлять наследному принцу Ада претензии по поводу несоблюдения бального этикета. «А она весьма образована для Непризнанной», - проскочило в голове. Это незначительное, казалось бы, открытие запустило приятную волну удовольствия по всему телу. В сознании против воли начали мельтешить абсурдные мысли: «Общается со мной на равных, даже, я бы сказал, с некоторым пренебрежением, будто родилась не обычной смертной, а дочерью серафима. Она умна, обаятельна, умеет за себя постоять. Если бы не ее земное происхождение, она была бы неплохой партией для короля».       Погруженный в собственные мысли, мужчина не сразу заметил, что он уже довольно долго стоит здесь как истукан. В конце концов спохватившись, он галантно поклонился и произнес:       - Прошу прощения, дамы, что посмел прервать вашу интереснейшую беседу. Однако, Анареида, я не мог не заметить, как Вы сегодня прекрасны. Покорнейше прошу принять приглашение на танец от Вашего скромного слуги.       Последнюю фразу Люцифер выговорил с явной издевкой, однако девушку ничуть не смутило столь вычурное обращение. Она слегка склонила голову в знак согласия и вложила ладонь в его руку, кратко ответив: «С удовольствием». После этого она встала, и пара прошла в центр зала.       Готовясь к танцу, демон положил левую руку на спину партнерше немного ниже лопатки, а правой - взял ее ладонь. Они замерли так на несколько секунд. Напряжение между ними нарастало. Достигнув в какой-то момент своего предела, оно музыкой обрушилось им на головы, заставив закружиться в вальсе.       Движения Люцифера были уверенными, непринужденными. Его с детства учили вальсировать, поэтому он вел Анареиду легко, не прилагая усилий. Ее тело послушно следовало за ним. Поразительно, как такая покорность в танце могла сочетаться с непреклонностью в жизни. Этой женщине ничего не стоило подчиниться ему в вальсе, так же как и приструнить его тогда в комнате.       Он смотрел на Непризнанную не отрываясь. Ее ангельское личико резко контрастировало с дьявольским платьем цвета крови и тьмы, которое она имела неосторожность сегодня надеть. Это было довольно опрометчиво с ее стороны, ведь такое необычное сочетание привлекало излишнее внимание. Он видел хищные взгляды демонов, направленные на нее, когда она проходила мимо. Ей стоило облачиться во что-то более миловидное, чтобы не волновать чужие сердца, и его в том числе. Воздушный нежно-голубой наряд вполне бы подошел. Возможно, тогда бы Люцифер не пялился на нее так откровенно. Хотя нет, дело было не только в этом чертовом платье. Всему виной были ее глаза: они посерели, словно небо во время шторма. Такое чувство, что за восковым лицом девушка старательно сдерживала бушующую внутри стихию, которая в любой момент грозилась вырваться на свободу и разнести все в щепки. И почему это так будоражило?       «Давай же, покажи мне, какая ты на самом деле», - мысленно обращался он к ней. В какой-то момент появилось навязчивое желание прижаться всем телом к этой Непризнанной, вдохнуть запах ее духов, коснуться губами шеи (или лучше языком). Рука медленно скользнула вниз по спине. Казалось, Анареида даже не заметила столь откровенного жеста: она все так же невозмутимо двигалась вслед за мужчиной, глядя куда-то в сторону.       «Скажи хоть что-нибудь!» - кричало разгоряченное сознание. Но в ответ лишь тягучая тишина… Ее молчание начало давить на нервы. Если оно продлится еще хотя бы мгновение, он не выдержит и вопьется в ее алые губы, с наслаждением размазывая помаду по лицу. «Когда же она попробует меня остановить, я заломлю ей руки за спину и продолжу жадно целовать. Пусть вырывается. Рано или поздно у нее кончатся силы и тогда… Черт, о чем я только думаю? Остановись!» Люцифер резко прервал полет своей буйной фантазии. В надежде отвлечься от навязчивого желания, которое все больше захватывало его, он порывисто выпалил:       - Почему ты все время молчишь?       - Мне не о чем с тобой разговаривать, - бесстрастно ответила ангел, витая где-то далеко в своих мыслях.       - Неужели я тебе настолько неинтересен? – рассержено бросил демон. Столь нелепое заявление все же заставило девушку обратить внимание на партнера.       - А почему ты считаешь, что это я должна тебя развлекать? Хочешь меня заинтересовать?       Тогда хотя бы попытайся завязать диалог. Буду безмерно благодарна, если во время беседы ты не будешь меня оскорблять или хватать, - со всей серьезностью ответила она на претензию мужчины.       Люцифер замолк, ощутив острый укол стыда, совершенно ему несвойственный. Возможно, он и правда был чересчур груб с Анареидой. О какой любезности с ее стороны могла идти речь, если он кидался на нее, как закомплексованный подросток? Он понимал, что наступает на одни и те же грабли. Сколько проблем из-за этого в свое время у него было с Вики, а он так ничему и не научился. Демон начал судорожно придумывать подходящую тему для разговора, но в голову ничего не лезло. Тогда он спросил первое, что пришло на ум:       - Ты бывала когда-нибудь в Аду?       - В основном мы туда спускались только во время занятий, но пару раз мне проводили экскурсию по главному городу, - непринужденно ответила ангел. Брови мужчины изогнулись от удивления.       - Вот как? И кто же? – полюбопытствовал он.       - Тебя это не касается, - метнула девушка. В ее голосе сквозило неприкрытое раздражение.       - Так не пойдет. Ты хотела вести конструктивный диалог, но мы не можем нормально разговаривать, если каждое мое слово ты воспринимаешь в штыки, – серьезно произнес Люцифер.       Его замечание заставило Анареиду задуматься. Демон был прав: именно она сейчас обрывала его на полуслове.       - Это было очень давно, и я почти ничего не помню. Можешь, пожалуйста, объяснить, как там у вас все устроено?       Мужчина удовлетворенно кивнул и начал увлеченно рассказывать об устройстве жизни в Аду: чем живут демоны, как развлекаются, какая у них иерархия, не забыл он упомянуть и основные достопримечательности Преисподней (если можно было их так назвать), а также поведал интересную информацию о самых влиятельных семьях Ада. Ангел слушала его очень внимательно. Несмотря на то, что многое ей было уже известно, она все равно задавала уточняющие вопросы и в ответах на них находила для себя что-то новое.       Заканчивался второй танец. Девушка чувствовала, что пора оставить своего партнера и вернуться к Астароту, пока он не заметил ее длительного отсутствия.       - Нам стоит прерваться, - решительно заявила она, все еще продолжая двигаться в такт музыке.       - Ты устала? – обеспокоенно спросил Люцифер.       - Нет. Просто мы так долго танцуем, что это уже становится неприличным. Окружающие могут не то подумать, - честно сказала Анареида, размышляя вслух.       Демон в ответ на такое предположение лишь ехидно ухмыльнулся. Он наклонился к ней и заговорщически шепнул:       - Очень на это надеюсь. Если другие будут видеть в нас любовников, возможно, ты и сама вскоре захочешь попробовать себя в этой роли. Может, тебе даже понравится.       Мужчина игриво щелкнул зубами, словно желая поймать кончик ее носа, но ангел не растерялась: она мягко отпрянула от него. Тогда Люцифер легко провел губами по ее шее, вдыхая запах кожи, и нежно прикусил мочку уха. Будучи сыном Сатаны, он определенно умел обольщать женщин. Нельзя было отрицать, что от его прикосновений по телу Анареиды разливалось приятное возбуждение, но вряд ли этого было достаточно, чтобы разжечь в ней огонь. Неужели он думал, что его ласки могли быть искуснее тех, что дарил ей ее возлюбленный, или что опыта у него было больше, чем у других демонов, которые пытались ее завоевать? Неужели он и правда верил, что, заполучив ее тело, он сможет завладеть ее сердцем?       «Наверно, это бич всех правителей: считать, что все девушки мира грезят о тебе», - усмехнулась ангел. Безусловно, она могла бы отдаться безудержному сексу с наследным принцем Ада, но зачем? Ведь гораздо интереснее тайком проникнуть к нему в душу, чтобы докопаться до самых сокровенных тайн, проследить истоки его чувств и эмоций, выявить их оттенки, найти его слабые места и взять их на вооружение. «Жасмин права, я действительно люблю все контролировать», - пролетело в сознании. Вслух же Анареида произнесла:       - Ты со мной заигрываешь? – это был не вопрос, а, скорее, утверждение.       - Тебя это удивляет? – вожделенно выдохнул мужчина, уже без стеснения прижимая ее хрупкое тело ближе к себе.       Он чувствовал, что начинает терять над собой контроль. Безумно сложно держать себя в руках, когда она рядом: такая податливая, смелая, сексуальная. Люцифер осторожно провел пальцами вдоль ее позвоночника. Девушка вздрогнула. Ее грудь начала вздыматься от волнения, голос стал томным, с придыханием.       - Нет, не удивляет. Но я не советую тебе делать то, о чем ты потом можешь пожалеть.       Демон не знал, говорила ли она сейчас о Всадниках, или о его отце, или о своем надоедливом хозяине. На самом деле, ему было плевать. Он не боялся ни боли, ни смерти и уже давно не боялся даже самого Сатаны. Но чего он точно не учел, так это того, что самую большую опасность для него могла представлять именно она.       - А если я хочу этого? – пламенно прохрипел мужчина.       Ему все тяжелее становилось сдерживаться: ее соблазнительные движения, особенно, когда она откидывала назад волосы, открывая шею, ее мелодичный голос, дразнящий взгляд вперемешку с равнодушием – все в Анареиде пробуждало в нем неистовое желание. И чем сильнее Люцифер распалялся, тем больше она его провоцировала, будто нащупывая невидимую грань, после которой ему окончательно снесет крышу.       Она все еще позволяла ему касаться себя, но демон чувствовал, что в любую минуту она может его оттолкнуть, оставив наедине со своим желанием. Осознание этого держало его в напряжении. Он жадно оглаживал ее талию, боясь, что ангел вот-вот негодующе вырвется из его объятий и уйдет, не позволив вдоволь ею насладиться. Но она продолжала танцевать, совершенно не сопротивляясь его ласкам. В какой-то момент она медленно наклонилась к самому уху мужчины, едва касаясь его влажными губами, и сладостно прошептала:       - Ты создал в своей голове идеальный образ, которого не существует. Если я тебе отдамся – ты будешь разочарован, а если останусь недоступной – будешь страдать.       Она отстранилась и нежно, но вместе с тем немного игриво посмотрела демону в глаза из-под опущенных ресниц. Ее кроткая улыбка обезоруживала, вызывала трепет. Убедившись в том, что она добилась нужного эффекта, девушка продолжила:       - Это всего лишь фантазия, Люцифер. Если ты воплотишь ее в реальность, она все равно не принесет тебе облегчения. Откажись от нее сейчас.       Мужчину будто ударила молния. Все его тело непроизвольно содрогнулось. Он вперил в Анареиду недоумевающий взгляд, словно не понимая значения сказанных ею слов. Сердце забилось как бешеное. Кровь ударила в голову. Как же хотелось наорать на эту наглую Непризнанную за то, что она так беспардонно пролезла к нему в мысли и теперь мучает его. Но он бы этого не сделал, ведь еще отчаяннее он хотел, чтобы она продолжала. Эта женщина стала для него наркотиком. С того самого вечера в покоях он постоянно думал о ней, видел ее во снах. Даже если это была всего лишь фантазия, он уже не мог от нее отказаться. И больше всего бесило то (демон точно это знал), что ангелочек все прекрасно осознает, но продолжает хлопать своими большими невинными глазками, натянув на лицо эту милую фальшивую улыбку… «Дьявол! Как же я хочу сделать эту львицу своей!»       Неожиданно кто-то грубо схватил Люцифера за плечо, прервав нескончаемый поток его мыслей...

