Глава V. Суббота и все вытекающее из нее.

      Дни летели быстрее, чем ожидала Элайза. Первая неделя осени, сменилась второй, а та еще одной, и вот уже подходил к концу сентябрь. Холод стал более настойчивее заявлять свои права, и не успели все опомниться, как надели на себя теплые мантии с шарфами и шерстяными свитерами. Небо становилось все угрюмей и тяжелее. Дожди стали вечными спутниками шотландских дней. Постепенно, листья опадали, оставляя деревья совершенно голыми. Пейзажи вблизи Хогвартса облачались в серые тона, нагоняя тоску на каждого живущего поблизости.       И только прогулки в деревушку Хогсмид были как яркое пятно в хмурой жизни студентов. По субботам, дети разных возрастов и факультетов, могли отвлечься от вечной зубрежки и письма различных конспектов, и просто отдохнуть. Купить нужные вещи для следующей учебной недели. Зайти в сладкое королевство, чтобы подсластить монстра грусти внутри себя. Прогуляться до Зонко, сменив вечно раздражающую мину на смеющиеся. И наконец, закончить свою прогулку по улицам деревни в пабе мадам Розмерты, выпить кружку сливочного пива с какой-нибудь булочкой и, согревшись, отправится вновь в путь за знаниями…       Локхарт не была исключением, на шестой день недели, надела на себя все самое теплое и мягкое, что было у нее в гардеробе, и отправилась с друзьями в Хогсмид, развеяться, забыв об учебе и всех проблемах.       Стоя около полок с маггловскими книгами, в одном из магазинчиков деревушки, шатенка всматривалась в каждый корешок, в поиске интересующего романа. Глазами она проходила по каждой деревянной полке, иногда останавливалась, читала аннотации на обратной стороне бестселлера, раздумывая о необходимости ей этой книжонки. Набрав в плетеную корзину, которую девушка обнаружила на входе в магазин, Элайза подошла к продавцу, выкладывая свои находки. Тот приветливо оглядел студентку храброго Гриффиндора, одарил ее светлой улыбкой и поздоровался: — Добрый день, мисс Локхарт, — пожилой человек, с зализанными назад седыми волосами и маленькими очками на переносице, брал в руки будущие покупки брюнетки. — Как-то рано вы заглянули ко мне в этом году. — В этом году, мистер Нортс, мне нечего было брать из семейной библиотеки, — немного равнодушным голосом произнесла девушка, наблюдая за действиями старика. — Странно, — удивленно посмотрел он на нее. — У вашей семьи одно из лучших собраний книг, и не только магических авторов, но и маггловских. Неужели, вам не одна не нравится? — любезно интересовался мистер Нортс. — Половину я уже прочитала, а другая относится к научному стилю, и мне не очень хочется читать перед сном про исчезнувшие кристаллы, — отвечала она, забирая у продавца бумажный пакет с покупками, который пожилой мужчина протягивал ей через прилавок.       Элайза, с самого первого похода в Хогсмид и до сегодняшнего дня, постоянно приходила в книжный магазин. Она могла не покупать здесь ничего, просто блуждать сквозь стеллажи, вдыхая запах бумаги и старого дерева. Эти стены напоминали студентке о доме, по которому она скучала. О тех днях, когда она пробиралась ночью в семейную библиотеку, впитывая в себя все знания, которые преподносили ей полки.       Немного задумавшись и уже почти дойдя до входной двери магазина, Локхарт развернулась на своих маленьких каблучках и быстрым шагом подошла к мужчине, который с заинтересованностью посмотрел на девушку. — Что-то забыли, мисс? — Да, — поправив выпавшие кудри, сказала Элайза. — Вы не могли заказать для меня одну книгу? — Конечно, — лучезарно улыбнулся продавец. — Какую? — Великого Гэтсби… — но не успела она произнести имя автора этого богоподобного произведения, как мужчина перебил ее. — К сожалению, мисс, на эту книгу огромный тираж сейчас. Она снова популярна и достать ее крайне сложно. — Жаль, — произнесла еле слышно шатенка. — Но если получится, то я была бы вам благодарна. — Конечно, мисс, я постараюсь.       Выйдя из магазина, наполненным пылью, до Элайзы дошло дуновение шотландского ветра, обдающий холодом и сыростью. Девушка оглянулась по сторонам, в надежде найти на переулке своих друзей. Но как бы ее глаза не искали знакомых лиц, не находили ни одно. Веспер сказал, что пойдет сначала в магазин зелий, а потом ему надо купить масло для метлы. Вудс пошла с Марлин за косметикой и сладостями. Лили решила взять на себя ответственность покупки перьев для себя и своих соседок по комнате. Естественно, такое предложение не осталось не услышанным другими студентами и Пруэтт с Мародерами тоже попросили ее прикупить и для них. Последним, правда, было тяжелее ее уломать на эту просьбу, особенно Поттеру, но Римус как всегда все уладил. Алиса пошла гулять со своим ненаглядным Фрэнком и пообещала, что подойдет к подругам в Три метлы, но надежды на это девушки не питали. Смит либо вообще не придет, за что потом будет извиняться, либо прибежит к ним с опозданием.       