Глава 10

Голова не отдавала пульсирующими болями, а тело не чувствовало дикий жар. Макошь с трудом открыла глаза, щурясь от солнечного света. Мара, заметив, что подруга очнулась, хотела было её обнять, но сначала решила зашторить окно. — Сколько я так пролежала? — Макошь прокашлялась, услышав свой охрипший голос. — Немного, — Мара отошла от окна и села на край кровати. — Со вчерашнего вечера ты совсем не двигалась, но Баюн предупредил, что ничего серьёзного не случилось. Макошь старалась найти силы держать глаза открытыми, но у неё плохо получалось. Опираясь руками на матрас, Богиня приподнялась, поворачиваясь и облокачиваясь спиной о деревянную стену. Коснувшись лба, будто это как-то могло облегчить небольшое головокружение, Макошь вспоминала вчерашний вечер. Её накрыло чувство вины за то, что она оказалась абсолютно бесполезной, позволив смертному проникнуть в Тридевятое царство. Но ведь сделать она тоже ничего бы не смогла. Макошь поняла это сразу, как только почувствовала до жути знакомую, но одновременно с этим отталкивающую силу. И это явно был не Кощей, хотя магия ощущалась так же. — С касатиком всё в порядке? — Макошь вскинула голову, чтобы посмотреть на Мару. Резкое движение отдало в голову неприятным толчком. — Я не знаю, — Марена сидела с ровной спиной, сложив руки на коленях. Тихий голос не давал и намёков на что-то хорошее. — Кощей и Баюн ночью зашли тебя проведать. Визит смертного они пережили, — Макошь вздохнула с облегчением, но напряжение так и не спало, а чувство вины с новой волной ударило под дых. — Где они сейчас? — Направляются в Яблочное царство, чтобы похитить невесту для царя, — Марена встретилась с непонимающим взглядом, и затем быстро добавила: — Этот смертный так себя назвал. Он отдаст иглу взамен на царицу. — Ему нужна не просто девушка? Хотя идти на такое ради какой-то простолюдинки было бы глупо. Это всё словно какая-то шутка... — Они должны вернуться через несколько дней, — Мара сжала ткань своего платья. Она не скрывала своего волнения. — Не переживай ты так, вернётся твой любимый, — Богиня улыбнулась. — Он, в конце концов, бог, а не какая-то там обычная нечисть. Тем более они там вдвоём, а ты сама понимаешь, что эта парочка в обиду себя не даст, — Мару немного успокоили слова подруги. Макошь огляделась и тяжело вздохнула, когда направила взгляд на казан. — Что-то не так? — Суп заново придётся готовить. Этот переварился, — Макошь теперь сидела с грустным видом, тогда как Мара не сдержала смешок.

