Глава 88. Спокойствие и новые загадки

Отряд давно видел в «провидице» свою правительницу, кажется, еще до того, как ее увидел в этом качестве Дубощит, однако это представление следовало устроить – Торин это знал и убедился в этом, когда гномы почтительно поклонились девушке, уже признавая ее статус, о котором ранее Подгорный король не объявлял. Аврора приняла выражение почтения с подобающим уважением к присутствующим и небольшой, но очень трогательной речью, после которой гномы наперебой принялись уверять, что «прорицательница» – уже часть их народа, Эребор, как и их поход, и эти посиделки более невозможно представить без нее. Не хватало разве что той музыки, которую девушка порой включала на своей штуке… В этот момент Бофур подхватил свою флейту. Все-таки он выучил «В пещере горного короля» – приятное напоминание об их походе, пусть звучал один музыкальный инструмент, а не целый оркестр, как в той коробочке. Аврора устроилась полулежа, устроив голову на плече Торина, с улыбкой слушая музыку и тихо мурлыкая себе под нос. Еще один приятный знак, что она склоняется к согласию быть его женой, откладывает только потому, что он ее обидел. Ну и еще до того момента, когда в Одинокую гору вернется ее народ, все-таки до этого приносить клятвы будет лишним, король и королева должны назвать себя перед всеми подданными. Он принял верное решение – вот что билось в голове у Дубощита. Хотя была и назойливая мысль о том, что все может поменяться с приездом Дис, ведь сестра лучше других знает, что такое вынашивать и рожать, она наверняка сможет переубедить Аврору, объяснив, что не с ее телосложением рожать гномят. Тем временем Балин ударился в воспоминания о том, каким был Эребор в прежние годы, что идеально перекликалось с работами последних дней, в течение которых Торин отмечал и то, что уже было сделано, и то, что предстояло сделать. Разрушений Смауг принес в гору немало, а часть обрушений случились еще и от времени, разумеется, за эти годы и печи потухли, и световые шахты забились… - Знаешь, - вдруг прошептала Аврора жениху, - а ведь кое-что я видела – из того, о чем рассказывает Балин. Я и не думала, что все будет настолько точно, это кажется… невероятным и волшебным. - Что видела? – уточнил Дубощит. – Эти залы? Конечно, мы же проходили по ним и даже несколько раз. Конечно, раньше они выглядели немного иначе… - Нет, я их видела во сне, - пояснила девушка. – Когда болела в дороге и когда ты пел. Я думала, что это все просто придумала, ну вообразила вслед за твоим пением, а теперь… я не знаю, как это назвать, но я видела то, о чем рассказывает Балин, как раз в том виде, каким это было. - Я и не знал, что ты слышала меня тогда. - Я и сама не была в этом уверена, я решила, что просто вспомнила песню из книги, я до сих пор не уверена, на каком языке ты пел. - На кхуздуле. - Значит, я все-таки больше придумала. - Ну возможно, а возможно, ты в самом деле «провидица», - улыбнулся Торин. – Что именно ты видела? - Да ничего конкретного, просто залы и барельефы внутри. Думаешь, это была своего рода подсказка? – протянула Аврора. – Пока я знаю лишь, что не допущу, чтобы кто-то отправился в поход в Морию. - Нам никогда не вернуть Кхазад-Дум? – помрачнел гном. - Ну однажды это получится, - вздохнула невеста. – Но для этого надо избавиться от балрога, а это не в силах сделать никто, кроме волшебника. Хотя… нужно подумать, как бы отправить туда Сарумана, может быть, у меня найдется для него что-то интересное. Лучше бы довериться Гэндальфу, но… я знаю, что он сам с этим не справится. - Ты же не хочешь встречаться с Белым магом? – по-прежнему хмурился Дубощит. – Ему нельзя доверять – он может тебя забрать себе! - Тогда пока придется ждать, - развела руками девушка. – Тем более, что я пока не могу придумать, что делать… с тем, что отыскал Бильбо. Не хочу ничего портить, но… в общем, та кольчуга должна была достаться ему. - Мы не можем вернуть ее, - немного опешил Торин. – Расплавить мифрил не очень просто, но с этим мы можем справиться, а вот если потом его разделить и покрыть тонким слоем иные доспехи, то после соскрести все обратно и выковать новую кольчугу из этого будет невозможно. - Я догадывалась об этом, - вздохнула Аврора. – И теперь я беспокоюсь за племянника Бильбо. - У него есть племянник? - Будет… хотя, может уже есть, с тем, как тут со временем, я до конца так и