Глава 87. Часть народа

Гном медлил, не зная, ни что сказать, ни что сделать. Как он может ее отговорить? Зачем он взял и вот так случайно подсказал отказ?! В этот момент Торин понял все то, о чем говорил с Двалином: без Авроры Дубощит не мог, он не желал гулять по Эребору, встречая в коридорах девушку только как одну из своих подданных, не имея возможности утащить ее в закуток и крепко обнять, он боялся, что она решит вовсе покинуть эти стены, и, что самое важное, он не в силах был вынести мысль о ее свободе, о том, что с этого момента она может выбрать другого мужчину, она будет улыбаться кому-то другому и так нежно целовать того другого! - Если позволишь, - глухо произнес Подгорный король, обведя злым взглядом всех присутствующих, которые не собирались даже отворачиваться, - я бы хотел… поговорить с тобой… наедине. «Провидица» тоже заметила любопытствующие взоры, кажется, немного смутилась этого внимания и молча кивнула. В таком же молчании они прошли в покои Авроры, впрочем, девушка пока оставила заколку при себе, что, вместе с ее согласием поговорить, было неплохим знаком - для него. - Только если ты хочешь мне снова сказать о том, что ты не можешь на такое пойти, и просишь это понять, - немного воинственно начала Аврора, - то я сразу скажу, что я такое не приму. Я согласна, что я не должна была говорить о нас при всех, я понимаю твои страхи, но если ты хочешь лишить меня права решать мою судьбу, то я лучше покину Одинокую гору и найду место, где меня будут уважать. - Я уважаю тебя, - нахмурился Торин, который не мог и допустить мысль о том, что он может недостойно относиться к невесте и женщине вообще. - Но не так, как это привычно мне. - Прости, - решил извиниться Дубощит. – Я не хотел тебя обидеть, я только поддался своим страхам. И поэтому… я попросил поговорить сейчас. - Хорошо, - подтвердила готовность его выслушать девушка. Гном помедлил, следя за тем, как Аврора пока убирает в карман проклятущую заколку. Да, она и вправду согласна… дать ему второй шанс? Принять его капитуляцию? Наверное, сейчас это было одно и то же, но Подгорный король не был настроен выиграть этот бой, его он давно проиграл. - Мне по-прежнему страшно, - начал мужчина, наконец решаясь. – Ты стала частью моей жизни, притом той частью, которую я боюсь потерять даже больше, чем саму жизнь. Однако я не могу без тебя отныне. Потому я прошу тебя подумать над моими страхами, тем более я должен сказать, что между нашими народами браки не так часто случаются, а когда они и бывают, дети в них рождаются еще реже… Торин прервался, увидев хмурый взгляд девушки. - Я прошу у тебя прощения, - весомо произнес гном. – Я действительно не должен был решать за тебя. Я очень надеюсь, что все сложится как можно лучше… Но я не знаю, как это будет, зато знаю, что хочу быть с тобой. Я… готов забрать свой зажим, я понимаю, насколько сильно обидел тебя. Однако я все-таки прошу тебя оставить заколку при себе и вновь обдумать, хочешь ли ты быть моей невестой. Я не стану торопить тебя с решением, я буду ждать, но… я прошу не отвергать меня. - Я верно поняла, что ты согласен… не мешать тому, чтобы однажды у нас были дети? – аккуратно уточнила Аврора. - Согласен, - вздохнул Дубощит, давя в себе любые возражения и напоминая, что это единственный способ ее сохранить. – Прошу, не отвергай мои ухаживания, прими их обратно! Ты – лучшая Королева-под-Горой, которую я только могу представить! И я… я люблю тебя, моя Заря! - Ты узнал перевод моего имени? – удивилась та. - А ты отлично выучила наш язык, - улыбнулся Торин. Ее еще большее удивление показывало, что она и не заметила, что последние несколько фраз гном произнес на своем языке – он не в силах был сказать об этом как-то иначе, не на кхуздуле, он ожидал, что она попросит перевести, но никаких уточнений не понадобилось. Ну кто после этого сравнится с ней?! Уж среди других рас не найти того, кто пожелал бы так подробно изучить их культуру, а ведь девушка до сих пор делала все, чтобы еще до того, как город наполнится народом, здесь было так хорошо, как это было в памяти Дубощита – гном был прекрасно осведомлен, чем она занималась в эти дни. - Ты мне очень дорог, - тоже на кхуздуле и очень серьезно ответила Аврора. – И