***

Мне бы крылья, чтобы укрыть тебя, Мне бы вьюгу, чтоб убаюкала, Мне бы звёзды, чтоб осветить твой путь, Мне б увидеть сон твой когда-нибудь. В теле чувствовалась необычайная лёгкость и спокойствие. Будто сон облегчил жизнь: стёр из неё проблемы и превратил их в воздушную вату, так приятно обволакивающую тело. Варвара бы и дальше плыла по безмятежности, если бы вдруг сознание не начало сопротивляться. Девушка не понимала, почему тело и душа протестуют, а главное – чему? Лёгкость и спокойствие постепенно превращались в тревогу, а воздушная вата стала давить на тело, как будто была огромным камнем, и кроме ощущения тяжести и ноющей боли было трудно что-то понять. Хотелось вдохнуть полной грудью, но спёртый воздух никак не давал сделать это. Теперь, когда контроль над собственным телом постепенно возвращался, Варвара отчётливо могла понять, что её кто-то держит. Будто готовясь что-то сделать, девушка напряглась, но никаких действий ещё не предпринимала. Лишь открыла глаза и поняла, что сейчас смотрит на запредельной красоты взгляд. Радужка точно была в цвет сапфира – эти драгоценные камни не часто попадались ей на глаза, но в данный момент она видела самые восхитительные из всех, которые ей доводилось рассмотреть. Они смотрели на неё заворожённо, будто гипнотизировали и хотели подчинить. Варвара осеклась на последней мысли и поняла, что пялится на глаза неизвестного ей человека, чьё лицо она последний раз видела у себя в комнате, а теперь он держит её на руках посреди леса и неизвестно что собирается с ней сделать. «Что происходит?» – единственная мысль, которая сейчас крутилась в голове и повторялась неоднократно каждую секунду, становясь громче настолько, что могло показаться, как кто-то стоит рядом и задаёт этот вопрос без шанса, но с надеждой получить ответ. Начав принимать попытки сопротивляться, Варвара ворочалась и хотела хоть как-то отдалиться. Сильные руки не удерживали её достаточно крепко, поэтому девушке всё же удалось оказаться на ногах и ощутить сырую землю голыми стопами. В любой другой ситуации ей бы стало противно чувствовать грязь между пальцев ног, но сейчас её больше волновало то, в какую сторону ей лучше бежать и что вообще делать. Она совершенно не понимала, где находится и что это за часть леса. Оглядываясь по сторонам, Варвара чуть ли не взвизгнула от испуга, когда увидела в паре метров от неё огромного белого волка. По сравнению с медведем он был таким же, если не больше, а потому пугал страшнее любого хищника. Попятившись назад, девушка руками шарила по воздуху, желая ухватиться за что угодно, надеясь, что это как-то поможет. Тело дрожало и моментами даже заметно дёргалось, когда Варвара замечала малейшие движения от волка или незнакомого ей человека. И только сейчас девушка поняла, что последний и вовсе не был похож на хоть кого-нибудь из всех знакомых ей людей. Только оказавшись на земле, она начала понимать, какой же он высокий. Даже отдаляясь, ей приходилось немного задирать голову, чтобы проследить за ним, если вдруг он захочет что-то сделать. Сердце готово было разорваться от страха, а руки всё ещё нервно пытались зацепить абсолютно что угодно, но наткнулись лишь на сухую шероховатую