Глава 8.

«И если кто-нибудь сделает тебе больно

Я захочу побить его

Но у меня сломаны руки

Так что я использую свой голос

Я буду таким грубым, чертовски грубым

Потому что слова всегда побеждают»

      24 октября 1996 год.       Воскресное утро наполняло Хогсмид смехом юных волшебников так звонко, что его жители иногда задавались вопросом, что хуже – ученики Хогвартса по выходным или корень Мандрагоры в восемь утра? И порой, выбор был очевидным.       Но было в этом раннем утре что-то таинственное. Что-то чарующее и манящее их в старинные заведения прибрежного городка. Может, все дело было в скорой вечеринке по поводу празднования Хэллоуина? Стоя в примерочном магазине «Шапка-неведимка», где молодым когтевранкам было не всё по карману, а взгляд их всегда цеплялся за нечто яркое и неразумное – Агата думала, что может всё-таки этот праздник не стоит таких забот? Не стоит лишних переживаний, километровых очередей в примерочных, косых взглядов тех же недовольных портных. Если эта вечеринка действительно собирается быть такой грандиозной, как о ней говорят…. А на минуточку эта первый на памяти Агаты официальный хэллоуинский вечер… то может стоило дать конкретные ориентировки к нарядам, ну там зомбатская вечеринка или а-ля 80-е? Тогда бы Агата не мучилась в беспомощной попытке слепо принарядиться.       Ей не хватало смелости надеть что-то прозрачное, вроде белого платья из фатина или карамельный комбинезон, открывающее те части тела, о которых девушка даже не скажет в слух. По опыту прошлых Хэллоуинских празднований ей хотелось надеть что-то тонкое и одновременно прикрывающее – погода и бальный зал, переделанный из столовой, были слишком жаркими, чтобы терпеть солидные ткани, поэтому Падма, Полумна, Чжоу и Агата обыскали чуть меньше дюжины магазинов, пока не наткнулись на ткань, похожую на крепкий пурпурно-серого цвета атлас — короче говоря, цвета переливающийся в серовато-желтый туман, лежащего на цветущем болоте. Однако по описанию девочек, Агате представлялись грязные выжимки от вина.        – Моя tailleuse любезно сделает тебе прекрасное тюльпанное платье, – как могла произнесла французская портниха, поскольку, как она рассудительно заметила, Агата выглядела «si triste – si pen voyant». Поэтому подобранная ткань идеально сочеталась бы с весьма аккуратными чертами лица и выбивающимися темными волосами, и тем более, для атласа не было необходимости в множестве pieces. Хорошо, что она придерживалась такого взгляда на дело, ибо у девушки не было ни драгоценностей, чтобы облагородить его, ни естественного розового цвета лица, кроме тех моментов, когда девушка находилась в очень конфузных ситуациях.       – И маскарадная маска! – радостно воскликнула Чжоу, при этом боясь стянуть с Блэк очки.       Агата была последняя из девушек, которая нашла себе наряд, поэтому к тому моменту как она наконец-то выбрала ткань все захлебывались от восторга и только Блэкушкина душа скулила от усталости как побитая собака.       – Нет! – возмущенно вскрикнула наша героиня. – Это уже будет перебор!       – Но ведь это костюмированный Хэллоуин! Твое платье будет прекрасным, никто не спорит. Но не таким праздничным и аутентичным для данного повода, – Патил и здесь нашла повод поиграть в умников-и умниц.       – Тогда, мне бы вполне подошёл наряд бездомного! Вот, – Агата потерла свою одежду по бокам, даже не зная, что на ней сейчас было. – Чем не костюм, мне даже переодеваться не надо!       Полумна закатилась звонким смехом. Патил заранее знала, что уговаривать соседку было бесполезно и иногда у неё складывалось ощущение, что проще было заставить страуса летать, но попытка была не пытка. Хотя и здесь она сомневалась.       – Тогда, – звонко начала Падма, когда ей в голову пришла отличная идея. – Я всем расскажу, что ты носишь трусы цвета Слизерина! Так-то!       – Ты врешь.. – Агата усмехнулась не поверив собственным ушам.       – Нет. Не вру. – её отрицание звучало вполне решительно.       – Нет.. Нет. Этого ведь не может быть, да Полумна? – Блэк неохотно машет головой, но её голос выдает нотки отчаяния.       – Прости, но Падма права…– мягко признает девушка.       – Вот так-то!       – Не может быть! Я же сама просила вас купить эти трусы! – почти кричит голубоглазая, вспоминая тот проклятый день как последний, когда она попросит у кого-то помощи.       – И мы купили! – твердо настаивала черноволосая.       – Но ведь не зелёные же! Шантажистки чертовы!       – Ну так что? – спросила Падма, хотя у Блэк сложилось такое впечатление, что она стоит в суде на разглашении приговора.       – Отдайте эту чертову маску!       Чжоу поднесла атласную картонную маску под цвет платья, обшитую золотистыми оборками с кружевами:       – Вот, примерь.       Агата выхватила маску, и прижала к лицу, попутно завязывая её в собранные волосы.       – Ну как? – неуверенно выговорила она почти шепотом. Агата боялась поднять глаза. Там, в полной темноте зала, когда девушка будет прятаться в тенях колонн, возможно её никто и не увидит в этой маске, но сейчас… когда она окружена людьми, что с любопытством смотрят на неё, знают какого цвета на ней сейчас трусы – Агате было непривычно. Поэтому она отчаянно пыталась скрыть половину покрасневшего лица выпавшими локонами волос.       – Ты великолепна! – воскликнули подруги, окружив Блэк в теплых объятых.       И может в этом что-то и было. В объятиях…              Выйдя за порог магазина им стоило поторопиться, ведь девицы ещё мечтали посетить «Сладкое королевство» до того, как им придется вернуться в Хогвартс. Поэтому, накинув на свитера красочные польта, хихикая они в припрыжки побежали через узенькие улочки.       – Вас уже кто-то пригласил? – поинтересовалась Агата, заранее зная, что она пойдет одна.       Девушка прибавила шагу, заполняя кеды грязной водой из-под луж, что попадались ей на пути.       – Рон. Естественно. – смущенно проговорила Патил.       – Да! – сквозь подругу выкрикнула Чжоу, подталкивая локтем Патил. – Дин Томас. Вчера.       – Дин? – переспросила Блэк словно слышала это имя в первый раз.       – Да, понимаю твоё негодование – он немного ветреный и сейчас погряз с головой в учебу… однако отдыхать он любит не меньше. Как говориться если предлагают, то надо брать.       Хотя Агата думала совсем не об «ветреной» стороне души парня, а скорее о том, почему он раньше не попадал в её поле зрения. Она как будто забыла о нем вовсе, но сейчас что-то насторожило её сердце.       Для понимания. Любого человека, чье имя было ей слышно в чужих разговорах – Агата анализировала с позиции возможного варианта сами-знаете-кого. Однако, когда Чжоу Чанг упоминала Дина Томаса, в голове у когтевранки не высветилась его анкета с характеристиками: ни сколько раз он пропускал пары по Зельям, ни возможные его отметки, ни даже его манера разговаривать.       Странно? Возможно.       Именно так подумала и Агата сначала, хотя расценивала это скорее с тем, что просто немного переросла это дело. Но это чуть попозже….       – Вам не интересно, почему молчит Луна? – Патил неоднозначно подмигнула белокурой.       – Неужели? – восхитилась Блэк. – И кто этот счастливчик?       Полумна застенчиво помолчала.       – Блейз Забини…       Агата не поверила своим ушам, отчего даже замедлила свой ход:       – Тот самый Блейз? Наш Блейз Забини?       – Никакой он не твой, Агата. – сухо ответила Патил.       – Да, но я надеюсь мы говорим об одном и том же человеку, просто… Ауч! – вскрикнула она, потирая лоб, пока кто-то впереди Агаты резко не остановился, отчего она врезался в чью-то голову. – Что там!       – Агата. – прозвучало в её голове мужским голосом.       – Тео?

