Глава 81. Битва пяти воинств

Пока близнецы были рядом, можно было находиться на смотровой площадке – ну так решила для себя Аврора, в конце концов, пока даже армии не приблизились, бояться совсем нечего, ни одна стрела сюда не долетит. Гномы один за другим спустились, те, кто уходил через потайную дверь, были навьючены не меньше, чем дорожные мулы, потому девушка не следила за тем, всем ли хватило животных, ей надо было убедиться, что ничего из доспехов и оружия не было забыто, а после, когда веревки были наконец подняты, отряд уже скрылся – они торопились привести план в исполнение, снарядиться они намерены были позднее, встретившись с теми, кто нес основной запас оружия и доспехов. Эльфы тоже время зря не теряли, они принесли все стрелы – и те, с которыми прибыли они сами, и те, что были найдены в оружейной гномов (и которые не унес Кили, а он, надо сказать, на этот раз взял не так много – в ближнем бою они были не нужны). Надо было больше тренироваться с луком, подумала Аврора, она могла хотя бы встать рядом с близнецами, ныне же она оказалась вовсе бесполезна. Никто от нее не ждет этого, но сама девушка чувствовала себя как нельзя более лишней, неспособной никаким делом помочь отряду. Она столько времени шла с гномами, столько всего придумывала – и вот оказалась в положении, когда все, что она может, это ждать! - Уверена, что хочешь наблюдать за этим? – осторожно спросил Элрохир у девушки. – Ты можешь заняться чем-то другим, когда мы соберемся уйти, мы тебе сообщим, как и о чем-то… наиболее важном. - Я выдержу любые кошмары, - возразила Аврора. Уж лучше их видеть, чем представлять, добавила она мысленно, ее воображение, да еще подпитанное разными фильмами и книгами, безгранично. - Значит, вот за кем шло твое сердце, - сменил тему Элладан. - Иногда мы сами плохо понимаем, куда оно ведет, - улыбнулась девушка немного с трудом – все ее внимание было направлено вниз. - Да, люди очень странные создания, наши сердца все знают сразу. - В данный момент мое сердце тоже наконец знает все, - кивнула «провидица». – Только от этого ему ничуть не легче. - Он вернется с победой, - уверил ее Элрохир. Аврора только признательно кивнула в ответ на эту попытку ее поддержать, ей было важно, чтобы ей внушали то же, во что она очень хотела верить. Торин вернется. И парни. И все другие! Армия Некроманта приближалась, теперь уже можно было различить ряды воинов – довольно ровные, увы, в данный момент девушка предпочла бы видеть неуправляемую орду, ведь с варварами опытные солдаты всегда лучше справлялись, чем с другими, тоже хорошо обученными солдатами… Девушка вновь оглядела будущее поле боя. Эльфов почти не было видно, они укрылись на Вороньей высоте, только небольшой их отряд остался с людьми, чтобы заманить врагов в ловушку, зажав их между горой и отрогом. Гномы и вовсе спрятались в развалинах Дейла*, видимо, впоследствии они должны были напасть на противника со спины. Где отряд Торина, Аврора знала, но тоже не видела со своего места, что добавляло волнения – не заметит ли их кто-то из орков? Близнецы, удобно разместив стрелы, тоже отступили под тень горы, чтобы их раньше времени никто не мог увидеть, потому «провидице» ничего не оставалось, как поступить также – незачем привлекать к себе взгляды, пока и следить-то не за чем, враги просто все ближе и ближе... Правда, не видя ничего, девушка невольно начинала перебирать то, что помнила про битву… увы, крайне немного, описание сражения было очень скупым, оно сводилось к общим фразам о том, как ожесточенно бились стороны. Что еще можно сделать? Она даже заключила пари с парнями, что не выйдет замуж за Торина в попытке обмануть судьбу: столько лет та забирала у нее дорогих ей людей, пусть думает, что на это счастье Аврора даже и не претендует, пусть оставит попытки увести его – может быть, это тоже спасет Дубощита? Проиграть пари будет пустяком, если деньгами можно выкупить жизнь, то это выгодная сделка! Пыль, поднимаемая топотом ног воинов, все приближалась, кажется, она смешивалась с той тучей, что защищала темную армию от света солнца. Случайность? Или что-то Некромант все же в силах был сделать? Гэндальф ведь что-то должен был сделать в Дол-Гулдуре, а раз он тут, значит, победил. Через некоторое время орки остановились. Наверняка они увидели людскую армию… и, видимо, надеялись, запугать тех, поскольку начали стучать по щитам – угрожающий звук разносился по всей округе. Аврора вздрогнула и внезапно подумала, что