Глава 9

Единственное, что хотел бы ощущать человек после такого дня, так это горячую воду, а Варвара – вдобавок запах травяных настоев, клонящих в сон. Последние Агафья делала сама по просьбе внучки. То, что делали слуги, было чем-то похожим, но не таким идеальным. Сняв с себя накидку и платье, Варвара отдала их в руки слугам, а сама, наконец, смогла полностью отдаться манящему помещению, заставлявшему задержаться здесь минимум на несколько часов. Завидев наполненную горячей водой огромную ванну, Варвара мягко улыбнулась. Она отошла в сторону, чтобы сначала смыть с себя всю грязь, скопившуюся за весь день. Посмотрев на неполные бочки, Варвара поняла, что бабушка уже успела здесь побывать, пока она была на вечерней прогулке. Видимо, отошла сделать травяные настои. Девушка намазала волосы любимой густой смесью муки и мёда, а затем намылила губку, потирая ею тело. Подождав некоторое время, Варвара промыла голову заготовленной жидкостью. Завершая процедуру уже обычной чистой водой, девушка смотрела под ноги, убеждаясь, что не остаётся чуждых телу частичек. Чувствуя себя чище всех на этом свете, Варвара подошла к деревянным бортикам и, перекинув через них ноги, залезла в ванну. Закрыв глаза и зажав нос пальцами, девушка с головой опустилась на дно. Через несколько секунд она вынырнула, вдыхая жгучий пар и убирая волосы с лица. Дверь в комнату открылась. Агафья поставила несколько готовых баночек с настоями в сторону. Сняв с себя белую сорочку, женщина также отдала её слуге. Подходя со спины к внучке, Агафья дотронулась до её головы, массируя кожу плавными круговыми движениями. Варвара задрала голову вверх и широко улыбнулась. Агафья перешагнула бортик и тоже окунулась в воду, только по грудь. Девушка радостно переместилась вперёд – она всегда так делала, чтобы бабушке удобнее было делать ей массаж. — А ты хорошо голову промыла, прежде чем в ванну залезть? — ехидно спросила Агафья, беря с полочки, приделанной к деревянным бортикам, широкую щётку с жёсткими ворсинками. — Ну ба! Я уже не маленькая, а вполне самостоятельная девушка, конечно промыла, — внучка театрально надула губы, но затем встрепенулась. — А что, там ещё что-то осталось? — Агафья начала смеяться. — Вот так и знала, что ты специально это сказала. Кроме шуршания щётки и капающей воды, на фоне были слышны тихие шаги и звон стеклянных баночек – прислуга завершила подготовительную часть банной комнаты. Теперь можно полностью расслабиться. Сладкий запах свежезаваренных трав поступал в лёгкие с каждым глубоким вдохом. Варвара чувствовала цветочный привкус, будто он и правду сейчас находился на кончике языка. Мышцы спины поддавались массажным движениями и становились мягче. В некоторых местах щётка особенно приятно чесала кожу, из-за чего Варвара изгибалась, давая понять, где нужно задержаться. Несмотря на освобождающий от напряжения вечер и место, девушка не могла полностью уйти от непрошеных мыслей о сегодняшней прогулке. Варвара посмотрела куда-то на стену, где висело разноцветное полотно. Чёткая картинка расплылась перед глазами. Прикрыв веки и сосредоточившись на ощущениях, мысли всё равно никуда не ушли. — Дёрнул