*****

      За пару часов до этого…       Теодор Нотт со смешанной учтивостью шел по воскресным коридорам школы, с ярым намерением окунуться в писание пейзажей. Поэтому, пока остальные носились по коридорам в поисках лишних сумок, чтобы затеряться в маленьких магазинах Хогсмида, Тео с полной решимостью собирался целый день провести в Астрономической башне. В поисках вдохновения, бескрайней тишины, и чтобы просто скрыться от самого себя.       За поворотом показался утренний свет внутреннего открытого дворика. Стоял конец октября, поэтому большинство студентов с неохотой накинули вязанные свитера, а кто-то даже классическое пальто. Тео с легкостью перепрыгнул через открытую бетонную арку, опираясь кистью на холодную поверхность и ступая на мокрую, выцветавшею траву.       – Теодор Нотт! – чей-то суровый голос врезался ему в спину, заставляя того затормозиться.       «Чёрт!» – только и успел подумать слизеринец.       – Профессор Макгонагалл! – улыбчиво протянул он разворачиваясь. – Не поверите, проверял на прочность конструкцию здания, – он потер руками то место, об которое оттолкнулся. – Вполне сносно, вам есть чем гордиться!       – Я не об этом – сделаем вид, что я ничего не видела. – поджимая губы ответила она. – У меня к вам важное задание, если можно так сказать, хм хм.. – прокашлялась она.       Тео немного напрягся, приводя в порядок свой темно-зеленый свитер и с осторожностью принялся слушать декана Гриффиндора.       – Вы собираетесь в Хогсмид сегодня? – она прищурила глаза, что ещё больше сделало её лицо морщинистей.       – Собирался посвятить воскресенье Астрономии, – соврал он, указывая на заполненный бумагой портфель.       Минерва Макгонагалл живо посмотрела ему за спину. Давно никто не врал ей в глаза.       – Думаю Астрономия может подождать, однако вы молодец. – Тео молчаливо кивнул профессору.       – У вас вроде для меня было какое-то задание?       – Да-да-да. – вспоминала декан. – Могу ли я на вас положиться?       Тео снова кивнул. С неохотой конечно же.       – Славно. – Она протянула ему сложенный в двое листочек и звонкий, бархатный, увесистый мешочек. Деньги. – Загляните в «Зелья Джея Пепина» и «Тимофилли и поганки». В списке указано, что и в каком количестве необходимо купить. Понимаете, я уже не в том возрасте... – начала она.       – Конечно, профессор. Но.. – он немного помедлил. – Что мне за это причитается? – осведомился Нотт, в надежде что от его напористого нрава дурного мальчишки старуха передумает.       – Лучше спросите, что вам за это не будет. – с кривоватой кошачьей ухмылкой уточнила она, намекая на последнее ею увиденное, на что Тео азартно заулыбался, закатывая глаза. 1:1. – Остаток денег можете забрать себе и пропустить кружку сливочного в «Три метлы», если захотите.       Немного подумав, что в принципе и в Хогсмиде можно найти уединенное место по душе, Тео согласился. С неохотой, конечно же.       Однако, прежде чем Теодор снова собирался перепрыгнуть через перила, прежде проведя глазами профессора Макгонагалл, жутко знакомый мужской голос осадил его, отчего то непростительно выругался. Что же всем нужно было от него сегодня?       – Поговорим? – обратился к нему Поттер.       И Теодор снова подумал – будто бы у него был выбор?              Нотт провел пальцем по деревянной поверхности, оценивая по слоям пыли на ней, сколько же времени не проводили занятие в этом помещении. Выбор Поттера его настораживал и удивлял: полупустой, заброшенный кабинет, где больше хлама вроде старых шкафов и парт, чем пользы от них. Забавно. Ведь ему казалось, что так и забивают стрелки после школы плохие парни.       Гарри зашел следом, не запирая дверь заклинанием.       Уголки губ Тео дернулись. Ему все ещё это казалось забавным.       – Я тебе что-то должен? Или может тебе тоже необходимо затариться в «..Джее Пепине». Ааа, не-нет-нет. Может ты решил, что будет прикольно засекретиться с кем-то один на один, но так вот.. – развернулся к нему лицом, кидая сумку на ближайший стол. – Извини Поттер, но мои предпочтения немного другие.       – Очень смешо. – только и проговорил Гарри облокачивая на стол.       