поверхность. Буквально впечатавшись спиной в ствол дерева, Варвара судорожно сглотнула, не понимая, что ей делать дальше: звать на помощь, бежать или стоять на месте, наивно надеясь на то, что её потеряют из виду. Глаза цвета сапфира до сей поры следили за всеми действиями девушки, но, будто очнувшись, перестали обращать на неё внимание. Кощей приблизился к Баюну и коснулся морды обеими руками, пропуская между пальцев сухую мягкую шёрстку. Тот пытается устоять, но лапы не слушаются. Он лишь покачивается и тихонько скулит, стараясь держаться на месте. — Ляг, — Кощей давит на спину и Баюн почти сваливается на землю, ощущая мощную волну облегчения. — Совсем всё плохо? Баюн вовсе не двигается, только мышцы иногда подрагивают, когда ощущают прикосновение в определённых местах. Так сильно ещё никто не противился его магии. Не считая того царя, конечно. Хоть и на девушку магия вполне действовала, что-то всё равно мешало колдовать в полную силу. Это не было что-то тёмное, как у того смертного. Наоборот, оно лишь пыталось защитить, но не убить или хоть как-то специально навредить. Однако боль от отторжения Баюн всё-таки испытывал. — Надо немного... Пер-р-редохнуть, — Кощей услышал слабое рычание и забеспокоился за слугу. На его памяти Баюн ещё не выглядел настолько бессильным. — А где эта? — волчьи глаза были чуть приоткрыты и смотрели за спину Бога. Кощей обернулся туда, где ещё минуту назад стояла Варвара, но той и след простыл. Решила попытаться сбежать, когда тот отвлёкся? Разумное решение. Только сейчас Кощей сосредоточился на звуках и услышал хруст веток где-то далеко. — Скоро вернётся, — равнодушие в голосе означало, что всё под контролем, а ведь так оно и было. — Лучше скажи, долго восстанавливаться будешь? — Пар-р-ру часов хватит, — тяжёлый вздох расшевелил лежащие на земле листья. — Это не её магия. — Я это тоже понял, — Кощей присел рядом с Баюном и подвинулся ближе к нему, боком ощущая теплоту тела. — Её просто хотят убер-р-речь. — Немудрено попытаться защитить царицу, — усмехнулся Кощей и провёл рукой по волосам, убирая те назад и немного их взъерошивая, а затем он посмотрел наверх. Недавно с неба пропали тучи и теперь посреди пустой голубизны сияло солнце. Несколько дней подряд Баюн бежал и пытался как можно быстрее добраться до замка. Всю дорогу его мучила боль и с каждым днём она только усиливалась, пока сегодня совсем его не вымотала. Не сделай он остановку, то точно бы свалился где-то по дороге от бессилия. И раз им придётся просидеть так ещё некоторое время, Баюн решил сказать хозяину о том, что ему бы стоило узнать ещё тогда, когда он предупредил о подходе царя к замку. — Когда я впер-р-рвые учуял царя, я понял, что уже знаком с его запахом. — Ты о моей магии? Он прочитал всю мою книгу до самой корки и воспользовался информацией в ней по назначению, — Баюн прекрасно понимал, что это равносильно овладеть силой богов. — Не только это. Я помню этот человеческий запах. Много лет назад нам уже доводилось с ним видеться. Точнее, с его родственниками. — Я догадываюсь, о ком ты. Это ведь они украли мои книги? — «родственниками» царя на его памяти могли быть только два человека, которых он лично видел.