***

      Астарот обсуждал с Кристофером последние новости, когда к нему со спины подкралась Вики. Она положила руку ему на плечо и заговорщически шепнула:       - Пошли потанцуем.       Метис обернулся, его губы растянулись в насмешливой, но от этого не менее обаятельной улыбке.       - Я не танцую, - развязно кинул он.       - Жаль, - с наигранным разочарованием вздохнула советница. – Я просто подумала, раз Люцифер пригласил Анареиду, то и мы могли бы к ним присоединиться. Иногда полезно сменить партнеров.       - Что? О чем ты говоришь?       Улыбка на лице мужчины тут же исчезла. Он стал нервно высматривать в толпе своего ангелочка. «Она должна быть с Жасмин», - успокаивал он себя. Но, к глубокому разочарованию, его девушки рядом с подругой не оказалось. Тогда Астарот устремил ястребиный взор в центр зала и нашел ее…       Она вальсировала среди множества красивых пар в объятиях ненавистного ему Люцифера. Этот наглый самодовольный ублюдок держал свою руку слишком низко на талии Анареиды, прижимая ее ближе, чем того требуют приличия. Метис видел, как в глазах демона загораются хищные огоньки, как тот наклоняется к его ангелочку, чуть ли не касаясь ее нежной кожи своими дьявольскими губами. Но почему она не реагировала? Почему не оттолкнула его, не ударила по ноге каблуком?       Один Шепфа знает, чего добивалась Вики, намеренно провоцируя Астарота. Возможно, она рассчитывала на то, что, увидев свою подружку с другим мужчиной, он выйдет из себя и назло Анареиде пригласит ее танцевать. Так они оба поквитались бы со своими спутниками за столь возмутительное пренебрежение к их чувствам. Подумать только, Люцифер подбивал клинья к чужой игрушке перед самым носом у Всадников, совершенно не заботясь о том, как сильно это ее задевает! Обида пожирала девушку изнутри. «Он сказал, что мы не должны демонстрировать наши отношения на публике. Но разве это повод волочиться за другими?»       Советница оказалась права: от созерцания того, как демон бесстыдно трогает его ангелочка, метиса вмиг захлестнула безудержная ярость. Однако кое в чем она все же ошиблась. У него даже в мыслях не было мстить той, которую в душе он поклялся всегда защищать. А вот этот чертов подонок ответит за то, что посмел покуситься на святое! Астарот расправил крылья и бросился к Люциферу. Растолкав мешавшихся под ногами бессмертных, он схватил мужчину за плечо и резко дернул его на себя.       - Убери от нее свои грязные лапы!       До сих пор погруженный в свои размышления демон сперва растерялся, но ему быстро удалось собраться, ведь, когда существует опасность для жизни (а по лицу метиса можно было с уверенностью утверждать, что таковая существовала), реагировать приходится незамедлительно. Он оскалился, грубо смахнул с себя руку Астарота и процедил сквозь зубы:       - А если не уберу, то что? Что ты мне сделаешь, мальчик?       Напряжение вырывалось из раздувавшихся ноздрей и окутывало соперников, становясь все гуще, все ощутимее, точно дым от сигары. Сложно было сказать, пытались ли они друг друга запугать, играя в гляделки, или мерялись размерами своего эго, но Анареида ясно ощущала, что если их сейчас же не остановить, то это противостояние выльется в драку. Встряв между двумя мужчинами, она развела в стороны руки и приказным тоном потребовала:       - Прекратите оба! – затем уже тихо, но не менее гневно прошипела: - Ведете себя как дети. Хотите устроить шоу на потеху зрителям? – Девушка метала свирепый взгляд то на одного, то на другого упрямца. – Я вам не игрушка, чтобы меня между собой делить!       Вдруг ее лицо вновь стало непроницаемым. Она чинно повернулась к Люциферу, сделала реверанс и нарочито громко произнесла:       - Спасибо за танец. Обратно меня можешь не провожать.       Демон понял намек. Не осмелившись возразить своей даме, он поклонился, поблагодарил ее в ответ и тут же удалился.       Все это время продолжала играть оркестровая музыка, но перемещение пар по бальному залу было жестоко нарушено. Тем не менее бессмертные не остановили своих плавных движений, а лишь изменили их траекторию, с любопытством посматривая на разворачивавшуюся рядом разборку.       За происходящим со своего места также наблюдала Чума. «Как занимательно: вокруг моей пташки собирается все больше кавалеров. Оказывается, девочка все-таки знает толк в развлечениях, - зашумело в ее хмельной голове. - Забавно, что одна маленькая и слабая Непризнанная способна произвести фурор среди чуть менее слабых бессмертных мужчин». Всадница перевела затуманенный взгляд на ненавистного брата, которого со всех сторон окружили раболепные гости, еще недавно певшие дифирамбы ей.       «Как только пришел Война, все внимание стало доставаться ему. Неужели эти ничтожные букашки позабыли о моей силе?» Чума была так пьяна, что уже не могла сдерживать агрессию, порожденную глубинной обидой на свою так называемую семью. «Только посмотрите на него. Кажется, он не понимает, что его боятся, а не восхищаются им. Великая Матерь, как же я его презираю! Вот бы эти жалкие твари убили моего братца! Я с удовольствием понаблюдала бы за этим с первых рядов. Неужели им не хватает мозгов, чтобы догадаться, что он питается ненавистью и не может сосуществовать с любовью? Может, смеха ради, дать им подсказку?»       Вдруг на ум сама собой пришла идея - сумасшедшая, неправильная, но такая манящая, что невозможно было не поддаться соблазну: «Думаю, Анареида смогла бы пробудить в Войне любовь и уничтожить его. - Всадница задумчиво постучала ногтями по столу. – Хотя нет, одна лишь Матерь знает, что она выкинет, когда ей станет известен наш секрет. Мало ли она захочет потом разобраться со мной. С этой хитрой лисичкой нужно держать ухо востро. Торендо предупреждал, что она далеко не так проста, как кажется, и что с ней нужно быть осторожнее. А как насчет Вики? – Чума отыскала глазами советницу. – Да, точно! В ней достаточно обаяния и сообразительности, чтобы захомутать моего братца, но недостаточно силы, чтобы противостоять мне. Ох, сейчас я развлекусь!» Она залпом осушила бокал с непонятным напитком, который не придавал здравости ее мышлению, и принялась воплощать в жизнь свой коварный план.       Тем временем Анареиды и Астарот, не подозревавшие о том, что они чуть было не стали невольными участниками заговора против Войны, переместились в центр круга, образованного вальсирующими парами, чтобы не чинить им препятствий.       - Зачем ты согласилась танцевать с Люцифером? – недовольно запричитал метис, отводя взгляд в сторону.       - Ты же мне не предлагаешь, - пожала плечами ангел.       Ее ответ явно рассердил мужчину.       - Ты прекрасно знаешь, что я не умею, - с досадой процедил он.       Однако девушка на столь избитую отговорку лишь небрежно бросила:       - Надо же когда-нибудь учиться.       Астарот нервно оглянулся. Ему совсем не хотелось позориться перед всеми этими бессмертными, которые без конца на него таращились.       - Хочешь сделать из меня посмешище? - раздраженно проворчал он.       Анареида едко усмехнулась.       - Боишься выглядеть глупо? - Приблизившись к своему господину практически вплотную, она с вызовом посмотрела ему в глаза и, слегка склонив голову набок, насмешливо проговорила: - Я в любом случае буду танцевать, с тобой или без тебя.       Такое поведение подняло в метисе чудовищную ярость. Прямо сейчас он был готов схватить девушку за руку и увести с этой проклятой вечеринки. К сожалению, ни она, ни хозяйка праздника не позволили бы ему так поступить. От ощущения собственного бессилия срывало крышу. Он хотел было послать Анареиду ко всем чертям и вернуться обратно к Кристоферу. «Я не позволю ей собой вертеть!» - загремело в мозгу. Однако его решимость улетучилась ровно в тот момент, когда он представил, как в зале выстраивается очередь из желающих потанцевать с его ангелочком. Мысль о том, что кто-то другой будет прижимать к себе ее изящное тело, пока он безропотно будет наблюдать за этим со стороны, спровоцировала паническую атаку. Неожиданно вспомнилось: «Игрушками нужно делиться…»       «Что за бред? Это я такое ляпнул? Надо ж было так надраться... Пусть даже не мечтают, я никому не дам подбивать клинья к моей девушке!»       - Если я с тобой потанцую, обещай, что больше не примешь ничье приглашение, – серьезно произнес Астарот.       Лицо Анареиды озарилось светлой улыбкой.       - Обещаю. Но только потому, что понимаю, сколько тебе требуется мужества, чтобы решиться на это, - весело прощебетала она.       Метис коротко кивнул и протянул партнерше руку. Ангел с удовольствием ее приняла.       - Только потом не жалуйся, если я отдавлю тебе все ноги, - нарочито равнодушно произнес мужчина.       Девушка проигнорировала его угрозу и игриво спросила:       - Ты когда-нибудь держал скрипку?       - Нет, - ответил Астарот, не совсем понимая, к чему она клонит.       - Танец – это как игра на скрипке. - Анареида невесомо положила одну ладонь ему на плечо, а вторую - повела по груди своего хозяина и далее вниз к его запястью. На секунду метис задержал дыхание. По его телу пробежали приятные мурашки. – Теперь положи левую руку мне на спину. Придерживай меня мягко, но крепко.       Мужчина послушно выполнил указания партнерши. Он жутко нервничал и от этого скованность ощущалась во всем теле, не давая свободы движениям.       - Ты слишком напряжен, расслабься, - попросила ангел.       «Легко сказать», - нахмурился Астарот, лихорадочно перебирая ногами.       - Мы будем двигаться по воображаемому квадрату. Сделай шаг на меня правой ногой. И раз. Хорошо. Затем подтяни левую ногу и отведи ее в сторону немного по диагонали. Два. Приставь к ней правую ногу. Три. Отлично. Теперь я иду вперед на тебя, а ты отступаешь назад с левой ноги. Раз. Правую ногу в сторону. Два. И приставляешь к ней левую ногу. Три. Еще раз. Раз, два, три. Раз, два, три. Прекрасно. Теперь давай немного побыстрее.       Уперев взгляд в пол, метис неуклюже пытался повторить за движениями Анареиды. «Не так уж и сложно», - подумал он, продолжая старательно переставлять ноги. Однако не успел он порадоваться своим успехам, как вдруг врезался спиной в проносившуюся мимо пару.       - Шепфа! - ругнулся мужчина, порывисто обернувшись.       - Ничего страшного. – Ангел ласково положила руку на его щеку и повернула лицом к себе. – Смотри на меня. Просто представь, что вокруг никого нет.       Астарот недовольно хмыкнул. Тогда девушка прижалась к нему всем телом так, что между ними не осталось свободного пространства. Пальцы метиса непроизвольно сжались на ее спине. Он завороженно заглянул в широко раскрытые серо-голубые глаза. Анареида запрокинула назад голову, окончательно завладев его вниманием, и повторила:       - Смотри только на меня. Раз, два, три. Раз, два, три…       Было невозможно сопротивляться ее чарам, и мужчина задвигался с ней в такт. Постепенно у него начало получаться, и пара медленно закружились в вальсе вместе с остальными. Напряжение стало спадать, мышцы расслабились. Астарот больше не чувствовал себя глупо и неуклюже. Теперь он был полностью поглощен своим ангелочком.       Она казалась счастливой. Ему нравилось видеть ее такой и хотелось верить, что он хоть немного причастен к этому счастью. Огни зала отражались в ее небесных глазах. Прекрасное бальное платье приятно шуршало при соприкосновении с холодным мрамором, а покорное девичье тело грациозно изгибалось в его руках. Внезапно метис ощутил прилив невероятной нежности. «Столько тепла внутри… Разве такое возможно?» - изумился он. Ему не хватало слов, чтобы описать то, что происходило в его душе. Это было какое-то новое, неизвестное ему прежде чувство.       Астарот бережно убрал выбившуюся прядь с раскрасневшегося лица Анареиды. Сейчас, глядя на нее, он видел перед собой истинного ангела. Ее свет был таким ярким, что мог вывести его из кромешной тьмы. И впервые в жизни ему захотелось полететь на свет…       Метис усмехнулся собственным мыслям: «Наверно, именно так грешники и обретают веру». Он осторожно наклонился к девушке и замер в нескольких сантиметрах от ее губ. Сердце болезненно сжалось. «Нужен ли ей такой как я?» Словно отвечая на его немой вопрос, Анареида слегка подалась вперед, призывая его идти до конца, и мужчина, ни секунды больше не сомневаясь, трепетно прильнул к ее мягким губам. Они были сладкими, как мед, и опьяняли сильнее самого крепкого глифта. Не прерывая поцелуй, он остановился посреди зала, выпустил ее руку и осторожно коснулся пальцами ангельского лица.       Девушка обняла его, позабыв обо всем: о Торендо, Всадниках и о своей миссии. Она не замечала косых взглядов, которые кидали на них другие бессмертные, словно здесь и сейчас они были одни. Люди говорят, что любовь окрыляет, и они правы: Анареида больше не чувствовала землю под ногами, она парила в воздухе и только благодаря Астароту, который крепко держал ее, не улетала в небеса.       Он целовал ее нежно, неторопливо, уверенно лаская языком. Его широкая ладонь заботливо оглаживала ее шею, плечи. Думал ли он когда-нибудь, что будет смотреть на женщину с таким благоговением, что будет готов поклоняться ей, словно богине? Нет, никогда. Она вселила в него надежду… надежду на то, что все может быть по-другому, что он может стать другим. И он готов меняться, готов становиться лучше ради нее.       Когда музыка замолкла, метис мягко прикусил ее губу и отстранился. Ангел неохотно распахнула глаза и посмотрела на него. Он выглядел спокойным, безмятежным, на его юношеском лице растянулась умиротворенная улыбка.       - Кажется, наши отношения вышли на новый уровень: теперь ты позволяешь мне себя целовать, да еще и на публике, – приглушенно произнес Астарот, проводя пальцами по тем местам, которых только что касался.       - Не обольщайся. Я пока не решила, хочу ли продолжать, - иронично бросила девушка.       - Вот как? А я-то думал, что целеустремленные ангелочки вроде тебя не отступают, - поддержал ее игру метис.       - А я думала, что беспринципные ловеласы вроде тебя сбегают сразу, как только все становится слишком серьезно, - подхватила она.       В ответ на ее реплику мужчина состроил обиженное лицо и схватился обеими руками за грудь:       - Твои слова ранят меня в самое сердце!       Анареида рассмеялась, глядя на это нелепое представление.       - Перестань паясничать. Лучше налей что-нибудь выпить: здесь ужасно жарко.       Астарот хитро сверкнул глазами и уже собирался было что-то сказать, но ангелочек его опередила:       - И нет, здесь жарко не потому, что ты такой горячий. А теперь иди.       Она слегка толкнула метиса в плечо, но тот перехватил ее руку, заявив:       - Сначала я сопровожу свою даму обратно к столику, чтобы к ней по дороге не липли всякие настырные демоны.       Издав короткий смешок, девушка все-таки решила воздержаться от едких комментариев и позволила своему господину себя вести. Когда они подошли к ее подруге, Астарот весело проговорил:       - Здравствуй, дорогая Жасмин! Оставляю на тебя своего ангелочка. Прошу, проследи за тем, чтобы она никуда не сбежала, - потом он повернулся к Анареиде и сказал: - Договорю с Кристофером, налью нам выпить и сразу вернусь. Я быстро.       С этими словами мужчина удалился, покинув дам одних.       - Кто-нибудь мне объяснит, что тут происходит? – спросила потрясенная Жасмин. Она видела все, что произошло с момента ухода подруги, и теперь жаждала услышать подробности.       - Только не начинай, - отмахнулась девушка.       - Нет уж, давай рассказывай! – потребовала та. – Сначала ты обнимаешься с Люцифером, потом целуешься при всех с Астаротом. Похоже, моя подруга решила уйти в отрыв! Кстати, когда это ты успела захомутать наследного принца Ада?       - Никого я не захомутала! Всего-то один раз поставила его на место, когда он распускал руки. Кто ж знал, что ему понравится!       - Так, подожди, - мотнула головой Жасмин. – Вот с этого момента, пожалуйста, поподробнее.       И Анареиде пришлось поведать подруге о том, что произошло несколько дней тому назад. Новости о ссоре с Астаротом из-за Вики и об эксцессе с Люцифером девушка еще смогла как-то переварить, но когда она услышала о поцелуе с Дино и о примирении с метисом (при помощи все того же безотказного средства - поцелуя), мозг дал сбой от переизбытка информации. Взволнованно вздыхая, словно во время просмотра мексиканского сериала, Жасмин сыпала вопросами, боясь упустить какую-нибудь важную деталь. В конце она сокрушенно взвыла:       - Эх! И почему у меня не такая насыщенная личная жизнь? Где же мои горячие мужчины? Анареида расхохоталась и, приобняв подругу, ободрительно сказала:       - Зато у тебя есть тот самый, один-единственный мужчина.       - Твоя правда, - улыбнулась Жасмин, удовлетворенная таким ответом.       Неожиданно она что-то увидела в глубине зала. Внимательно присмотревшись, девушка издала нервный смешок. Анареида проследила за ее взглядом и заметила Дино, который пробирался к ним сквозь толпу бессмертных, силясь не разлить на пол содержимое бокалов.       - Что-то мне подсказывает, что этот ангелочек идет по твою душу, - уверенно заключила Жасмин. - Подруга, если ты не разберешься со своими парнями, они скоро поубивают друг друга.       - Они не мои парни! – протестующе воскликнула Анареида.       - Ты только им не забудь об этом сказать, - хихикнула девушка.       Дино уже был совсем близко, так что подруги поспешили придать своим лицам серьезный вид и заговорили на отвлеченные темы.       - Приветствую прекрасных дам, - добродушно произнес мужчина. – Не думал, что увижу вас сегодня здесь, но очень этому рад.       - Привет, Дино. Мы тоже не ожидали, что нас пригласят, - шутливо метнула Анареида.       Ангел, слегка замявшись, протянул девушкам бокалы с глифтом:       - Я принес вам выпить. Решил, что вы захотите освежиться.       - Мы только за! - поддержала Жасмин, принимая бокал.       - Спасибо, ты очень внимателен, - с милой улыбкой ответила Анареида.       Дино протянул ей руку и осторожно спросил:       - Не хочешь потанцевать?       Девушка поджала губы и виновата сказала:       - Я бы с удовольствием, но меня едва ноги держат.       - Прости, не подумал об этом. Должно быть, желающих и без меня было достаточно, - усмехнулся мужчина, сконфуженно потирая шею.       - Да уж, полно, - ляпнула Жасмин.       Она была чересчур впечатлена последними событиями, чтобы подбирать слова, из-за чего навлекла на себя строгий взгляд подруги.       - Тогда, может, выйдем на балкон, проветримся? – неуверенно предложил ангел.       