мне… тоже не хотелось бы быть без тебя. Я не могу без тебя… я буду… мне будет не хорошо без тебя. Она на мгновение замешкалась, видимо, языка на большее не хватало, понимать всегда проще, чем говорить. - Я много думала об этом, - и вправду перешла девушка на вестрон, - я решила остаться в Эреборе, несмотря ни на что, потому что я хочу тут быть, мне кажется, я могу быть тут полезной… но мне будет непросто быть здесь и не быть с тобой. Потому я очень рада твоему предложению. Однако я… я пока не смогу ответить тебе на чувства так скоро, как думала раньше. - Да, конечно, - признал Торин, - я понимаю, что тебе придется заново подумать о том, готова ли ты быть моей женой. Я не жду, что ты сразу назовешь меня супругом, я подожду твою заколку. - Ну, тогда… Аврора вдруг подошла, обняла гнома и тронула поцелуем его щеку. - Вот, в знак мира, - пояснила она. - И я могу вновь заплести тебе косу? – все же уточнил мужчина. - Можешь, - к его удовольствию подтвердила девушка. После такого удержаться и не сгрести ее в объятия было очень трудно. Дубощит лишь ограничился тем, что с наслаждением пропустил пряди ее волос сквозь пальцы. Когда-нибудь после она непременно будет придумывать прически для этой красоты, если надо, Дис ей подскажет что-то, но только он один будет видеть их вот такими, распущенными, словно бы стекающие по плечам… Страхи оставались в нем, Торин понимал, что они будут теперь всегда, однако эти дни, не имея возможности просто обнять ее, предполагая, что она может уйти отсюда, понимая, что он виноват перед ней за это, стали началом кошмара – весь остаток своей жизни так провести он не мог. Зажим вернулся на свое место – и Дубощит довольно оглядел итог, знак восстановления их отношений. Он не скоро получит ответ, но согласие быть его невестой – немало, особенно после того, что он забыл о ее чувствах. Как ни крути, Король-под-Горой понимал, что распоряжаться своей жизнью вправе сама Аврора, если она желает рискнуть, то он не вправе ей мешать, пусть даже для него рискнуть в данном случае равно умереть. Возможно, он сможет избежать такой судьбы, все-таки дети от такого союза и вправду появлялись очень редко, не исключено, что сможет и убедить в своей правоте… Но, как бы там ни было, а «провидица» верно заметила, что он должен уважать ее и говорить с ней. - Я сделаю все, чтобы ты проиграла пари, - прошептал гном девушке на ушко нежно коснулся губами виска. - Это… странно, но мне это нравится, - тихо рассмеялась та. - Вряд ли можно считать это таким удачным предложением, - улыбнулся Торин. – Хотя ты уже взвалила на себя большинство обязанностей, которые должна выполнять наша правительница, так что можешь представить всю тяжесть королевского венца. - Да, это совсем не то же, что быть королевой в сказках, - фыркнула Аврора. – Ну так даже лучше: не вижу себя в роли принцессы на горошине. - Принцессы на горошине? – не понял гном. - Ну эта такая история для детей… А, неважно, может быть, когда-нибудь я создам здесь сборник рассказов – должен же кто-то принести в ваш мир жанр придуманных историй, от легенд до приключений. - А зачем придумывать истории? – уточнил Торин. – Это ведь… обман? Ну детей он может чему-то учить, но зачем это нужно взрослым? - Все любят мечтать, - девушка удобно устроила голову на плече Дубощита. – Для кого-то это способ улучшить то, что есть в их жизни, для кого-то – способ поделиться с другими какими-то идеями и взглядами… Гном глубоко вдохнул, сдерживая все чувства от ее теплого жеста. - А история о нашем мире? – спросил он, осторожно обнимая ее за плечи. – Она тоже у вас была придуманной, так? - До того, как я очутилась тут, я думала, что да, - кивнула Аврора и задумчиво добавила: - Возможно, и другие истории не просто придуманы… но о таком лучше спросить кого-то мудрого. Знаешь… мне будет кое-чего не хватать из того мира: историй записанных и тех, которые были показаны… «Прорицательница» так и не отстранилась, позволяя себя обнимать, так что мужчина немного крепче прижал ее к себе, надеясь еще так передать ей свое сочувствие, что она не может вернуться. - Мне жаль, что ты тут заперта, - вздохнул Торин, - хотя я и рад тому, что ты оказалась здесь. - Я тоже рада, - призналась девушка. – В этом мире