Он как будто шагнул из темноты и теперь его силуэт освещал естественный свет от единственного окна в кабинете, отбрасывая тени на пол. Поттер выглядел серьезным, настолько, насколько Тео воспринимал серьезность – руки скрещены, вид суровый, словно тот съел невкусную конфетку, а губы поджаты в прямой линии.       – Тогда…– начал слизеринец дабы подогнать второго.       – Я бы хотел поговорить на счёт Агаты. – Гарри закатил рукава рубашки, говоря так, между делом.       «На счет Агаты»       Ну естественное. Представления не требовалось.       Однако что-то заставило Тео прикусить язычок. Он огляделся вокруг с видом, будто кто-то выпрыгнет из-за старой мебели, держа в руках разноцветный серпантин и крикнет «Розыгрыш!». Но этого не произошло. Теодор нервно запустил ладонь волосы взъерошивая их до степени неуклюжести.       – Я слушаю. – сказал он без колебания, хотя вид у него был весьма беспокойный.       Гарри немного помедлил, тем самым заставляя тишину биться в висках Теодора.       – Буду откровенным. Все эти слухи, что ходят в стенах школы и то, что вы часто проводите время вместе, вроде тех же поисков Волка…       – Не часто! – выкрикнул он, не давая Поттеру закончить предложение словами «..меня тревожат».       – Не часто. – повторил Гарри. – Однако, навряд ли мои собственные глаза могут меня обманывать. Ну так вот, суммируя все что я наблюдал за всё это время, все разговоры и перегляди, а также множество историй про ваше многолетние соперничество заставляют меня задаваться вопросами.       «– К чему он клонит?» – подумал Тео.       – Какие у тебя мотивы? – решительно спросил гриффиндорец.       – Не понял?       – Да ладно тебе, Нотт. Ты и Агата? Все свои школьные годы вы делали вид, что являетесь заклятыми соперниками, особо не дружили, а разговаривали в основном либо язвами, либо очередными спорами. Но теперь я задаюсь вопросом. Каков твой мотив? Что ты хочешь от неё? И зачем она тебе?       Зачем тебе Агата Блэк?       Зачем?       Его тянуло на дно только от мысли, что если он бы не обратил на неё внимание тогда в столовой? Что, если бы она попала на Слизерин? Он ведь жутко расстроился, что та оказалось на Когтевране. Да и с какой стати? Ведь он даже не знал её имени, но видел её небесные глаза, слышал её заражающий смех, её беззаботность и непреодолимую тягу к знаниям всё смешивать. Зачем тебе Агата Блэк?       Она была его противовесом или наоборот – точной его копией.       У них обоих не было матерей, а отцы были не из самых лучших в мире. Им нравились уроки профессора Снейпа. Они видели прекрасное даже там, где его невозможно было развидеть. Но вот только Агата никогда не сдавалась и это привлекало его больше всего на свете. Так зачем ему Агата Блэк?       Видеть, как кто-то сломан также, как и сам Тео? Видеть в ней себя?       Тео молчал. Он смотрел на Гарри и как будто сквозь него. В полутьме кабинета, что окутывало молчание, казалось, что время остановилось на том моменте, когда Поттер шагнул в него ногой. Пару лучей солнечного света падали на свитер Теодора, словно кинжалом впиваясь в его грудь.       – Знаешь, я не затем пришел… – начал Поттер, но черноволосый его перебил.       – Ты хочешь, чтобы я от неё отстал?       Поттер поправил очки, задумчиво потирая переносицу.       – Скорее нет, чем да. Как её друг, я хотел бы знать, что у тебя серьезные намерения.       – Серьезные намерения? – повторил Теодор.       – Она ведь слепая..       – И я знаю! – взъелся слизеринец. – Каждый божий день… я знаю! Ты хоть представляешь, какого это смотреть на человека сквозь её чертовы линзы и не видеть в них ничего? Не слышать её смеха последние пол года? Думать о том, чтобы было бы, будь тогда я там вместе с ней, а?       Поттер многозначно кивнул и Тео понял, что да, он знал. И возможно даже больше чем сам Теодор. Они ведь тогда были вместе, но расстались спустя пару недель. Может ему тоже казалось, что он предал её? Насколько сложно ему вообще принялось это решение?       – Я не хотел.       – Знаю. И кажется, ты ответил на мой вопрос.       Этим, Поттер дал понять, что разговор окончен, но уходя тот окликнул Тео.       – Нотт?       – Слушаю. – он легонько повернул голову, всё также стоя к нему спиной.       – Блэки собственники. Я по себе знаю. Она не отпустит просто так. Чтобы это не значило.       Чтобы это не значило       Тео напоследок кивнул и вышел, закрыв за собой дверь.       Гарри остался сидеть на парте, там, где он допрашивал Нотта. Он выдохнул то ли от облегчения, что этот разговор наконец то закончился, то ли… а скорее всего только из-за первого.       – И что ты думаешь? – обратился он в пустоту, где стояла груда мебели.       Драко вышел оттуда, минутно отряхиваясь от многолетней пыли и паутины, что скопилась на поверхности.       – Думаю, что в следующий раз поговорю с ним сам! – вскипел блондин. – Ещё я думаю, что моя рубашка испорчена в край!       – Эгоист! – шепнул Поттер и отвернулся к двери, словно в неё вот-вот могу зайти.       – Захлопнись. – ядовито бросил слизеринец, опускаясь на соседний стол и скрещивая руки. – Могу сказать только одно, как бы мы не сделали хуже.       – Хуже чего? Я одобрил её выбор, дал своё согласие…       – И не посоветовался с Блэк? – сухо ответил блондин.       – Своё согласие она дала уже давно.       – И всё же? – вновь переспросил Малфой, тем самым беся этим Поттера.       По мнению Малфоя, Гарри не отличался внимательность от кирпичной стены. Слизеринцы выиграли в Турнире? Сегодня среда или воскресенье? Агата и Тео поссорились? Кто знает, но только не Гарри. Он не замечал ни Гермиону, что целый год путешествовала во времени, ни то, что Малфой и Блэк стали друзьями. Порой Драко кажется, что он не замечает где он вообще находиться. Ооо. «Стекло просто взяло и исчезло, не знаю, может для змей это обычное дело?».       – И всё же, по-твоему мы должны были запретить ему с ней видеться, так получается? – Гарри решительно посмотрел перед собой, там, где свет падал на белобрысую макушку.       – Это и называется дружба, придурок! Забота, приглядывание и тому подобное.       – Забавно, что тебе вообще известно это слово. – возразил Гарри.       Малфой явно не мог придумать достойный ответ, поэтому после короткой паузы вздыхает, закатывает глаза, и ударяет того по руке своей тяжелой сумкой.       – Ауч! Какого хрена? – Поттер краснеет от злости.       – А про какого Волка ты там говорил? – спрашивает Малфой, будто ничего не и не произошло.

*****

      – Ваши два стакана Сливочного пива! – жизнерадостно произнесла официантка за баром, в то время как желудок Тео определенно остался где-то позади, на нижней улице Хогсмид-стрита.       – Grazie! – пробубнил Тео и быстро отвернулся, всматриваясь в темную копну волос. Быстро поймав движение глазами, он направился к столику у заднего бара, где было не так шумно и только нерасторопные официантки бились изредка об ножки барных стульев. Это была удобная старая таверна, с современным колоритом, хотя ковер был полинявшим, а мебель была очень деревянной, скорее из-за термитов, поэтому местами она походила на старую. Одна барная стойка, что простиралась вдоль всей комнаты заполняя ½ помещения, но если учесть, что она и вмещала половину посетителей, то это того стоило. Приятная атмосфера Скандинавии, пару красочных гобеленов с изображением местных пейзажей, полки с книгами, запах дрожжей и парочку цветов, вроде засохших флоксов и рождественских лимоновидных роз за столиками были неотъемлемой частью старинного заведения.       Над шаткими столиками висели лампы, изредка мерцающие с перепадом напряжения, а рядом постукивали бочки со сладким ферментированным молоком для сливок. Людей было отнюдь много, даже для воскресенья. Рядом, за столиком с бочкой, двое местных мужчин играли в кости, а третий без ритма наигрывал жуткую кантри мелодию на старой гитаре, пару деревенских женщин с детишками за столами с картофельными салатами о чем-то мило беседовали, а все остальные это игривые и шумные студенты Хогвартса, которые выделялись благодаря цветастым шарфам и мантиям за спинами.       – Не знал, что тебе нравиться, поэтому выбрал Сливочное с корицей сверху, но можем поменяться если хочешь – моё такое же, только чуть темнее. – предложил Нотт, присаживаясь за стойку.       Пенка с бокалов налилась ему на пальцы, отчего он облизал их. Хорошо, что Агата этого не видела.       – Мне сойдёт. – проговорила она, притягивая напиток к губам.       На вкус сливочное пиво было как имбирный лимонад и сверху нежные сливки. Блэк немного сморщила нос, когда язык нащупал вкус гвоздики, молотого имбиря и мускатного ореха, однако со светлым элем и добавкой в виде корицы эта смесь казалась не такой уж и противной, поэтому Агата с радостью глотнула ещё. А потом ещё. Однако, возможно она просто не хотела начинать разговор.       – Так вы здесь выбирали значит костюмы на Хэллоуин? – громко проговорил парень и отпускаю глаза вниз, смотря свитер Агаты, отчего даже соседний джентльмен повернул голову.       – Да. – коротко ответила она, но больше это походила на «тебя это не должно волновать».       – И как? Удачно? – вновь спросил Тео, понятия не имея чем он хотел добиться этими вопросами.       – Вполне. – её короткие ответы застряли у него в горле.       Тео одобрительно кивнул. И чего он хотел от неё, когда пригласил посидеть в «Три метлы»? Что она встретит его с восторженными криками и броситься в объятия? А может он наоборот ждал от неё могущественной ярости и злости, от которой кровь застынет в жилах? Но, всё, что он получил это смущенное приглашение, нелепое молчание, игру кто-первый-начнет-разговор и тихое хихиканье её подруг, что направились в «Сладкое королевство».       Но что больше его раздражало, так это то, что скорее всего он заслужил это отношение. Не потому, что он сбежал от неё после поцелуя, а от того, что вот уже как дней десять он не осмеливался подойти к ней и объясниться во всем… а ещё.. он ведь ПОЦЕЛОВАЛ ЕЁ!. Чёрт… он поцеловал Агату Блэк! И сколько бы дней не прошло, каждый раз вспоминая тот момент его будет одолевать дрожь, как будто от наступающей паники, и осознание произошедшего в том коридоре. В своих мыслях, он всё ещё был там. Всего минута. Но зато какая!       – Ладно! – необычайно громко для себя выкрикнул слизеринец. – То есть, я хотел сказать, что я рад был тебя сегодня встретить… эм, в общем потому, что давно хотел извиниться. Вот.       Девушка чуть не подавилась пивом, а сладкая пенка осталась у неё на губах.       – Извиниться? За что? – недоумевала она.       – За тот вечер на ФЗВ. В том коридоре. – вспоминал он на её недоумевающую мимику. – За поцелуй, Агата! За то, что убежал! За то, что не извинился за весь вечер! За всё, понимаешь? – снова выкрикнул он.       – Не стоит объясняться. Я знаю про аллергию на мёд, и за это скорее следовало извиниться мне.. – кротко ответила она.       – Откуда?       – Драко. – она пожала плечами.       – Но почему тогда он мне ничего не рассказал? – Тео чуть призадумался. Сколько раз он виделся с Драко на общих занятиях, в гостиной Слизерина, на поле для квиддича, в общей спальне в конце концов – и не одного упоминания о том, что он всё растрепал Блэк. Может быть, Теодор и не мучился все эти дни обдумывая произошедшее и подбирая слова оправдания.       – Возможно, потому что не особо в курсе из-за обстоятельства твоей аллергии, – намекнула девушка. – Думаю, он пришёл бы в ужас.       – Дааа, – краснея, протянул Тео, когда вспомнили, что часть своего сегодняшнего утра провел под пристальным внимание Поттера. – Понимаю.       Что вообще могли сотворить эти два чувака объединившись за общие мотивы? Скорее, уж точно закопать Тео в Темном лесу.       И снова неловкая тишина повисла в воздухе, пока Тео обдумывал все виды пыток над своим телом.       – В общем, э-э, всё равно извини. Как бы то не было, мне стоило извиниться раньше…– Тео смутился и прочистил горло. Если бы они разговаривали на ходу, то парень точно бы врезался по пути в дверной косяк.       – Как ни странно, я на тебя и не обижалась. Вернее, – вспоминала девушка все остальные ленивые дни, проведенные ею в своей кровати. –… обижалась, просто сейчас уже нет. Вот. – запуталась Агата в своих словах.       – То есть.. мы снова возобновим поиски предполагаемого Волка? – какая-то нотка сомнения пробежала в его словах.       – На самом деле, я больше не хочу заниматься этим делом. – отвернувшись проговорила девушка, но вовремя опомнилась с причинами. – Не из-за тебя конечно же! – она развела руки, словно защищалась. – Просто я поняла, что это дело того не стоит… и кажется мы всё равно зашли в тупик. У нас не так уж и много улик на руках – одно отравление, парочку сплетен, вырезки предполагаемого рецепта и море нестыковок предполагаемых очевидцев и покупателей. В общем, ничего особенного.       Теодор удивленно вскинул брови. – «Блэк и бросать вещи на пол пути – это понятия не совместимые».       – Два.       – Что два? – переспросила Блэк.       – Я точно не знаю, но говорят, что кто-то с Пуффа загремел в больничное крыло дня два назад с жуткими болями в животе. Как раз после последнего ФЗВ. – отстранено осведомил он.       – Думаешь это как-то связанно? – сильное любопытство одолело Агату.       – Мне бы хотелось думать иначе. – голос Тео выражал сухость, словно раскрытие этого факта имела бы кучу проблем за собой.       Блэк призадумалась, подсобив рукой подбородок. Единственная плохая мысль, что приходила ей в голову была не о том, что она должна это остановить, а о том, что она действительно больше не хочет заниматься раскрытием этого случая. Она не Атлант, чтобы возлагать все несовершенства мира на свои плечи, маленькая когтевранка не ответственная за все те дела странного чувака под маской и уж тем более, не должна разгребать все последствия. Так может, это дело совершенно того не стоит, чтобы бороться дальше? Как говориться, не все секреты должны быть раскрыты.       – Всё равно. – девушка встряхнула головой. – Пока не хочу этим заниматься.       – А чем хочешь? – подхватил Нотт.       – Не знаю, наверное, пойду на предстоящую вечеринку и буду вести счет, сколько влюбленных парочек разрушиться за один вечер.       – Себя включаешь в этот список? – иронично проговорил кудрявый парень.       – Меня никто не пригласил. – решительно добавила Агата.       – Вот так значит... – Тео замолчал, крутя пустой стакан эля у себя в руке и барабаня пальцами по стеклянной ручке. – Я в принципе тоже иду один, так что если хочешь…       Щеки Агаты вспыхнули румяным оттенком. Её пригласили на танцы? её? Теодор?       – Только…– начал она неуверенно. – Если тебе больше не с кем пойти.       – Хорошо, – улыбчиво проговорил он. – Но теперь без поцелуев с медовухой. Хотяяя…– протянул он. – Тебе все равно никто не поверит!       – Вот так вот!?       Сейчас Теодор поймал себя на мысли, что очень часто любовался ею. Довольно глупо, учитывая, что видел её изо дня в день на протяжении нескольких лет и в не лучшем расположении духа, а все их разговоры заканчивались неумолимым желанием повесить кого-нибудь. Но стоило ему в какой-то момент заметить, что Блэк была симпатичной… вернее симпатичнее многих ему знакомых девушек, то теперь постоянно об этом думал. А может это был всё чертов пубертат года четыре назад, и теперь он никак не мог отвыкнуть от странного и старого желания смотреть в её глаза: острые, небесные глаза, которые, казалось были и задумчивыми, и жестокими, и забавными одновременно. Но сколько бы он не вспоминал их, они навсегда останутся обломками его памяти, как лишним напоминанием, что, что-то внутри него будет сломано навсегда.       Тем временем Агата попеременно кричала, затыкала Теодору рот, била его кулачками по плечу и звала его такими именами как «Скотина! Тупая-слизеринская задница и прочими милыми прозвищами …» и завершила все это с «С тебя шкуру мало спустить!».       Как ни странно, первоначальна неловкость между ними двумя улетучился, словно смертельный порыв ветра, и теперь его место заняло привычное многолетние соперничество.       – Обязательно дразнить по этому поводу? – насупилась Агата.       – Да брось ты. – удовлетворенно вбросил Тео. – Мы не разговаривали больше недели! Дай мне насладиться этим преимуществом, прежде, чем ты снова станешь невыносимой – агрессивная, приставучая когтевранка…       – Славные две недели тишины!       – …буйная, непредсказуемая…       – Эгоист! … – парень на долю секунды, казалось, впал в прострацию.       – Цепляет. – подметил он. – У меня научилась?       – Увидела, как бомжи ругаются!       – Стоит научиться лгать убедительней.       «Идиот!» – мысленно подметила Агата, но вслух сказала другое. И словно этого достаточно, чтобы простить его за всё.