меня чёрт согласиться на встречу, — наконец выдала Варвара, будто все скопленные переживания сейчас были яростно выплеснуты. — Ты была права, он... Неплох, — Агафье не надо было спрашивать, о ком говорит внучка, она и так всё понимала. — Но после этого вечера я чувствую себя в таком напряжении, как будто что-то должно случиться. Но я не знаю, что именно. — Что-то прошло не так? Он тебя не обижал? — бабушка не хотела сразу задавать вопросы о Петруше. Хоть она и переживала за внучку, но хотела, чтобы она сама имела желание об этом поговорить. — Нет, что ты, конечно не обидел. Не смог бы, — девушка усмехнулась над последней фразой. — Бабуль, — вдруг серьёзно произнесла Варвара, после чего Агафья остановилась и подняла голову вверх, заглядывая в голубые глаза. Девушка повернулась к ней всем телом. — Мои родители были хорошими правителями? — Конечно. Лично для меня они были самыми лучшими. — А я смогу стать такой? — голубые глаза наполнялись грустью. И каплей надежды. — Смогу ли я справиться одна с такой ответственностью? — Я ведь справляюсь. Думаешь, у меня не очень выходит? — У тебя всё замечательно, — искренне ответила Варвара. — Но ведь ты стала царицей, будучи уже опытной. Да и, как бы это ни было странно, с моими родителями ты провела намного больше времени, чем я. Они тебе доверились. А мне бы доверились? — Агафья протянула руки вперёд. Девушка протянула в ответ свои и бабушка мягко сжала её горячие ладони. — Мама и папа не успели даже увидеть тебя, но я точно знаю, что, прими ты самое безумное решение в своей жизни, они бы всё равно с тобой согласились. Потому что они тебя очень любят. И я люблю, — Варвара слабо улыбнулась и подвинулась ближе, чтобы обнять бабушку. — Петруша... — неуверенно начала Варвара, будто пытаясь чего-то не напутать. — Когда он рассказывал о себе, то упомянул какое-то царство, переставшее быть живым. Это случайно не то самое, о котором ты рассказывала? — Да, оно и есть. — Удивительно, что хоть кто-то оттуда выжил, — нахмурившись, тихо произнесла девушка. — По твоим рассказам, мне думалось, что только люди из Яблочного царства заново начали строить свою жизнь. — Не только мы смогли спастись. А что он ещё говорил? — Агафья заметила, как напряглась внучка. Повисла недолгая пауза. — Он сказал, что мог бы вернуть моих родителей. А я ответила, что не хочу быть причастна к тёмной магии. — Но тебе бы хотелось, чтобы они сейчас оказались рядом с тобой? — Варвара серьёзно посмотрела на бабушку перед тем, как ответить. — Да, но... Как-то не так это всё должно быть, понимаешь? — Агафья кивнула, и девушка снова повернулась к ней спиной. Бабушка продолжила массажировать щёткой спину. — Знаешь, ба, мне и одной хорошо, — Варвара о чём-то задумалась и в тишине банной комнаты прозвучал её ответ на собственные мысли. Голос затих и Агафья точно могла понять, что свет надежды в голубых глазах погас. — Ну не грусти, не грусти. Ещё подумай. Одной ведь скучно, — бабушка потрепала внучку за рыжие мокрые волосы, слегка запутывая их, и немного пощекотала бока. Раздался звонкий смех, что отскакивал от стен, разносясь по всей комнате, заполненной вкусно пахнувшим паром.