эльфы правы, ей пока нечего тут делать. К чему мучить свои уши этим грохотом, напоминая себе, что это как раз очень варварская черта – так часто поступали дикие народы, а значит, они могут оказаться совсем не такими хорошими солдатами? К чему следить за страшными стычками после, в которых она не разбирается, но поражаться жестокости? Пока Торин не вступит в битву, девушке нечего было опасаться (чужие жизни всегда жаль, но, не видя их, проще принять реальность). Вместо этого Аврора направилась в выделенные ей покои. Для начала вытряхнула на кровать все содержимое рюкзака – перебирание вещей всегда отвлекает, почему бы ей и не заняться этим? Из трех комплектов белья остались только два, один износился полностью, другой был еще неплох, а эльфийский она почти не надевала, потому он был как новый, что хорошо, поскольку эти шортики и сорочка были гораздо теплее – как раз на это, холодное, время года, тем более в горе. Футболка тоже полностью растянулась и вытерлась, она годилась только на половую тряпку. А вот рубашки, в том числе эльфийские, были крепки, их можно было надевать хоть на встречу послов. Разумеется, все в порядке было и с платьем – его в пути девушка так больше и не носила, не очень износилась шаль. Вместе с ними почти полностью были израсходованы и нитки: за время путешествия и тут, в ожидании битвы, Аврора чинила одежду, как свою так и отряда. Впрочем, это было то, чего девушка не жалела – наверняка раздобыть нитки будет нетрудно, какие-то могли даже сохраниться в покоях гномов, не все же испортилось за эти годы! Обувь была вся сношена, в приличном виде оставались только эльфийские мокасины, в которых как раз сейчас была Аврора, свои балетки она износила, пока летняя погода это позволяла. Почти ничего не осталось от косметики, ни от своей, ни даже от ривендельской, было кое-что из декоративной, поскольку за время похода путница не красилась, но она не была уверена, что все это понадобится ей после – все, кого «прорицательница» встречала в этом мире, обходились без краски. Кошелек с совершенно бесполезными бумажками и карточками, их можно считать только сувенирами из другого мира. Телефон. Он наконец сел, девушка так и не смогла его включить. Обидно, на нем было не очень много фото, но сейчас очень хотелось взглянуть на них… Хотя Аврора и понимала, что «коробочка» прослужила дольше, чем она ожидала. Шкатулка… Взяв ее в руки, «провидица» невольно вздрогнула. То, что держало ее здесь, то, что составляло ее память о том мире. Аврора помедлила, а затем уверенно поставила шкатулку на подобие туалетного столика – наверное, когда-то за ним сидела настоящая Королева-под-Горой, красавица-гномка, а теперь нынешняя странная девушка решилась положить кусочек себя, словно пытаясь выкрасть это место для себя. Добравшись до аптечки, Аврора уделила ей больше внимания. Она немало использовала жаропонижающих, когда простыла, но все-таки и оставалось прилично – это хорошо, они могут пригодиться, как и болеутоляющие, счастье, что до сих пор она использовала из них буквально одну таблетку, когда совсем было тяжело в женские дни. Все иные лекарства пока были не нужны, вряд ли кто-то вернется с войны не с раной, а с диареей. Впрочем, сердечные таблетки девушка положила поближе – то, чем она никогда сама не пользовалась, ныне может быть тоже полезно… Эти мысли заставили девушку переключиться на иное. Каким бы ни был исход этой войны, раненых будет много (и немало убитых, но о них думать не хотелось), им всем нужно будет промывать и перевязывать раны. Аврора пошла по всем покоям подряд. Раньше она не копалась нигде, сейчас скромность отступила на второй план, в дело вступила практичность: те, кто сюда после вернутся, не будут нуждаться в тряпье, в которое превратились старые вещи, но все это может пригодиться ей, а вернее тем, кто сейчас будет отбивать Эребор. В хорошем состоянии было не так и много – время и влажность сделали свое дело, порядка половины найденной одежды просто испортилось, впрочем, найдено было тоже немало, притом часть из тканей можно было использовать прямо сейчас: некоторые из запасливых гномок хранили рубашки и постельное белье в закрытых комодах, притом с сухой стороны, сюда не проникла прохлада и влага осенних и зимних дней даже за все годы «владычества» Смауга. Другую часть надо было выстирать, но время пока было, Аврора была уверена, что это успеет сделать. Правда, теперь вставал иной вопрос: а как все это «донести» до