***

Иван был простолюдином из небогатой семьи, а Елена - наследницей большого царства. Хотя оно не было таким уж большим, поэтому Кощей считал его очередной деревней, просто более многолюдной и богатой ресурсами. Не думал он, когда похитит Елену, что к нему в замок осмелится заявиться ещё один смертный. Тот настолько был влюблён в будущую царицу, что готов горы свернуть, только бы вернуть её. Если бы тогда Кощей знал, что они посмеют украсть книги из его библиотеки, то ни за что бы не стал с ними церемониться: превратил бы в лягушек и пустил на все четыре стороны. Конечно же, не забыв перед этим дать змеям с ними поиграться. Некоторые рукописи бесследно исчезли, а та, что вернулась к ним недавно спустя столько лет, последняя из уцелевших. Нетрудно догадаться, что Иван и Елена их попытались прочесть, за что были наказаны, и их род навечно прокляли. Как и царство, которым они правили. Сначала они думали, что всевышние дали им небывалую силу и знания, потому что всё написанное в книге они понимали и могли даже чему-то научиться. Но чем больше они читали, тем больше страдали: дети умирали в раннем возрасте или при самом рождении, а те, кто смог выжить, умирали раньше, чем успевали обзавестись наследниками. В маленьком царстве перестала кипеть жизнь. Земли не приносили урожая, скотина умирала при малейшем заболевании, а жителей мучила бессонница, плохое настроение и нежелание что-либо делать. Так продолжалось не одну сотню лет, пока не случилась большая трагедия, затронувшая большую часть земель. Хотя для такого царства эта трагедия была больше благословением. Территория опустела, почти все жители погибли, а построения стали больше напоминать развалины. Выжившие смогли уйти и начать новую жизнь. И кое-кто эту новую жизнь решил зря не растрачивать. Знания из книг имели свойства передаваться будущим поколениям, так что детям даже не приходилось их читать, чтобы обрести их. Этими знаниями и обладал царь Горох — единственный и последний наследник погибшего царства. Его семья только со временем поняла, что дело в украденных книгах, а потому их спрятали и никогда больше не открывали. Гороху удалось найти последнюю непрочитанную книгу и забрать себе.