гораздо больше плюсов для меня, чем в том, можно чем-то и пожертвовать. Ну и… зато у меня будет много идей для воплощения тут, в этом мире. - Твое оружие всем понравилось, не считая троллей, - усмехнулся гном. – А Двалин и вовсе в него почти влюблен. - Сделаю из Фили и Кили звезд – и жизнь удалась! - Звезд? – совсем запутался Дубощит. – Что гномам делать на небе? - Нет, я образно, - засмеялась Аврора. – Я имею в виду, что… Хотя, наверное, они и так будут тут звездами, когда в Эребор приедут гномы, особенно женщины – восхищению и объятиям не будет числа! - А, понимаю, - предположил мужчина. – После этого похода парни будут героями, наверняка ими будут восторгаться многие, в том числе и девушки, возможно, что не только нашей расы. Но… у нашего народа немного иные взгляды, племянники знают, как им следует вести себя с дамами. - Да, я заметила, это… очень благородно. - Ну это не только благородство, - не стал лукавить Торин. – С гномками иначе и нельзя – мы ценим исключительно взаимное чувство, а людские женщины… не все, конечно, но многие из них используют увлечение ими, чтобы заполучить дорогие подарки, а порой и положение принцессы Эребора. - Не представляя, сколько их ждет работы? – хмыкнула Аврора. - Они не желают работать, они видят только возможность носить дорогие наряды и украшения, именно поэтому мало кто обручается, ведь они не любят того, кого… обольщают, в нашем народе люди редко видят красоту. - Что ж… может быть, это и к лучшему. - К лучшему? – сегодня невеста определенно задалась целью его удивить. - Иначе до того, как я влюбилась в эти глаза, в них влюбилась бы другая женщина и, что еще ужаснее, ты мог бы влюбиться в ее глаза. - Ну нет, - широко улыбнулся Торин, - я ни на что не променяю твои глаза. Пиши свои истории – на кхуздуле или на своем языке, придумывай другие вещи – лишь бы только я видел блеск в твоих глазах! Все его сомнения разрешились, когда Аврора сама потянулась за поцелуем, так что теперь единственное проблемой стало – не зайти слишком далеко. *** Это было эмоциональным решением. Девушка настраивала себя на то, что будет жить где-то подальше от Дубощита, постарается реже попадаться ему на глаза и не видеть его, она выбрала жизнь в Эреборе, поскольку это было разумно. Но все эти дни его подарок оставался при ней, путешественница возвращала заколку в волосы раз за разом, не до конца понимая, зачем это делает, и только за общим обедом поняла – она надеется, что они таким образом все еще остаются женихом и невестой. Ну еще где-то внутри была обида и желание закатить сцену, вот только кому? Ныне она переоценила столь многое, понимала, что даже волшебник не виноват, а уж Торина-то в чем винить, в том, что он вроде бы хочет как лучше? Он старается ее понять, но ведь нельзя сделать из короля слугу! Да и не хотелось бы, все-таки полюбила она уверенного воина Дубощита, ей не нужно, чтобы он вдруг стал послушным ее воле. Слова Торина поразили Аврору в первую очередь его уважением к ней. Конечно, он не был мужчиной Средневековья, весь поход он показывал себя как тот, кого, может быть, и в ее мире не найти! Но вот, заняв трон, Дубощит немедленно стал королем во всех смыслах этого слова – и его уступка была тем более ценна. Многие ли даже не правители, но просто мужчины откажутся от своей позиции и примут точку зрения женщины? А вот Подгорный правитель не только услышал ее, но понял, оценил и согласился оставить за ней решение – ну по крайней мере за ними обоими. И это было приятно. Гном осторожничал, девушка видела и чувствовала это, поэтому старалась показать ему, что ценит его старания и, хотя она не была уверена до конца, что все может быть по-прежнему, Аврора старалась вернуть это в их отношения. Постепенно за разговором Торин расслабился, а потом и ответил на ее поцелуй. И хоть девушка не была опытна в таком, но мысль о том, чтобы продолжить это и тем самым сделать все по-своему (а может сейчас и забеременеть), невольно закрадывалась ей в голову. Отчасти это было обманом… но страсть же все прощает? Не вышло. Дубощит чуть ли не отпрыгнул от нее, когда Аврора обвила его шею руками. Кажется, он неплохо владеет собой. - Я не представляла, что так неприятна тебе, - пошутила «прорицательница», переводя