Не увидев своих друзей, глубоко выдохнув, Элайза решила дойти до совятни, чтобы отправить отцу два письма. Одно принадлежало ему, в котором девушка расписывает всю тяжкую ношу учеников храма знаний, а второй пергамент, она настоятельно просит отца, чтобы тот отправил Томасу. Еще месяц назад, Грин отправил ей письмо, где говорит, что будет скучать по ней и очень надеется, что брюнетка приедет на рождественские каникулы из Италии. Локхарт, понимая, что говорить парню правду про волшебный мир очень глупо и неосмотрительно с ее стороны, выдумала, что ее школа «благородных девиц» находится в одной из сицилийских деревушек, и она уезжает туда почти на весь учебный год. Парень поверил ей и пообещал, что будет писать каждую неделю, на что девушка ответила, что лучше, если он будет присылает письма ей в поместье, а там отец перешлет шатенке. Он согласился. Именно так отец стал невольным посредником переписок недовлюбленных, хоть его это и немного раздражало. Несколько раз мистер Локхарт высказывался дочери по этому поводу, но она успокаивала его, что это только переписки. И мужчина отступал.       Дойдя по совятни, Элайза увидела выходящих оттуда двух однокурсников, которые о чем-то спорили. — Привет, Джеймс. Питер, — дружелюбно поздоровалась девушка, кивнув пухленькому парню и улыбнувшись им. — О, — заметив ее Поттер просиял. — Привет, ты как раз во время, — взглянув на Петтигрю, который закатил глаза, парень в очках подошел к Локхарт и, взяв ее под локоть, произнес. — Дорогая моя, Элайза, вот ты как, мудрая женщина… — Мне уже это не нравится, — фыркнула шатенка. — Не перебивай, — шикнул Джеймс. — Мы с моим дорогим другом спорим, кто круче, Пушки или Соколы? Ты как думаешь? — та, ведя его обратно в совятню, чтобы отправить свои письма, взглянула на него, как на дурака. — Джеймс, — покачав головой, она подошла к одной из сов и принялась завязывать конверты на ее лапки. — Ты наверное заметил, что я не любительница квиддича. — Но Веспер твой лучший друг. А он лучший в нашей команде. Даже круче меня, — возразил парень. — Он сто процентов тебе что-то рассказывал или даже водил на матчи. Питер говорит, что Соколы лучше, а я всячески пытаюсь доказать этому индюку, что Пушки самая крутая команда в мире, — сделав акцент на последнем слове, Джеймс размахивал руками. — Если субъективно говорить, — закатив глаза, начала говорить волшебница, подкармливая сову. — Брав в учет то, что я знаю, наверное бы выбрала Пушков. Они менее раздражающе ведут себя на поле. — В считаные секунды, Элайза наблюдала, как лицо Поттера просияло и гордо взглянув на Питера, сказал: — Вот видишь, друг мой, мудрая женщина сказала, что Пушки лучше, — подойдя к нему и похлопав по плечу, с уверенностью в голосе проговорил парень в очках и направился к выходу. — Это еще ничего не значит, — впервые за весь этот разговор вставил свою реплику Петтигрю. Девушка с умилением наблюдала за юношеской дискуссией, что не заметила как ее зовут. — Ты в Три Метлы? — поинтересовался Джеймс. — Да, — ответила она ему, отходя от совы. — Тогда, идем вместе. Нас там Бродяга и Лунатик ждут, — и они вместе отправились в паб. — Давай пакеты, — пародируя джентльмена, протянул руку парень. Взяв покупки волшебницы, не ожидавший такого веса, Джеймс театрально пыхтел. — Ты там кирпичи накупила? — Нет, — закатив глаза Элайза, ответила: — Там книги, Поттер.       Холод пробирал до костей, и студенты старались скрыться в кафе и пабах, на крайней случай вернуться в школу. Трое гриффиндорцев направлялись в Три Метлы, где их ждали друзья. Элайза смеялась с Поттером, а Питер тихо шел рядом с ними. Девушка не понимала его: он был другом знаменитых Мародеров, страшным его назвать нельзя, да и вообще Петтигрю был добрым человеком. Но волшебник постоянно вел себя отстраненно, как только в их компании появлялся новый человек. Локхарт несколько раз пыталась втянуть его в разговор, а Джеймс и вовсе смеялся над ним, но парню хоть бы хны. Он продолжал глазами сверлить тропу до паба в иногда нарушаемой тишине.       