Глава XX: Мысли в слух.
24 декабря 2025, 22:10 Тело вязкое, будто погрязло в зыбучих песках.
Студенты сменялись, и их лица не запоминались в этом ужасном круговороте коридоров. Все спешили на занятия, дабы не заполучить выговор, или в свои гостиные, чтобы отдохнуть от бесконечной суеты школьных будней.
Мысли не собирались в единую картину, напоминая разбитые части фарфоровой вазы.
Лиззи кричала через шум детских голосов, стараясь донести до ушей друзей умозаключение о домашнем задании профессора Слизнорта. Якобы оно слишком большое и не под силу для выполнения до понедельника.
Руки, что держали учебник защиты и дневник, тряслись, как у законченного алкоголика и наркомана.
Веспер смеялся над пунцовыми щеками подруг, которые успели запыхаться, пока старались распихать всех вокруг. Его длинные ноги, а также огромный внешний вид позволяли спокойно проходить сквозь скопившийся народ.
Глаза начинали слезиться, но сил смахнуть их не находилось. Непонятная тревога держала тело, а главное горло, в тисках.
«Всё нереально» — ныло сердце.
«Это новая реальность» — кричал мозг юной шотландки.
Это и правда была новая реальность.
***
После приезда прошло несколько недель, долгие часы, проведенные в кабинетах профессоров, а также длинные вечера в библиотеке, где старые книги слышали мотивирующие речи «Мы всё сдадим», а также становились носовыми платками, утирающими горькие слезы студентов. Жизнь становилась на учебные рельсы, а календарная зима наступала с последним рывком. Хотя все прекрасно знали, что теплые шапки и шарфы придется носить еще полвесны, дабы не получить ангину или что похуже. Шотландия сурово смотрела на весну и недолюбливала, когда та заявляла свои права. Поэтому, когда наступала ее пора, гордая погода не позволяла и на градус повысить температуру. — Я завалю травологию. — Голова Элайзы упала на учебник с изображениями различных растений. Вечер близился к ночи, а значит, и отбой не за горами, но дел было столько, что глаза уставали следить за движением пера. В библиотеке, в отдаленности от всех посетителей, сидели пятикурсники, пытаясь понять хоть что-то из заданного материала. — А я не просто завалю травологию, — заныл Веспер, кидая перо на стол. — Я повешусь в теплице на обозрение профессора, пусть смотрит. — Не будьте такими угрюмыми. — Сонливо произнес Люпин. — Всё сдадим, а потом уйдем на долгожданный покой. — Ты сама лучезарность, друг мой. — Ответил ему Пруэтт, попутно закатывая глаза. За эти два часа, что гриффиндорцы просидели над учебниками, они успели поругаться из-за различия во мнении по расчету сбора сока нокробиуса, поплакать над эссе и посмеяться с того, что в будущем сожгут все теплицы Хогвартса. — Она сдурела, старуха недоделанная. — Завопила Вудс, выходя из-за стеллажа и кидая четыре толстые книги на стол. — Она бы хотя бы подумала, что не каждый ее студент мужского пола и способен таскать такие тяжести. — Ну, попросила бы помощи. — Ответил рыжеволосый, беря свое перо в руку. — Я самодостаточная личность и не нуждаюсь в помощи. — Лиззи скрестила руки на груди. — Тогда не ной. — Огрызнулся парень. Элайза старалась сосредоточиться на бесконечной писанине, пока в голову лезли кошмары. Пока разум подкидывал картинки навязчивых ночей. Эти несколько недель были полны странностей, которые логически объяснить невозможно. Непонятная тревога посещала сердце, несмотря на то, что в жизни всё хорошо. Несмотря на то, что бабка покинула поместье, а отец в здравии. Невидимые когти скребли где-то внутри, порой не давая вздохнуть полной грудью, и поговорить об этом — не с кем. Шатенка боялась, что Веспер забьет тревогу, Лиззи поддержит его и будет требовать, чтобы Святое Мунго явилось сию минуту. Римус закидает вопросами и будет ходить по пятам, даже понимая, что выглядит подозрительно. Про остальных, естественно, говорить нечего. Гриффиндорка старалась разобраться с этим сама, даже пошла в библиотеку, дабы найти объяснения странных снов. Но все медицинские книги и фолианты утверждали об одном — шизофрения или хронический стресс и усталость. Она не считала, что имеет психические расстройства такой сложности. Не чувствовала усталости и не переживала сильные потрясения за последнее время. Всё было не то, но как будто ответы лежали на поверхности. А сны продолжались. За данную неделю их было три, остальные дни прошли как в тумане между полудремой и четырнадцатой кружкой кофе. И каждую ночь, ложась на мягкую и прохладную постель, было лишь желание поспать без сновидений. В порыве неуверенности и явного недосыпа Локхарт чуть не подошла к профессору Блейну после пары и не вылила на него всё то, что копилось на уме. На ум правда не приходило объяснение этого неожиданного желания поговорить именно с ним. Может, всё потому что он зарекомендовал себя за эти месяцы как понимающий человек? Или может потому что и сам мужчина не выглядит, как