***

— Уцелел ведь, гадёныш, — Кощей припомнил лицо Гороха и теперь непроизвольно сжимал кулаки. — Стал невосприимчив к твоему пр-р-роклятью. Столько поколений сменилось, когда-то должен был родиться тот, кто вытер-р-рпит все страдания своей семьи. — Шанс был ничтожен. — Но он всё же был, — заключил Баюн, и тем самым закончили на этом обсуждение былых времён. Молча просидев некоторое время, они заметили, как Варвара направляется в их сторону, — Как думаешь, Вар-р-рька уже поняла, что бегала по одному и тому же месту? — не в силах даже поднять голову, только волчий взгляд лениво направился в сторону. — Думаю, ей в этом помогли, — Кощей хитро улыбнулся, когда посмотрел в сторону, где был слышен хруст веток, но теперь уже более тихий и редкий, потому что босые ноги ступали легко и уверенно, будто нашли правильную дорогу. — Вы посмотр-р-рите, как он улыбается, что бы это могло значить? — Баюн вяло, но всё же завилял хвостом. Если у хозяина было хорошее настроение, значит и у него всё было прекрасно.

***

Когда неизвестный ей человек – хотя Варвара с каждой секундой сильнее сомневалась в том, что это был именно он – перестал обращать на неё своё внимание и повернулся в сторону волка, она потупила пару секунд, а затем рванула прочь вглубь леса. Она испытывала неприятные покалывания и боль во время бега: на земле валялись камни, где-то корни дерева слишком сильно выпирали из-под земли, а где-то хвоя втыкалась в нежную кожу и оставляла кровоточащие точки. Варвара бежала и не понимала, сколько времени это занимает. Когда она убежала? Несколько секунд назад? Минут? Может, часов? Мышцы быстро дали слабину, а сухость во рту не давала ухватить больше воздуха. Сердце билось, как бешеное, а тело стало жарким и противно липким от пота. Яркое солнце теперь не приносило хорошего настроения, потому что Варваре точно было не до него. Остановившись посреди какой-то поляны, девушка ударилась коленями о землю и схватилась за грудки, откашливаясь от попавшей в рот пыли и сбившегося дыхания. Каждый раз пытаясь сглотнуть, Варвара чувствовала, как она чертовски сильно обезвожена. Хотелось пить, есть, бежать и исчезнуть одновременно. Девушка впервые решила осмотреть себя: белый сарафан теперь напоминал грязную половую тряпку, волосы спутались и образовали клубки. Где-то даже успели зацепиться щепки от дерева, к которому Варвара прислонялась. Наступившая паника начала возрастать. Она совсем одна, неизвестно, насколько далеко от дома, в испорченной одежде, без еды и ощущения родной мягкой постели. Ещё и тело никак не хотело отзываться на сигналы мозга, потому что казалось настолько обессиленным, будто из неё выжали все соки, а затем оставшуюся часть раздробили на ещё более мелкие куски. Горячая одинокая слезинка покатилась по веснушчатой щеке. Тихий всхлип коротким эхом отозвался в воздухе, но быстро исчез. А затем возникал снова и снова, пока из глаз не начало течь больше слёз. Варвара обняла себя за плечи и закрыла глаза, сжимая тело в дрожащий комок. Она не знала, сколько так просидела, пока не услышала тихий голос. Замерев на месте, сначала Варвара подумала, что ей показалось. Но вдруг к ней обратились вновь, ласково подзывая к себе. Манящее чувство теплоты заставило поднять голову и оглядеться вокруг. Рядом никого не оказалось, но голос всё ещё звал её. Заметив движение сбоку, Варвара вновь повернулась и увидела на вид уже очень пожилого человека. Седая борода касалась земли и была сильно спутана. Но что странно – тело было покрыто древесной корой, подобно броне, а на голове образовалась шапка из заросшего сухого мха. Мертвенно худыми руками существо облокачивалось на ствол дерева и смотрело своими потухшими глазами на неизвестную лесную гостью. Варвара и пальцем не дёрнулась, когда нечто начало к ней приближаться, тотчас меняясь в размере и становясь такого же роста, что и она. Девушка медленно поднялась, даже не обращая внимание на прилипшую к коленям грязь. Тыльной стороной она стёрла влажные дорожки с лица и пару раз поморгала глазами, когда существо протянуло к ней руку. Если она правильно поняла кто это, то могла сказать, что перед ней стоял Леший – существо, охраняющее лес, и рассказы о котором Варвара слышала от бабушки и некоторых знакомых. Когда под чарующий голос девушка вложила свою бледную тонкую ладонь в чужую, она вновь обрела спокойствие. «Он сбивает путников с пути», «Это был человек, умерший неправильной смертью», «Он может водить тебя по лесу столько времени, пока ему это не надоест». Варвара вмиг отбросила все эти предупреждения. Идя рядом с Лешим, она могла лишь чувствовать спокойствие и уверенность в том, что он отведёт её к родному дому. Не было никаких тревожащих мыслей, всё занимал только покой. И даже оглядываясь вокруг, когда ей виделись знакомые тропы, деревья и кусты, через которые она бежала до этого, она ничуть не сомневалась в правильности пути, по которому её ведут. Леший возвращал её в то же место, откуда она сбежала больше часа назад. Завидев белого волка и знакомую тёмную фигуру рядом, Варвара продолжала уверенно идти в их сторону.