***

Звеня цветными баночками всех возможных размеров, Горох пытался отыскать ту, которая ему наконец-таки пригодится. Скотина загнана, собаки мирно посапывают в своих будках, жители гасят фонари, а стражники встают на свои посты. Лишь небольшой домик с вечно горящим светильником поздно ночью выделялся из привычного ритма уже пару недель. Многие могли засыпать чуть ли не под утро, поэтому Горох несильно отличался от остальных, стараясь не слишком портить свой режим. Голова должна хорошо работать, а сейчас – тем более. Почти сорокалетний жизненный опыт использовался в полном его объёме: вспоминались старые, чуть ли не древнейшие рецепты, открывались плотно запечатанные конверты с редчайшими растениями в единичных экземплярах. Для простого человека в этом маленьком доме кипела жизнь, но на самом деле здесь чувствовался запах смерти. Горох мог насильно запихивать в себя хоть какую-то еду – это простое действие его сильно отвлекало, потому что ему поскорее хотелось закончить с разработкой плана и приступать к делу. Сейчас он сидел за столом в одежде из тонкой ткани – в помещении было достаточно тепло – и листал одну из самых ценных книг, существовавших когда-либо. Сохранённая и ничем не повреждённая за всё время рукопись хранила в себе крупицу тех знаний, что попросту не были доступны никому в мире Яви. И это та единственная вещь, что он взял с собой из места, которое когда-то было его домом. Глубокий синий цвет обложки с хаотичными узорами в виде бледно-голубых линий, серебряные ровные углы и сероватые страницы содержали в себе знания о мире Прави. Горох жадно поглощал всё, что было выведено на бумаге чернилами такого же цвета, какой была обложка. Странные закорючки, символы, неизвестные никому буквы – царь всё понимал и видел в этом не просто какие-то рисунки или каракули, а совершенную истину за гранью человеческого понимания. Неразборчиво шепча на несуществующем для других языке, Горох использовал тёмные заклинания. Пока другие занимались обычной жизнью, он готовился к тому, что случится. Что именно – он до недавних пор и знать не знал, но определённо чувствовал всей своей проклятой кровью. Он ликовал, потому что знал: теперь всё будет иначе. А, точнее, уже стало. Бережно, как никогда в жизни, он распечатывал закрытые им самим конверты, с идеальной точностью в пропорциях замешивал зелья и слово в слово чётко проговаривал заклинания. Тёмная магия пропитала воздух, Горох в буквальном смысле дышал ею. Возносился к богам. Да что уж там. Он мог стоять вровень и даже выше, чем некоторые из них. Заготовки сделаны, заклинания наложены, отвары выпиты. Собрав небольшую сумку тех вещей, что ему пригодятся на ближайшее время, Горох впервые встретил закатное солнце, выйдя из дома до наступления темноты. Последние лучи будто специально осветили его невысокую мрачную фигуру прежде, чем пропасть за горизонтом. Вход в лес притягивал своей таинственностью, а запланированный маршрут обещал быть особенно интересным. Ему могли помешать стоящие на посту стражники, но те и глазом не повели, хотя Горох прошёл рядом с ними на расстоянии вытянутой руки. Что же, ощущать себя невидимым было столь непривычно, что заставило смеяться царя во весь голос. Так вот какое оно – истинное колдовство.

***

Мягкая земля под ногами сменилась твёрдой поверхностью из каменных плит, выложенных аж до того места, где деревья спрятали свои корни. Замок величественно тянулся к небу острыми штырями, что были видны, только если задрать голову наверх, при условии, что Горох не стоял вплотную у входа. Чтобы пройти к воротам, нужно пересечь узкий мост, тянувшийся над пропастью. В ночь вряд ли можно что-то разглядеть, но царь-таки смог заметить внизу воду и морские волны. Над поверхностью витал туман, поэтому издалека казалось, что пропасть – бесконечная дыра, ведущая в недра земли. На самой узкой части моста впритык могла поместиться крупная повозка. Горох смело шёл у края и завороженно смотрел то вниз, то вдаль, то на ворота спереди. — Вот это да-а-а, — протянул колдун, в очередной раз задирая голову вверх, только теперь уже стоя у самого входа. Теперь концы башен совсем затерялись до невозможности их разглядеть. — «Не замечала хороших кандидатов»? Будет тебе кандидат, — вытащив из сумы иглу, Горох плотно сжал её в руке. — От меня не отобьёшься, Варварушка, быть тебе моей женой, — усмехнулся царь и постучал костяшками пальцев по воротам и убрал руки под плащ. Вся поверхность будто задрожала, прежде чем открыться и впустить незваного гостя внутрь.