раненых? Вернее было бы вовсе их переносить сюда, обычно раненых уносят с поля боя, но Торин не стал вскрывать ворота, потому все будет непросто… Наверняка где-то у армий это предусмотрено, попыталась успокоить себя девушка. Но уверенности в этом не было – она находится фактически в Средневековье, здесь нет Красного Креста, чтобы занялся этим вопросом. Да и невозможно в этих условиях оказать какую-то помощь на поле боя, те, кто выживут, после могут быть унесены куда-то, где стоят обозы, или в город, а до того им только и остается, что уповать на удачу. Что ж, это пригодится когда-то потом, определилась Аврора, собрав ткани в узлы и оставив неподалеку от главных ворот. Выстирав остальное и развесив сушиться, девушка взялась за следующее – воду. Конечно, там рядом река, но все равно лучше иметь под рукой флягу, потому «прорицательница» собрала несколько подходящих для этого сосудов, все, уже наполненные, тоже перенесла к главным воротам. Отсюда достаточно близко к смотровой площадке, если понадобится, спустят оттуда на веревках, если же Торин пожелает, то они вскроют хотя бы небольшой проход, часть створки двери, так и перенесут. За всем этим прошло немало времени, Аврора во многом потеряла счет часам, но пока не переживала – ни одно сражение не заканчивается быстро, некоторые длятся даже днями, вряд ли она опоздала. Все это обдумав, девушка направилась опять в свои покои, там она миг помедлила, затем вытащила из шкатулки гномье кольцо и надела его на палец, после настал черед Аркенстона – камень был извлечен из его убежища, перенесен в тронный зал и водружен на место, которое, как угадала Аврора, был для этого предназначено, то есть в отверстие в навершии трона. Теперь его никто не попытается украсть, так пусть алмаз встретит хозяина уже там, где ему полагается быть, пусть Дубощит почувствует себя вдвойне победителем. Несколько минут девушка просто стояла в тронном зале, любуясь видом. Что и говорить, Аркенстон и вправду был великолепен, как было прекрасно и все это место: величественные высокие колонны, отчего пространство казалось гигантским, свет, падающий из каких-то окон далеко наверху, отражался на камне, из которого был высечен зал, выделял основной путь – точно к королевскому престолу. Тут же вдруг вспомнилось ожерелье. Может, отчасти Бильбо прав, может, ей стоит пойти в сокровищницу, отыскать там это проклятое украшение, а после как-то передать его эльфам? Трандуил, которого путница видела только издали, не вызывал у нее симпатии, его требования и амбиции были чрезмерны, главным образом именно потому, что он ничего не пытался получить раньше, он трусил и не хотел воевать с драконом, но не гнушался угрожать тем, кого считал слабее. Однако Леголас заслужил получить то, что принадлежало его матери, а мир с эльфами как-то восстанавливать будет нужно… Вот только это означало предательство Торина, он очень четко это дал понять, а на такое Аврора не могла пойти. Встряхнувшись, девушка сообразила, что день уже клонился к вечеру, во всяком случае света стало совсем мало. Звуки сражения, правда, все еще были слышны, но страх все-таки закрался в ее сердце – как бы она не пропустила самое важное! На смотровую площадку «провидица» практически прибежала. - А, хорошо, что ты пришла, - встретил ее появление Элладан. – Битва тяжелая, стрел почти нет, мы будем спускаться. - Да, конечно, - пробормотала Аврора. Одного взгляда было достаточно, чтобы оценить, что случилось к этому моменту – потери были огромны. Главное – Дубощит пока не появился. Все прочее ей кратко пересказали братья, спуская сразу две веревки. Орки и гоблины попали в ловушку, их немало полегло близ отрога, скорее всего, оказавшись под дождем из стрел, они начали метаться, сами увеличивая число жертв, эсгаротцы и эльфы, кто к ним присоединился, не теряли время даром, добивая врагов. При отступлении наконец себя показали близнецы, увеличив число жертв. Вот только все это случилось далеко не со всей армией Некроманта, Больг - скорее всего командовал орками он - отправил в атаку только часть своих воинов. А новая часть выдвинулась в бой теперь, когда армии людей и эльфов увлеклись сражением, большая часть их оставила свои позиции, вероятно, полагая, что победа уже почти на их стороне. И – увы – теперь они завязли в неравной схватке. Войска Света начали отступать, эльфам приходилось непросто, потому что приходилось отстреливать летучих мышей, но немедленно же сзади ударили гномы Даина, отчего перевес