***

Кощей поднялся с места, выпрямившись во весь рост. Девушка была ему по грудь, из-за чего казалась маленькой и беззащитной. Подойдя ближе, Кощей перенаправил магию на Варвару, не позволяя ей таким образом сдвинуться с места. Её спокойное, даже немного улыбчивое, выражение лица оставалось таким до того момента, пока Кощей не приказал Лешему уходить. Выжидающе смотря на девушку, сложив руки на груди, он рассматривал её с ног до головы. Лицо было немного опухшим от недавних слёз и выглядело по-детски наивным. Былая уверенность и спокойствие испарились, словно их вышибли из девичьего тела. Она оказалась заколдованной. Снова. И её не собирались отводить домой, как она того желала, а лишь привели обратно. Леший – хозяин леса. И Варвара могла догадываться, кто мог стоять главнее и отдавать ему приказы. — Кощей, — девушка могла поклясться, что дёрнулась, даже находясь в оцепенении. Баюн нашёл в себе силы подняться с места, — у меня нет столько сил, чтобы удер-р-рживать её в сонном состоянии. И бежать я тоже не могу, пр-р-рости. — Придётся идти пешком? — Кощей увидел в ответ слабый кивок и вздохнул. — Что ж, — он повернулся, обращаясь теперь уже к Варваре, — можешь до бесконечности пытаться сбежать, — Кощей поднял указательный палец вверх, обозначая так цифру. — Тебя либо отведут обратно ко мне, как сделали это сейчас, либо, — теперь он поднял второй, — я нагоню тебя сам. В первом случае ты легко отделаешься слабым колдовством, на себе ты его уже испытала. Во втором – будешь находиться в таком состоянии, — Кощей указал на всё её тело, которое оставалось будто намертво замороженным, — пока мы не доберёмся до нужного места. Если бы Варвара могла двигаться, она бы снова сжалась в комочек и в голос зарыдала, но ей оставалось лишь молча слушать, не имея шанса даже слова вставить. — Оба варианта тебя, конечно же, не устраивают. Поэтому давай так: я тебя отпущу, но только с условием того, что ты не попытаешься сбежать, а угомонишься, и будешь покорно идти рядом, как воспитанная послушная девочка. Я знаю, что твои манеры должны быть у тебя в крови, ведь так, будущая царица? — Кощей хмыкнул и медленно начал подходить ближе. — И если мы друг друга поняли, — он наклонился к её лицу, почти вровень к глазам, — то сейчас, когда я тебя расколдую, ты дашь знак согласия и мы вместе продолжим идти в нужную нам обоим сторону, — вновь выпрямившись, Кощей взял подбородок девушки холодными пальцами. Снимая наложенную магию, он теперь мог видеть, как нервно она сглатывает ком в горле и как пристально теперь смотрит в его глаза. — Ты меня поняла? Варваре казалось, что секунды теперь длились целую вечность. И если сейчас она наконец не выдавит сквозь страх хоть что-нибудь, похожее на ответ, то её поглотят сапфировые глаза, не оставив и следа от её существования. Кощей терпеливо ждал ответа и когда увидел слабый кивок, то перестал удерживать подбородок и теперь отошёл на шаг назад. Он хотел проверить её. Ведь сейчас она снова может попытаться сбежать. Но она всё ещё стоит на месте и ничего не делает. Безысходность не давала и малейших вариантов на путь к отступлению. Поэтому Варвара сдалась. Она опустила голову вниз и ей вновь захотелось плакать. Но она пролила столько слёз, что теперь не было ни одного намёка на них. — Пойдём, — Баюн подошёл к Варваре, немного задирая голову вверх и показывая в нужную сторону. — Не против, если я буду звать тебя Вар-р-рькой? Варвара потупила взгляд. Она столько молчала, что в первый раз вместо ответа прозвучал сухой хрип. Варвара откашлялась, закрывая рот рукой. — Не против, — ответила она снова, только теперь уже более разборчиво. Хоть и тихо. — Вы отведёте меня в свой замок? — Варвара обратилась к Кощею. Её голос немного дрогнул. — Я... Мне бабушка кое-что рассказывала, и слухи про вас разные ходят... — Отведу, — коротко ответил Кощей, даже не оборачиваясь в её сторону. Его плащ струился при ходьбе и закрывал почти всё тело, не считая часть ног, так как длиной не достигал земли. — А потом тебя спасёт молодец на белом коне и будете вы жить счастливо всю оставшуюся жизнь и умрёте в один день, — последние слова больше походили на шутку, чем на сказанную правду, потому что в тоне слышалась напущенная серьёзность. Варвара читала много книг, посвящённых великой и преодолевающей все трудности любви. Но она и прекрасно знала, что из себя представляет Кощей. Это был самый могущественный бог, правящий Тридевятым царством, один из немногих, находящийся ближе к смертным, чем к остальным богам. И то, что от него невозможно сбежать или прийти к нему добровольно, она тоже знала. Она слышала о ком-то, кто всё-таки смог это сделать, но это было настолько давно, что никто вообще не уверен, правда это или выдумка. Никто, кроме самой себя, её спасти не сможет. Либо она чудом выберется самостоятельно, либо подождёт, когда с ней наиграются и отпустят на все четыре стороны. А учитывая то, что в богов она верить давно перестала, хоть и внимательно слушала про них рассказы от бабушки, то «наиграться» с ней могли в плохом смысле этого слова. — Зачем? — Варвара остановилась на месте. Баюн тоже остался стоять возле неё, а Кощей, наконец, развернулся к ней полностью, чтобы ответить. Он снова подошёл ближе, отчего у девушки спёрло дыхание. И наклонил свою голову так близко, что на секунду она уже стала жалеть о заданном вопросе. Губы растянулись в ухмылке, будто кто-то натягивал края за нитки. — Мне просто стало скучно, — Кощей практически отпечатал ответ на её лице и отдалился, продолжая идти по направлению к замку. Баюн проследил за ними со стороны и завилял хвостом, пока они не видели. Будь он человеком, то хитро улыбнулся бы в этот момент. А ведь он уже говорил Кощею, что животную чуйку не обмануть...