***

Никогда прежде Баюн не знал, что его хозяин может переживать. Кощей сидел на троне и буравил взглядом ворота замка. Хотя поза была довольно привычная: широко расставленные ноги, рука, подпирающая голову, а вторая покоившаяся на подлокотнике. Длинные пальцы бесшумно постукивали о трон, задавая ровный медленный ритм. Баюн сидел меж ног Кощея на престоле, и тоже смотрел вперёд в ожидании неизвестного. Кот старался хоть как-то помочь, тихо и утробно мурча, таким образом успокаивая хозяина. Этого было мало и не могло полностью успокоить Бога, но Кощей всё равно был благодарен. Раздался стук, эхом окативший пустое пространство зала. Баюн сжал уши и спрыгнул вниз, довольно быстро меняя форму. Кощей, всё так же не меняя положения, остановил постукивания и щёлкнул пальцами. Ворота начали отворяться, пуская лунный свет. Кроме белой полосы на полу стала видна растянутая человеческая тень. Та неспешно и плавно двигалась, пока не показался её владелец, а ворота не захлопнулись за его спиной. — У всех богов привычка хлопать дверьми, когда к ним приходят гости? — спросил царь так лениво, будто ему вообще всё равно, с кем он разговаривает. Он лишь осматривал стены, проходя ближе к Богу и удивлённо вскинул брови, увидев на полу змей. — Только если эти гости не знают рамок приличия, — голос Кощея прозвучал низко и холодно. Баюн оскалился, обнажая мощные клыки, и зарычал. Молниеносно преодолев расстояние зала, волк встал позади Гороха, приняв стойку, готовый в любой момент напасть, если хозяину будет угрожать опасность. Баюн попытался колдовать, но понял, что ничего не выходит. Горох не слышал его речей, всё ещё думая, что волк просто рычит. Баюн впервые увидел человека, который не воспринимал его речь. Кощей, встав и подойдя ближе к царю, вытянул руку и стал немедленно призывать магию. Горох видел, как рука Бога буквально искрила холодом, яростно вращающимся на внутренней части ладони в виде шара. Улыбка царя медленно становилась шире. Кощей никак на это не отреагировал, лишь немного нахмурился, а вот Баюн зарычал громче, предупреждая Гороха не делать лишних движений. Никто не видел, что он делает, потому что большая часть тела скрыта под плащом. Но запах вещей хозяина Баюн всегда различал, и сейчас он будто видел человека насквозь, доверяя не глазам, а носу, следя за движениями. — Я пришёл с миром, — царь состроил грустное лицо, делая вид, что ничегошеньки плохого он не сделал. — Нужно просто кое-кого похитить для меня... — Я никого не похищаю, — выдал Кощей, когда царь ещё не успел закончить предложение. — Ну сделай исключение для царя, — Горох жалостливо посмотрел на Бога, но потом решил прекратить притворяться дурачком. — Я недавно у Яги был, — медленно начал он. — Так вот у неё одну вещицу взял, — Горох высунул руку из плаща, в которой держал иглу. Он рассматривал её, вертя в руках, делая вид, что видит её в первый раз. — Хотя ты и сам видишь, — усмехнулся он, а Кощей чертыхнулся, опуская руку. — Эта вещица дорога для тебя, правда? — Баюн так звонко рявкнул, что Горох немного дёрнулся от неожиданности. Вытянув руку так, чтобы волк видел, что он делает, царь стал надавливать на середину иглы, заметно её прогибая. Некогда сильнейший божественный предмет теперь стал хрупкой вещью. — Сломаю – умрёшь. Успокой-ка свою собачку. Кощей скривился внутри от таких слов, мечтая разломить человеку череп. Вот же уродец. Баюн встретился взглядом с хозяином и, хоть и не сразу, всё же принял обычную позу. Подходя к Кощею, он не отрывал глаз от царя. Закрыв собой хозяина, Баюн напряжённо замер на месте, стараясь даже не моргать лишний раз. Каждое неверное движение человека угрожало жизни его хозяину. Баюн