Зайдя к мадам Розмерте, брюнетка почувствовала тепло, проникшее в тело. После некоторого времени на холоде, оказаться в помещении с камином являлось главной мечтой. В такие моменты Элайза могла согласиться с Вудс и ее нелюбовью к холодам. — Элли, — послышался из глубины паба знакомый голос и найдя его, шатенка улыбнулась подруге. — Я пойду, парни, — сказала она и навострилась к своей компании. — Увидимся, — в след ей крикнул Поттер.       Локхарт быстро нашла друзей, находившийся у самого дальнего окна заведения, попивая сливочное пиво. Сидящие за столом Лили, Марлин и Лиззи, приветливо улыбнулись подруге, двигаясь, чтобы той хватило место. Положив пакеты на пол, шатенка присела рядом с Маккиннон и взяла протянутый ей стакан с напитком. — Ты купила все, что я тебе посоветовала? — спросила Лили, отпивая свое питье. — Почти все, — ответила ей волшебница. — Какие купила? — интересовалась староста. — «Замок» Кафка, «По ком звонит колокол» и «Последний магнат». — А Ремарка не взяла? — Эванс ошеломленно посмотрела на только пришедшую подругу, которая не успела даже снять пальто. — Его там нет, как и Гэтсби, — с грустью в голосе сообщила Локхарт. — Какой ужас. — Мы сюда книги пришли обсуждать или просто поболтать под пиво? — решила вступить в диалог Вудс. — О своих читательских страстях вы вдвоем можете поговорить и в библиотеке.       Рыжеволосая, закатив глаза, как будто бы не обратила внимание на замечание Лиззи, а Элайза, усмехнувшись, отпила свое пиво и посмотрев по сторонам, удивленно спросила: — А где Веспер? — Маккиннон хотела что-то сказать, но и так на славу раздраженная Вудс, перечеркнула любое ее желание, ответив за блондинку. — А наш ненаглядный мистер великолепный спортсмен решил поговорить с оболтусом Поттером о начавшихся тренировках, — она выглядела одновременно и взвинченной, и грустной.       Главная проблема Лиззи, которую Локхарт выяснила для себя за годы знакомства с ней так это то, что она совершенно не готова принимать, что у ее друзей могут быть другие друзья. Она хотела, чтобы все их внимание было обращено только на нее и только. Наверное, именно поэтому многие называют ее эгоисткой. Если Вудс еще могла принять тот факт, что Элайза постоянно пропадает с Люпином и Эванс в библиотеке, то на Веспера она обижалась. И тут у шатенки постоянно назревает вопрос: почему? Есть конечно пару догадок, но… — О, смотрите, — кивнула русоволосая в сторону стола, за котором сидели главные бунтари Гриффиндора. — Идет, наш ненаглядный. — Ты как всегда мила, Элизабет, — парировал Пруэтт, усаживаясь рядом с ней и Лили. — Я был очень занят. А ты могла бы не ревновать так открыто, любовь моя, — и Вудс совсем закипела. — Знаешь, что… — Что нам надо делать по истории магии на понедельник? — спросила Маккиннон, в попытке остановить нарастающий конфликт. — Надо написать эссе о том, как Мерлин наставлял короля Артура, — ответила блондинке Элайза. — Офигеть. Они все с ума что ли посходили? — завопил парень. — Ты вместе с ними, — фыркнула Лиззи, но Пруэтт не заметил ее замечания и продолжал говорить: — Нам надо сделать на понедельник три эссе. Плюс ко всему этому еще и прочитать то, что дал профессор Блейн. — Не знаю, как ты, Веспер, но мы с девочками эссе по зельям и трансфигурации вчера написали, — важным голосом вставила Эванс. — Вчера, дамы, у меня были мужские дела, — на показ поправив свой черный пиджак, гордо произнес Пруэтт. — Это какие? — изогнув брови, спросила Марлин. — Со студентками флиртовал? — тот закатил глаза, но не потерял самообладание от раскрывшийся правды, ответил шотландке: — Да брось, Маккиннон. Ты скорее всего вчера отказалась от прогулки с каким-нибудь пуффендуйцем, чтобы сделать эти долбанные уроки. — Ну вот видишь, — допивая залпом остатки своего напитка в стакане, ехидно улыбнулась блондинка. — Я отказалась, а ты усложнил себе жизнь в три раза, — парень не нашел, что ответить девушке и обратил свое внимание на Локхарт, которая все это время сидела молча. — Элли, а ты мне поможешь? — С чего это? — с возмущением в глазах, спросила брюнетка. — Ну пожалуйста, — щенячьими глазами взглянул Веспер на нее. — Я потратила вечер, чтобы написать, а ты просто скатаешь все? — раздраженно спросила Локхарт. — Не в коем случае, — отрицал он. — Я прочитаю структуру и все. Ну может быть возьму пару предложений перефразирую, — девушка изогнула бровь. — Ну может я перепишу у тебя кое что, но это будет не очень хорошая подделка твоего великолепного и богоподобного эссе. — Не подлизывайся, — фыркнула шатенка, но все же сжалилась над парнем.