сил серьезно изменился. Аврора застала бой как раз в этот момент, она, убирая веревки, размышляла о том, почему еще не вступил в сражение Торин, ведь даже близнецы посчитали не лишним свое участие – несмотря на помощь воинов Железных холмов, сражение было страшным, точно сказать, на чьей стороне преимущество было невозможно… Мозг фиксировал только отдельные события, успевал поразиться чему-то, например, как какие-то странные устройства гномов смогли срезать налету стрелы, выпущенные орками. Что из этого влияет на исход боя? Прозвучавший рог заставил девушку вздрогнуть, а также дал понять, что сейчас будет новое изменение. Орки на варгах. Это был небольшой отряд, может быть, не очень опасный сам по себе, если сравнивать с иными полчищами, но на их стороне была неожиданность. А еще их сопровождали тролли! Всего несколько громадин, однако способный каждый уничтожить один отряд! Аврора глубоко вдохнула от страха… И закашлялась. Воздух в этом мире, если не считать отрезков дороги в пещерах гоблинов и в Лихолесье, всегда был чист, за время похода путница привыкла к нему, а ныне он принес запах крови и мертвой плоти, какой-то гнили. Вот так пахнет война… Девушка заморгала, пряча слезы, задышала ртом, мысленно внушая себе: это не то, о чем ей следует думать сейчас, пусть все эти картины и запахи придут к ней после. Кое-как удалось взять себя в руки, но все же за своим состоянием она едва не пропустила еще одно изменение. Отряд Торина Дубощита наконец вступил в бой. *** Пожалуй, более всех в этой войне был бесполезен Бильбо – так посчитал бы любой, кто знал хоббитов, но не так думал Гэндальф. Он видел изменения в мистере Бэггинсе, и знал, что этот новый Тук не останется в стороне, раз втянувшись в эту историю, он все больше увязал в ней, менялся, мысля уже не только масштабами своей норы. - Вот что, дорогой друг, - обратился к полурослику маг, - как ты смотришь на то, чтобы стать нашим гонцом? - Гонцом? – растерялся тот. - Нам нужно, чтобы каждый вступал в бой в свое время, - пояснил волшебник, - у Даина очень взрывной характер, как ты мог видеть, ему будет непросто отсиживаться в стороне, да и его родич хоть и спокойнее, но тоже в ярости неудержим, впрочем, с этим ты знаком более нас всех. - Ты хочешь, чтобы я отправился к Торину? – поразился хоббит. – Я не против, но… ты думаешь, он послушает меня? Да и вообще, вступит ли он в сражение, он ведь не пожелал обсуждать наши планы? - Дубощит горяч, но отходчив, тем более, что ему будут необходимы вести от нас. А в бой он вступит – зачем бы еще он просил себе животных? Бильбо немедленно приободрился, более мысли о том, что Король-под-Горой безумен, его не посещали. Кольцо, о котором никто ничего не знал (ну кроме «прорицательницы»), дарило безопасность, пусть и не в полной мере – от случайного удара мечом или топором ничто не убережет, бегать по полю боя надо будет все равно осторожно. Впрочем, как оказалось, самым трудным было отправиться в первый путь: хоббит шарахался от любого воина рядом, даже от тени врага, порой прятался за камнями, и, несмотря на холод и ветер, к развалинам Дейла явился весь мокрый от пота. Второй раз он выступил уже с чувством уверенности, его внимательности было достаточно, чтобы никому не попасть под руку. В третий раз Бильбо и вовсе шел как победитель. Было бы куда проще, думал он, если бы Торин совещался с другими. И немедленно же себе возражал: все другие были, но Гэндальфу понадобился посыльный, потому что заранее никто не мог представить, как распределит войска Больг, потому волшебник сейчас вынужден был взять на себя роль полководца – больше было и некому, ведь у Барда не было опыта, а Трандуил и Даин не согласятся слушать друг дружку, тем более им надо было управлять своими армиями, пусть к эльфам присоединился принц Леголас, но он возглавил тех, кто стал мишенью для орков, то есть встали вместе с людьми, намереваясь заманить в ловушку первый удар армии Некроманта. Дубощит, кстати, как и предсказывал волшебник, отнесся к Бильбо без вражды. Удивился, когда хоббит появился из ниоткуда, поначалу довольно грубо спросил, что тому здесь нужно, но выслушал, а, узнав послание Гэндальфа, кивнул. - Если собираетесь к магу, мистер Бэггинс, можете передать ему, что я не стану спешить вступить в бой, я тоже считаю, что орки не кинутся все разом, их ведет умный и осторожный полководец, он слишком хитер для этого. Однако посылать ко мне более гонца не нужно, я сам решу, когда пришло