слушался, но если будет нужно – он примет свои меры, чтобы его защитить. — То-то же, — Горох больше не давил на иглу, возвращая ту в суму. — Одна царица мечтает о принце на белом коне. И я хочу стать этим самым принцем. Святослава её зовут, знаешь такую? Из Яблочного царства. Хотя ей больше нравится имя Варвара... Многих девушек звали таким именем. Но раз «царица мечтает», значит круг людей заметно сузился. Припоминал он одну такую, которой нравилось другое имя. Баюн часто рассказывал ему истории про людей из мира Яви. Жаль, что его рассказы пригодились не в самой хорошей ситуации. — В общем, ты похить, а я через месяц приду, да спасу свою будущую невесту из рук твоих злодейских, — Горох мило улыбнулся. — Какое-то детское у тебя желание, — Кощей усмехнулся. Он посмотрел в сторону окна, задумавшись, и продолжил говорить, поглаживая Баюна по гладкой белой шёрстке. — Хочешь сказать, что ты пробрался через тёмный лес, игнорируя всех моих нечистей, дошёл до избушки Макошь, оставил её без сознания, до этого, видимо, успев забрать мою иглу, прошёл в мои владения, добрался до замка, а теперь угрожаешь мне, чтобы что? Чтобы я похитил какую-то девушку, на которой ты хочешь жениться? — Кощей начал хлопать и повернул голову обратно. Его забавляла эта ситуация, хоть он и находился на грани смерти. — Ну да. Так и есть, — навеселе ответил Горох. — Люблю я Варварушку. — Другим людям сказки рассказывай. Приданое у неё богатое, да? — Кощей внутренне возмутился тому, как легко смертные говорят такие слова. Любит? Если любовь в Яви выглядит так, то там нечего делать. — Да. У меня казна пустовата, буду честен. Зато потом будет ломиться. Может, и с тобой поделюсь, — добавил царь уже в шутку. — Отдашь иглу? — Кощей проигнорировал его. — Если сдержишь обещание – отдам. А если нет – поломаю. Видел же, могу это и одной рукой теперь сделать, — повисла небольшая пауза, после чего Горох добавил: — Только отдам я её после нашей с Варварой свадьбы. Слово царя даю, — он был крайне доволен, что переговоры проходят успешно. — Будет Святослава твоей невестой, — выдал Кощей после недолгой паузы. — Не врёшь? — Боги никогда не лгут. Горох засмеялся, а затем достал из-за пазухи книгу. Бросив её к лапам волка, он повернулся спиной, сказав через плечо: — Кажется, это твоё. Она мне уже не нужна, — и просто ушёл, зная, что его никто не посмеет тронуть. Ворота тихо открылись, выпуская гостя. В замке наконец наступила тишина. Кощей даже не смотрел на то, что валялось на полу. Ему было наплевать на это. Разозлившись, он снова зашагал обратно и сел на трон. Прикрыв глаза, Кощей пытался мыслить. Ярость поглотила тело, заставляя кровь густеть. Почти чёрные вены теперь стали видны под бледной кожей. В тишине послышался звук когтей, стукающих о каменный пол. Баюн держал в пасти книгу и протягивал её Кощею. Тот вопросительно посмотрел на предмет и взял его в руки. Приняв свою обычную форму, кот запрыгнул сначала на подлокотник, а затем на плечо хозяина. Кощей помнил, что это. — Пр-р-ропавшая книга из твоей библиотеки, — вслух закончил Баюн мысли хозяина. Как? Почему? Когда? Кощею не было интересно, что было с этой книгой после пропажи. Очередная его рукопись теперь не имела никакого значения. Просидев так с ней некоторое время, Кощей бросил её вниз. Змеи окутали упавший предмет и унесли его куда-то в коридор. Кощей поднялся и встал во весь рост, шагая к выходу. Оказавшись на улице под лунным светом, он стал идти дальше. Баюн спрыгнул с его плеч и уже в форме волка встал перед хозяином, чтобы тот смог на него взобраться. — Опять возьмёмся за стар-р-рое? — весело прорычал Баюн. — Помчали. Сначала навестим нашу подругу.