всегда, с иголочки? Профессор Бофорт Блейн последнее время выглядел похуже Безголового Ника. Его утонченные наряды больше не бросались в глаза и затмевались неряшливостью. Лицо осунулось, а глаза не заглядывали в пучину душ студентов. Они не блестели прежним огнем, а лунные поцелуи превратились в засосы. И что-то щипало, когда взор лесных глаз смотрел на столь знакомую, но далекую персону. Если идея подойти к нему и изложить всю тревогу и переживания о снах заманивала с каждым разом всё больше, то идея оставить профессора в покое, в котором он так явно нуждался, прельщала куда больше. Поэтому, сидя в библиотеке в компании трех лучших друзей и повторяя долбанную травологию, шотландка старалась зарыться в книгах и забыться хотя бы на время. В данный момент главное — думать об учебе, а не о внутреннем мире, фундамент которого трещит по швам. — И всё же, — начал Римус, что вывело Элайзу из лабиринта разума. — Стоит немного отдохнуть. — Я удивлена, что это предлагаешь ты. — Подала признаки жизни она, прекращая записывать непонятные термины. — Но я соглашусь с тобой, друг мой, нам всем стоит отдохнуть перед завтрашним тестом по зельям. — Черт, — на этот раз застонал Веспер, кладя на стол свою голову. — Я сдохну быстрее, чем лето наступит. — Ставлю пять галлеонов, что и до мая не протянешь. — Заявила Вудс, распуская свои русые волосы, пока за окном из облаков вышла почти полная луна. В прошлом месяце Римус довольно сложно пережил полнолуние и пролежал на больничной койке двое суток. Локхарт помнила измученное лицо друга, его бледность и блеклость глаз. В голове всплывали картины, как после ужина она приходила к нему и находила рядом Мародеров, на лицах которых была отображена тревога. Девушка и сама чувствовала страх за гриффиндорца, но за последние годы поняла, что в эти суровые дни ему нужно многое, но не жалость.***
Снег шел не переставая несколько дней, а холод пробирал до костей. Шарфы и теплые мантии не спасали, и Элайза лишь молилась на свободное место у камина, дабы погреться перед сном. Но сначала ноги вели ее к Больничному крылу, где, как и вчера, она могла увидеть оборотня, который мучился от боли. Эта картина вызывала собственную боль, страх, что однажды девушка и вовсе может потерять друга. Пробираясь по немноголюдным коридорам Хогвартса, Локхарт старалась дышать полной грудью, не давая легким загнить от запаха медицинского спирта вперемешку с тупой надеждой. Надеждой, что однажды люди придумают лекарство и Римус перестанет бояться каждый месяц оказаться в той одинокой хижине. — Не думаю, что это хорошая идея, — послышался тихий голос, когда девушка открыла дверь в крыло Мадам Помфри. — А я думаю, что это превосходная идея. — Этот тембр она узнает даже за километр. Значит, Мародеры уже здесь. И именно после этой мысли она увидела Блэка около койки оборотня, Питера поодаль от нее и Джеймса, сидящего на стуле с поникшей головой. Если честно, то внутри шатенки возникло желание уйти и позволить друзьям Люпина побыть с ним. Но усталость не позволила этой затее укорениться и осознать после, что десятиминутный поход по пустым коридорам оказался напрасным. Поэтому, собрав всю волю в кулак, Элайза вышла из тени. — Не удивлена, что вы здесь. — И реакция не заставила себя ждать. Петтигрю, округлив и так большие глаза, врезался ими в темные леса девушки. В них читался испуг, но его корней Локхарт не могла понять, да и не хотела. Поттер лишь поднял устало голову, попытавшись нацепить вежливую улыбку. В таком состоянии она видела его редко. Волосы были в еще большем беспорядке, чем всегда, а темные зрачки заполняли весь взгляд. Да и вообще, выглядел он крайне ужасно. А вот сероглазый гриффиндорец не отличался на вид от тех остроумных столкновений, которые проходили у них. На его лице заиграла вальяжная улыбка, а в глазах зародился утробный огонек. И возможно, она могла бы наблюдать за игрой пламени дальше, но его рот открылся, дабы усмехнуться: — А я лично не удивлен, что ты пришла. — Питер подошел к Поттеру и, похлопав его по плечу, взял сумку, что лежала рядом со стулом. — Я лишь зашла проверить его. — Как будто оправдываясь, отвечала волшебница. — Мы уже уходим. — Твердо произнес Петтигрю, с лица которого исчез любой страх. — Да, — тихо произнес парень в очках и, поднявшись со стула, обратился к больному: — Добрых снов, Лунатик. — И направившись в сторону девушки, остановился. — Он заснул недавно, думаю, не стоит его будить. — Девушка лишь кивнула. — Приятных снов, Элайза. — И мимолетная улыбка, которую успела заметить брюнетка на лице парня, исчезла так же быстро, как и его шаги затихли в Больничном крыле. Светловолосый гриффиндорец поспешил за другом. А Блэк всё стоял, переводя взгляд то с друга, то с однокурсницы. В его позе отражалось что-то необычное для шотландки. Она была чересчур нервная, но одновременно и сдержанная. Сраные аристократы… — В