Дино старательно искал любую возможность побыть с Анареидой вдвоем. Вряд ли он понимал, что именно им двигало в этот момент: желание сделать их общение более сокровенным (или, как сказал бы Астарот, более интимным) или же внутренняя необходимость убедиться, что его чувства взаимны. Оба стремления были вполне понятны, ведь, когда мужчина говорит, что готов ждать столько, сколько потребуется, обычно он рассчитывает на то, что пары дней, в крайнем случае недель будет достаточно. «Приняла ли она какое-то решение относительно нас?» - этот вопрос возникал в его голове каждый раз, когда девушка появлялась в поле его зрения.       - Почему бы нет, - согласно кивнула Анареида.       Она тоже хотела остаться с ангелом наедине. Тяжело отвергать чьи-то чувства, так что лучше это делать без посторонних. Повернувшись к подруге, она попросила:       - Жасмин, если меня будет искать Астарот, скажи ему, что я ненадолго отошла и скоро вернусь.       Та посмотрела на нее неуверенно, словно спрашивая: не боится ли она повторения предыдущего скандала, если метис увидит ее с Дино? Но Анареида успокаивающе сжала ее руку, давая понять, что все под контролем.       - Хорошо, - улыбнулась Жасмин, подмигнув подруге.       Пройдя вдоль стены, двое ангелов вышли на балкон. Звезд почти не было видно, и только Луна ярко светила над головой, свысока наблюдая за миром. Слышался шелест листьев, развивающихся на ветру. Девушка подошла к балюстраде и подняла глаза на круглый светящийся диск. Прохладный ночной воздух обдал ее тело, заставляя поежиться.       - Холодно? – обеспокоенно спросил Дино.       Он приблизился к ней сзади и заботливо приобнял за плечи.       - Ты же знаешь, что бессмертные сами контролируют температуру своего тела, - ответила Анареида с легкой грустью в голосе.       - Все время об этом забываю, - виновато усмехнулся мужчина. – Может, потому что мне просто хочется быть к тебе ближе.       По позвоночнику пробежал неприятный холодок, вынуждая съежиться еще сильнее.       - Дино, я должна тебе сказать … - она запнулась.       Анареида всегда нервничала во время подобных разговоров. Она чувствовала себя ужасно виноватой, когда нечаянно затрагивала чужое сердце, не отогрев при этом свое. Ей не хотелось обижать ангела, но больше тянуть с объяснениями было нельзя, поэтому она собрала всю волю в кулак и продолжила:       - Я не могу ответить на твои чувства. Ты мне дорог, но только как друг. - Она замолчала, стараясь найти правильные слова. - Ты заслуживаешь девушку, которая будет тебя любить и сделает счастливым. И я никогда ей не стану.       Душу сковала щемящая тоска. Наверно, мужчина ожидал услышать нечто иное. Возникло ощущение дежавю. Да, точно! То же самое сказала ему Вики, когда они расстались. И почему он все время влюбляется не в тех женщин? Нет, он ни в чем не упрекает Анареиду. Разве можно винить ее в том, что она с ним честна? Ему ли не знать, что нельзя переступить через себя и по щелчку пальцев начать испытывать чувства к подходящему бессмертному. Отец ведь тоже в свое время пытался свести его с Лилу, и что из этого вышло? Ничего. Дино так и не смог заставить себя ее полюбить.       Он украдкой взглянул на девушку. Ее пальцы чересчур сильно сжимали балюстраду, видимо, от волнения. «Не стоит дальше развивать эту тему, иначе нам обоим станет неловко. Будет лучше, если мы вернемся к тому, с чего начали», - решил ангел и спросил со свойственной ему теплотой:       - Значит, друзья?       Анареида благодарно улыбнулась и кивнула в ответ.       - Да, друзья.       Облегчив душу, она, наконец, смогла очистить голову от посторонних мыслей и полюбоваться чудесным видом.       - Какая красивая ночь! - восхищенно проговорила она. – Если вскоре нам суждено погибнуть, надо насладиться каждым подаренным мгновением. Всадники не видят ценности этого мира, не осознают, насколько он прекрасен. Но ты только посмотри вокруг! Боги создали нечто поистине невероятное. Это то, за что стоит бороться, то, ради чего не страшно умереть.       Девушка стояла неподвижно у самого края балкона и вглядывалась в темноту. Дино внимательно наблюдал за ней, впитывая каждое слово. «И все-таки она потрясающая!» - с благоговением подумал он, преисполнившись тихой печалью: эта яркая звезда всегда будет слишком высоко, чтобы он смог до нее дотянуться.       - Меня всегда восхищало то, как ты смотришь на этот мир. Вокруг столько страданий, несправедливости, столько смертей, но, несмотря на все это, ты продолжаешь видеть в нем прекрасное, возвышенное. - Дино на мгновенье задумался и тихо сказал с грустью в голосе: - Знаешь, иногда я не понимаю, ради чего живу.       На лице Анареиды появилась снисходительная улыбка. Ангел очень удивился такой реакции на свое откровение. Честно говоря, она его даже немного задела.       - Неужели тебе обязательно нужна причина, чтобы ценить жизнь? Дино, пойми, сама жизнь – это и есть великий дар, и только ты можешь превратить ее в свой персональный ад либо создать для себя рай. Смысл не где-то снаружи – он рождается внутри тебя. И я слегка поражена тем, что мне приходится объяснять рожденному ангелу такие простые вещи.       Мужчина смущенно поправил волосы, аккуратно собранные в светлый пучок. «Шепфа, а ведь она права!» - зазвучал растерянный голос разума. Действительно странно, что ему не приходили на ум подобные мысли.       - Ты меня пристыдила, - неловко хмыкнул Дино.       Он все еще держал девушку за плечи, искренне веря в то, что помогает ей согреться. Однако, скорее всего, именно ему сейчас было нужно ощутить чье-то тепло. Анареида стояла неподвижно, бескорыстно отдавая ему часть своего внутреннего света, и продолжала вдохновлять его философскими речами:       - Всадники уверены в том, что мы всего лишь космический мусор на просторах безграничной Вселенной, который надо убрать. Они видят в нас слабых, никчемных созданий, которые недостойны милости Великой Матери. Но они ошибаются. Мы способны на невероятные свершения! И мы будем сражаться за наш мир, за наши жизни и за право быть частью этого величия. Такой смысл тебя устроит?       Ее слова подняли в душе ангела радостное волнение. Уже очень давно он не испытывал такого воодушевления, и оно тотчас вылилось в уверенное восклицание:       - Да, это определенно по мне!       Вдруг сзади послышались взмахи крыльев…

***

      Астарот уже взял два бокала глифта и направился к столику, где его должна была ждать Анареида. Однако, подойдя туда, он не обнаружил своего ангелочка. «Шепфа, куда она опять запропастилась?» - раздосадовано пробурчал метис себе под нос.       - Куда ускакал мой зайчонок? – спросил он Жасмин, сидевшую в гордом одиночестве.       - Она просила тебе передать, что скоро подойдет, - невинно бросила девушка, внутренне уже подготовившись к предстоящим нападкам.       Что-то в ее голосе мужчине не понравилось. Возможно, его насторожила детская непосредственность, с которой Жасмин произнесла эту фразу. Она всегда разговаривала раскрепощенно, дерзко, и девичье простодушие не было ей свойственно. В сердце закралось нехорошее предчувствие, заставившее Астарота занервничать.       - Я просил тебя проследить, чтобы она никуда не убежала, - раздраженно метнул он.       - Не могла же я силой ее удерживать, - хмыкнула Жасмин.       Метис начинал злиться (наверно, из-за того, что не в силах контролировать ситуацию). Сегодня он как никогда остро ощутил, что его ангелочек ему не принадлежит. Он и до этого прекрасно знал, насколько Анареида своенравна, но с ним она обычно была уступчивой, мягкой. Возможно, поэтому он был уверен, что она дождется его. Однако, кажется, она все-таки нашла занятие поинтереснее. Мужчина крепко сцепил руки за спиной, чтобы не выдать свое негодование.       - И куда же она отошла? – полюбопытствовал он.       - На балкон… подышать свежим воздухом, - ответила девушка.       Ее слова звучали так, словно это не имело никакого значения, но Астарот чувствовал скрытый подвох. Он требовательно посмотрел на Жасмин, ожидая, что та даст какие-нибудь пояснения, но она больше ничего не сказала. Его подруга явно что-то недоговаривала, и это могло означать только одно…       Метис напряженно выпрямился, приготовившись принять удар.       - Одна? – спросил он.       Девушка колебалась: стоит ли говорить Астароту правду? «Что бы я сейчас ни ответила, вряд ли он останется дожидаться Анареиду здесь. Скорее всего, он сразу пойдет за ней. Уверена, она тоже это понимала, так что не буду усугублять ситуацию своим враньем».       - Не совсем… - уклончиво пролепетала Жасмин.       Лоб парня наморщился, а уголки рта поползли вниз, отчего его лицо стало грозным.       - Что значит «не совсем», - уже не скрывая своего гнева процедил он.       Под его тяжелым взглядом не то что юлить, вздохнуть было сложно.       - Она с Дино, - осторожно сказала девушка.       Метиса словно полоснули плетью. В ушах зазвенело: видимо, мозг отторгал ее слова. Пульс участился, на лбу выступили капли пота. Кажется, он впал в состоянии аффекта. Он не помнил того, как расправил крылья и бросился к балкону, равно как и того, сколько эмоций нахлынуло на него разом при виде Анареиды, которая стояла у балюстрады с ангелом в обнимку. Но он совершенно точно помнил ту невыразимую ярость, которая в нем пробудилась.       Губы скривились в зверином оскале. Он стремительно подлетел к Дино и оторвал его от своей девушки. От неожиданности тот потерял равновесие и упал на пол.       - Какого черта тебе от нее надо? – закричал Астарот не своим голосом.       Глаза его были бешеными. Схватив ангела за ворот, метис с силой бросил его в колонну, отчего старинная конструкция покрылась трещинами. Затем он размахнулся и ударил соперника в челюсть - раздался неприятный хруст сломанных костей. Анареида в ужасе вцепилась хозяину в локоть, оттаскивая его от Дино.       - Что ты творишь?! Сейчас же успокойся!       - А ты что творишь?! Почему ты позволяешь этому ублюдку распускать руки? – не унимался тот, все порываясь еще раз врезать мужчине.       «Мне давно не терпится разукрасить это ангельское личико!» - свирепствовали эмоции, подавляя рассудок.       Придя в себя, Дино вскочил на ноги и поправил сдвинувшуюся челюсть. Он уже было собирался дать Астароту сдачи, но тут Анареида закрыла метиса собой и прокричала:       - Дино, пожалуйста, уйди!       - Ты смеешься? Я не могу оставить тебя с ним одну. Он же невменяем! - обеспокоенно воскликнул ангел.       - Ты слышал, что она сказала? Убирайся отсюда! – продолжал бушевать Астарот.       - Дино, прошу… - Девушке все тяжелее становилось сдерживать своего господина. - Со мной все будет в порядке.       Ангел сдался и поспешно выскочил прочь. Метис же, не долго думая, схватил Анареиду за плечи и припечатал к стене. Он вонзился в нее острым взглядом и раздосадовано прохрипел:       - Скажи, зачем ты это делаешь? Хочешь, чтобы я ревновал? Так я ревную. Шепфа, как же я ревную!       Поведение хозяина гораздо больше взбудоражило девушку, чем возмутило. Она и не подозревала, что вызывает в нем столь сильные эмоции. Она еще никогда не видела его таким яростным: потемневшие от злобы глаза лихорадочно блестели, челюсть сжалась до зубного скрежета, а длинные пальцы впились в ее кожу, причиняя боль. Кто бы мог подумать, что он обезумит из-за парочки конкурентов. Она не знала, что заводило ее больше: то, с каким неистовством он за нее боролся, или то, как стремительно таяла его непомерная злоба при взгляде на нее.       Астарот устало прижался лбом ко лбу ангелочка. Сегодня вокруг нее крутилось стольку мужчин – он просто не мог больше этого выносить. Метис хотел знать, что он и только он для нее единственный, а все остальные – лишь назойливые ухажеры, которые ничего для нее не значат.       От близости Анареиды гнев начинал постепенно утихать, уступая место возбуждению. Тяжело дыша, мужчина положил ладонь на ее щеку. Он ощутил, как тонкие женские руки медленно обвили его торс. Словно откуда-то издалека раздался шепот, напоминавший легкое дуновение ветерка:       - Астарот, ничего не было. Слышишь? Мне никто не нужен: ни Дино, ни Люцифер, ни кто-либо другой.       - А я? Я тебе нужен? – резко выпалил метис, поднимая на девушку затуманенный взор.       Она хитро улыбнулась и спросила:       - А ты этого хочешь?       - Да, - вожделенно выдохнул он.       Анареида наклонилась к его губам, призывно приоткрыв рот, и томно посмотрела на него из-под полуопущенных ресниц.       - Мне нужен только ты, Астарот.       От ее страстного шепота мужчину обдало жаром. Все внутри загорелось от провокаций этого сексуального ангелочка. Он больше не мог (нет, скорее, не хотел) сдерживать себя рядом с ней. Метис пылко впился в ее пухлые губы. Шепфа, какими же сладкими они были! Властно сминая их, он провел языком по ее зубам, настойчиво требуя впустить его внутрь. Девушка не спешила раскрывать свой очаровательный ротик, и в наказание Астарот больно прикусил ее нижнюю губу, заставляя подчиниться. Она ахнула, и его язык уверенно вошел. Твердый кончик начал умело ласкать нёбо, щеки, десна. Метис еще сильнее прижал девушку к стене, так что ей стало нечем дышать. Периодически он все же отстранялся, позволяя ей сделать судорожный вдох, и снова накрывал ее губы своими.       Анареида начала распаляться. Она запустила пальцы в жесткие угольные волосы и с силой сжала их на затылке. Мужчина громко выдохнул от накатившего наслаждения. Он схватил ее за бедра, поднял над полом и мощно притянул к себе, чтобы она почувствовала, как затвердел его член. Он вожделенно целовал, покусывал, ласкал языком ее уши, шею, ключицы и терял остатки своего хваленого самообладания. Дьявол, он так и не научился терпению! Ему нужно было все и прямо сейчас…       Мозг взорвался огромным количеством эндорфинов, лишая ангела возможности себя контролировать. Не выдержав обрушившегося на нее удовольствия, она застонала. Астарот снова завел язык ей в рот, чтобы заглушить крик, и начал проделывать им то, что собирался вскоре повторить с ее соблазнительным телом уже другим способом: он принялся досконально изучать ее изнутри ритмичными возвратно-поступательными движениями, сменяя их круговыми. В ответ девушка стала жадно посасывать его язык, чем вызвала у метиса сладостное ощущение внизу живота.       «Черт, как же я хочу, чтобы она так же засосала мой член!» - лихорадочно пронеслось в голове. Он готов был прямо здесь сорвать с нее платье, чтобы исследовать восхитительное тело своего ангелочка, но для этого нужно было освободить руки. Прервав поцелуй, мужчина судорожно огляделся по сторонам, ища опору. Заметив балюстраду, он тотчас усадил туда Анареиду, продолжая сжимать ее ягодицы.       Руки девушки еще крепче обвились вокруг шеи господина. Она остановит его… обязательно остановит, но только не сейчас. Сейчас она хочет наслаждаться его пальцами на коже, видеть алчный блеск в его серых хищных глазах, ощущать его неистовое желание и наблюдать за тем, как с каждым поцелуем, с каждым ее стоном он неумолимо теряет рассудок. Пусть он покажет, как сильно жаждет ею обладать, пусть заставит поверить в то, что для него существует лишь она одна.       В порыве страсти Астарот резко потянул ее таз на себя и, наклонившись, облизал шею. Разгоряченное женское тело изогнулось, подалось ему навстречу, но метису было этого мало, ведь ощутив вкус власти однажды, ей уже невозможно насытиться. Он положил ладонь на живот Анареиды и провел ею вверх до самого подбородка, вынуждая ее прогнуться в спине еще больше.       - Какая ты сегодня послушная, - сорвалось с его уст.       Мужчина чувствовал, как сильно она его хочет, а он, видит Шепфа, хотел ее еще сильнее. «Что я несу! Этот говнюк ничего уже не увидит, в том числе и то, как я развращаю его ангелочка. Хотя кто кого развращает – это еще вопрос», - вспыхивали мысли, доведенные до абсурда. Астарот был так заведен, что его руки без спроса принялись исследовать стройное женское тело через плотную ткань платья: они скользили по бокам, груди, животу, запоминая каждую складку, каждый изгиб. Он смотрел на Анареиду с откровенным восхищением. Стоило ей только приказать - и он готов был пасть перед ней на колени прямо сейчас. «Если ее создал Ты, то я Тебе все прощаю», - рвались наружу остатки сознания.       Девушка позволяла господину тщательно изучать свои владения. Задыхаясь от восторга, который пробуждали в ней его пламенные прикосновения, она целовала его шею, кадык. Пальцы дрожали, но она все же смогла расплести мешавший ей галстук и уже начала расстегивать пуговицы на его белоснежной рубашке. Что они собираются делать дальше? Не займутся же они сексом прямо на балконе посреди званого вечера? Это было бы неприемлемо. Неприемлемо… неприемлемо встречаться с демоном, неприемлемо спать со своим хозяином… Кажется, подобное только больше ее возбуждало. Никто, даже сам Шепфа, не вправе ей указывать. Лишь она решает кому и когда отдаваться!       В воздухе витали похоть и аромат ее пряных духов. От этого запаха у метиса кружилась голова. И дело было не в том, что он снова перебрал с глифтом, хотя выпил он, признаться, немало. Это все она… она сводила его с ума. Она была такой гибкой, податливой, пылкой, так стонала от его прикосновений. Он хотел, чтобы она таяла в его руках, чтобы продолжала кричать от удовольствия, хотел войти в нее, окончательно получив право на безраздельное обладание этим ангелочком: ее сердцем и телом - и тогда он сможет, наконец, назвать ее своей.       Астарот завел ладонь под ее платье и стал нежно поглаживать внутреннюю поверхность бедра, одновременно покрывая поцелуями ее лицо и шею. Анареида непроизвольно раздвинула ноги шире, с готовностью принимая его ласки. Он облизал ее мягкие губы, затем прикусил мочку уха, параллельно пытаясь задрать пышную юбку еще выше, чтобы дать себе пространство для маневра.       - Дьявол, почему эти бальные платья такие неудобные?! - раздраженно прошипел он.       Девушка усмехнулась, выдыхая ему в шею, но ответить ничего не успела, потому что уже через секунду ощутила, как его рука аккуратно направилась к трусикам. Она замерла в сладостном предвкушении. Длинные пальцы массирующими движениями прошлись по узкой полоске, отчего все ее тело содрогнулось. Убедившись, что ангелочек не сопротивляется, мужчина отодвинул тонкую ткань и, внимательно вглядываясь в ее лицо, ввел два пальца во влагалище. Он видел, как раскрылся ее чувственный ротик, слышал, как она тихо заскулила от наслаждения, и уже готов был застонать с ней в унисон. Внутри нее было так тепло и влажно. Мышцы вокруг его пальцев сократились, отчего член набух еще больше, причиняя хозяину уже ощутимую боль.       - Шепфа, как же узко! Ты будто ждала меня, - с жаром прохрипел метис, ласково целуя ее в губы. – Уйдем отсюда. Сейчас.       