дыхание. – Ладно, больше не стану так навязывать свои объятия, подожду, когда их затмит блеск моих глаз. - Вовсе нет, - не понял мужчина, смущаясь. – Я… напротив… - Я не всерьез, - рассмеялась девушка. – Но мне не хотелось бы, чтобы ты так шарахался от меня! - Да, я… я не обижу тебя… - Я и не сомневаюсь в тебе, - подтвердила Аврора. Кажется, в этом отношении Торин, как и другие гномы, а может, и как его пол вообще, нуждался в постоянном подтверждении того, что в него верят и его поддерживают. Девушка знала это, потому и готова была повторять что угодно, что придаст ее мужчине веру в себя: если в ней хотя бы десятая… да даже сотая доля его сил, тех, с которыми он шел в бой, то она подарит эти силы ему! - Но мне будет приятно, если ты вновь будешь проводить свободное время со мной, - добавила «провидица». - Если ты не против… - Конечно, не против! – искренне возмутилась Аврора. – Тем более, я хотела расспросить тебя обо всем, что касается брака в вашем народе и иных обычаев – раз я буду жить среди вас, я хочу знать все подробности. - А ты еще ничего не разузнала у парней? - Кое-что они мне рассказали, но это было давно, когда я учила язык, так что говорили они очень мало и без деталей. - Вряд ли наша жизнь сильно отличается от чьей-то еще, большую часть времени у нас занимают те дела, которыми мы заняты и сейчас: заготовка продуктов, уборка, встреча и торговля с соседями… Кстати, завтра я встречаюсь с Бардом, может быть, ты согласишься быть рядом? - Конечно, но только если ты мне расскажешь, что от меня требуется на подобных встречах, - после короткой паузы ответила девушка. - А что от тебя может требоваться? – почему-то растерялся Торин. - Я не знаю… На этот раз помяться пришлось Авроре. Из истории своего мира она знала, что обычно присутствие женщины на каких-то важных встречах использовали или для соблазнения кого-то (на что Дубощит, конечно же, не пойдет), или для демонстрации своего могущества, богатства и тому подобного, что могла проиллюстрировать супруга из влиятельного дома и в куче всяких драгоценностей. Но это тоже только отчасти подходило гному, ведь все ценности тут – из его собственной сокровищницы. В любом случае, сказать такое было как-то неудобно… - Я помню, что в твоем народе женщины держатся в тени, - попробовала объяснить девушка. – Не странно ли мне быть на такой встрече? - Ты знаешь будущее и знаешь людей, - пояснил наконец Торин свою просьбу. – Конечно, тебе лучше знакомы люди твоего мира, но, мне кажется, ты все равно можешь мне помочь в диалоге с Бардом. - Я постараюсь быть полезна, - согласилась Аврора. – Тогда расскажи, чего ты ждешь и на что рассчитываешь от этой встречи? - Я хотел обсудить будущее Дейла. - Но зимой никто не будет строить. - Разумеется, однако как раз сейчас мы можем обсудить, когда мы начнем стройку, что и в каком количестве мы можем поставить и вообще как будет выглядеть город. Кажется, Бард хочет вернуть Дейлу тот вид, что был при его предках. - Если у вас такое понимание, то вряд ли я тебе понадоблюсь. - Я не уверен в том, что так это понимает правитель Эсгарота, мне надо быть готовым к разговору о том, как его переубедить. - А… ну я подумаю об этом, - на этот раз растерялась Аврора. Действительно, а что можно сделать, если кто-то будет препятствовать строительству? Тем более если этот «кто-то» - бургомистр Озерного города, то есть далеко не последний человек в окрестностях, при этом наверняка жители Эсгарота не очень заинтересованы в восстановлении Дейла: в свое время они, вероятно, получали часть прибыли от торговых путей, что проходили через них, потому крушение и этого государства, и Эребора привело к большим убыткам; одновременно сейчас озерники могут надеяться не просто получать долю от пошлин торговцев, что проезжают мимо, но стать заменой Дейлу, превратиться в тот город, куда будут стекаться все товары. Заманчивая перспектива! Это не то же, что перепродавать эльфам вино, вряд ли лесной народ покупает и продает много, в то время как гномы могут развернуться на полную катушку! Что может сделать бургомистр? Навскидку в голову приходили препятствия с поставками материалов для строительства, а также увеличение все тех же пошлин и сборов с проезжающих торговцев. Но