не поняла, - путанно пояснила невеста. – Кажется, здесь прошло гораздо меньше лет, чем в книге, пока вы не могли вернуть Эребор. А потом еще я вмешалась – все могло ускориться и случиться намного раньше. - Что ж, я подумаю, как защитить этого племянника мистера Бэггинса, - уверил ее Торин. – И даже если Бильбо не прибудет к нам на свадьбу, мы придумаем, как этот дар передать нашему хоббиту. - Спасибо, - прошептала Аврора. И… задремала. Видимо, столь привычная обстановка подействовала на нее, но Дубощит был только рад этому, пусть теперь ему и предстояло просидеть в этой позе все время, пока девушка не проснется. Даже дым его трубки невесте не мешал, это тоже стало неотъемлемой частью их пути, когда после ужина они просто молча курили, сохраняя примерно все тот же круг, как расселись, разве что больше никто не латал одежду и не чистил оружие, пользуясь короткой паузой. Подгорный король тем временем размышлял о распределении ролей между всеми этими гномами – теми, кто из всего народа, решился последовать возвращать Одинокую гору. Само собой, Балин, Двалин, Оин и Глоин просто займут те же места, что и в Эред Луин, их родство с королевской линией немедленно ставит их на должности при правителе. А вот остальным придется столкнуться с недовольством знати, которая ранее служила деду – их надо заглушить немедленно, чтобы в Эреборе царило понимание. Ори, кстати, уже начал свою работу… Нужно будет объявить о должностях каждого, определился Торин, скажем, завтра ближе к вечеру, при тех гномах из Железных холмов, кто остался в Одинокой горе, а после повторить при тех, кто прибудет с первым караваном, тем самым сразу дав понять, что на это не следует рассчитывать никому, пусть бы даже он принадлежал к родне праотцов гномов – Дубощит уважал их происхождение, но желал наградить всех, кто ему помог. *** Бард прибыл до обеда и в сопровождении пяти человек. Торин встретил гостя в тронном зале, но, чтобы не доминировать над ним, не восседал под Аркенстоном, а принимал потомка Гириона как равного, стоя чуть впереди Авроры и племянников, Король-под-Горой поприветствовал всех прибывших и предложил им пройти в соседнее помещение, временно превращенное в подобие кабинета, где можно было разместиться над старыми картами и чертежами Дейла. - Наш летописец помог мне это найти, - сразу пояснил Дубощит, - здесь можно видеть, как выглядел город в прошлом, немало я помню и сам, но это только возможные планы, а чего хотели вы? Лучник принялся уверять, что именно восстановить Дейл своих предков он и желает, в то время как Аврора вернулась к своим мыслям о том, что она может сделать. У Торина и Барда складывалось взаимопонимание, по крайней мере в отношении будущего города и соседства они все видели очень схоже, так что девушка была права – ее вмешательство не было нужно, а о том, как к этому относится бургомистр Эсгарота, наследник Гириона ничего не упоминал. Одновременно, пожалуй, стоит считать немалой удачей, что к Одинокой горе вновь не пришла армия людей, ведь их тут меньшинство, вероятно, озерники достаточно навоевались с орками, никакая жадность не могла их заставить сюда явиться. А может, бургомистра сместили? В конце концов, это логично и вполне в духе книги: он отправил людей умирать, сам при этом даже не возглавил армию, если он хотя бы был тут, у подножия горы, командуя из-за чужих спин, это могли оценить, но откровенная трусость и желание нажиться, жертвуя чужими жизнями, вполне было способно вызвать недовольство горожан. Тем более, что у них ныне был новый лидер, показавший себя в бою. И пусть он хотел отстроить Дейл, куда был намерен переселиться, наверняка после всего случившегося тех, кто готов за ним последовать, гораздо больше, чем когда они надеялись что-то получить от гномов, а Бард при этом пытался сохранить подобие благородства и честности. Выходило, что тогда вряд ли кто-то будет мешать строительству… - Совет не одобряет эту идею, - вдруг в этот момент объявил Лучник. – Я пытаюсь решить эту проблему, но… мне нужно время. - Какой совет? – не удержалась Аврора. - Городских гильдий, - Бард бросил на нее подозрительный взгляд, видимо, не понимая, отчего какая-то девица о чем-то смеет говорить, но все-таки ответил. – Они не хотят поставлять еду без оплаты золотом, не желают считать таковой поставку камня. Вот оно, мысленно усмехнулась девушка. Она упустила из