***

— Давно ты здесь? — рассказывая, что произошло в замке, Кощей наблюдал за Марой. Она внимательно слушала его и с каждой пройденной минутой её глаза наполнялись грустью. Баюн старался добраться до Макошь как можно быстрее. Будучи несильно уверенным, всё ли с ней в порядке, он всю дорогу думал, как бы ей помочь. У него это получилось, и он даже смог облегчить действие заклинания. Теперь Яга выглядела живее, чем до этого. — После ухода из твоего замка я сразу направилась к ней, так что да, я тут довольно давно, — Мара мягко поглаживала Макошь по волосам, сидя на краю кровати. — Ничего серьёзного он ей не смог сделать. Только вот она всё не может проснуться... — Скорее не захотел сделать. Хотя посмей он её тронуть, я бы по-другому с ним разговаривал, — серьёзный тон Кощея Марена слышала крайне редко. Посмотрев на кота, Богиня увидела его переживающие глаза, что смотрели то на хозяина, то на Макошь. Баюн сидел на одном из стульев, стоявшем рядом с кроватью, подрагивая кончиком хвоста. — Что собираешься делать? — спросила Мара, когда и так догадывалась, что он мог ответить. — Похищать невесту. Что мне ещё остаётся? Хотя невестой её трудно назвать. Она скорее раб, который получит мнимую свободу, на самом деле перемещаясь из одной темницы в другую. — Будь аккуратнее, касатик, — заботливо произнесла Мара, встав с кровати, чтобы обнять Кощея. Такое прозвище ему дала Макошь. Мара решила от её лица, таким образом, пожелать удачи. — Она обычная смертная, не нужно так переживать, — хотя, в связи с последними событиями, Мара и Баюн поспорили бы насчёт «обычных смертных».

***

Малахитовый сад снова наполнен весельем и гостями, празднующих день свадьбы. Прошёл почти месяц со дня проведения соревнований. Стражники передали множество благодарностей, наизусть помня всё, что желали царицам. Несколько часов они на это точно потратили, но зато поняли – жителям и гостям тот день определённо понравился. Арена теперь использовалась в качестве места для собраний и места, где утром открывался базар. Сюда приезжали и всё ещё приезжают люди из других царств и деревень просто погостить и прогуляться по красивой территории. Много людей благодаря турниру, смогли приобрести новых знакомых. И не только знакомых: — Видишь, кто-то нашёл свою любовь на турнире. Умница ты моя, смогла соединить одинокие сердца, — Агафья поцеловала внучку в рыжую макушку и погладила по волосам. — Твой план оказался успешным. Немного не в твою пользу, но всё же. — А я и не жалею. Гляди какие счастливые, — Варвара искренне радовалась за эту парочку. Она почувствовала что-то вроде гордости, будто наконец смогла сделать что-то особенное. Девушка позабыла о странном мужчине и о тревожных мыслях, которые он вызывал. Она видела счастье народа и сама смогла стать счастливее. Дни проходили непринуждённо. Варвара всё так же тренировалась стрельбе из лука вместе с дядей, помогала бабушке собирать травы, читала книги и занималась шитьём. Такая простая рутина несомненно её радовала. Конечно она не забывала ещё и слушать советы Агафьи по поводу правления, беря на себя всё больше задач, которые потом должны стать её основной работой.