***

      Дорога до Хогвартса заняла больше получаса благодаря вечным остановкам, чтобы отсмеяться. Пруэтт всю дорогу смешил волшебниц и даже Вудс, обиженная на него ранее, обнимала парня, пытаясь не упасть на тропу от смеха.       Вечерний Хогвартс был как всегда прекрасен. Тысячи огней и темные воды озера предавали холодным шотландским дням необыкновенную атмосферу. Даже суровость погоды уходила на второй план. Красота манила и завораживала, но вместе с тем пугала своей неизведанностью.       Все таки успокоившись и дойдя до своей гостиной, молодые студенты еще часа два сидели в отдаленном месте в комнате их факультета, болтая о разных вещах, не замечая, как окружающих их людей становится все меньше. — Я, пожалуй, пойду спать, — только что смеющаяся Лили, встала с кресла и, поправив складки своей юбки, улыбнулась собеседникам. — Так, время еще детское, — проговорила Марлин, указывая на часы, стрелки которых еще не доходили до десяти вечера. — При этом, мы еще Алису не дождались, чтобы ей все высказать.       Смит так и не присоединилась к ним. Гуляя со своим обожаемым Лонгботтомом, девушка совершенно позабыла о договоренности встретиться с друзьями и не пришла к ним. Ее соседки по комнате ощущали некую обиду на подругу, но не сильную. Ведь она была счастлива… — У меня завтра совещание старост в девять и проспать его я не хочу, — усмирив всех строгим взглядом, Лили направилась в девичью комнату. — Слишком ответственна для нашей компании разгильдяев, — фыркнула Вудс, за что получила удар локтем в бок от Элайзы. — Говори за себя, — язвила она.       Студенты еще часа два сидели и, когда время близилось к полуночи, Марлин, уже засыпавшая, встала с пола и, обняв друзей, отправилась к лестнице, ведущей в спальный корпус.       Вудс из последних силах держалась, чтобы дождаться подругу. Она пререкалась с Пруэттом, чтобы хоть как-то замотивировать себя остаться в компании, но глаза предательски закрывались. — Я больше не могу, — покачав головой, произнесла Лиззи. — Элли, выскажи все этой стерве, если, конечно, дождешься, а я спать. — Слабачка, — усмехнувшись в след подруги, крикнул Веспер. — А ты идиот, — ответила она. — Вы идеальная пара, — щенячьими глазами лепетала Локхарт. — Заткнись.       В гостиной никого не было кроме шатенки и парня. Они тоже устали, но все-таки решили до конца сидеть, чтобы дождаться Алису.       За весь этот месяц, Веспер и Элли оставались одни только несколько раз. Все совместное время они проводили либо с девочками, или он был с Мародерами. И только сейчас, Элайза осознала, как скучала по нему. По его смеху и повадкам. По тому как он ловко крутил сигарету у себя в руке. А также по его философским речам, которые приходили ему в голову в самый неподходящий момент.       Многие полагают, что этот человек глуп и наивен. Вечно веселится и не задумывается о жизни. Он гуляет с Мародерами и попадает в передряги. Когда смотришь на него, думаешь, что в голове у этого идиота ветер. Но Локхарт видела его другим. Веспер не любил учиться, но когда речь заходила о зельях, с ним никто не сравнится. Если нужна была помощь или надо было поддержать, Пруэтт приходил, несмотря на все невзгоды, творившиеся в его жизни… — Ты только посмотри на эту красоту. Правда, завораживающее? — смотря в сторону огромного окна, по которому стекали капли дождя, хриплым голосом спрашивал Веспер. — Эта красота остается завораживающей и пленяющей только до того момента, как выйдешь на улицу, — безразлично проговорила шатенка. — Ну не скажи, — поправив свои рыжие волосы, Пруэтт положил голову на колени девушки. — Главное одеться потеплее, а не так, как вы это делаете, — сказал он за, что