25. Ральф

             Дни учений тянулись долго и мучительно. Прошёл сентябрь, половина октября, близился холодный ноябрь, уже шёл иногда слабый снег...Каждый божий день нас будили в пять утра криками, и мы должны были быть готовы через пять минут. На завтрак отводилось ровно пятнадцать минут, не больше. Кто не успел–выговор от Мюллера и потом бедолага должен драить сортир после учений. Уже после того как мы поели, нас отвозили за город, на специальную военную базу. Там мы часов восемь то делали какие-то физические упражнения, то стреляли, то изучали теорию обращения с оружием и стратегию боя, потом ещё что-то делали, и так до самого вечера. Почти тоже самое, что и в гитлерюгенде, но только жёстче и в стократ суровее. Возвращались в казармы примерно часов в восемь и от усталости сразу же валились на кровать, не хватало времени даже нормально пообщаться. Хуго справлялся неплохо, хотя и приходил обратно немного бледным, но он держался молодцом. Хотя, среди казалось бы бесконечных гонений и учений, у нас всё таки бывало два свободных денька–суббота и воскресенье. Эти дни недели полностью принадлежали нам, делай что хочешь, и никто тебе ничего не скажет. Я не упускал своего шанса и изучал город. Лейпциг оказался приятным и уютным городом, со множеством пассажей и старинных красивых зданий. Гулять тут было одно удовольствие. Моим самым любимым местом стал парк Розенталь. Огромный, похожий больше на поле, светлый и ухоженный, в нём всегда было много людей с детьми. Я бы мог днями напролёт лежать на зелёной траве и смотреть в небо, наблюдая за облаками и пожёвывая соломинку. С Хуго я тоже иногда прогуливался сюда, так же мы ходили по кафетериям, пробовали местную саксонскую кухню. Говор местных отличался от баварцев, более мягкий что ли...Иногда горожане не понимали отдельные слова, потому что у нас они произносятся по другому. Ну, что сказать, надо привыкать и приспосабливаться. Моя жизнь вернулась в прежнее русло. Никаких резких перемен, только сборы и ты сам, ну и друзья тоже. До того самого дня. Во вторую неделю в Лейпциге, в среду, я утром захотел забежать в ближайший магазинчик за углом чтобы купить сигареты. Было прохладно, и меж домов плавал лёгкий туман. Несмотря на довольно раннее время, по улицам туда-сюда сновали люди. Купив то что мне было нужно, я вышел на улицу, облокотился об витрину магазина и закурил. Хлопнув дверью, рядом со мной пристроился владелец лавки и тоже затянулся, выпуская дым причудливыми колечками.       — Ты на службе тут? Я не сразу понял, что мужчина обращался ко мне.       — Ну...да, только временно. Сейчас у нас проходит военная подготовка две недели. А потом нас всех раскидают по разным местам.       — Ясно. Откуда приехал?       — Мюнхен.       — Баварец значит...далековато занесло тебя. Я только пожал плечами. Ну да, я из Баварии. Слышал, что некоторые люди говорили, что Бавария и остальная Германия–совершенно разные вещи. Мы разговорились. Мужчина был холост, вёл свой бизнес по продаже самодельных трубок для курения, преуспел в этом. Рассказал мне, что в молодости играл за сборную Саксонии по футболу. В какой-то момент он толкнул меня плечом и указал головой на идущего мимо человека. Девушку. Мне стало плохо. Даже издалека я смог узнать её по походке, ровной спине и слегка поднятой головой. Её профиль я распознавал из тысячи лиц вокруг. Одетая в голубое лёгкое клетчатое платье с белыми туфлями и ободком в волосах, держа сумочку в руке, Лорна Карбоне смотрела перед собой и шла, не смотря по сторонам.       — Видишь? Это желанная женщина для многих мужчин этого города. Можно сказать, не каждый сможет заполучить её. Я не понял, что продавец хотел мне этим сказать.       — Извините, — я не сводил глаз с удаляющейся Лорны, — что вы имеете ввиду?       — Как тебе сказать, она проститутка, весьма дорогая, как говорят. Её называют Королевой ночи. А так девушку зовут Герта Рауш... Дальше я не слушал. Земля ушла из-под моих ног, и мне пришлось схватиться за мужчину чтобы не упасть. Проститутка значит...Лорна, моя Лорна стала грёбанной шлюхой, которая трахается с левыми мужиками по ночам и получает за это деньги. Я чуть не умер от осознания этого факта.       — Эй, ты чего это? Всё в порядке у тебя?       — Где...она...работает? Слова давались мне с трудом, язык будто прилип к нёбу, и слова потеряли всякий смысл.       — Кёнигштрассе 18, дом мадам Морте. А что...       — Спасибо большое за беседу, но мне пора идти на сборы. Извините. Я умчался к себе в казармы, всё ещё не веря в то, что услышал от хозяина. Почему она так решила? Неужели из-за того, что произошло в Мюнхене? Но почему проститутка? Полно других работ для женщин, более пристойных. Может из-за денег? В моей разгорячённой голове возникали жуткие образы. Вот похотливый старикан лижет её сосок, сжимая вторую пышную грудь. Агрессивно дёргает её за длинные густые волосы, запрокидывает ей голову и оставляет синяк на шее Лорны своими мерзкии губами. Лижет её лоно, суёт пальцы, а та извивается от удовольствия, сладострастно стонет и просит продолжать. Потом мужчина резко раздвигает ноги девушки, входит в неё и начинает быстро двигаться. Лорна умоляет трахать её сильнее, ускорить темп. Она царапает его плечи, зажмурив глаза от удовольствия и приоткрыв рот в немом стоне. Старик целует снова эти прекрасные губы, шепчет ей грязные и похотливые слова, их животы шлёпаются друг о друга. Он то сбавляет темп, то увеличивает, доводя себя и её до оргазма. Потом этот мерзавец снова ласкает грудь, которую когда-то ласкал и целовал я... А ведь он не один, таких много, и со всеми ними Лорна трахалась. Вот она, женская природа. Не любила она меня вовсе. На сборах я был как будто во сне. Время пролетело для меня со скоростью света, и я хотел поскорее закончить. Дом на Кёнигштрассе 18 находился чуть ли не в центре города. Красивый дом цвета слоновой кости с резьбой, лепниной и большими окнами выглядел привлекательно и ухоженно. Я вошёл на крыльцо, освещаемое лучами уже захoдящего солнца, и, помедлив какое-то время, постучал в массивную дверь. Мне открыла женщина лет тридцати с острым подбородком и светлыми блондинистыми волосами.       — Вы что-то хотели, молодой человек?       — Да, я хотел узнать, здесь ли работает Лор...Герта Рауш? Женщина смерила меня с ног до головы насмешливым, но изучающим взглядом.       — Такой молоденький. Вы хотите провести ночь с Гертой?       — Н-нет, я просто её старый друг, хотел повидать.       — Не знаю, мы кого попало не впускаем. До свидания. Она уже собиралась было закрыть дверь.       — Пожалуйста, мне очень надо. Если я сейчас не увижусь с Гертой и не поговорю, то умру от горя. Кажется подействовало.       — Ждите здесь. Сейчас я спрошу у управляющей можно ли вас принять. Дверь захлопнулась. Я стал от волнения грызть ногти и посматривать в окно наверху. А что если Лорна мне откажет в приёме? Плевать. Тогда я пролезу к ней ночью и поговорю с ней, расспрошу обо всём. Десять минут спустя блондинка вернулась и поманила меня за собой. Внутри меня всё запело. Внутреннее убранство борделя было весьма приятным на вид: диваны, кресла, столики, люстра под потолком. Всё создавало ощущение комфорта и уюта.       — Нам на второй этаж. Поднявшись по деревянной лестнице, женщина проведа меня вдоль светлого коридора к третьей двери и постучала. А мне казалось, что моё сердце билось сильнее и весь дом это слышит.       — Герта, тут к тебе посетитель.       — Но я никого не жду, Клаудия. — В груди у меня ёкнуло от голоса Лорны.       — Он говорит, что является твоим старым приятелем. Просится к тебе.       — Ну ладно...впусти его. Дверь открылась, и перед собой я увидел просторную хорошо убранную комнату с большой кроватью, резным шкафом и туалетным столиком, за которым сидела Лорна Карбоне в шёлковом пеньюаре и чулках с поясом, расчёсывая чёрные волосы.       — Ну и кто... Её большие карие глаза расширились от удивления, расчёска выпала из руки. Всё, что вырвалось изо рта девушки было только "ох". Блондинка ушла, оставив нас вдвоём. Я смотрел на Лорну, а она смотрела на меня. И боги, она была прекрасна! Я чувствовал, что внутри меня разгорается самый настоящий огонь желания. Но был ещё гнев и он проявил себя первым.       — Ральф... Кипевшая во мне злость всё-таки вырвалась наружу.       — Не ожидала да? Думала, что больше меня не увидишь? Что избавилась от меня? Нет, всё это–грёбанное дерьмо! Ты блять ушла и ничего не сказала мне, бросила! А теперь что я вижу–ты стала чёртовой шлюхой! Трахаешься с мужиками! Значит ли это, что слова, что ты меня любишь–полная херня?! А? Все женщины такие змеи? Я выплескивал всю скопившуюся за месяц обиду и злость на неё, мне было плевать, что это могло ранить её. Плевать.       — Ни письма, ничего от тебя не осталось. Ты ужасный и подлый человек Лорна, ты растоптала меня...       — Да как мы смеешь говорить обо мне такое?! — Она завопила на меня, немного усмирив мой гнев, — Ты вообще знаешь почему мне пришлось так поступить?! Знаешь, через что мне пришлось пройти?! Думаешь, мне нравится всё это?! Чёртов эгоист! Только о себе любимом и думаешь!..       — ДА ЗАТКНИСЬ ТЫ!!! Она влепила мне звонкую и сильную пощёчину, и я не смог больше себя сдерживать. Стремительно подойдя к Лорне, я притянул её к себе и впился губами в её губы, крепко обвив руками талию. Она начала брыкаться и вырываться, но я не разомкнул рук. И о чудо! Девушка ответила на мой поцелуй, углубляя его и сплетая наши языки вместе. Я схватил её за ягодицу. Я очень хотел Лорну. Прямо сейчас, в этой комнате, на этом полу. Сдёрнув пеньюар, я повалил девушку на землю, снял с неё трусики и быстро вошёл. Лорна ахнула и вцепилась в мои волосы. Я начал агрессивно двигаться, зная, что Лорна это очень любит, что нежным с ней быть в постели нежелательно, только диким. Схватив девушку за волосы я начал яростно вдалбливать её в пол, показывая, что любить здесь Лорну по-настоящему могу только я, и никто другой.       — Встань на четвереньки. Она послушалась и сделала так, как я хотел. Держа за волосы одной рукой, другой я ударил её по заднице, то замедляясь, то ускоряясь. Лорна вскрикнула и повернула голову за поцелуем. Я поцеловал её, но нежно, нашёл рукой мягкую грудь и сжал её. Я был близок к оргазму и двигался как бешеный.       — Ральф...я почти всё... Я зажмурился и простонал сквозь сжатые зубы. Схватил девушку за шею, и кончил ей на живот, потом повалился на Лорну, тяжело дыша от усталости и уткнувшись ей в шею.       — Прости меня, — прошептала она, — мне жаль, что я так поступила с тобой. Я люблю тебя. Я пощекотал её по носу.       — Я тоже, моя хорошая. И ты прости меня, что накричал. Я был ошарашен и шокирован. Но...больно просто...       — Чш-ш-ш-ш... Лорна обвила меня своими руками, и я почувствовал, что плачу. Плачу как ребёнок. Мне её очень не хватало. Лорна–моё всё, моя жизнь, мой свет во тьме, моё сокровище. Я люблю её и не потеряю.