***

— Получается, сегодня был последний день нашей совместной тренировки? — мужчина так же стоял возле Агафьи, как и тогда несколько лет назад, когда они завели разговор об обучении Варвары стрельбе из лука. — Да. Хотел, чтобы она прошла его по-особенному? — Скорее нет, чем да, — усмехнулся дядя. — Варвара же не должна знать, что этот день чем-то отличается от остальных. Но знаешь... Мне всё равно жаль, что для неё он прошёл как обычно. — Никому ни слова. — Из-за своего любопытства я в это погряз, сам же и выбираюсь. Ты же меня знаешь, мне и самому не хочется получать втык от богов. Чёрт, это всё ещё звучит так непривычно, чувствую себя сумасшедшим, когда об этом говорю, — мужчина коротко посмеялся. — Столько лет прошло, а каждый раз как в первый, — усмехнулась Агафья. — И не говори, — дядя минуту помолчал. — А что насчёт того мужчины? Давно его видела последний раз? — После турнира Петруши и след прошёл. — Может стража что-нибудь знает? — Я специально им ничего не говорила. Петруша может подумать, что его в чём-то подозревают, — царица пожала плечами и посмотрела на небо за окном. Тучи поглотили вид на звёзды, послышался стук капель и поднялся ветер. Такой погодки у них не было с того момента, как Святослава и Святогор узнали о том, что у них будет дочь. — Имечко у него дурацкое... Не зря Варвара тоже что-то не то подумала.

***

Несмотря на разбушевавшуюся погоду, которую Варвара впервые в жизни видела, окно закрывать девушка всё же не стала. Бабушка как-то рассказывала ей о сильных дождях – редкие, но льют на славу. Резик и Гелик привычно сидели на зеркале внутри комнаты, прижавшись друг к дружке. Потупив взглядом вдаль на дома, прохладные руки перестали упираться о влажный от попавших на него капель подоконник. Неспешно пройдя к кровати, Варвара подвинула светильник ближе к краю тумбы. Открыв книгу, девушка продолжила читать. До конца книги оставалось немного, поэтому совсем скоро та была отложена обратно на тумбу. Глаза смотрели на потолок и почти не моргали. Полоса лунного света на этот раз была не такой яркой и чёткой. Посмотрев на голубей и обратно наверх, девушка приняла решение поскорее заснуть.