***

Вся троица долго идти не могла. Баюн хотел ещё немного отдохнуть, а Варвару просто мучила жажда и непривычная боль в мышцах. А ещё нужно было сменить сарафан на что-то более чистое. Кощей размышлял над всей ситуацией и думал, что ему делать. «Бред какой-то...» – сказал он вслух, но так, чтобы его никто не услышал. Выйдя из леса, они наткнулись на заброшенную тропу, которая привела их к ручейку с зеркально чистой водой. В отражении Варвара могла разглядеть даже свои веснушки. И потресканные пересушенные губы. Ковшиком сложив ладони, Варвара набирала воду и жадно её глотала. И самое смешное для неё самой было то, что она старалась при этом не фырчать, потому что бабушка за такое частенько раньше ругала. Не думала она, что когда-то будет вести себя вежливо рядом с богом. При этом сидя в таком виде, будто она была не будущей царицей, а бедным жителем из деревни, у которого даже обуви не было. Собственно, как и у неё сейчас. Потирая стопы, Варвара невольно жмурилась, но старалась не подавать виду, что ей больно. Мелкие раны и царапины уже не кровоточили, но ходить было всё ещё неприятно. Баюн наблюдал за её бледным лицом и не мог ничего придумать, чтобы как-то ей помочь. Что-то плюхнулось в воду и Баюн отвлёкся от своих мыслей. Ему тоже хотелось пить. Решив, что волчье обличье больше не понадобится, он наконец принял вид чёрного кота, впервые дав Варваре посмотреть на это. Девушка завороженно глядела, как меняется его тело и восхищалась им. Это не было чем-то страшным или пугающим. Наоборот, всё происходило так плавно и естественно, что Варвара не могла отвести взгляд. — Ты же Царь волков, да? — А ещё вер-р-рный слуга, — довольно промурчал Баюн, приблизившись к ручейку. Вода была холодная и имела невесомый вкус леса. — И откуда ты такой взялся... — Варвара не надеялась на ответ, потому что не знала, смеет ли она вообще с ними разговаривать. Даже несмотря на свой титул, она оставалась обычной смертной. Куда ей до божеств? Но неожиданно для неё самой, ответ всё-таки прозвучал: — Это долгая истор-р-рия. Я и сам особо не помню. Р-р-расскажешь? — Баюн повернулся к Кощею, смотря на того милыми глазёнками. — Да нечего рассказывать, — Кощей сказал это без особого интереса, но задумался, потому что он и сам почти не помнит. Возникла небольшая пауза, но полный ответ он всё же произнёс: — Мой отец и ещё некоторые из моих братьев и сестёр решили сделать мне подарок в виде покорного слуги. Даже понадобились силы разных нечистей, чтобы довести его колдовские навыки до идеала, — Бог стоял в паре метров от Варвары, облокотившись о дерево и приняв расслабленную позу. Были бы у него карманы на одежде, то точно бы засунул туда руки. Кощей пристально следит за большими голубыми глазами. Варваре становится неловко и она немного краснеет. Она отворачивается и чувствует, как горят уши. Варвара всё ещё не понимала, как должна себя вести, даже точно зная, кто перед ней. Богам поклоняются. Их уважают. В них верят. А Варвара чувствовала себя разбито и потеряно от того, что ничего не понимает. Ей до дрожи в коленках хотелось домой. Просто узнать, что на самом деле всё это – реалистичный сон, который слишком затянулся. Она ущипнула себя по дороге сюда, но это не помогло проснуться. Выдернула волос и кажется почувствовала… Лишь боль, потому что волос всё ещё остался в руке, а она всё ещё шла босиком по заброшенной тропе.

