Q: Вы так и не узнали, сына или дочь носили под сердцем. В отношении младшего для вас это было важно?

Только тьма и слабые струйки кровавого света. Отблески одинокой свечи на сырых стенах. Красная звезда горит в небе ярче обычного. Она будто требует чего-то. Неумолимо, настойчиво, решительно. Что же ей нужно? Катарина резко задёрнула жёсткие шторы, лишь бы не видеть красной звезды. Она смотрит на неё, быть может, целую вечность, и ей уже не суждено увидеть голубое небо над Олларией. Она обречена круг за кругом смотреть на чёрно-красные разводы над головой. Ей уже не увидеть старый замок Гайярэ и маки Эпинэ… Она никогда больше не увидит своих детей, никогда не увидит своего младшего. Потому что они живы, а она — уже давно нет. Когда глаза застелила тьма, Катарина шла по запутанным коридорам и ждала чего угодно. Она ждала, что там не будет ничего. Но кто знал, что за чёрной пеленой лабиринтов и гобеленами с таинственными синими глазами её ждёт то же самое, что она видела почти всю жизнь — королевские покои. Только здесь ещё более одиноко. Здесь нет ни фрейлин, ни её детей… Катарина села в старое оплывшее кресло и сложила руки ниже груди. Она постоянно повторяет это движение, когда волнуется. Она никак не может запомнить, что под руками уже не почувствует тепла будущего ребёнка. Сможет ли она когда-нибудь забыть жизнь? Уж лучше так, чем постоянно возвращаться к глупым воспоминаниям. Но разве забудешь незабываемое?! А ведь в последний раз ей хотелось поскорее родить, как можно быстрее избавиться от этого бремени. Ей хотелось быть более свободной, когда в Талиге начнётся война. Она предчувствовала что-то, но уже была обречена на сидение в одеялах и утомительное ожидание родов… И всё же в душе теперь было невыносимо пусто, ведь, пройдя через все страдания, она обрела бы ребёнка, сына… Да, в этот раз ей хотелось мальчика. В последние месяцы в урагане бесконечных войн и придворных интриг она пережила слишком много боли и обрела слишком много силы, чтобы после всего родить девочку. Это точно мальчик. Она была в этом уверена, хотя и понимала, что никогда не узнает правды. Но правда не имеет значения. Главное, что он живёт.