***

Прошло много времени, но Кощей и Баюн смогли добраться до нужного места и теперь сквозь деревья видели замок Яблочного царства. Баюн в который раз отряхнулся, попадая каплями на Кощея. — Обязательно всегда при своём приходе пор-р-ртить погоду? Из-за Перуна вода не льёт как из ведра, как от тебя, — белая шёрстка заметно намокла и слипалась от влаги. — Скажи спасибо, что грозы нет, — Кощей ступал по скользким корням деревьев. Из-за грязи получались больше шлепки, а не шаги, но вода, громко бьющаяся над ними об листья деревьев, перекрикивала всевозможные звуки. На пути встретилась охрана, которую Баюн спешно смог усыпить, не привлекая лишнего внимания. Несколько стражников теперь облокачивались на стволы деревьев. — Какой вежливый. Весь не в меня, — едко произнёс Кощей. — Какой хозяин, не такой и кот, — парировал Баюн. Последний раз отряхнувшись, волчья спина прогнулась, приглашая сесть. Кощей устроился удобнее и чуть наклонился вперёд. — Найдёшь её? — Баюн утвердительно кивнул и пересёк лесную границу. Пробегая рядом с домами, от одного из них нос почуял знакомый запах. Остановившись и тихо зарычав, волчьи глаза направились в окно, за которым виднелся тусклый свет. — Понимаю тебя, но сейчас у нас другая цель, — Кощей недовольно посмотрел на небольшой домик и недовольно цокнул. Судя по реакции Баюна, там находился тот смертный. Продолжая бежать, бесшумно касаясь лапами мокрой травы, Баюн замедлился и поднял голову наверх. — Наша Варька где-то там, — кивок направлен в сторону верхних окон. — Уже успел прозвищем её наградить? — Во всяком случае, это лучше, чем «Варварушка». — Да уж, — Кощей скривился в отвращении, но потом продолжил осматривать крышу замка. Кажется, они смогут добраться наверх без всяких проблем. Прыгая по черепице, Баюн старался не задерживаться на одном месте, потому что наклонённая мокрая поверхность нещадно скользила. Добравшись на самую длинную часть, Кощей аккуратно слез и прошёл вперёд. Баюн – теперь уже кошачьими лапами – вальяжно зашагал за хозяином. Неожиданно тот остановился. Проследив за его взглядом, кот повернул голову в сторону одного из окон. Какая-то уже довольно взрослая женщина, судя по распущенным седым волосам, смотрела на них, но не принимала никаких действий. На лице читалось удивление, но внешне она никак не реагировала. Недолго так постояв, женщина с уважением поклонилась и ушла вглубь комнаты. Кощей посмотрел на кота в непонимании. Они не очень поняли, как она могла их заметить, потому что стена дождя создавала видимость похуже тумана и заменяла любой громкий звук стуком воды о черепицу. Оказавшись у окна, Кощей тихо пролез в просторную комнату, оглядываясь по сторонам. Баюн запрыгнул за ним. Полоска света почти полностью была перекрыта высокой мужской фигурой. Кощей замер на месте, заметив на кровати девушку. Рыжие волосы рассыпались по подушкам, домашний белый сарафан немного задран, а край толстого одеяла закрывал только одну ногу. Заметив сбоку движение, Кощей повернулся и заметил двух голубей. Чёрные бусины блестели от немного попадающего на них света. Баюн обратил на себя внимание тихим, почти неслышимым, шипением, показывая маленькие острые клыки. Голуби замерли, а затем прижались друг к другу, стараясь сделать вид, что их нет. Кощей, тем временем, успел оказаться у края кровати. Наклонив голову набок, он решил рассмотреть веснушчатое лицо поближе. Девушка хмурилась, веки подрагивали. Приоткрыв глаза, Варвара посмотрела вбок, где над ней возвышалась чья-то фигура. Не успев даже вскрикнуть, голубые глаза округлились и затем вновь посмотрели на Кощея спокойным взглядом. — Нельзя же так пугать её, она нам ещё живой нужна, а не потер-р-рявшей на вечность сознание от твоего вида. А если бы она успела закричать и пр-р-ривлечь внимание? Предупреждай хотя бы, когда собираешься кого-то будить. — Рад, что могу на тебя положиться, — Баюн заметил ухмылку хозяина и поджал уши, отвернув голову набок. Будь он человеком, то закатил бы глаза. — Потр-р-ребовалось намного больше сил её усыпить, чем я думал. Голова раскалывается... — А раньше тебе и секунды хватало на такие простые вещи. Стареешь, — Кощей хмыкнул. — От стар-р-рика слышу. Не хотя больше слышать от хозяина колкости, Баюн вновь превратился в волка. Кощей аккуратно поднял девушку на руки, прижимая тёплое тело к себе. Первым через окно выпрыгнул Баюн. За ним сразу последовал Кощей, тихонько перелезая через подоконник. Добравшись до земли, Кощей удобнее усадил Варвару спиной к своей груди, держа её одной рукой за талию. Агафья смотрит из окна на исчезающие из вида фигуры и тяжело вздыхает. Она зашла в комнату внучки сразу же, как только поняла, что в помещении никого нет. Как раз в тот момент, когда Агафья подошла к окну, они уже спустились. Грустно осматривая пустое спальное место, царица лишь надеялась, что сделала всё правильно.

***

Убежав достаточно далеко от людей, Баюн замедлился, а ещё позже начал чувствовать себя хуже некуда. Внутри буквально всё трескалось и нещадно болело. Удерживать девушку в спящем состоянии стоило огромных усилий. — А Вар-р-рька то бойкая, — Баюн немного пошатнулся. — Так противится, будто убить её собираюсь. — Держись, ну же, — Кощей взъерошил мокрую шерсть Баюна и слез с него. Взяв девушку на руки, он постепенно начал чувствовать, как девичье тело напрягалось. Взглянув на Варвару, Кощей будто прилип к земле, неразрывно смотря в большие голубые глаза и прижимая девушку покрепче. Та, будто выйдя из транса, начала сопротивляться, окончательно проснувшись.