***

— Ты несколько дней пробыла во сне, Вар-р-рька, тебе нужно поесть, — заключил Баюн, когда увидел, что Варвара уже не особо следит за дорогой, а поэтому часто спотыкается о мелкие кочки. — Ты и вправду богатыр-р-рша, — довольно промурчал кот, удобнее устраиваясь на плечах хозяина, смотря на девушку сверху вниз. Много они не разговаривали, но на некоторые вопросы о себе Варвара-таки отвечала, когда Баюн их задавал. Зоркие зелёные глаза заметили в темноте движение. Две птицы преследуют их всю дорогу. Но Баюн ничего не говорит, потому что опасности от них никакой не чувствует. А ещё ему забавно будет посмотреть на реакцию Варвары, когда она узнает, что её домашние голуби всю дорогу за ней следили. Даже не воркуют, чтобы не выдать себя перед хищником. Будто дрессированные. — Несколько дней?! — Варвара думала, что прошла лишь ночь. — Так вот почему у меня всё болит, — ей стало грустно, потому что она точно теперь знала, что бабушка ищет её все эти дни. Но думать об этом было бесполезно, всё равно она никуда уже не может сбежать. — Почему ты назвал меня богатыршей? — девушка наклонила голову вбок и завела руки за спину. — Умеешь обращаться с оружием, участвовала в нескольких сражениях в один день, — Баюн задумчиво смотрел на небо, где солнца уже не было видно и скоро должна была наступить темнота. — А ещё ты не падаешь в обморок при первой возможности, — кошачьи глаза хитро прищурились. «Богатыри совершают подвиги. А я не совершила ни одного.» Какой смысл от обращения с оружием, если оно ей так и не пригодилось. — Ходить больно? Варвара настолько не ожидала услышать голос Кощея, что не успела остановиться и чуть не врезалась в его грудь. Неловко пошатнувшись, она удержалась на месте. Не без чужой помощи, ведь сильные руки поддерживали её узкие плечи. Кощей смотрел на неё в ожидании и она спохватилась, отойдя назад и опуская голову вниз. На самом деле ног она уже не чувствовала. Столько ходить босиком по лесу ей ещё никогда не приходилось. Чудо, что она ещё не получила себе пару десятков заноз. — На самом деле, я в прямом смысле ног не чувствую, — честно ответила Варвара. Кощей задумался, а затем поводил рукой в воздухе, образуя кристально прозрачные и крепкие частицы льда. Они ярко сверкали в полутьме и напоминали искры. Оставив сгусток магии в стороне, Кощей осмотрел девичий сарафан. — Почему не догадалась ноги чем-нибудь обвязать? — Ткань за всё цепляется, только хуже было бы. — А ходить с ранеными ногами значит нормально? — Кощей закатил глаза и указал на длинные рукава: — Идти ещё долго, лучше обвяжи ноги тканью от сарафана, — он видел, как девушка замялась. — Долго мне ждать? Захотев что-то сказать, девушка осеклась, поэтому просто сделала то, что ей сказали. Теперь сарафан больше напоминал оборванное безрукавное платье, а не домашнюю одёжку. Хотя его всё равно уже было не спасти – такое теперь только для сжигания подойдёт. — А зачем нам... — Варвара хотела было задать вопрос о сгустке магии, но замолчала, когда Кощей снова начал что-то делать. Частицы льда он перенаправил к девичьим ногам и те облепили стопу, как клей. Кожа больше не чувствовала поверхность земли. — Поздр-р-равляю с новой обувкой, — Баюн поднял хвост вверх и прищурился. — Спасибо, — на ум больше слов не приходило, да и не знала она, что нужно говорить, а что нет. Поэтому просто поблагодарила Кощея, как если бы он был человеком, который ей решил помочь. Ходить определённо стало легче, но появилась другая проблема. Ей хотелось спать и на ум приходила песня, которую бабушка иногда пела на ночь. Даже когда она выросла, то иногда просила перед сном о колыбельной. От тёплых бабушкиных слов заснуть всегда было легче. А теперь, когда Варвара вспоминала заботливый голос, её клонило в сон. Мне бы небо чёрное показать... Мне бы волны, чтобы тебя укачать, Мне бы колыбельную тишины, Точно корабли проплывают сны.

***

— ...Баю-баю-бай, ветер, ветер – улетай, — тихо пропевала Агафья, пока смотрела через окно на густой, тянущийся далеко за горизонт, лес. — И до самого утра я останусь ждать тебя, — последнее время царица совсем не могла заснуть из-за бессонницы. Почти неделю, каждую ночь она приходила в комнату и пела любимую колыбельную внучки. Может там, где-то далеко, Варвара сможет услышать её голос и ей станет хоть чуточку легче.