этот раз было сложнее, чем в прошлые месяцы. — Прервал он молчание, смотря на свои ботинки. — Заметила, раз ему до сих пор не стало легче. — Голос дрожал от одной лишь мысли, что сейчас испытывает друг. Сириус усмехнулся. — Римусу повезло, что у него есть такая подруга, как ты. Это было неожиданное заявление. Услышать комплимент от этого человека было сравнимо со словами профессора Стебель о том, что у девушки имеются шансы сдать экзамен на «Превосходно». За всё их продолжительное неоднозначное общение такой момент случился впервые. — Римусу повезло, что у него есть такие друзья, как вы. — После минутного молчания промолвила Локхарт, подходя ближе к больному. Позади себя она услышала смешок, который был более привычным в его исполнении. — Вы же его не оставляете одного в эти дни? — Последовала продолжительная тишина, она давила. И пока девушка потирала прохладную ладонь Люпина в своей не менее холодной руке, в голове Сириуса крутились шестеренки. Что она имеет в виду? Рассказывал ли оборотень об их общем секрете? Знает ли она, что рядом с ней неофициальный анимаг? Или же она проявляет искреннюю заботу о состоянии Римуса? Сероглазый иногда завидовал другу, но не со зла. Он был и правда рад, что рядом с ним есть не только Мародеры, но и она, человек, который от чистого сердца проявляет заботу и приходит к нему в такие трудные моменты, несмотря на то, что сама выглядит ужасно. Сириус просто не понимал, что он делает не так, что в глазах цвета Запретного леса видит только презрение. Что сказать, чтобы и ему лицезреть лучезарность на ее лице. А выглядела она и правда жутко. Наравне с пациентом мадам Помфри. Бледная кожа, синяки под глазами и худоба рук. Не то чтобы Блэк часто обращал внимание на ее вид, но не заметить столь явных фактов он не мог. Всё было как на ладони. Может, на нее так повлияли те недели, проведенные с бабкой в одном доме, но когда он встретил ее в поезде, состояние было куда лучше. Как будто что-то происходило сейчас, и гриффиндорец был не способен поймать суть проблемы в грубые ладони. Именно поэтому желание доставать злюку Элли в последние дни куда-то улетучилось, давая заинтересованности и, возможно, тревоге больше места для игр. Молчание затянулось. — Говоришь, как будто у него месячные. — Та лишь одарила его злобным взглядом. Но злоба была недолгой, и уже через мгновение сменилась маской усталости и нотами тревоги. — Не забивай свою светлую голову, Элли, — шептал Блэк, не понимая, чего больше боится: разбудить друга или спугнуть шотландку. — Мы всегда рядом с ним. И, дабы не забивать уже свою голову вариантами ее ответа, ноги повели его прочь от Римуса и ее холодной персоны, но не успел Сириус отойти дальше двух метров, как до его ушей донесся тихий голос, больше походивший на бьющийся хрусталь: — Спасибо. — И на этой ноте он поспешил покинуть Больничное крыло, оставив Элайзу с другом наедине. Блэк — загадка, уже в который раз убеждалась шатенка, но сейчас это не сильно волновало. Больше тревожила недвижимость Люпина и его редкое и сложное дыхание. Присев на кровать и прикрыв веки, девушка отбросила все мысли, стараясь прислушаться к его вздохам. Кровь окрасила белый снег в алый… Перед глазами вставала непонятная картина, состоящая из миллиона деревьев и заснеженной поляны. Большой олень встает на дыбы, пока по его туше стекает кровь… Разум не подчинялся хозяйке и продолжает играть с ней в злую шутку. Черная собака, что выглядела как самая настоящая дворняжка, лаяла на существо рядом с ним… Локхарт чувствовала, как реки из слез стекали по щекам, падая на белоснежную постель. Оборотень ревел то ли от злости, то ли от боли… Она желала открыть глаза, перестать видеть этот кошмарный сон наяву, но сил не хватало даже для вздоха. Маленькая крыса бежала навстречу чудовищу… И, собрав всю волю, волшебница распахнула веки, не желая продолжать мучиться от приступа тошноты. После того, как Элайза Локхарт покинула временное пристанище Римуса Люпина, ее вывернуло в ближайшем туалете.***
— Ну что ты, Лиззи, — устало покачал головой будущий больной. — Ставлю пять галлеонов, что и до апреля не продержится его маниакальное желание учиться. — Голос Римуса вывел шатенку из зыбучих воспоминаний, помогая окунуться в реальность. — Да идите вы все, — обиженно заныл Пруэтт, собирая вещи в сумку. — Не стоит так недооценивать порыв Веспера учиться, — поддержала друга Элли, разминая шею. — Думаю, что всё-таки до мая он протянет. — Под тройной смех рыжеволосый встал со стула и, показав средний палец, пошел прочь к выходу. И всё же, стоило настраивать себя на положительную волну, где Лиззи смеялась, Пруэтт твердил о квиддиче, а Римус в порядке. Где экзамены не за горами, а значит, и летние каникулы, которые она проведет в компании отца и великолепных шотландских пейзажей. А сны подождут…Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!