дерева у озерников и так мало, камень поставляют гномы – в этом помешать никто не может. Пока Дейл не будет отстроен, брать какую-то плату за проезд бесполезно, после же Эсгароту придется задуматься о том, стоит ли слишком задирать сумму пошлины, ведь тогда торговые пути проведут мимо них вовсе. Хотя Аврора не могла сбросить со счетов то, что она совершенно не знает этого человека, правитель Озерного города жаден – вот все, в чем она уверена, он способен отправить людей на смерть, чтобы обогатиться, но способен ли он при этом на какие-то подлости? Безопаснее считать, что да – и пытаться это предотвратить, то есть постараться предугадать, что еще может сделать тот человек. А еще безопаснее искать союзников, в данном случае логично видеть их в эльфах, ведь Дейл будет выгоден и им. Но вряд ли получится это сделать, пока между ними будет трещина в виде ожерелья… - Ты позволишь спросить тебя… о том, что между вами с Трандуилом? - Я полагал, ты знаешь об этом. - Да, только я хотела узнать о другом. Если говорить о главном, то считаешь ли ты возможным примирение с эльфами? - Я думал о том, что сын Лесного короля – достойный воин и принц, - вдруг признался Торин. – Возможно, он заслужил получить обратно ожерелье своей матери, тем более, что он помог мне в битве… - Неплохой повод, - оценила Аврора. - Однако это означает уступку Трандуилу, - немедленно разбил ее надежды гном. – Он никогда не оценит мой жест, он посчитает это слабостью. - Но союз с эльфами может быть нам полезен. На это Дубощит не ответил, заговорил о том, что парни помогут с уборкой, раз уж Аврора за нее взялась. Девушка не стала возвращаться к этой теме, понимая, что Торин в глубине души был согласен с ней, вот только то, что он озвучил, было для него куда важнее – он не вправе уступать, по крайней мере не в этом случае, когда никаких уступок от другой стороны не будет, для всех правителей в этом мире это будет знаком слабости. Странное дело, когда-то она думала, что главной трудностью будет спасение гномов в битве, а вот встала нос к носу перед тем, что скорее называют политикой. Что ей, затевать интригу? А как это делается? Ну зато ей будет над чем подумать, занимаясь бытовыми делами. Отдать ожерелье эльфам уже оказывается просто – Подгорный король готов это сделать в качестве благодарности Леголасу. Остается придумать, как все выполнить, чтобы Трандуил не воспринял это как уступку себе, а еще лучше даже посчитал себя в долгу перед гномами. Как же жаль, что и маг, и близнецы уже уехали – кто еще мог бы дать совет? Теперь ей справляться самой… - Идем, надо вновь представить тебя отряду, - позвал ее Торин. - Думаешь, они нас ждут? – улыбнулась Аврора. – Кажется, мы столько отсутствуем, что нас либо должны были начать разыскивать, либо решить оставить наедине, посчитав, что будут нам мешать. - Я уверен, что никто не разошелся, - возразил гном. – Пойдем. И оказался абсолютно прав: любопытство соотрядников было куда сильнее, а может, сработала еще и привычка последних месяцев быть постоянно рядом друг с другом, потому, хотя никто уже не ел, гномы сидели кругом, тихо о чем-то переговариваясь. И их интерес еще выразился в том, что все взгляды разом обратились к прическе Авроры, отыскали заколку… и облегченный вздох прокатился по помещению. Место немедленно освободили, притом так, чтобы они вдвоем сели рядом – определенно, они лучше понимали любые знаки, чем это представляла себе девушка. - Значит, пояснять ничего не надо, - кивнул Дубощит довольно. – Что ж, да, возможно, у Эребора все-таки будет достойная королева, если наша «провидица» согласится принять мое предложение. Присутствующие, как один… поклонились девушке, заставив ее растеряться. И только тут она поняла, что до сих пор Торин и не представлял ее как будущую королеву, он вплел раньше эту заколку, он дал всем понять, что видит ее как невесту, но на том все и закончилось, а вот теперь ставки были куда выше. - Это… большая честь для меня, - требовался какой-то ответ, Авроре пришлось подбирать слова, но говорила она от сердца. – За то время, что я путешествовала с вами, я поразилась тому, как вы умеете дружить и помогать… Не знаю, буду ли я королевой, но я буду очень рада быть частью вашего народа.