получил щелбан. — Нам, женщинам, не свойственно одевать трико с толстовкой, — важно ответила на упрек Элайза. — Моя Элли, я сегодня был одет не так, как ты описала, — сморщив лоб, говорил Веспер. — Это исключение, — парировала брюнетка. — Давай завтра… — он задумался. — Хотя уже сегодня. Но не суть. Можем после обеда пойти в библиотеку и домашку сделать, — раскрыв прикрытые до этого глаза, Пруэтт взглянул на девушку, лицо которой было устремлено на уже тлеющее пламя в камине. — Можем, но я договорилась уже с Римусом, — не смотря на него, ответила на предложение Локхарт. — Если тебе не принципиально мое личное присутствие и ты можешь стерпеть Люпина, то конечно, давай встретимся. — Конечно, мне не принципиально. Пусть хоть пол Хогвартса рядом будет. — Ну, в принципе… — начала было девушка, но парень ее перебил. — Не душни.       Посмеиваясь и разговаривая о ее любви докапываться своими коварными фразами и о разных других темах, Веспер и Элайза не заметили, как в комнату вошли недостающие студенты Гриффиндора. — А почему вы не спите? — с задорной ноткой в голосе, спросила вошедшая Смит. Локхарт, услышав знакомый голос, в считанные секунды сбросила со своих ног голову парня и подбежав к подруге, устремила свой строгий взор на нее. — Сразу же извиняюсь за то, что не пришла и не предупредила. — Ты не передо мной извиняйся. Я еще не так сильно обижена за то, что ты нас бросила, Алиса Смит, — с неким презрения говорила шатенка. — Да, что в этом такого? Ну загнулась не много… — встрял в разговор двух соседок по комнате, также вошедший Джеймс Поттер. — Она же с нами была… — Тот факт, что она была с вами, совершенно не успокоит разъяренных девочек. А Лили вообще в обморок упадет, — перебила его Локхарт. — Кстати, — начал парень в очках. — Как она там? — гриффиндорка пропустила этот вопрос мимо ушей и обратилась к Фрэнку. — Дорогой мой друг, в следующий раз предупреждай нас, если соберешься забрать нашу подругу на весь день, — подмигнула она ему. — Буду стараться,— копировал Лонгботтом действия Элайзы и, поцеловав Алису в щеку, пожелал всем добрых снов. — Ну раз мы дождались нашу блудную подружку, я наверное пойду спать, — впервые за все это короткое время заговорил Веспер. — Парни, — подошел он к Мародерам, — вы идете? — Да… — хором ответили они. — Приятных снов, дамы, — как джентльмен, произнес со всей своей грацией Блэк, взяв под локоть Поттера и уводя его в комнату. — Пока, девочки. Пожелайте за меня Лили спокойной ночи, — пролепетал Джеймс, поднимаясь с другом по лестнице. — Вряд ли она обрадуется, — крикнул им вслед Пруэтт. — Не кричи, — прыснул Люпин, который тоже собирался уходить. — Пошлите, парни. Сладких снов, девочки, — и утащив Питера за собой, также скрывался на лестнице. — Ну что ж, дамы, — повернулся к ним рыжеволосый. — Вынужден вас оставить, — потрепав темные и кудрявые волосы Элайзы, которые распушились за счет влаги, послал им воздушный поцелуй на прощание. — Приятных снов. — И тебе, — прикрикнула ему в след Локхарт. — Вы ведете себя, как влюбленные, — услышав это, щеки шатенки окрасились в розовые тона и только сейчас она поняла, как счастлива, что на дворе ночь и в гостиной темно. — Да. Конечно. Мы влюблены в друг друга и просто ото всех скрываем, что встречаемся, а в темных и мрачных коридорах школы сосемся, — говорила она и Смит залилась смехом. Закатив свои малахитовые глаза, Элайза направилась к лестнице, ведущей в сонное королевство, в котором царствовала тишина и покой. — Очень смешно, — подбежала к ней подруга, которая пыталась остановить свой смех, боясь, что кого-то разбудит. — А если серьезно? — Иди нахрен — уже почти рычала Локхарт. — Вот, что серьезно.