Анареида жаждала ощутить в себе не только его пальцы и уже была готова впустить его целиком. Она точно знала, чего хочет, но чего хотел он? Сделал ли он свой выбор или продолжал метаться меж двух огней? Девушка была возбуждена до предела, но и этого было мало, чтобы заставить ее забыть о его поцелуе с Уокер. Черт, как же сложно кому-то довериться, особенно если этот кто-то – единственный, кто может ранить твое ожившее сердце.       - Мы ведь об этом уже говорили, Астарот: мы не станем переступать черту, - произнесла она будто сквозь сон.       От этих слов мужчину передернуло. Он застыл как вкопанный, продолжая держать внутри нее пальцы.       - Ты ведь это несерьезно, правда? Скажи, что ты шутишь, - с надеждой произнес он.       - Нет, не шучу, - ответила Анареида, переводя дыхание.       Она продолжала висеть у метиса на шее с задранным подолом платья, но, кажется, ее это ни капли не смущало. Глядя на разгоряченного ангелочка, Астарот пытался придумать хоть одну вразумительную причину ее поразительного упрямства, однако отыскать удовлетворительное объяснение такому поведению ему так и не удалось.       - Что случилось? Только не говори, что ты меня не хочешь. Я чувствую, что это не так, - серьезно спросил он, собирая смазку, обильно покрывающую стенки влагалища.       Окончательно восстановив сбившееся дыхание, девушка проговорила ровным тоном:       – Я не буду вторым номером после Вики Уокер. Более того, твоей фавориткой я тоже становиться не собираюсь. Ты будешь обладать либо мной, либо всеми остальными. А пока ты все еще определяешься с тем, что для тебя важнее, стоит попридержать коней. Внезапно все встало на свои места. Астарот, наконец, в полной мере осознал, почему Анареида держала дистанцию, почему постоянно твердила, что между ними ничего не происходит и почему отказывалась от секса (а ведь он не раз предлагал ей заняться любовью, хотя бы по-дружески). Смутные догадки, которые периодически возникали в его голове, но которым он не придавал должного значения, оказались верны. И проблема была по большей части не в том, что он один раз поцеловался с Уокер, а в том, что тем самым он подтвердил опасения ангелочка, которые, видимо, мучали ее с самого начала их, надо сказать, довольно своеобразных отношений.       «Слепец!» - это самое безобидное, что он мог бросить в свой адрес. Признаться, в его мыслях сейчас крутились гораздо более неприличные прозвища, которыми он успел себя наречь. «Поверить не могу: она ревновала меня к Вики все это время! Неужели я и вправду ей так сильно нравлюсь? А я, дурак, еще сомневался. Значит, все эти ее «мы просто друзья» и «найди, наконец, себе девушку» - лишь ширма для настоящих чувств?» Это внезапное открытие запустило в душу метиса радостное ликование. Его губы расплылись в широкой кошачьей улыбке, в глазах заиграли дьявольские огоньки. Он вытащил из Анареиды пальцы, приблизился к ней, едва касаясь жарким дыханием кожи, и сладко промурчал:       - Значит, ревнуешь? Даже не представляешь, как мне это льстит.       - Я не ревную, - ледяным тоном метнула девушка, но Астароту все же удалось уловить в ее голосе нотки волнения. – Я хочу, чтобы ты сделал свой выбор. И если тебе действительно нужна я, то придется забыть о других женщинах. Я либо для тебя единственная, либо не твоя.       Она распрямилась и, величественно задрав подбородок, приблизилась к господину вплотную. Ее поступок развеселил мужчину: в этот момент Анареида была похожа на капризную маленькую девочку, которая требует безраздельного внимания к своей персоне. Метис усмехнулся, мягко взял ее за вздернутый подбородок и с издевкой сказал:       - Не знал, что ангелочки - такие собственники.       - Мир полон сюрпризов, - язвительно бросила она.       Астарот с наслаждением облизал ее губы, собирая с них остатки помады, и тихо произнес:       - Ты бываешь жутко вредной, но мне это нравится. Мне все в тебе нравится.       Метис медленно скользнул языком вверх по длинной шее, обжигая горячим дыханием. Остановившись у ушка, он начал ласкать его изнутри, пылко шепча:       - Хочу только тебя. Все время о тебе думаю – голова идет кругом.       Низкий мужской голос одурманивал, лишая Анареиду остатков рассудка. Она ощутила, как широкая ладонь хозяина легла на шею, спустилась вниз, огладив плечо и направилась к декольте...       - Раньше я и вправду грезил о Вики. Она была моим наваждением, но потом… потом появилась ты и заняла все мои мысли. Теперь, когда я смотрю на других женщин, то вижу в них тебя: твои глаза, губы, твое сексуальное тело. - Астарот громко выдохнул, еле сдерживая возбуждение. – Я хочу тебя и не могу этого скрывать: не могу делать вид, что не мечтаю о близости с тобой, когда ты прижимаешься ко мне в постели или когда расхаживаешь передо мной в своей короткой ночнушке. - Его рука продолжала изучать ее формы, продвигаясь все ниже. - Даже не представляешь, сколько всего я делал с тобой в своих фантазиях. Я обязательно тебе покажу.       От его колдовских речей девушка зарделась. Если бы слова могли обрести материальную форму и коснуться ее, то Анареида бы точно испытала оргазм, но они лишь усладили ее душу и усилили желание, отчего тело теперь упорно требовало разрядки.       Словно повинуясь ее настроению, метис снова завел руку под влажные трусики и легкими движениями пальцев начал растирать смазку по вульве. Шумно вдохнув холодный воздух, ангел откинула назад голову от подступившего удовольствия.       - Что ты затеял? – простонала она.       - Хочу сделать тебе приятно, - чарующе проговорил Астарот, продолжая свои издевательски медленные движения между ее ног.       - А если кто-нибудь войдет? – запротестовала девушка, порываясь сдвинуть бедра, чтобы прервать сладостное томление внизу живота, которое жутко мучило ее, мешало сосредоточиться. Но метис резко прижал ее таз к себе, не давая шевельнуться.       - Я выставлю его за дверь. Никому, кроме меня, нельзя смотреть на тебя такую, – разгоряченно прошептал он, вдыхая ее запах.       От возбуждения ее кожа стала пахнуть иначе - более терпко. Мужчина видел, как ангелочек все больше раскрепощается, чувствовал, как она сдается под напором его ласк.       Анареида пыталась мыслить здраво, но получалось все хуже: вожделение сметало остатки страха и стыда. Сделав над собой последнее усилие, она приглушенно произнесла:       - Никакой награды не будет, Астарот.       - Разве?       Хитро прищурившись, метис опустил вторую ладонь ей на бедро, из-за чего девушке пришлось крепче обвить его шею, чтобы не упасть.       – Моей наградой будет твое лицо на пике удовольствия. Хочу видеть, как ты бьешься в экстазе, и знать, что это сделал с тобой я. А теперь держись крепче, потому что мне понадобятся обе руки.       Ангелочек заскулила, уже предвкушая грядущее наслаждение. Она больше не думала ни о Вики, ни о незваных гостях, ни о последствиях, которые после придется разгребать. Прямо сейчас ей безумно хотелось, чтобы хозяин выполнил свое обещание и довел дело до конца. Ведь что может быть сексуальнее мужчины, который подкрепляет слова поступками. Астарот скользнул ладонью вверх по бедру Анареиды и, уперев большой палец в промежность, сжал ее ягодицу. Вторая рука продолжала мягко двигаться между половыми губами, посылая электрические импульсы по всему телу, наращивая напряжение. От его медленных и легких движений ее вульва набухла и запульсировала. Смазки стало так много, что теперь она обильно покрывала его пальцы.       - Какая же ты мокрая! – упоенно протянул метис, прижимаясь щекой к виску ангелочка.       Он прикрыл глаза от нахлынувших эмоций. От осознания того, как она течет от его прикосновений, сносило крышу. Член мучительно стоял и требовал ввести его внутрь этой малышки одним рывком до самого основания. Сейчас там было так влажно, что он бы с легкостью вошел в нее. Ему пришлось призвать на помощь всех богов и даже Шепфа, чтобы себя обуздать.       Его плавные однообразные движения изводили. Кажется, Астарот специально медлил - ждал, когда девушка сама попросит его ускориться. Когда же она начала выгибаться, как кошка, придвигая таз ближе к его рукам, требуя больших ласк, он перевел подушечки пальцев на клитор и начал двигать ими по кругу, едва касаясь, дразня и только усиливая желание. Анареида захныкала, еще сильнее прижимаясь к его пальцам.       - Ты очень нетерпеливая, но тебе придется подождать, - шепнул метис и страстно поцеловал ее налитые кровью губы.       Каждое его движение закручивало внутри настоящий ураган. Разрастаясь, он срывал барьеры, перемешивал чувства, разрушал здравый смысл. Девушке ничего не оставалось, кроме как отдаться во власть бушующей стихии. Ее ногти снова и снова впивались в широкую мужскую спину, оставляя царапины, которые почти сразу затягивались. Это было гораздо лучше ее эротических фантазий – это была реальность, и Анареида окунулась в нее с головой.       Астарот стал ускоряться, спровоцировав резкий скачок удовольствия. Ангелу едва удалось сдержаться, чтобы не закричать.       - Тебе нравится? – с придыханием спросил он.       Из уст девушки вырвался приглушенный стон:       - Да! Пожалуйста, не останавливайся.       - Не представляешь, как дико заводит, когда ты так просишь! - с жаром выпалил метис, продолжая свои сумасшедшие движения пальцами.       