Часть 9.5

— Илона что-то случилось? — спросил дядя, продолжающую оглядываться вокруг жену. — Если ищешь Зорана, то он ещё пару минут назад на улицу убежал. — с лёгкой улыбкой произнёс отец, смотря на тётю. «Ха, шустрый однако пацан!» — Ох, Творец ну что за ребенок! — произнесла тётя, покачивания головой. — Ой, да ладно мы же с тобой точно такие же были, вспомни только сколько раз ты тайком от родителей прогуливала занятия. — с широкой улыбкой сказал дядя, немного посмеиваясь. — Что! Ой кто бы говорил, себя то вспомни! — возмущённо воскликнула тётя, хотя у самой так и норовила вылезти улыбка на её мордашке. — Ха-ха-ха. — рассмеялся отец. … — Прекрасно, ещё и этот хохочет, смешно ему видите ли. — пробурчала про себя тётя. — Ну так, Азар то у нас отличник был, не прогуливал некогда. — посмеиваясь сказал дядя, поглядывая на отца. — Ты сейчас меня ботаником назвал? — с лёгким возмущением, но с явной улыбкой на лице произнёс отец. — Заметь! Ты сам себя так назвал, я и слова не сказал. — с усмешкой произнёс дядя Айдар. — Сказал то, может и не сказал, но явно подразумевал. — с идентичной усмешкой произнёс отец, в ответ смотря на дядю Айдара. — Ха-ха-ха, … Ладно, ладно подловил. — смеясь произнёс дядя, поднимая руки в капитуляции. Отец на это лишь с лёгкой улыбкой покачивает головой. Вы оглядываете собравшиеся семейство, и по атмосфере понимаете что такое разговоры у них бывают довольно часто, просто из-за всего ранее произошедшего на них просто навсего не хватало не сил, не времени. — Кхм! Ладно, так вот это ведь ещё не конец истории. — произнёс дядя, складывая руки на груди. Вы с любопытством глядите на дядю. «Господи, а монстры те ещё сплетники, хотя чём им ещё заниматься? Да и не мне говорить, люди тоже те ещё любители перемыть друг другу косточки! Смешно, особенно если вспомнить кого они здесь и сейчас обсуждают.» — Есть что-то ещё? — с лёгким удивлением, спросила тётя. — Конечно! … На чём я закончил? … А, этому учёному которому дали титул Королевского, его короче, потом лично король спросил, нужна ли ему помощь, финансовая и всё такое прочее, так вот этот Гастер, также его зовут? — вопросительно посмотрел дядя на отца, на что тот лишь слегка кивнул. — Хм, … так вот этот Гастер, попросил у короля доступ к человеческим душам. — сказал дядя, бросая взгляд на жену и вашего отца в ожидании реакции. — Что? — с вопросом протянула тётя. — Хаа, я говорю что … — не договорил дядя, как его резко перебили. — Нет! Мы поняли и с первого раза, не нужно повторять, просто мы немного шокированы. — произнёс отец, смотря на явно шокированную тётю. «А что тут такого, ну попросил и попросил?» — Ему же отказали? — с явной надеждой спросила тётя, поглядывая на мужа. — Конечно, почти сразу и отказали, как ты ранее Илона говорила, люди у нас тут в каждом доме не валяются, и если мы потеряем хотя бы одну, то придется ждать следующего человека ещё непонятно сколько времени. — серьезно и даже немного недовольно, сказал дядя. «Интересно и непонятно, я же помню что в игре точно были эксперименты над душами людей, именно так и был рождён Флауи, так по какой причине Азгор, так категорично отказал Гастеру? Какой в этом смысл!» — Это хорошо, а то сейчас потерять одну из душ было бы не уместно, когда по факту нам осталось собрать всего одну. — кивнула головой тётя, отведя взгляд. «Одну? … Она сейчас сказала Одну? Господи! … … Ха-ха, ... одна, ... одна осталась, последняя, ... ха-ха.» — ха-ха. — вы тихо и немного истерично смеётесь, чувствуя как ваши же глаза начинают слезиться, от накапливающихся слез. Вы не замечаете как комната погрузились в тишину. «Ха, одна, всего одна, … значит что человек с которым столкнулась моя мать был шестым, а это значит что остался только … Господи, это самый отвратительный из всех возможных временных промежутков, … И что теперь делать?» Вы поднимаете взгляд на отца и вас вдруг пробирает дрожь, вы встречаетесь с обеспокоенным, но наполненным любовью взглядом. Вы чувствуете как вас немного трясёт, вы чувствуете как из ваших глаз невольно бегут слёзы. «Я не хочу умирать, … … Я не хочу его, … не хочу, … их потерять!» — Папа! — раздаётся подобно грому, ваш слабый детский голос.