виду, что бургомистр – лишь ставленник наиболее богатых семей или кланов, тот, в чьи обязанности входит отстаивать их интересы, а восстановление города-соседа отнюдь не в их интересах, они не желают отдавать торговлю (а вместе с ней и немалую долю прибыли) другому государству. Не градоначальник жаден, ну или не только он… Впрочем, справедливости ради, Аврора понимала: будь она супругой какого-нибудь главы гильдии Эсгарота, тоже мыслила бы интересами Озерного города, то есть точно не предлагала бы поддержать строительство Дейла, который заберет часть ее дохода. - А много народу поддерживает вас? – решила уточнить девушка. - Вслед за мной готовы переселиться около полусотни семей, - ответил, опять несколько настороженно, Бард. – Разумеется, мы готовы заниматься ловлей и охотой, а наши женщины – шитьем и вязанием с таким расчетом, чтобы делиться этим с вами, однако этого никак не хватит, чтобы оплатить столько поставок. - О, ну полсотни семей – это… много, - сказала прямо противоположное своим мыслям Аврора. – Даже очень много. В самый последний момент она сообразила, что это не современный ей город, если полсотни семей составят хотя бы полторы сотни человек, то есть классические муж-жена-ребенок, это большая деревня по меркам ее прошлого мира, но вполне небольшой, а может и средний город в этом. Да и кто знает, сколько народу потом к ним присоединится еще, ни одно государство не рождается сразу огромным. - Мне кажется, мы могли бы договориться в счет будущих поставок, - решила предложить девушка. - Это своего рода рабство, - нахмурился Бард. - Нет, совсем нет, - поторопилась возразить Аврора, понимая, что представление о нормальных кредитах тут вряд ли есть. – Мы понимаем, что вы не можете нам много поставить в ближайшие годы, пока будет идти строительство, но и гномы пока только возвращаются в Эребор, зато мы можем быть почти уверены, что когда Дейл будет отстроен, не одна лишь торговля будет здесь на высоте. Для вас потом доля того, что вы будете сюда поставлять, будет невысока, а нам это будет хорошей помощью и подспорьем, чтобы заниматься недрами, не отвлекаясь на охоту. - Я вас не очень понимаю, госпожа, - несколько смущенно ответил Лучник. – Сколько лет мы должны будем быть у вас в долгу? Девушка вздохнула и принялась объяснять проценты, посчитав, что десятая доля будет нормой – вроде бы десятина в древности была стандартным налогом. Кажется, получалось у нее неплохо – ее вроде бы понимали и обдумывали идею всерьез. Ну, по крайней мере, она все-таки не бесполезна на этой встрече. *** Торин по-настоящему гордился своей невестой. Она легко отыскала решение, которое устроило обе стороны. И вправду: ныне гномов было немного, даже прибытие каравана пока не сильно изменит это, ведь они использовали время для создания запасов – то есть пока они не нуждались в поставках от людей, если будет необходимо, они раздобудут что-то еще, у них будет достаточно народа для этого. Отстраивать город не просто в долг, но зная, что оплата будет не скоро, было непривычно, но Дубощит посчитал возможным это для себя, Бард казался честным человеком, он не пойдет на обман, а если когда-то, годы спустя, что-то пойдет не так… Что ж, вряд ли к тому моменту потери будут велики. Потомка Гириона устроили эти условия, так что в итоге они обсудили примерный план стройки и график поставок, то есть с чего они начнут при восстановлении Дейла, сколько для этого нужно камня и мастеров. Так что этим вечером, собрав в тронном зале всех гномов, кто вообще был в Эреборе, Подгорный король чувствовал себя особенно счастливым. - Я позвал сюда всех, посчитав, что пришло время, - начал Торин. – Мы закончили с тем, что сотворил дракон, и с последствиями войны, а значит, настал момент, когда мы должны начать жить так, как это было заведено нашими предками. Он сделал короткую паузу, позволяя последнему слову отразиться от стен Одинокой горы, уйти куда-то высоко, чтобы остаться в сердцах присутствующих. - Многие из вас знают или догадываются о том предложении, которое я сделал Авроре, - продолжил Дубощит, - и потому я надеюсь, что однажды смогу представить вам ее как свою и вашу королеву. Но сейчас я могу назвать другие должности – вместе с моей благодарностью за то, что вы сделали для меня и для всего Эребора, а также вместе с теми обязанностями, которые, я уверен, вы исполните самым лучшим