Он ласкал ее так виртуозно, как Рахманинов клавиши своего фортепиано. Каждый раз, когда Анареиды приближалась к оргазму, он замедлялся, не давая ей кончить, заставляя балансировать на грани. А когда ее разум немного прояснялся – он вновь ускорялся, приближая ее к исступлению.       Мужчина жадно следил за тем, как меняется ее лицо, как затуманивается взгляд от подступающего наслаждения, как ее движения становятся все более откровенными, а из чувственных губ все чаще вырываются стоны. Она была такая горячая, что одним своим видом могла заставить его кончить. Прямо сейчас ему безумно хотелось достать свой разбухший член из штанов и всунуть ей в руку, чтобы она ему подрочила. Ангелочек была так возбуждена, что с удовольствием сделала бы это для него. На секунду Астарот представил, как его сперма изливается на нее, когда она бьется в экстазе...       «Соберись! Нельзя терять концентрацию», - одернул он себя. Он хотел, чтобы его девочка как можно дольше находилась на грани, хотел довести ее до умопомрачения, чтобы она сама пришла за добавкой, и тогда… тогда он оттрахает ее до полусмерти!       Пока одна рука продолжала мягко стимулировать клитор, вторая - переместилась к влагалищу. Метис продвинул внутрь кончики пальцев – неглубоко, лишь на фалангу, отчего Анареиду накрыло волной чувственных впечатлений. Она истошно застонала. Мужчина тут же впился в ее губы, заглушая отчаянную мелодию.       - Тише, девочка. Если будешь так сладко кричать, сюда сбежится толпа, - выдохнул он.       Ангел собиралась было что-то ответить, но Астарот поспешно завел язык ей в рот, не позволяя отвлекаться от восхитительных ощущений, которые, вопреки законам гравитации, текли снизу вверх, выводя из строя ее измученный мозг. И Анареида самозабвенно отдалась своим чувствам: играя с языком господина, она все сильнее сжимала его волосы, все больнее царапала спину, все быстрее двигала бедрами.       Метис ввел пальцы немного глубже. Вращая ими по кругу, он старательно пытался отыскать точку G. Девушка уже начинала терять терпение. «Шепфа, да просунь же ты их до конца!» - вихрем пронеслось в ее голове. Она подалась вперед, прижимаясь к его руке, но Астарот не позволил ей руководить процессом.       - Не спеши. Я все сделаю как надо.       Его голос был в меру мягким, чтобы ангелочек не взбрыкнула, но достаточно властным, чтобы она ему подчинилась. За столько дней, проведенных вместе, хозяин точно знал, как нужно с ней разговаривать.       Наконец, он нащупал ту самую точку, от соприкосновения с которой у Анареиды в теле произошло короткое замыкание. Он не спеша стал массировать ее, пока вторая рука ловко орудовала на клиторе. И когда девушка уже была практически на пике, готовая, наконец, избавиться от сковывающего ее напряжения, его пальцы замерли, вновь не давая ей возможности дойти до конца.       Ангел больше не могла выносить этих безжалостных пыток. Ей безумно хотелось испытать оргазм, но метис не спешил дарить ей долгожданное освобождение. Ведь что может быть слаще осознания того, что вся власть сосредоточена в твоих руках? Жаль только, что не навечно, а лишь на какое-то до смешного короткое время. Но Астарот готов был из кожи вон лезть, чтобы подольше растянуть этот волшебный миг.       Он почувствовал, как хватка Анареиды слабеет - должно быть, ее силы были уже на исходе. Она смотрела на него невидящим взглядом, утопая в океане головокружительных ощущений. Практически потеряв связь с внешним миром, девушка едва понимала, что ей шептал господин, хотя ее мозг все-таки мог воспринимать некоторые обрывки его фраз.       - Моя малышка готова кончить? – с жаром прохрипел метис.       - Да-а! – жалобно протянула она. - Пожалуйста, сделай это! Я больше не выдержу…       «Шепфа, да! Ты еще не раз скажешь это, когда я войду в тебя. Как же нам с тобой будет хорошо», - торжествующе дрогнуло сердце. Разум помутился. Все, что теперь слышал мужчина, - это вой ненасытной волчицы, исступленно умолявшей прекратить ее агонию. И он хотел довести ее до умопомрачительного оргазма, но все тянул, околдованный ее сдавленными криками, ее мольбами. То, как она просила, как скулила от его пальцев, вызывало сумасшедший восторг. Ему не хватало лишь одного, чтобы вознестись на небеса вместе со своим ангелочком…       - Анареида, посмотри на меня, - глухо произнес метис, еле сдерживая рвущиеся наружу эмоции.       Собрав по крупицам остатки рассудка, девушка обхватила ладонями его шею, наклонилась к нему и заставила себя поднять прикрытые веки.       - Повтори еще раз… Только для меня, – порывисто выпалил мужчина.       - Пожалуйста, Астарот… О боже, дай мне кончить! – задыхаясь, взвыла она.       От внезапно подступившей эйфории метис застонал вместе с ней. Твердо вознамерившись порадовать своего ангелочка, он резко ввел в нее пальцы до самого основания и, совершая ритмичные размашистые движения, заскользил ими вдоль стенок влагалища, одновременно задевая ту самую волшебную точку. Анареида почувствовала, что вот-вот испытает экстаз. Она прижалась к Астароту, сминая его губы страстным поцелуем. Еще немного – и все будет кончено.       Длинные мужские пальцы на ее гениталиях продолжали исполнять свой дьявольский танец, ни на секунду не замедляясь. И в какой-то момент мощная волна наслаждения накрыла ее с головой, заставляя содрогаться все тело. Девушка изогнулась, точно натянутая тетива в руках своего господина, и закричала в исступлении, выпуская стрелу прямо в его пылающее сердце.       Метис восхищенно наблюдал за тем, как она кончает. Его душа ликовала при виде того, как эта дикая орхидея раскрывается перед ним во всем своем великолепии. «Как же она прекрасна!» - вырвалось откуда-то из груди. Еще ни одна женщина не вызывала в нем столь фантастические эмоции. Но ведь ни одна из них не была совершенством. «Кажется, я влюбился…»       В одно мгновение тело ангелочка обмякло, и она повисла у Астарота на шее, уткнувшись лицом в его плечо. Мужчина поставил ее на пол, бережно придерживая под руки, и крепко обнял.       - Шепфа, как же хорошо, - непроизвольно сорвалось с ее губ.       От этих слов горячая кровь устремилась прямо к клокочущему сердцу метиса. Он ласково прижал к груди ее голову и взволнованно произнес:       - Если захочешь, я буду делать это с тобой каждую ночь.       Сейчас Анареида как никогда была похожа на беззащитного ангелочка, которого хотелось посильнее прижать к себе и больше никогда не отпускать. Он поцеловал ее в макушку и радостно протянул:       - Моя маленькая девочка…       Умиротворенно прикрыв глаза, Астарот гладил ее мягкие волосы, и она полностью расслабилась в его сильных мужских руках, спрятавшись в них на время от суровой реальности. Они простояли так несколько минут, наслаждаясь близостью друг друга. Наконец, немного оклемавшись, Анареида сказала:       - Пора возвращаться, пока нас не хватились. Но сначала нужно привести себя в порядок.       Окинув себя недовольным взглядом, ангел наспех начала поправлять съехавшее набок платье и приглаживать волосы. Метис игриво усмехнулся, глядя на ее размазанный макияж.       - Давай помогу.       Он принялся пальцем растирать черные и красные пятна по ее лицу.       - Что ты делаешь? Так еще хуже! - Девушка раздраженно отвела его ладонь. - У тебя есть салфетка или носовой платок?       Астарот растерянно развел руками.       - Как можно сопровождать даму, не подготовив заранее носовой платок? – негодовала она.       Мужчина убрал за ушко прядь ее растрепанных волос и со счастливой улыбкой проурчал:       - Я и рассчитывать не мог на такое окончание вечера. Но обещаю, что в следующий раз подготовлюсь лучше.       - Я не могу пойти туда в таком виде, - капризно надув губки, пробубнила Анареида.       Тогда метис все с той же довольной улыбкой наклонился к ней и стал облизывать ее скулы, затем щеки, одновременно вытирая пятна рукавом своего пиджака.       - Щекотно! – захихикала девушка, пытаясь увернуться от его языка.       - Стой смирно, а не то из ангелочка превратишься в ведьму, - требовательно проговорил Астарот, с усердием стирая с ее лица въевшуюся тушь. Закончив и еще раз оглядев Анареиду, он кивнул, удовлетворенный своей работой. – Уже лучше. Сможешь дойти до уборной.       Наконец приведя себя в более ли менее божеский вид, пара незаметно нырнула обратно в зал.       В просторном помещении, озаренном бесчисленным множеством огней, бессмертные все так же плясали, сплетничали и набивали животы едой и глифтом. Кажется, никто и не заметил длительного отсутствия молодого метиса и его игрушки. Лишь Дино напряженно стоял у колонны и периодически поглядывал на балконную дверь. Он переживал, что озверевший Астарот мог ненароком сорваться на своей спутнице. Вспомнив его ошалелые глаза, ангел был уверен, что тот сейчас способен выкинуть что угодно, хотя все же искренне надеялся, что метис не причинит вреда Анареиде, ведь, кажется, она ему тоже нравилась.       Наконец, в зале показался Астарот. Выглядел он довольно непринужденно. Придерживая двери, он пропустил свою даму вперед, после чего они двинулись в разные стороны. «Видимо, конфликт исчерпан», - с облегчением выдохнул Дино. Вначале он собирался подойти к девушке, чтобы убедиться, что с ней все хорошо, однако быстро передумал, опасаясь снова спровоцировать ссору.