время. Намек на трусость полурослик понял: остаться здесь было куда безопаснее, Бильбо нашел отряд Торина лишь потому, что хорошо помнил про потайную дверь, никто иной за эти статуи и не отправится, в их тени не видно было ни самих гномов, ни копытных. Однако хоббит не поддался этим насмешкам, он уже взялся помогать в этой битве и не собирался отступать, хотя он уже порядком устал от беготни. Еще ему было любопытно, как будет выглядеть новое оружие – именно с ним в данный момент возились гномы, и мистер Бэггинс был уверен, что это та причина, по которой Дубощит пока не вмешался в сражение, но когда все будет готово, вряд ли что-то остановит Подгорного короля от помощи его братьям. - Торин, - осторожно начал Бильбо, - если позволишь… я хотел извиниться… Я не желал ничего у тебя красть, клянусь, единственная цель, которую я преследовал – это спасти всех. Я был не прав, конечно… - Вот именно, - буркнул Дубощит. - Знаешь, у меня есть родственница, - не собирался сдаваться хоббит, - она только и ждет возможности заполучить то, что хранится в моей норе. И я не намерен ей отдавать ничего, даже во имя наших хороших отношений. Так что ты прав, не желая уступать жадным соседям. Я… я испугался, их было слишком много, я надеялся, что так смогу добиться мира… я не подумал, что это приведет только к еще большим сражениям. Гном помедлил, затем степенно кивнул, принимая извинения. - В отношениях с соседним государством, мистер Бэггинс, как в отношении с соседом по дому: в лучшие дни он принимает от тебя дары с благодарностью и сам одаряет в ответ, но в тяжелые годы он готов утащить у тебя хоть часть урожая, а в особо голодные может решиться ограбить, если будет знать, что ты не можешь отстоять свое. - Ты прав, - вновь согласился Бильбо. – И я понимаю, что твоему народу будет нужно это золото… Я готов был бы отдать свою долю, если бы знал, что этого будет достаточно, чтобы все остались довольны. - Поверьте, мистер Бэггинс, тот, кто может требовать все, не ограничится малым, даже если поначалу на словах просит немного. Торин еще помедлил, затем уже мягко усмехнулся. - Вы слишком доверчивы, мистер Бэггинс, обратитесь к своим книгам, почитайте там о том, сколь много споров было в древности. Я знаю, в них написано, что во всех спорах с нами вина лежит на гномах, но вы уж подумайте, отчего мы всегда должны отдавать то, что добыли в недрах горы, что обрабатывали, во что вкладывали наши умения. Разве твой народ отдает всем урожай даром? Разве подобное делают остроухие или люди? Отчего наш труд в чужих глазах не имеет значения? Богатства манят всех, мистер Бэггинс, но ни бургомистр Озерного города, ни Трандуил не пытались их заполучить у Смауга, зато немедленно придумали причину, чтобы стребовать золото у тех, кто слабее их. Ныне, получив ответ, они еще подумают, стоит ли ввязываться в драку. Я… тоже прошу у тебя прощения: я накинулся на тебя за одно лишь намерение, ты был не прав, но и я не должен был тебе угрожать, ты сделал очень много для нас, я ценю твою помощь. Бильбо ответил улыбкой. И в новый путь к Гэндальфу отправлялся уже преисполненный сил, с души свалился камень покрупнее Аркенстона: хоббит не хотел быть предателем, а хотя он и оправдывал себя помощью им всем, но понимал и чувства Торина, как ни крути, а армии под стенами Эребора и вправду были более грабителями, чем они выставляли себя на словах, Дубощит был еще щедр, предлагая переговоры Барду… Сейчас между Торином и Бильбо не было недопонимания, это успокаивало хоббита, он хотел сохранить дружбу со всем отрядом. Полурослик передал слова гнома Гэндальфу, после этого наконец позволил себе присесть отдохнуть. Все то, что ему сказал Дубощит, объединилось с видениями жертв на поле – мистер Бэггинс пробегал их, пропускал мимо разума, но эти картины вернулись теперь, едва он остался один на один со своими мыслями. Изрубленные тела, искореженные выражения лиц, кровь всюду на земле… Когда Бильбо хотел помирить эльфов, людей и гномов, он не думал о том, что пока это вовсе не имеет значения, ничто не имеет – перед лицом общей опасности они и так вынуждены объединиться, а число павших это, увы, ничуть не уменьшило! Не о том он беспокоился, не того боялся, сидя в Эреборе! А можно ли как-то помочь теперь? Хоббит метался по этому полю боя, но не был уверен, что сделал достаточно. Вот в данный момент в бой вступали тролли, и Бильбо едва не застонал – что можно им противопоставить? Справится ли с ними новое оружие?