образом! После этого он объявил и своего советника, и начальника стражи, и казначея, и лейб-медика, и архивариуса, и королевского повара, и главного инженера-конструктора, и хранителя оружейной, и королевского судью, и даже главу рудокопов*. Герои Битвы пяти воинств тоже не остались ни с чем, получив все места заместителей, тем самым все, кто в данный момент находился в Одинокой горе, немедленно стали в число элиты Эребора. Но Торин не считал, что кто-то из них получил свое зря – они сражались за то, чтобы их дом сохранил свободу, а теперь не ушел в Железные холмы, получив небольшую награду (а часть сокровищ Дубощит, конечно, родичу выдал в благодарность за помощь), но остался восстанавливать королевство. Зато сам Подгорный правитель ощутил себя куда спокойнее, теперь, когда каждый знал, чем он должен заниматься, с кого Торин знал, что спросить, он почувствовал то налаживание жизни, которое вскоре просто пойдет по накатанной. Вечер закончился общим ужином, может быть, не очень торжественным, не было у них тут запасов эля и вина, но очень теплым, Король-под-Горой мало знал тех, кто прибыл в числе армии Даина, потому был рад с ними познакомиться ближе – со времен правления в Эред Луин Дубощит привык в лицо знать всех своих подданных, знать, чем они живут, в чем они нуждаются, и намерен был продолжить эту практику здесь. Пожалуй, именно с напитками что-то надо решать отдельно – на это Торину вновь отдельно указала Аврора. Они хорошо запаслись едой, но пить им придется в основном воду, отчасти, как заметила девушка, это будет исправлено запасами ягод, из которых можно делать компоты и чаи, еще она надеялась набрать поздних яблок с одичавших яблонь и сделать сидр, но все-таки этого недостаточно, чтобы регулярно поить всех, у них даже мало трав для чаев, которые так любит Дори. - Если это необходимо, мы можем что-то закупить на юге, - ответил невесте гном. – Везти сюда будут не быстро, тем более зимой, но если это будет нужно… например, для торжества, то я готов и потратиться. - Я об этом тоже подумаю, когда ты расскажешь мне о ваших обычаях празднования, - улыбнулась Аврора. - С удовольствием расскажу, - кивнул Торин. – Однако я тут подумал, что не узнал о том, как это принято у тебя – а мне хотелось бы, чтобы ты чувствовала себя невестой, а затем моей женой в соответствии с твоими обычаями. Почему-то этот вопрос вызвал заминку и короткий смешок со стороны девушки, ответ был коротким: - Думаю, я смогу обойтись вашими. - У тебя на родине это… как-то неприятно выглядит? – попытался разобраться Дубощит. – Или это выставляет тебя смешной? - Выкуп, хлеб-соль, пьяные танцы, - перечислила странный набор Аврора. – Без всего этого я точно смогу обойтись. Конфеты и цветы… ну, тут для них не сезон и не место. Я не религиозна, это тоже не нужно, то есть остается просто официальная церемония – думаю, что-то подобное есть и у вас. - Я не очень понял, что и зачем нужно покупать, - признался Торин, - а также что такое религия. Но я думаю, что смогу позже добыть для тебя сладости, а когда расцветут растения, я наберу тебе любых. - Забудь, - уверила его Аврора. – Я с удовольствием приму ваши обычаи. - Мне это приятно, но ты уверена?.. - Что не хочу делать из тебя посмешище? Полностью, - кивнула девушка. Это было тоже не очень понятно, но Дубощит решил более не выпытывать ничего у невесты – ее право не делиться тем, чем она не хочет. Ему же довольно того, что она примет все их обычаи, к которым он и перешел наконец. *** Попытка представить себе свадебный выкуп в Одинокой горе не могла не вызвать у Авроры смешок, а Торин, который пытается выполнить глупое или даже унизительное задание, в ее воображении немедленно воспротивился подобному – потому девушка предпочла ни о чем не рассказывать. И вообще дала себе слово никому не рассказывать об этом, а то, зная парней, они могут и устроить испытание дяде! Наверное, будь она религиозна, то ей был бы важно таинство в церкви, и тогда это стало бы настоящей проблемой, ведь тут не только нет храмов, но и веры. «Провидица» так до сих пор и не выяснила, обращаются ли здесь как-то к Эру или валар, при ней ничего подобного не было, хотя порой в речи гномы упоминали Махала, но в этом не было мольбы, скорее что-то вроде призыва взглянуть на своих детей или просто эмоционального восклицания. Иными словами, если бы Аврора хотела, пожалуй, ей