***

      В то время как растрепанный и расслабленный метис пошел искать выпивку, решив, что такое знаменательное событие необходимо отметить, ангел забежала в ванную комнату и поспешно смыла с лица свидетельства чересчур тесного общения с хозяином. Когда девушка была готова вновь показаться на публике, она тотчас поспешила к единственному бессмертному, с которым могла поделиться переизбытком эмоций – к своей любимой подруге. И не успела Анареида к ней подойти, как та сразу начала забрасывать ее вопросами:       - Ты в порядке? Что там произошло?       Ангел не спешила отвечать: кажется, она была растеряна, что еще больше заинтриговало Жасмин.       - Неужели я пропустила фееричный скандал? – продолжала расспрашивать она.       - Можно сказать и так… - расплывчато проговорила девушка.       Подруга нетерпеливо заерзала.       - А если подробнее?       Анареида немного помедлила, размышляя над тем, как описать произошедшее в двух словах, потом ответила:       - Астарот подрался с Дино, и мне пришлось их разнимать.       Жасмин ахнула и порывисто выпалила:       - Он что, увидел, как вы целуетесь?       - Да не целовались мы! – возразила ангел. – Я вышла с Дино на балкон, чтобы сказать ему, что у нас ничего не выйдет. Пока я с ним объяснялась, он приобнял меня за плечи. Астарот увидел это, взбесился и набросился на него с кулаками. Еле оттащила!       - Ну дела… - присвистнула девушка. – А я предупреждала: рано или поздно твои ухажеры друг друга поубивают. - Затем она виновато добавила: - Извини, я не хотела говорить ему, что вы с Дино ушли вдвоем. Но он начал выспрашивать, где ты и с кем, собрался тебя искать. Я решила, что лучше скажу ему сразу, чтобы потом это не стало неожиданностью. В конце концов, нет ничего предосудительного в том, что ты общаешься с другими парнями.       - Все нормально, не переживай, - успокоила ее Анареида.       Подруга сочувственно положила руку ей на плечо.       – Сильно поссорились?       Ангел раскраснелась.       - Вряд ли можно назвать это ссорой. Просто… просто Астарот очень темпераментный. Мы остались одни, он разгорячился, потерял над собой контроль, я тоже… - сбивчиво лепетала она.       Жасмин широко раскрыла глаза от удивления. «Анареида покраснела? Быть такого не может! Так смущается, будто между ними произошла не ссора, а кое-что другое. А может, сначала ссора, а потом в страстях…» В мысли закрались смутные подозрения. Она шепотом спросила:       – У вас что, на балконе был секс?       Девушка встрепенулась.       - Да почему сразу секс! – воскликнула она, потом осеклась и словно невзначай добавила: - Просто петтинг…       Жасмин ошарашенно уставилась на подругу.       - Обалдеть! Просто петтинг? – изумленно протянула она.       - Сама не понимаю, как так вышло, - сбивчиво затараторила ангел, пряча лицо в ладонях и краснея еще больше. – Астарот впечатал меня в стену, а потом… потом вдруг начал шептать мне на ухо, как он ревнует. Он был таким страстным, что я дико возбудилась и стала его провоцировать. Мы поцеловались, а после уже не захотели останавливаться.       Жасмин нашла глазами метиса, который в этот момент вальяжно расхаживал по залу с улыбкой Чеширского кота, и на секунду представила, что он вытворял с ее подругой на том балконе.       - И что же? Вы теперь вместе? – обрадовалась она.       - Что за чепуха! Конечно, нет, - возразила Анареида.       - Ты опять за свое? – с досадой буркнула девушка. – Вы целуетесь, воркуете, обжимаетесь по углам, а ты до сих пор не можешь признать, что у вас отношения?       - Я не собираюсь признаваться в том, чего нет, - упорно продолжала настаивать на своем ангел. - Я не отрицаю, что нас с Астаротом тянет друг к другу, но этого недостаточно. Сначала он должен определиться со своими желаниями.       Жасмин пристально посмотрела на нее, пытаясь понять: откуда идут корни такого поразительного упрямства.       - Это из-за поцелуя с Уокер? - многозначительно спросила она. – Согласна, он облажался, и ты правильно сделала, что все ему высказала. Но, мне кажется, теперь, когда Астарот получил то, чего так упорно добивался, он успокоился и готов идти дальше. По крайней мере, с тех пор я не видела, чтобы он проявлял к нашей советнице хоть какой-то интерес. Более того, она сама к нему сегодня подходила.       Она намеренно сделала паузу, наблюдая за реакцией Анареиды. И хоть по ней нельзя было сказать, что слова подруги ее заинтриговали, Жасмин в этом ни капли не сомневалась.       - Не знаю, о чем они там беседовали, - продолжила она, - но когда наш метис увидел тебя с Люцифером, то сразу ринулся к вам, оставив Вики одну. Так что, по-моему, он уже все для себя решил.       - Зачем ты его защищаешь? – спросила ангел, недоуменно вскинув брови.       - Потому что он тебе нравится. И я не хочу, чтобы из-за какой-то дамочки ты отказывалась от своего счастья, - без тени издевки ответила Жасмин.       Анареида упрямо мотнула головой.       - Дело не в Вики, а в нем. Ты только посмотри на него. - Она внимательно наблюдала за Астаротом, который беспечно прохаживался из угла в угол, засунув руки в карманы. - Он молод, самоуверен, несдержан. Он чересчур быстро переключает фокус внимания с одной девушки на другую. Вчера он хотел Вики, сегодня – без ума от меня, завтра появится еще кто-то. Он слишком непостоянен. У него никогда не было нормальных отношений, зато было много беспорядочных связей. Как я могу говорить о том, что между нами все серьезно, если он сам несерьезен?       Жасмин понимающе кивнула.       - Я согласна, что Астарот порой бывает импульсивным и что ему не мешало бы повзрослеть, но, с другой стороны, в этих его мальчишеских повадках есть определенный шарм, не находишь? – Анареида улыбнулась, соглашаясь с ее замечанием. – И все это никак не умаляет его чувств к тебе, просто ему требуется время, чтобы научиться их выражать. Думаю, стоит дать ему шанс. В конце концов, не попробуешь – не узнаешь. Так что прошу тебя: не игнорируй его ухаживания и престань намеренно толкать его к Вики. Тебе нравится не так много парней, чтобы ими разбрасываться.       Ее слова заставили ангела задуматься: «А может, Жасмин права, и мне в самом деле стоит завязать роман с Астаротом? Я не могу игнорировать свои чувства к нему, но могу выпустить их на волю – и будь что будет! Когда-то я уже приняла подобное решение, и оно стало самым верным в моей жизни».       По какой-то непонятной причине ее тянуло к этому метису. Он был ничем не лучше других, но его серые смеющиеся глаза, его обаятельная, и в то же время издевательская улыбка, его черные, как смоль, волосы, разбавленные огнем, и разноцветные крылья, свидетельствовавшие о сочетании в нем ангельского и дьявольского – все это очаровывало, притягивало Анареиду, как манит яркий свет глупого мотылька, который летит к нему, точно околдованный, не понимая, что тот его убьет.       Каждый раз, когда Астарот говорил своим низким бархатным голосом, когда соблазнительно шептал всякие непристойности ей на ушко по ее телу проносился электрический разряд. Его прикосновения одурманивали, мешали принимать правильные решения. Она не могла контролировать свои эмоции, они зарождались на уровне ее подсознания, куда девушка никак не могла проникнуть. Она чувствовала, как слабеет рядом с ним, как все больше ему подчиняется. Почему же он так на нее действовал? Ангел не могла себе этого объяснить. Разве можно разложить любовь на отдельные компоненты, изучить их и вывести определенную формулу?       Но где-то глубоко внутри все еще жил страх. Она боялась, что огонь, который распаляет в ней этот сумасбродный юноша, рано или поздно обожжет ее саму. Видимо, именно поэтому Анареида запрещала себе переступать последнюю черту между ними. Казалось, если она сделает еще один шаг, то сгорит заживо в губительном пламени своих собственных чувств. Но как же хотелось сделать этот последний шаг! Как же хотелось поддаться этому змею-искусителю… Тогда чего она ждет? Неужели испугалась, что упадет в пекло? Она ведь итак жила в аду последние 10 лет, так что ей терять?       - О чем ангелочек задумался?       Внезапно перед ней возникло улыбающееся лицо метиса, незаметно подкравшегося сзади.       - Да так, ни о чем.       Девушка быстро отогнала от себя навязчивые мысли и прямо посмотрела ему в глаза. Астарот хитро прищурился, пытаясь угадать ее настроение, но ему так и не удалось ничего разглядеть за показным спокойствием. Оставив попытки ее прочесть, он настойчиво предложил:       - Пойдем отсюда. Мне надоела эта толпа. Жасмин, ты же не будешь против, если я украду у тебя подругу? Влюбленным иногда нужно побыть вдвоем.       От этих слов Анареиду передернуло.       - О да, конечно, я понимаю. Идите, только не наделайте детей, - язвительно бросила Жасмин.       - А вот этого обещать не могу.       Астарот демонстративно привлек девушку к себе за талию. Та вспыхнула от возмущения и зашипела:       - Прекрати! Твои шутки кажутся смешными только тебе.       Мужчина же прильнул к ее уху и ласково прошептал, чтобы услышала только она:       - А я и не шучу. – Он провел носом по ее волосам, отчего внутри все затрепетало. – Хочу побыть с тобой наедине. Обещаю не распускать руки снова, если сама не попросишь. По коже ангела пробежали мурашки. В голове против воли вспыхнули картинки того, что метис делал с ней там, на балконе: как он трогал ее, как она просила его продолжать. Астарот почувствовал смену ее настроения и, немного остужая ее пыл, громко произнес:       - Сыграем в «Монополию»?       А про себя подумал: «Пусть тоже немного помучается».       - Ух ты! – восторженно воскликнула Жасмин. – А откуда у вас «Монополия»?       - Нашли на Земле среди обломков, - коротко метнул он.       - И ты умеешь в нее играть? – с сомнением спросила девушка.       - Анареида меня научила.       - А она тебе не сказала, что в нее интереснее играть большой компанией?       - Большие компании - для больших оргий, а мы предпочитаем развлекаться в узком семейном кругу, - с сарказмом метнул метис, за что тут же получил локтем в бок. Не обращая внимания на внезапную боль, он взял свою спутницу под руку и поспешно направился к выходу, кинув Жасмин напоследок:       - Нам пора. Еще увидимся.       Та в ответ махнула рукой и крикнула им вдогонку:       - Развлекайтесь, голубки.

***

      Званый вечер подходил к концу, и бессмертные начали разбредаться по своим пристанищам. Но двое из них давно валялись в постели, где активно скупали недвижимость за фальшивые деньги. Они больше не говорили о том, что произошло на балу: слова здесь были неуместны. К тому же они все уже обсудили. Теперь пришла пора действовать: Астарот должен был доказать Анареиде серьезность своих намерений. Необходимо, чтобы она видела, что он созрел для отношений. На самом деле, у него уже был готов план по завоеванию ангелочка, ему оставалось лишь придерживаться выбранной стратегии. Так что с приставаниями придется повременить. Сегодня он степенный, рассудительный мужчина, который точно знает, чего хочет. А хочет он стать монополистом на поле и в сердце прекрасной дамы.       Ночь за игрой пролетела незаметно. Заснули они только под утро. К сожалению, метису не удалось выиграть партию, но завтра он все же надеялся победить в любви.