никто не помешал бы обращаться с просьбами к Богу, но никаких институтов религии в этом мире не было, потому устроить венчание тут было бы затруднительно. Впрочем, ее догадка относительно брака у гномов была верна: в целом брак заключался просто произнесением клятв в присутствии свидетелей, король с королевой это тысячелетиями делали перед всем народом или хотя бы перед своими кланами, после это сопровождалось пиром для приглашенных гостей – в случае правителей, опять же, это, как правило, был весь народ – а также танцами. Отличия были несущественными, потому легко запоминались. Что ж, она сможет со всем этим справится, надо только немного подучить кхуздул. Оставалось только определиться с решением… Вопрос Торина был тем ценнее, что вновь показывал: гном уважительно относится к ней и хочет учесть все ее желания. Если так пойдет дальше, девушка сможет быть уверена в нем и даст свое согласие на брак. Скорее всего, к весне все будет ясно – а до того сюда и не успеет прибыть Дис, без которой свадьба точно невозможна. Помимо этого Аврора допускала, что сестра Торина может быть вовсе не в восторге от такой родни, пусть ее все и пытались убедить в обратном: это для отряда она стала своей, это раненных воинов она помогала лечить, а для тех, кто прибудет после, она вновь станет чужой, для гномьей принцессы еще и незнакомкой, которая претендует на брак с ее братом, то есть еще и на трон Эребора. Это не значило, что девушка готова была отступить, нет, напротив, понимая сейчас свои чувства, она не желала уходить в тень, она хотела быть с Дубощитом. Однако и тот может повести себя жестоко, вдруг вновь забыв о ее чувствах, и прислушаться к словам Дис – Аврора готова доказать сестре Торина свою ценность, но не сражаться с ней и женихом. Пока ей, в том числе доказывая свою пользу, стоит сосредоточиться на союзе с людьми, а еще на возможном мире с эльфами. С Бардом пока удалось заключить выгодный договор, до весны строительства не может быть, к тому времени будущий правитель Дейла надеялся накопить «оплаты» для хотя бы малой доли поставок, скажем, в виде засоленной рыбы. Лучник умел торговаться, он во время беседы вновь упомянул о том, как пострадал его народ, хотя, возможно, куда больше сыграла роль готовность Торина договариваться, потому он сделал «скидку» на все работы, которые будут выполнены гномами. В общем, здесь царило полное понимание, но Аврора держала в голове возможные гадости от эсгаротцев. Можно было бы предложить им взять на себя роль перевозчиков – то есть признать за ними то, что они и так себе выгрызут, сидя на своем озере, зато от себя подчеркнув, что гномы считают для себя важным союз с этим городом. Вот только девушка не была уверена, что главы Эсгарота будут польщены переговорами с ними, да и Дубощит не стремился к этому, он относился к Озерному городу с некоторым пренебрежением, тем более после попытки его ограбить. То же относилось и к эльфам, из которых вовсе Торин признавал лишь Леголаса (ну еще близнецов и их отца, но они не были соседями). Можно ли слукавить? То есть предложить сделать дар принцу не от Дубощита, но от его королевы, которая отдаст как бы свое украшение в благодарность за помощь своему жениху и друзьям? Трандуил вроде бы получит то, что желает, но при этом не от самого Подгорного короля, а с женщины же взятки гладки, мало ли, насколько она неразумна, ее так и гномы могут простить… Но на это надо получить согласие Торина, а, насколько Аврора успела его узнать, он не был склонен к какому-либо обману. Ну и он лучше знает Лесного короля, потому может сразу сказать, сработает ли этот план или нет. Пока еще есть время обдумать, поэтому девушка не озвучивала все это Дубощиту, может быть, после ей удастся придумать что-то получше этого. Аврора вернулась в свои покои, устало приводя себя в порядок – странным образом, хотя сегодня она мало была занята физически, но моральное напряжение сыграло роль, кажется, от подобного девушка уже отвыкла. Может быть, именно поэтому она механически потянулась к тому, что давно было заброшено в рюкзак, как бесполезная вещь – к своему телефону… Он включился. Мигнул, засветился… и показал карту Средиземья. Мало того, он вдруг как-то стремительно начал приближаться к Эребору! Это настолько напугало Аврору, что она немедленно нажала на выключение. Что происходит?! Ну нельзя же тут никому позвонить!